Текст книги "Междумирная Академия Магии: Молнии в пламени (СИ)"
Автор книги: Ксения Ярополова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)
Шафраниус был милейшим, прекрасным, добрым, и вообще, самым лучшим мужчиной на свете, как утверждала фурианка. На Стефанию вылилось столько мельчайших деталей о нём от вида его любимых шляп до книг, которые он читал, и самых удачных шуток, что мозги демоницы вскипели, и она прокляла свою идею напоить Римори и вызнать у неё, действительно ли та любила жертву, или только притворялась. Потому что, как ни крути, подобраться к контрабандисту и убить его легче всего могла бы любимая девушка, которой тот доверял.
Но Римори, очевидно, Шафраниуса любила. Невозможно с такой нежностью и грустью смотреть на каждую фотографию и припоминать чуть ли не каждую секунду совместно проведенного времени, если не любишь. Как призналась Ри, влюблённые тайком использовали порталы Академии и путешествовали дичком в разные миры, отдыхали на диких пляжах, ходили в горы, незаметно бродили по улочкам чужих городов. Лисичка с восторгом сохраняла на фотоаппарат каждое новое впечатление, будь то безбрежный фиолетовый океан на Искандере, где жили водоросли, обладающие коллективным разумом, или огромная глянцево-чёрная башня гоблинов, которую те построили в прямом смысле слова до космоса, и туристы, воспользовавшись прозрачным лифтом, могли подняться по этой башне туда, где голубое небо становилось тёмным и открывало вид на яркие звёзды и прекрасные луны мира гоблинов. Шафраниус, как и Римори, был лёгким на подъем, и вместе они не скучали ни одного дня.
Стефания, изрядно утомлённая эмоциональностью собеседницы, лениво отметила, что как раз в этих путешествиях Шафраниус и мог в тайне от Римори приобретать артефакты. Хотя лисичка была свято уверена, что их приключения носили исключительно романтический характер и почти не требовали денежных вложений. Переполненная голова демоницы уже отказывалась принимать тот факт, что жизнь двоих преподавателей в Академии может быть интереснее, чем жизнь княжеской дочери. Но по факту именно Стеф не бывала в чужих мирах, пока не достигла совершеннолетия.
Когда фотографии закончились, разразилась катастрофа, которая началась допиванием остатков вина прямо из горла. И это не Стеф была такой умной.
– Как он мог! – губы Римори задрожали, когда она отставила бутылку. – Как он мог оставить меня одну? Он обещал, что всегда будет рядом.
Слёзы и всхлипывания полились из лисички градом. Цепко обняв Стефанию, она горько заплакала у неё на плече.
"Нет, и чего я ожидала? Всё и должно было закончиться пьяной истерикой", – вздохнула про себя Стеф, постукивая фурианку по плечу и не догадываясь, как ещё её утешить. Демоница, которая и сама теряла близких, знала, что ничьи слова в этом случае не помогают. Да и чужих слёз на Аркаэдусе не найдёшь днём с огнём – никто не показывает своих слабостей. И поэтому Стефания чувствовала себя сейчас жалкой тряпкой, годной лишь на то, чтобы подтирать сырость. Её кофта уже противно промокла, а Римори вцепилась в девушку, как будто от этого зависела её жизнь. Чувствуя себя на редкость неудобно и совсем не по-княжески, демоница поклялась себе, что больше никогда ни с кем не будет пить, даже если идея покажется ей вполне безопасной.
Лисичка долго не успокаивалась, и сил у Стефании уже совсем не оставалось. Когда она осознала, что фурианка просто заснула прямо на ней, то даже не смогла выбраться из-под чужого тела – руки стали ватными, и глаза закрылись сами собой.
Пробуждение было не очень приятным. Утренний луч бил Стефании прямо в глаза, шея адски затекла, а локти Римори, которая ещё вчера казалась такой плюшевой, жёстко впивались демонице под рёбра. Это ещё не считая слюней – их фурианка пускала девушке прямо на грудь, которую использовала вместо подушки. Ночью Стефанию грела демоническая кровь, а лисичка замёрзла без одеяла и пыталась как можно теснее прижаться к источнику тепла. А ещё она громко сопела и подрагивала во сне.
"Тьма немилосердная!" – выругалась Стеф, пытаясь аккуратно выбраться из-под собутыльницы, и в итоге скатилась с дивана, нос к носу столкнувшись с пустой бутылкой. Посмотрев на стеклянную мерзавку, как на самого лютого врага, Стеф вскочила, разминая шею и пытаясь унять слабую боль в голове. С чего бы это? От недосыпания? Обычно сутки-двое без сна не сказывались на демонах. Но это, конечно, если обеспечить демонам отсутствие плачущих фурианцев.
Посмотрев на глубоко спящую Римори, которая попыталась вжаться в диван, Стеф сдёрнула одеяло с кровати фурианки и накрыла её. Затем она поманила пальму за собой, и та взмыла в воздух. Пальма оказалась единственной участницей вчерашней попойки, которая чувствовала себя прекрасно.
У себя Стеф расслабилась. Контрастный душ, новый наряд, никаких записок на кровати. Что нужно ещё для улучшения настроения? Только хороший завтрак. Собравшись, Стеф спустилась в столовую порталом и тут же столкнулась с Дастаном, который успел придержать её за плечи.
– Привет, детка, – как ни в чём не бывало, он наградил девушку самоуверенной улыбочкой. Стеф его радости не разделила.
– Где ты пропадал, смертный? Почему не предупредил вчера, что сваливаешь на Землю? Куда ты дел артефакты, жмыров ты чернокнижник? – она ткнула его пальцем в грудь.
– Полегче, полегче, детка, – Дастан поднял руки, а потом приобнял её и зашептал на ухо: – Я ходил домой, чтобы отдать артефакты на проверку надёжному артефактору. Мы с тобой ничего не смыслим в таких штуках, верно? А если они ценные, то их нельзя доверять, кому попало.
– И сказать мне об этом ты не мог никак! – демоница обиженно толкнула Дастана, отстранившись от него. – Я уже думала, что убийца порезал тебя на ленточки, и твой труп валяется где-то в канализации!
– Так ты волновалась за меня? – мужчина поднял брови и посмотрел на Стеф не то удивлённо, не то растроганно.
– Нет, совсем нет, – сухо сказала Стеф, поджав губы. – Мне всё равно, пусть тебя хоть расчленят, – с этими словами она повернулась в сторону подносов.
Дастан сделал шаг следом, но ноги его были захлёстнуты легкой воздушной волной, и он рухнул на ровном месте на глазах у всех завтракающих преподавателей – хорошо хоть, сгруппироваться успел и не впечатался носом в пол. Стеф продолжила триумфальный поход к еде, раздражённо постукивая каблуками.
Глава 11. Допрос с пристрастием
– Ты обиделась?
– Нет!
Дастан без разрешения подсел за столик к Стефании, нагло потеснив её поднос, и лукаво заглянул в глаза.
– Просто ты говорила, что тебе всё равно на меня, и что я для тебя никто, – припомнил он слово в слово тот диалог, который происходил у них после клятвы. – Так откуда мне было знать, что ты будешь переживать?
"Вот ведь, зараза! Мстил мне, значит?" – догадалась Стефания, но решила не раскалываться до последнего. Вместо этого она повесила над ними воздушный купол, который не должен был выпускать звук наружу, и холодно заметила:
– Я переживала не за тебя, вообще-то, а за артефакты, которые ты стащил! Мы добывали их вместе! Ты не должен был их куда-то относить без моего ведома!
– Значит, за меня ты совсем не волновалась и вовсе не обиделась? – уточнил Дастан.
– Да. То есть, нет. В общем, ты понял.
– А, ну тогда тебе совсем не нужен этот прекрасный малиновый тортик, который я принёс для тебя вместе с обещанием никогда так больше не делать, – Дастан, как настоящий искуситель, подвинул к девушке многослойное пирожное, покрытое стружкой молочного шоколада. Сверху красовались восхитительно свежие ягоды малины, и розовый крем призывно поблескивал между воздушных коржей. Стефания сглотнула. На Аркаэдусе были проблемы со свежими ягодами, даже у тех, чей папа – князь. Демоница выбросила вперёд руку, желая сцапать угощение, но бессовестный смертный успел задвинуть блюдце за свою тарелку.
– Ты ведь не обижена на меня, и извинения тебе не нужны, – напомнил он. – Ты совсем за меня не переживала, а я ведь выбирал самый вкусный тортик…
– Переживала я за тебя, – сквозь зубы процедила Стефания. – Отдай!
– Что-что? Я не расслышал.
– Не наглей, смертный! Я за тебя волновалась, ясно тебе? Немедленно давай сюда торт!
– Глупышка, – сказал Дастан, посмеиваясь, за что получил гневный, напоённый огнём взгляд вишнёвых глаз. – Ты такая миленькая, когда злишься.
Стефания обиженно принялась жевать, всем своим видом подчёркивая, что делает напарнику огромное одолжение, не продолжая спор. Малиновая сладость, перекочевавшая к ней, удивительно грела душу. Конечно же, Стефания могла купить себе хоть десять таких пирожных, но почему-то ей было важно, что именно Дастан преподнёс ей вкусняшку. Наверное, дело было в извинениях, которые прилагались к торту. Да-да, именно в них.
– Так что там с артефактами? – нарушила молчание демоница. – Ты узнал, какой из них был нужен убийце?
– Нет, – мужчина покачал головой, не отрывая взгляда от её губ, пока она облизывала десертную ложечку.
– Артефакт же должен фонить?
– А они все фонят. Но не так сильно, как мы ожидали, а примерно одинаково, – Дастан глотнул сока, и Стеф завороженно проследила, как двигается его кадык, и какая смуглая у него шея под лёгкой тёмной щетиной. – Я подозреваю, что, возможно, тот самый артефакт вообще не фонит. Может быть, он изначально сделан так, что его мощь скрыта. В общем, без толкового артефактора нам не разобраться…
– И что сказал толковый артефактор? – Стеф утёрла губы салфеткой.
– Пока ничего. Если мы хотим полный анализ свойств, то это по полдня на каждый артефакт. А их там было семь штук. Как всё будет готово, мне дадут знать. А пока ждём.
– Вот ведь! – демоница с досадой загремела подносом.
– Я тоже не очень-то рад, – согласился напарник. – Но чем быстрее мы узнаем, для чего были все эти штучки, тем быстрее найдём убийцу. По крайней мере, я на это надеюсь.
– Да уж, надейся, от этого твоя жизнь зависит! – Стефания прикусила губу и снова поймала на себе взгляд Дастана. Почему-то после такой нерадостной фразы мужчина улыбался. – Эй, очнись! Ты меня вообще слушаешь? – демоница пощёлкала пальцами у него перед лицом.
– Да, я всю ночь не спал. Давай начнём работать попозже, ладно? Я немного отдохну, – и он сладко зевнул.
– Иди уже, – кивнула Стефания и сняла купол. – Смертные! Какие же вы слабые создания! – проворчала она себе под нос.
Сегодня демоница собиралась работать. Железно работать, ведь до прибытия студентов оставалось… сколько там дней? Три или четыре? Даже с готовыми методичками прошлых преподавателей нужно было постараться, как следует. А они с Дастаном ещё вступительное испытание не обговорили! Зато в детективов играли усердно.
Но стоило демонице покинуть столовую, как начались чудеса. Каждый встреченный преподаватель смотрел ей в лицо и на её губы, будто им всем там мёдом намазано. Окружающие удивлялись, прикрывали рты рукой, хихикали, резко отводили взгляд, будто с ней было что-то не так. Демоница тщательно облизнула рот, проверяя, не осталось ли где крема или крошек. Но это не помогло. И только Моника, встретив девушку в коридоре, вместе со всей своей фейской непосредственностью выдала:
– Очень интересная помада, Стефания, но ты уверена, что ровно накрасилась?
Мелиан, стоявшая тут же, рядом с подругой, пронзила демоницу тем самым взглядом, от которого даже у демона пойдут мурашки. Но Стеф не стала поддаваться на это.
– Эм, спасибо, Моника, сейчас проверю, – как ни в чём не бывало, сказала демоница и исчезла в окне портала.
Портал вывел её в собственную ванную, и там девушка застыла перед зеркалом, разглядывая… Адские макароны, да она будто напилась крови расшахара! В пустыне живут такие паукообразные твари, размером с раскормленную свинью. Днём прячутся, закопавшись в песок, а ночью выходят на охоту. Мясо их ядовитое, но низшие демоны его едят после длительного высушивания на солнце, из-за чего яд расшахаров расщепляется и теряет свой насыщенный, кислотно-синий цвет, который будто бы даже светится, настолько он кричащий.
И сейчас весь рот Стефании, её язык и даже зубы были вымазаны в этом кошмарном цвете, а на губах расплылось отвратительное ультрамариновое пятно.
– Удушу смертника! – прорычала демоница, мгновенно осознав, к чему были эти вкусные "извинения".
Этот человек точно подсыпал ей что-то в торт, а потом с мерзкой улыбкой наблюдал! "Какой там у нас счёт? – вопрошало отражение насмешливым голосом Дастана. – Четыре – четыре?"
"Если считать мелкие пакости, то уже пять – пять! – мысленно возразила Стеф. – Но это тебя, чернокнижник, не спасёт! Сейчас только отмоюсь и приду по твою душу, будь уверен!"
Но отмыться не получилось. Зубной порошок и даже мыло не взяли заразу. Да что там, пена не посинела совсем! А вот когда демоница попыталась пальцем стереть мерзкую краску, на её руке остался яркий синий след, и испачканный палец с радостью окрасил нетронутый участок губ.
– Магия! – догадалась Стефания, но так же быстро поняла, что мудрёное заклинание ей не снять: то ли там была замешана стихия воды, то ли – все стихии сразу. Ей осталось только размазать синий цвет по губам, сделав макияж максимально ровным, а затем переместиться под дверь смертника.
– Надеюсь, ты уже сладко спишь, – злорадно сказала девушка, – тем слаще будет тебя будить, – и постучала так, что на двери осталась вмятина от её демонического кулака, которая, впрочем, быстро выправилась, ведь комнаты преподавателей были защищены чарами. Дастан внутри сонно заворчал.
– Если ты не откроешь, я выжгу эту дверь вместе со стеной! – пригрозила Стеф.
– Детка, я знаю, ты скучала по мне, но разве нельзя было подождать хоть пару часов? – обречённо вздохнул Дастан, открывая дверь. Он был в одних только домашних штанах чёрного цвета, босой, взъерошенный и с голым, соблазнительно рельефным торсом. Стефания окинула последний сверху донизу цепким взглядом, будто раздумывая, а не прикупить ли ей такой в своё владение, но потом мрачно спросила:
– У тебя правда в гардеробе нет других вещей, кроме чёрных?
– Есть, но вообще-то, чёрный – мой любимый цвет, – и Дастан лениво потянулся, поиграв мышцами на публику.
– Вот и отлично! Потому что теперь вся твоя жизнь будет беспросветной, безрадостной и чёрной! – прошипела Стефания.
– Да что ты так завелась-то?
– Что ты подсыпал мне в еду, жмыр тебя задери?
– А, ты про мой маленький сюрприз, – мужчина не смог сдержать смешок. – Ну скажи ведь, забавно? Моя сестра придумала, она у нас будущее светило магической науки. Это для розыгрышей, краска сойдёт через сутки, – и он снова рассмеялся.
– Мы тут что, в игрушки играем, по-твоему? Мы убийцу ищем, а ты нашёл время для шуток?!
– Ну ты же нашла время ронять меня в столовой, – возразил маг и наклонился над девушкой, проникновенно взглянув ей в глаза.
– Сними это немедленно! – потребовала Стеф.
– Я сниму с тебя всё, что хочешь, детка, только иди сюда, – с хрипотцой пообещал Дастан, поймал её за подбородок и поцеловал: нежно и медленно, будто бы дразня.
Стеф отшатнулась от него, как ошпаренная.
– Заклятие сними! И кто тебе разрешал распускать руки? – возмутилась она.
И тут заметила, что губы горе-искусителя тоже посинели. Моментально сменив гнев на милость, с обольстительной улыбкой демоница провела пальцем по переносице, щеке, шее Дастана и вниз, по торсу, оставляя за собой кричащую ультрамариновую линию. Она уже почти успела дописать нецензурное похабное слово прямо на его груди, пока смертный в неге прикрывал глаза, как вдруг горячая ладонь мужчины потянулась к её вырезу и начала там поглаживать. Дастан резко открыл глаза.
– Где твой ключ, я не понял?
– Какой такой ключ? – не сразу сообразила Стеф.
– Цепочка на шее. Ключ был на тебе!
– Ах вот вы где, мои дорогие стихийники! А я ищу вас по всей Академии! – звонкий голос Ксенары в этот раз слишком резко прервал их уединение, раздавшись за спиной. Демоница обернулась, открывая себя и Дастана драконнице на обозрение. Та оглядела открывшуюся её взору картину, и брови замдиректора поползли вверх. – Это что у вас за игры такие… голубые? – с сомнением спросила она, а потом начала раздражаться. – Совсем сдурели? Прямо посреди коридора! Сотри с себя эту гадость, Дастан, а то я за себя не ручаюсь! Какой срам для преподавателя! Может, мне твоего папочку к директору вызвать?
Маг посмотрел на себя, с удивлением прочитал надпись и попытался что-то сказать, пока Стеф испытывала жгучее злорадство, но Ксенара рявкнула:
– Можешь даже не оправдываться! За закрытыми дверями хоть тухлыми яйцами обмазывайся, но не в общественном же месте! У нас приличное заведение! Ох, пламя Аларона, – и она схватилась за голову, – пока вы тут ведёте себя, как детишки, ночью кабинет Шафраниуса кто-то вскрыл и обшарил сверху донизу!
– Как это – вскрыл?! – спросили Дастан и Стефания одновременно.
– Вот так! Вся мебель переломана чуть ли не в щепки, доски пола содраны, подоконники выдраны, в стенах дыры! И посреди этого валяется твой, Стефания Лоренская, ключ! – замдиректора обвинительно ткнула в демоницу когтем. – Так что сейчас вы оба приводите себя в порядок и быстро идете за мной на допрос к следователю, ясно? И когда я говорю "быстро", я имею в виду, что если вы не будете готовы через минуту, то я вас сожгу! Или сожру! А может, и то и другое! Поджаренный демон должен быть очень вкусным, как и человек!
Дастан быстро затащил Стефанию в свою комнату и сунул ей в руку какой-то пакет с бесцветным порошком.
– Нанеси на синие места и немного пожуй, краска исчезнет, – велел он. – А я пока оденусь. Не будем заставлять Ксенару нервничать.
– Одни проблемы! Одни проблемы! – свирепо причитала замдиректора с той стороны.
Демоница сделала, как ей сказал напарник, вначале опробовав порошок на руке. Краска исчезла мгновенно, будто ее и не было, осталась только чистая кожа. Убедившись, что всё в порядке, Стеф повторила процедуру с лицом и осторожно положила щепотку порошка на язык. Он был без вкуса, без запаха, и вообще не ощущался во рту – будто воздух пожевала. Но, склонившись над зеркальной дверцей шкафа, девушка убедилась, что все в порядке.
– Давай мне, – уже одетый маг протянул руку, высыпал немного состава на ладонь и "умылся", легко стерев следы шалостей. – А под рубашкой потом уберу, – отмахнулся он от вопросительного взгляда Стефании.
– Время вышло! На выход! – кровожадно объявила Ксенара.
– Она ведь не серьёзно оскорбляет меня угрозами сожрать? – Стеф недовольно повела плечом.
– Зависит от того, насколько её разозлить. Помнишь про двадцать нерадивых студентов? Так вот, их вовсе не пикси разорвали, – ухмыльнулся Дастан.
– Я здесь, вообще-то, – нахмурилась Ксенара, обрастая чешуйками. – И если я услышу где-то ещё эти гнусные сплетни, ты будешь отрабатывать двойную норму за каждого студента, которого я, якобы, съела.
Троица поднялась в башню Шефираэль и вошла в кабинет.
– Располагайтесь, – пригласила эльфийка, указав на диван для посетителей. – Допрос будет проходить в смежной комнате с изолированным звуком. При допросе буду присутствовать я, как директор, и секретарь Ксенары, которая будет вести протокол. Допрашивать вас будут по очереди. Ксенара останется здесь и будет следить за ожидающими. Прошу вас не переговариваться и честно отвечать следователю. Я прослежу, чтобы ваши права не ущемлялись. Стефания, пройдёмте со мной.
Демоница чувствовала себя глупо, следуя за низеньким милым подростком, но делать было нечего. В конце концов, если она не хотела впутываться в это, надо было сразу не подписывать контракт. А теперь уже поздно. Цепляясь за свою обнажённую шею, на которой не было цепочки, Стеф пыталась сообразить, могла ли она её оставить где-то, и кто мог её снять. Мысли приходили не радужные.
– Добрый день, – поздоровался с девушкой Айгор Ди Комр, когда они вошли в смежное с кабинетом помещение, и двери за ними закрылись. – Присаживайтесь, – он указал на жёсткий деревянный стул в центре комнаты. – Стефания Лоренская, младшая дочь князя Велиазара из мира Аркаэдус, демон десятой ступени, состоите в военном корпусе вашего отца, участвовали в десяти мелких стычках, в большие сражения не допускались. В браке не состояли, детей нет, недавно отметили столетие, оно же совершеннолетие у демонов. В Академии находитесь на должности преподавателя стихийной магии и магии порталов по приглашению администрации. Владеете огнём и воздухом. Я ничего не упустил?
– Обязательно допрашивать на таком неудобном стуле? – заворчала Стеф. – Я что, уже подозреваемая?
Она отметила, что Шефираэль уютно устроилась в кресле в углу и теперь внимательно наблюдала за происходящим. За столом сидела сосредоточенная Эллоиза и стучала по поверхности магического текстовика. Сам Айгор возвышался прямо перед демоницей, строгий, одетый в серо-синий служебный мундир с нашивками и значком. Сама комната была довольно непримечательной: вдоль стен тянулись полки с книгами и свитками за стеклянными дверцами с замками – то ли домашняя библиотека, то ли рабочий архив.
– Вопросы здесь задаю я. Ваше дело – отвечать, – нелюбезно напомнил Айгор.
– Если вы не предоставите мне нормальные условия, я откажусь отвечать, – не уступила Стеф. – В конце концов, я являюсь дипломатическим лицом, даже если мой мир не входит в Межгалактический Совет. И я знаю свои права. Вам не нужны лишние конфликты, следователь, поэтому будьте повежливее.
Мужчина презрительно сжал губы, показывая, где у него сидят все эти качающие права аристократы, но, повинуясь взмаху его руки, стул отъехал в сторону, а взамен под попу Стефании подъехало мягкое кресло с подушечкой.
– Вам достаточно удобно? – едко спросил следователь. – Мы можем продолжать?
– Вполне. Задавайте свои вопросы, – милостиво кивнула Стеф и закинула ногу на ногу, всем своим видом источая уверенность и княжеское достоинство. Ну, она на это надеялась.
– Распишите, что вы делали, начиная со вчерашнего утра и до сегодняшнего момента.
– Дайте подумать, – Стеф накрутила локон на палец. – Я поздно проснулась, позавтракала, отправилась в библиотеку, работала над методичкой по порталам, сдала её секретарю Ксенары, – она указала в сторону Эллоизы Осмы, и та кивнула, подтверждая её слова. – Потом сходила к Владлену Би-Зи, взяла у него бутылку вина, забежала к себе в комнату за моей новой пальмой, которой был нужен уход земляного мага, и отправилась к Римори Руде. Она помогла мне с растением, и мы пили весь вечер, рассматривали её картины и фотографии, болтали. Заснули вместе, на диване. Утром я проснулась первой, накрыла её, вернулась к себе, приняла душ и позавтракала в столовой. Потом навестила Дастана, а там нас и застукала Ксенара. И вот, я здесь.
– Демоны не пьянеют. Зачем вы решили выпить с Рудой?
– Хотела подружиться с ней, мы обе стихийницы, – легкомысленно ответила Стеф.
– Демоны и дружба, – скептически сказал следователь. – Я знаю, как воспитывают высших. Что вам было нужно от Римори? Не рассказывайте мне сказки про дружбу.
– Попахивает ксенофобией, – Стеф сморщила носик. – Я не буду отвечать на этот оскорбительный вопрос.
– Почему вы заснули у неё в комнате, а не отправились к себе? В котором примерно часу это было? – напирал Ди Комр.
– За временем я не смотрела. Устала, – раздражённо отмахнулась Стеф. – Почему заснула – сама не знаю. Какое-то странное вино у этого тиранидуса, хотя я не опьянела.
– Вызовите мне, пожалуйста, Римори Руду и Владлена Би-Зи, – попросил следователь, взглянув на Шефираэль. Та молча сдула с руки несколько золотистых искорок, которые просочились под дверь. – Сейчас я применю к вам особый артефакт, который определит, не осуществлялось ли на вас в ближайшее время какое-либо магическое воздействие. Это не опасно, – Айгор снова повернулся к Стеф и, не дожидаясь разрешения, начал водить по ней каким-то прибором, закреплённым на его запястье. Прибор был похож на металлический браслет с экраном.
– Ну? – спросила Стеф, когда прибор запищал и окрасился в несколько цветов.
– Этой ночью к вам применяли заклятие лечебного сна, которое обычно находится в арсенале целителей. Заклятие безвредно, даже полезно, но погружает пациента в крепкий, глубокий сон. Работает, только если пациенту действительно не повредит выспаться. Вы плохо чувствовали себя в последнее время?
– Меня пытались убить! Как я вообще должна была себя чувствовать после такого? – взъярилась Стеф. – А ещё эти глупые записки! Убийца проникал ко мне в комнату, в моё личное пространство! Заклинания его не останавливают! Конечно, я плохо сплю, я всё время настороже.
– Понятно, – мужчина кивнул, остро глядя ей в лицо колючими тёмными глазами. – Ещё вопрос: вы не помните, Римори Руда закрывала дверь на ключ после вашего прихода?
– Не помню, – Стеф действительно попыталась вспомнить. – Хотя с утра я спокойно покинула её комнату, и ключ мне не понадобился. Но, вообще-то, изнутри дверь можно открыть и без ключа. И убийцу замок не остановил бы. Вы думаете, кто-то усыпил нас с Римори, проник к ней в комнату и сорвал с меня цепочку с ключом? А потом обыскал кабинет Шафраниуса?
– Вы носили ключ на шее?
– Да. И никогда не снимала.
– И кто мог знать, где вы держите ключ?
– Да все могли. Я ношу довольно откровенные наряды, – демоница обрисовала своё нескромное декольте. – Заметить здесь ключ труда не составит, как вы можете догадаться.
– Что вы делали в кабинете Шафраниуса вместе с Дастаном Клозе вчера ночью? – следователь очень пристально вгляделся в Стефанию, желая подавить её морально. Суровое лицо, резкие скулы. Но она и не таких видела, родной отец чего только стоил!
– А Ксенара вам не рассказала? – игриво начала демоница. – Мы развлекались. В плотском смысле. Там очень широкий и удобный стол… Он так и манил.
– Зачем вы пошли в кабинет? – следователь остался не доволен её ответом.
– Это мой кабинет, я хотела посмотреть, что там и как. Дастан решил показать мне всё, я даже не знала дороги. А потом нас обуяла такая страсть, – Стеф поиграла глазами, а лицо Ди Комра окаменело ещё больше. Демоница руку могла дать на отсечение, что именно сейчас он в красках вспомнил, как возле этого самого кабинета его тоже обуяла страсть к прекрасной Дане Солярис. И после этого он ещё обвинял других?
– На горшке с цветком, который стоял в кабинете, обнаружены следы магии Дастана Клозе. Зачем он применял чары к растению?
– Это был цветок его друга. И он уже начал засыхать. Дастан полил его, вот и всё.
– И после этого решил вступить с вами в связь прямо в кабинете недавно почившего товарища?
– Эй, мы же не на могиле Шафраниуса это делали! Демоны вообще не щепитильны, – Стеф начала злиться.
– Высшие демоны презирают смертных. У меня есть доказательства, что между вами и Дастаном не такие страстные отношения, как вы хотите показать. Повторяю свой вопрос: что вы делали в кабинете? Что вы там искали? – Ди Комр навис над ней, подобно ищейке, взявшей след. Ноздри его трепетали.
Стеф сжала подлокотники кресла. Неужели Дана Солярис всё-таки сдала её Айгору?
Глава 12. Цветная битва
Несмотря на провокационные слова следователя, Стефания вспомнила, кто она есть, и постаралась не выдать своего замешательства.
– И где они, ваши доказательства? Я не собираюсь отвечать на беспочвенные обвинения! – она придала своему лицу оскорблённое, но одновременно хищное, опасное выражение. Сделала то, чему отец учил её столько лет. В конце концов, даже если Дана действительно наябедничала, Стефания могла отказаться сотрудничать, воспользовавшись своим высоким положением. Жаль, что Дастан не мог. А может, мог и он. Ещё не известно, что у него за семья.
– Вы не ладите с напарником. У меня есть свидетели вашей ссоры в библиотеке и того, что он сделал с вашим ковром. И только сегодня утром вы применяли к нему магию, заставив прилюдно упасть в столовой. Будете отрицать? Не похоже на великую любовь, – пошёл в атаку служитель закона.
– Мои ролевые игры вас, Ди Комр, не касаются, так же, как и мои предпочтения, – хмыкнула Стеф. У неё отлегло от сердца. – Вы ничего не знаете о демонах, – и она с победным видом посмотрела на следователя.
– Значит, вы отрицаете, что что-то выносили из кабинета?
– Я даже не успела его осмотреть, как следует.
– И тайник в столе вы не находили? И даже тайник под растением?
– А там были тайники? И что в них хранилось? – Стеф сыграла заинтересованность и подалась вперёд.
– Это я хотел бы у вас спросить. Ведь когда я осмотрел кабинет, тайники были уже пусты. Вы понимаете, Стефания, что мешаете следствию? Произошло убийство. А вы скрываете улики! Чем раньше я узнаю всё, что мне нужно, тем быстрее преступник будет пойман! – патетично воскликнул Айгор.
– Я ничего не скрываю, – холодно ответила Стеф. – Ищите свои улики в другом месте. Откуда мне знать, может, Шафраниус сделал с ключа дубликат, пока был жив, а кто-то из его знакомых им воспользовался. А может, он сам перепрятал вещички из тайников перед своей смертью и никому не сказал. В конце концов, может, ключ выкрали из-под носа у директрисы. Вон, даже Эллоиза могла. Уверена, у неё есть доступ. А я тут ничего не знаю, с убитым знакома не была, и это ваша работа – сказать мне, кто на меня покушался!
Вдруг голову демоницы будто слегка сдавило, и вокруг неё появилось зелёное сияние. Шефираэль вскинулась в своём кресле.
– Не смейте воздействовать на моего преподавателя ментальной магией! – возмутилась эльфийка.
– Вы поставили ей защиту? – удивился Ди Комр, отходя в сторону.
– Поставила, поскольку на неё покушались. И похоже, мне придётся ставить защиту на всех свидетелей. Или просто запросить у Совета другого следователя?
– Вы потеряете время. Я уже начал разбираться в этом деле.
– Тогда ведите себя в рамках закона, будьте добры! – потребовала Шефираэль, и голос её был скорее подобен острому клинку, чем музыкальному инструменту.
– Ваши преподаватели мешают правосудию! В таких ситуациях ментальное воздействие до третьего уровня включительно разрешено и применяется без согласия допрашиваемого!
– В Академии правосудие – это я и Ксенара, – жёстко сказала эльфийка. – Не забывайтесь, Междумирье не подчиняется Межгалактическому Совету. Вы вызваны сюда на условиях сотрудничества, а не как главная сила.
– Тогда вы теряете время зря, – Ди Комр стиснул зубы и стал мрачнее тучи. – Отказ сотрудничать, покрывательство свидетелей, запрет на вызов полноценной команды специалистов. В то время, как у вас в Академии нет элементарной службы безопасности! Вы устарели, надеетесь только на силу дракона да на свои магические защитные поля, якобы не способные пропустить никакого зла. И если это работало, когда Академия была маленьким зданием, то теперь всё изменилось, и поймать злоумышленника в целом городе гораздо сложнее. У вас нет абсолютно никакой защиты! Казалось бы, что проще – хотя бы закупить аурокамеры и разместить их по периметру, во всех корпусах и зданиях. Но вы не пошли даже на эту меру, которая сейчас используется во всех мало-мальски развитых мирах Совета! Сейчас бы мы уже знали точно, кто и когда проникал в кабинет и комнату Стефании. А теперь вы вызываете всего лишь одного следователя, ограничиваете мои полномочия и ждёте, когда я распутаю этот проклятый узел, который вы сами завязали! Наличие преступника в Междумирье – это полностью ваша вина. У нас в Межгалактическом Совете это называется халатность. Пока Академия не вступит в Межгалактический Совет и не станет подчиняться логичным требованиям безопасности, я не дам за спокойствие студентов и ломаного гроша.
