Текст книги "Когда миры соприкасаются (СИ)"

Автор книги: Кут Лекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)

глава 30

Наступила долгожданная весна. Наступил день Ренаски, когда жители деревушки провожали зиму и встречали весну, дарящую жизнь, надежду и тепло в сердцах людей. В этот день, как и в любой праздник, было много песен, танцев, конкурсов. По традиции, новоиспеченные женихи и невесты, которые планировали пожениться до осени, благословляли влюбленных или свободным девушкам и юношам дарили удачу в поисках своих вторых половинок. В этом году была только одна такая пара – Флоя и Фиденс, которые планировали пожениться в конце этого месяца. На них лежала большая ответственность, ведь, если свадьба не состоится, они поругаются и расстанутся, то благословение и дарение удачи превращались в проклятие. Пара могла обречь многих молодых людей на вечные страдания в одиночестве. Поэтому Флоя и Фиденс готовились к этому дню с волнением.

– Хорошо, что мы женимся в конце этого месяца, ведь, если бы мы женились позже, то вероятность расстаться увеличивалась. – Флора от волнения тараторила, надевая свое праздничное платье.

– Мы уже долго терпим друг друга, продержались бы еще пару месяцев, ничего страшного. – Фиденс пытался пошутить и весело смеялся.

– Что? Терпим? Значит, ты меня терпишь? – Она разозлилась не на шутку.

– Кормеума. – Так называл ласково Фиденс свою любимую, что означало – «мое сердце», он произносил эти слова нежно, будто мяукал котенок. – Ты же знаешь, что я тебя люблю всем сердцем и конечно не терплю, а наслаждаюсь каждым днем проведенным с тобой. Я хотел пошутить. А ты очень волнуешься, не стоит так переживать. Мы поженимся и будем счастливы всю оставшуюся жизнь, как и последний год. Ничего не изменится. – Он прижал девушку к себе и осыпал поцелуями все ее лицо.

– Прекрати, прекрати. – Флоя смеялась и пыталась вырваться из крепких объятий жениха.

– Ни за что. Никуда не убежишь. Будешь терпеть это всю оставшуюся жизнь.

Совместными усилиями своих семей и благодаря помощи деревенских, они почти достроили свой дом. Когда люди женились, то вся деревня собиралась и вместе строили небольшой домик молодоженам, в который они вселялись после свадьбы. Фиденсу еще предстояло нести службу в армии, но так как в армию идут с шестнадцати лет и предстоит служить три года, а Фиденс в это время сделал предложение Флое, то Сапиен решил сделать подарок и сказал, что Фиденс отправится на службу через полгода после свадьбы, и служить будет на границе их деревни, что совсем близко, и даст возможность чаще приезжать домой и нянчить детей, которые у них будут.

На Ренаски пришла и Флора, они с Гронсом все утро провели вместе. Наблюдая за своими друзьями, Беллатрикс очень завидовала их счастливым лицам и беззаботным моментам, но ее тревожило будущее брата. Пока вся деревня радовалась приходу весны, Беллатрикс отвела подругу в сторонку, чтобы можно было спокойно поговорить.

– Флора, ты рассказала Гронсу кто ты?

– Нет.

– Что? Ты хочешь с ним быть? Что вы планируете? – Легкомысленное отношение к чувствам брата раздражало девушку.

– Беллатрикс, я не знаю. Мы не говорили с ним об этом.

– Пора бы уже и поговорить. Он задает вопросы.

– Какие вопросы? Что ты ему отвечаешь? – Флора немного встревожилась.

– Вопросы о тебе. Спрашивает какие секреты ты скрываешь. Ничего я ему не рассказываю. Сказала, что поговорю с тобой. Я не верю, что вы не разговаривали о будущем. Вы уже с начала зимы обхаживаете друг друга, неужели даже не целовались? – Она пристально смотрела Флоре в глаза пронзительным взглядом.

– Целовались. – Чуть виновато ответила подруга.

– Что? – Беллатрикс разрывало любопытство, радость, обида за то, что та ей ничего не рассказала и страх за их будущее.

– Извини, что не сказала тебе. Я не знала, как ты отреагируешь.

– А как я могла на это отреагировать? – В голосе девушки была злость.

– Например, как сейчас. Ты злишься.

– Потому что ты мне ничего не рассказала.

– Извини.

– И что вы будете делать дальше?

– Я не знаю, но Гронс замуж меня не звал, если тебе это важно.

– Конечно важно, но я думаю, что он сначала должен узнать, кого хотел бы позвать замуж.

– Мне так страшно ему об этом говорить, а как представлю, что скажет Айсгайт, сердце в пятки уходит.

– Но молчать же тоже нельзя. А если ты это будешь скрывать, то рано или поздно Гронс обо всем узнает, представляешь, как он разозлится?

– Я не хочу это представлять, у меня голова начинает кружиться, когда начинаю об этом думать.

– Если захочешь, я буду рядом, когда ты будешь рассказывать Гронсу и Айсгайту. Не думаю, что это получится избежать.

– Да. Я знаю, что придется рассказать. Но можно не сегодня? Такой чудесный день.

– Хорошо. Но расскажи мне, когда будешь готова.

Флора кивнула в знак согласия.

У Флои и Фиденса было несколько больших гирлянд из цветов. С самого утра и до полудня молодые пары, которые хотели получить благословение, перед тем, как юноша сделает предложение девушке, приходили к Флое и Фиденсу и получали гирлянду из цветов, которая надевалась на шеи молодых. Одна гирлянда на двух человек, так нужно было проходить до конца праздника и если они выдерживали весь день, то можно было считать, что они получили благословение. Те люди, которые хотели получить удачу в поисках своей второй половины, подходили после полудня и получали бумажных бабочек, которые могли украдкой дарить избраннику, написав свое имя или эта бабочка была сигналом к тому, что человек ищет свою вторую половину и готов к общению.

Гронс предложил Флоре тоже подойти к Фиденсу и Флое за гирляндой, объяснив смысл этой традиции, на что получил отказ:

– Гронс, не подумай, что ты мне не нравишься. Ты мне очень нравишься, просто я сейчас не готова к чему-то большему. – Она старалась подобрать правильные слова, чтобы не обидеть Гронса.

– Я думал, что мы… – Он хотел сказать, что думал, что они любят друг друга, но не решился признаться в своих чувствах после отказа. – Видимо, я ошибался. – Его голос был разбитым. – Тогда для чего все это?

Флора растерянно молчала. Ей было страшно потерять Гронса, было страшно сблизиться с ним сильнее, рассказать о себе и не рассказывать одновременно. А он все ждал ответа.

Казалось, что молчание длилось вечно. Он терпеливо ждал, пока Флора сможет хоть что-то сказать. Любой другой уже бы давно развернулся и ушел, что-то бы додумал, сказал, что все понял, обиделся или расстроился, но Гронсу нужен был ее ответ.

– Я… Я… – Она не знала, что сказать.

– Ты… Продолжай.

– Я не знаю, что тебе ответить.

– Я тебе нравлюсь?

– Да. Очень. – Она смущенно опустила глаза.

– Это очень хорошо. Ты хочешь быть со мной?

– Да. Хочу. – Ее голос немного дрожал.

– Я тоже хочу быть с тобой. Эта традиция не означает, что я тебе делаю предложение. Это благословение на счастливую дальнейшую жизнь. Сейчас о свадьбе речи нет, но к этому все должно вести.

– Я не могу выйти за тебя замуж.

– Почему?

– Я о себе не все рассказывала.

– Тогда расскажи.

– Не могу.

– Почему?

– Это семейная тайна.

– И эта тайна может помешать нам быть вместе?

– Да.

– Тогда для чего все это было? Зачем ты сейчас здесь, со мной?

– Потому что мне хочется быть с тобой.

– Ты должна выбрать семейная тайна или я. Потому что я не хочу получить отказ на мое предложение выйти замуж. Сколько тебе нужно времени?

– Времени? На что?

– Чтобы принять решение?

– Я… Я не знаю. Это сложно.

– Это проще чем ты думаешь.

– Ты не понимаешь. Мне придется отказаться от своей семьи.

– Почему тебе придется отказаться от них? Они против меня? Но они меня не знают. Познакомь нас.

– Нет. Подожди. – Она собиралась с мыслями, чтобы правдоподобно объяснить свою ситуацию. – Мы живем в одной общине и женимся только на людях своей общины, нам запрещено заводить отношения с чужаками.

– Тогда для чего все это было? Как долго это должно было продолжаться?

– Я не знаю. Я не думала об этом.

– А стоило бы. Когда ты собиралась уйти?

– Я не собиралась уходить.

– Ты не можешь быть со мной, и ты не собиралась уходить. Так что ты собиралась делать?

– Я не думала. – Флора почти плакала.

– Мне жаль. Но тебе придется принять решение, если ты не сможешь решить, то через неделю, это решение приму я и тебе не придется отказываться от семьи. – Гронс был очень расстроен, ему тяжело было говорить и хотелось скорее уйти. Он направился домой.

– Гронс, подожди, не уходи. – Флора пошла за ним, пытаясь схватить его за руку.

За этой картиной наблюдала половина деревни, Беллатрикс, в том числе. Ее сердце обливалось кровью, будто она сама расстается с кем-то горячо любимым.

Флора стояла перед Гронсом, держа его за руку, слезы текли по щекам, она шептала, чтобы он не уходил. Молодой человек еле сдерживал свою боль. Толпа замерла и затаила дыхание, наблюдая за происходящим и с разочарованием и грустью ахнула, когда Гронс поцеловал девушку в лоб и направился в сторону дома. Беллатрикс подбежала к подруге и поспешила увести ее от посторонних глаз.

Флора рыдала. Через несколько минут, она вытерла слезы и стремительно направилась в лес.

– Стой. Куда ты? – Беллатрикс почти бежала за ней.

– К Айсгайту. – Голос Флоры был полон злости и уверенности.

– Что? К Айсгайту? Зачем? – Беллатрикс не знала, что и думать. Чем он мог помочь? Или… Что Флора хочет с ним сделать за ту магию, что тот дал ей?

Ответа девушка не получила. Как бы она не старалась узнать, что происходит и остановить подругу, у нее ничего не получалось. В какой-то момент, когда Беллатрикс встала перед ней, не давая пройти дальше, Флора движением руки, взрастила упругие стебли сорняков, что переплели ногу Беллатрикс, не давая сделать шаг.

– Что? Ты так умеешь? Так не честно. Флора. Флора, прекрати это немедленно. Флоооораааа. – Ее крик оставался вдали от упертой девушки. Беллатрикс рвала стебли руками, старалась перегрызть и вырвать их с корнями. Через некоторое время, ей удалось освободиться от пут и бежала со всех ног к дому Айсгайта. Уже возле двери было слышно, как Флора кричит на хранителя. С бешенными глазами девушка ворвалась в дом, не понимая на чью сторону вставать. Ее встретил напуганный и встревоженный взгляд мужчины, она еще никогда не видела его таким растерянным и грустным.

– Забери ее. Забери. – Крик Флоры сменялся ее плачем.

– Что тут происходит? – Беллатрикс смотрела то на Флору, то на Айсгайта, желая получить хоть от кого-то ответ.

– Она просит забрать ее силу. – С грустью в голосе ответил мужчина.

– А так можно? – Удивилась Беллатрикс.

– Можно! Можно! Я знаю, что можно, но он не хочет. – Флора рыдала и слабо толкала кулаками Айсгайта в грудь.

– Почему ты не хочешь это сделать? – Она боялась, что истерика Флоры сейчас сменится злостью хранителя и весь этот шквал обрушится на нее, но опасения были напрасными. Послышался грустный голос:

– Потому что вместе с ее силами, она может лишиться части своей человечности. Я не знаю, чем это может обернуться.

– Мне плевать. Забирай. Забирай все. – Флора продолжала рыдать.

– Милая, давай поговорим об этом. – Беллатрикс хотела подойти к подруге, чтобы обнять, но та резко повернулась:

– Говорить? О чем говорить? Тут не о чем говорить? Он – чудовище. Жестокое, безжалостное чудовище, которое возомнило себя богом. Он не будет забирать мою силу потому что я должна ценить этот бесценный дар, он не будет забирать мою силу потому что может ее не забирать. Ему плевать на меня.

– Это не так, милая. Я уверена, что есть другая причина. – Беллатрикс хотела успокоить Флору.

– Ты защищаешь его? Другой причины нет. Хватит его оправдывать. Тебе нравится не он, а твои фантазии о нем. На самом деле, он – чудовище и не смей его оправдывать.

Беллатрикс была напугана таким поведением Флоры, и тем, что та сказала. Вдруг, Айсгайт и правда какое-то чудовище. Флора пыталась увести с собой подругу, но та хотела остаться, чтобы узнать, что произошло и почему хранитель не хочет забирать силу, на что Флора обиделась и ушла, громко хлопнув за собой дверью.

Беллатрикс раза три пыталась что-то спросить, открывая рот, но останавливала себя, уходя в глубокую задумчивость, хмуря брови.

– Мало того, что она может умереть, она может остаться неспособной любить вообще. – Айсгайт решил объяснить свой отказ.

– Почему у вас все так тяжело? – Беллатрикс сняла пальто и без сил плюхнулась на стул.

– Это наша природа. У вас тоже все непросто, вы можете умереть от простой простуды.

– А вы не можете?

– Нет. Никто из нас не может простудиться.

– Повезло. Почему ты можешь забрать силу? Почему она может умереть? Что это вообще такое?

– Ее сила – часть нее, ее можно лишиться только с кровью, но это могу сделать только я, потому что я и дал ей эту силу.

– А как ты поймешь, что сила полностью ушла?

– Она полностью не уйдет, но ее станет настолько мало, что она больше никогда не сможет ей воспользоваться.

– Тогда почему нельзя забрать малую ее часть?

– Она восстановится. Нужно забрать столько, чтобы она не смогла восстановиться.

– Как ты поймешь, что ее осталось столько, сколько нужно?

– Я это почувствую.

– А что значит, что она может лишиться чего-то человеческого?

– Вместе с силой может уйти все что угодно: способность любить, радоваться, сочувствовать, грустить, чего-то хотеть. И тут не угадаешь, что уйдет.

– А может ничего не уйти?

– Может. Но это нельзя контролировать или предсказать, это огромный риск. Я не сказал Флоре, что не буду этого делать, я сказал, что не хочу это делать и что ей нужно все хорошенько обдумать, она может остаться без всего.

– Я поговорю с ней. Надеюсь, у меня получится ее успокоить.

– Было бы хорошо. Спасибо.

Беллатрикс оделась и выходя из дома спросила:

– А кто-то из вас умеет стирать память?

– Умеет, но не всю. А тебе зачем?

– У меня есть план.

– Но они не могут стереть из памяти человека, чувства, часть жизни. Они могут стереть что-то незначительное, небольшое, например, какие-то фразы, прочитанную книжку. Что за план?

– Спасибо.

Беллатрикс выбежала и направилась домой. Она решила дать Флоре возможность успокоиться самой, прежде чем говорить. Деревня продолжала праздновать. Она вбежала в дом и увидела Гронса, погруженного в свои грустные мысли.

глава 31

– Ты была с ней? Как она? – Спросил брат.

– Да. Она очень расстроена.

– Я тоже. Ей придется выбрать.

– Выбрать? Она тебе рассказала?

– Да. Она мне все рассказала. – Он тяжело выдохнул.

– И как ты к этому отнесся? Тебя это не шокировало? Не напугало? – Беллатрикс не верила своим ушам.

– А что меня должно было напугать?

– Ну, то, что она… Стой. А что она тебе рассказала?

– А кто она? – Гронс поднялся со своего места и стал медленно подходить к сестре.

– Никто. Что она тебе рассказала? – Беллатрикс поняла, что взболтнула лишнего и Флора рассказала не то, что должна была бы.

– Нет. Сначала скажи кто она.

– Так. Я тебе обещаю, что расскажу кто она, но после того, как ты расскажешь, что она тебе рассказала. Договорились?

– Я тебе не верю. Сначала говори ты, а то ты опять что-то скроешь от меня.

– В таком случае, ты вообще ничего от меня не узнаешь.

– Ладно. – Гронс сдался и сел на свое место,

Сестра сняла верхнюю одежду и присоединилась к брату, прокручивая в голове план, как бы потом его лишить памяти об этом разговоре, всё-таки нужно было поделиться своим планом с Айсгайтом, он бы подстраховал.

– Она мне сказала, что они живут общиной и строить отношения могут только с людьми из своей общины, а я чужак и со мной быть нельзя. Ей придется выбирать между мной и семьей.

– И что ты сказал?

– Я сказал, что у нее есть неделя, чтобы принять решение иначе, я приму это решение вместо нее и она останется с семьей.

– Это жестоко. Какого черта ты вообще ей ставишь условия?

– Что? Она все это время знала, что не может быть со мной и играла моими чувствами, как кошка с клубком шерсти. По-твоему, она честно и не жестоко со мной поступила?

– Но можно же было не ставить такие жесткие рамки.

– А что ты мне предлагаешь, ждать ее полжизни? Сколько мне ее ждать? Год? Два? Ты знаешь мое мнение на этот счет, мы это обсуждали, когда Льюпин куда-то пропал. Стоп. Они что, из одной общины? У тебя была такая же история с Льюпином?

– Да. Что-то вроде того. Из одной общины.

– Теперь рассказывай ты. Кто она, на самом деле?

– Ты мне не поверишь.

– Я жду, когда ты мне все расскажешь.

– Обещай, что ты ничего не сделаешь! Не пойдешь что-то выяснять, а самое главное, обещай, что об этом не узнает ни одна живая душа. Это очень-очень важно.

– Обещаю.

– Я серьезно. Если ты кому-то расскажешь, то ее казнят, как Льюпина. – Беллатрикс пришлось немного обмануть брата, чтобы быть уверенной в том, что он оставит все это в тайне.

– Его казнили из-за того, что он кому-то рассказал? Он рассказал об этом тебе?

– Да. Я сохранила это в тайне.

– А тебе ничего не будет, если ты об этом расскажешь мне? Как они узнали, что он рассказал?

– Нет. Мне ничего не будет. Я точно не знаю, как именно они об этом узнали, но они знают многое.

– Стой. Так если ты мне расскажешь, то и тебе могут навредить. Ничего не говори. Я не хочу ничего знать. Получается, что если она мне расскажет, то ее казнят, в любом случае.

– Подожди. Это важно. Ты меня уже совсем запутал. Льюпина казнили не просто из-за того, что он мне обо всем рассказал, а потому что он рисковал, что об этом узнаю не только я. Если ты сохранишь все в секрете, то нам ничего не будет. Я обещаю. Я же знаю, кто такая Флора, и мы обе до сих пор живы.

– Она подвергла тебя опасности? Как она могла так с тобой поступить?

– Нет. Стой. Подожди. Не горячись. Дай мне все тебе рассказать, и ты все поймешь.

– Я уже не уверен, что хочу что-то знать. Если есть тайна из-за которой можно жизни лишиться, то мне такая тайна не нужна.

– А как же Флора? Я думала, ты ее любишь.

– Ты не думаешь, что чья-то жизнь дороже моих чувств?

– Я просто подумала, что, когда ты узнаешь, у вас будет возможность быть вместе. Просто нужно будет все сохранить в тайне.

– Если бы ты была с Льюпином, тебе бы было легко сохранить это все в тайне?

– Нет. Мне было бы это очень тяжело сделать, возможно, мне бы самой пришлось выбирать между семьей и им, но, если бы он не оказался таким скользким предателем, я бы нашла в себе силы справиться с этим. – Конечно, она сейчас думала не про Льюпина и говорила совершенно не о нем. – Мне и сейчас бывает тяжело многое хранить в тайне, но я привыкла и рада, что знаю обо всем.

– Ладно. Рассказывай.

– Если тебе не понравится услышанное, я тебе помогу с этим справиться. Если захочешь забыть… – Беллатрикс поймала себя на мысли: «Почему ей не стерли ее знания о Льюпине? Почему ей позволили это помнить?»

– Что случится?

– Что? Ты о чем? – Она забыла, что хотела сказать.

– Если я захочу забыть, то…?

– Я тебе помогу.

– Как?

– Давай по порядку. Одно цепляется за другое.

– Ладно.

Беллатрикс постаралась кратко рассказать о Флоре и ни слова не говорила про Айсгайта и про то, что есть хранитель леса. Она умолчала и о других существах, просто сообщив, что они есть. Скрыла и происхождение Льюпина, сказав, что он тоже был нимфой. Гронс, конечно, не поверил в ее рассказ и долго смеялся. Она не знала, как доказать правду и просто попросила никому не рассказывать, спросив, что бы он делал, если бы это все-таки было правдой.

– Предположим, что я поверил в этот бред. Я бы дал себе время подумать на эту тему.

– Сколько времени ты бы себе дал?

– Пару дней.

– Дай себе пару дней.

Беллатрикс считала важным доказать брату, что Флора действительно нимфа. Она решила, что если Гронс очень испугается и откажется от Флоры, то будет возможность стереть память и подруге не придется лишать себя силы и быть на грани жизни и смерти – все решится само собой, а если он примет ее, то они уже сами будут решать, что делать и как жить дальше. Но пока Гронс размышляет пару дней и не факт, что он ей в итоге поверит, Флора может натворить глупостей.

Беллатрикс решила не медлить и найти доказательства, но сначала, решила предупредить Айсгайта о том, что сделала, чтобы тот не разоблачил сам себя в лесу, во время встречи Флоры и Гронса и не попытался убить ее любимого и единственного брата.

– Ты сделала что? – Айсгайт был в ярости.

– Я рассказала, но он не поверил.

– Твое счастье, что он не поверил.

– Почему?

– Святой дух, мы недавно об этом говорили. Разве нет? Ты ставишь под угрозу все, что сейчас есть.

– Ты не понимаешь.

– Я не собираюсь ничего понимать, я просил только об одном – не вмешиваться.

– Да, ты сказал, что сам все уладишь, я вижу, как ты уладил. Флора в истерике. Она может наделать глупостей, пока ты все улаживаешь. И еще кое-что, почему МНЕ никто не стер память, когда я узнала о Льюпине?

– Ты должна была попросить об этом.

– Но мне даже никто не предлагал.

– Потому что пришлось бы стирать очень многое, а на это никто не способен. Так что смысла не было. Ты ему и про Льюпина рассказала? И рассказала обо мне?

– Нет. Я же еще жива, так что про тебя он вообще ничего не знает, а про Льюпина я рассказала, что можно сказать, что он нимфа и не вдавалась в подробности.

– Ты уверена, что твой брат прямо сейчас никому ничего не рассказывает?

– Я предупредила его, что если он кому-то расскажет, то его и Флору казнят как Льюпина.

– Но он же не поверил.

– Да, но на всякий случай, жизнями рисковать не станет. Я надеюсь.

– Надеешься? Ты с ума сошла? Замечательно. – Айсгайт был разочарован.

– Дай мне тебе все объяснить. Я подумала, что если Гронс узнает о Флоре и испугается, то ты сотрешь ему память и все, и Флоре не придется терзаться тем, чтобы лишить себя силы и ей не придется бояться его реакции, а если он примет ее, то они сами решат, как сохранить все в тайне и стоит ли Флоре лишаться силы.

– А от меня ты что хочешь?

– Я хотела тебя предупредить, что все рассказала, потому что хочу попросить Флору доказать Гронсу, что она нимфа, иначе все зря.

– Зачем мне об этом нужно было знать?

– Вдруг, они бы встретились в лесу, она бы показала свои способности, пришел бы ты ругать нас всех, выдал бы себя.

– Ты решила позаботиться о моей тайне?

– Да. Почему бы и нет, если есть такая возможность.

– Хм. Спасибо. – Айсгайт был приятно удивлен, что она вообще подумала о его тайне. – Ладно. Соглашусь, что это не самая глупая идея, которая могла бы у тебя возникнуть.

– Ты правда так думаешь? – Беллатрикс была так рада, что начала обнимать удивленного Айсгайта.

– Прекрати. – Он немного отпрянул от нее, на лице была грустная улыбка.

– Да, извини. Я пойду за Гронсом, а ты можешь сказать Флоре, чтобы она ждала нас у озера?

– Хорошо.

Беллатрикс счастливая побежала за братом, а Айсгайт направился к Флоре. Та его встретила с злостью и обидой, не давая сказать и пары слов, на что в жилах мужчины начала закипать кровь, и он приказным тоном сказал ей идти к озеру за решением своих проблем, и чтобы молчала про него.