Текст книги "Забытая колыбельная"

Автор книги: Кирстен Миллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

– А она что, уже не бесплатная? – не поняла Изабель.

– О нет, – сестра взяла ее за руку, уводя прочь из башни. – По доллару бутылка! Вообрази только! А еще у них есть компьютеры размером с продовольственную карточку.

– Ты шутишь!

– Вовсе нет. И они улучшили дизайн экстрактора Сокслета. И добавили двадцать восемь элементов в периодическую таблицу.

– Как ты все это так быстро узнала? – удивилась Изабель.

– Ну, понимаешь, есть одна учительница…

Глава двадцать девятая

Сенсация

Дорога до Орвилл-Фолс состояла из одних только поворотов. Каждый раз, когда автобус из Сайпресс-Крик заходил на очередной вираж, Чарли и Пейдж ничего не оставалось, как прижиматься друг к другу. Шарлотта могла бы их довезти, но Чарли убедил мачеху, что у нее есть дела поважнее. Кто-то должен был остаться дома и продумать снос башни особняка. Чарли не стал говорить ей, что после волнений прошлой недели им с Пейдж нужно какое-то время спокойно побыть наедине.

Поездка действительно вышла спокойной. По пути они почти не говорили. Светило солнце, и листья только-только начали окрашиваться в бордовые и желтые тона. День стоял чудесный, реальный мир был спасен, а волосы Пейдж пахли клубникой. Сорок пять минут, проведенные в автобусе, были самыми счастливыми за последнее время.

Прибыв в Орвилл-Фолс, они выпрыгнули из автобуса и направились к дому Джозефины, тети Пейдж. Дорога заняла больше времени, чем предполагал Чарли. Почти на каждой улице кто-нибудь останавливал их, чтобы поблагодарить за спасение города от Успокоительного тоника. Все были так милы, что Чарли с трудом мог представить, чтобы эти чудесные люди являлись детьми или внуками горожан, обвинивших двух маленьких девочек в преступлениях, которых те не совершали.

Был уже полдень, когда они добрались до дома Джозефины. Друзья прошли по каменной дорожке через аккуратную лужайку мимо красивых красных хризантем, что росли на клумбах, и оказались у входной двери. Им пришлось постучать три раза, прежде чем Джозефина в халате открыла им.

– А, привет, ребята, – она зевнула так широко, что Чарли мог бы пересчитать ее пломбы. – Простите, что еще не одета. Я работала всю ночь и заснула уже под утро. Заходите.

Она провела их в свою уютную гостиную, где над диваном висела большая реклама в рамке. Плакат рекламировал тоник в сапфирово-синих бутылочках. Над картинкой было выведено:

Этим летом Джозефина стала первым жителем Орвилл-Фолс, которого превратили в ходока при помощи Успокоительного тоника. И под его воздействием нарисовала множество плакатов, убедивших остальных попробовать его.

Она покраснела, когда увидела, что Чарли смотрит на рекламу на стене.

– Кое-кто из друзей считает меня странной из-за того, что я оставила этот плакат в гостиной. Но – хотите верьте, хотите нет – он вселяет в меня надежду. Каждый раз, глядя на него, я думаю о людях, которые меня любят, и о том, на что они готовы были пойти, чтобы спасти меня от тоника. И потом, для ходока это чертовски хорошо сделано, а?

– Реклама уж точно была эффективной, – признала Пейдж.

Чарли кивнул. Он был уверен, что никогда не сможет стереть из памяти картину того, как целый город стоял в очереди, чтобы купить жидкость в синей бутылочке.

– Да, возможно, даже слишком эффективной, – заметила Джозефина. – Поэтому я и завязываю с рекламой. Хочу сосредоточиться на работе журналиста.

Пейдж упала на диван и положила ноги на кофейный столик, располагаясь как дома.

– Ты поэтому не спала всю ночь? Работаешь над чем-то грандиозным?

– Ага. Чарли когда-нибудь рассказывал тебе о двух маленьких девочках, которые жили в замке Кессог?

Чарли бросил взгляд на Пейдж, усаживаясь в кресло напротив.

– Рассказывал. Индия и Изабель Кессог.

– Да, – Джозефина скользнула на кухню, чтобы налить себе чашку кофе, и вернулась с тарелкой бананового кекса, который предложила детям. – Я разыскивала близнецов с момента, когда мы нашли принадлежавший им химический набор. Мне казалось, что, если кто-нибудь из Кессогов еще жив, получился бы потрясающий материал для газеты.

– Удалось найти? – спросил Чарли, уже зная ответ, и сунул в рот кусок кекса.

– Нет, – ответила Джозефина. – Я проследила их до маяка в штате Мэн, но здание было разрушено пару месяцев назад, и там след оборвался. Но мне удалось раскопать кое-что любопытное.

– Что? – поинтересовалась Пейдж.

– Девочки приехали из Англии, их родители умерли во время Второй мировой войны. Их отец, Джордж Кессог, был известным химиком, открывшим формулу, благодаря которой людей можно вылечить от некоторых видов отравлений. Он также изобрел нечто под названием «Жидкое солнце». Это витаминный крем для людей, страдающих от дефицита света зимой. Кессог не дожил до того, чтобы увидеть, что стало с его изобретением, но оно пользуется огромным спросом в Финляндии. Крем сделал семье целое состояние.

– Подожди, так девочки что, богаты? – Чарли охватило волнение.

– Да, но самое забавное, что они так и не затребовали эти деньги. Вся сумма последние восемьдесят лет так и лежала в банке. Если они еще живы, то, возможно, даже не подозревают об этом.

– Они обе живы, и я знаю, где их найти, – сказал Чарли. – Они в Сайпресс-Крик. Поэтому мы с Пейдж и приехали к тебе – чтобы рассказать об этом.

От неожиданности кофе струей брызнул изо рта Джозефины:

– Ты шутишь! – Поставив чашку, она вытерла рот рукавом халата: – Чарли, это просто потрясающе! Как ты их нашел? Когда я смогу их увидеть?

– Ты не сможешь их увидеть, – когда у Джозефины вытянулось лицо, он поспешил объяснить: – Они ведут очень замкнутую жизнь и обе очень стеснительны. Но если ты напишешь несколько вопросов, уверен, они с радостью на них ответят.

Джозефина вздохнула с облегчением:

– Они знают про свое наследство?

– Сомневаюсь, – заметила Пейдж. – Не думаю, что за последние восемьдесят лет они хоть раз задумывались о деньгах.

– Вау! – Глаза Джозефины загорелись: – Вот это будет материал!

– Есть еще кое-что, – продолжил Чарли. – Сестры Кессог сказали, что дадут тебе полный список проказ, которые устраивали в Орвилл-Фолс, но кое в чем их совесть чиста. Близнецы утверждают, что не имеют никакого отношения к взрыву в центре города, который уничтожил фонтан перед зданием суда. Девочки настаивают, что их ложно обвинили.

– Знаешь, я интересовалась этим случаем, – Джозефина вскочила и схватила со стола стопку бумаг: они выглядели как официальные отчеты, среди которых Чарли увидел пару чертежей. – Чем дольше я изучала материалы, тем больше мне казалось, что все дело в одной из газовых труб, проходивших под площадью. За неделю до того их чинили, и мэр нанял для этой работы своего бестолкового шурина. Есть вероятность, что одна из труб лопнула из-за некачественных ремонтных работ, а те, кто должен был за это отвечать, позволили обвинить во всем двух маленьких девочек. Если так и произошло, сестры Кессог, наверное, были в ярости. Должно быть, они до сих пор злятся.

– Я уверена в этом, – подтвердила Пейдж. – Но, если тебе удастся спасти их репутацию, они будут очень благодарны.

Джозефина приняла очень решительный вид:

– Сделаю все, что в моих силах. Если я составлю список вопросов для сестер Кессог, вы сможете передать его им?

– Конечно, – уверил ее Чарли. – Мы собирались навестить их после обеда. Вообще-то, это вторая причина, почему мы здесь. У тебя есть нечто, принадлежащее близнецам, и мы надеялись вернуть им это сегодня.

– У меня? – Джозефина удивленно подняла брови. – А! – воскликнула она, внезапно догадавшись. – Действительно! Пойду принесу.

Она в точности знала, о чем говорит Чарли.

Шарлотта встретила Чарли и Пейдж на автобусной станции и отвезла их к дому старика Ливингстона в лесу. Чарли дотащил химический набор до двери и постучал. Мисс Эббот открыла. На ней были защитные очки и резиновые перчатки. В левой руке она держала пробирку с бурлящей жидкостью.

– Чарли! Пейдж! – поприветствовала она. – Проходите!

Гостиная опять превратилась в лабораторию. Чарли узнал кое-какое оборудование из комнаты Алфи. Близнецы Кессог осматривали сложный аппарат, а Алфи восхищенно наблюдал за ними.

Шарлотта вошла вслед за остальными:

– Не могу поверить. Я только сегодня утром привезла сюда девочек, а у вас уже вовсю кипит работа. Что, никому, кроме меня, не требуется отдых?

– Рокко и Джек съели целую пиццу и вырубились в задней комнате, – заметил Алфи.

– Но мы с девочками не можем терять ни минуты, – добавила мисс Эббот. – Отец Индии и Изабель работал над несколькими новыми формулами, перед тем как уйти на войну. Сейчас трудимся над лекарством от гриппа. Если у нас получится, кто знает, сколько жизней мы сможем спасти.

– Возможно, это поможет, – Чарли протянул химический набор: – Узнаете?

Инди и Иззи оторвались от работы.

– Эй, это то, о чем я подумал? – Алфи был в восторге.

– Наш химический набор! – хором воскликнули девочки.

Они подбежали и открыли коробку.

– О, вот этот – крутой, – Алфи потирал руки, как будто предвкушал роскошное пиршество. – А то в наши дни детям не позволяют играть с такими классными опасными штуковинами.

– Не позволяют? – удивилась Изабель. – Какая глупость. Разве теперь не считается, что жизнь – опасная штука?

– Современные люди вообще чересчур озабочены вопросами безопасности, – ответила Индия. – Детям сейчас и фейерверки самим изготавливать не разрешают.

Изабель посмотрела на нее с возмущением:

– Почему?!

– Что-то там насчет оторванных пальцев.

– Боже всемогущий, – Изабель закатила глаза. – Что-то они тут все размякли, да?

– А если забыть о том, что детям больше не разрешают играть с цианистым калием, – как тебе двадцать первый век? – поинтересовалась Пейдж у Изабель.

– Просто прекрасно. И вы все были так добры к нам. Алфи отдал свое оборудование. Рокко и Джек принесли пиццу. Мисс Эббот позволила нам одним глазком посмотреть телевизор. Там столько песенных конкурсов! А Олли украшает нашу новую спальню.

– Вашу новую спальню? – Чарли даже в голову не приходило, что Изабель и Индии в реальном мире понадобится место, где бы они смогли жить.

– Я пригласила близнецов переехать ко мне, – сказала мисс Эббот. – Посмотрим, как долго мы сможем протянуть на мою зарплату.

– О, не думаю, что вам стоит об этом беспокоиться, – заметила Пейдж. – Вы только что приютили двух очень богатых девочек.

Но эффект от ее заявления был смазан появлением Олли Тобиаса. За ухом у него была кисточка для выпечки, с которой капала зеленая краска, а в кулаке он, словно букет, сжимал несколько кистей для теней.

– Готово! – объявил он. – Думаю, это мой шедевр.

Глава тридцатая

Сон

В этот вечер Чарли в последний раз поднялся в башню. Он сидел на полу, где когда-то стоял стол Шарлотты, и думал обо всем, что с ним здесь происходило. Впервые он попал сюда озлобленным и напуганным мальчишкой. Теперь, встретившись лицом к лицу со своими страхами, Чарли ощущал себя совсем другим человеком. Портал спас его. А он, в свою очередь, спас Нижний мир. Что, если поразмыслить, было очень странно. Путешествие по стране кошмаров могло стать худшим из того, что с ним случалось. А в итоге оказалось именно тем, что ему было нужно.

Никогда нельзя знать заранее, подумал Чарли. Большинство вещей становятся плохими или хорошими в зависимости от того, как посмотреть на ситуацию. И важно об этом помнить, когда утром приедут рабочие, чтобы разрушить башню.

Чарли зевнул и поднялся с пола. Пора идти спать. Портал вибрировал и манил на другую сторону, но мальчик проигнорировал его зов. Хватит с него Нижнего мира. Его ждет Край снов. И, как только Чарли лег в кровать и закрыл глаза, он оказался там – в лучах золотого света на крыльце фиолетового особняка. Его мама тоже была здесь. Она ждала его на ступеньках.

– Чарли! – Она вскочила ему навстречу: – Ты сделал это! Я знала, что ты сможешь.

Он не видел маму с тех пор, как стал попадать в сон про черных овец, и крепко обнял ее, как будто они не встречались несколько лет.

– Как ты узнала?

– Джек уже заходил. Он так гордится тобой, Чарли. Он рассказал, как ты помог ИКК – то есть, я хотела сказать, Изабель – посмотреть в лицо своим страхам и как ты убедил Медузу вернуть девочку в реальный мир. Он сказал, ты был невероятно смелым.

Чарли почувствовал, что краснеет.

– На самом деле я думал, что это Джек разгадает все тайны.

Мама обняла Чарли:

– О, я уверена, что Джек тоже однажды спасет мир. Но я всегда знала, что именно тебе предстоит решить задачу с ИКК и ИНК. Для этого был нужен человек, в котором было достаточно страха, чтобы открыть портал, а Джеку, в отличие от тебя, неведомо это чувство тьмы внутри. Удивительно, правда? Твоя темная сторона помогла спасти три мира.

– Но Медуза согласилась отправить Изабель в реальность только в обмен на мое обещание уничтожить портал, чтобы близнецы никогда не смогли вернуться в Нижний мир. С утра башню фиолетового особняка разрушат.

Он не знал, как мама воспримет эту новость, но, казалось, сообщение вызвало в ней радостное волнение.

– Это стоит того, – сказала Вероника Лэрд. – Не могу представить, как, должно быть, счастливы эти девочки.

– Да, и хорошо, что все закончилось именно так. Становилось все труднее скрывать происходящее от папы. Не могу поверить, что он так и не понял, что происходит.

Мама приподняла бровь:

– Ты действительно считаешь, что он ничего не подозревал?

– А разве не так? – удивился Чарли.

Вероника озорно пожала плечами:

– Не волнуйся. Думаю, я все уладила.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Чарли, но не успел услышать ответ.

На подъездной дорожке появились Изабель и Индия Кессог. Они вертели головами, оглядываясь вокруг.

– Инди! Иззи! Сюда! – крикнул Чарли.

Девочки подбежали к крыльцу.

– Это он? – спросила Изабель.

– Мы туда попали? – уточнила Индия: – Это Край снов?

– Да, все верно, – ответил Чарли. – Познакомьтесь с моей мамой.

– Здравствуйте, – Вероника Лэрд поочередно протянула им руку. – Рада наконец встретиться с вами. Мои сыновья много о вас рассказывали.

– Нам тоже очень приятно, мэм, – Изабель говорила вежливо, но при этом смотрела на маму Чарли очень странно. – Мы многим обязаны вашим сыновьям.

– Это правда. Мы им очень благодарны, – добавила Индия, взгляд у которой тоже сделался странным. – Могу я задать вам вопрос, мэм?

– Конечно.

– Вы… – Она не смогла закончить фразу.

– Мертвая? – помогла ей Вероника Лэрд. – Да, в реальном мире я мертва. Но в снах Чарли я всегда буду живой.

– Это значит, что… – Настал черед Изабель смущенно замолчать, но Чарли и так знал, что ее волновало.

– Да, – ответил он на незаданный вопрос. – Ваши родители тоже здесь. Чтобы увидеть их, вам просто нужно их представить.

Девочки тревожно переглянулись.

– Ты помнишь, как они выглядели? – спросила Индия у Изабель.

– Вплоть до пуговиц на мамином любимом платье, – ответила та.

– Попробуйте, – убеждала их мама Чарли.

Девочки закрыли глаза. В то же мгновение перед ними появился мужчина в униформе и красивая женщина с каштановыми волосами и в старомодном платье. Когда девочки открыли глаза, все четверо уставились друг на друга, словно не могли поверить в происходящее. Затем родители кинулись прижимать к себе девочек. И все вместе они заключили друг друга в объятия – достаточно крепкие, чтобы наверстать упущенное за последние восемьдесят лет.

– Пойдем, – мама Чарли подтолкнула его локтем: – Дадим семье Кессог побыть наедине.

На следующее утро гости стали прибывать около половины восьмого. Они собирались на кухне, где Эндрю Лэрд готовил самую большую в мире партию вафель. Чарли заметил, что отец в хорошем настроении. Он словно догадывался, что означает снос башни особняка.

В восемь маленькая толпа двинулась во двор. Никто не хихикал и не переговаривался. Они собрались на очень торжественное мероприятие.

– Вы готовы? – заорал мужчина с кувалдой.

Шарлотта не сразу ответила.

– Ты в порядке? – прошептал Эндрю Лэрд жене, и та кивнула. – Ты уверена, что башня настолько повреждена, что ее уже не спасти?

– Боюсь, что так, – грустно ответила Шарлотта. – Ты себе не представляешь, что там творилось последние сто пятьдесят лет.

Она приложила ко рту сложенные рупором ладони и крикнула рабочему:

– Мы готовы!

Мужчина поднял кувалду и с грохотом опустил ее на башню фиолетового особняка. Трое его коллег сделали то же самое, и вскоре на месте одной из восьми стен башни зияла огромная дыра.

Чарли почувствовал чью-то руку в своей. Ему не было необходимости поворачиваться, чтобы понять, чья она.

Они смотрели, как башня рушится – кусочек за кусочком, доска за доской. Когда дело было завершено, Эндрю Лэрд повернулся к Шарлотте.

– Все закончилось? – спросил он жену. – Мы теперь будем нормальной семьей?

– Прости? – переспросила удивленная Шарлотта. – О чем ты говоришь?

– О секретах, привидениях и монстрах, которые грохочут по ночам.

У Шарлотты отвисла челюсть:

– Ты знал об этом?

– Чарли пытался мне рассказать, но я ему не поверил. Это звучало по-настоящему дико. Злые близнецы, кошмары и порталы в другие миры. Я подумал, что он все это выдумал. А потом я узнал, что все это правда. Просто мне бы хотелось, чтобы ты позволила вам помочь.

– Прости, я просто не хотела взваливать на тебя…

– Знаю, – мягко сказал он. – Звучит странно, но я видел сон, в котором кое-кто мне все объяснил.

Чарли знал, кто рассказал его отцу правду.

– Так теперь все закончилось? – повторил свой вопрос Эндрю Лэрд.

– Да, милый. Все закончилось. Я обещаю.

Глава тридцать первая

(Почти) нормальная жизнь

Во вторник, как раз перед рождественскими каникулами, газета Орвилл-Фолс выдала целых три сенсации. Чарли с друзьями читали новости на телефоне Пейдж, пока плелись домой по снегу.

ДВОИХ ДЕТЕЙ ЛОЖНО ОБВИНИЛИ ВО ВЗРЫВЕ, КОТОРЫЙ УНИЧТОЖИЛ ЦЕНТР ГОРОДА

В 1939 году фонтан в центре Орвилл-Фолс был уничтожен мощным взрывом. На протяжении почти восьми десятков лет виновными в этом считали двух маленьких девочек. Их имена – Индия и Изабель Кессог, и обвинения наконец-то сняты с них. В результате тщательного расследования корреспондента «Орвилл-Фолс Газетт» теперь можно с абсолютной уверенностью сказать, что катастрофа стала результатом разрыва газового трубопровода и что непосредственно мэрия несет ответственность…

ХУДОЖЕСТВЕННОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ СЕМИКЛАССНИКА ПРОДАНО ЗА БЕШЕНЫЕ ДЕНЬГИ

Настенная картина, созданная Олли Тобиасом, семиклассником начальной школы Сайпресс-Крик, была продана русской женщине-предпринимателю – по слухам, за шестизначную сумму. Роспись привлекла внимание арт-сообщества после того, как фотография с ней стала вирусной. Фреска на четырех стенах небольшого дома, который когда-то был расположен в конце Фримен-роуд в Сайпресс-Крик, изображает девочек-близнецов в эпическом путешествии по человеческому телу. Они сражаются с вирусами и, как выразился двенадцатилетний художник, «дают под зад кое-каким серьезным бактериям». Новая владелица произведения искусства купила его вместе со всем домом, который был доставлен по морю на окраину Москвы, где она живет.

МЕСТНАЯ УЧИТЕЛЬНИЦА ИЗОБРЕЛА ЛЕКАРСТВО

Учительнице из соседнего с нашим города Сайпресс-Крик приписывают одно из самых важных научных открытий десятилетия. Мисс Саманта Эббот, которая разделяет честь открытия с двумя удочеренными ею девочками, разработала формулу, позволяющую лечить некоторые виды гриппа…

…Дочерям мисс Эббот предложены стипендии Колумбийского университета, а мисс Эббот предоставлена собственная лаборатория. Все трое отправятся в Нью-Йорк в течение нескольких недель.

Джек вернул Пейдж телефон.

– Не могу поверить, что Иззи и Инди уезжают из Сайпресс-Крик, – пожаловался он. – Они ведь только-только здесь оказались!

– Не могу поверить, что им удалось проскочить среднюю школу и попасть сразу в колледж, – простонал Алфи еще громче.

– Ой, да не завидуй ты, – упрекнула его Пейдж. – Сестрам Кессог по восемьдесят лет. Спорим, через пять или шесть десятилетий ты станешь почти таким же умным, как они.

– Вот спасибо, – Алфи показал ей язык. – Но – серьезно! Олли будет известным художником. Сестры Кессог в колледже. Мисс Эббот излечила грипп. Чарли спас Нижний мир. Ты – практически Макгайвер^[7]. Рокко со дня на день пригласят в профессиональную футбольную команду. А что я? Абсолютно, безнадежно обычный.

– Никто и никогда не смог бы назвать тебя обычным, Алфи, – уверил его Чарли. – Я видел, что у тебя надето под пальто. Сколько еще детей стало бы разгуливать в футболке с надписью: «Суперплесень»?

– Чарли шутит, – сказал Рокко. – Но ты определенно не обычный. Все в Сайпресс-Крик знают, что именно твоей «особой» воде наша футбольная команда обязана своей беспроигрышной серией. Даже Дженси Дерзкая. Могу поспорить, что миллионы людей отдали бы полжизни, чтобы узнать, что в ней содержится.

– Думаешь? – спросил Алфи.

– Да, я слышал, как отец Дженси сказал, что хотел бы продавать эту штуку в спортивном магазине – при условии, что наши соперники не смогут ее купить.

– Хммммм, – протянул Алфи. – Я всегда считал, что стану астрофизиком, но, может быть, мне вместо этого заняться бизнесом?

– Да, это как раз то, что нужно миру, – Пейдж подмигнула Алфи: – Еще один ученый, ставший предпринимателем.

Дойдя до Центральной улицы, Чарли и Джек попрощались с остальными и направились в «Ореховый гербарий». Они подошли к магазину как раз в тот момент, когда почтальон собирался просунуть в щель пачку писем. Объявление в окне гласило: «Идет процесс лечения. Откроемся в три».

– Я заберу это, если вы не возражаете, – сказал Чарли почтальону. – Я здесь работаю.

– Вы дети Шарлотты?

– Да, – без колебаний ответил Чарли.

– Мне жаль, что башню на вашем доме снесли. Знаете, когда я был маленьким, то считал, что она волшебная. Иногда я видел свет в ее окнах и представлял себе, что там есть дверь в другой мир.

– Хотите раскрою тайну? – произнес Джек. – Вы были правы.

Почтальон рассмеялся:

– Сомневаюсь. Хотя в этом случае жизнь была бы намного интереснее. Хорошего вам дня, мальчики. Передавайте большой привет Шарлотте.

– Передадим, – ответил Чарли.

Он открыл дверь и положил почту на прилавок. А потом кое-что заметил. Чарли взял письмо, лежавшее сверху стопки. Это был красивый толстый конверт, и даже Чарли смог определить, что бумага дорогая.

Мальчик прочитал адрес отправителя. Письмо было от одного из самых крупных издательств в Нью-Йорке. Было невозможно удержаться и не заглянуть внутрь. Чарли слегка надорвал конверт – ровно настолько, чтобы увидеть, что первым словом в письме было: «Поздравляем».

Ключи от «Орехового гербария» выпали у него из рук.

– Шарлотта! – заорал Чарли.

Мачеха высунула голову из смотровой комнаты.

– Что случилось? Я лечу мистера Хейни.

– Забудь о грибке и иди сюда! Твою книгу будут публиковать!

Посмотри в лицо своим страхам!

Прочитай остальные книги Джейсона Сигела и Кирстен Миллер из серии «Ночные кошмары!»

Только не выключай свет!

Об авторах

ДЖЕЙСОНУ СИГЕЛУ, как и Чарли, когда-то снились кошмары, и он, как и Чарли, понял: то, чего мы больше всего боимся, может сделать нас сильнее – если нам хватит смелости противостоять ему. Джейсон любит сниматься в кино, писать книги и музыку и проводить время с друзьями. Иногда он пишет сценарии для фильмов. Иногда – песни для фильмов. Иногда он снимается в этих фильмах и поет эти песни. Ты, возможно, знаешь его по «Маппетам» и «Гадкому „Я“». Твои родители, возможно, знают его откуда-нибудь еще. «Ночные кошмары! Забытая колыбельная» – его третий роман и продолжение бестселлера «Нью-Йорк таймс» «Ночные кошмары!».

КИРСТЕН МИЛЛЕР выросла в маленьком городке, очень похожем на Сайпресс-Крик, – разве что без фиолетового особняка. Она живет и работает в Нью-Йорке. Кирстен – автор книг о знаменитой Кики Страйк, серии книг «Вечные» и «Как вести преступную жизнь». А также романов «Ночные кошмары!», написанных в соавторстве с Джейсоном Сигелом. Узнать о ней побольше можно на сайте: kirstenmillerbooks.com.

notes

Примечания

1

Amanita muscaria (лат.) – красный мухомор.

2

Дословно по-английски это слово звучит как «limey», что переводится как «известковый», «сделанный из известняка».

3

Бенедикт Камбербетч – британский актер театра, кино и телевидения. Наиболее известен по роли Шерлока Холмса в сериале ВВС «Шерлок».

4

Бенедикт Арнольд – генерал-майор, участник Войны за независимость США, прославился в боях на стороне американских повстанцев, но позже перешел на сторону Великобритании.

5

Юридический принцип, согласно которому человек изначально считается невиновным, пока не доказано обратное.

6

Красный Череп – имя нескольких персонажей из комиксов, издаваемых компанией Marvel Comics. Все они – враги Капитана Америка, других супергероев и Соединенных Штатов в целом.

7

Главный герой одноименного телесериала – секретный агент, невероятно хорошо справляющийся с решением любых проблем.