355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кресли Коул » Темные Небеса (ЛП) » Текст книги (страница 5)
Темные Небеса (ЛП)
  • Текст добавлен: 24 сентября 2016, 04:29

Текст книги "Темные Небеса (ЛП)"


Автор книги: Кресли Коул



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 28 страниц)

Глава 08

Надеясь найти Кэрроу и ее компанию, Ланте направилась в долину. Сквозь плотную стену дождя она бежала по гористой местности. Когда ее легкие начали гореть, она перешла на быстрый шаг, замедляясь лишь, когда ощущала других бессмертных.

Все это время она старалась не думать о Троносе. Тогда почему же у нее до сих пор стоят перед глазами его шрамы, его мучения?

Она отказывалась чувствовать себя виновной в том, что бросила Троноса; и уж тем более в том, что заставила его прыгнуть с высоты, когда он был совсем еще мальчишкой.

Если бы Тронос ее не предал, главарь Врекенеров… его отец, король… не убил бы ее родителей. И все эти годы Сабина не нуждалась бы в магии сестры, чтобы постоянно водить смерть за нос.

Ланте могла быть одной из самых опасных Чародеек среди ныне живущих… а вместо этого оказалась выведена из игры. Охренеть, даже Тронос над ней смеялся!

Быть Королевой Убеждения означало быть королевой ничего.

А в Ллоре столь ощутимая слабость воспринималась враждебными фракциями существ, как приглашение атаковать.

Сабина недавно высказала новую теорию о силе убеждения Ланте: пока Врекенеры преследовали Чародеев по следам их силы, возможно, она боялась привести их к себе, а страх, соответственно, вызывал проблемы с применением колдовства. Возможно, ее сила никуда не пропала, но страх перед крылатой угрозой сковывал ее… даже в Роткалине, где они на сто процентов были уверены в отсутствии Врекенеров.

Ланте понимала, что её врекенерское ПТСР навряд ли сможет ей чем-то помочь.

Хорошо хоть, что ее способность создавать порталы все еще работала. Если бы она избавилась от своего ошейника, то смогла бы создать портал прямо во внутренний двор замка Торнин.

Единственная проблема? Если условия не будут идеальными… например, не будет достаточно времени, чтобы сконцентрироваться… она не сможет контролировать, где откроется портал. А большинство других сокрытых сфер Ллора не такие радушные, как эта. Хуже всего то, что она могла создать всего один портал в пять-шесть дней. Так что, ошибившись с пунктом назначения, она не сможет все быстро исправить.

Огромный риск. Как, впрочем, и пребывание на этом острове.

Проклятье, о чем думал Тронос, пытаясь захватить ее в плен? Если бы у него все получилось, то Ридстром направил бы армию Демонов Ярости в Воздушные Территории. Конечно, если смог бы, наконец-то, найти, мистически скрытую и постоянно перемещающуюся, небесную сферу.

Единственная причина, почему Чародеи никогда не наносили ответный удар в ответ на агрессию Врекенеров, состояла в том, что они не могли найти Скай или захватить кого-нибудь из его обитателей.

Возможно, именно это и делало Троноса таким смелым… он знал, что никто никогда не сможет попытаться выведать информацию у членов его фракции.

Ланте была настолько погружена в свои мысли о нем, что не сразу услышала свист, летящего ей в лицо, бревна.

Прежде чем потерять сознание, она подумала: «Еще один повод, чтобы обвинить его».

* * * * *

Ланте снился голос. Только голос. Приятный, мелодичный и явно принадлежавший женщине.

– Ты пойдешь сквозь миры, – бормотала женщина, словно раскрывая секрет Ланте. – В одной сфере – израненная. В одной сфере – оставленная. В одной сфере – разделенная. В одной сфере – блистающая.

– Я не понимаю, – ответила во сне Ланте. Голос женщины казался ей знакомым, но после всех знакомств за всю свою бессмертную жизнь, она не могла определить кому он принадлежал.

– Просто думай о предстоящем тебе путешествии как о Четырех Кругах Самайна[7]7
  Кельты делили год на четыре четверти, приблизительно соответствующие современным временам года: весне, лету, осени и зиме. Кельты были народом земледельцев, поэтому придавали огромное значение определению времен года и очень чтили великие дни, считавшиеся их началом: Имболк (Imbolc) – время родов/кормления – 1 февраля; Бельтан (Beltaine) – весёлый костёр – 1 мая; Лугнасад (Lughnasadh) – свадьба Луга – 1 августа; Самайн (Samhain) – смерть лета – 1 ноября.


[Закрыть]
.

– Это бессмысленный бред, – уровень непонимания Ланте рос. – О чем ты говоришь?

– Шепот, шепот, шепот…

– Ой, ты серьезно?! Теперь ты шепчешь шепот?

– Будь моей искрой, – сказал голос, – и заставь мир пылать. А теперь проснись, пока не стало слишком поздно.

* * * * *

– Ой, О-Й-Й-Й-Й! – издавая стоны от боли в лице, Ланте постепенно приходила в себя. – Кто, черт возьми, меня ударил? – прохрипела она, пытаясь понять, сколько времени провела без сознания.

И куда делась женщина? Это действительно был всего лишь сон? Все казалось очень реальным!

Ланте села и осмотрелась вокруг, сжав сломанный нос. С содроганием, она вправила его на место. Пасмурный дневной свет вполз через длинные тонкие иглы хвойного дерева, дезориентируя её. Когда зрение, наконец, прояснилось, она изменилась в лице.

Правус. Много. Гадство!

Кого тут только не было: вампиры, кентавры, демоны, Инвидии[8]8
  Инвидия(лат. Invidia) – в христианской традиции, воплощение одного из семи смертных грехов – Зависти. Как правило, изображалась в виде женщины, вокруг груди которой обвивалась змея и кусала её прямо в сердце.


[Закрыть]
– полубоги раздора, и Либитины[9]9
  Либитина(лат. Libitinae) – в римской мифологии, это имя носила богиня похорон. Впоследствии Либитина слилась с Лубентией и на основе ее имени (lubido, «страсть, вожделение») с Венерой.


[Закрыть]
– крылатые кастраторы. Они собрались на поляне в лесу, внутри каменного лагеря… гигантские прямоугольные плиты были выставлены в вертикальном положении – Стоунхендж, часть вторая. Только одна особа могла это осуществить.

Вытянув шею, Ланте осмотрелась. Ну конечно, Порция сидела на каменном троне, пристально смотря на, лежащую на земле Ланте. Глаза чародейки горели через прорези нефритово-зеленой маски; соломенного цвета волосы торчали как шипы, подобно горам, которые она создавала.

Рядом с ней медленно тлела Эмбер Королева Огня, словно первая леди, украсившая собой подлокотник каменного трона. Очевидно, они представляли власть в новой столице Этого-Гребаного-Острова.

Кто-то считал, что Порция и Эмбер – сестры, кто-то считал их любовницами. Просидев вместе с ними целую неделю в одной камере, Ланте больше склонялась к мысли, что они любовницы.

Да ей хотелось бы заполучить ключ, но не таким способом. Ланте внимательно посмотрела на другой край поляны. Множество камней образовывали изолированные клетки, в которых находились лесная нимфа, лиса-оборотень и демон враждебности.

Тронос.

Принимая во внимание огромное количество демонов огня, Ланте не удивилась тому, что он оказался плененным. К тому же Тронос был ранен. Ей было почти жаль его… принца Врекенеров, посаженного в клетку Чародеями.

Они подвергнут его пыткам, чтобы выяснить, где находится его дом. А потом станут использовать его… как игрушку, околдованную на выполнение каждого их приказа.

Ланте прекрасно знала, какие поступки они вынудят его совершать. Кем вынудят его стать.

Почему это заставило ее рассвирепеть?

Тронос пристально смотрел на Ланте, он выглядел взбешенным, пытаясь дотянуться до нее. Одно из его крыльев вернулось к почти нормальному состоянию, но было все еще искривлено. Часть плоти на раздробленном крыле пыталась срастись.

– Тебе потребовалось много времени, что прийти в себя, – сказала Порция. – Ты насколько слаба?

Ланте заставила себя подняться на ноги, и отряхнула листья. Почему великолепную Порцию это волнует? У Ланте зародилось подозрение: может, целью огненных демонов был совсем не Тронос.

Несмотря на свою власть, Порция никогда раньше не захватывала Ланте. Все очень боялись мести Сабины. Что изменилось? Только потому, что они с сестрой помогли уничтожить Оморта – лидера Правуса, Ланте стала стоящей добычей для этих Чародеек?

Тем не менее, она ни о чем не жалела. Ее братец получил по заслугам.

– Ты напала на меня, Порция? Ты ведь знаешь, по доброй воле я бы не пошла. – Я никогда бы не пошла добровольно.

– Мы просто случайно нашли тебя на земле, без сознания.

Тогда кто на меня напал?

– Словно тебя бросили у порога, как мышь, с которой надоело играться кошке, – добавила Эмбер.

Ланте обеспокоенно посмотрела на Эмбер. Обе чародейки были дьяволицами. Но если Порция прислушивалась хотя бы к голосу разума, то Эмбер была подобна пламени, которым управляла… очень переменчива.

– Что я пропустил? – спросил мужской голос.

Ланте оглянулась посмотреть на, вышедшего на поляну широким шагом, чародея в полном облачении из золота; мужчину, которого она надеялась никогда больше не увидеть снова.

– Моя Меланте очнулась? – спросил Феликс Двуличный, его смазливое лицо осветила улыбка, а золото соблазнительно засверкало. Его чародейская сила позволяла ему заставить любое существо поверить в то, что он говорил. Уж ей-то это было известно наверняка.

Ланте покраснела, вспомнив его пламенные клятвы. Он обещал ей будущее вместе… с золотом, его защитой, кучей золота, детьми и еще большей горой золота… и доверчивая Ланте ему поверила.

В агонии боли, она уступила ему свое ясновидение и боевую магию. У нее тогда еще не было способности создавать порталы, и ему оказалась без надобности ее искалеченная душа.

Повернувшись к Феликсу, Порция сказала:

– Твоя любимая зверушка только что очнулась.

Его зверушка? Ланте стиснула зубы.

Ослепительно улыбаясь, он повернулся к Ланте.

– Сколько лет, сколько зим, Мел.

Когда после секса, Ланте спросила его о дате свадьбы, он освободил ее от действия своих чар, сжал ее подбородок и сказал:

– Ты меня, конечно, очень сильно привлекаешь, но о свадьбе между нами не может быть и речи, дорогая. Разве секс не был достаточной наградой для тебя?

Нет, Феликс. Не был. Ланте убралась прочь, сгорая от унижения, боясь признаться Сабине, что потеряла еще больше сил.

«Какой же идиоткой я была», – ругала она себя, – «какой наивной!»

– Ты выглядишь, как всегда, восхитительно, – сказала ей сейчас Феликс, но поскольку он не использовал свои силы, Ланте была вольна ему не верить.

Восхитительно? Ее недавно сломанный нос опух словно шар, и у нее под глазами явно имеется пара синяков.

– И ты все такой же двуличный, каким и был, Феликс. – Чародеи никогда не были самым прямолинейным родом, но безусловным лидером среди них был Феликс. – Неплохо выглядишь для побывавшего в тюрьме. – За такие золотые доспехи не грех и умереть.

– Я прибыл совсем недавно. Меня, забавы ради, переместил на этот остров друг-вампир.

Как и подозревала Ланте.

– Я обнаружил, что здесь до тошнотворного скучно… пока не услышал о твоем пленении.

Интерес Феликса к ней, взбесил Ланте еще сильнее.

– У тебя есть кое-что нужное нам, Меланте, – сказала Порция.

Почему именно сейчас? Она вместе с Кэрроу и Руби была в их поле зрения, когда они все сбежали с тюрьмы. К тому же они пощадили их сбежавшее трио, просто украв у них руку, которую Ланте отрубила у Фигли… ту неряшливую штуковину, что висела сейчас на золотом поясе Порции.

Ключ к свободе Ланте.

– Я вся внимание.

– Мы решили уничтожить множество, пойманных здесь, беспомощных членов Вертас, приведя на остров больше членов Правуса. Набрать очков к Приращению.

Каждые пятьсот лет повторялось Приращение – сверхъестественная сила, порождавшая конфликты между фракциями существ, заставляя их сражаться друг с другом, что приводило к сокращению численности бессмертных. Приращение могло длиться десятилетие и даже дольше. Поговаривали, что очередное уже началось с появлением новых столкновений между вампирами несколько лет назад.

– Мы могли бы переместить сюда побольше солдат из числа союзников, – продолжала Порция, – но на самом деле нам нужна целая армия.

Дальше Ланте и без слов все поняла.

– Вы хотите, чтобы я создала портал. – Гарантированную смерть всем, находящимся на острове, членам Вертас?

Как Кэрроу и Руби.

Думай быстро, Ланте. Порция может снять с нее ошейник. Если Ланте использует убеждение, то сможет приказать Правусу освободить ее.

– Браво, Меланте, – ответила Порция. – Мы хотим путь к землям кентавров, чтобы тысячи из них могли прибыть прямо сюда.

– У них уже есть портал.

У большинства сфер имеется хотя бы один… но свойства бывают разные.

– Этот будет использован для нового сверхсекретного наступления, – сказала Порция, и ее глаза сверкнули при мысли о резне.

Кто же стал целью кентавров?

– Понимаешь, Порция, я не могу ничего сделать с моим нынешним аксессуаром, – она потеребила свой торк, – так что…

– Мы не можем доверять тебе. – Эмбер откинула рыжие с черным локоны волос с плеч. – Не после того, что ты натворила в прошлом году в Роткалине.

– Мел, ты действительно обезглавила Хеттию? – Голос Феликса был полон восхищения.

Хеттия – сводная сестра Оморта и его наложница… бледная, злобная имитация его безответного желания: Сабины. Ланте сразилась с Хеттией и победила.

В ответ она пожала плечами.

– Таки да! – Феликс выглядел восхищенным. – Тогда и другие слухи должны быть правдой. Ты лишила силы Оморта!

Раньше Ланте хотела, чтобы все знали о роли, которую она в этом сыграла, и уважали ее. Теперь она сожалела, что ее участие не было секретом.

Потому что Феликс обнаружил еще одну силу для охоты.

Саму её душу.

Он может сказать ей, что она всегда любила его; что он дал ей все, что обещал все эти годы… и она поверит ему.

Глава 09

В плену у Чародеев.

Больше всего раздражало Троноса не то, что он не был уверен в своем скором освобождении. Его-то он скоро получит.

Нет, его больше бесило то, что Меланте сбежала от него… хотя он и не ожидал ничего другого. Давным-давно, когда он увидел, как она отвернулась и убежала, он думал, что его мир разрушен. Он думал, что больше незачем жить.

А сейчас? Он жил ради мести. Он мог бы напасть на своих противников… наказать каждого из них за ее разбитое лицо… и снова пленить свою пару.

Он перевел взгляд на чародея, намечая еще одну мишень для наказания: Феликса, мужика, что разговаривал с Меланте.

Наверняка её бывший любовник. Сколько их гуляет на этом острове?

Этот блондин и близко не был таким высоким или мускулистым, как Тронос, и носил показушные доспехи из золота. Его манеры отточены, кожа без шрамов. Значит, вот какой тип мужчин нравится моей паре.

Полная противоположность мне.

От этой мысли ярость захлестнула Троноса. Он толкнул, удерживающие его в ловушке, плиты, но не смог сдвинуть их с места. Порция Чародейка Камня слишком сильна, а он ослаблен из-за регенерации. Его кости срослись, но правое крыло только начало восстанавливаться.

Он не мог сразиться с двадцатью огненными демонами, налетевшими на него.

Как только завершится регенерация, он нанесет удар. Сейчас он держал рот на замке и слушал, пытаясь собрать информацию… например, почему Меланте заколдовала Оморта. Вероятно, чтобы захватить его силу. Иногда, как например, в случае Оморта, паранойя Чародеев вполне оправдана.

– Если ты не можешь доверять мне, – сказала Меланте Порции, – то, что ты предлагаешь?

Эмберин Чародейка Огня усмехнулась.

– Мы так долго были лишены цвета… давайте сделаем что-то яркое.

Что это значит?

– Скорее покончим с этим, дамы, – сказал Феликс. Когда мимолетный солнечный луч отразился от его золотых доспехов, взгляд каждой Чародейки и Меланте в том числе, словно магнитом притянуло к нему.

Большинство Врекенеров считали, что одержимость Чародеев золотом – маскировка их безудержной жадности, словно Чародеек волновало, что могут подумать о них другие существа. Но Тронос знал, что они по-настоящему почитают металлы, особенно золото. Этот элемент был для них талисманом. Уже в девятилетнем возрасте Меланте была одержима им. Как и ее мать.

– Спешишь позабавиться, Феликс? – спросила Порция.

– Стремлюсь возобновить свое внимание к Королеве Убеждения.

Если это случится, то наступит настоящий ад. Удивительно, но выражение лица Меланте в точности отражало мысли Троноса.

Эмберин картинно нахмурилась.

– Боюсь, наша подруга Ланте уже без ума… от демонического ангела.

Без ума?

Потемневшие глаза Меланте расширились:

– Он со своими воинами охотился на нас, раз за разом убивая Сабину, вынуждая меня прожигать мое убеждение, чтобы спасти ей жизнь.

Она продолжает повторять свои обвинения? Даже после того, как он рассказал ей о клятвах воинов?

Эмберин шикнула на Троноса.

– Непослушным воинам не следовало раскалывать череп Сабины на глазах юной Ланте.

Меланте повернулась к нему, ее лицо пылало от ярости.

– Все же этот мне не верит мне!

Этот начинает верить. По крайней мере, о нападениях уже произошедших. Может быть, какая-то отколовшаяся группа преследовала сестер.

– Возможно ли, что наш прекрасный принц не знает, что его родственнички творят с нашими сородичами в состоянии алкогольного опьянения или расстройства? – задумчиво спросила Порция.

«Врекенеры никогда не пьют», – тут же машинально подумал Тронос, понимая, что это не правда. Единственный раз в своей жизни он напился, когда его брат тайно принес с собой золотую фляжку, похищенную у побежденного чародея.

Было немного вещей, которые Аристо любил сильнее, чем сражения с Чародеями. Как и их отец. Это было постоянным предметом споров между братьями.

Порция снова повернулась к Меланте.

– Такое печально-враждебное прошлое между тобой и Врекенером. Твоя сестра обезглавила его отца, а ты искалечила его самого, не смотря на то, что ты его пара. – С каким же безразличием эта чародейка говорила о трагедиях! – После этого Врекенеры стали на тебя охотиться. Что и привело нас в замешательство от твоих реакций за последнюю неделю.

Меланте подняла голову, она казалась смущенной. Вместо того чтобы требовать от Порции объяснения того, что она имеет в виду, Чародейка отрезала:

– Закроем эту тему…

– Хочешь узнать, Феликс? – жеманно спросила Эмберин. – Постоянно, от одного лишь упоминания Врекенера, Ланте краснела, а ее глаза приобретали металлический оттенок.

Тронос затих. Может ли это быть правдой?

– Эти эмоции были ненавистью, – выплюнула Меланте, но у Троноса сложилось впечатление, что эти чувства гораздо сложнее.

Он не заблуждался относительно своих собственных. Как вода, что камень точит, ее действия навсегда преобразили его. Он всегда будет презирать ее.

– Тогда ты не станешь возражать, если мы сдерем с него шкуру? Сокрушим его тяжестью горы? – спросила Порция.

Меланте недоверчиво фыркнула.

– Да-ради-бога. И обязательно отметьте для меня место его погребения.

Или, возможно, её ненависть была столь же глубокой, как и его.

Эмбер, погладив тыльной частью металлических когтей обнаженное бедро Порции, заговорила с Меланте:

– Ты изранила его прежде, чем он смог бы восстановиться. Он нашел тебя, когда был совсем мальчишкой?

Ему не было еще и двенадцати.

– Общеизвестно, что Врекенер никогда не изменяет своей паре. – Засмеявшись, Эмберин продолжила: – Скажи, Ланте, действительно ли могучий военачальник – девственник? Наш ангел столь же чист, как свежевыпавший снег? Или в нем рано проснулся демон?

Тронос стиснул зубы. Я-не-демон.

Меланте не ответила. По крайней мере, она отказалась присоединиться к их насмешкам.

Пристальный взгляд Эмберин блуждал по Троносу, ее лицо светилось желанием.

– Я должна инициировать его!

Тронос не мог больше молчать.

– Попробуй, шлюха. Освободи меня, и попробуй.

Чародейки захихикали.

– Ох, Порция, я уверена, что смогла бы заставить его сбиться с пути!

Желаю удачи. Думаете, я не пытался? Он посмотрел на Меланте. Как она относится к тому, что он мог бы быть с другой?

Ее лицо оставалось безучастным, но глаза мерцали.

– Мы не можем тратить на это время, Эмбер. – Кажется, Порция ревнует? – Мы должны продолжить выполнение нашего плана.

Хихикнув, Эмберин рванула к Меланте, быстрее, чем могли уследить глаза Троноса. В одно мгновение она пересекла поляну и встала за спиной Меланте, прижав к ее стройной шее над ошейником, лезвие.

– Нет! – Крикнул Тронос, инстинкт требовал защитить свою пару.

От прикосновения Эмберин металл раскалился докрасна. Почти разрезая плоть Меланте. Она сглотнула, вздрогнув от жара.

Восседая на облаке из камней, Порция поплыла к женщинам, подготавливая обрубок руки для деактивации торка.

Феликс… без-пяти-минут-мертвый чародей… подошел поближе, казалось, наслаждаясь процессом.

– Ты сделаешь то, что мы говорим или умрешь, – сказала Эмберин Меланте. – Но прежде чем Порция освободит твои силы, мы должны быть уверены, что ты не сможешь применить к нам свое убеждение. – Она вцепилась в щеки Меланте. – Теперь, высунь язык, как хорошая маленькая королева.

Глава 10

Мысли Ланте были в смятении.

Случайная встреча с Феликсом, спустя столько лет выбила её из колеи. Не говоря уже о похотливом взгляде Эмбер на Троноса. Потребность Королевы Огня соблазнить его, затронула Ланте неожиданным способом, об этом она должна будет подумать позже.

А сейчас она немножко занята, готовясь к ампутации. Пот катился по ее лбу и шее, затекал под чертов ошейник.

– Потеряешь язычок, обретешь свободу, – насмехалась Эмбер.

В ответ на это Тронос заревел, его крылья распахнулись внутри клетки. Словно он волновался о Ланте. Неконтролируемые инстинкты вынуждали его поступать так… не смотря на то, что он ненавидел все, что с ней связано.

Сильно ли отличался Тронос от Феликса? Оба чего-то хотели от нее; и не заботились о ней самой. Их волновало только то, что она могла им дать, и то, как они могли использовать её.

– Давайте поскорее покончим с этим, – сказал Феликс, заработав уничижительный взгляд от Ланте. – Чем быстрее язычок Меланте отсечешь, тем быстрей он вырастет обратно. – Сверкнув белоснежными зубами, он язвительно добавил: – я точно знаю, как она захочет обкатать новый.

Ланте вздрогнула. Он мог заставить ее верить в любовь к нему каждую секунду, пока будет насиловать её.

– Открывай шире! – приказала Эмбер. – Не волнуйся… лезвие не настолько горячее, чтобы прижечь.

Ланте снова сглотнула. Все союзники Правуса приблизились к месту действия. Видя их такими, она почти понимала, почему некоторые фракции ощущают потребность контролировать их.

Если кто-нибудь прямо сейчас не выручит меня из беды, то я рискую остаться без языка. Он, конечно, отрастет снова, но языки сверхчувствительны; матерь золота, и это будет очень больно.

Дань за мою свободу.

Она оглянулась на Троноса. Он бился о неподвижный камень. Когда она высунула язык и Эмбер ухватилась за его кончик своими когтистыми перчатками, он заревел, словно сумасшедший, врезаясь рогами в скалу, пока кровь не потекла по его лицу.

Она напряглась, готовясь к боли.

– Будет готово через секунду, Мел, – пробормотал Феликс. Успокаивающий тон, но взгляд алчный…

Взмах.

Ланте вскрикнула; брызнула кровь. Отовсюду зазвучали одобрительные возгласы и смех.

Её охватила агония; черные точки роились перед глазами, пока она захлебывалась кровью. Когда ноги Ланте ослабли, Эмбер схватила ее за ошейник. Второй рукой она подняла язык Ланте, показывая всем. Затем бросила его в толпу.

Не теряй сознание, не теряй сознание.

Порция провела рукой Фигли по лицу Ланте, прежде чем использовать палец для деактивации торка.

Освобожденная, Ланте рухнула на колени, врезавшись в землю. Раз за разом она сплевывала, наполнявшую рот, кровь; темно-красные ручейки сбегали по ее затянутым в перчатки рукам.

Достаточно ярко, суки?!

– Портал, Ланте, – непринужденно сказала Порция. – Прямо в столицу кентавров, если тебя не затруднит.

Ланте слабо кивнула, словно была готова поторопиться этим. Она начала призывать свои чары и удовольствие от этого притупило боль. После вынужденного перерыва она была буквально переполнена силой!

Поймав очередной взгляд Троноса, она ухмыльнулась сквозь непрекращающуюся кровь. Как и он, эти Чародейки недооценивали ее.

У нее была еще одна способность, о которой она не стала трепаться в камере. Потому что в глубине души была коварной, до чертиков подозрительной чародейкой.

Даже ее новая подруга, Кэрроу, не знала, что Ланте владела телепатией – силой, украденной более столетия назад.

Убеждение Ланте не нуждалось в том, чтобы она произносила команды вслух; достаточно было, чтобы жертвы услышали её приказы.

Она подняла вверх руки в окровавленных перчатках, воздух вокруг нее нагрелся и засиял синим светом. Все думали, что это для создания портала.

Ошибочка.

Она использует команды, которые были к месту, когда Тетушка Ланте сидела с близнецами Кейдеона и Холли.

Ланте мысленно приказала:

«СПИ, Правус». – Она видела, как их ноги подкашивались, веки тяжелели, на лицах появлялась растерянность. – «СПИ. И забудь, что я была здесь».

Тела падали одно за другим. Порция и ее облако из камней, рухнули на землю, замирая.

– Порция! – завопила Эмбер.

«Ты обессилена и должна спать, СЕЙЧАС ЖЕ».

Потеряв сознание, Эмбер свалилась рядом со своей дремлющей любовницей.

Правус спал.

Всплеск чар и продолжающееся кровотечение истощили Ланте, но она все еще не была в безопасности. По какой-то необъяснимой причине она исключила Троноса из-под действия своих приказов.

Без воздействия силы Порции, он смог поднять верхнюю плиту клетки. Его шрамы и хромота всегда заставляли её преуменьшать его силу. Когда Тронос отшвырнул каменную плиту, словно кусок черепицы, Ланте пообещала себе больше не обманываться на его счет.

Если он снова пленит ее, она будет там же, откуда и начинала, за вычетом языка. Тот факт, что она принципиально не хочет оставлять его игрушкой в руках чародеек, еще не означает, что она хочет принадлежать ему!

Как же кружится голова. Нужен портал. И тогда она сможет сбежать… от Троноса, с этого чертового острова. На миг она заволновалась о Кэрроу и Руби, но они находились под опекой смертельно-опасного вемона. Он наверняка о них позаботиться.

Ланте снова сплюнула кровь. Хватит ли у нее силы сделать разлом? Она только что использовала убеждение; к тому же, много всего могло пойти не так во время открытия портала.

Последний открытый ею портал был в Обливион, одну из адских демонических сфер. Но в тот раз Ланте всего лишь распечатала уже существующий портал.

Делать не фиг.

Сейчас из-за своего истощения и спешки она вполне могла открыть эту дверь. А если она переместится в более опасное место? Например, в измерение с горчичным газом вместо кислорода, или в сферу, полностью заполненную водой?

Хуже мгновенной смерти может быть только несколько сфер, способных необратимо изменить личность любого существа.

Тронос хромал к ней; его серые глаза были полны решимости, как и выражение лица. Позади него, на поляну галопом скакали кентавры, замечая своих, лежащих баз сознания, товарищей.

Двойная угроза… нужен портал, без вариантов! Сглотнув кровь, Ланте начала создавать разлом, маленький разрез пронзил реальность. Она пыталась сосредоточиться на своем доме в Роткалине, пока страх, что все может пойти не так, не спутал ее мысли.

Открывай, открывай. Тронос, с ревом, бросился бежать, по пути выхватив меч у спящего демона.

Открывай.

Когда кентавры начали настигать его, Ланте, сломя голову, кинулась к порталу.

Не останавливаясь, Тронос поймал ее взглядом, одновременно нанося режущий удар мечом. Что он…

Поднятое лезвие было в крови; голова Феликса покатилась прочь от тела.

Ее челюсть ослабла; кровь вытекала изо рта. Врекенер рехнулся. Она, скрючившись на четвереньках, начала протискиваться сквозь портал…

Ночь. Туман и тьма. Точно не Роткалина.

Пасмурный день тюремного острова, как от вспышки луча стробоскопа[10]10
  Стробоскоп (от греч. στρόβος – «кружение», «беспорядочное движение» и σκοπέω – «смотрю») – прибор, позволяющий быстро воспроизводить повторяющиеся яркие световые импульсы. Первоначально был игрушкой. Часто используется на вечеринках, дискотеках и концертах. Музыкальный стробоскоп – один из вариантов светодинамической установки для дискотеки, использующий вспышки с разной частотой импульсной лампы. Также стробоскоп – прибор для наблюдения быстрых периодических движений, действие которого основано на стробоскопическом эффекте.


[Закрыть]
, мгновенно сменился дождливым миром. Ее глаза еще не приспособились, когда она услышала сзади рев Троноса.

Ланте приказала порталу запечататься. Когда швы почти сошлись, Тронос нырнул сквозь портал и врезался в землю рядом с ней.

Как только проход закрылся, вокруг все зарычало и зашипело.

В мрачной темноте Тронос проскрежетал:

– Ты забросила нас в ад, чародейка?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю