Текст книги "Ледяная принцесса для мажора, Дилогия (СИ)"

Автор книги: Кейт Хартли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Кейт Хартли
Ледяная принцесса для мажора
(дилогия)

ЧАСТЬ I

ГЛАВА 1. СТОЛКНОВЕНИЕ

Элара

– Ты… Знаешь, кто я? – Хриплый голос звучит обволакивающе. Темные глаза смотрят изучающе. Будто я – редкий, неизвестный артефакт.

– Человек, который не умеет читать? – Насмешливо поднимаю бровь и киваю на табличку: “Запретная секция. Доступ только по персональному разрешению”.

За спиной нахала – сдавленный смех его свиты. А сам он смотрит на меня так, словно я только что сделала что-то невероятно интересное. Глаза сужаются, улыбка становится хищной. Опасной.

– Ледяная принцесса, – роняет он, впиваясь в меня взглядом. И я рискую утонуть в его глазах. Цвета штормового моря, с золотыми искрами. – Как твое имя? Настоящее.

– Можете звать меня той, кто следит за правилами. И, пожалуйста, соблюдайте их. – Чеканю я и хмурюсь.

Что-то вспыхивает в глазах этого нахала. Азарт. Он делает шаг к полке с запретными гримуарами. Я делаю шаг ему наперерез.

– Не заставляйте меня вызывать охрану, мистер Аркрейн.

– Значит, ты все-таки знаешь, кто я, – он смеется. Смех низкий, бархатный.

И снова тянется к полке. Стремительно и небрежно. Будто мое присутствие здесь ничего не значит. Я хватаю его за запястье. Мой дар вспыхивает, и меня накрывает ощущениями. Я практически чувствую магию в его крови. Огонь и тьма.

Он – единственный, у кого в академии переплетены две силы. Живая и яркая – огонь, и мертвая и опасная – тьма. В академии Арканум много знатных адептов – наследников богатых семей, в чьих руках находится половина империи.

Но даже среди них Деймон Аркрейн – особенный. Его семья из приближенных к императору. Треть золота в императорской казне принадлежит им. Аркрейны вершат судьбы сильных и слабых этого мира. Таких, как я.

Я тоже в каком-то роде особенная. Только нахожусь с другой стороны пищевой цепочки. Я – единственная, кто учится в академии на стипендии. И я прилагаю все усилия, чтобы не облажаться. И поэтому никому не позволю разрушить порядок, который создала в библиотеке – в моей вотчине. Даже Аркрейну.

Я моргаю, и в меня врезаются отголоски чужих чувств. Опьянение, безумие, азарт. Из-под рукава Аркрейна видна татуировка – незнакомые руны. Кажется, он сделал ее не совсем трезвым.

Я отпускаю его руку, словно обожглась. Морщусь.

– Простите, – смотрю на него с ухмылкой. – Я не хотела. Испачкаться.

Демонстративно вытираю пальцы о край юбки.

Тишина в библиотеке становится звенящей.

Я отвожу глаза, когда взгляд Аркрайна становится невыносимым. Он давит на меня. Тени у его ног уплотняются, тянутся ко мне. Деймон ленивым жестом заставляет их вернуться на место. Будто отзывает верных псов. Но я вижу, что он в ярости. Чувствую это кожей – температура вокруг меня выросла на десяток градусов.

Он возвышается надо мной, и мне начинает казаться, что мы здесь одни. Без его свиты. Без засидевшихся адептов за дальними столами. Только я и он. Деймон Аркрейн.

Длинные темные волосы небрежно собраны на затылке, несколько прядей падают на лицо. Точеные черты – холодные, словно мрамор. Глаза цвета штормового моря – серые с зелеными искрами, безразлично изучающие мир, который безоговорочно принадлежит ему. Улыбка человека, который никогда не слышал слова «нет».

Мы никогда не встречались лично. Но я сразу узнаю́ его. А он – знает мое прозвище. И от этого мои ладони вместо привычного холода покрываются влагой. А сердце замирает где-то в горле.

То, что он знает меня – мне не льстит. Это пугает. Аркрайн опасен. И я не так умна, как считала, раз вступила с ним в открытую конфронтацию. Но я не предам свои принципы. Даже из-за него.

Наконец, он отпускает меня из плена своих глаз. Ухмыляется, словно решил что-то для себя. А потом разворачивается и уходит вместе со своей свитой.

И только когда за ними закрывается дверь, я вспоминаю, как дышать.

ГЛАВА 2. ПАРИ

Деймон

Я наблюдаю за огнем камина, который отбрасывает тени на стенах комнаты. Все мысли заняты… Этой девчонкой.

– Дейн, ты вообще слушаешь?

Марк устраивается рядом. Рон плюхается на диван напротив, расплескивая виски. Ухмыляется так, что мне хочется стереть эту ухмылку с его лица.

– Нет, – честно отвечаю я. – О чем вы?

– О том, что Ледяная Принцесса тебя отшила, – Рон поднимает бокал в насмешливом тосте. – За исторический момент. Великий Деймон Аркрейн получил отказ от библиотечной мышки.

Я делаю глоток вина. Терпкое. Дорогое. И абсолютно безвкусное. Как почти все в последнее время.

– Заткнись, – роняю я.

– Да ладно тебе, Дейн, – Рон продолжает веселиться.– Это было... Боги, Дейн, это было великолепно. Я чуть не умер.

– Умрешь, если не заткнешься, – я смотрю на него поверх бокала. Тени в углу комнаты шевелятся – магия откликается на мое раздражение.

Рон тут же сдается. Зато теперь говорит Марк.

– Признай, она тебя зацепила. Ты весь вечер молчишь. Это ненормально.

Молчу? Пожалуй.

Я действительно не могу перестать думать о ней. О том, как она стояла передо мной – маленькая, дерзкая, с таким взглядом, будто она и правда принцесса. А не нищая стипендиатка. О презрительно сощуренных глазах, холодных, как и ее магия.

– Ледяная принцесса, – я прокатываю ее имя на языке. Чувствую, как у вина начинает появляться вкус. – Что вы о ней знаете?

Марк и Рон переглядываются.

– Серьезно? – Рон поднимает бровь. – Реально зацепила?

Зацепила? Да не особо. Такие обычно не привлекают внимание. Светлые волосы собраны в тугой пучок. Форма – старая, не по размеру. Разве что глаза – два ледяных озера холодного равнодушия…

– Я жду.

Пауза. Они знают этот тон. Знают, что лучше ответить.

– Элара Вейн. Четвертый курс, – начинает Марк. – Элементальная магия, стихия – лед. Единственная стипендиатка в академии. Работает в библиотеке после занятий и до полуночи. Иногда делает чужую домашку за деньги.

Нищая. Она и правда нищая.

– Семья? – Я поворачиваю в пальцах бокал. Смотрю, как отблески огня оживляют тягучие багровые капли.

– Сирота, – Рон пожимает плечами. – Родители умерли несколько лет назад

Сирота. Стипендиатка. Работает до полуночи, чтобы выжить в лучшей академии империи.

И при этом смотрит на меня так, будто я – грязь под ее ногами.

Интересно.

– Личная жизнь? – спрашиваю я. – Интрижки? Грязные подробности?

– Ничего, – Марк качает головой. – За три месяца – абсолютно ничего.

– Всем, кто пытался подкатить, – добавляет Рон. – Она отказала.

– А одному так вообще... – Марк морщится. – Попытался надавить. Вроде бы зажал в углу и сунул руку ей между ног. А потом три дня ходил к целителям. Лечил глубокое обморожение.

Я усмехаюсь. Лед. Ледяная Принцесса. Не простая девочка.

– Три месяца, – повторяю я медленно. Улыбаюсь своим мыслям. – Ни одного романа. Ни одной интрижки.

– Наверное, еще и целка? – Скалится Рон, а Марк снова морщится. Чистоплюй.

– Возможно. – Он толкает меня в плечо. – Поэтому забудь. Она не из тех, кого можно...

– Месяц.

Слово падает между нами и растворяется в моих тенях.

– Что? – Марк моргает.

Я ставлю бокал на стол. Поднимаю взгляд на друзей.

– Она будет моей через месяц.

Тишина. Потом Рон начинает хохотать. Ржет так, что едва не падает с дивана. Марк давится виски.

– Ты псих, – выдавливает Рон сквозь смех..

– Не сможешь, – Марк уверенно качает головой. – Она не встречается ни с кем. Вообще, ни с кем. Ты видел, как она на тебя посмотрела?

– Так даже интереснее.

– Дейн...

– Ты не сможешь, – выпаливают друзья одновременно.

– Спорим?

Они знают меня достаточно хорошо, чтобы понимать – я не шучу.

– На что? – осторожно спрашивает Рон.

Я откидываюсь на спинку дивана. Тени в углах комнаты танцуют, откликаясь на мою магию. Огонь в камине вспыхивает ярче – он тоже принадлежит мне.

Две силы. Живая и мертвая. Свет и тьма.

И бесконечная, выжигающая внутренности скука.

– Если я проиграю, – говорю я медленно, – вы получите ключи от Нортвинда.

Тишина становится оглушающей.

– Ты ебнулся, – выдыхает Марк.

Я щурюсь, глядя в камин. Ставка высока. Нортвинд – поместье в северном регионе империи. Удаленное от людей, идеальное место, чтобы забыть обо всем.

Единственное, что принадлежит лично мне, а не моей семье. Единственное, что я заработал собственным умом – удачными вложениями, рискованными сделками, решениями, которые заставляли отца скрипеть зубами от злости.

Единственное, чем я дорожу.

– Дейн. – С лица Рона исчезает ухмылка. Он смотрит так, будто я сошел с ума. – Это безумие.

– Это моя ставка, – я улыбаюсь. – А теперь ваша очередь. Если я выиграю – ваши семьи окажут мне услугу. Не Аркрейнам. Мне лично.

Марк бледнеет. Еще бы – его отец – глава юридической гильдии. Семья Рона – Хранители Тайн. Таких людей просто так не беспокоят.

– Одна услуга, – повторяю я. – На мой выбор.

Они переглядываются. Молчат.

Я жду.

– Ты так уверен в своей победе? – наконец спрашивает Марк. – Элара Вейн? За месяц?

– Она будет моей, – просто отвечаю я. Как будто это само собой разумеющееся. Хотя так оно и есть.

– Зачем она тебе? – Рон наклоняется вперед, глядя на меня с нездоровым любопытством. – Вокруг полно девиц красивее. Доступнее.

В этом все и дело. Доступные мне больше не интересны.

А эта – дерзкая. Наглая. До глупости смелая.

Я снова вспоминаю ее взгляд и улыбаюсь в предвкушении.

Ледяная принцесса будет моей. Я растоплю ее лед. Заставлю плавиться в моих руках. Стонать и извиваться подо мной. Как всех остальных. И забуду, как всех остальных. Когда достаточно наиграюсь.

– Я так хочу, – отвечаю вслух. – Ну так что? По рукам?

– По рукам, – говорит Рон.

Марк кивает.

Мы скрепляем пари рукопожатием и заклинанием нерушимости.

Когда они уходят, я остаюсь один. И сразу начинаю действовать. До следующего вечера

ГЛАВА 2.2

Деймон

Я прихожу в библиотеку за несколько минут до начала ее смены. Отхожу в тень между стеллажами. Наблюдаю.

Букет из двадцати одной снежной розы уже на ее рабочем столе. Шикарный, дорогой, идеальный. Такие невозможно просто купить, даже если у тебя хватит денег. Среди цветов записка с извинениями. Лживая до последнего слова.

Слова, которые еще никто от меня не слышал. Слова, которые для меня ничего не значат.

Элара входит в библиотеку. Светлые волосы, как и вчера, собраны в дурацкий пучок. Ни грамма косметики на лице. Я невольно усмехаюсь. Какая из нее принцесса? Серая мышь. Она замирает, увидев цветы. Подходит медленно, осторожно – словно боится.

Первым делом находит записку и разворачивает ее.

Я наблюдаю, как она читает. Как хмурится. Как губы сжимаются в тонкую линию.

А потом расплываются в ухмылке. Холодной. Острой. Беспощадной.

Она оглядывает зал библиотеки. Машет первому попавшемуся первокурснику с бытового факультета.

– Простите, – ее голос звенит в тишине. – Вы не могли бы убрать это отсюда?

Первокурсник непонимающе хлопает глазами и Элара поясняет:

– Цветы, – она кивает на букет. – У меня аллергия.

– На... на розы?

Элара улыбается. Ледяная улыбка, от которой воздух холодеет на пару градусов.

– На ложь.

– Куда их убрать? – Парнишка явно робеет. Наверняка, хотя бы примерно представляет, сколько стоит подобная роскошь. Зато Элара равнодушно пожимает плечами.

– Выбрось. Или подари своей девушке, если хочешь.

Первокурсник хватает букет и убегает, а Элара садится за стол и начинает разбирать каталог.

Я стою в тени, глядя на нее. Чувствую, как дергается уголок губ. Но я улыбаюсь.

Кого-то другого это разозлило бы. Но не меня. Мой интерес только разгорается.

* * *

Я никогда не хожу на лекции по истории магии. Они слишком скучны. Все значимые события я могу перечислить в любой последовательности. А весь материал я изучил еще два года назад. Без помощи старого зануды, от голоса которого тянет в сон.

Но сегодня я здесь. Занял идеальное место, чтобы видеть ее реакцию.

Элара сидит в среднем ряду. Сосредоточенно слушает магистра Моррисона. Ну естественно. Ей нужно стараться, чтобы отрабатывать свою стипендию. И она выкладывается на все сто. Делает записи, хмурится, если кто-то начинает шептаться слишком громко.

Колокол извещает о перерыве. Магистр первым выходит из аудитории. Элара поднимается, но к ней уже спешит мальчишка-посыльный с бархатной коробочкой в руке.

Я откидываюсь на спинку стула и наблюдаю.

Мальчишка останавливается у стола Элары. Кладет коробочку перед ней. Что-то шепчет – наверняка «от анонимного поклонника», как я и велел – и исчезает.

Элара смотрит на коробочку так, будто она ядовитая. Медленно, аккуратно открывает крышку.

Ее соседки по парте ахают. Еще бы. Браслет из редкого розового золота. Синие сапфиры поражают размером. Работа лучших ювелиров восточной провинции. Все в этом зале понимают, сколько он стоит. Годовая стипендия Элары Вейн. А может, и больше.

Девушки вокруг тянутся посмотреть. Кто-то завистливо вздыхает. Кто-то шепчет: «Это же целое состояние».

А Элара...

Элара захлопывает коробку. Резко поворачивается и находит меня глазами. Наши взгляды встречаются.

Я улыбаюсь. Насмешливо. Уверенно. Так, как улыбался сотне девушек до нее – и каждая таяла.

Библиотечная мышка прищуривается, сжимает в руках мой подарок. Ее каблучки стучат по каменному полу. Весь поток смотрит на нее. На меня. На то, как стремительно сокращается пространство между нами.

Она останавливается у моего стола. Протягивает коробочку мне.

– Спасибо, – голос ровный, холодный, как ее проклятая магия. – Но не могу принять.

Я не беру.

– Почему?

Пауза. Ее глаза – светло-серые, почти прозрачные – впиваются в мои.

– Потому что я не продаюсь.

Тишина.

Кто-то на задних рядах давится воздухом. Кто-то роняет перо.

Я чувствую, как огонь поднимается по венам. Как тени в углах аудитории начинают шевелиться, откликаясь на мою ярость. Но пока еще держу лицо. Продолжаю улыбаться. Мягко. Открыто.

– Это подарок, – говорю я мягко.

– Благодарю.

Кладет коробочку на край моего стола. Разворачивается и уходит.

Сто пар глаз смотрят на меня. Ждут реакции. Ждут, что я сделаю.

Я пожимаю плечами.

Ленивым, небрежным жестом смахиваю коробочку со стола. Она падает на пол с глухим стуком. Крышка открывается, браслет выкатывается на камень – розовое золото и синие сапфиры, целое состояние под ногами.

– Всего лишь хотел сделать тебе приятное, – мой голос звучит равнодушно. Скучающе. Так, будто это ничего не значит.

Элара оборачивается. Одаривает меня ледяной, презрительной улыбкой.

– Мне неприятно.

Возвращается на место и садится. Прямая, как струна. Холодная и недоступная.

Я сжимаю зубы.

– Дейн! – шепчет Марк, пиная меня ногой под столом.

Я слежу за его взглядом и вижу, как мои уже хищно дергаются в сторону девчонки. Одергиваю их и пропускаю мимо ушей ехидный смешок Рона.

* * *

Проходит неделя. Семь дней. Семь отказов.

Редкие книги – первые издания трактатов, за которыми охотятся коллекционеры всего континента. Я знаю, что она любит читать. Успел выяснить.

Она возвращает их с посыльным. Без записки. Без объяснений.

Платье – сшитое точно по ее меркам в лучшем ателье столицы. Шелк, кружево ручной работы. Цвет, который идеально подошел бы к ее глазам, к ее коже, к ее холодной, сдержанной красоте.

Она даже не распаковала его.

Приглашение на закрытый бал в поместье герцога Вэлмора – событие, на которое мечтает попасть половина знати империи. Я обычно не пользуюсь своим именем для подобных глупостей. Но достал его специально для нее.

Она разорвала конверт у меня на глазах. Молча бросила клочки бумаги на пол и вернулась к работе. Я сжег обрывки в воздухе. Не заметив, что использовал магию.

Огонь и тень. Магия бушует в венах, и с каждым днем сдерживать раздражение становится все труднее.

Мои бесплодные попытки становятся заметны. И Арканум наполняется слухами.

Вся проклятая академия развлекается, наблюдая, как наследник империи Аркрейнов терпит поражение за поражением.

Теперь на кону не ночь с Ледяной принцессой. На кону – моя гордость. Моя репутация.

* * *

– Может, хватит? – Марк избегает смотреть мне в глаза. – Ты еще можешь отступиться. Рон тоже поймет.

–Нет.

– Дейн...

– Я сказал – нет.

Тени в углах вздрагивают. Огонь в камине взвивается до потолка, и Марк дергается.

– Еще три недели, – говорю я. – Подарки не работают. Значит, нужен другой подход.

– Какой? – В голосе Марка звучит скепсис.

Я улыбаюсь. Мне наконец-то не скучно. Ледяная принцесса оказалась твердой, как ее стихия. Но тем слаще будет победа. Тем жарче будет наша первая ночь с ней.

А я не сомневаюсь, что она будет. Одна из многих. Эту девчонку я отработаю по полной. Она ответит за каждый возвращенный подарок. За каждый потраченный на нее золотой.

– Она презирает богатство. Презирает власть. Презирает все, что я ей предлагаю.

– И?

– Значит, нужно предложить ей нечто иное.

Марк хмурится:

– Что именно?

Я не отвечаю.

Потому что сам еще не знаю.

Но я выясню. Найду ее слабость. Найду трещину в этой ледяной броне.

И сломаю ее броню. А потом и ее саму.

ГЛАВА 3. ТРЕЩИНЫ В БРОНЕ

Элара

Я храню все его записки. Моя личная коллекция лживых писем.

Когда я увидела цветы, я на секунду решила, что он правда решил извиниться. Будто я не знала, каков Аркрейн на самом деле. Розы были прекрасны. Подстать моей стихии – редкие, волшебные.

Записка – полная раскаяния: “В качестве извинения за мою ошибку. Начнем все сначала? Д.А.”

Любая другая поверила бы. Но не я.

Мне было достаточно коснуться бумаги с изящным, размашистым почерком, чтобы распознать ложь. Дар выдает мне истинные намерения Аркрейна.

Азарт. Предвкушение. Холодный расчет.

Если бы Деймон был в тот момент в библиотеке, я бы выбросила букет сама. Прямо у него на глазах. Я ненавижу ложь.

И не собираюсь становиться очередной игрушкой скучающего мажора.

Карточка в коробочке с браслетом выдала непререкаемую уверенность Аркрейна в своей победе. Я вернула браслет.

Жаль не видела его лица, пока он прожигал взглядом мою спину.

Третья, четвертая, пятая...

Каждая записка полна лжи. Каждая следующая раскрывает его нетерпение.

Но он так и не понял – я не продаюсь. Ни за деньги. Ни за сладкую ложь.

Представляю его лицо, если бы он знал о моем даре. Мстительно улыбаюсь. Немного жаль, что он никогда не узнает, почему провалились все его попытки.

Я никому не раскрываю свой дар.

И тем более не откроюсь Деймону Аркрейну.

* * *

Обычный вечер.

Библиотека почти пуста. Последние посетители разошлись час назад. Я сижу за стойкой, разбирая формуляры возврата. Рутинная работа успокаивает.

Слышу как открываются двери.

Не поднимаю головы. Итак знаю, кто это. Чувствую кожей.

Температура повышается. Шаги все ближе. Уверенные, тяжелые.

Жду подарка. Новой лживой записки. Очередной попытки купить меня.

Тишина.

Поднимаю взгляд.

Деймон Аркрейн стоит у стеллажа с редкой художественной литературой.

Берет книгу с полки и идет к столу у окна. Садится и начинает читать. Не глядя на меня.

Я моргаю. Что?

Проходит минута моего изумления. Две. Пять.

Аркрейн будто не знает, что я здесь. Не бросает на меня многозначительных взглядов. Не пытается завязать разговор. Просто читает.

Я возвращаюсь к формулярам. И не понимаю, почему пальцы дрожат. Это нелепо. Он просто читает книгу. Имеет полное право на это. Библиотека для этого и нужна.

Но это неправильно!

Деймон Аркрейн ни разу не появлялся в библиотеке до того дня. Дня нашей первой встречи. Я встречала его имя в картотеке, но он всегда брал и возвращал книги через посыльного.

Он не читает книг в библиотеке. Он не сидит здесь, как обычный адепт, склонившись над заданием. Он не...

Он переворачивает страницу.

Я заставляю себя отвернуться. Вернуться к работе. Игнорировать его.

Но получается плохо.

Каждые несколько минут я отрываюсь от картотеки и поднимаю взгляд.

Он продолжает читать. Тени в углах библиотеки сгущаются. Его магия? Или мне кажется?

Час. Два.

Скоро кончится моя смена. Библиотека работает до полуночи.

Он все еще читает.

Без четверти полночь.

Я начинаю расставлять разобранные каталоги. Библиотека закрывается через пятнадцать минут.

Слышу шорох страниц. За ним – стук закрывающейся книги. И вижу его взгляд.

Аркрейн подходит к стойке и кладет книгу передо мной.

– Неплохое чтиво, – говорит он. Голос низкий, но без обычного напускного бархата. Будто проще. Честнее. – Финал предсказуем, но видно, что автор старался.

– Ты... прочитал? – вырывается у меня против воли.

Его брови приподнимаются. Он усмехается.

– Думала, я не умею читать?

– Думала, ты не любишь книги без картинок.

– А как тебе? – Он смотрит на меня с легкой улыбкой. Не той, что я видела прежде – нахальной, самоуверенной. На этот раз она мягкая. Искренняя. Фальшивая как его записки? – Читала?

– Я... – начинаю и обрываю себя.

Не собираюсь говорить ему, что это одна из моих любимых книг. И да. Я тоже считаю, что финал вышел слабоватым.

– Возможно, ты не до конца понял финал, – говорю с трудом подбирая слова. – Автор философ. А это не всем дается.

Тишина.

Он смотрит на меня – долго, пристально. Без насмешки. Без снисхождения.

– Возможно, – говорит он наконец. – Доброй ночи, Элара.

И он уходит.

Я касаюсь обложки книги, которую он читал. Мой дар оживает, и я готовлюсь к новой лжи. Но ошибаюсь.

Ощущаю искренний, неподдельный интерес.

Никакого расчета. Никакой стратегии. Никакой лжи.

Он читал эту книгу – и ему действительно было интересно.

Я отдергиваю руку, словно обожглась. Что происходит?

* * *

Следующий вечер.

Дождь хлещет по окнам библиотеки. Ледяной, беспощадный.

Я промокла до нитки. Старший библиотекарь отправил меня за редким гербарием в другое крыло академии – через двор, под открытым небом. Я забыла плащ, и пока бежала, промокла насквозь.

Форма липнет к телу. Волосы пришлось распустить, чтобы просохли. Зубы стучат, но я не могу отлучиться, чтобы переодеться. Моя смена уже началась.

Моя магия – лед. Я должна быть устойчива к холоду.

Но откат от утренних занятий высосал меня досуха. Я потратила слишком много силы на практикуме, и теперь каждый порыв ветра пробирает до костей.

Сажусь за стойку. Обхватываю себя руками – пытаюсь согреться.

Двери открываются. И я сначала чувствую тепло, которое он приносит с собой. И только потом вижу его.

В руках Аркрейна две чашки. Пар поднимается над ними, рисуя узоры в воздухе.

Я сглатываю слюну. Кофе. Ароматный, горячий кофе в промозглый вечер. То, чего мне так хочется сейчас.

Деймон подходит к стойке. Ставит одну чашку передо мной.

– Мир?

Смотрит прямо. Без насмешки, без надменности.

Я поджимаю губы. Очередная попытка меня подкупить?

Но руки сами тянутся к чашке. Тепло приятно обжигает ладони. Блаженное, спасительное тепло. Я пытаюсь скрыть улыбку, но у меня не выходит. И я отвожу взгляд.

– Не мир, – отвечаю я, не глядя на него. – Перемирие.

Слышу, как он хмыкает и уходит. Украдкой слежу взглядом – Деймон садится за стол у окна. Туда, где сидел вчера. Вторую чашку забирает с собой. Раскрывает новую книгу и погружается в чтение.

Я сижу за стойкой, грея руки о чашку кофе от Деймона Аркрейна. И впервые не знаю, что думать.

Первый глоток обжигает язык. Кофе – идеальный. Крепкий, горьковатый, с ноткой корицы.

Откуда он знает, что я люблю корицу? Или просто угадал?

Не хочу знать. Не хочу думать об этом.