Текст книги "Поцелованная призрачным светом (ЛП)"
Автор книги: Криста Стрит
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
Я сцепила дрожащие руки. Потрескивающая энергия бежала по моим нервам. Сила Вераселли заворчала и запульсировала внутри меня. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, но это не помогло.
– Да, мы должны сохранить ей жизнь, – сказала я Уэсу, и в словах отозвалась сила Вераселли. Он откинулся на спинку стула, словно на него обрушился порыв ветра.
Я попыталась сдержать свой гнев. Я не знала почему, но чувствовала невероятную потребность защищать богиню. Несмотря на то что она выбрала меня своей наследницей и перевернула мою жизнь вверх дном, я всё равно хотела её спасти.
Возможно, это стало побочным эффектом того, что её сила внутри меня, а возможно, и нет. Я не знала, но не собиралась сидеть сложа руки, чтобы они убили лорда Годасара, а вместе с ним и Вераселли.
– Ты очень остро реагируешь, – тихо сказал Уайетт.
– Очень.
Они с Уэсом снова переглянулись – эти проклятые взгляды, – прежде чем Уэс произнёс:
– Хорошо. Я посоветуюсь с моими чародеями насчёт разрыва их связи. Это наименьшее, что мы можем сделать, учитывая, как сильно ты помогла СВС. Однако я ничего не могу обещать. Ты должна понимать, что мой приоритет – СВС. Если лорд Годасара снова появится и будет угрожать безопасности моих отрядов или невинных людей, мы уничтожим его без колебаний.
– Но…
Он поднял руку.
– Я обещаю, что изучу связь между Вераселли и лордом Годасара. Я велю Николасу заняться этим немедленно. Если мы найдём способ безопасно разорвать их связь, мы так и сделаем.
Я сидела неподвижно, понимая, что это лучший компромисс, на который он готов пойти.
– Хорошо. Тогда, наверное, это наш план на будущее.
Глава 13
Уайетт
Уэс наклонился вперёд на стуле, отправив Николасу краткое сообщение.
– Я посмотрю, что смогут выяснить болгарские горгульи, – сказал Уэс, – а завтра утром встречусь со своими чародеями. Но прямо сейчас мне нужно, чтобы вы закончили рассказывать, что именно с вами случилось.
Плечи моей пару расслабились ещё больше, когда она отвечала на его прямые вопросы, и с каждым произнесённым предложением настороженность, которую я чуял в её запахе – и которую Уэс, без сомнения, тоже чувствовал – постепенно угасала.
Волк внутри меня тихо зарычал, потому что с моей парой творилось что-то неладное. Она не только вела себя нервно, но между нами что-то изменилось.
Я это чувствовал.
И будь я проклят, если не докопаюсь до сути. Потому что вся та мягкость, которую я ощущал в ней в те дни, что мы провели в поместье, словно исчезла.
Такое впечатление, будто она пережила нечто ужасное, и это изменило её. Я тихо хмыкнул про себя. Забавно, как амнезия, похищение, плен и едва не случившееся жертвоприношение могут повлиять на человека.
Уэс склонил голову набок.
– Что ты сделала после того, как перенесла всех бойцов СВС с поля битвы? Уайетт сказал, что очнулся и нашёл тебя без сознания. Ты помнишь, что случилось?
Эйвери напряглась – это был первый признак нерешительности с тех пор, как Уэс начал допрос час назад. Она уже рассказала нам всё, что он хотел знать: что она помнила о похищении, что с ней делали в пещерах, кто участвовал в её заточении и что запомнила о ритуале.
Несмотря на изнурительные воспоминания, она отвечала на все вопросы охотно и честно. Её запах не мог лгать, но сейчас…
От чего-то она насторожилась, и это не нравилось ни мне, ни моему волку.
– Всё в порядке. – Я автоматически потянулся к её пояснице, но остановил себя и вместо этого вцепился в свой стул. – Что бы ты ни сказала, нас это не удивит.
Когда она посмотрела на меня, в ее глазах фиолетовый свет смешался с её естественными каре-золотистым цветом. Её запах тоже изменился, в него добавилась кисловатая нота.
Ого. Ладно, что бы она ни скрывала, это сильно ее беспокоило. Я чуть не зарычал, мои чувства обострились до предела при одной только мысли, что её так пугает.
– Я никому не позволю тебя обидеть, – напомнил я.
– Даже себе? – прошептала она одними губами.
Я откинул голову назад, словно меня ударили. Неужели она и правда меня боится?
В груди зародилась невыносимая боль. Неужели она совсем мне не доверяет?
– Эйвери, я даю тебе полную гарантию, что здесь ты в безопасности, – добавил Уэс. – Лорд Годасара никогда не сможет пробить защитные чары вокруг СВС. Мы просто хотим знать, что случилось, чтобы разобраться в происходящем и добраться до сути. Это главная цель всех операций СВС.
Её глаза снова вспыхнули фиолетовым, когда она посмотрела на него, и вокруг неё возникла покалывающая энергия.
– Сейчас я боюсь не лорда Годасара.
Уэс склонил голову.
– Тогда кого вы боитесь?
– СВС.
Что? Что она имела в виду? Я наклонился к ней ближе.
– То, что ты скажешь, не будет использовано против тебя.
Она поморщилась.
– Обещаете? Вы абсолютно точно обещаете, что ничего не будет использовано против меня?
Уэс нахмурился еще больше, но кивнул.
– Даю слово.
Эйвери облизнула внезапно пересохшие губы, затем глубоко вздохнула.
– После того как перенесла всех бойцов СВС в безопасное место и перед тем, как обезвредить эльфа, я… – Она сцепила пальцы, и от неё снова пошел сильный кислый запах.
У меня внутри все сжалось.
– Что-то случилось после того, как ты вернулась? Они… – Я проглотил ярость, подступившую к горлу. – Они причинили тебе боль?
Она издала короткий, резкий смешок.
– Нет, они не причинили мне боль. – Она посмотрела на свои руки, которые сцепила на коленях. – На самом деле всё было наоборот. Я причинила боль им.
Меня захлестнула волна такого сильного облегчения, что пришлось откинуться на спинку стула. Я уже представил себе самое худшее. Что она вернулась к эльфу и колдунам, что они прорвали её магию, возможно, избили её, изнасиловали или сделали что-то столь же ужасное, и что, возможно, она дала сдачи. Потому что исходящий от неё запах страха был так похож на запах других жертв, когда они заново переживали те ужасные события, что им довелось испытать, и когда они давали отпор.
– Продолжай, – тихо сказал Уэс.
Она продолжила, не поднимая взгляда:
– После того как вернулась к костру, я поняла, что они не перестанут охотиться за мной, если не покончу с этим. Я знала, что невинные люди умрут, возможно, сотни. Поэтому я подняла меч, оставленный павшим бойцом СВС, и… – Она взглянула на меня, ее глаза её блестели от слез. – Я поклялась убить их всех прямо там. Я собиралась сначала убить лорда эльфов, потому что он представлял наибольшую угрозу.
На моих губах мелькнула легкая улыбка. Умница.
– Затем я собиралась убить всех колдунов. Я знаю, что это неправильно – убивать кого-то, вот так хладнокровно. – В её запахе появилась нотка отвращения к самой себе. – Но я чувствовала, что это мой долг. Я приняла это решение не сгоряча. Я всё обдумала, но как раз когда собиралась убить лорда Годасара, он рассказал мне о своей связи с Вераселли. Он начинал прорываться сквозь мою хватку над временем. Он смог пошевелить губами достаточно, чтобы заговорить, и сказал, что если я убью его, то убью и её. – Она снова сплела пальцы. – И самое безумное, что я не думаю, что он лгал. Сначала решила, что он просто пытается выиграть время, но если бы это так, почему богиня всё ещё жива? Если её сила во мне, у него не было причин держать богиню при себе, если только он не говорил правду. Поэтому я не стала его убивать. – Её лицо внезапно побледнело. – Но это не значило, что я должна была оставить всех остальных в живых.
– Ты убила колдунов, – констатировал Уэс.
Она кивнула, сжав губы.
– Да. Я обезглавила их всех, одного за другим, и… – Эйвери подняла подбородок. – Как бы мне ни было от этого мерзко, я не жалею об этом. Я сделала бы это снова, чтобы защитить невинных людей от жестоких ритуалов Священного Круга. И знаю, что от этого я выгляжу как жестокая бессердечная стерва, но они собирались убить меня и всех вас и не собирались останавливать свои жертвоприношения. Они убили бы людей и фейри. Я поняла, что тот миг – мой единственный шанс остановить их, и я им воспользовалась. – Её щёки залились румянцем, глаза снова вспыхнули фиолетовым светом. – Как уже сказала, я не горжусь собой за это, даже если они были злом во плоти. Мне придётся жить с мыслью, что я забрала их жизни, но не жалею о своих поступках. Так что если вы считаете, что должны арестовать меня за убийство, тогда, полагаю, вам придётся это сделать.
У меня перехватило дыхание, а следом вырвался резкий смешок.
Взгляд Эйвери метнулся ко мне.
– Тебе кажется это забавным?
– Нет, вовсе нет. – Но я не мог сдержать огромного облегчения. – Я просто рад, что именно это тебя беспокоило. Ты правда думаешь, что мы арестуем тебя за убийство колдунов, которые тебя похитили, причинили тебе боль и собирались принести в жертву?
Она нахмурилась.
– Я хладнокровно их убила. Это была не самооборона, они не могли сопротивляться. Они всё ещё были заморожены. Я буквально… – Горло её судорожно сжалось, в глазах мелькнул стыд. – Я буквально казнила их.
– И СВС благодарит тебя за это, – сказал Уэс.
Она посмотрела на него в изумлении.
– Что?
Он наклонился вперёд, опираясь предплечьями на стол.
– Чернокнижники – это тёмные колдуны. Они практикуют чёрную магию, что незаконно. Одной из наших целей в этой операции было уничтожить их любыми необходимыми средствами. И любой чернокнижник, который дожил бы до суда, в конечном счёте всё равно умер бы от руки горгульи. Тебе не о чем беспокоиться. Ты не совершила ничего противозаконного.
Он удивленно открыла рот.
– Не совершила?
– Нет. Уэс прав. – Я покачал головой, всё ещё приходя в себя после скачков эмоций.
Планшет Уэса запищал. Он что-то прочитал, затем снова включился в разговор, задавая вопросы один за другим с пулемётной скоростью – значит, сообщение, которое он получил, требовало внимания.
– Вернёмся в центр исцеления. – Уэс поднялся со стула, закончив допрос. – Один из техников приёмного отсека поможет нам проверить происхождение женщины, тогда мы точно узнаем, богиня ли она.
Эйвери склонила голову набок.
– Вы не верите, что это Вераселли?
Уэс направился к двери.
– Это не имеет отношения к вере. Мы работаем с данными и фактами. Нам нужно подтвердить её происхождение, чтобы удостовериться.
Я с трудом сдержал рычание.
– Хорошо, но только если это будет быстро. Эйвери проголодалась и, без сомнения, устала. Ей нужен отдых.
В глазах Уэса сверкнул понимающий огонёк – вероятно, потому что он понимал мою потребность защитить пару. С женой у него было то же самое.
– Это будет быстро.
Эйвери бросила на меня выразительный взгляд.
– У меня точно есть на это время, даже если я голодна и устала. – Она сделала движение, чтобы встать, и когда я потянулся отодвинуть её стул, она отмахнулась от моей руки.
Я нахмурился и в двадцатый раз за сегодня задался вопросом, что же изменилось между нами.
* * *
К тому времени как мы вышли из конференц-зала и зашагали по коридору, был уже поздний вечер, что только ухудшило моё настроение. Моя пара была голодна, несмотря на её заверения, что может подождать. Её желудок урчал весь последний час. Она также нуждалась во сне. Под ее глазами появились темные круги.
Но, несмотря на моё желание позаботиться о ней, Эйвери держалась от меня на расстоянии. Я не знал, как это интерпретировать, но здравый смысл подсказывал мне, что она злится, и предупреждение Николаса снова и снова всплывало в памяти.
«Подавление».
Неужели я и правда так себя веду? И, возможно, именно по этой причине Эйвери сопротивляется? Но я просто хотел о ней позаботиться. Разве она не понимает этого?
Волк метался внутри меня, и во рту появился вкус пепла. Проклятье. Я снова всё портил, хотя и не знал наверняка, что сделал не так. Я просто знал, что ещё несколько дней назад Эйвери смотрела на меня с вожделением в глазах и, возможно, зарождающейся любовью, а сейчас глядит на меня так, будто…
Я сдержал желание ударить кулаком в стену.
Мне не нравился ее взгляд.
Уэс приподнял бровь в мою сторону, пока мы шагали по коридору. Я знал, что ничего не могу от него скрыть. Поскольку он тоже был оборотнем и мог чувствовать эмоции по запаху, то, без сомнения, учуял моё раздражение.
Потому что всё стало ещё хуже с тех пор, как Эйвери только очнулась в центре исцеления. Она не только не позволяла мне прикасаться к себе, но и держала физическую дистанцию. Она подвинулась так, чтобы Уэс был между нами.
Я провёл рукой по волосам, повернув за угол.
«Сосредоточься, – отругал я себя. – Моя пара многое пережила. Ей нужна еда, отдых и безопасное место, чтобы расслабиться. На этом должны быть сфокусированы мои приоритеты, а не на том, почему она на меня злится. Я смогу разобраться с этим позже».
Потому что когда моя пара отдохнёт, хорошо поест и перестанет быть такой раздражительной, тогда я усажу её и мы поговорим о том, почему она вдруг начала держать дистанцию между нами.
Уэс снова проверил свой планшет.
– Техник из приёмного отсека уже должен быть там, так что это не займёт много времени.
Я не удивился действиям Уэса. Хотя Эйвери была убеждена, что спящая женщина, которую мы привезли – это Вераселли, богиня времени, она вполне могла оказаться кем-то совершенно иным.
Знакомая малиновая голова мелькнула в коридоре, когда мы вышли на пост центра исцеления. Элиза Ривер терпеливо ждала у двери комнаты богини, в руках у неё был сканирующий прибор.
Конечно. Уэс, вероятно, намеренно вызвал Элизу, поскольку знал, что она дружила с Эйвери. Ещё одно напоминание о времени до парада планет, которое, возможно, подстегнёт память Эйвери.
Я украдкой взглянул на свою пару, надеясь увидеть на её лице признаки узнавания, но чем ближе мы подходили к комнате, тем меньше надежды у меня оставалось. В выражении лица Эйвери ничего не изменилось. Ничего.
С Элизой было все иначе. Когда мы дошли до неё, фейри чуть ли не подпрыгивала на месте. Я видел, что она старается сохранять профессионализм – особенно в присутствии Уэса, – но то и дело бросала на Эйвери счастливые взгляды.
Но по растерянной энергии, исходившей от моей пары, я понял, что Эйвери понятия не имела, почему фейри так себя вела.
– Рядовой Ривер. – Уэс склонил голову. – Спасибо, что пришли.
– Конечно, сэр. – Элиза снова взглянула на Эйвери, и её воодушевление немного угасло, когда Эйвери просто нахмурилась.
Я откашлялся.
– Эйвери, вы с Элизой вместе проходили программу для новобранцев. Вы были соседками по комнате и подругами все три месяца обучения.
Эйвери приоткрыла рот и покраснела.
– О, конечно. – Она выдавила натянутую улыбку. – Мне очень жаль, но я не помню…
– Всё в порядке, – выпалила Элиза. – Шарлотта рассказала мне, что твоя память не вернулась, так что я, конечно, не расстроена тем, что ты не помнишь нашу дружбу. Но я очень рада снова тебя видеть. Мы с Шарлоттой очень переживали за тебя.
Тревога, окружавшая Эйвери, немного ослабла.
– Шарлотта потрясающе себя вела рядом со мной. Ты видела её в последнее время?
Элиза немного нахмурилась.
– Да, видела.
– С ней всё в порядке? Я не видела её с тех пор, как на поместье напали.
– Она говорит, что всё хорошо, но кажется немного расстроенной из-за всего, что случилось, хотя и пытается это скрыть. Она участвовала в двух стычках на этой неделе, в которых кто-то погиб. Это, без сомнения, тяжкое бремя для души.
Лицо Эйвери вытянулось.
– Боги, конечно, мне нужно навестить её…
– И завтра ты это сделаешь, – перебил я.
Губы Эйвери сжались, но я не собирался уступать. Она была на последнем издыхании. Ей нужно было поесть и поспать.
– Приступим к работе? – спросил Уэс, сверяясь с часами.
Элиза выпрямилась, словно проглотила кол.
– Конечно, сэр. Простите, сэр. Чем я могу помочь?
Уэс указал на дверь комнаты неопознанной женщины.
– Я хочу, чтобы вы отсканировали женщину там. Нам нужно определить её вид.
– Конечно, сэр. Сию минуту. – Элиза приступила к действиям, её малиновые волосы свободными прядями рассыпались вокруг лица. Она подошла к кровати, но остановилась как вкопанная, когда оказалась рядом с женщиной. – Ого, – прошептала она.
Уэс склонил голову.
– Всё в порядке, рядовой?
Элиза смотрела на женщину с благоговением.
– Вы не чувствуете?
Эйвери поспешила вперёд, её губы изогнулись в улыбке.
– Ты тоже это чувствуешь? Её присутствие?
Элиза быстро закивала.
– Она… – Потом покачала головой. – Она великолепна.
Эйвери просияла.
– Да! Я тоже это чувствую!
И вот так, в один миг, я понял, что Эйвери и Элиза снова станут близкими подругами, наверное, так же быстро, как это случилось с Шарлоттой.
Меня охватило чувство удовлетворения. Было приятно видеть, как моя пара снова общается со старыми подругами и завязывает значимые женские связи, но в то же время…
От зависти перехватило дыхание.
Почему у нас не может быть так же легко?
– Рядовой Ривер? – рявкнул я. – Пожалуйста, отсканируйте её.
Немного воодушевления ушло из Элизы. Очень осторожно она взяла женщину за предплечье и перевернула руку ладонью вверх. Она прикоснулась к ней нерешительно, почти благоговейно, и я задумался – может, Эйвери всё же права? Потому что Бавар, тоже фейри, и странно себя вёл, когда впервые увидел Вераселли.
В этом был смысл, потому что Вераселли была богиней в царстве фейри. На Земле, в нашем мире, она богиней не была. Здесь существовал лишь один бог, и хотя у нашего создателя имелись божественные создания, он был единственным верховным правителем.
Однако в мире Элизы дело обстояло иначе. Десятки богов и богинь правили её вселенной. Возможно, на каком-то глубинном, врождённом уровне она узнала в этой женщине богиню из своего мира.
Мы с Уэсом с любопытством переглянулись, и у меня возникло чувство, что он пришёл к тому же выводу.
Элиза активировала свой прибор и поднесла его к внутренней стороне запястья женщины. Из него вырвался сноп лазеров, окутав смуглую кожу женщины. Появился символ.
Символ, который мы видели лишь однажды – символ божественного существа.
– Она богиня, – выдохнула Элиза.
Элиза просканировала женщину снова, по просьбе Уэса, и когда тот же символ появился вновь, мы точно поняли, что Эйвери оказалась права.
Вераселли, богиня времени, в настоящее время была пациенткой центра исцеления Сверхъестественных Вооруженных Сил.
Глава 14
Эйвери
К тому времени, как изумление всех по поводу того, что я оказалась права – что живая и дышащая богиня сейчас лежит на койке в центре исцеления – поутихло, Уэс приступил к действию.
Вокруг палаты установили круглосуточную охрану, полдюжины лучших бойцов СВС должны были нести дежурство постоянно. Теперь, когда СВС поверили мне насчёт неё, они не собирались рисковать, даже несмотря на то, что защитные чары по периметру базы были абсолютно надёжны.
Потому что теперь лорд Годасара охотился бы не только за мной. Он бы охотился и за Вераселли.
Час спустя все меры безопасности были активированы, и я наконец почувствовала, что могу спокойно покинуть богиню. Элиза осталась составить мне компанию, и, разумеется, Уайетт не отошел ни на шаг от меня.
Уже собираясь уходить, Элиза неожиданно заключила меня в объятия.
– Как чудесно снова тебя видеть. Нам нужно будет чаще встречаться.
Я обняла её в ответ, её волосы щекотали мне щёку.
– Я бы хотела этого. Мы втроём – я, ты и Шарлотта – должны как-нибудь собраться.
– Обязательно. – Она попрощалась, и я помахала ей вслед.
Мне было грустно отпускать её, потому что рядом с ней было хорошо – с кем-то, кто так же как и я, понимал, кто именно лежит на койке в центре исцеления. К тому же Элиза вызывала у меня приятные чувства, похожие на те, что пробуждала Шарлотта.
Я нахмурилась. Хотя я их не помнила, но было такое ощущение, будто какая-то часть меня их узнавала. Так же как какая-то часть меня узнавала что-то в Уайетте, хотя я не помнила нашей общей истории.
Когда комната наконец опустела, не считая охраны, часть адреналина, на котором я держалась, схлынула. Я прислонилась к стене. Меня охватила ужасная усталость. Я поднесла руку ко лбу. Проклятье. Я так вымоталась.
– Нам нужно отдохнуть. Уже поздно, – хрипло сказал Уайетт.
Я выпрямилась, его внезапное требование стёрло все те смутные тёплые чувства, которые пробудило присутствие Элизы.
– Что?
Он удивленно нахмурился.
– Я сказал, что уже поздно. Я провожу тебя в мою квартиру, чтобы ты могла поспать и что-нибудь съесть. – Он нахмурился еще больше. – Я не понимаю. Разве ты не устала?
Я скрестила руки на груди и тоже нахмурилась.
– Да, но разве у меня здесь нет своей квартиры? Я не могу вернуться туда?
Он стиснул челюсти.
– Раньше была, но больше нет. Твоя программа для новобранцев окончена, а это значит, что в твоей прежней квартире теперь живут другие новобранцы.
– Ох. – Я не подумала об этом. Но решила, что где-то на территории наверняка есть комнаты для гостей. Я уже собралась спросить, могу ли я отправиться туда, но Уайетт продолжил:
– Более того, как и в случае с поместьем, я должен обеспечить твою безопасность, поэтому ты будешь жить у меня. – Он пристально смотрел на меня, вероятно, ожидая, что я начну спорить, как спорила когда он впервые этого потребовал. Но как бы меня это ни раздражало, я также понимала, что спорить бесполезно.
Я не выиграю, как не выиграла, когда началась битва в поместье, что в итоге и привело меня в безопасную комнату.
В груди защемило от горечи. Он был до чёртиков доминантным, и чем больше я об этом думала, тем яснее понимала, что всё ещё чертовски зла на него. Если бы он не запер меня в той проклятой комнате, возможно, меня никогда бы не похитили, не мучили и едва не убили.
Я так ужасно злилась на него за это, даже несмотря на то что похищение в итоге привело меня к богине.
То, что я нашла Вераселли, было единственным хорошим результатом из всего случившегося. Ну, и то, что ещё я убила всех чернокнижников…
И всё же, что произойдёт, когда между нами снова вспыхнет ссора? Потому что я не сомневалась, что так и будет. И что тогда? Будет ли он альфой в любой ситуации? Будет ли он и дальше требовать, чтобы я ему подчинялась?
Выражение лица Уайетта становилось всё более настороженным, чем дольше я молча смотрела на него.
– Эйвери? – наконец нарушил он тишину.
Я сильнее сжала руки на груди.
– Значит, здесь всё как в поместье? Моё мнение ничего не значит?
– Это ради твоей безопасности.
Я закатила глаза к самому потолку.
– Конечно. Всё ради моей безопасности. Как же я могла забыть?
– Все из-за этого? – мягко спросил он.
Я не совсем поняла, о чём он спрашивает, но у меня не было настроения для долгих разговоров, поэтому не ответила. К тому же, как бы сильно меня это ни злило, он был прав. Я устала и проголодалась. Поэтому просто выдавила натянутую улыбку и указала на дверь.
– Ведите, майор. Я пойду за вами.
Он прищурился, но, не сказав больше ни слова, повернулся к двери.
Я последовала за ним по коридору. По пути из центра исцеления мы прошли мимо поста, за которым сидели ведьмы. Одна из них, симпатичная рыжеволосая, исподтишка наблюдала за Уайеттом. Когда наши взгляды встретились, в её глазах вспыхнула зависть, и внезапно я осознала, что она завидует тому, что я ухожу с Уайеттом.
У меня скрутило живот, и я взглянула на Уайетта.
Он шагал рядом со мной, его мощное присутствие доминировало в коридоре. Рубашка натянулась на широких плечах, очертания челюсти делал его смертельно сексуальным, и сама его физическая сила заставила бы любую женщину взглянуть на него дважды.
Потому что, чёрт возьми, он был красив. Очень красив. Даже я могла это признать, несмотря на то что была на него зла.
Когда мы приблизились к двери, я оглянулась через плечо.
Рыжеволосая тут же отвела взгляд.
Значит, она действительно наблюдала за ним.
Приступ ревности горячей волной прокатился по мне, что не имело абсолютно никакого смысла. Разве я не злилась на Уайетта? Я была не уверена, хочу ли быть с ним в долгосрочных отношениях. К тому же Уайетт верил, что я его пара, а значит, он будет мне верен. Так ведь?
Он так и сказал, но это не значило, что рыжеволосая раньше с ним не была. Встречались ли они? Или просто переспали? Встречался ли он с ней и со мной одновременно? Я всё ещё не до конца понимала, что именно вызвало такой разлад между нами. Может, эта его интрижка?
Непрошеный образ обжёг мой разум. Рыжеволосая и Уайетт, обнимающие друг друга, её голова запрокинута, глаза закрыты, а он делает с ней все те восхитительные вещи, которые делал со мной.
Яростная злоба промчалась сквозь меня, едва не заставив споткнуться.
Эйвери, какого чёрта!
Но я не могла перестать думать о них двоих вместе, так же как не могла сдержать столь бурную реакцию.
От этого мне стало только хуже, потому что это усилило тот факт, что Уайетт всё ещё был для меня чужим – раз я не помнила нашей истории – но также он был чужим, с которым меня связывала чёртова связь пары, так что моё тело буквально сходило по нему с ума.
Тёмная грозовая туча проплыла сквозь мои мысли. С каждым шагом внутри меня потрескивала энергия. Не помогало и то, что я так устала. Я почти не спала, пока была в плену в пещерах, а использование силы богини высосало из меня все силы – настолько, что я потеряла сознание.
Я была раздражительной, злой и искала ссоры. Несмотря на то что я всё это понимала, это не останавливало растущий внутри меня гнев.
К тому времени как мы добрались до наружных дверей на первом этаже, я бы не удивилась, если бы мои глаза светились фиолетовым.
Уайетт толкнул дверь и придержал её для меня. Он следил за каждым моим движением, по-прежнему выглядя настороженным. Он так вцепился в дверь, что мне показалось, что он оставил в металле вмятины.
Опустив взгляд, я прошла мимо него, стараясь не касаться его.
Он втянул воздух и тогда наконец отпустил дверь, которая с грохотом захлопнулась.
Оказавшись на тротуаре, мы не проронили ни слова, пока он вёл меня к казармам, но я то и дело оглядывалась по сторонам, ища хоть что-то, что показалось бы знакомым.
Но поля, что нас окружали, тёмные холмы вдалеке и огромные бетонные здания, раскинувшиеся повсюду, выглядели для меня такими же чужими, как Марс.
– Наше первое свидание было прямо там, – сказал Уайетт, указывая на крайнее поле. – Мы ели бисквит, который ты испекла, а ты рассказывала мне о греческих философах.
Я нахмурилась. О греческих философах? Если я как следует постараюсь, то, вероятно, смогу напрячь память и вспомнить имена нескольких греческих философов – я, кажется, много чего помнила, но ничего не помнила о себе. Но зачем бы мне упоминать греческих философов?
– Придётся поверить тебе на слово, – резко ответила я.
Он снова тяжело вздохнул. И я готова была поклясться, что он собирался вцепиться себе в волосы, но сдержался.
Мы продолжили путь по тротуару, пока не дошли до последнего здания.
– Я живу здесь.
Он провёл нас через сканер, затем открыл дверь. Я шагнула внутрь, оглядывая вестибюль здания в поисках чего-нибудь, что задело бы память или вызвало чувство дежавю.
Но как и раньше ничего не пришло.
– Квартира Бавара вон там. – Уайетт указал на первую дверь справа. – Если он уговорит тебя приготовить ему ещё печенья, а он неизбежно это сделает, ты можешь принести ему туда.
– Я часто приносила ему выпечку?
– Не так часто как ему хотелось бы, я уверен в этом.
Его тон был дразнящим, и, судя по надежде в его глазах, предположила, что он ждёт от меня какой-нибудь шутки в ответ, но я лишь приподняла бровь.
– А тебе я приносила печенье?
Его лицо заволокло непроницаемой дымкой. Он промолчал, и я подумала, что он не ответит, но затем произнёс:
– Ты пыталась однажды, но я не взял.
Мне показалось, что из меня вышибли весь воздух. Почему? Что случилось между нами, что заставило его отвергнуть меня?
У меня перехватило дыхание, поэтому я едва сумела выдавить:
– Ох. Полагаю, это было связано с теми проблемами, которые между нами были?
– Да. – Он указал на лестницу. – Я живу на верхнем этаже.
Мы поднялись по лестнице, затем прошли по коридору. Он остановился у второй двери слева и прижал палец к голографическому замку. Его дверь щёлкнула, открываясь, и я нерешительно вошла следом.
Он щёлкнул выключателем на стене, и зажглись торшеры. Мягкий свет залил квартиру приглушённым сиянием. Его жилище было маленьким и чистым. Слева – стойка с табуретами, за которой виднелась открытая кухня. Кухня была небольшой, но в ней было всё необходимое. По большей части она выглядела как обычная кухня, лишённая каких-либо магических приспособлений.
В остальной части его квартиры царил мужской дух. Вся цветовая гамма состояла из серых и тёмно-зелёных тонов. Справа находилась гостиная с кожаным диваном и креслом-качалкой – оба стального цвета. На нескольких металлических журнальных столиках стояли лампы, но не было никаких личных вещей. На стене висела всего одна картина – прекрасный горный пейзаж с заснеженными лесистыми холмами.
– Не много безделушек, – заметила я.
Он сбросил обувь.
– Я не особо люблю безделушки, если ты понимаешь, о чём я.
Я рассеянно кивнула. Я поискала фотографии и заметила несколько на столике возле телевизора. Сняв обувь, я подошла к ним.
– Это твоя семья? – На фото он был вместе с двумя мужчинами, молодой женщиной и парой средних лет. У всех были волосы похожего оттенка и телосложение.
Я почувствовала, как он приблизился сзади. Казалось, сама энергия в комнате сместилась, подстраиваясь под его огромную магию.
– Да. Это мои братья Лэнс и Уильям, мой отец Уолтер – альфа стаи Британской Колумбии, – моя мама Лиза и моя сестра Ласса. Ты встречалась со всеми ними.
Я сильнее сжала рамку. Значит, это была Ласса, та женщина, о которой рассказывал мне Николас в безопасной комнате. И я встречалась с этими людьми. Так же, как я «встречалась» со своими родителями, Элизой, Шарлоттой, Уэсом, Уайеттом и, наверное, ещё с десятками других, мимо которых проходила в коридорах СВС и не узнавала.
Несмотря на то что я не виновата в потере памяти, все же чувствовала раздражение из-за того, что всё это было так неловко. Из-за этого чувствовала себя забывчивым ребёнком, а когда мне говорили что я когда-то встречалась и общалась со всеми членами его семьи, у меня в животе снова начинало всё переворачиваться. Почему всё не может быть просто? Почему?
Я поспешно поставила фотографию на место.
– Ты не возражаешь, если я приму душ и пойду спать?
Он замер за моей спиной.
– Если ты этого хочешь. Или я могу приготовить тебе что-нибудь поесть, пока ты принимаешь душ. Я знаю, ты голодна.
Как по команде мой желудок снова заурчал.
– Да, ладно, так и сделаем. – Я знала, что мои слова были резкими, но ничего не могла с собой поделать.
Он сердито провёл рукой по волосам, когда я повернулась к нему лицом, и исходящая от него энергия взметнулась вверх.
– Я принесу тебе полотенце. Твои вещи должны быть в моей комнате. Уэс перевёз всё твоё имущество из старой квартиры, когда ты закончила подготовку, и оставил все здесь. Одежда, уцелевшая после битвы в поместье, тоже доставлена сюда, так что у тебя должен быть большой выбор.
