Текст книги "Забытая колыбельная"

Автор книги: Кирстен Миллер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

– Да, ты должен разрушить портал. Как только спасешь девочку, оказавшуюся в ловушке по ту сторону.

Чарли жалобно застонал. Следовало догадаться, что все не так просто.

– Мы пытались сделать это сегодня вечером, мистер Дешан. Я думал, Индия Кессог сможет уговорить свою сестру перейти на нашу сторону, но мой план не сработал.

– Может быть, сестра Изабель не тот человек, который сможет убедить ее.

– Но тогда кто… – начал было Чарли, а потом понял, к чему Сайлес клонит: – Вы говорите обо мне? С чего вы решили, что я смогу убедить ее?

– Я не знаю, почему это должен быть ты. Только уверен, что это так.

– Почему?

– Потому что только ты побывал внутри кошмара Изабель Кессог. Даже ее сестра-близнец не видела его. А вот тебе довелось, не так ли, Чарли?

– Да, но ее сон – полное безумие! – Чарли почти кричал: – В нем только вонючие овцы на самом уродливом поле на земле. Там холодно и ветрено, и кто-то вдалеке напевает колыбельную.

Сайлес, казалось, обдумывал то, что сказал ему Чарли:

– Признаю, это довольно необычно. В кошмарах, как правило, не много смысла. Но это не означает, что нельзя попытаться истолковать их. А если кто и способен понять кошмар Изабель Кессог, то это ты. Позволь спросить у тебя: что ты чувствовал внутри ее дурного сна?

Чарли задумался. Холодно. Очень холодно и тоскливо. Но дело было не только в этом. Там было очень одиноко – будто весь мир обернулся против него. И он ощущал злость, как будто гнев и недовольство, нараставшие внутри, были единственным, что не давало ему замерзнуть до смерти.

Сайлес был прав: Чарли знал, что творилось у девочки внутри.

Ему пришлось испытать нечто подобное задолго до встречи с Изабель Кессог и ее сестрой. После смерти матери Чарли тоже страдал от страшного сна. В этом кошмаре он был заперт в клетке на верхушке ведьминой башни. Раскачиваясь там, мальчик чувствовал себя одиноким и брошенным – как если бы всем было лучше без него.

Холод пробежал у Чарли по спине, когда он вспомнил ту часть сна, которая пугала его намного больше, чем ведьма или ее клетка. В его кошмарах было нечто, скрывавшееся далеко от башни – нечто, искавшее его в лесу…

Внезапно у Чарли появился ключ к разгадке. Он понял, что самый большой страх ИКК никак не связан ни с овцами, ни с колыбельной. Она боялась столкнуться лицом к лицу с женщиной, которая напевала.

– Думаю, я догадался, что пугает Изабель Кессог больше всего. Это…

Сайлес поднял руку и остановил его:

– Мне не нужно это знать. У вас с девочкой есть мощная связь. Если ты нашел, что вас объединяет, возможно, тебе удастся спасти ее.

Глава двадцать седьмая

Пророчество

– Чарли! Проснись! – Джек изо всех сил тряс старшего брата.

Чарли открыл глаза. За окном его спальни еще было темно.

– Что, уже утро? Который час? – проворчал он.

– Едва за полночь. Ты должен встать! Нам нужно попасть в башню.

Чарли сел на кровати, его сердце бешено колотилось:

– Что происходит?

– Сегодня я должен был смотреть кошмар о Красном Черепе^[6], – затараторил Джек. – Я, как обычно, заснул, но Джед так и не появился. Мне стало скучно, и я отправился на его поиски.

– Погоди, кто это – Джед?

– Мой любимый кошмар! Он играет всех врагов Капитана Америка в моих снах. Сегодня он должен был изображать Красный Череп.

– Как это я не догадался, – пробормотал Чарли. Только Джек мог отправиться разыскивать чудовище из своего собственного кошмара. – Нашел?

– Да. Джед был с остальными кошмарами в центре города. ИКК захватила власть в Нижнем мире! Она взяла в плен президента Медузу и Дабни и держит их в заложниках. Я почти уверен: скоро она отправится в реальный мир. Кошмары говорят, что пророчество вот-вот сбудется.

С Чарли слетели остатки сна. Он соскользнул с кровати и схватил с комода свитер. Его сон о Сайлесе Дешане случился как нельзя более вовремя. Если пророчество должно сбыться, пришел черед Чарли Лэрда сыграть в нем свою роль.

С момента последнего путешествия Чарли через портал прошло менее двенадцати часов. Баррикады у двери в башню разобрали, и Шарлотта не видела смысла возвращать их на место. Они знали, что в следующий раз, когда циклоп захочет пробиться внутрь, несколько гвоздей и деревяшек его не остановят. Поэтому братьям не пришлось ни отодвигать доски, ни открывать замки. Они просто поднялись по лестнице в комнату в башне и оказались перед порталом. Затем Джек, взяв на себя хозяйские обязанности, открыл его. За дверью они увидели огромную толпу, окружившую потустороннее здание суда. Группа кошмаров свирепого вида стояла на лестнице, охраняя двери. Чарли узнал циклопа, который пытался вломиться в их дом через дверь в башне. Также там было несколько оборотней, гигантская горилла и семейство йети.

Они увидели, как похожее на слизняка существо поднялось по ступенькам, чтобы дать отпор мятежникам. Циклоп подхватил его и швырнул в толпу кошмаров. Слизняк шлепнулся о землю и забрызгал группу спящих, которые с тревогой наблюдали за происходящим.

– Смотри! Вон там! – крикнул Джек.

Он показывал на людей в пижамах, стоящих с краю толпы. Это были Пейдж, Алфи, Олли и Рокко.

Братья поспешили к друзьям, и Пейдж испуганно обняла Чарли.

– Вы только что сюда попали? – спросил Рокко. – Похоже, дело дрянь. Ты был прав насчет ИКК, Чарли. Она – действительно туши фонарь.

– Знаю. Но вы были правы насчет Индии, – возразил Чарли. – Она ни в чем не виновата. Мне жаль, что я обозлился на вас из-за того, что вы поняли это раньше.

– Извинения приняты, – ответил Алфи. – Ты всегда был жутко темпераментным. Но мы тебя все равно любим.

– Это я темпераментный? – Чарли всегда считал себя довольно уравновешенным.

– Шутишь? – удивился Джек.

– Не беспокойся, твои хорошие качества компенсируют недостатки, – Пейдж взяла его под руку.

– Правда, – согласился Алфи. – Но сейчас у нас есть проблемы посерьезнее, чем взрывной характер Чарли Лэрда. Мы все спали, когда наши кошмары бросили нас ради того, чтобы сразиться с армией ИКК. Они так и не вернулись.

– Секундочку! – воскликнул Олли. – Вон мой кошмар. Он во главе толпы. Засранчик! Эй, Засранчик!

Маленькая коричневая обезьянка с белой мордочкой прыгала по головам и плечам более крупных существ, сердито крича что-то мятежным кошмарам на ступенях здания суда.

– Да, но где же остальные? – поинтересовался Рокко. – Мы не имеем ни малейшего понятия, куда они могли деться. Надеюсь, с ними все в порядке.

– Уверен, они в норме, – утешил его Чарли. – Вспомни: кошмары не могут умереть.

– Нет, но готова поспорить, ИКК могла придумать что-то и пострашнее смерти, – сказала Пейдж.

– Может, она заставила их есть наггетсы из нашей школьной столовой, – пошутил Олли, но Чарли было не до смеха.

Он увидел, как Засранчик забрался на голову одного из огров. Обезьянка приготовила большой коричневый шар и как раз размахнулась.

– Что он делает? – поинтересовался Чарли.

– Ой-ой, – вырвалось у Олли.

Засранчик бросил шар в циклопа, охранявшего двери, и снаряд взорвался, шмякнувшись об одноглазую физиономию монстра.

– Это было то, о чем я подумал? – уточнил Алфи.

– У меня нет возможности побывать внутри твоей головы и узнать, о чем ты там думаешь, – заметил Олли. – Могу сказать одно – это были какашки.

Циклоп издал оглушительный рев и ринулся в толпу вслед за обезьянкой. Но кошмары, собравшиеся у суда, не позволили ему схватить своего собрата. Между обитателями Нижнего мира завязалась драка. Вампиры вцепились в шеи йети. Огры изо всех сил старались растоптать пауков. Птеродактили сбрасывали бомбы из помета на скелеты в костюмах пиратов. Два разных варианта Годзиллы едва не уронили Алфи, сцепившись в схватке на земле. Чарли и его друзья поспешили убраться с поля битвы, но тут безумию внезапно положили конец три слова:

– ПРЕКРАТИТЕ ЭТО НЕМЕДЛЕННО!

Монстры Нижнего мира опустили кулаки, втянули когти, уронили боевые топоры – и мгновенно переключились на источник звука. Голос был таким четким и властным, что не оставлял другого выбора, кроме как подчиниться.

Затем на ступеньках здания суда появилась маленькая фигура. Существо было одето как маленький игрушечный солдатик, которого мисс Эббот обнаружила в своем садовом сарае, с лицом скрытым под пугающим противогазом, который делал его похожим на инопланетное насекомое. Когда оно сняло противогаз и обратилось к толпе, стало понятно, что это Изабель Кессог.

– Наверняка взяла его из коллекции костюмов Медузы, – прошептал Джек своему брату. – Классный.

– Ага, и где он, интересно, был, когда мне требовалось замаскироваться? – ответил Чарли. – Это в миллион раз лучше костюма юрея.

– Что такое юрей? – переспросил Джек.

– Не важно.

– Юрей – это японский призрак девочки, – ответил Алфи.

Джек хихикнул:

– Чарли пришлось одеться как привидению-девчонке?

– Он выглядел сногсшибательно, – прошептал Алфи.

– Ш-ш-ш-ш! – зашипела на них Пейдж. – Не время для шуток!

– Приветствую вас, кошмары! – крикнула Изабель Кессог толпе. – Меня зовут ИКК. Президент Медуза свергнута. Я ваш новый лидер.

Кошмар у подножия лестницы засвистел было, но его тут же подхватили и утащили прочь головорезы ИКК.

ИКК продолжила как ни в чем не бывало:

– Как я уже обещала ранее, кошмары, которые присоединятся к моей армии, отправятся со мной в реальный мир. Там мы позаботимся о том, чтобы человечество проводило свои дни в страхе. Поскольку страна кошмаров будет уже не нужна, тут опять разверзнется гигантская дыра. Те из вас, кто останется здесь, разделят печальную участь Нижнего мира. На этот раз дыра поглотит вас и весь этот мир.

– Почему мы должны в это верить? – крикнул однорукий зомби. – Для роли главного злодея ты что-то маловата.

Армия двинулась в направлении зомби, но ИКК подняла руку, чтобы остановить их. Внешне она казалась спокойной, но Чарли знал, что внутри у нее все кипит.

– Я маленькая, потому что я – человеческий ребенок, ты, идиот! И явилась в Нижний мир во плоти! Вы все слышали о пророчестве. Так вот, там говорится обо мне! – кричала ИКК. – А это значит, что конец Нижнего мира близок!

Чарли приложил ладони ко рту.

– Неужели? – крикнул он как можно громче. – Что ж, если о тебе сказано в пророчестве, то и обо мне тоже!

Он не планировал взрывать эту бомбу. Слова вырвались у него неожиданно. Но теперь Чарли с удивлением понял, что сказал правду. Еще неделю назад, если бы у него спросили, кто из братьев Лэрд будет спасителем Нижнего мира, он с уверенностью ответил бы: Джек. Но оказалось, что именно ему предстоит все изменить. Чарли не был бесстрашным или очаровательным, но он знал, почему ИКК такая, какая есть. Знал, потому что, если бы не друзья и семья, он тоже мог бы стать злодеем.

– Что ты делаешь? – взвизгнул Джек.

Толпа погрузилась в полную тишину, и все кошмары до единого уставились на Чарли.

– Чарли! – воскликнула Пейдж.

– Доверься мне, – сказал ей друг. – Пропустите! – крикнул он, и кошмары перед ним расступились, расчищая дорогу к девочке, стоящей на самом верху лестницы здания суда.

– Чарли Лэрд, – процедила ИКК, и ее губы искривились в усмешке.

– Изабель Кессог, – ответил Чарли. – Я здесь во плоти, так же как и ты.

Ближайший к Чарли кошмар протянул руку и ущипнул его за предплечье:

– Это правда! Он здесь во плоти! И от него несет человеком!

– Это что, брат Джека? – спросил кто-то.

Великан наклонился, чтобы понюхать воздух рядом с Чарли, и его нос сморщился от отвращения.

– Пахнет им, – ответил людоед.

– Ведите мальчишку ко мне! – крикнула ИКК.

Два огромных йети приблизились к Чарли.

– Руки прочь, джентльмены, – спокойно сказал тот. – Я сам могу себя отвести, большое спасибо.

Пока он шагал к ИКК, кошмары начали переговариваться друг с другом, и в их голосах Чарли услышал надежду и радость. Так же, как и ИКК. И это привело ее в ярость.

– Этот смехотворный мальчишка не может иметь отношения к пророчеству! – настаивала она. – Где его армия? В чем его план? Поведай нам, Чарли Лэрд. Как ты планируешь разрушить Нижний мир?

Чарли поднимался по лестнице, пока не оказался лицом к лицу с девочкой.

– Я не собираюсь ничего разрушать, – объявил он.

– Тогда как ты можешь утверждать, что в предсказании речь идет о тебе?

– Насколько мне известно, предсказание состоит из двух частей, – произнес Чарли спокойно, но достаточно громко, чтобы все в толпе могли его услышать. – Там сказано, что появится ребенок, обладающий силой разрушить Нижний мир. Но еще в нем говорится про ребенка, способного спасти его. Я и есть этот ребенок.

По взгляду, который ИКК бросила на Чарли, было ясно, что она готова задушить его голыми руками прямо сейчас.

– И в чем же твоя сила?! – завопила она. – Ты всего лишь противный мальчишка!

– Моя сила здесь, – Чарли постучал пальцем по виску. – Мне кое-что известно.

– Что именно? – ИКК изо всех сил старалась скрыть это, но Чарли видел, что она обеспокоена.

Чарли наклонился и прошептал ей в ухо:

– Я знаю, кто напевает колыбельную в твоем кошмаре.

Раздался раскат грома, и свет погас. Внезапно оказалось, что Чарли и ИКК уже не стоят на вершине лестницы здания суда. Они были по щиколотку в грязи и овечьем навозе. Холодный ветер разносил по полю звук женского пения.

– Нет, нет, нет, – захныкала ИКК, зажимая уши руками.

Ее бравада испарилась. Она больше не была ожившим пророчеством. А стала просто испуганной девочкой.

– Зачем ты опять отправил меня сюда?

Казалось, она вот-вот убежит, пока Чарли не взял ее холодную руку в свою.

– Прислушайся к песне, Изабель. Что она тебе напоминает? – мягко спросил он.

ИКК всхлипнула:

– Когда мы с Инди были маленькими, мама пела нам эту колыбельную каждый вечер. Но потом она умерла.

– Я так и думал, – Чарли обнял девочку. – А знаешь, как я догадался? Потому что моя мама умерла четыре года назад. Все, что ты испытываешь в этом кошмаре, мне знакомо. И я знаю, как ты можешь это прекратить. Ты должна попрощаться с ней, Изабель.

Одна из черных овец добрела до них. Остановилась и посмотрела на ИКК, будто ей было любопытно, что та решит.

– Как я могу с ней попрощаться? Мне даже увидеться с ней не удалось, – ИКК всхлипнула, отодвигаясь от Чарли. – Мы с Инди знали, что она болеет. И делали все, что в наших силах, чтобы вернуться к ней. Но она умерла и оставила нас здесь, в этом ужасном месте, совсем одних.

– Почему вы с Индией оказались далеко от родителей? Вас отправили в Америку из-за войны?

ИКК кивнула:

– Мы не хотели покидать Англию. А потом в тридцать девятом году сбросили бомбу на нашу школу, и родители отправили нас в Орвилл-Фолс к дяде Альфреду. Наверное, считали, что нам здесь будет лучше. Только они не знали нашего дядю.

– Я слышал о нем. Похоже, он был очень странным человеком.

– Он никогда не выходил из замка. И ненавидел детей. Мы с ним и десятком слов не обменялись, он говорил с нами, только когда хотел наказать.

– За ваши проказы по всему городу?

– Мы просто хотели домой, а он нас не отпускал! Узнав, что наш отец погиб на войне, мы поняли: мама останется в Лондоне совсем одна. Затем она прислала нам письмо, в котором говорила, что заболела пневмонией. Мы решили, что, если сделаем что-нибудь действительно ужасное, никому уже не будет дела до нашей безопасности и нас отправят назад в Англию.

– Так вы поэтому взорвали городскую площадь Орвилл-Фолс?

– Нет! – крикнула ИКК. – Мы залили клеем дверные замки и добавили соду в бутылки с кетчупом, но к этому мы отношения не имеем! У нас даже не было необходимого оборудования, чтобы устроить взрыв такой силы, что разрушил фонтан. Но жителям надо было найти виноватого, и они выбрали нас с Инди. И не в первый раз. За несколько месяцев до этого нас обвинили в том, что мы добавили в ярмарочный пунш настойку рвотного корня, из-за чего всех тошнило. Хотя дело было не в нас. А в испорченном майонезе в гамбургерах.

Теперь Чарли понял, почему ИКК так злилась на жителей Орвилл-Фолс.

– Похоже, вы с сестрой стали в этом городе козлами отпущения.

– Именно так и было. После взрыва они пытались вытащить нас из замка. Несмотря на то что в толпе наверняка были люди, которые знали, что мы невиновны. Дядя Альфред отправил нас в этот вечер спать к овцам, на случай, если горожане вернутся за нами до рассвета. И, прежде чем засадить нас в овечий загон, сказал, что вредительствовать больше нет смысла, потому что нашей мамы уже нет, – Изабель громко всхлипнула. – Она умерла несколько недель назад, а мы даже не знали об этом.

Чарли почувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Он, по крайней мере, повидал свою маму за несколько часов до того, как она оставила этот мир. Мальчик и представить себе не мог, каково было сестрам торчать по другую сторону океана, пока их мать умирала.

– Инди всю ночь проплакала. А я жутко разозлилась и сделала единственное, что пришло мне в голову. Выпустила всех этих глупых вонючих овец на свободу. А утром дядя Альфред сказал, что овцы стали последней каплей.

– И он отправил вас на маяк в штате Мэн?

– Да. Сначала с нами жила гувернантка, но она сбежала через несколько недель. Не могу ее за это винить. Место было отвратительное. Там все время стояла темнотища, а стены покрывали плесень и грибок. Мы с Инди остались и никому не рассказали, что гувернантка нас бросила. Продукты привозили каждый понедельник, а если нам что-то было нужно, мы оставляли внизу записку, и это доставляли через неделю.

– Значит, вы жили там только вдвоем?

ИКК кивнула:

– У нас с Инди никого больше не было. Родители умерли, единственный родственник – дядя Альфред. Инди хотела уехать с маяка. И зажить своей собственной жизнью во внешнем мире. Но я отказывалась уходить. Ярость все росла и росла во мне, пока однажды не открыла портал в Нижний мир, и я не перешла на другую сторону.

– Я тоже открыл портал случайно, – признался Чарли.

ИКК вытаращила глаза от удивления:

– Неужели?

– Да. Я ненавидел весь мир после смерти мамы. Затем наш папа снова женился, и мы переехали в фиолетовый особняк. Я ненавидел мачеху и наговорил ужасных вещей брату. Был так напуган и зол, что открыл портал, даже не подозревая об этом. Мне тоже грозило навсегда застрять в Нижнем мире.

– И как же ты избежал этого?

– Друзья помогли мне понять, чего я на самом деле боюсь. Все изменилось после того, как я взглянул в лицо своим страхам. Я перестал беситься, и меня больше не мучили кошмары вроде этого.

Чарли посмотрел на жирных черных овец, пасущихся на поле вокруг.

– Значит, здесь ты пряталась в ту ночь, когда тебя обвинили в преступлении, которого ты не совершала. В ту ночь, когда узнала, что твоя мама умерла. Поэтому тебе снятся овцы?

– Да.

– Думаю, я смогу помочь тебе покинуть это место навсегда.

– Как?

– Для начала мы восстановим твое доброе имя. Пришло время жителям Орвилл-Фолс узнать, что действительно послужило причиной взрыва на городской площади. А потом мы найдем твоих родителей в Краю снов, чтобы ты могла навещать их, когда захочешь.

– Я могу их навещать? – ИКК распахнула глаза от удивления.

– Да. Я покажу тебе, как. Но сначала тебе придется сделать кое-что нелегкое, Изабель. Возможно, самое трудное за всю твою жизнь. Ты должна найти свой самый страшный кошмар и попрощаться.

– Не понимаю, – Изабель оглянулась по сторонам: – Это и есть мой самый страшный кошмар.

– Сомневаюсь. Полагаю, твой самый худший кошмар ничем не отличается от моего. И заключается он в том, чтобы попрощаться с мамой. Она где-то здесь. И если она хоть немного похожа на мою, то надеется, что ты ее найдешь. Тебе нужно перестать убегать.

– Я не могу это сделать, – ответила ИКК, цепляясь за него. – Пожалуйста, не заставляй меня.

– Тебе придется. Попрощайся, Изабель. Ты не останешься одна. Тебя поддержат сестра и друзья.

– Друзья? – скептически переспросила девочка.

– Обещаю, – заверил Чарли.

И они вновь услышали звук колыбельной, которую принес ветер.

– Это она. Время пришло, Изабель. Тебе нужно ее найти.

– Ты пойдешь со мной? – взмолилась ИКК: – Пожалуйста!

– Не могу. Ты должна сделать это сама. Ты сама не захочешь, чтобы я был рядом, когда вы встретитесь. Но обещаю, что буду ждать тебя здесь. Не двинусь с места, пока ты не вернешься.

– Спасибо, – сказала ИКК.

И, прежде чем отправиться на поиски матери, она заключила Чарли в объятия.

Глава двадцать восьмая

Долгожданная встреча

Чарли никогда не спрашивал Изабель, что произошло, а она никогда не рассказывала. Но, когда девочка вернулась к тому месту среди овец, где оставила его, она стала совсем другой. Пламя, бушевавшее внутри нее, погасло. Она выглядела печальной и измученной, но совершенно умиротворенной.

Они довольно легко нашли выход из овечьего загона. Прошлые ночи Чарли часами искал ворота, но так и не сумел их обнаружить. А теперь они оказались прямо перед ребятами, как будто всегда там и были.

Как только они вышли, Изабель перегнулась через забор, чтобы погладить одну из большущих черных овец, пришедших их проводить. Девочка с овцой провели вместе восемьдесят лет, и вот, наконец, пришло время прощаться.

– Не принимай это на свой счет, – сказала Изабель животному, – но не думаю, что я когда-нибудь снова смогу носить шерстяные вещи.

Овца громко заблеяла. Сначала Чарли показалось, что она поняла шутку. Но затем он сообразил, что та привлекает внимание к кучке кошмаров, которые подкрадывались к ним сзади.

– Изабель Кессог, – произнес клоун Дабни, сумев подавить пронзительный смешок. – Ваша армия разгромлена, а вы арестованы за преступления против Нижнего мира.

Не говоря ни слова, Изабель протянула руки и позволила одному из людей Дабни надеть на нее наручники. Должно быть, она хорошо осознавала всю опасность посещения Нижнего мира во плоти. Тебя могут растоптать, раздавить, съесть. Или арестовать.

– Что ж, это оказалось намного проще, чем я ожидал. – Немного растерянный Дабни посмотрел на Чарли: – Ты в порядке?

Мальчик улыбнулся:

– Как никогда.

Он уже несколько лет не чувствовал себя таким сильным и счастливым. Спасая Изабель, он посмотрел в лицо страху, с которым не сталкивался раньше, – тьме внутри себя.

Джек нашел Чарли и Изабель в коридоре потустороннего суда, где они с тревогой ожидали начала процесса.

– Изабель, познакомься с моим братом Джеком. Он дружит с Индией.

Девочка нахмурилась при упоминании имени сестры, но все равно протянула Джеку руку:

– Я должна извиниться за вред, который причинила тебе несколько месяцев назад.

Когда Успокоительный тоник ИКК нанес вред Нижнему миру, она попыталась свалить вину на Джека. Многие кошмарные существа, с которыми он подружился во время своих тайных путешествий по ту сторону портала, ополчились против него.

– Все в порядке, – заверил ее Джек. – Это послужило мне хорошим уроком.

– В чем же был урок? – поинтересовался Чарли.

Джек поднял глаза на брата:

– Что лучше один человек, который тебя действительно любит, чем миллион таких, которые только притворяются.

Дверь в помещение суда открылась, и всех троих провели внутрь. В дальнем конце в красном бархатном кресле судьи сидела Медуза. Змеи у нее на голове приподнялись, чтобы рассмотреть вошедшую девочку. Чарли и Джек остались позади, когда Изабель проводили в центр комнаты. Она с тревогой оглянулась через плечо, и Чарли показал ей большие пальцы.

Если бы три дня назад кто-нибудь рассказал ему, что он будет поддерживать ИКК, он бы ни за что не поверил. Но именно так и вышло.

Медуза подняла руку к очкам, и зрители ахнули. На мгновение всем показалось, что в наказание девочку обратят в камень. Но затем пальцы Медузы опустились на стол перед ней.

– Изабель Кессог. В очередной раз ты пыталась уничтожить наш мир, – властный голос Медузы эхом разносился по залу суда. – Что ты можешь сказать в свою защиту?

Стоя напротив гигантской горгоны, вокруг головы которой ореолом извивались разъяренные змеи, Изабель выглядела ужасно маленькой.

– Мне очень жаль, мэм.

– ТЕБЕ ОЧЕНЬ ЖАЛЬ? – взревела Медуза. – ТВОЯ АРМИЯ УСТРОИЛА ЗАСАДУ НА МОЙ ЛИМУЗИН, ПОХИТИЛА МЕНЯ, А ПОТОМ ЗАПЕРЛА В ШКАФУ!

От этих слов Изабель съежилась. Чарли всем сердцем ей сочувствовал. Он не мог просто стоять и смотреть на происходящее, зная, через что ей пришлось пройти. Ведь теперь ему было известно, что толкнуло ИКК на все эти ужасные поступки.

Мальчик шагнул вперед, чтобы обратиться к президенту, совсем как персонажи в фильмах апеллировали к судье. Он хотел выступить в защиту Изабель. И готовил свою речь с самого момента их прихода сюда.

– Мадам президент, позвольте мне сказать несколько слов от имени ответчика?

Медуза откинулась на спинку кресла и скрестила руки:

– Если считаешь нужным.

– Изабель Кессог – сирота, – начал Чарли. – Ее родители трагически погибли. Дядя ее бросил, ее обвинили в преступлениях, которых она не совершала, а жители Орвилл-Фолс охотились на нее, словно на зверя. В конце концов она была так напугана реальным миром, что открыла портал в Нижний, где и застряла на восемьдесят лет. Мадам президент, вы мне как-то сказали, что ни один человек не заслуживает того, чтобы бояться так долго. Изабель Кессог пережила больше, чем любой другой известный мне человек.

Отрицать эту правду было невозможно. Медуза кивнула, и ее лицо смягчилось.

– Я много раз посещала твой маяк за эти годы, – тихо сказала она. – И мой сын Бэзил тоже. Мы пытались спасти тебя, но ты не пускала нас внутрь. Почему ты не позволила тебе помочь?

Изабелла подняла глаза на свирепое чудовище, смотревшее на нее из-за стола судьи.

– У вас вместо волос змеи, мадам президент. И ваш взгляд обращает людей в камень. Откуда мне было знать, что вы хотите помочь?

– Понимаю, – задумчиво ответила Медуза.

Чарли воспользовался наступившей тишиной:

– Этой ночью Изабель посмотрела в лицо своим страхам. Настало время ей вернуться домой в реальный мир.

Медуза забарабанила пальцами по столу. Она, похоже, обдумывала что-то:

– Отпустив ее, как я могу быть уверена, что она больше не нагрянет в страну кошмаров во плоти?

– Изабель пройдет со мной через портал в особняке. Когда мы попадем на ту сторону, мы уничтожим башню вместе с порталом.

Кто-то в толпе громко ахнул, и кошмары стали перешептываться друг с другом. Дабни издал грустный смешок.

– Но это означает, что вы с Джеком больше не сможете вернуться в своем телесном воплощении, – заметила Медуза. – Ты уверен, что это лучший выход? Ты обсудил это со своим братом?

– Обсудил, – Джек шагнул вперед: – Чарли прав. Так и нужно сделать.

– Моя семья готова пойти на эту жертву. Я говорил с Сайлесом Дешаном, человеком, который построил фиолетовый особняк, и даже он согласился. Несмотря на то что нам с Джеком будет очень вас не хватать, мадам президент, мы оба считаем, что безопаснее для всех будет закрыть портал навсегда.

– Раз уж вы заговорили о безопасности… – сказала Медуза. – Кто может гарантировать, что это дитя не натворит бед в реальном мире?

Чарли выпрямил спину и постарался казаться как можно выше:

– Я – вторая часть пророчества, мэм, и я ручаюсь за Изабель. Мы с друзьями поможем ей больше не устраивать неприятностей.

Медуза кивнула:

– Очень хорошо. Изабель Кессог, также известная как ИКК, твой приговор – изгнание из Нижнего мира. Остаток своих дней ты будешь жить как обыкновенный человек.

Медуза стукнула молотком по столу, и суд над Изабель Кессог завершился.

Президентский лимузин доставил Чарли, Джека и Изабель к потустороннему особняку. По пути они проехали мимо того, что осталось от старого дома Лэрдов с пещерой под ним. Чарли был рад увидеть, что здание уже понемногу разрушалось.

Они подъехали к особняку, и Медуза с Дабни проводили их до входной двери. Все обнимались друг с другом, клоун плакал, хотя Чарли знал, что они прощаются не навсегда. Горгона и Дабни навсегда останутся в его кошмарах.

Когда друзья в конце концов ушли и дверь особняка закрылась за ними, Чарли стал торжественно подниматься по лестнице. Внутри башни на самом верху здания они с Джеком подошли к окну и в самый последний раз посмотрели на простиравшиеся внизу потусторонние земли.

На противоположном конце комнаты Изабель Кессог стояла у другого окна, и Чарли подумал, что она тоже прощается.

– Ты будешь скучать? – спросил Чарли младшего брата.

– Неа, – его, казалось, самого удивил этот ответ.

– Я тоже, – согласился Чарли.

Какими бы захватывающими и насыщенными ни были его путешествия в том странном мире, было приятно осознавать, что все это позади.

– Это потому, что ты сделал то, что должен был, – заметил Джек. – Исполнил пророчество. Спас Нижний мир, Край снов и нашу реальность. Думаю, ты заслуженно можешь вернуться домой.

Чарли посмотрел на брата:

– Мы исполнили пророчество, Джек. Без тебя я бы ничего не смог сделать.

Их прервал грохот шагов на лестнице. На мгновение Чарли показалось, что это армия ИКК вернулась за ними. Вместо этого в комнату ворвался самый страшный ребенок Нижнего мира. Он был одет в облегающие, заляпанные свеклой ползунки, обнажившие волосатые руки и ноги, и затягивался окурком сигары. Огромная птица с женской головой хлопала крыльями у него за спиной.

– Ох, мама. Что ты такое? – спросила Изабель у существа поменьше.

– Зови меня «прекрасный принц», – хрипло ответил младенец, затем подмигнул Изабель и рассмеялся своей шутке. – Я подменыш, дорогуша. А ты что такое?

– Она – та самая девочка, которая сожгла маяк, – ответила за нее женщина-птица.

– Привет, Ава. Привет, Брюс, – поздоровался Чарли. – Вообще-то, это ее сестра. Ее зовут Изабель Кессог. Мы ведем ее домой в реальный мир.

– Вы двое думали, что можете улизнуть, не попрощавшись с нами? – потребовал ответа Брюс. – Иди сюда, ты, мелкое чудовище.

Он схватил Джека за воротник майки и потянул вниз, чтобы обнять. Джек обхватил подменыша одной рукой и ущипнул его за нос другой.

– Без обид, Брюс, но, когда мы отсюда уйдем, думаю, тебе лучше сменить подгузник.

Уже светало, когда Чарли, Джек и Изабель шагнули через портал и оказались в фиолетовом особняке реального мира. В комнату набились люди, с нетерпением дожидавшиеся их возращения. Шарлотта, Рокко, Алфи, Олли и Пейдж были в пижамах. А впереди всех стояла Индия Кессог.

Изабель подошла к ней. Сестры стояли лицом к лицу, каждая – зеркальное отражение другой. Настал момент истины. Девочки вели эпическую битву по разные стороны баррикад, и неизвестно, насколько глубокие раны это оставило.

– Теперь ты старше меня, – произнесла Изабель.

Индия усмехнулась, и Чарли почувствовал облегчение.

– На целый месяц.

– И каково это – снова стать обычным человеком? – поинтересовалась Изабель.

– Ты мне скажи. Ты теперь тоже обычная.

Изабель на мгновение задумалась.

– Пугающе, – ответила она. – Но увлекательно.

– Всем страшно, – заметила Шарлотта. – Даже таким пожилым дамам, как я.

– Пффф, – сказала Индия, пренебрежительно махнув рукой: – Ты считаешь себя пожилой? Мы такие старые, что помним времена, когда вода была бесплатной.