Текст книги "Девочка Громова (СИ)"

Автор книги: Ксения Черногорская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Владимир усмехается, и отпускает мой подбородок.

– Соображаешь, сучка. Вариантов у тебя – ноль. Я бы выебал тебя прямо здесь, но, боюсь мы не успеем, а я войду во вкус. А мне всё же надо быть в форме на этом совещании.

Обняв себя руками, опускаю голову. Говорить не могу, у меня губы дрожат. Я и так едва справляюсь с собой, потому что глаза от подступающих слёз уже щипет почти.

– Напрасно ты так расстроилась, – чуть мягче, но как-то всё равно по-хамски произносит Владимир. – Учитывая то, как ты еблась с Громовым на видео, секс со мной тебе понравится. Люблю потрахаться, когда девочка красивая и громкая. Я тебя свяжу сначала, а потом поимею. Сначала в ротик. Потом в попку.

– Хватит... – тихо выдавливаю из себя. – Пожалуйста...

– Ну, если тебе этого хватит, то тогда в попку и кончу. А если нет, то продолжим. Пиздёнку твою натру за ночь так, что ты от трусиков своих кончать будешь на следующий день. "Виагры" жахну, чтобы вот прям несколько часов, не переставая. В попку тебе нравится?

Видя, что никак не реагирую, он резко хватает меня за волосы и заставляет запрокинуть голову.

– Ты чего, сучка, решила снова в игры поиграть? Так да или нет? Я ответа-то твоего не услышал, зато вижу, что нос воротишь. Ты решила сбежать, дура?

С трудом сглатываю: кожа на горле натянута.

– Не сбежишь ты от меня никуда.

Отшвыривает меня в сторону. Стукаюсь плечом об окно и невольно кривлюсь: больно.

– Поняла, да, что я не шучу? – рявкает Владимир: – Не слышу, блять!

– Поняла... – проглотив ком в горле, заставляю себя выдавить я.

– Хорошо, если поняла. Потому что если не поняла и попробуешь что-нибудь отчебучить, я тебя сначала высеку скакалкой, и только потом уже выебу. У меня дома скакалка есть, она без ручек. Раньше были деревянные такие. Остался один шнурок. Удобно. Можно и руки связать и выпороть девочку, если ведёт себя, как дрянь неблагодарная. Вот как ты вчера. Я всю дорогу жалел, что тебя отпустил. Думал: блять, ну нахрена расчувствовался? Хитрая же сука. А ну как сбежит? И выставил охранника у отеля. Он в машине сидел и смотрел, выйдешь ты или нет. Всю ночь так дежурил. Так что ты молодец, что не сглупила. Потому что иначе я бы сейчас с тобой по-другому разговаривал.

Поворачиваюсь к нему и сложив руки в умоляющем жесте, прикладываю пальцы к губам.

– Владимир, пожалуйста... Вы пугаете меня...

Он откидывается на сиденье и вздыхает.

– Я это специально делаю. Чтобы ты поняла, что врать мне не нужно. И что в сексе я предпочитаю доминировать, – ухмыляется. – Впрочем, не только в сексе. Ты теперь, Алина – моя любовница. Пока внештатная. Но будешь хорошо ебстись, возьму в штат, – хохочет.

Меня просто трясёт от ужаса, мерзости и безнадёги. Не понимаю, что мне делать теперь... Какой там план у Ильи?! Какой тут вообще может быть план?! Да лучше б я не ответила на этот звонок этого упыря, он поднялся бы в номер и получил бы от Ильи по морде!!! Сволочь обнаглевшая... Шантажист вонючий, садист, ублюдок, скотина!

Чувствую, что завожусь, что сейчас не выдержу и всё испорчу. Что матом его покрою, урода. До боли сжимаю пальцы в кулаки. Ногти в кожу впиваются, но мне сейчас от этого только легче становится.

– Что? – Владимир перегибается ко мне и заглядывает в глаза. – Не нравится? А нехер было пытаться нас кинуть, сучка.

Слёзы капают на чёрный коврик под ногами. Одна за другой, кап, кап.

– Ладно, – милостиво произносит Владимир, – успокаивайся. Не хнычь. Повода нет. Будешь себя хорошо вести, я тебя сечь не стану. Только ладошкой по жопе твоей аппетитной похлопаю и всё. Но это тебе понравится, уверен.

Ублюдок вонючий... Я тебя знать почти не знаю, но уже ненавижу...

– В общем, – говорит он, чтобы закрыть тему: ты согласна, так? Не слышу!

– Да... -сквозь слёзы, одними губами шепчу я.

– Ну всё тогда. Значит договорились. Пока говорил с тобой, даже возбудился, блин. Надо это, перенастроиться.

Кряхтя, лезет за смартфоном, достаёт его из кармана брюк и прнимается читать сообщения. Вижу это украдкой, сквозь пелену слёз.

Владимир суюёт мне в руку целлофановую упаковку бумажных салфеток.

– В порядок себя приведи. Совещание скоро. Сидит, носом шмыгает.

Наклоняется вперёд и значительно громче спрашивает водителя:

– Чё там, сколько ехать ещё?

– Три-четыре минуты, – не поворачивая головы, отзывается водитель. – Если пробок не будет.

– Ты сделай так, чтоб не было! – приказывает Владимир. – И ещё. Ты ничего не слышал, понял?

– Разумеется. Я вообще о своём думал.

– Вот и молодец. Рули давай.

Глава 15

Всё совещание меня трясёт, будто алкоголичку. Пальцы дрожат настолько, что во время презентации, когда я, изо всех сил стараясь ради собственного выживания, управляю проектором, экран на белом полотне дрожит мелкой дрожью.

– Вы что так волнуетесь, Алина? – хмурится Джованни. – Что-то не так?

– Нет-нет, – облизнув дрожащие губы, поспешно отвечаю я. – Всё так. Всё хорошо. Не выспалась просто.

И мельком вижу в темноте блестящие глаза Владимира. Сидит, откинувшись на стуле, жуёт жвачку. Руки скрещены на груди. Строит из себя босса. Сука, ублюдок вонючий... Джованни же смотрит только на меня и на экран.

Эта презентация даётся мне с большим трудом. Пару раз от волнения, страха и нервного напряжения, у меня даже в глазах темнеет и я чуть сознание не теряю. То и дело пью воду, и подливаю себе снова.

Когда совещание заканчивается, ребрендинг утверждается и подписываются документы, все, кроме нас четверых, расходятся.

– Линочка, – подзывает секретаршу Джованни, – сделай нам кофе, пожалуйста.

Подойдя, синеглазая блондинка с конским хвостом, склоняется к шефу.

– Сюда принести?

– Да, – кивает Джованни. – Чтобы мы время на кофе-брейк не тратили. У нас есть ряд нерешённых вопроссов. И вот ещё что...

– Да-да?

– Не пускайте к нам, пожалуйста, никого. Даже если у кого-то возникнут запоздалые вопросы по прошедшему совещанию.

– Поняла вас. А если позвонят, что ответить?

– Так и скажите: пока ещё на совещании. Как только закончит, вам перезвонит.

– Хорошо, – кивает она, – поняла вас. Кофе сейчас принесу.

Она уходит.

– Владимир, – Джованни поворачивается к Подгорному. – Мне было неудобно делать вам замечание во время презентации, поэтому я скажу сейчас.

– Слушаю вас, – хмурится он.

– Вот ещё раз я увижу, как вы жуёте жвачку во время демонстрации слайдов и последующего обсуждения, я вас серьёзно оштрафую. Вам всё понятно?

– Да, извините, – конфузится Владимир.

С Джованни они ведёт себя совсем не так, как со мной. Понимает, что зависит от его решений. Сволочь двуличная, показал бы начальнику свою настоящую натуру.

Джованни поворачивается ко мне.

– Вы чего такая бледная, Алина? На вас лица нет. Может сделаем перерыв?

– Нет, – замотав головой, поспешно отвечаю я, – не нужно. Я в порядке. Просто устала и не выспалась.

– Ну, смотрите, как знаете. Если вы в порядке, то сразу после того, как Лина принесёт кофе, можем начать.

Снова учащённо бьётся сердце. Устала я от этих стрессов... Но если сделаем паузу, я вообще не смогу с ними общаться. Я и так из последних сил натягиваю на себя улыбку, хотя мне хочется выть и рыдать в голос.

– Да, – сглотнув, киваю я. – Хорошо.

Спустя несколько минут, когда секретарша Джованни выходит из переговорной и плотно закрывает за собой дверь, в чём Джованни дополнительно убеждается, повернувшись в кресле, переговоры вновь становятся конспиративными.

– Александр, обрисуйте мне ситуацию, как она есть, – мягко требует Джованни. – Насколько я понимаю, у вас для запуска видео и фотографий в Сеть всё готово.

– Да, – взглянув на меня, кивает Александр. – Десять сайтов, все известные. Все вбросы с анонимных профилей через VPN. Комментаторы поднимут эти материалы в течение получаса максимум.

– Насчёт Ютуба что?

– Как и договаривались. Заблюренные видео, громкие заголовки. Два видео, оба выведем в топы в течение часа, максимум двух. Также готовы журналисты трёх изданий, которые выложат на сайт мнения об обслуживании в сети Громова, и которые создадут ажиотаж в прессе, в том числе бумажной. В завтрашних выпусках всё будет. Мнения, разумеется, негативные. Также мы сегодня готовы выложить съёмку скрытой камерой из Питерского магазина его сети. Сняли специально так, что впечатление свинарника и хамоватых продавцов.

– Это вы как сделали? – улыбается Джованни.

– Насвинячили сами, – смеётся Александр, а насчёт продавцов – там просто записи не с начала, и отрывками. Одного довели до психов, так он нашего подставного клиента обматерил. Причём мат трёхэтажный, могу показать, у меня в телефоне файл этот есть.

– Не нужно, – усмехается Джованни. – Верю.

Он поворачивается ко мне.

– Ну что ж, Алина, дело за малым. Вы подтверждаете, что на видео и фотографиях, которые вы нам предоставили, именно девушка друга Громова?

В горле сухо. Ответить не могу. Поэтому просто киваю.

– Уверены? Подумайте хорошо, Алина. Потому что после запуска этой компании обратного хода не будет. И я очень надеюсь, что Александр действительно был неправ насчёт всей этой схожести этой девушки и вас. Подтверждаете?

Обречённо киваю вновь.

– Да... – с трудом разомкнув губы, хрипло говорю я. – Подтверждаю.

Боковым зрением вижу паскудную улыбку Владимира...

– Прекрасно, – откинувшись на стуле, потирает руки Джованни.

Снова поворачивается к Александру.

– Саша, скажите, а можем мы эту новость про девушку футболиста закинуть в новости Яндекса?

– В Яндекс-дзен получится. У нас четыре блогера ждут команды.

– А в новости?

– Я думаю завтра утром уже будет.

– Вы думаете или уверены?

Александр разводит руками.

– Гарантировать не могу. В новосятх повестка дня сегодня насыщенная. Но конкретно в Питерском Яндексе будет сто процентов.

– Прекрасно! Меравиглиозаментэ, я бы даже сказал!

Он очень доволен, это видно. А меня просто тошнит от этих пауков в банке. И от себя самой...

– Ну что ж, – произносит Джованни, – тогда дело за малым.

Сопя носом, он берёт со стола телефон, нажимает несколько кнопок и включает громкую связь.

– Буон помериджо, Паоло. Вивавочче ативато.

– Си, Джованни, – раздаётся из трубки хриплый низкий голос пожилого человека. – Соно феличе ди сэнтирти.

– Сиамо пронти пер инициари. Тутто чо ди куй ай бизоньо эля туа аппровационе.

– Меравиоглиозо. Инициарэ.

Сказав это, главный отключает связь.

Джованни, расплывшись в улыбке, разводит руки в стороны.

– Как я и сказал. Меравиглиозаментэ!

Он допивает эскпрессо, поднимается со стула и, внимательно посмотрев на меня, говорит:

– Как только акции компании Громова пойдут вниз, считайте, что вы – хорошо заработали. Но! – он поднимает кверху пухленький, волосатый палец. – Если информация о нашей совместной работе станет кому-либо известна, деньги вам не помогут.

Он выразительно смотрит мне в глаза, отчего у меня холодеет промеж лопаток.

– Джованни, – подаёт голос Владимир.

– Да, слушаю тебя.

– Возникла идея, – он немного мнётся, но старается выглядеть уверенно. – В рамках развития нашего дальнейшего сотрудничества с Алиной и большей уверенности в данном проекте, предлагаю поселить нашего сторителлера рядом со мной.

Бровь Джованни взлетает вверх.

– Не понял. Зачем?

– Дело в том, что для большей оперативности будет лучше, если мы сможем контачить с ней не онлайн, в реал лайф. Это позволить сократить временные издержки, к тому же дополнительный контроль в таком щекотливом деле нам не помешает. Алина – опытный сторителлер, но наш проект – для неё в новинку. Я смогу курировать её действия не прибегая к звонкам и перепискам. Двадцать четыре на семь.

Джованни смотрит на него с усмешкой. Затем переводит взгляд на меня. У меня кровь от щёк отливает от ужаса происходящего. Он снова смотрит на Владимира.

– Хорошо. Однако если личные отношения будут мешать работе, Владимир, пеняйте на себя.

– Никоим образом не помешают! Уверяю вас!

Джованни, будто потеряв интерес к разговору, расслабленно машет кистью.

– В таком случае, – глотнув кофе, он поднимается с кресла. – можем начинать. Завтра всех вас я буду ждать в своём кабинете ровно в девять утра. Без опозданий, пожалуйста, – он обводит нас взглядом. – Это всех касается. Всё, идите.

Мы встаём, прощаемся и втроём выходим из переговорной.

Как только вы оказываемся в коридоре, Владимир поворачивается к Александру.

– Всё, Саш, на связи.

Он протягивает ему руку.

Александр, хмурясь пожимает её.

– А вы что, остаётесь здесь?

– Мы перекусим в ресторане внизу. Иди, Саш. Нам с Алиной нужно будет кое-что перед запуском кампании.

– Эмм... Я нужен?

– Нет, Саш, спасибо. Мы справимся. В любом случае, на связи.

– Да, конечно.

Он уходит к лифтам, в то время как Владимир, взяв меня под локоть, ведёт к окну.

Останавливается, вынудив остановиться и меня. Смотрит в глаза.

– Ну что ж, дело сделано. Теперь либо ты шёлковая и ведёшь себя со мной, как подобает, либо Джованни до запуска кампании узнает о том, что ты записала переданное нам видео вместе с Громовым. Что произойдёт в таком случае, я думаю, ты понимаешь.

– Да, понимаю... – опустив глаза, тихо говорю я.

– Надеюсь на твою благодарность. Согласись, я мог слить тебя во время этой конференции. И ты бы оттуда, – он показывает большим пальцем за спину, – просто не вышла.

Чувствую во рту привкус крови. Накусала губу.

– Всё, поехали, – жёстко произносит Владимир. – Машина ждёт внизу.

– В ресторан? – сглотнув, с надеждой смотрю на него.

Усмехнувшись, Владимир качает головой, и обняв меня рукой за талию, подтягивает к себе.

– Нет, Алина. Не в ресторан. В отель. Хочу насладиться тобой неторопливо, без суеты.

Глава 16

В лифте Владимир нажимает кнопку минус первого этажа. Увидев мой взгляд, усмехается.

– Непохоже, Алина, что ты возбуждена. Непохоже, что предвкушаешь страстный, горячий секс.

Очень стараюсь не поддаваться панике. Верить в план, о котором говорил Илья. Но, если честно, это безумно сложно. Меня трясёт, и единственное, чего я сейчас хочу – сбежать. При этом с ужасом осознаю, что сбежать никуда не смогу. Этот ублюдок всё-таки сцапал меня.

Лифт просто ползёт вниз. Просто ползёт...

Владимир берёт меня пальцами за подбородок. Заставляет поднять голову и посмотреть ему в глаза.

– А я – возбуждён, – ухмыльнувшись, сообщает он. – И предвкушаю.

Легонько, но грубо отталкивает меня. Выдохнув, смотрю в сторону, затем под ноги. Губы трясутся. Сердце колотится, просто как бешеное.... Уверена, мой попутчик это слышит. Уверена, ему это нравится. Сволочь...

Звяканье колокольчика. Двери лифта открываются и Владимир, взяв меня за плечо, выталкивает меня вперёд. Выходит следом за мной.

– Я буду трахать тебя так, – прижав меня к себе, тихо говорит он, почти шепчет, пока мы идём мимо рядов машин на подземной парковке, – что ты очень захочешь ещё. Ты узнаешь, как классно может быть, когда мужчина берёт тебя жёстко, когда он одновременно трахает тебя во все дырочки.

Он цепко держит меня за плечо. Оно приподнято из-за того, что он давит и напирает. Он ведёт меня вперёд так, будто арестовавший и схвативший преступника полицейский. Но при этом Владимир уже аж дрожит от возбуждения, и это очень чувствуется. И очень пугает. У меня холодок по коже проносится от его слов, интонаций, и того, как его цепкие, жёсткие пальцы, будто клешнями впиваются в моё плечо.

Ноги от ужаса ватные, я едва ступаю. Спотыкаюсь, и он злится и раздражённо подталкивает меня вперёд. Сердце колотится, как бешеное просто. Ничего кроме паники, я уже не чувствую. Разве что слабость в подкашивающихся ногах... И я не знаю, что делать, я не знаю, что делать... Я не справлюсь с ним, он слишком силён, не сбегу, на этот раз он наготове, он держит меня так, чтобы я даже рыпнуться не могла. И наслаждается, сволочь, тем, что я его боюсь... Кайфует просто от этого, ублюдок...

Есть в нём что-то маньячное, что-то ненормальное, что-то психопатическое, гадкое, отталкивающее, мерзкое... Что-то такое, от чего бежать хочется со всех ног, от чего душу заполняет ужасом, хотя вроде бы он говорит о приятном... Я не верю ему, я боюсь его, я...

Помогите мне... Кто-нибудь...

Вокруг никого. Подземная парковка пуста. Не удивительно. До вечернего часа пик ещё час. Все в офисах. Мы закончили раньше. Тут только автомобили. Разноцветные автомобили с потухшими фарами, стоящие у серых, цементных стен.

– Машина там, – кивает он вперёд и вправо, – за этой красной тачкой. Шевелись.

Сжав плечо, хватает второй рукой, резко разворачивает к себе, и встряхивает меня:

– Ты что, блядь, такая нерадостная, а?! – лицо искажено злобой, глаза сверкают в сумраке подземной парковки. – Ты хочешь мне настрой сбить, сучка? Улыбайся, блядь! Я собираюсь наконец-то взять своё. Обещанное тобой. Я так долго этого ждал. Ночь, блядь, не спал, предвкушал, как буду иметь тебя... Так что не порти мне кайф...

– Владимир... – губы дрожат, я сама не своя от страха, – м... м.... мож...может вы отпустите меня, а? Пож...алуйста... йй...йя.. оч...чень хочу домой...

Он замирает. Глаза превращаются в опасные узкие щёлочки.

– Что? – тихо спрашивает он. – Что ты сейчас сказала, сука?

Левой рукой он хватает меня за платье, прямо на груди, и приподнимает вверх, отчего оно впивается тканью мне в подмышки, а другой замахивается, чтобы ударить по лицу....

Зажмуриваюсь.

Внезапно раздаётся какой-то шум, Владимир вдруг резко отпускает меня, и я инстинктивно вжав голову в плечи, подаюсь назад и распахиваю глаза.

На шее у Владимира сильная рука Илья. Резко развернув болтнувшегося Владимира к себе, Илья со всей дури бьёт его кулаком по роже. Звук – отвратительный. Хлюпающе-хлёстко-звонкий.

Брызжет кровь из носа Владимира. Бледное лицо внизу вмиг окрашивается красным.

– Что за...

Новый удар. Ещё один.

Всё молча.

Я настолько ошеломлена, что будто застыла.

А тем временем, Илья, держа Владимира за шкирку, продолжает свободной рукой, избивать его. И лицо там уже ну всё в крови... Какой ужас...

– Илья!!! – рвёт криком меня. – Илья, остановись!

– Бля..ть....бл... ты... что.... – хрипит, пускает кровавые слюни Владимир. – От...пусти...

Он уже просто висит, не извивается.

– Не, – качнув головой, зло усмехается стоящий ко мне спиной Илья. – Я хочу насладиться тобой неторопливо. Без суеты.

Новый удар! Хруст, хлюпанье, вскрик!

Подбегаю к Илье, хватаю его за руку, тяну на себя.

– Остановись, Илюш, ты убьёшь его!!!

Илья поворачивается ко мне. Его лицо в мелких каплях крови.

– Он тебя лапал? – спрашивает он.

– Нет-нет-нет! – вцепившись в его плечо, торопливо восклицаю я. – Не лапал! Не лапал, честно! Илья, отпусти его!

Илья поворачивает голову к окровавленному Владимиру и медленно разжимает вытянутую руку. Тяжёлым кулём Владимир падает на согнутые ноги, а потом ничком на тёмно-серый бетонный пол. Лицом проезжает по нему, оставляя бурую полосу. Тихо мычит...

Илья вдруг будто приходит в себя. Быстро обняв меня левой рукой, прижимает к себе. Ткнувшись губами, целует волосы. Обняв его двумя руками за талию, вжимаюсь в него. Нервно дрожу.

– Прости, малышка, – слышу я его тихий голос. – Прости меня.

Рядом с нами слышится шорох и стон. Повернувшись к Владимиру, вижу, что он пытается подняться. Илья подходит к нему, хватает за шкирку и, встряхнув, усаживает на задницу. Застонав, Владимир падает назад, прислоняется спиной к стене, и, стукнувшись макушкой о бетон, запрокидывает голову вверх.

Нос и губы его разбиты, из уголка рта стекает на подбородок кровь. Закрывает глаза, вздыхает, открывает глаза вновь и, усмехнувшись, смотрит на Илью.

– Жучок, да?... – хрипло цедит он.

Илья опускается перед ним на корточки. Чуть наклонив голову вбок, смотрит Владимиру в глаза.

– Ты думал, гадёныш, за неё вступиться некому?

Владимир, сплюнув в сторону, снова усмехается.

– Думал, тебе на неё похуй...

– Нет, – качнув головой, жёстко отвечает Илья. – Мне не похуй.

– Вижу...

Несколько секунд они молчат. На подземной парковке воцаряется тишина. Только слышно, как дышит Владимир, чуть посвистывая окровавленным носом.

– Где хоть жучок-то? – горько усмехнувшись, поднимает на Илью глаза он. – Скажи... Интересно...

– На одежде.

И тут я замечаю, что выражение лица Владимира меняется. Глядя куда-то за спину Илье, он как-то вдруг будто теряется. Весь его то ли напускной, то ли настоящий гонор пропадает в одно мгновение.

Обернувшись туда, куда он смотрит, я к своему удивлению вижу неспешно идущего к нам его водителя. Того самого немногословного вихрастого блондина с суровым взглядом. При этом меньше всего эта походка производит впечатление походки подчинённого, спещащего на помощь начальнику.

Илья тоже оборачивается на него. Кивает на Владимира.

– Олег, притащи воды какой-нибудь. Умыть надо этого пидораса.

Тот кивает.

– Сделаю.

Владимир тихо и горько усмехается.

– Ах ты, ссука... – глядя на своего подчинённого, тихо, но злобно бормочет он.

Водитель Олег только окидывает его полным презрения прищуренным взглядом, а затем направляется обратно к машине.

– Предатель... – застонав, произносит Владимир. – Сука, кругом одни предатели... Никому нельзя верить...

Он с ненавистью смотрит Олегу в спину, а потом переводит взгляд на меня. Мне становится не по себе, и я отворачиваюсь.

– Так он на тебя работал, значит...

– На меня, на меня, – слышу я голос Ильи. – В глаза мне смотри, говно похотливое.

Снова поворачиваюсь к ним. Илья по прежнему сидит перед Владимиром на корточках. Запястья на коленях. Поза вроде бы расслабленная, но чувство такое, что если что – Илья отреагирует моментально. Он, несмотря на негромкий голос и в целом спокойные интонации, производит впечатление сжатой пружины.

– Значит, слушай сюда, Володя, – говорит он. – И слушай очень внимательно. Это в твоих интересах. Я тебя, пидора, не похоронил здесь сейчас только по одной причине. Ты мне ещё понадобишься. Так что считай, что тебе повезло. Станешь сотрудничать со мной – я тебя только посажу. За прежние грехи. Не станешь – похороню. Выбор делай прямо сейчас.

Окровавленное лицо Владимира – страшное, злое. А прищуренный взгляд – полон ненависти. Но он молчит. Только чуть ухмыляется одними губами.

– Ты знаешь, – тихо продолжает Илья, которого этот взгляд, похоже, совершенно не смущает, – мне было бы на многое похуй, если бы ты на мою женщину не полез. Но ты полез. И с того момента, как ты это сделал – ты себе приговор подписал. Учитывая то, что я сегодня слышал в наушнике, ты пока что очень легко отделался. Но, как ты уже понял, мы не закончили.

– Бить будешь снова, да? – усмехнувшись, едва ли не шепчет Владимир.

– Нет, если пойдёшь навстречу – не буду.

– Чего ты хочешь?

– Объясню. Как только Олег принесёт воду, ты умываешься, сморкаешь сопли, приводишь себя в порядок. После этого мы вчетвером едем на лифте наверх. Охране на этаже кивнёшь, чтобы они кнопку нажали, и мы вошли все четверо. Если понадобится, скажешь что мы с тобой. Скажешь правдоподобно. Карточку покажешь свою. В общем, проведёшь нас к Джованни. Не скажешь и не покажешь – я тебе кадык вырву нахуй. Из-под земли тебя достану, если понадобится. У меня на тебя столько всего, что ты ещё не раз пожалеешь, что принял участие в том дерьме, в котором вы меня закопать собирались. В общем, я тебя, пидора, предупредил. Ты меня хорошо понял?

– Да... – понуро глядя на бетон под ногами, хрипло отвечает он.

– Молодец, – Илья швыряет ему пластиковую бутылку с водой. – Тогда ждём Олега.

– С моим лицом нас не пустят...

– Пустят. Алин, – Илья поворачивается ко мне, – у тебя косметичка с собой?

Взгляд ободряюще-весёлый. Голос тоже.

– Да... – коротко пожав плечами, отвечаю я, и хватаюсь за сумочку.

– Отлично. Доставай.

– Хорошо... – растерянно киваю я.

Достав косметичку, протягиваю ему.

Илья качает головой.

– Мне она не нужна. Тональный крем есть?

– Есть, – снова киваю я.

– Вот дай мне только его.

Нахожу маленький пластиковый тюбик и кладу на протянутую ладонь. Илья, взяв его и зажав между пальцами, показывает его Владимиру.

– Поднимай жопу. Как умоешься, будешь вот этим делом гримироваться. Так, чтобы комар носа не подточил. Бокового зеркала тебе хватит. Вставай.

Глава 17

Двери лифта открываются и мы, уже пропущенные охраной, выходим на этаже. Вчетвером направляемся в сторону двери, откуда недавно вышли вдвоём с Владимиром. Теперь он идёт впереди, я сзади, а между нами – Илья и Олег – плечом к плечу. И за их широкими спинами мне, несмотря на всю нервозность ситуации, относительно спокойно.

Подходим к двери. За ней – фойе, секретарская, несколько кабинетов, включая кабинет Джованни, и просторная переговорная. Зайти просто так – нельзя. Либо нужен спецпропуск, либо дверь должен открыть кто-то изнутри.

– Карточку прикладывай, – кивнув на панель, жёстко приказывает Илья Владимиру. – И поживее.

Тот, вздохнув, делает то, что ему приказали.

Маленькая круглая лампочка в белой панели сменяет цвет с белого на зелёный. Дверь, тихо пискнув, приоткрывается. Илья, толкнув, распахивает её и входит внутрь первым. Следом за ним, уткнув небольшой чёрный пистолет в поясницу Владимиру, идёт Олег. А я... двигаюсь последней.

И последней замечаю то, что происходит в секретарской.

А происходит то, отчего я – буквально выпадаю в осадок.

Заместитель генерального директора Джованни Риччи, второй человек в компании, прикрыв глаза, вальяжно сидит в просторном, кожаном и выкрашенным в зелёный, кресле со спущенными штанами.

Головка его небольшого полового члена скрыта щёчками и волнистыми локонами миловидной секретарши, которая, подмахивая головой, эти щёчки то и дело втягивает, старательно делая минет своему начальнику. Влажное основание члена то и дело мелькает между пухленькими губками секретарши и чёрной кудрявой порослью под круглым волосатым животом. Пуговицы сорочки расстёгнуты и живот выглядит наполовину сдутым футбольным мячом.

Причмокивая, постанывая и теребя себя за соски обнажённой, вывалившейся из бюстгальтера-балконета груди, секретарша настолько увлечена процессом, что не замечает нас даже тогда, когда я закрываю за собой дверь в секретарскую. Что до Джованни, так он с закрытыми глазами полулёжа в кресле, всецело сосредоточен на собственном удовольствии.

Илья вежливо и коротко покашливает, давая понять, что эта сладкая парочка теперь в секретарской не одна, и они оба, чуть ли не синхронно вздрогнув, резко оборачиваются на нас. Глаза у обоих – будто блюдца. Непонимание, оторопь и паника – вот что читается на их лицах. Они перепуганы – это видно.

– Девушка, – обращается к секретарше Илья, – вы досасывайте спокойно, мы подождём. Джованни, у меня к вам разговор важный. Прям вот отлагательств не терпит.

Джованни, вскочив, принимается спешно и нервно натягивать на себя трусы вместе с брюками, и, запутавшись в них, едва не падает на паркетный пол. Резное итальянское кресло, которое он толкает, стараясь удержать равновесие, проскрипев ножками по паркету, отъезжает назад.

– Что вам надо?! – искренне возмущается Джованни. – Владимир! Что происходит?! Кто эти люди и почему они здесь?! Почему ты привёл их сюда?! Почему не согласовал...

Илья не даёт ему договорить.

– Кто я такой, – перебивает он, – ты прекрасно знаешь. Клоунаду выключи эту дешёвую. Иначе я тебя сейчас выключу.

Захлопав глазами, Джованни разом умолкает и растерянно опускается в кресло. Очевидно, что он пытается сообразить, как ему себя лучше всего вести сейчас. И совершенно при этом не понимает, чему ему от Ильи ждать.

– Линочка, – повернувшись к секретарше, быстро говорит он, – ты иди. Сделай нам кофе.

Линочка смотрит на Илью так, что у меня возникает неожиданное, но острое желание врезать ей хорошего леща, и потому я, покрутив указательным пальцем в воздухе, говорю:

– Линочка, послушай начальника. Топай отсюда, пока живая.

Илья, повернувшись ко мне удивлённо и оценивающе смотрит на меня, и затем ухмыляется.

Наверное, краснею. Потупившись, стою и жду дальнейшего развития событий.

Линочка сваливает, и я уже немножко довольна тем, как они развиваются. Хотя, признаться, всё равно очень волнуюсь.

Илья садится за стол прямо напротив Джованни. Мы втроём остаёмся стоять поодаль.

Джованни заметно нервничает. То и дело то оглядывается на свой кабинет, то смотрит на входную дверь. Смотреть в глаза Илье ему явно очень некомфортно.

– Так ты вспомнил, кто я такой? – спрашивает его Илья. – Или мне тебе напомнить?

– Вспомнил...

– Ну, видишь, какой молодец, – чуть улыбнувшись, холодно произносит Илья. – В таком случае, слушай меня очень внимательно. Если будешь слушать внимательно, то есть вероятность, что Линочка спустя полчасика, а может и меньше – дососёт твою невзрачную маленькую пиписку. А вот если будешь слушать невнимательно... – Илья наклоняет голову вбок и насмешливо смотрит на Джованни. – ...то досасывать свою пиписку будешь сам. Всё понял?

Джованни ничего ему на это не отвечает. Угрюмо смотрит Ильев в глаза, переводит взгляд на Владимира, скользит по мне, снова исподлобья смотрит на Илью.

– Ты меня понял или нет? – с нажимом в голосе, угрожающе спрашивает Илья.

– Понял... Что тебе надо?

– Не торопись, – усмехнувшись, заявляет Илья. – Чуть позже я тебе популярно объясню, что мне надо. Но для начала, чтобы ты лучше ориентировался в сложившейся ситуации, введу тебя в курс дела.

Джованни, сглотнув, молча кивает. Боже, как изменилось его поведение! Он чувствует себя не в своей тарелке и понимает, что дело пахнет жареным. И как ни старается напустить на себя безразличный вид, нервничает очень заметно.

– У меня есть всё об этой вашей попытке обрушить акции моей компании, – произносит Илья своим низким, спокойным, уверенным голосом. – Вообще всё. Он задумки до реализации планов. Понимаю, что вы ещё не приступили к активной фазе, но, внимательно меня выслушав, думаю, ты сам поймёшь, что в этом уже просто нет необходимости. На каждого из вас троих, включая тебя, разумеется, у меня собран мощный компромат. Ваш гендиректор, как минимум, вас уволит. Но у меня есть все основания полагать, что ощутив тот урон, который вы принесли его компании, он этим не ограничится. Я ведь правильно понимаю, что идея была твоей?

Джованни молча опускает глаза.

Илья усмехается.

– Ну так вот. Идея, может и была неплохой, но как понимаешь, эта акция провалилась. Есть несколько вариантов. Представим себе первый: ты запускаешь кампанию с липовым компроматом на меня. В таком случае, я предоставлю все необходимые документы, включая аудио и видео записи, которые очень чётко дадут понять любому заинтересованному лицу, что вы попытались ввести людей в заблуждение, оклеветали меня, известного футболиста и его невесту. Плюс ко всему станет очень хорошо понятно и то, как вы действовали на рынке и ранее. Соответственно, будут назначены проверки. Вы их не выдержите, это я тебе уже прямо сейчас могу сказать. Ну, например, потому, что я в курсе, откуда вы брали часть материалов, по какой цене закупали, причём тут демпинг, и как вы опрокинули целый ряд своих же собственных сотрудников с зарплатой. У меня есть информация о трёх увольнениях без расчёта в обход законодательства, о шантаже топ-менеджера Васильева, который был уволен со своей должности в январе этого года и о том, где в действительности шьётся часть вашей продукции.