Текст книги "Когда миры соприкасаются (СИ)"

Автор книги: Кут Лекс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

глава 32

Флора с недовольным видом отправилась к озеру, в душе были надежда и любопытство. Она шла в предвкушении чего-то волшебного.

Беллатрикс не составило труда заманить брата к озеру, она прямо сказала, что докажет, что Флора нимфа, а такого он не мог пропустить.

У озера стояла Флора, увидев Гронса с Беллатрикс, она хотела уйти, посчитав, что Айсгайт над ней просто издевается.

– Флора, стой. Я все ему рассказала. – Беллатрикс издалека заметила, что подруга хотела уйти и вынуждена была ей крикнуть.

Флора остолбенела от ужаса и неожиданности. Мысли лихорадочно пульсировали в голове: «Как он отнесся? Что он ей сейчас скажет? Неужели его это устроило? Иначе он бы не пришел, пришла бы одна Беллатрикс. Но зачем, тогда она пришла? Почему они не могли встретиться наедине? Что происходит? Что сейчас будет?». Пока она пыталась найти ответы на свои вопросы, Беллатрикс и Гронс уже подошли к ней. Флора стояла бледная, сердце замирало, но, когда начинало биться, казалось, его было слышно на весь лес.

– Флора, я рассказала Гронсу о тебе, но он не поверил. – Беллатрикс была расстроена.

– Зачем вы пришли?

– Я подумала, что ты можешь доказать, что ты нимфа. Это решило бы многие проблемы.

– Я не собираюсь никому ничего доказывать? А Айс… – Беллатрикс резко прервала подругу и отвела в сторону, пояснив, что Айсгайт все знает о ее плане.

Гронс стоял, посмеиваясь над девушками, в ожидании фокусов. Флора подошла к нему и на земле вырос одуванчик.

– Как ты это сделала? – Юноша все еще не верил и считал, что они заранее все подстроили.

– Гронс, я знаю, что в это сложно поверить, но это ее сила. – Беллатрикс с надеждой смотрела на брата.

Флора сделал небольшую полянку с ромашками. Он взял Флору за руку и отвел к ближайшему дереву:

– Пусть на дереве вырастут листья.

Его желание было исполнено. Молодой человек был в ужасе:

– Нет. Нет. Ты… Ведьма? Как это вообще возможно? Что ты такое?

Он поспешил уйти домой.

– Флора, не расстраивайся. У меня была такая же реакция. Все будет хорошо. Ты только не расстраивайся и не принимай никаких решений. – Беллатрикс поспешила успокоить подругу и побежала за братом.

– Гронс. Стой. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. – Беллатрикс старалась не отставать.

– И что же я чувствую?

– Точно не знаю, но мне было страшно, когда я об этом узнала. Мне казалось, что я схожу с ума.

– Зачем? Зачем мне об этом знать? Что мне теперь с этим всем делать?

Они приближались к дому.

– Стой. – Беллатрикс остановила брата и посмотрела ему в глаза. – Если ты захочешь это забыть, ты сможешь это сделать. Но никому ничего не говори и не торопись с выводами. Ты любишь Флору, она все та же. Вы сможете быть вместе, если ты этого захочешь. Я тебе обо всем расскажу, я тебе помогу с этим справиться. Только, пожалуйста, дай себе время.

Семья вернулась после праздника, и все начали расспрашивать что произошло и почему Гронс и Беллатрикс не вернулись к их веселью. Авис рассказывала, как все прошло, кто, о чем говорил, как красиво пели девушки и как Флоя и Фиденс пережили этот день. Гронс не мог это слушать и направился в свою комнату. Он был в ярости, столько времени его обманывали, он злился на Беллатрикс за то, что та все знала и позволила ему влюбиться в Флору, было бы лучше этого всего избежать. Через какое-то время, он вышел на кухню, схватил сестру за руку и поволок на улицу.

– Я хочу все забыть. – Он старался говорить тихо, но злость придавала голосу змеиное шипение.

– Хорошо.

– Я хочу забыть ее.

– Гронс, извини, но ее забыть не получится, получится только забыть, что она нимфа.

– Тогда какой смысл? Я останусь в той же точке, в которой был.

– Да, но мы сможем сделать так, что вы просто расстанетесь, по любой причине, по которой ты захочешь. Сам реши.

– Но я буду продолжать ее любить?

– Да. Мне очень жаль.

– Как ты вообще могла это позволить?

– Я – то в чем виновата?

– Ты могла бы сказать, что она мне не пара, могла бы не инициировать встречи, не приходить с ней в гости, не настаивала бы, чтобы она была с нами на Санта Хиемс, например.

– Но она сразу тебе понравилась. Я просто хотела, чтобы ты был счастлив. Я же не виновата, что тебе больше никто не нравился. – Она уже начинала спорить с таким же шипением.

– Разонравилась бы, ничего страшного, что я был один. Лучше быть одному, чем…

– Чем что? Чем с нимфой?

– Нет. Проклятие, это даже звучит бредово. Одному лучше, чем стоять перед таким выбором.

– А между чем ты выбираешь то? Любишь ее? Будь с ней. В чем проблема то?

– Тебя, как я вижу, не смущает, что она листья на деревьях создает. Как нам жить?

– Не смущает, по мне, так это здорово. Она человек, но особенная, что вам мешает быть вместе?

– А то, что, если об этом узнают, мы все можем умереть. Как ты предлагаешь это держать в тайне?

– Гронс, я замерзла, ты меня вытащил на улицу в домашней обуви и без пальто, давай ты, сначала это все переваришь, а потом мы все обсудим, и я помогу тебе во всем разобраться?

– Ладно. А как это все переварить?

– Просто дай себе время.

Они вошли домой.

– Вы поругались? – Авис беспокоилась. – Дети, что происходит?

– Мама, не волнуйся, ничего не произошло, мы просто болтали.

– На улице?

– Да, а что такого?

– Гронс, а что сегодня произошло у вас с Флорой?

– Ничего у них не произошло. – Беллатрикс поспешила ответить вместо брата. – Просто Флора неправильно поняла нашу традицию с бабочками, а Гронс неудачно пошутил. Он хотел взять бабочек, в надежде ими обменяться, а Флора подумала, что это вместо предложения выйти замуж и сказала, что он торопит события, а Гронс пошутил, что обиделся и что отказ означает разрыв. В общем, они как-то глупо поссорились. – Беллатрикс нелепо смеялась, пытаясь описать ситуацию, как незначительное недоразумение.

– Но почему тогда Флора останавливала Гронса, а не наоборот.

– Потому что все было не так и я не шутил. Она не серьезно относится к нашим отношениям, и сама не знает, чего хочет. Сказала, что замуж за меня не выйдет и я ответил, что в таком случае, нам нужно расстаться, если это ни к чему не приведет. Вот и все. Закрыли тему. – Гронс пытался сдерживать свою злость и горечь от несправедливости жизни.

– Гронс, так ты и правда торопишь события. – Авис не успокаивалась. – Куда так спешить? Она права. Дай девушке время.

– Я сказал закрыли тему. – Гронс был не намерен продолжать разговор и поспешил уйти в свою комнату.

Авис еще некоторое время не находила, что сказать. Так семья простояла в неловком молчании пару минут, после чего каждый поспешил заняться своими делами, даже Мюз решила не вмешиваться и ни о чем не расспрашивать. Только Гронс терзался сокрушительными мыслями о будущем. Что ему теперь делать? Как поступить? Он, действительно, любил Флору, но ее сила пугала.

Так наступила ночь.

Пока все сладко спали в своих постелях, сон к молодому человеку так и не приходил. Флора была той, которую он всю жизнь ждал, она была бесстрашной, но утонченной, сильной, но нежной, у нее было свое мнение, не боялась спорить, но при этом всем… Это сложно описать, в Флоре сочеталось несочетаемое. Гронс всегда четко знал, чего хочет от жизни, каким должно быть его будущее и с какой девушкой он хотел бы построить семью. К сожалению, Флора первая с кем Гронсу хотелось бы идти по жизни.

На следующий день юноша, все же, решил поговорить с Беллатрикс и узнать все подробнее. Ему нужна была помощь человека, который через это прошел. Всегда Гронс был опорой для сестры и ему было стыдно признавать то, что сейчас нуждался в ее поддержке.

Беллатрикс с радостью отозвалась на его просьбу и подробно рассказала о том, через что ей пришлось пройти, какие сомнения разъедали душу, какие страхи таились в мыслях, как хотелось сбежать, все забыть и что помогло с этим справиться. Она подробно рассказала о том, кто такая Флора и как она стала нимфой, что благодаря ей, их мама жива, представляла, как они прекрасно могли бы жить, чем вдохновила Гронса на мечты и планы. Надежда зажглась маленьким огоньком, который боролся с тьмой страхов. Но юноша не спешил принимать какое-либо решение и посвящать в это кого бы то ни было. Он дал себе ровно два дня, но ближе к вечеру осознал, что все это время не принимал решение быть с Флорой или нет, а все это время думал о том, как именно им жить дальше, как хранить тайну от окружающих, с чем им придется столкнуться и как можно с этим справиться. Он четко осознал, что хочет быть с ней и не хочет, чтобы Флора теряла свою силу (об этом Беллатрикс тоже упомянула), рискуя не только частью себя, но и своей жизнью. Теперь предстояло все обсудить с самой Флорой.

глава 33

На следующее утро он подошел к сестре, чтобы выяснить как можно найти Флору для разговора.

– Что ты решил? – Беллатрикс еле дышала, любопытство разрывало изнутри, но тревога давила на голову и душу тяжелым камнем.

– Я тебе потом скажу.

– Ну, уж нет. Говори сейчас, иначе я тебе никак не помогу.

– Прекрати меня шантажировать. Тогда, сам справляюсь.

Молодой человек решительным шагом вышел из дома, голова была поднята, грудь колесом, плечи расправлены, казалось, что он идет не на встречу с любимой, а на встречу с главным врагом, но с уверенностью в своей победе.

Беллатрикс, спешно одеваясь, выбежала за ним:

– Гронс. Умоляю, не терзай меня. Скажи, что ты решил. Я же с ума сойду. Я обещаю тебе помочь ее найти. Почему ты не хочешь рассказать? Я же и так уже очень многое знаю. Почему ты не хочешь сказать?

На самом деле, Гронсу просто было страшно произнести это в слух, казалось, что пока он молчит, это все не так серьезно, было страшно спугнуть удачу и за то, что сестра может стать свидетелем его поражения, если Флора решила расстаться, но Беллатрикс не унималась, она висла на его руках, пыталась запрыгнуть на спину и всячески помешать уйти, пока тот не расскажет о своем решении.

– Ладно. Я решил, что хочу быть с ней. – Он сдался.

– Аааааа. – Сестра запищала во весь голос, оглушая брата. Бросилась его целовать и обнимать. – Я так рада. Я так рада. Ты не представляешь, как я за вас рада. Я уверена, что у вас все будет хорошо. Я так рада. – она не переставала повторять о своей радости, тараторила о их будущем, описывая в ярких красках, как они будут счастливы. Гронс еле ее перебил:

– Ты обещала сказать, как ее можно найти.

– Ах, да. – Беллатрикс протянула ему свой кулон, подаренный Хансом и рассказала, как им можно воспользоваться. – Надеюсь, что она к тебе придет. – Девушка решила, что брат откажется ее взять с собой и даже не просилась, вместо этого, она решила проследить за ним и посмотреть на реакцию Флоры.

Гронс направился в лес, а сестра, как маленький шпион, пыталась не отставать, но и не выдавать себя. Брат прекрасно знал, что та просто так не отстанет, но сил и времени спорить не было.

Молодой человек, в волнении стоял около озера и крутил кулон в надежде, что Флора скоро появится. Это время казалось вечностью. Беллатрикс, что пряталась за деревьями, уже стала волноваться, что зов Гронса останется без ответа. Она даже не услышала шаги.

– Что тут происходит? – Над ухом девушки раздался мужской голос, который ввел ее в ужас, от неожиданности.

– Айсгайт, ты меня напугал, чтоб тебя духи наказали. – Она тихонько выругалась, но наполнилась смущением, когда поняла, что мужчина стоит к ней слишком близко, пытаясь спрятаться за тем же деревом, что и она.

– Тебе не стыдно следить за братом? – Он говорил шепотом, стараясь сдержать смех.

– А тебе не стыдно следить и пугать людей?

– Нисколько. Это же самое интересное. Как мне еще развлекаться? Что он тут делает?

– Хочет поговорить с Флорой.

– О чем?

Айсгайт выпытывал у Беллатрикс информацию, он сам настолько погрузился в эту историю, что не мог дождаться ее продолжения. Беллатрик рассказала о решении брата и спросила:

– А ты, что тут делаешь?

– Мне ворона накаркала, что тут ведутся какие-то шпионские игры.

– Ворона?

– Конечно. Я всегда знаю, что происходит в лесу, ты думала, что я за всеми слежу и наблюдаю? Нет! У меня есть помощники.

– Я вообще об этом не думала.

Через какое-то время к Гронсу из леса вышла Флора. Она нехотя шла на встречу своей судьбе, страх расставания заставлял идти медленно, но гордость не позволяла опустить голову. Когда Беллатрикс увидела, что счастливые молодые обнялись, она чуть не вскрикнула от восторга, но подавила в себе этот порыв, чтобы не выдать себя и обняла Айсгайта, который ответил ей взаимностью, но через мгновение, осознав, что происходит, мужчина поспешил удалиться, ссылаясь на то, что самое интересное он застал, а ему еще предстоит множество дел. Девушка не обратила внимание на его легкое смущение, ведь ее переполняла радость. Еще немного понаблюдав, за разговором влюбленных Беллатрикс направилась домой. Она пела песни и пританцовывала, сердце было переполнено счастьем и надеждами.

глава 34

Вся деревня готовилась к знаменательному событию – к свадьбе Фиденса и Флои. Беллатрикс много времени проводила с друзьями, но чувствовала, что тайна отдаляет ее от них. В этой предсвадебной суматохе это мало ощущалось, но с Дуйем их отношения перестали быть столь теплыми и близкими, как раньше. Она старалась об этом не думать и не жалеть, о сделанном выборе. На Гронса тоже немного давила тайна, но казалось, что юноше с этим было справиться проще, ведь он и раньше не вдавался в подробности своей жизни и у него не было потребности раскрывать свою душу, разве, что, он больше не мог обсудить некоторые темы с отцом, но нашел свое утешение в сестринской поддержке.

В тот прекрасный день Айсгайт молодоженам подарил безветренную погоду и позволил солнцу разыграться на земле, Флора подарила ранние почки на деревьях, немного зеленой листвы и пару подснежников. Такие подарки очень удивили местных жителей, но дарители оставались в тайне, а Беллтарикс и Гронс радостно восклицали о том, как же молодоженам повезло с удивительной погодой и ранними цветками. Гронс и Флора на свадьбе были вместе, как пара, а Беллатрикс немного завидовала своим близким, мечтая о том, что и ей когда-то удастся найти свое счастье и насладиться всеми дарами любви.

Весь день гудел народ, даже ночью были те, кто продолжал радоваться за молодоженов. Сапиен украдкой поглядывал на Гронса, то ли радуясь, что он нашел свою спутницу, то ли огорчаясь, что тот не дождался, пока повзрослеет его старшая дочь. Мюз, которой уже было тринадцать охваченная атмосферой любви, с сочувствием посматривала на свою сестру и приняв решение, что не будет столь глупа и не станет тратить свое время, пыталась флиртовать с молодыми парнишками, которым пока еще не было до нее дела.

Беллатрикс успокоилась. Свадьба прошла, Гронс и Флора были вместе, наконец, наступил покой, жизнь шла своим чередом, все было понятно и пришло умиротворение. Каждый занимался своей привычной жизнью, кроме Флои и Фиденса, которым предстояло наладить свой быт, договориться о многих вещах и еще ни раз поссориться из-за различных мелочей. Их жизнь перестала быть привычной, но любовь, как щит, защищала от страха и сомнений.

Вот оно счастье!

Беллатрикс и Айсгайт, за все это время почти не виделись. Казалось, что и у молодого мужчины буря утихла, сомнения пропали, тревоги отступили и он жил своей спокойной, привычной жизнью, но это только казалось, ведь та брешь, что создал Льюпин расширялась с каждым днем, когда он наблюдал за счастьем Флоры, надеясь, что и его жизнь может измениться, что есть шанс на что-то большее чем есть сейчас.

В середине весны сердца всей деревни потрясло одно событие. В одну ночь скончался всеми любимый лекарь Сальватор. Казалось, что время остановилось, небо почернело и деревушка окунулась в мрак. Беллатрикс недоумевала, как ее мудрый и сильный отец пропустил у себя симптомы болезни? Как он не смог себя вылечить? Почему так быстро потухла в нем жизнь. Авис не находила себе места от горя, Гронс был потерян, Мюз целыми днями плакала. Их дом никогда не был пустым, каждый день к ним приходили жители, чтобы сказать добрые слова, помочь, выразить соболезнования и поддержать. Каждый день Фиденс, Флоя и Дуай приходили к Беллатрикс, даже, если просто молчали, только, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Флора всячески пыталась поддержать Гронса и других членов семьи.

Все недоумевали, как так вышло, что здоровый человек, который еще вчера разговаривал, радовался жизни, смеялся, бродил по лесу однажды утром не проснулся?

Первая неделя, после смерти Сальватора, казалась целой вечностью, время текло как мазут, стекая по пальцам, оставляя за собой черный след горя. Авис стала своей тенью, казалось, что она постарела на двадцать лет в один миг, силы ее покидали, а удерживать их, у не было никакого желания. Никто к этому не был готов, а разве можно к такому подготовиться? Всю следующую неделю, Беллатрикс с утра до ночи проводила в лесу, сбегая от друзей и родных. Ей было невыносимо душно и тяжело находиться в доме, где еще совсем недавно раздавался смех здорового отца, где висели его вещи, которые все еще издавали родной запах. Каждый раз, когда Айсгайт пытался с ней поговорить, она его прогоняла и уходила в глубь леса. Ей не хотелось говорить, плакать, жаловаться. Ей не хотелось ничего, даже дышать.

Гронсу предстояла тяжелая ноша, он наследовал главенство в этой семье, что означало, что именно Гронс должен был взять на себя ответственность за благополучие всей его семьи, к чему он, конечно, не был готов, ведь, когда мужчина и женщина создают свою семью, то она расширяется постепенно, к каждому новому человеку готовишься, а здесь, резко на его плечи пало благополучие троих людей, которые находились в тяжелом, горестном состоянии. У него даже не было время самому пережить утрату своего отца, как он должен был стать страшим в семье. Задачу осложняло и то, что пока Гронс не женится, он будет считаться ребенком и не сможет нести ответственность за семью, сколько бы лет ему не было. Конечно, это место могла занять и Авис, но она всю жизнь прожила за широким и твердым плечом своего мужа, который, казалось знал ответы на все вопросы, принимал мудрые решения, находил деньги, когда это было необходимо, покупал коров, когда многие не могли найти места, где купить маленькую козочку, ремонтировал то, что ломалось, ездил за пропитанием для скора. Авис была так погружена в свое горе, что не могла сейчас принять ни малейшего решения, хотя, когда дети были маленькие и Сальватор сильно заболел, она заняла место главы семейства и прекрасно справлялась не только со своими обязанностями, но и с его. Сейчас же, она больше напоминала пустой, треснувший, старый кувшин чем живого человека.

Гронс знал, что ему придется, в скором времени жениться, он даже знал на ком хочет жениться, но учитывая обстоятельства, ему очень не хотелось торопить события. Он не желал, чтобы свадьба была вынужденной мерой, не хотел торопить ни себя, ни Флору, а когда он осознавал, что свадьба будет омрачена смертью отца, его сердце разбивалось, он не мог допустить такого по отношению к Флоре и оттягивал разговор о женитьбе как можно дольше.

Ночь.

Звезды – молчаливые свидетели всего, что происходит на земле, отражались в глади озера. Ветер играючи шуршал небольшими ростками зеленой травы, путался в ветвях деревьев и ускользал куда-то вдаль. Луна бледным пятном на небе пряталась за проплывающими облаками, чтобы только не видеть страдания Беллатрикс, которая сидела и наблюдала за отражением звезд. Ни одна русалка не рискнула предложить ей выход, они, почти все, с сочувствием наблюдали за тишиной в ее сердце. Девушка не спешила домой, ей больше никогда не хотелось туда возвращаться. Каждый раз, когда становилось хоть немного легче, достаточно было только взглянуть в глаза родных, чтобы воспоминания накрывали новой волной. Их глаза были доказательством их утраты, которая лезвием ножа ковыряла сердце, что с таким трудом удавалось успокоить. Она просидела у озера весь день, не заметив, как наступила ночь. Закат проплыл мимо нее, вечерняя прохлада, будто обходила стороной, чтобы не тревожить.

Она и не заметила, когда подошел Айсгайт и сел рядом. Он не промолвил ни слова, не давал о себе знать, просто сидел и смотрел на звездное небо, будто пытался найти ответ на какой-то важный вопрос. Девушка легла на траву и безразлично посмотрела на своего молчаливого спутника.

– Что ты здесь делаешь? – Голос ее звучал сухо, безжизненно, безразлично.

– Пришел побыть с тобой. Сама говорила, что важно, когда кто-то есть рядом.

– Давно здесь сидишь?

– Давно.

– Я и не заметила тебя.

– Ничего страшного. Я решил тебя не тревожить.

Они еще долго молчали, пока Айсгайт не решил нарушить тишину:

– За тебя не будут волноваться?

– Я не знаю. Думаю, что нет.

– Может, тебе пора пойти домой?

– Я останусь здесь.

– Долго?

– Да.

Она легла на бок, отвернувшись от мужчины и свернулась калачиком. Больше всего на свете хотелось, чтобы ее утешил тот, кого она больше никогда не увидит, никогда не услышит, чье тепло рук она больше никогда не ощутит. Эти мысли выдавливали из нее слезы, стекающие медленным ручейком с ее лица.

– Твой отец был прекрасным человеком. Часть его всегда будет с тобой. – Айсгайту хотелось как-то утешить девушку. Напомнить, что тот всегда будет в ее сердце.

– Прекрати.

– Нет. Тебе нужно поговорить. Рано или поздно, тебе придется его отпустить.

– Я не хочу его отпускать. У тебя не было отца, ты не знаешь, что это такое.

– Ошибаешься. Мой настоящий отец был трусом и предателем. Но одна нимфа мне заменила мать, а эльф – отца и я их потерял. Я их пережил. Я похоронил всю свою семью и ни один раз. Или ты думаешь, что за двести лет у меня не было семьи? У меня были братья и сестры, и не важно, что они мне были не родные, я их любил всем сердцем. И я знаю, что тебе придется его отпустить. Он был прекрасным человеком, сохрани о нем память, не хорони вместе с его телом и его душу, что продолжает жить в воспоминаниях о нем, в невольных его привычках, что вы повторяете, в его правилах и знаниях. Пусть он живет в его любимых шутках, что вы будете повторять. Человек жив, пока он не забыт.

Беллатрикс сидела и смотрела на Айсгайта глазами полными слез. Ей хотелось о нем говорить, хотелось рассказать всему миру, каким замечательным тот был, но так страшно произносить в слух, что его больше нет.

– Он меня учил собирать травы. – Она рыдала, произнося эти слова. – Он так многому меня еще не успел научить. Так много мне еще не рассказал. Так много радостных моментов он с нами не разделит. Я больше никогда не услышу от него, что я смогу стать лекарем, он не посмотрит на меня с гордостью. Больше никогда. Как я узнаю, что стала хорошим лекарем? К кому мне обратиться с вопросами о лекарствах и перевязках? – Горечь перехватывала дыхание.

Айсгайт обнял девушку и позволил ей выплакаться на своем плече.