Текст книги "Беременна от наемника (ЛП)"
Автор книги: Кин Аманда
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)
Затем мы снова целуемся – тяжело и влажно.
Мое тело содрогается от того, как быстро он работает пальцами, от того, как его язык проникает в мой рот, заявляя на меня права. Вытащив пальцы, он принимается дразнить мой клитор, грубо зажимая и постукивая по нему.
Никто и никогда не касался меня таким образом. Тело гудит, я сжимаю его рубашку в кулаках, чтобы удержаться, а внизу все покалывает так, что я почти теряю рассудок. Вскрик застревает в горле, когда он отрывается от моих губ, заставляя меня хватать ртом воздух.
– Ты сейчас кончишь, – заявляет он, словно читает мои мысли. – И ты сделаешь это мне в рот.
Я моргаю, едва успевая перевести дух, не говоря уже о том, чтобы найти слова.
В мгновение ока он опускается на корточки между моих ног, оттягивает стринги еще сильнее, и его рот накрывает мою киску.
Я вскрикиваю, наслаждение становится невыносимым – мягкость его губ, шелковистость языка, слизывающего мою смазку.
Я смотрю вниз на свое тело, туда, где этот властный, великолепный незнакомец припал к моей промежности. Его глаза затуманены, будто он уплывает в свой собственный мир.
– Ты даже не представляешь, насколько... ты хорош... – бормочу я, запуская руку в его волосы.
Он отстраняется ровно настолько, чтобы произнести:
– О, ты будешь так громко орать, когда я вгоню в тебя каждый дюйм своего толстого члена. Тебе это понравится.
Я слышу рычание в его горле, будто он сам из последних сил сдерживается.
– Да, пожалуйста, сделай это, – выдыхаю я, подаваясь бедрами к нему, желая, чтобы он никогда не останавливался.
– Хорошо, маленькая голубка. А теперь прижимай мою голову к своей киске, заставляй меня. Я хочу чувствовать тебя всем лицом.
Кивнув, я жадно ловлю воздух. В тот момент, когда его язык ласкает мою мокрую киску, я вцепляюсь в его волосы и прижимаю его ближе, удерживая. Он стонет, и я вижу, что его это заводит не меньше.
Он сосет мой набухший клитор, его пальцы качают меня изнутри. Я крепко зажимаю его голову бедрами, извиваясь на нем. Его сдавленный рык возбуждает сильнее, чем я могла вообразить.
Под его неустанными ласками – языком, губами, пальцами – я уже не могу больше держаться. Тем более когда его пальцы начинают двигаться грубее, быстрее, и я больше ни на чем не могу сосредоточиться. Темп его преданности разрушает меня. Ноги дрожат от давления, которое он создает.
– Еще, пожалуйста, – стонаю я, удерживая его на месте, когда оргазм взрывается внутри меня. Я вся напрягаюсь, содрогаясь и вскрикивая.
Он вынимает пальцы, и его рот оказывается прямо у входа, язык проникает внутрь, вылизывая, толкаясь.
Я хочу, чтобы этот экстаз длился вечно.
Неистово извиваясь, я кончаю прямо ему на лицо – сильнее, чем когда-либо в жизни. Это невероятно, а в сочетании с его языком внутри и пальцами на клиторе я продолжаю содрогаться. Он меня просто убьет этим удовольствием, этим напором. Я выпускаю его голову и упираюсь обеими руками в стол, чтобы не свалиться с него.
Через некоторое время, когда я наконец возвращаюсь на землю, он отстраняется. Я задыхаюсь, и я не была так счастлива… целую вечность.
Его губы и подбородок блестят, и он слизывает капли своим длинным языком. Та самая ухмылка возвращается, когда он тянется вниз, чтобы сжать свой член через ткань брюк.
– Ты – мой новый любимый нектар, – говорит он, глядя на меня с пронзительной интенсивностью. – Ты готова к моему члену?
– Я была готова с той самой секунды, как вы спасли меня внизу.
Я широко улыбаюсь, и он подмигивает мне. Моя киска отзывается трепетом.
Он широко раздвигает мои ноги, потянувшись к ширинке. Я изголодалась, мне отчаянно хочется увидеть его член, почувствовать его внутри себя.
Внезапно раздается какой-то треск, исходящий от него, а затем приглушенный голос, будто из рации, но я не могу разобрать слова.
Я замираю на месте, не понимая, что только что слышала.
Дэкстон тоже замирает, а затем резко отстраняется от меня, касаясь правого уха, словно прислушиваясь к чему-то – возможно, к телефону или какому-то устройству связи. Его взгляд мечется от перил к стеклянным дверям особняка.
Моя голова идет кругом, я пытаюсь понять его поведение.
– Что происходит? Все в порядке? – спрашиваю я; во мне смешиваются тревога и страх, пока я поправляю трусики и спрыгиваю со стола. Резкая перемена в его поведении выбивает из колеи.
Может, это его способ слиться и больше не быть со мной?
– У меня срочный вызов, – бросает он сухо. Его губы сжимаются в узкую линию, пока он застегивает штаны.
Во мне вскипает разочарование. После всего, что было за вечер, я не могу не сомневаться. То есть это и так было маловероятно, что такой красавчик захотел меня, а теперь он выкидывает этот финт!
– Послушай, Дэкстон – если это вообще твое имя – если ты не хочешь быть со мной, это нормально, но не надо разыгрывать весь этот спектакль, чтобы сбежать.
Он снова переводит взгляд на меня, его глаза сужаются, и в несколько стремительных шагов он оказывается рядом, обхватывая мое лицо своей огромной ладонью.
– Маленькая голубка моя, даже не думай так. Но я ждал этого звонка. Черт, как же не вовремя, – шипит он сквозь стиснутые зубы. – Я так хочу тебя трахнуть, что мне физически больно.
Он смотрит на меня, затем крадет поцелуй – такой, от которого я на мгновение забываю о его странном поведении.
Затем треск повторяется, и он резко отступает, снова касаясь уха.
– Иди домой, Амелия. Так будет лучше. Я найду тебя, хорошо?
– Стой, что?
Я в полном замешательстве. Это звучит почти как угроза сталкера, я вообще не понимаю, что творится.
Он снова трогает ухо и бормочет:
– Блядь!
Взглянув на меня в последний раз, он быстро посылает мне воздушный поцелуй, затем поворачивается к перилам. Плавным движением он хватается за них обеими руками, перемахивает через край и исчезает из виду.
Я вскрикиваю от ужаса и неверия, охвативших меня. Бросаюсь к перилам балкона и вижу, как он приземляется на ноги. Он только что спрыгнул с третьего этажа. А затем он бежит в тени, растворяясь в ночи. Я стою там, потеряв дар речи.
– Боже, ну почему я вечно притягиваю всяких психов?
ГЛАВА ПЕРВАЯ
АМЕЛИЯ
– Слушай, а когда ты освободишься? – спрашивает лысеющий тип в выцветшей джинсовке, ухмыляясь и пытаясь поймать мой взгляд. Я внутренне содрогаюсь, но выдавливаю игривую улыбку, забирая пустые пивные бокалы с его стола.
– Никогда, – бросаю я, и уголок моего рта невольно дергается от иронии.
С легким смешком я разворачиваюсь на каблуках и плавно перехожу к следующему столику, где компания шумных друзей поднимает бокалы, явно что-то празднуя. В баре «Cactus Canyon» сегодня полно народу, и я работаю на автопилоте: собираю грязную посуду, протираю столы и раздаю фальшивые улыбки, стараясь не задерживаться. Очередная ночь среди пьянчуг, когда приходится делать вид, будто мне интересны их хмельные бредни.
Внезапно из динамиков доносится песня – быстрый ритм, который я помню по тому маскараду несколько месяцев назад. Мысленно я снова на том балконе с Дэкстоном. Та ночь никак не идет у меня из головы, заставляя тяжело вздыхать. Она стала идеальным итогом моего везения в личной жизни, и именно поэтому с тех пор я держусь от парней подальше. Но, несмотря ни на что, образ Дэкстона преследует меня, даже если он тогда так беспардонно меня бросил.
Отогнав эти мысли, я сосредотачиваюсь на деле и иду за стойку. Начинаю загружать посудомойку, пытаясь заглушить музыку и нахлынувшие воспоминания. Джесси, закончив подавать сидр очередному клиенту, подходит ко мне и легонько толкает локтем в бок.
– Ты видела новости? – спрашивает она, и ее огромные глаза так и лучатся восторгом.
– О чем ты?
– Да вот только что, глянь!
Она достает телефон, открывает браузер и буквально тычет экраном мне в лицо. Мне приходится немного отодвинуть его, чтобы разобрать заголовок:
На территории поместья «Cresthill» обнаружено тело.
Я быстро пробегаю глазами первый абзац.
В связи с недавним шокирующим инцидентом власти начали полномасштабное расследование убийства в поместье «Cresthill». Предполагается, что преступление произошло три месяца назад во время ежегодного бала-маскарада. Обнаружение тела на территории поместья повлекло за собой интенсивные поиски преступника; полиция опрашивает участников мероприятия и тщательно изучает эксклюзивный список гостей. Инцидент превратил некогда роскошное поместье «Cresthill» в центр громкого уголовного расследования.
Джесси убирает телефон. Я моргаю, не в силах поверить в прочитанное, ведь мои мысли тут же возвращаются к тому придурку в коридоре, а затем к Дэкстону, который придушил его и выставил вон. Неужели он действительно?.. Нет, это бред. Его не было всего минуту, но с другой стороны, Дэкстон вел себя на балконе очень странно. Меня бросает в холодный пот, но я трясу головой. Это просто паранойя.
– Там не сказано, кого убили? – спрашиваю я.
– Не-а, – она качает головой. – Имя пока не разглашают. Но ты прикинь, на вечеринке, где мы были, произошло настоящее убийство! Нас могут вызвать на допрос… Будем как героини криминальных сериалов, – восклицает она с явным избытком энтузиазма.
– В этом нет ничего веселого, – отвечаю я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Хихикнув, она отходит дальше по стойке обслужить клиента. Я остаюсь на месте, и мысли вихрем кружатся в голове. Наверняка это совпадение. Слишком уж неправдоподобно, но статья не дает мне покоя. Ну конечно, я не могла обжиматься с убийцей на балконе и позволять ему ласкать себя. Он просто странный тип, который прыгает с балконов и исчезает в ночи. А потом мне в голову приходит вариант похуже… что, если убитый и есть Дэкстон? Может, он от кого-то убегал?
Я тяжело дышу, пот катится градом, пока кто-то не машет мне рукой, привлекая внимание. Я спешу принять заказ, стараясь подавить сомнения, пустившие корни в глубине души.
Когда мы заходим в кабинет Роджера, воздух кажется густым от напряжения. Комната с темной мебелью, пропитанная застарелым запахом сигаретного дыма, сегодня больше напоминает зал суда, чем офис менеджера. Нас набилось туда человек двенадцать, и у всех на лицах написано одно и то же – страх. Роджер стоит за своим столом в низко сидящих коричневых брюках, его живот выпирает из-под рубашки, и он смотрит на нас с явным колебанием. Это совсем не тот Роджер, которого я знаю – обычно прямолинейный и уверенный в себе. По ногам пробегает нервная дрожь от предчувствия чего-то нехорошего.
– Это решение далось мне нелегко, – начинает он, и у меня все внутри обрывается. Неужели это конец? Нас всех уволят или урежут зарплату? Я смотрю на стоящую рядом Джесси, на ее лице отражается тот же ужас. – Уже несколько месяцев бар приносит одни убытки, и я больше не могу его тянуть.
Мысли лихорадочно сменяют одна другую. Если он нас уволит, что дальше? У меня нет семьи, которая могла бы поддержать, а из друзей… что ж, Джесси в той же лодке.
– Поэтому я продал бизнес, – наконец объявляет Роджер.
В кабинете воцаряется гробовая тишина. Кажется, все затаили дыхание, ожидая следующего удара.
– Сделка вступает в силу немедленно, – добавляет он.
– И кто новый босс? – подает голос одна из танцовщиц. – Он нас всех уволит?
Роджер качает головой, затем пожимает плечами, и его седая борода слегка подрагивает. Его неуверенность пугает меня. Он был бессменным владельцем этого бара с тех пор, как принял дела у отца. Ходили слухи, что он хочет на покой, но чтобы вот так… слишком внезапно. Какая-то часть меня будет скучать по Роджеру. Он всегда был справедлив, держал меня на работе и не вел себя как подонок. Но что за человек новый владелец?
– Завтра узнаете подробности, но я бы на вашем месте не переживал. Он кажется порядочным человеком, – заверяет нас Роджер.
Мы с Джесси обмениваемся настороженными взглядами. Порядочным в каком смысле? В том, что предложил Роджеру хорошую цену?
Когда мы выходим из кабинета, поднимается гул голосов. Джесси бледная как полотно.
– Черт, а если он нас выставит? Нам нужен план, надо чем-то впечатлить этого парня. Помнишь, мы же ходили на курсы бухгалтеров?
– Те самые, которые мы обе завалили? – напоминаю я ей. Учет и налоги – это последнее, что может приносить мне радость.
Она закатывает глаза.
– Слышала когда-нибудь о креативном подходе? Он не заставит нас сводить дебет с кредитом, но если показать, что мы умеем что-то еще, это может помочь нам остаться.
Я не слишком в это верю, но отчаяние толкает на безумства.
– Сделаем то, что должны, – соглашаюсь я. – Нам не привыкать, всегда как-то выкручивались.
Она улыбается, быстро обнимает меня и убегает в раздевалку. Я уже собираюсь последовать за ней, когда глубокий, бархатистый голос заставляет меня замереть в коридоре офисной зоны. Голос знакомый… слишком знакомый. Сердце пропускает удар, когда я медленно возвращаюсь к двери, ведущей из служебного помещения в зал. Я заглядываю в щель приоткрытой двери. Ощущение такое, будто меня ударили под дых.
Там стоит он – гребаный Дэкстон.
Такой же яркий и настоящий, как в ту ночь на балконе; его присутствие заполняет собой все пространство даже на расстоянии. Он беседует с Роджером, выглядя как человек, привыкший решать деловые вопросы. По крайней мере, теперь я знаю, что он не тот труп из поместья. Они обмениваются рукопожатием, и меня прошибает шок от осознания реальности: Дэкстон только что купил бар «Cactus Canyon».
Твою мать, твою мать, твою мать. Он бросил меня на том маскараде, придумав какой-то нелепый предлог, а теперь он мой новый босс. В животе все скручивается в узлы. Просто чудесно. Спасибо тебе, вселенная.
– О господи, так это он? – выпаливает Джесси достаточно громко, чтобы все в раздевалке обернулись на нас.
– Тсс, не здесь, – шепчу я, съеживаясь от ее слов, пока щеки заливает пунцовая краска.
Схватив ее за руку, я утаскиваю ее из раздевалки и запираю нас в кладовке – здесь царит тишина, отсекающая все внешние звуки. Я щелкаю выключателем, и Джесси расплывается в улыбке до ушей.
– Подруга, так это тот самый парень, который ласкал тебя на балконе, а потом сиганул вниз, чтобы от тебя сбежать?
– Блин, когда ты так говоришь, я чувствую себя каким-то болотным чудищем.
Мне и без того паршиво от всей этой ситуации. Но Джесси меня не слушает.
– Это все неважно, – настойчиво говорит она, и ее глаза загораются предвкушением какой-то авантюры. – Это же наш выход. У нас назначено собеседование с новым боссом.
– Нет, – отрезаю я. Сама идея кажется мне в корне неправильной.
– Да послушай ты, – настаивает Джесси, придвигаясь ближе. – Если мы хотим сохранить работу, может, стоит перед ним подлизаться, быть паиньками и делать все, что он попросит.
Она многозначительно играет бровями.
– Фу, я не собираюсь торговать собой, – отвечаю я, чувствуя отвращение к этой мысли.
Джесси смотрит на меня как на умалишенную.
– Никто и не говорит о торговле… ты просто предложишь это бесплатно.
Она заходится хохотом.
– О боже, Аме, видела бы ты свое лицо!
Она буквально воет от смеха. Я тяжело дышу, меня потряхивает от мысли о новом начальнике.
– Не смешно, – выдавливаю я, но она уже обнимает меня.
– Прости, не удержалась. Ты же только о нем и трынделa последние три месяца.
– Ничего подобного… – протестую я, хотя в глубине души знаю, что она права.
Она отстраняется и вскидывает брови.
– Но серьезно, это твой шанс. Может, получится его окрутить, выяснить, почему он так странно себя вел, и кто знает… наконец-то завести парня, который не будет полным неудачником.
Я вздыхаю, вспоминая своего бывшего, Райкера.
– Да уж, он был чемпионом среди неудачников. До сих пор оставляет мне сообщения на автоответчике, ноет, чтобы я вернулась.
– Гм, тебе пора выписать судебный запрет, – советует Джесс. – Чтобы он не начал за тобой следить.
Эта мысль меня пугает.
– В общем, просто не болтай никому, умоляю, – прошу я. – У меня и так паранойя из-за встречи с Дэкстоном. Может, притворюсь, что вообще его не помню? Да, вдруг сработает.
Джесси одаряет меня тем самым взглядом, который означает, что я слишком много накручиваю.
– Не надо, – говорю я, заметив ее выражение лица. – Я и сама знаю, но меня реально трясет.
– Да брось. – Она берет меня за руку. – Пойдем съедим по бургеру. Я умираю с голоду, там все и обсудим, идет?
– Ты лучшая, – отвечаю я, чувствуя, что мне стало немного легче.
Хотя внутри у меня все еще паника. Проблема в том, что, как бы я ни пыталась это отрицать, Дэкстон зацепил меня. Он мне нравится. Или, по крайней мере, нравился. А вдруг окажется, что он действительно просто хотел от меня избавиться… смогу ли я работать на него, зная, что он меня отверг?
ГЛАВА ВТОРАЯ
ДЭКСТОН
Глядя через стол, я встречаюсь взглядом с блондинкой, которая ухмыляется мне слишком широко и слишком настойчиво. Это был чертовски длинный день – бесконечная череда собеседований с персоналом бара «Cactus Canyon» с того самого момента, как я перекупил это заведение. Я хотел, чтобы передача дел под мой контроль прошла мгновенно.
Мое терпение на нуле, когда я нацелен на что-то… или на кого-то. Так что какая-то случайная девица, флиртующая со мной, – это последнее, что мне сейчас нужно. С самого приезда я заперт в этом адском кабинете, насквозь пропитанном запахом сигарет, с декором из темного дерева, который выглядит как декорация к устаревшему фильму про гангстеров. Я приоткрыл окно, впуская прохладный ночной бриз, но это приносит мало облегчения. Я полностью отремонтирую это место и поставлю управляющего, который будет заниматься повседневными делами бара.
Я купил эту дыру только из-за Амелии. Выследив ее неделю назад, я понимал, что она будет в ярости из-за того, что я ее бросил. В ту ночь на маскараде я был на задании… задании, которое должно было стать моим последним перед уходом «на пенсию». Но все чертовски осложнилось, и мне пришлось залечь на дно, пока я не выследил новую проблему и не довел дело до конца.
Но теперь я свободен – я планировал это слишком долго. Покупка бара – не самый типичный ход, но иногда совершаешь безумства ради женщины, которая не выходит у тебя из головы.
Блондинка передо мной прочищает горло, возвращая меня в реальность.
– Спасибо за уделенное время, – начинаю я. – Можете возвращаться к работе.
Она нарочито медленно встает, явно пытаясь привлечь мое внимание к своей груди через глубокий вырез расстегнутой рубашки. Если бы я не был ее боссом, мое терпение лопнуло бы в ту же секунду. Наконец она доходит до двери и замирает, оглядываясь, будто хочет сказать что-то еще. Я не в настроении слушать о том, в каких стриптиз-клубах она танцевала и как могла бы применить свои таланты здесь.
– Керри, пожалуйста, скажи Амелии, что она следующая, – бросаю я, отпуская ее и опуская взгляд в телефон на столе.
Одно упоминание ее имени заставляет нутро пульсировать от нужды. Я прождал свою маленькую голубку весь вечер. Вызвал ее сразу после начала смены, но она так и не явилась. Уже поздно, а ее все нет. Я не хочу выглядеть навязчивым, мне нужно сохранять профессионализм, пока я не заставлю ее понять, почему мне пришлось сбежать.
Хотя, если честно, все, чего я хочу – это сгрести ее в охапку. Но я не могу сделать это прямо на ее рабочем месте, когда все вокруг следят за мной, своим новым боссом, как коршуны. Нужно действовать осторожно, чтобы не спугнуть Амелию… если я уже этого не сделал.
Я продолжаю пялиться на эту чертову дверь, чувствуя, как внутри закипают раздражение и предвкушение. К черту все. Мне осточертело соблюдать приличия, особенно когда ясно, что Амелия меня избегает. Я не собираюсь ждать больше ни секунды.
Я вскакиваю на ноги, делаю два шага, и в этот момент в дверь стучат. Сердце мощно бухает в груди. Это она? Я внезапно потею, улыбаюсь и, черт возьми, волнуюсь.
– Войдите, – отвечаю я.
Дверь открывается, и та самая блондинка просовывает голову в кабинет. Внутренний стон вырывается у меня наружу.
– Что такое, Керри?
– Извините, босс, но Амелия уже ушла домой, – говорит она.
Эти слова бьют под дых. Внутри все скручивается от гнева и вины одновременно. Я потратил весь гребаный день, и ради чего?
– Ладно, ясно, – рявкаю я, отворачиваясь.
Дверь закрывается, и как только она уходит, я ныряю в картотеку компании в шкафу за столом. Пальцы быстро перебирают бумаги в поисках домашнего адреса и номера Амелии. Я не гнушаюсь шпионажем, когда мне что-то нужно. Разговор с ней во внерабочее время кажется единственным оставшимся вариантом.
Заполучив данные, я хватаю ключи и телефон и решительно выхожу из кабинета. Заглянув в зал, я уведомляю менеджера, что ухожу на сегодня, и велю запереться после закрытия. Выхожу через главный вход, прямо у которого припарковал свой «Мустанг».
Как только я оказываюсь снаружи, в меня вдаряет прохладный ветер, подхватывая мусор и кружа его по тускло освещенному проезду. Перед входом всего пара мест, и все они заняты, а по главной улице изредка проносятся машины. Эта часть города злачная: для бара – отличное место, но для Амелии – не самое безопасное.
Не раздумывая, я прыгаю в машину и вбиваю ее адрес в навигатор. Сдаю назад и жму на газ. Мне не терпится поговорить с ней.
Пока я лечу сквозь город, в голове по кругу прокручивается момент нашей сегодняшней встречи в баре. Это сводит меня с ума. Вот я выхожу из кабинета, а она стоит в нескольких футах, застыв, как олень в свете фар. Моя маленькая голубка. Она еще прекраснее, чем я помнил, и при виде нее мое сердце на мгновение перестает биться. Руки покалывает от желания снова ее коснуться. Последние три месяца я чертовски хотел связаться с ней, но опасные обстоятельства делали это невозможным. И я уж точно не собирался втягивать ее в свои проблемы и подвергать ее жизнь риску.
– Маленькая голубка, – сказал я тогда, слова сами сорвались с губ.
Вместо ответа она отпрянула, будто я ее ударил, и бросилась в зал. Ее уход в клочья разрывает мне сердце. Я хотел броситься за ней и все объяснить, но остановил себя. И что дальше? Устроить сцену на глазах у ее коллег? Это не в моем стиле. К тому же я никогда не был из тех, кто выставляет эмоции или личную жизнь напоказ. Но Амелия… она взвинтила меня до предела, я чертовски отчаялся.
То, что она сбежала от меня, ранит как адская боль. Проглотив гордость и обиду, я вернулся в кабинет, убеждая себя, что нельзя на нее давить, что нужно дать ей пространство.
Отогнав воспоминание, я фокусируюсь на дороге, сжимая руль так, что костяшки пальцев белеют от напряжения. Я усмехаюсь сам над собой.
– Ну да, конечно, – бормочу я.
Так я и «оставил ее в покое». Еду к ее дому посреди ночи как сумасшедший. Одержимый желанием поговорить с ней и не дать ей снова сбежать, я прибавляю скорость.
