Текст книги "Перезагрузка (ЛП)"

Автор книги: Крис Райан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

На палубе появился еще один мужчина. Зак сосредоточился на нем.

У него была голая грудь. Его торс был мускулистым. Шея была широкой, а брови выглядели как черные полоски в тумане ночного видения, соединялись на лбу. Зак вспомнил папку и слова Майкла:

«Антонио Акоста. Родился и вырос в фавелах Рио-де-Жанейро. Говорят, он убил своего брата в тринадцать лет. Мы считаем, что он – генерал «Черного Волка»…».

Опознан.

«Мы не знаем, кто еще будет на палубе «Меркантиля», но опознания этих двоих хватит. Если Антонио Акоста и Карлович на борту, остальной экипаж не будет милыми пенсионерами…».

Зак посмотрел на трех мужчин у борта. Они прикрепляли систему подъемника к кораблю, опускали густую веревку с крючком к концу пристани. Ему не нужно было смотреть дольше. Все было понятно. Алмазы прибыли. Экипаж поднимал их на борт. Дела «Меркантиля» тут были почти завершены.

Зак не мог медлить.

Он опознал членов «Черного Волка». Это означало только одну.

Пора было переходить к контакту.

12

ПРИСТУПИТЬ К КОНТАКТУ

Он двигался быстро и тихо.

За тридцать секунд он разделил удочку и сложил ее, убрал прибор ночного видения в мешок. Он оставил их на пирсе, нашел доску, которая скрывала его снаряжение. Он поднял ее и отложил в сторону, посмотрел на пирс, проверяя, что никто не шел. Чисто. Зак поднял сверток в полиэтилене из укрытия. Он видел, что кто-то построил деревянный каркас под пирсом. Это удержало снаряжение Зака.

Пакет был тяжелым. Пока Зак разворачивал его, он на миг задумался, кто вообще спрятал эти вещи здесь. Конечно, он никогда не узнает. Майкл не любил делиться такой информацией. Там были четыре предмета. Первый напоминал большую плавучую платформу, которую он использовал в детстве, когда отец водил его на уроки плавания в местном бассейне. Однако были различия между вспомогательным средством из полистирола и этой доской для плавания. Во-первых, она была больше. Наверху был прикреплен круглый компас около двадцати сантиметров в диаметре. Сбоку от компаса был переключатель, но Зак еще не коснулся его. Он знал, что компас засветится, и если он включит его здесь, то сообщит людям на палубе «Меркантиля» о своем присутствии.

Вторым предметом был его ребризер. Он выглядел как тяжелый черный спасательный жилет с добавлением воздушных трубок и лицевой маски. Он был приспособлен для двух небольших баллонов со сжатым воздухом и двух водонепроницаемых мешков для хранения. В одном из них была авоська с магнитом на застежке. К ребризеру были привязаны ласты военного образца, которые Зак расстегнул, прежде чем переключить внимание на третий предмет.

«Heckler & Koch P11» был идентичен тому, из которого он стрелял в подвале на Скале Святого Петра. Толстый. Тяжелый. Зак не хотел признавать это, но он чувствовал себя намного лучше из-за оружия вместе с его айфоном во второй водонепроницаемой сумке ребризера. Особенно учитывая природу четвертого предмета, который он вытащил из тайника.

Это был небольшой металлический футляр, примерно тридцать на двадцать на десять сантиметров. Но Зак знал достаточно о сносе домов, чтобы понимать, что такой крошечный футляр может нанести большой ущерб. Он весил около пяти килограммов, имел резиновую прокладку и пряжки из тяжелого металла. На одной стороне корпуса находились четыре стальных карабинных крючка, приваренных к металлу. Когда Зак натянул ребризер через голову, он увидел, что крючки легко пристегивались к ремню спереди. Он прикрепил устройство, положил свои рыболовные снасти и полиэтиленовую пленку обратно в тайник под пирсом.

Шаги.

Зак посмотрел на пирс. Кто-то приближался. Он не видел в темноте, но знал, что его не могли так поймать. Он быстро надел ласты, схватил доску и оружие, прошлепал к краю пирса и спрыгнул в воду. Три метра полета. Плеск.

Вода была холодной и черной. У Зака ​​возникло воспоминание о той ужасной минуте, которую он провел, волоча Рафа по темному коридору «Авангарда». Он поплыл в направлении, где, как он надеялся, был пирс, всплыл, чтобы вдохнуть, как можно тише.

Он очутился у одной из деревянных опор пирса и ухватился за нее. Шаги были прямо над ним. Они остановились, и всего в паре метров от его позиции по воде пронесся свет фонарика. Тот, у кого был фонарик, что-то искал. Его? Точно сказать не удавалось. Он вцепился в опору пирса немного сильнее.

Когда его глаза привыкли к темноте внизу, он различил деревянную раму под свободной доской наверху. И он смотрел на нее всего пять секунд, когда, к его ужасу, кто-то поднял незакрепленную доску.

Он не мог видеть человека там. Его слепил фонарик, луч падал через узкое отверстие на воду. Очень медленно он отпустил пирс руками, сжал опору лодыжками. Он держался за доску для плавания левой рукой, а правой нацелил свой P11 в отверстие.

Прошло пять секунд.

Десять секунд.

Он дрожал. И не только от холодной воды. Еще и от нарастающего чувства страха и паники. Он раскрыл себя ранее в тот день. Кто-то шел за ним…

Луч света исчез. Незакрепленная доска вернулась на место, и Зак услышал шаги, двигающиеся обратно к берегу. А потом просто плеск моря об опоры причала.

Он натянул маску для ныряния на лицо. Капельки воды покрывали внутреннюю часть. Он вставил трубку ребризера и сделал несколько вдохов. Воздух попал в его легкие. Посмотрев в сторону «Меркантиля», он включил свет компаса на своей доске для плавания. Слабое бледно-зеленое свечение распространилось от доски, Зак проверял, в каком направлении ему двигаться. Судно находилось к югу от его позиции под азимутом около 179 градусов. Он запомнил это. Затем он отпустил ножку пирса лодыжками.

Металлический футляр тянул его под поверхность. Он решил, что погрузился на пару метров. Он надеялся, что пузырьки не поднимались к поверхности воды, когда он выдыхал, как ему и обещали. Шум моря исчез. Все, что он мог видеть, это компас с подсветкой на доске для плавания. Он скорректировал свою траекторию так, чтобы он двигался под углом 179 градусов, и поплыл в воде.

Время замедлилось. Зак чувствовал, как его били подводные течения, и ему пришлось использовать все силы тела, чтобы сохранять правильную позу. На краю поля зрения были тени. Он предположил, что это морские существа, а может, просто игра луны на волнах.

«Все, что внизу, будет держаться на расстоянии», – говорил он себе. Он изо всех сил старался забыть о мурене, напавшей на Рафа. Ему сейчас не помогли бы такие воспоминания. Он сосредоточился на том, что делал. Таким образом он старался забыть, что это была всего лишь его вторая миссия, и что не имело значения, сколько у него было тренировок; настоящее было в сто раз сложнее и опаснее.

Холодная вода скользила мимо. Он подавлял панику. Наверняка он слишком долго плыл… Наверняка он уже доплыл до «Меркантиля»…

Корпус внезапно появился всего в двух метрах от него, огромный и темный. Зак устремился вверх и через несколько секунд всплыл. Он огляделся. Он находился под пристанью, к которой пришвартовался «Меркантиль». Сразу наверху он услышал голоса. Он решил, что это были трое ангольцев. Похоже, они говорили по-португальски.

Зак отодвинулся и теперь плыл над водой, так как был замаскирован пристанью. Голоса ангольцев стихли. Вода била по его маске для ныряния, поэтому его зрение было разделено на море и воздух. Однако, достигнув конца причала, он снова погрузился в воду и проследовал вдоль линии корпуса «Меркантиля», пока не достиг конца судна. Здесь он перевернулся и поплыл по дальнему борту корабля.

Он был примерно на полпути вдоль судна, когда прибыл к лестнице. Нижняя перекладина находилась примерно на три метра ниже линии воды. Зак снова всплыл и схватился за нее.

Ему нужно было сбросить снаряжение. Вот тут-то и нужна была авоська. Он вынул ее из сумки ребризера и прикрепил магнит к металлическому корпусу корабля, затем убрал доску и ласты в сумку, прежде чем вынуть свой P11 из сумки и спрятать его в шорты. Он снял ребризер через голову. Прежде чем спрятать комплект, он вынул свой айфон, сунул во влажный карман и отстегнул металлический кейс. Крепко сжимая его, теперь уже без водолазного снаряжения, Зак начал подниматься по лестнице.

Было трудно одновременно подниматься и удерживать футляр, особенно из-за мягкого, но пугающего покачивания корабля. Подъем Зака ​​был медленным – добрых две минуты он добирался до точки чуть ниже уровня палубы.

Он остановился и прислушался.

Ничего.

Зак готовился миновать последние ступеньки, когда что-то его остановило. Запах: сигаретный дым. Он замер. Кто-то курил наверху. Зак мог не слышать его, но чувствовал запах. Он оставался на месте, мускулы рук горели от крепкой хватки.

Прошла минута, и запах сигаретного дыма исчез.

Две минуты.

Он услышал шаги. Они миновали его позицию. Кем бы он ни был, стоит ему посмотреть за борт, он увидит его, прижатого к корпусу, всего в метре или около того от уровня палубы. Зак внезапно стал сильнее ощущать оружие в шортах. До этого не дойдет. Верно?

Никто не смотрел. Шаги стихли, и Зак понял, что должен рискнуть.

Он поднялся по лестнице. Палуба была теперь на виду. Его пол был из стали, и на уровне глаз он увидел спасательный круг. Он огляделся. Никого не было. Не обращая внимания на ужасную боль в мышцах, он миновал последние несколько ступенек и перелез на палубу.

Морская вода капала с его шортов и футболки. Зак сжимал футляр в левой руке. Правой он вытащил P11. Теперь ему нужно было доставить взрывчатку в машинное отделение. Для этого нужно было пробраться в корабль.

Он пошел по палубе в сторону берега. Он никого не видел. После пятнадцати метров он увидел слева дверь. Он толкнул ее. Дверь была тяжелой. Зак прошел внутрь, и все силы потребовались, чтобы не дать двери хлопнуть.

Он поежился. Вода лишила его тепла, ему нужно было двигаться. Он был в коридоре. На стене слева от него висел ламинированный плакат с подробным описанием правил безопасности на корабле. Коридор тянулся на десять метров и заканчивался другой дверью. Справа от него была металлическая лестница.

Зак спрятал оружие в шорты, активировал айфон и перешел на четвертую страницу приложений. В нижнем ряду был красный значок с изображением велосипеда и гаечного ключа. Если бы кто-нибудь посмотрел туда, он бы подумал, что это приложение для обслуживания велосипедов, но когда Зак коснулся экрана, там появилась зеленая линия, они рисовала трехмерную модель «Меркантиля». Используя всего лишь указательный палец, он крутил изображение, пока не нашел правый борт. Определив дверь, через которую он только что прошел, он увеличил изображение. Схема изменилась с его прикосновением. Он знал, что машинное отделение находится в недрах корабля, и через тридцать секунд он определил свой маршрут и запомнил его.

Двигаться тихо было сложно. Его ботинки были мокрыми, и он не хотел шуметь на металлических ступеньках. Достигнув дна, он оказался в большой пустой каюте. Это была своего рода прачечная – большие корзины с грязным бельем, стоящие в щелях под металлической лестницей, и две огромные старинные стиральные машины. Они были так покрыты пылью, что казалось, будто ими не пользовались годами. Он предположил, что чистая одежда не была важна для «Черного Волка».

Голоса.

Они вышли из-за двери в другом конце хижины. Сердце Зака ​​сжалось, и он огляделся в поисках укрытия. Единственным вариантом были корзины. Он прокрался за них и присел на корточки, сжимая футляр и P11. Это было не лучшее укрытие, так как он находился прямо под лестничной клеткой, и между каждой ступенькой оставалось около тридцати сантиметров. Если кто-нибудь будет подниматься по ступенькам и опустит взгляд, его заметят. Не было сомнений.

Дверь открылась. Голоса говорили по-английски:

– Как по мне, – сказал грубый мужской голос, – Карлович становится слишком наглым.

Плевок, и зазвучал второй голос, чуть пронзительный:

– Ты переживаешь не из-за того, Баркер. Карлович – мелочь. Это el capitán тут главный. Карлович даже в туалет без его приказа сходить не может.

Оба мужчины были англичанами. У них был лондонский акцент. Первый – Баркер – рассмеялся. Они были на середине комнаты, двигались к лестнице. Зак крепче сжал P11.

– Все еще не пойму, почему нам нельзя на берег. Я не выпивал неделями.

Зак видел их ноги на первой ступеньке. Он ощущал запах табака от их одежды.

– Привыкай. Этой ночью мы уплываем. Будешь громко стонать Карловичу об этом, отправишься в воду. Напьешься воды из моря. Может, он и слушается el capitán, но есть в нем нечто злобное. Он возомнил себя жутким пиратом…

Они миновали середину лестницы. Зак затаил дыхание.

Они добрались до вершины.

– Тут все мокрое, – сказал Баркер. – Похоже на… следы ног.

Пауза.

– Ступеньки тоже мокрые, – продолжил он. – Что за…

– Ах, забудь, – сказал его товарищ. – Вряд ли это проблема. Скажешь Карловичу, и он заставит нас обыскивать весь корабль.

– Да, ты, пожалуй, прав…

Через пять секунд они ушли.

Зак оставался на месте как минимум минуту. Только когда он убедился, что все затихло, он решился выйти из укрытия. Он прокрался через прачечную и осторожно открыл дверь, через которую прошли двое мужчин.

Еще один коридор, тянущийся по всей длине корабля. С каждой стороны было по пять дверей, расстояние между которыми составляло около четырех метров. Помещения экипажа, Зак знал из плана. В дальнем конце коридора была еще одна лестница, ведущая вниз. Он поспешил туда, почти ожидая, что одна из дверей откроется в любой момент. Никто не сделал. Сведения Майкла были правильными: у «Меркантиля» было мало людей в экипаже.

Он нашел машинное отделение внизу второй лестницы. Пахло дизельным топливом и маслом. Место не было похоже на машинное отделение на «Авангарде», но все же это было самое большое пространство, которое Зак видел на «Меркантиле», и, согласно схемам на его айфоне, оно было одним из самых больших на всем корабле. Но и в этой комнате никого не было. На боку лежал металлический цилиндр длиной около пяти метров. К нему были прикреплены шесть поршней и сложная сеть трубок и клапанов. Пол вибрировал, и шум был достаточно громким, чтобы Зак понял, что не услышит никого приближающегося.

Еще причина поспешить.

Он направился к дальнему цилиндру и присел. Между ним и полом оставалось около пятнадцати сантиметров. Он положил P11 на пол рядом с собой, расстегнул металлический футляр и открыл его.

Несмотря на то, что Зак знал, что он нес, для него все равно было шоком увидеть это. Взрывное устройство было очень простым. Восемь квадратных лепешек из материала, похожего на влажную глину. Зак узнал в них взрывчатку С4. Лепешки были скреплены толстой черной лентой. Сверху C4 были две обычные батарейки ААА – такие можно было найти практически в любой детской игрушке. Проволока тянулась от батарейного отсека в одну из лепешек С4. Также был небольшой приемник размером с монету в пятьдесят пенсов. Зак не знал, как и откуда Майкл намеревался активировать дистанционную детонацию, но этот приемник поймает сигнал и отправит электрический заряд во взрывчатку.

А потом… бам.

Зак осторожно вынул устройство из футляра. На нижней стороне был магнит. Он перевернул устройство и прикрепил его ко дну металлического цилиндра. Магнит без проблем прилип к металлу.

Готово…

Но вдруг поднялся сильный шум. Зак вздрогнул и огляделся. Рядом никого не было, но он понял, что цилиндр издает скрежет. Поршни шипели, пол вибрировал еще сильнее. С ужасом он понял, что двигатели завелись. Это означало, что корабль готовился к отплытию…

Зак закрыл футляр и отчаянно огляделся, пытаясь понять, где его спрятать. Он нашел съемную панель на стене рядом с собой. Она была набита проводами – они тоже вибрировали – но там хватало места для футляра. Как только он был спрятан, Зак взял P11 и, не теряя ни секунды, направился к выходу.

Заку срочно нужно было покинуть корабль. Круиз по Атлантическому океану мог бы быть для кого-то мечтой, но Карлович и el capitán не были хорошими спутниками по плаванию, и ему не очень нравилась идея спуститься в воду во время движения корабля. Он побежал вверх по лестнице, мимо помещения экипажа в прачечную. Остановившись у подножия первого лестничного пролета, он прислушался на несколько секунд. Ничего, поэтому он поднялся и повернул налево, через тяжелую дверь на палубу.

Теперь весь корабль вибрировал, но он не мог сказать, движутся ли они. Он посмотрел в сторону берега, чтобы сориентироваться. Берег выглядел неподвижно. Они еще не отплыли, но это был лишь вопрос времени…

Он повернулся и побежал к лестнице. Она была в десяти метрах. Но вдруг возникла проблема.

Крики!

– Я ЕГО ВИДЕЛА! ОН НА БОРТУ!

Зак замер. Пронзительный голос звенел в воздухе. Женский. Юный.

– ОН ЧТО-ТО ЗАТЕВАЕТ! Я ЕГО ВИДЕЛА! ОН СЕЙЧАС НА БОРТУ!

Зак не мог понять, откуда доносится голос, но узнал сам голос.

Беа.

Он выругался под нос – что она делала? – и бросился к лестнице, пытаясь не слушать крик Беа. Но теперь палуба не пустовала. Впереди он видел фигуры. Двое мужчин бежали к нему.

Они хотели добраться до лестницы первыми…

Зак остановился и поднял P11. Двое мужчин – оба были в джинсах и футболках – немедленно остановились. Они посмотрели на оружие.

– Назад! – крикнул Зак. – Назад, или я буду стрелять!

Двое мужчин попятились.

– Хорошо, малыш, – сказал один из них. – Успокойся, – откуда им было знать, что Зак никогда бы в них не выстрелил? Зак двинулся к лестнице. Если бы он мог просто добраться до своего снаряжения для дайвинга, прежде чем многие другие узнают его местонахождение…

Слишком поздно.

Зак почувствовал, как его схватили за волосы, прежде чем увидел лезвие. Кто-то был позади него. Он обвил правой рукой шею Зака и прижал острое лезвие к его коже.

А потом заговорил. Мужской голос с иностранным акцентом:

– Ты когда-нибудь разрезал масло горячим ножом? – голос был чуть громче вздоха.

– Я не очень хороший повар, – прошептал Зак в ответ. Его голос дрожал, когда он говорил, и он сразу пожалел, что не звучал дерзко.

– Как жаль. Если бы был поваром, знал бы, как легко это лезвие прорежет твою яремную вену. Я думаю, тебе пора бросить оружие, да?

Может, это было воображением Зака, а может, артерия на его шее действительно пульсировала возле ужасно острого лезвия ножа. В любом случае он знал, что у него нет выбора. Он позволил P11 упасть, и оружие с грохотом рухнуло на металлический пол палубы «Меркантиля».

13

НЕ СБЕЖАТЬ

– Ты очень медленно развернешься. Я, наверное, убью тебя этой ночью, и мне плевать, сейчас или позже. Одно резкое движение, что-то, что мне не нравится, и это случится сейчас…

Двое мужчин, на которых Зак направлял P11, теперь шли к нему. Они уже не боялись за свои жизни и выглядели нагло. Один из них поднял оружие с пола и осмотрел огромный ствол. Он явно никогда не видел такого огнестрельного оружия и радовался, что теперь мог обратить его против Зака. Он направил P11 ему в лоб.

– Ты его слышал, солнышко, – сказал он с лондонским акцентом. Зак понял, что это был Баркер, один из мужчин, которые чуть не поймали его в прачечной. – Повернись.

Зак сделал, как ему сказали, и повернулся к человеку с ножом. Он немедленно отметил пирсинг вдоль опухшей левой брови. Карлович. Во плоти он не выглядел намного красивее, чем в ночном видении или на фотографии в папке Зака. У него была двухдневная щетина, неприятный изгиб губ и дыхание, как у собаки, которая наелась чеснока. Помимо ножа, у него спереди висел пистолет-пулемет MP5. Легко использовать в ближнем бою и в местах с ограниченным пространством. Например, на корабле.

Карлович пристально посмотрел на него и отошел в сторону.

– Иди, – сказал он.

P11 у затылка и нож в дюймах от его тела. Похоже, у Зака ​​не было выбора.

Он шел медленно, чтобы дать себе время подумать. Его водолазное снаряжение все еще было приклеено к корпусу лодки. Если он будет достаточно быстрым, то сможет перепрыгнуть через перила корабля и подплыть к нему. Но снаряды из MP5 Карловича могли пробить поверхность воды на глубину до трех метров, и в любом случае ему пришлось бы дышать, прежде чем он доберется до своего снаряжения. Он станет кормом для рыб, прежде чем узнает об этом.

А еще Беа. Она просто случайно попала в беду? Или было что-то большее? Похоже, она была где-то на корабле. Зак пришел на «Меркантиль» сам, но если Беа была просто невинным волонтером, она понятия не имела, во что она ввязалась. Она могла сильно раздражать, но Зак не был готов оставить ее «Черному Волку»…

Нет. На данный момент его единственным выходом было слушаться. Смотреть, что произойдет. И когда представится возможность, ухватится за нее.

Карлович, Баркер и третий мужчина вынудили его пройти через ту же дверь, в которую он попал в машинное отделение. Однако вместо того, чтобы спуститься по металлическим ступеням к прачечной, они продолжили путь по узкому коридору ко второй двери в конце. Дверь еще не открылась, а Зак услышал голос на другой стороне:

– Уберите руки! Я сказала: не трогай меня! Что ты творишь, гадкий мужчина? Что происходит…? Я пришла к вам на борт только за нашим волонтером-идиотом…

– Глупая девчонка, – сказал Баркер за Заком.

– Тихо! – приказал Карлович. Он подтолкнул Зака в спину. – Заходи. Сейчас.

Зак открыл дверь и прошёл в комнату.

Он сразу понял, что оказался на мостике «Меркантиля». Там было не так уютно, как на «Галилео», где он побывал до этого. Десять метров на пять, стены, пол и панель навигации были тускло-серыми. Зак видел, что окно выходило на Лобамбо, но поскольку на улице было темно, он не видел ничего. Интерьер освещался мерцающей лампой на низком потолке. И в этом мерцающем свете Зак увидел трех человек.

Первой была Беа. Она стояла на коленях, руки были за спиной. Ее бледное лицо, обычно мрачное, было искажено ужасом. Это не удивляло, потому что второй человек, которого Зак не узнал, прижимал ствол автомата к ее затылку. У бандита была жидкая борода. Похоже, он отрастил ее, чтобы выглядеть старше, чем был на самом деле – вероятно, все еще подросток, подумал Зак. На голове у него был черно-белый платок. В воздухе воняло потом, и Зак был почти уверен, что запах исходил от этого парня.

Однако третьего человека Зак узнал. Антонио Акоста. Человек из фавел Рио, который, по словам Майкла, убил собственного брата. Зак взглянул на темные брови, которые пересекались на лбу, и обратил внимание сильную обнажённую верхнюю часть тела.

Прежде чем заговорить, Акоста подождал, пока закроются двери за Карловичем и его людьми. Его голос был очень мягким, а его английский, хотя и с сильным акцентом, казался хорошим. Он слегка кивнул Заку.

– Ты скажешь мне, кто ты, – сказал он немного скучающим тоном. – И ты скажешь, что делаешь. Если сделаешь это, есть вероятность – небольшая – что я не прикажу своим людям убить тебя.

Тишина. Зак отчаянно пытался придумать следующий ход.

– Я жду, – сказал Акоста. – Но я не очень терпеливый человек.

Зак знал, что должен выглядеть напуганным. Это было не сложно. Он был напуган.

– Я… простите, – пробормотал он. – Меня зовут Джейсон. Джейсон Коул. Я просто хотел посмотреть на корабль. Я только поднялся на палубу. Я не был…

Он не ожидал удара. Он прилетел из ниоткуда. Секунду Акоста стоял с таким же скучающим выражением лица; в следующую он ударил Зака ​​тыльной стороной ладони. Зак задохнулся от боли. Сначала он не мог понять, почему это так больно. Только когда он прикоснулся кончиками пальцев к левой щеке и почувствовал кровь, он взглянул на руки el capitán. На безымянном пальце Акосты было кольцо с острым неровным краем. Явно не для украшения. Это было оружие.

Кстати об оружии…

Баркер шагнул вперед и передал Р11 Акосте.

– Что это?

– Это было при нем, el capitán. И я считаю, что он пробыл на корабле дольше, чем говорит. Мы увидели мокрые следы на ступенях в прачечную. Это было пятнадцать минут назад.

Шкипер корабля почти не слышал Баркера. Он был слишком занят, глядя на P11.

– Вот так игрушка, Джейсон Коул, – сказал он. – Когда я был молодым, я убивал из гораздо менее интересного оружия, – он снова взглянул на Зака. – И ты думаешь, что я поверю, что любопытный ребенок забрался на мой корабль с таким оружием?

– Это не мое, – импровизировал Зак.

Акоста посмотрел на него с притворным удивлением.

– Правда? – он повернулся к Карловичу. – Он говорит, что это не его, – его голос был саркастичным, а ухмылка Карловича стала более явной.

Второй удар Акосты был меньшим сюрпризом. Но не менее болезненным. Зак почувствовал, как кровь стекает по лицу из второго пореза. Кожу жгло.

– Некоторым людям, – сказал Акоста, – не нравится вид своей крови. Или чьей-то крови. Я не такой трусливый.

Он снова осмотрел P11 и обнаружил предохранитель, который выключил. Теперь его глаза заблестели. Пылко. Он выглядел почти так, будто ему было весело. Он протянул руку и направил пистолет в голову Заку.

Никто не говорил. Зак едва осмеливался дышать. Угрозы со стороны Нтоле – это одно; но оружие Нтоле было пустым. P11 таким не был.

Движение Акосты было внезапным. Держа руку прямой, он повернул ее на тридцать градусов, направил оружие на Баркера, который стоял в трех метрах от него.

И выстрелил.

Снаряд из P11 пролетел по прямой. Он вошел в череп Баркера с треском. Череп раскололся. Глаза Баркера расширились. Крови было очень мало. Через миг он рухнул. Кончик снаряда пронзил его череп и попал по мозгу, потому что его конечности дико содрогались, хотя он был уже мертв.

Остальные мужчины в комнате – Карлович, приятель Баркера и парень в бандане – замерли. Акоста посмотрел на каждого из них по очереди.

– Капитан… – выдохнул Карлович.

– Если он видел следы, он должен был сказать мне. Проблемы?

– Нет, капитан.

– Хорошо, – он направил P11 на Зака. – Что ты там делал?

«Он не убьет меня, – сказал себе Зак. – Не убьет, пока он не узнает, зачем я здесь…».

– Ничего. Честно. Следы не могли быть моими. Я только что поднялся на борт, – он не мог не смотреть в дуло пистолета.

Акоста улыбнулся.

– Ты смелый ребенок. Это не всегда хорошо, – он обратил внимание на Беа. Она все еще стояла на коленях. Ее тело дрожало, и Зак видел, как на ее глазах выступили слезы ужаса. Мужчина в бандане все еще приставлял автомат к ее голове, но он отошел в сторону, когда Акоста кивнул ему. Шкипер нацелил свой P11 прямо на Беа.

– Боже… – захныкала она. Она взглянула на мертвого Баркера, затем на Акосту и, наконец, на Зака. – Пожалуйста… скажи ему, что он…

– У тебя пять секунд», – прервал ее Акоста. – Пять секунд, чтобы рассказать мне, что ты делаешь на борту моего корабля. Иначе я брошу тело этой глупой девчонки в море вместе с Баркером. Один.

Беа упала. Она обхватила голову руками и начала неудержимо рыдать.

– Два.

Зак оглядел мостик, пытаясь найти что-нибудь, что могло бы послужить оружием. Ничего.

– Три.

– Четыре.

– Стойте, – сказал Зак.

Акоста склонил голову.

– Отпустите ее, и я расскажу.

Беа подняла взгляд. Ее лицо было в слезах, а глаза – красными.

– Я не веду переговоры с детьми, – сказал Акоста. – Говори сейчас, или я убью ее.

Миг тишины. Зак знал, что шла игра. Акоста убьет Беа, а он не хотел это допускать. У него не было выбора.

– Взрывное устройство, – сказал он. – Оно в машинном отделении. Я установил его там.

Акоста очень медленно повернул оружие на Зака.

– Карлович, убирай корабль из гавани, – шкипер повернулся к бородатому мужчине с банданой. – Эдуардо, отведи этого идиота в машинное отделение и принеси устройство. Если он причинит неприятности, просто убей его.

– Да, капитан, – ответил Эдуардо. Он подошел к Заку – от чего запах тела стал еще хуже – и ткнул его винтовкой. – Иди, – сказал он.

Зак был на полпути вниз по лестнице в прачечную – не там, где, как он считал, Эдуардо провел много времени, – когда почувствовал, как «Меркантиль» вздрогнул. Он попытался подавить панику. Чем дальше корабль уходил от берега, тем отчаяннее было его положение. Ему нужно было сохранять ясную голову. Продумать свой путь. Ему нужно было объяснение, почему он установил устройство – такое, которое не раскрывает его истинную цель…

В машинном отделении стало еще шумнее, чем раньше, корабль двигался. Не было смысла притворяться, что устройства там нет. Под наблюдением Эдуардо он извлек его из укрытия под большим металлическим цилиндром. Бородатый юноша держался на расстоянии. Когда они возвращались к мостику, Зак заметил, что он держался на несколько метров дальше от Зака, чем при спуске. Ему пришло в голову, что он мог использовать страх Эдуардо перед бомбой в своих интересах. Но попытки сбежать прямо сейчас не помогут. Беа все еще находилась на мостике во власти Акосты.

Когда они присоединились к остальным, ничего не изменилось. Беа все еще стояла на коленях и рыдала, моргая, как с нервным тиком. Акоста все еще размахивал P11. Тело Баркера неподвижно лежало на полу, а глаза его товарища были немного дикими. Карлович по-прежнему усмехался. Когда Зак вошел, все они безмолвно уставились на устройство в его руках.

– Положи его на землю, – проинструктировал Акоста.

Зак так и сделал и отошел на пару шагов. Шкипер подошел и сел на корточки, чтобы осмотреть устройство. Он глядел на него полминуты, а потом свободной рукой вытащил батарейки.

– Выброси его за борт, – сказал он Эдуардо.

– Это безопасно, капитан?

– Выброси за борт, если не хочешь принять такую нужную ванну, когда я сделаю это с тобой.

Эдуардо сглотнул. Он взял устройство – Зак знал, что оно было безобидно, а Эдуардо – нет – и покинул мостик, держа его на расстоянии вытянутой руки.

– На кого ты работаешь? – сказал Акоста.

– Ни на кого…

– Пожалуйста, – прошептала Беа. – Прошу, верните меня на берег. Я тут ни при чем.

– Молчи, девчонка! – рявкнул Акоста. – На кого ты работаешь?

Зак прикусил губу.

– Не заставляйте меня говорить. Пожалуйста.

Акоста нетерпеливо вздохнул. Он направил Р11 на Беа.

– Стойте!

– Я устал ждать.

– Мужчина в Лобамбо.

Акоста посмотрел на него.

– Какой мужчина?

– Он предложил деньги за то, что я оставлю устройство на борту. Пять тысяч. Сказал, что это связано с алмазами… – Зак знал, что лучшая ложь была с каплями правды.

Акоста смотрел на него. Он пытался решить, говорил ли Зак правду.

– Где деньги?

– В лагере. Только половина. Он сказал, что отдаст остальное, когда я выполню работу.

– Как звали мужчину?

Зак опустил взгляд, словно не хотел говорить.

– Убей девушку, – приказал Акоста.

– Нтоле, – быстро сказал Зак. – Его звали Нтоле. Я… знаю, где он живет. Если вы развернете корабль, я смогу отвести вас к нему… Но тогда вы должны отпустить нас… Или хотя бы отпустить ее…

– Тихо! Никто не покинет этот корабль, – он подошел к Заку. Оказался в полуметре. – Нтоле, говоришь?