Текст книги "Поцелованная призрачным светом (ЛП)"
Автор книги: Криста Стрит
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)
Криста Стрит
Поцелованная призрачным светом
(Институт сверхъестественного – 4)
О книге
Автор: Криста Стрит
Книга «Поцелованная призрачным светом»
Жанр: оборотни, колдуны,
ведьмы, сверхъестественный институт, магия
Серия: «Институт сверхъестественного» – 4
Возрастное ограничение: 18+
Перевод: Ирина Иванова
Редактура: Nikolle
Русификация обложки: Hexany
Дизайн артов и коллажей: Hexany
Тексты всех произведений выложены исключительно для ознакомления.
Не для коммерческого использования!
При размещении на других ресурсах обязательно указывайте группу, для которых был осуществлен перевод. Запрещается выдавать перевод за сделанный вами или иным образом использовать опубликованные в данной группе тексты с целью получения материальной выгоды.
Аннотация
Эйвери
Я угодила в лапы тех, кто вел на меня охоту. Теперь я закована в цепи и полностью в их власти.
Но я больше не та, что прежде. Моя слабость слетела с меня, словно шелуха, обнажив силу и непокорность, о каких я сама прежде и не подозревала. И будь я проклята, если сдамся без боя.
Потому что моя пара уже спешит ко мне на выручку.
Рядом с ним нас не остановить, а я сама – словно грозовая туча, готовая обрушить на врагов всю свою ярость.
Уайетт
Не могу думать. Не могу дышать. Не могу существовать… без неё.
Я не уберег Эйвери, и теперь она в их плену. Но я не сдамся. Я проложу путь к ней когтями и зубами, а когда доберусь, то спущу с цепи своего волка, чтобы он растерзал каждого, кто осмелился её обидеть.
Ведь поражение недопустимо. На кону судьба королевства и жизнь моей пары.
Остается лишь надеяться, что я не опоздал.
Глава 1
Уайетт
– Нет! Нет! – Я мчался между деревьев в ту сторону, куда лорд эльфов уволок Эйвери. Легкий ветерок доносил ее аромат свежесрезанной сирени.
Позади меня во дворе поместья всё ещё бушевала битва. В воздухе витал густой запах магии, слышались крики и вопли стражи фейри и бойцов СВС.
Слышался лязг металла и треск ветвей, земля содрогалась, когда деревья падали. Лес сражался против нас, повинуясь приказам лорда эльфов, а могущественные чернокнижники творили смертоносные заклинания.
Мы проигрывали, хотя целый батальон сражался, чтобы защитить мою истинную пару.
Мою истинную пару, которую только что похитили.
Среди деревьев мелькнули тёмные волосы Эйвери.
– Эйвери! – закричал я.
Они снова исчезли из виду, и я побежал ещё быстрее, лихорадочно вглядываясь в густую чащу леса.
Вон там!
Лорд эльфов остановился. Во мне поднялась ярость, когда я увидел, как эльф сжал её в объятиях. Взгляд Эйвери был остекленевшим, она еще не пришла в себя после принуждения Николаса.
Я зарычал и бросился к ним, но в последний миг деревья сдвинулись, их ветви сомкнулись передо мной, пытаясь остановить меня.
Я продирался сквозь ветки, не обращая внимания на то, как они царапали кожу, но деревья сопротивлялись, удерживая меня на месте, сколько бы сил я ни прилагал.
Я в шоке распахнул глаза, когда всего в нескольких футах от лорда эльфов открылся портал.
Нет!
Лорд Нелифеум Годасара развернулся, что-то прошептав Эйвери, и магия потекла с его пальцев, проникая под кожу на её шее.
Эйвери ахнула, ее глаза закатились, и она обмякла в его руках.
Я взревел, вырываясь из ветвей, но новые ветви тут же сомкнулись вокруг меня, обвивая лодыжки и запястья.
– Эйвери!
На губах лорда эльфов появилась злобная ухмылка. Он с торжеством посмотрел на меня.
Наши взгляды встретились, и от меня волной отхлынула альфа-магия, разрывая опутавшие меня ветки.
Лорд эльфов шагнул в портал с Эйвери на руках.
– НЕТ! – Я рванул вперед, преодолевая оставшиеся ярды, одним гигантским прыжком взмыв в воздух.
Но эльф и Эйвери исчезли в портале, и он закрылся. Остались лишь шорох листьев да шелест ветвей, когда магическая дверь растаяла в воздухе.
Я проехался на коленях по земле в том месте, где секунду назад была Эйвери. Я не верил в случившееся.
Этого не может быть.
Этого просто не могло произойти.
Но это случилось.
– Нет! Чёрт возьми! Нет! – Я с силой ударил кулаком по земле.
Откинувшись на пятки, я взвыл, и в этом вое смешались ярость и страх. Мой волк рвался на свободу, шерсть покрыла кожу рук. Я вцепился пальцами в волосы, внутри бушевал ужас. Куда они ушли? Куда он её унёс? Как мне её вернуть? И как это вообще случилось?
Сердце бешено колотилось, как разъярённый зверь. Как это произошло?
Мы почти смогли вывести Эйвери подальше от опасности. Я только что передал её бойцу СВС, и он должен был отвести её в штаб-квартиру на Земле, подальше от эльфа, который на неё охотился. Я знал, что ей может стать хуже, если забрать ее из мира фейри, но готов был пойти на этот риск, ведь попасть в руки лорда эльфов намного хуже.
Но мы потерпели неудачу. Я потерпел неудачу. Лорд эльфов забрал её.
Я снова вцепился в волосы, пытаясь осознать свою колоссальную ошибку. Лорд Годасара возник из ниоткуда и выхватил Эйвери прямо у насс из-под носа. Мы даже не заметили его появления.
Я снова ударил кулаком по земле. Кожа на костяшках пальцев треснула от удара, из моего горла вырвался ужасный первобытный крик.
Этот звук пронесся по лесу и устремился к самым звёздам.
Я потерпел неудачу. Я потерпел сокрушительную неудачу.
Эйвери похитили.
Я не смог её защитить.
– Уайетт! – Бавар выскочил из-за деревьев, диким взглядом впившись в меня. – Где она? – Он резко затормозил рядом, скользя по траве. В одной руке он сжимал кинжал, в другой – меч. Его лицо и волосы были перепачканы кровью. – Где Эйвери?
– Он… он забрал её. – Всё мое тело дрожало, я с трудом мог дышать. Я все еще не мог поверить в случившееся. Все казалось таким нереальным.
Бавар побледнел.
В моей груди завыл волк, я тонул в его ярости.
На моих руках проступило еще больше меха. Жар пульсировал под кожей. Кости хрустнули. Огонь лизнул внутренности.
Во взрыве магии я подскочил с земли и изменился. Мой огромный волк приземлился на все четыре лапы. Из его горла вырвался злобный рык.
Эльф забрал нашу пару.
Забрал её неизвестно куда.
Эта мысль причиняла неимоверную душевную боль.
Мой волк откинул голову и снова завыл. Протяжный, мучительный вой вырвался из его горла, в нем смешались такая боль и ярость, что Бавар отшатнулся.
– Уайетт, мы найдём её. Мы вернём её…
Мой волк пронёсся мимо него, лапы гулко стучали по земле, жажда крови взяла над ним верх.
Убить.
Уничтожить.
Пытать.
Чернокнижники заплатят за то, что сделали. Они умрут. Мой волк разорвёт их на части. Он сожрёт их внутренности.
Мир превратился в размытое пятно. Мимо пролетали полосы из переплетающихся ветвей и трепещущие синие листья. Лес больше не пытался нас остановить. Ветви деревьев замерли совершенно неподвижно.
Как только мы добрались до поместья, перед нами предстал дым, магия, кровь и опалённая плоть, но битва закончилась.
На западной стороне поместья лежали груды развалин. Только три крыла уцелели после битвы.
– Куда они ушли? – послышался чей-то крик.
Стража фейри и бойцы СВС пытались отдышаться, на их лицах застыло недоумение.
Я пронёсся мимо них, разыскивая чернокнижников, охотясь на людей, которые похитили мою пару. Я снова и снова кружил вокруг поместья. Преследуя. Охотясь.
Но они исчезли.
– Уайетт! – снова окликнул меня Бавар. Он в одно мгновение оказался рядом и сочувственно посмотрел мне в глаза. – Тебе нужно измениться обратно. Ты должен взять себя в руки!
Но мой волк сорвался с цепи.
Он не слушал.
Ярость пропитала каждую клеточку нашего существа, нас поглотило желание убивать и калечить тех, кто причинил вред нашей паре.
Солдаты СВС отпрыгивали с нашего пути. Стража фейри, те, кто ещё стоял на ногах, прихрамывая ходили между развалин.
Мой волк снова и снова кружил по периметру поместья. Мое тело превратилась в размытое пятно, тонувшее в магии и отчаянии.
Но некого было уничтожать.
Не осталось ни одного чернокнижника.
Мой волк резко затормозил, лапы кровоточили от осколков камня и битого стекла. Но мы были рады этой боли. Мы заслужили ее. Из груди волка снова вырвался вой.
И только когда до нас дошло, что врагов больше не осталось, я смог вернуться в человеческое состояние.
В вихре вывернутых конечностей я упал на землю, обнажённый, истекающий кровью. В ту же секунду Бавар оказался рядом, набросив мне на плечи свой плащ.
Я пытался отдышаться, внутри все клокотало от ярости.
Эйвери исчезла, и я не смог ее спасти.
Глава 2
Эйвери
Я вздрогнула и проснулась, резко сев. Я пыталась сделать вдох. Сила внутри меня гудела и рвалась наружу. Электрические разряды пробегали по моей коже, от чего волоски на руках встали дыбом.
Вокруг было так темно, что я почти ничего не видела.
Я прижала одну руку ко лбу, а другой пошарила вокруг себя. Пальцы наткнулись на холодный, влажный камень.
Постепенно смогла успокоить дыхание и осознала, что прижимаюсь задницей к холодной, твёрдой поверхности.
Чёрт возьми! Голова раскалывалась, словно в ней кто-то играл на барабане.
Какого черта?
Я всё ещё в замке?
– Уайетт? – прошептала я.
В ответ была тишина.
– Николас?
Снова нет ответа.
Я потёрла висок, едва сдерживая стон, голова готова была лопнуть от боли. Меня затошнило, но я с трудом сдержала рвотный позыв, делая глубокие вдохи и ощущая сырой спертый воздух.
Сырой спертый воздух?
Я снова протянула руку к стене, и меня охватила паника. Где я?
В голове всплыли смутные воспоминания.
Воздух.
Ветер.
Битва.
Чьи-то руки на мне.
Эти руки принадлежали высокому эльфу с огромными заострёнными ушами…
– О боги! – Я прикусила кулак.
Могущественный эльф, лорд Годасара, похитил меня.
– Вот, черт! Черт! Черт!
Я снова протянула руку и снова наткнулась на грубый холодный камень. Провела ладонью по его поверхности. Он был шершавым и царапал кожу, когда пальцы натыкались на острые выступы.
Поморщившись, я в панике отдёрнула руку.
– Я вижу, ты проснулась.
Я вскрикнула, когда прямо за спиной раздался жуткий, хриплый голос. Мое сердце заколотилось, я резко обернулась, и в тот же миг передо мной ожил тусклый огонёк фейри, осветив фигуру человека в мантии. Он стоял в трёх ярдах от меня, а за ним была бесконечная чёрная пещера.
Я в шоке распахнула рот. Я в пещере.
Стены обширной подземной камеры были из влажного камня. Я вдохнула затхлый, сырой воздух, услышала звук капель.
Капюшон мантии полностью закрывал лицо говорившего.
– Кто ты? – спросила я, понимая насколько это глупый вопрос. В моем голосе сквозила робость, но я не была беспомощна. Сила Вераселли, богини времени, пульсировала внутри меня. Я могла получить к ней доступ и использовать её. Я на это надеялась. – Где я? Зачем ты меня похитил?
– Так много вопросов. – Человек присел на корточки, подол его мантии волочился по земле.
Моё сердце заколотилось еще быстрее. Всё во мне кричало: беги. Но куда?
Перед мысленным взором возник образ купола, который я недавно возвела вокруг себя. Того самого магического, непроницаемого купола, который создала, когда очнулась в поле всего несколько дней назад.
Мужчина выпрямился и шагнул вперёд, его лицо всё ещё скрыто под капюшоном.
Я зажмурилась, пытаясь снова создать защитный купол вокруг себя.
– Боюсь, это не сработает.
Я распахнула глаза и увидела, что он стоит всего в нескольких футах от меня. Он смотрел на меня сверху вниз, но лица невозможно было разлядеть, оно словно было чёрной дырой небытия.
– Видишь ли, мы кое-чему научились с тех пор, как пытались тебя заполучить в прошлый раз. Наш лорд наложил на тебя заклинание. Оно не даст тебе получить доступ к силе богини, по крайней мере, до ритуала.
– Ритуала? – эхом отозвалась я.
– Да, ритуала. – Он снова присел и переплел пальцы.
Я отшатнулась, увидев его руки, обтянутые серой кожей с кроваво-красными прожилками вен. Его кожа выглядела неправильно, не как у фейри или людей, не как у сверхъестественных созданий. Даже у демонов не было такой кожи.
– Кто ты? – Я медленно отодвинулась назад, прижавшись спиной к стене пещеры.
Мужчина мрачно рассмеялся, затем поднял ужасного вида руки и откинул капюшон.
И когда я его увидела, у меня перехватило дыхание, а затем из горла вырвался леденящий кровь крик.
Глава 3
Уайетт
Я мерил шагами руины поместья. Было тяжело дышать от пепла и запаха дыма, каменная крошка скрипела под ногами.
Последние шестьдесят минут я переписывался с Уэсом, мобилизуя дополнительные отряды и пытаясь найти свободную провидицу.
Бавар тоже помогал, но его отряду нужно было восстановиться. Два отряда, что сражались вместе с нами, тоже сильно потрепало. Сегодня пали двое бойцов СВС и многие были серьезно ранены.
– Майор Джеймисон?
Я резко обернулся и увидел фейри из Девятнадцатого отряда. Все его лицо было в саже, рукав его формы разорван.
– Николас Фитцпатрик спрашивает вас, сэр.
Я не смог сдержать рычание, мой волк готов был прорваться на поверхность. Я до сих пор был в ярости из-за того, что Бишоп оттащил вампира в безопасное место.
– У меня нет желания разговаривать с этим… консультантом, – отрезал я.
Фейри переступил с ноги на ногу.
– Он говорит, что может помочь, сэр.
Я скрипнул зубами.
– Нам нужна провидица, а не вампир, который пытается спасти своё имя и карьеру, пытаясь исправить то, что натворил!
– Сэр. – Фейри склонил голову и поспешил прочь, стараясь не споткнуться о груду разрушенного крыла, которое лежало в куче раскрошенного камня, взорванной мебели и зазубренных ветвей.
С тех пор как лорд Годасара покинул поместье, лес снова затих. Но трудно забыть, как огромные деревья раскачивались и сражались против нас. Я никогда не видел ничего подобного.
Но теперь высокие деревья стояли неподвижно, словно никогда не играли никакой роли в осаде поместья. Даже лесные твари попрятались, будто боясь, что они тоже станут чьими-то марионетками.
Краем глаза я заметил блеск, что-то тёмное трепетало на ветру возле разрушенного замка. Я направился туда и, нагнувшись, увидел, что клочок ткани застрял между каменной глыбой и разбитой деревянной фоторамкой.
Я вытащил его и узнал в нем ткань формы СВС.
Я поднес ткань к носу и сделал вдох, ощутив запах шалфея.
Лекс.
Его запах впитался в ткань, доказывая, что это была его форма. У меня перехватило дыхание, пока я сжимал ткань в кулаке.
Мы потеряли его. Лекса поразило сковывающее заклинание одного из чернокнижников, фактически парализовав его, а затем тот же маг обрушил на него смертельное проклятие.
Я не видел этого своими глазами, но Шарлотта все видела.
Я опустил голову. Бавар приказала Шарлотте вернуться в штаб-квартиру СВС. За первую неделю активной службы она увидела больше ужасов, чем большинство новобранцев за весь первый год.
Я не мог дышать, паника, которая охватила меня после того, как Эйвери похитили, немного улеглась. Сегодня пострадала не только моя истинная пара. Лекс и один волк из Девятнадцатого отряда, не говоря уже о дюжине бойцов стражи фейри, были убиты.
Это была кровавая бойня, но вся кровь пролита с нашей стороны.
Мало того, что лорд Годасара все еще жив, так еще и все его чернокнижники ускользнули.
Я разжал кулак и аккуратно сложил материал с формы Лекса, сунув его в карман. Хотя тело Лекса уже нашли, я отдам ткань Уэсу, на случай, если семья захочет её получить. Если нет, я добавлю её в кучу для сожжения, как того требовал протокол после кровавой битвы.
Я с трудом сделал вдох. Это был мрачный день для СВС. Мы потеряли двух солдат, которые были с нами годами. Сегодня пали два наших брата.
Я навострил уши, услышав за спиной тихие шаги. По запаху я понял, кто это, ещё до того, как он заговорил.
– Николас утверждает, что у него есть полезная информация, – тихо сказал Бавар. – Тебе нужно поговорить с ним.
Ярость поднялась в моей груди, как бушующее пламя, готовое уничтожить всё на своём пути.
– Я не стану с ним говорить. Из-за него похитили мою пару!
Бавар скрестил руки на груди.
– Каким образом он виноват в ее похищении?
– Он подчинил ее себе и затуманил ее разум. Если бы он этого не сделал, она бы лучше соображала и даже могла бы сопротивляться.
– До сих пор не доказано, что именно Николас был виноват в её состоянии.
Я зарычал.
– Он все отрицает? Почему он вообще ещё здесь? Он должен был уйти.
– Он отказался уходить. – Бавар тяжело вздохнул, и я наконец внимательно посмотрел на друга.
Рыжие волосы Бавара были грязными от грязи и сажи. И впервые он выглядел на свой возраст. На лице виднелись морщинки от усталости, в глазах читалась боль.
Меня охватило чувство вины. Сегодня он потерял бойца из своего отряда. Сегодня пал один из его людей. Я не должен наваливать на него еще и свои проблемы.
– Прости, – я провел рукой по волосам. – Я не хочу срываться на тебе. Без Эйвери я схожу с ума. – Я снова провел рукой по волосам. – Прости, друг.
Взгляд Бавара немного просветлел.
– Я знаю, и мы найдём её. – Он побарабанил пальцами по бедру, затем открыл рот и снова закрыл.
– Что такое?
Бавар снова вздохнул.
– Николас настаивает, что не принуждал твою пару.
Я сжал зубы, заставляя себя сделать глубокий вдох, но все равно не смог сдержать рычание, потому что Николас укусил мою пару. Прикасался к ней. Питался от нее. При нормальных обстоятельствах я бы убил его за это. Я чуть не сделал это.
– И ты ему веришь? – выдавил я.
Бавар положил руку на рукоять кинжала.
– Да. Тебе нужно выслушать его. Я думаю, он невиновен.
Невиновен.
Я усмехнулся. Я уже слышал эту сказку от Николаса раньше.
В глазах Бавара вспыхнуло раздражение, и он быстро схватил меня за руку и сжал ее, привлекая моё внимание.
– Сейчас тебе нужно перестать думать как волк, Уайетт, и снова стать командиром. Я знаю, ты ищешь, кого бы можно обвинить и кому бы отомстить. Но Николас сказал, что Марни их одурманила, и я верю ему, потому что она исчезла. – Он чуть ослабил хватку.
– Что? Как это «исчезла»?
– Мы не можем её найти. В последний раз Марни видели у крыла Джеулика.
– Она мертва?
– Нет. Её маячок сработал через час после битвы. Он зафиксировал её местонахождение и жизненные показатели. Её сердце билось, и она находилась в трёх милях от поместья. Всё это было записано после того, как эльф и его маги исчезли, так что мы знаем, что она пережила бой.
– Она бросила свой отряд?
Бавар сжал губы в тонкую линию.
– Похоже на то.
Я стиснул кулаки. Я хотел драки, хотя мы только что закончили битву, но подавил гнев.
– Марни бросила свой отряд. – Я сказал это скорее себе, чем Бавару, потому что в СВС такое было неслыханно.
– Насколько я могу судить, да. И это значит, Николас может говорить правду. Мы оба знаем, что на этом задании она вела себя необычно, что ей пора вернуться в море, и мы оба знаем, что она ревновала тебя к Эйвери. Учитывая её странное поведение, её ревнивые выходки и теперь дезертирство, его обвинение не такое уже надуманное. Я считаю, что он говорит правду.
– Ублюдок, – прошептал я, пока мой волк рычал внутри меня, но я быстро подавил его гнев.
Бавар прав. Мне нужно было обуздать свою волчью природу и снова стать хладнокровным командиром. Я сделал пару глубоких вдохов.
С тех пор как Эйвери похитили, я не мог обуздать эмоции, но она пропала два часа назад. И с каждой минутой шансы найти ее таяли.
Но это не было оправданием для моего поведения. Я позволил жажде мести моего волка затуманить мой разум. Я вел себя иррационально, а это не поможет мне найти мою пару.
– Ладно, – наконец сказал я. – Я его выслушаю.
Плечи Бавара расслабились, и он отпустил мою руку. Потом жестом пригласил меня следовать за ним.
Мы осторожно двинулись по разрушенному замку. Несколько раз Бавар бросал скорбные взгляды на руины. Сотни лет это поместье выдерживало войны и осады. До сегодняшнего дня.
– Сожалею о доме твоей семьи.
Бавар склонил голову.
– Моя мать будет недовольна, но, честно говоря, мне наплевать на замок. Сегодня мы потеряли две жизни, и мы не защитили твою пару. Именно это важно.
Я склонил голову в знак согласия. Каждая клеточка моего тела была сосредоточена на Эйвери и только на ней, но не только она стала жертвой этой осады.
В СВС мы скорбели по каждому потерянному солдату. Даже если в нашей элитной организации были тысячи членов, которые не знали друг друга лично, мы всё равно оставались братьями и сёстрами.
Нас связывал долг, который призвал всех нас. Когда мы принимали присягу спасать и защищать и каждый раз когда надевали форму, то понимали, что можем погибнуть. Мы все знали, что каждый день может стать для нас последним.
И в некоторые дни эти мысли становились реальностью.
– Уэс уже сообщил их семьям? – спросил я, когда мы обогнули крыло Дафнис. Я не завидовал работе Уэса. Он лично доставлял новости семье каждого павшего.
– Он отложит это до завтра. Хочет сначала разработать план по спасению Эйвери. Хотя, думаю, что семьи уже знают, так как в столицу просочились новости об этой битве. На коммуникатор Лекса уже дважды поступали звонки из дома. Жена пыталась до него дозвониться.
– Чёрт, – пробормотал я. – У них есть дети?
– Мальчик трех лет.
У меня екнуло сердце.
– Надеюсь, Уэс быстро до них доберется, чтобы они не терзались неизвестностью.
– Я тоже, брат.
– И надеюсь, что он скажет вдове Лекса, что мы отомстим за его смерть.
Бавар стиснул зубы, в его взгляде вспыхнула жажда мести.
– Да, – только и ответил он, но в этом одном слове было сказано всё.
Когда мы обогнули очередное крыло и ветер донёс до меня вампирское зловоние Николаса, я с шумом сделал вдох.
Каждый мускул в моём теле напрягся, когда я увидел его.
Он сидел на валунах битого камня, греясь на солнышке рядом с Терри. Все деревья вокруг поместья пали, и теперь не было укрытия от яркого солнечного света.
Терри и Николас тихо разговаривали, но я все равно их услышал.
– Расскажи мне ещё раз, что произошло после того, как ты выпил напиток, – подтолкнула она.
Николас покачал головой. Окровавленные пряди волос свисали на его лоб.
Я сжал кулаки, когда вспомнил, как он питался от Эйвери.
– Мы оба почувствовали эффект после пары глотков, – тихо произнес он. – Эйвери сказала, что у неё закружилась голова, и я тоже почувствовал себя странно. Тогда я понял, что нас опоили.
Мы с Баваром остановились, давая им закончить разговор. Я впитывал каждое слово, делая глубокие вдохи. Мне нужно было сохранять спокойствие.
Когда они закончили, Терри посмотрела на меня, а затем на Бавара. Плечи Николаса напряглись, и он медленно повернулся к нам.
Он уже исцелился после побоев, которые я ему нанёс. Только запекшаяся кровь в волосах, на лице и теле была свидетельством моей неистовой атаки.
Я чуть не разорвал его на части. И если бы Бишоп не остановил меня, я бы это сделал без капли сожаления.
Потому что после того как увидел его лежащим на моей паре, между её бёдер, в то время как он пировал на её шее, во мне вспыхнула такая ярость, какой я никогда раньше не испытывал. И эта ярость разгорелась ещё сильнее, когда я услышал её стоны и увидел, как она извивается под ним.
В тот миг моего волка не волновало, что Эйвери ещё не полностью приняла нас как свою истинную пару. По его мнению она принадлежала нам, и всё, что он видел – это другой самец, который терся об нее, желая заявить на неё права.
И по мнению моего волка Николас сам выбрал свою судьбу. Он умрет.
Бишоп остановил меня, но боль от вида их обоих… такая невыносимая боль.
Но правда в том, что до тех пор, пока Эйвери твёрдо не откажет мне, вынудив меня уйти и отказаться от прав на нее, я всегда буду считать её своей.
Я провёл рукой по волосам и отвёл взгляд от наигранно спокойного выражения лица Николаса.
Наконец Терри встала и нарушила молчание.
– Я думаю, он говорит правду. Мы ещё не нашли термос с напитком, из которого они с Эйвери пили, но интуиция подсказывает мне, что он не лжёт.
– Можно проверить его кровь? – резко спросил я. – На предмет этого предполагаемого наркотика?
Терри покачала головой, и в её глазах мелькнула боль.
Я мысленно обругал себя за бестактность. Лекс должен проверять кровь Николаса на наркотики, но Лекс умер.
Терри откашлялась, нацепив на лицо непроницаемую маску, чтобы скрыть эмоции.
– Он вампир и любые наркотики уже выветрились из его организма. Следов не осталось, так что анализ бесполезен.
Я кивнул.
– Разумеется.
– Мы найдём термос и проверим напиток, – добавил Бавар. – Но сейчас нет времени копаться в обломках в поисках термоса.
– Ты прав, – согласился я. – Сейчас главное найти мою пару.
– Есть ещё одна причина, по которой я думаю, что он говорит правду. – Взгляд Терри стал ледяным. – С чего Марни сбегать, если она не сделала ничего плохого?
Мы с Баваром задумчиво переглянулись. Терри права. То, что Марни покинула свой отряд, особенно после ее странного поведения в течение последних нескольких дней, действительно выставило ее в невыгодном свете. Она вполне могла опоить Николаса и Эйвери, в надежде, что ей все сойдет с рук.
Потому что если бы мы выиграли битву и я вернулся бы в комнату немного позже, чтобы сообщить им о победе, и увидел бы, как Николас трахает мою пару.
У меня перехватило дыхание.
Даже если бы Эйвери была под наркотиками, даже если Николас не виноват, я бы всё равно его убил.
– Терри права насчёт моей невиновности, Уайетт. – Резкий комментарий Николаса привлёк моё внимание.
Я стиснул зубы, переводя взгляд с Николаса на Терри и Бавара. Я подошёл ближе к вампиру и сделал вдох, пытаясь уловить запах лжи. И ничего не обнаружил.
И всё же я не смог удержаться, схватил его за лацканы рубашки и дернул к себе, пока он не оказался у меня перед носом.
Он даже не попытался сопротивляться. Ни разу.
Я искал в его глазах, выражении лица, в его запахе, вглядывался в него в поисках намёка на ложь.
Но нашел только раскаяние, и на миг ярость во мне утихла.
– Я не хотел прикасаться к ней, Уайетт. Веришь ты или нет, но это правда. Как и то, что я никогда не насиловал и намеренно не причинял вреда твоей младшей сестре.
Я с трудом подавил рычание, когда он заговорил о Лассе, и сильнее вцепился в его рубашку.
Долгие годы я чувствовал жгучую ярость по отношению к вампиру. Хотя суд постановил, что он не насиловал мою сестру и я в конце концов с этим согласился, он всё равно лишил её девственности и соблазнил. Лассе было всего шестнадцать. Она была ещё ребёнком. А Николас был достаточно взрослым, чтобы знать, что лучше не верить всему, что говорит ему девушка.
Но как вампир, он видел только привлекательную самку и быстрый перепих.
Он воспользовался её юношеским флиртом.
И именно из-за этого я ненавидел его… до недавнего времени. Я наконец начал прощать его и был готов двигаться дальше.
А теперь произошло это.
– Если бы не наркотик, этого бы не случилось. – Я зарычал и грубо встряхнул его. – Эйвери смогла бы дать отпор эльфу.
Николас всё ещё висел у меня в руках, даже не пытаясь защищаться физически.
– Возможно, ты и прав. Возможно, если бы её не опоили, она смогла бы сбежать от лорда Годасары, но твой гнев направлен не по адресу. Я ее не опоил и не принуждал. Я не виноват в том, что она была одурманена. Это было действие сильного афродизиака. – В глазах вампира разгорелся гнев, я чувствовал его запах. – Та сирена опоила нас. Она дала мне еду и питьё, сказав, что это упаковали для нас с Эйвери на случай, если мы застрянем в той комнате на несколько дней. Если кто и должен здесь злиться, так это я. Я тоже стал ее жертвой. И более того, если ты ищешь, кого обвинить, как насчёт себя? Это ты не позволил Эйвери сражаться. Ты заставил её пойти со мной в ту комнату. Если бы она не сидела там, то не выпила бы тот наркотик. У неё была бы ясная голова, чтобы дать отпор. Ты тоже виноват, Уайетт.
Я отшатнулся, резко отпустив его. Я с трудом мог дышать, потому что его обвинения глубоко ранили. «Ты тоже виноват».
На мгновение вокруг воцарилась тишина. Бавар и Терри замерли.
Волк рычал внутри меня, умоляя меня оторвать Николасу голову, пока мой человеческий разум со скоростью молнии перебирал его слова.
«Это ты не позволил Эйвери сражаться. Ты заставил её пойти со мной в ту комнату. Если бы она не сидела там, то не выпила бы тот наркотик. У неё была бы ясная голова, чтобы дать отпор».
Боги.
Он был прав.
Абсолютно прав.
Я не хотел, чтобы она сражалась, хотя в ней была очень могущественная магия. Я не хотел, чтобы она находилась где-то рядом с битвой. Но она хотела быть там.
А что, если бы я подавил свой инстинкт защищать её и не отправил ее подальше от опасности? Николас прав. Она сильная, очень сильная.
Но я не позволил ей сражаться.
Чёрт. Я вцепился в волосы.
На мне были грехи. Но Николас всё равно укусил мою пару и пил из неё.
Я зажмурился, чувствуя, как во мне снова поднимается ярость. Как ни старался человеческий разум принять тот факт, что я виноват в судьбе Эйвери не меньше других, моему волку было все равно.
Он просто видел, что другой самец лежал на его паре, прямо перед тем, как её похитили.
Волк завыл внутри меня, и я знал, что когда открою глаза, то они будут золотыми.
Николас резко отступил.
Но мой гнев был направлен не только на Николаса. Мне не следовало запрещать Эйвери что-либо. Мне не следовало запирать её в той комнате.
Я опустил подбородок, подавляя гнев своего волка и борясь с горькими чувствами, которые бушевали в моей душе.
Наконец я поднял глаза, встретившись с встревоженным взглядом вампира. Казалось время остановилось. Я глубоко вздохнул, затем ещё раз, прежде чем наконец сказать глухим голосом:
– Если правда не принуждал мою пару, то мне жаль, что ты пострадал.
Бавар в шоке распахнул глаза, а у Терри отвисла челюсть.
Но я сдержал своего волка и не поддался его жажде крови. Пришло время взглянуть в лицо некоторым суровым истинам.
Я не был безгрешен. Но, возможно, Николас невиновен.
Я ждал ответа от вампира, но очевидно, что мой ответ лишил всех дара речи, потому что ни Николас, ни Бавар, ни Терри ничего не произнесли.
Я скрипнул зубами.
– Я может и волк, но моя человеческая сторона сильнее, чем у большинства оборотней. Я не зверь. Мой волк мной не управляет. И если вы помните, я боролся со своей волчьей природой целых три месяца, пока Эйвери была моим новобранцем. Три месяца я отталкивал её, хотя хотел, чтобы она всегда была рядом. Так что можете перестать так удивляться тому, что я могу вести себя нормально.
Бавар наконец моргнул.
– Никто не считает тебя ненормальным, Уайетт. Мы все давно с тобой знакомы и знаем, что ты можешь быть слишком спокойным. Но теперь ты спаренный самец-оборотень, и, ну… – Он всплеснул руками. – Мы все знаем, что происходит с разумом самца волка, когда он находит свою пару. Спаренный волк может вести себя как псих, особенно когда речь идёт о его паре.
Я сжал губы.
– Что ж, я собираюсь доказать, что вы не правы. – Я внимательно посмотрел на Николаса. – Бавар сказал, ты можешь помочь с поиском Эйвери?
