Текст книги "Столица гильдий (ЛП)"

Автор книги: Кори Дж. Херндон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

– Глупец! – вскричал эльф и в последний момент отступил в сторону от неуверенного выпада Коса.

Кос развернулся, но не смог задержать эльфа. Бледный охотник прыгнул на Зюника, и они оба с грохотом рухнули на скользкую черепицу. Меч Зюника, вымазанный свежей кровью, выпал из его руки. Он пролетел малой дугой сквозь холодные капли дождя, и укатился из их поля зрения.

Молодой констебль мертвой хваткой вцепился в рукоятку своего меча. Тела охотника и Зюника слились в борьбе. Никаких следов Паллы, и меч Зюника был только что вырван из кого-то, кто на одно лишь мгновение крикнул голосом испуганного ребенка.

– Господи, только бы не это, – прошептал Кос, но предчувствие ледяным потоком уже растекалось по его жилам. Он в трансе прошел по крыше, игнорируя своего напарника и эльфа, обменивающихся дикими ударами кулаков. Если бы Зюнику нужна была помощь, он бы его позвал. Кос должен был выяснить, что скрывалось под гротескной грудой отбитых гранитных рук, мраморных торсов, и пустых каменных глаз.

‘Джек опустился на колени и нашел небольшой лаз, сквозь который, он едва смог сам протиснуться в нишу, образованную осколками статуй. Это вполне похоже на отличное убежище для испуганного ребенка, рассуждал он. Должно быть, так же рассуждала и девочка, бездыханно лежащая в нише, немигающими глазами уставившись на капли дождя. Ее длинные темные волосы были разметаны вокруг головы и, казалось, она невероятным образом плавает на поверхности насквозь промокшей крыши. Кровь полностью пропитала грязные обноски, в которые была одета девочка, и растеклась вокруг ее тела. Дождю потребуется время, чтобы все это смыть из-под несовершенной крыши убежища, но даже, несмотря на это, все признаки ее жизни, вскоре исчезнут сами собой.

Кос прополз немного глубже, достаточно для того, чтобы убедиться, что девочка мертва. Он закрыл глаза и заставил сердце убавить темп.

Лишь тогда воджек осознал, что охотник и его напарник не просто выбивали дух друг из друга. Они разговаривали, и эльфу доставалась не самая легкая участь. Мозг Коса, каким-то образом, уловил слова, когда он тихо закрыл девочке глаза и выполз наружу, под струи дождя.

– Чем… – удар. – Ты думал… – затрещина. – Когда использовал ребенка… – удар. – Как наживку?!

Зюник локтем прижал горло эльфа к груде каменных обломков. На лицах и руках обоих виднелись свежие раны, а глаза эльфа выкатывались из орбит под его черепной маской.

Кос не понимал, что ему следует сделать. Его напарник только что зарезал невинную девочку. Он не знал, как ребенок попал туда, и почему эльф пытался ее защитить. Весьма ограниченный опыт Коса подсказывал ему, что люди, носящие маски в виде черепа, никогда не пытаются кого-нибудь защитить. Но он также знал без малейших сомнений, что Зюник прикончит эльфа, если он ничего не предпримет. И тогда уже никто им не сможет сказать, кем была эта девочка. Этого Кос допустить не мог.

К сожалению, новобранец не слышал сдавленный ответ эльфа на вопрос Зюника, поскольку Палла выбрала именно этот момент для нападения. Атаманша гильдии убийц спрыгнула с вершины груды каменных обломков, теперь служивших гробницей для безымянного ребенка. Она ударила Коса ногой по руке, сжимавшей меч, закрутив его вокруг своей оси, а когда он снова оказался к ней лицом, вторым ударом в живот отбросила его назад. Кос упал на покатую черепицу,и,не останавливаясь, начал съезжать вниз. Он отчаянно цеплялся за скользкую крышу, продирая пальцами гнилую древесину и мох. Осколки черепицы резали кожу и забивали его ладони кусками гнилого дерева, но ему все же удалось остаться на крыше. С трудом. Он едва не разразился истерическим смехом, когда что-то ударилось о костяшки его пальцев, и он увидел, что это была рукоять его собственного меча. Кос вздрогнул и поднял меч. Растопырив свои вживленные металлические когти, Палла стремительно приближалась к нему. Сталезубый оскал рассек ее покрытое татуировками лицо.

Поглощенная яростью, Рекдосша слишком разогналась в своей стремительной атаке. Кос перекатился на бок и подсек ногой Паллу за лодыжку, не дав ей возможности прыгнуть. Растрепанная служительница культа, рухнула лицом вниз о крышу, рядом с Косом. Мох и осколки черепицы прилипли к ее бледном улицу и спутанным волосам, сделав ее еще больше похожей на упыря-трупоеда, когда она подняла голову и оскалилась.

– Так-то лучше, – прошипела Палла. – Надеялась, что ты будешь отбиваться. Остальные подохли слишком легко.

Они одновременно поднялись на ноги и начали обходить друг друга, осторожно ступая на скользкую керамику черепицы. Рекдосша сделала несколько пробных выпадов, но Кос парировал их так же легко, как и она уворачивалась от его меча.

Палла стряхнула мокрые, грязные волосы со своего разрисованного татуировками лица.

– Ты еще совсем юнец, не так ли? – съязвила Палла. – Неудивительно, что ты возомнил, будто сможешь меня победить.

– Мадам, я уже проиграл, – сказал Кос. – Ваш арест станем моим лишь утешительным призом. Но, конечно, если Вы продолжите оказывать сопротивление, будет гораздо лучше.

– Тебя нужно научить уважать Рекдос, сопляк. Ты, поди, еще свой тренировочный костюм не переодел, не такл…

Бросок Коса был таким же неожиданным для самого Коса, как и для атаманши. Короткий полет его меча завершился в горле Паллы. Рекдосша пошатнулась и тщетно схватилась за рукоятку меча, торчащего из ее шеи, словно кабацкий фокусник, чей трюк с глотанием сабли не удался в самом жутком смысле. Кос сделал шаг вперед, выдернул меч, и с полным пренебрежением к сохранности места происшествия, которое станет первым в его послужном списке в длинном перечне подобных нарушений правил, он ударом ноги столкнул хрипящую Рекдосшу с края крыши.

– Делай со мной… что хочешь… – сдавленный голос проскрипел под дождем. – Не я здесь… убийца. – Зюник все еще держал эльфа в удушающем захвате, но слабые удары эльфа, теперь уже больше напоминали спазмы. Ему осталось недолго.

«А что, если он прав?» Кос на мгновение задумался. Зюник убил девочку, но если эльф умрет, об этом будут знать лишь двое. Что бы ребенок не делал на крыше, ее уже ничто не вернет.

Нет, смерть девочки была несчастным случаем, трагической случайностью. А то, что собирался сейчас совершить Зюник, было хладнокровное убийство. Считалось, что в Равнике, настоящими убийствами считались лишь убийства ‘джеков, и с точки зрения закона, это было именно так. Даже самый зеленый новобранец воджеков знал об этом. Это месяцами непрерывно вбивалось в головы курсантов академии. Убийство, если его целью не был ‘джек, часто было стоимостью межгильдиевых отношений.

Сейчас, тем не менее, это никак не было связано с отношениями между гильдиями. Это было простое прекращение жизни невиновного, в припадке ярости. Если Кос позволит этому случиться, он с этой секунды не сможет жить с этим дальше.

– Сэр, – сказал Кос, и указал мечем на своего напарника. Он осторожно подошел с края крыши к борющейся паре. – Прошу Вас, отпустите его.

Глаза Зюника не выглядели полностью здоровыми, когда старший ‘джек повернулся, и посмотрел на Коса через плечо. Безумная ухмылка прокралась по его лицу.

– Кос, не называй меня «сэром», – сказал Зюник. Несмотря на свое мирное выражение, наставление звучало, как смертельная угроза.

– Вы убиваете этого парня, – спокойно сказал Кос. – Я не знаю, что он сделал, но Вы тоже этого не знаете. Я знаю, что он эту девочку не убивал.

– Ага, – сказал Зюник и взял паузу для того, чтобы треснуть эльфа головой о камень, на котором она лежала до этого, – он ее убил. Он ее туда засунул. В очевидную опасность. Он ее убил, Кос. Он. Это его вина.

– Прошу Вас, отпустите его, – сказал Кос. – Я буду… Я заставлю Вас подчиниться, если придется. Сэр. Прошу Вас.

Зюник поднял эльфа за оба плеча и швырнул его на черепицу. Он повернулся к Косу, пока охотник откашливал кровь и корчился от боли.

– «Заставишь меня подчиниться», – сказал Зюник. – В самом деле. И как ты собираешься это сделать, констебль Кос?

– Сэр, это плохо, Я знаю, что это плохо, но у Вас шок. Вы не ясно соображаете. Послушайте. Палла мертва.

– Я убил Паллу, – сказал Зюник.

– Нет, – сказал Кос. – Сэр, Я убил ее, пока Вы…

– Я убил Паллу, – повторил Зюник. – Так ты скажешь. Так я скажу. А он, он уже ничего не скажет. Потому что он – одна из жертв. Он ей скоро станет. А… а она… – Зюник махнул в сторону груды камней, скрывавших труп девочки. В этот момент полупрозрачный голубой силуэт появился из-за обломков скульптур, маленькое, худое привидение в форме маленькой, мертвой девочки.

Призрак подлетел к Зюнику. К удивлению Коса, на привидении не было никаких следов ранения, или чего-то, что бы говорило о том, что она стала одним из многих разгневанных призраков Равники. Девочка, не смотря на свою жестокую, внезапную смерть, не жаждала мести. Казалось, что привидение не жаждет ничего, и просто летит в сторону старшего воджека. Когда призрак прошел сквозь Зюника, его глаза округлились от шока. Старик упал на колени под проливным дождем, склонил голову, и начал рыдать.

– Боги… – стонал воджек. – Нет. Я хороший, Кос. Я хороший человек. Это была ошибка.

– Я знаю, Микз, – сказал Кос. Он осторожно положил руку ему на плечо, но напарник грубо оттолкнул ее.

– Ты убил Паллу? – сказал Зюник и поднял голову, смотря на льющий дождь.

– Я… Да, убил, – сказал Кос. – Ее больше нет.

– Кос, – сказал Зюник с мольбой в голосе. – Не говори… Не дай им узнать.

– Что? – сказал Кос. – Кому не дать узнать? Лиге? Я не знаю, что я могу…

– Моей семье, – прошептал Зюник. – Моей жене. У нас маленькая дочка. Они не должны узнать об этом. Никогда. Пусть думают, что я умер, как трус, пусть считают, что я покончил с собой. Но они никогда не должны узнать, что я сделал. Пообещай мне это, Кос.

– Лейтенант, Я…

– Пообещай мне!

– Хорошо, – сказал младший ‘джек. – Я обещаю. Но Вы не умрете, Зю…

Кос остановился, услышав, как эльф поднялся на ноги. Охотник в маске устало осмотрел обоих ‘джеков.

– Я ухожу, – осторожно сказал охотник. – Я заберу тело девочки. Ее семья захочет получить хотя бы его, раз уж, я не могу привести ее живой. Если попытаешься меня остановить, я тебя убью. Эльфы восстанавливаются быстрее, чем люди, воджек. Не пытайся.

Когда от Зюника не последовало ответа, Кос сказал, – Ты был здесь… ты собирался спасти эту девочку?

– За живых платят больше, чем за мертвых, спасти было бы выгоднее, – сказал эльф с леденящей прозаичностью. – Ты собираешься меня останавливать, или нет, воджек?

Кос посмотрел на Зюника, склоненного и рыдающего у его ног – и у ног мертвой девочки, видимой в луже крови, сквозь щели кучи статуй.

– Что ты скажешь ее родителям?

Эльф посмотрел на разбитого воджека, и сказал, – Рекдосша убила ее. Иного от меня никто не услышит.

– Нет! – взревел Зюник. Он вскочил на ноги, вырвал у Коса меч, до того, как младший ‘джек понял, что происходит, и яростно повернулся в сторону охотника. Он делал один шаг в сторону безоружного эльфа, который выглядел совершенно растеряно.

Второго шага ему так и не удалось сделать.

– Стой! – крикнул Кос и с разворота ударил напарника кулаком в солнечное сплетение. Зюник тяжело выдохнул, согнулся пополам и, выронив меч, попятился назад. Его нога поскользнулась на отбитой черепице, и перед тем, как Кос смог его поймать, его напарник перевалился за край крыши, и исчез в сумрачном ливне.

Кос нырнул за ним, но в этот раз уже он уже не мог в последнюю секунду поймать его крюком. Зюник падал слишком быстро. Кос перегнулся через водосток в то самое мгновение, как его напарник ударился о мостовую далеко внизу.

Молодой ‘джек не мог пошевелиться. Он слышал шаги и увидел знакомую парую сапог, наступившую на край крыши рядом с ним. Не в силах оторвать глаз от изувеченного трупа Зюника, Косу все же удалось подняться на колени.

– Это было неожиданно, – сказал эльф.

– Да, – сказал Кос, не в состоянии вызвать в себе что-нибудь, вроде злости или хотя бы страха в этот момент.

– Ты не виноват, воджек, – продолжал охотник. – И у меня не осталось на тебя времени. Думаю, у тебя серьезные неприятности. Но то, что я сказал ранее, не меняется. Никто ничего об этом не узнает от…

Кос в одно мгновение поднялся на ноги и схватил эльфа за горло. Глаза эльфа округлились от удивления, но он без труда оттянул руки воджека от своей шеи и крепко сжал руки Коса.

– Как я сказал, – продолжил эльф, – никто об этом от меня не услышит.

– Убирайся прочь, – сказал Кос. Его руки дрожали, и он не мог поднять глаз на эльфа.

– Если я увижу тебя на моих улицах еще раз…

– Угрозы ничем тебе не помогут, – ответил эльф. – Но, поверь мне, в этот район я вернусь уже не скоро. После этого, мне сильно повезет, если я найду хоть какую-то работу в здешних окрестностях.

Тихо, словно кот, охотник перешел по крыше, и с удивительной нежностью достал тело девочки из-под обломков. Он уложил ее тельце на одной руке. Если бы не ее пропитанное кровью платье, она походила бы на мирно спящего ребенка.

– Знаю, ты не хочешь от меня больше ничего слышать, – сказал эльф перед тем, как исчезнуть за лестницей на дальнем краю крыши, – но я дам тебе один бесплатный совет: Не бросай. В тебе есть что-то, чего нет во многих подобных тебе. В тебе есть порядочность. Ты мог позволить ему убить меня.

– Я сказал, убирайся, – сказал Кос.

– Ладно, – сказал эльф. – Еще увидимся, ‘джек. – Охотник достал крюк, такой же, как у Коса, и перебросил его на другую сторону. Секунду спустя, он, вместе со своей жуткой ношей, скрылся из вида.

Колени Коса наконец сдались, и он тяжело сел на склон крыши. Теперь у него был выбор.

Он мог прислушаться к собственной совести и рассказать правду. Он мог замарать досье и имя великого Микзила Зюника, и раскрыть всю мерзость происшедшего. Зюник превратился бы в лучшем случае в предостерегающую, поучительную историю, его замечательная карьера была бы забыта, перечеркнута кровавой ошибкой, которая заставила его покуситься на убийство невиновного, безоружного эльфа.

Или же, учитывая удобное исчезновение тела девочки, он мог бы поведать другую историю. О том, как Зюник сражался с Палой до конца, ценой собственной жизни. Изувеченное состояние тел не вызовет никаких вопросов. Даже если охотник не сдержит данного им слова, это будет слово наемника Голгари против верного защитника Столицы Равники.

Кос сделал единственный выбор, который он мог тогда сделать. В первый день десятитысячного года по календарю Равники, спустя пятьдесят семь лет, он сделает другой выбор. Он расскажет правду.

Эпилог

1 Селесзени 10000 П.Д., Вторая половина дня

Когда чай в чашках остыл, а история подошла к концу, Кос провел Джерада и Фонн к подъемникам Григорьева Каньона. Как он и пообещал, он рассказал Фонн все. Как он и ожидал, ей было сложно смотреть Косу в глаза, когда он закончил. И провожая их взглядом, он задумался, стоило ли ему рассказывать Фонн правду о смерти ее отца и о том, что Джерад был там. Но теперь уже было слишком поздно. Она жаждала знать правду, и конечно она заслужила ее узнать. Он лишь хотел оградить ее от боли. Он поклялся себе, так же, как и Фонн, что он добавит правду в свое восьмидесятилетнее дело перед тем, как в последний раз покинет участок Лиги.

Он помахал им рукой. Джерад поехал на подъемнике вниз, в глубины каньона, а Фонн пошла по тротуару в сторону центра, к Виту Гази, где она сейчас жила с того дня, когда Бираказир стал частью священного собрания. Кос пешком отправился назад, в участок, где располагался временный штаб генерала-командующего, из-за чего рядовые прозвали его «Десятый Форт».

Кос должен был сделать еще несколько остановок. Затем до полуночи он должен встретиться с Пивликом на дирижабовском аэродроме. За последнюю пару дней он просмотрел, подписал и вообще провел больше бумажной работы, чем за всю свою жизнь, но все это нужно было закончить перед его уходом.

Он взошел по лестнице к главному входу, обходя места и постройки, ремонтирующиеся после разрушений, причиненных нападением безликих. Самих безликих уже не было, и они уже никогда не вернуться. Хеллиган сохранил для исследований тело одного из них, который был похож на Венвела Колкина, но ни Кос, ни сам лабораторный маг не верили в то, что сам Колкин был оригинальной моделью для создания безликого. Настоящие безликие все еще оставались, и возможно, навсегда останутся тайной.

В первую очередь была восстановлена лаборатория. Ее функционирование было слишком важным для успешного хода расследований, чтобы оставлять ее в разрушенном состоянии. Хеллиган склонился над ссохшимися, обугленными останками трупа того, кого лабораторный маг стал называть «Человек Венвел».

– Привет, Кос, – обратился Хеллиган к подошедшему воджеку. Главный маг лаборатории не сильно разбирался в рангах и, учитывая все назначения, повышения и замещения, проходящие постоянно, Кос не мог его в этом винить. До полуночи, Кос был действительным генералом-командующим, но уже завтра утром эта должность перейдет к Мигеллик. Джерад помог ему удостовериться в том, что среди руководства больше не осталось крадущихся и, при обычных обстоятельствах, новый генерал-командующий должен был быть избран из оставшихся офицеров. Проявленная Мигеллик героическая защита Десятого участка, едва ли не единственного, устоявшего до ударной волны Конвокации, поставила окончательную точку в вопросе назначения, хотя и твердая рекомендация Коса также, не помешала.

– Хеллиган, – кивнув, поприветствовал мага Кос.

– Мы опечатали останки по твоему текущему делу, – сказал лабораторный маг. – Или, правильнее сказать, твоему последнему делу?

– Давай не будем его никак называть, а сразу перейдем к сути.

– Конечно. Несколько останков тела Борки, которые мы отделили от тканей гоблина, оказались также состоящими из той червеобразной субстанции, и они не продержались долго. Но это лишь подтверждает то, что мы и без того подозревали. – Это также подтверждало то, почему, призрак Борки не помнил взрыва, но Кос об этом не упомянул.

– Я просто однажды открыл ящик, и он был наполнен маленькими сухими рисовыми зернами, – продолжал Хеллиган. – Я изучил их под микроскопом, и они выглядели, как обычные черви. Никогда не встречал ничего более странного.

– Держи их в безопасном месте, – сказал Кос. Нет, все же, лучше, сожги их.

– Уже давно, – сказал Хеллиган. – Сожгли. Тело Святого Байула было возвращено Селезнийцам, и остается только…

– Я знаю, – сказал Кос. – Ты не против, если я побуду минуту здесь один?

Хеллиган пожал плечами. – Я тут просижу взаперти со всем этим еще не одну неделю. Пойду, подышу воздухом. Вернусь через, эмм, пять минут?

– Должно хватить.

Хеллиган похлопал Коса по плечу, выходя из лаборатории и насвистывая что-то на ходу. Когда дверь закрылась за лабораторным магом, Кос подошел к стенке временного морга и просмотрел имена на табличках, пока не нашел ту, которую искал. Он отпер защелку и как мог аккуратно вытащил ящик.

– Привет, Люда, – сказал он. – Хотел тебе сказать, что мы его взяли. Можешь… Что она может, Кос? Она мертва.

– Можешь покоиться с миром, – сказал Кос. Лицо девочки выглядело точно так же, каким он увидел его в нише за улицей Жестянщиков. Глаза ее были закрыты.

Кос не плакал. Он уже давно прошел ту черту, когда убийство, настолько бессмысленное и болезненное, как убийство Люды, могло вызвать слезы спустя столько времени после его совершения. Это была часть работы. Может быть, когда-нибудь, когда это уже будет не его работа, он будет скорбеть. По всем им.

Прости, что не смог тебя спасти, – сказал он. – Правосудие, это все, что у меня есть. На пути к выходу, он встретил Хеллигана и приказал ему кремировать тело.

* * * * *

Кос в последний раз сел за свой рабочий стол. Он лишь изредка бывал на своем рабочем месте, но уже начал с презрением относиться к этой громоздкой, деревянной штуковине, так похожей на баррикаду, удерживающую его в кабинете Фаскина. Он уставился на пустой файл дела, которое он даже не знал, как начать.

Его мучило что-то другое – призрак Зюника. Возможно, это был Лупул, возможно, нет. Он все еще не был уверен, и сомневался, что когда-либо узнает правду. Тем не менее, другой призрак, с которым он недавно работал, выбрал этот самый момент, чтобы возникнуть вновь.

– Есть минутка? – сказал призрак Борки, прорвавшись сквозь стену кабинета Коса. – Ты не поверишь, через что я прошел за последнюю пару недель. Я застрял в этом дурацком дереве, понимаешь,и…

– Борка? – сказал Кос. – Я думал, вампир…

– Он ударил меня! – сказал Борка, – Засунул меня в это чертово дерево. Он может… мог… делать с привидениями такое, я даже не могу тебе описать. Если бы я знал, что могу ударить его, клянусь, ты бы сейчас смотрел на первого генерала-командующего призрака. Но конечно, вся слава досталась симпатичной девчонке.

– Не такой уж я и симпатичный, – сказал Кос. – Так что, ты прилетел из дерева прямиком сюда?

– У меня не было выбора, – ответил призрак. – Связан договором. Вообще-то, сидеть в этом дерево было, вроде как, даже болезненно. Мне кажется, моя призрачная форма не очень хорошо держится, если я не нахожусь в непосредственной близости к мстителю. Поэтому, я, вроде как, просочился наружу вместе с, эмм, смолой.

– Ну, надо же.

– Кос, нам нужно поговорить.

– Да?

– Ты раскрыл дело. Я все еще здесь. Что происходит?

– Я еще не заполнил рапорт, – сказал Кос. –Тыне был убит в результате взрыва. Там был крадущийся. Насколько я понимаю, крадущийся убил тебя, но у нас нет свидетелей. Если бы не факт, что стоящим за всем этим оказался… тот, кто им оказался, я сомневаюсь, что мы смогли бы вообще кому-нибудь предъявить обвинение. Кроме того, я тут подумал…

– Да?

– «Погибший при взрыве» звучит лучше, чем «съеденный червями», – сказал Кос. – Думал, я сделаю тебе одолжение.

– Ну, да, – призрак Борки выглядел уставшим. – Мне скучно. Это все так тоскливо. Без обид, Кос, но мне теперь что, придется сидеть здесь и смотреть, как ты заполняешь формуляры? – Его призрачная копия Оржовского страхового договора возникла в его руках. – Тут написано, что согласно полису, нужно, чтобы отчет был «честным и доскональным». В письменном виде.

Кос обдумал его слова. Потенциально, иметь рядом невидимого призрака было достаточно выгодно. Но и достаточно раздражительно.

– Ты уверен, что хочешь, чтобы я это сделал, Борка? Потому что, в этом случае ты будешь мертв. По-настоящему, полностью мертв.

– Я и так мертв, – сказал Борка. – И я уже говорил, что мне скучно? Мне скучно. Скучно, скучно, скучно, скучно. Пиши. – Через мгновенье он добавил, – прошу тебя. Давай, напарник.

Напарник. Сколько раз, подумал Кос, я говорил Борке, что он не был моим настоящим напарником? И почему? Чтобы почтить память человека, погибшего много лет назад? Борка был не так уж и плох. Он не заслуживал презрения Коса и, после нескольких дней без капли бумбата, до Коса, наконец, начало доходить, что, несмотря на его пугающее досье арестов, он был паршивым напарником безо всякой причины, кроме старого, горького чувства вины.

Спустя много лет, позорный рапорт «съеденный червями», также известный, как файл Борки, будет часто упоминаться на лекциях и практических курсах, в качестве примера того, как можно адаптировать технику воджековского расследования буквально в любой ситуации. Акцент будет ставиться на описаниях, на способе ведения расследования, исторические справки – а их было достаточно – подтверждавшие существование Лупула в анналах защитников Равники. Если крадущиеся все еще существовали, а Кос подозревал, что это так, воджеки будут к ним готовы.

Неоднократно на этих лекциях студенты указывали на то, что Кос был единственным ‘джеком, фигурирующим в самом масштабном деле тысячелетия. Тем не менее, в шапке рапорта о происшествии, открывавшего знаменитый файл Борки, было указано два имени, и одно из них явно было не верным. Но, то ли из-за сантиментов, или по простой ошибке, Белл Борка стал единственным воджеком в истории Равники, записанным, как раскрывший свое собственное убийство.

* * * * *

Хеллиган пригубил чашечку кофе, остывшего несколько часов назад. Даже ему нужно было иногда спать, и он решил, что это время можно считать ночью. Ему оставалось лишь одно дело – выслать тело последней жертвы преступления на улице Жестянщиков в крематорий.

Он подошел к стене временного морга и вытащил ящик, содержащий тело Люды. Он опустил руки под тело девочки и списал странную комковатую фактуру на тот факт, что тело пролежало в ящике довольно долго. Дольше остальных.

Черви зашевелились. Черви запищали. Еще до того, как Хеллиган, человек, которого сложно было чем-нибудь напугать, успел подумать о том, чтобы бросить тело на пол, было уже слишком поздно. Маслянистая масса кишащих личинок расползлась по его обеим рукам и в считанные минуты поглотила его. У лабораторного мага даже не было времени на крик.

Из-за ремонтных работ, призыва новобранцев и перетасовки напарников и смен, на постах не было ни одного охранника, когда Хеллиган покинул участок той ночью. Поэтому, никому не пришло в голову спросить, почему известный своим затворничеством и уединенностью лабораторный маг спускался по ступеням Десятого участка, ведя за руку маленькую девочку в белом платьице.