332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Кэтти Киллен » Остров желаний » Текст книги (страница 3)
Остров желаний
  • Текст добавлен: 4 октября 2016, 23:27

Текст книги "Остров желаний"


Автор книги: Кэтти Киллен






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

– Ох, кого теперь интересуют деньги!– выпалила Лаура, но взглянув на Митча Райана, осеклась. Наступил час расплаты.– Митч,– прошептала она, чувствуя, как бледнеет.– О Боже!

Но он уже снова улыбался и, подняв бокал в молчаливом тосте, снова посмотрел на нее. Все надежды рухнули.

– Что касается меня, мои дорогие, то я считаю, чем скорее, тем лучше.– Когда Митч снова повернулся к ней, в его взгляде уже не было ни доброты, ни сострадания. Она сунула нос куда не следовало, и теперь должна расплачиваться.– Послезавтра. Всех устраивает?

6

Вечер выдался тихим и спокойным, что никак не соответствовало настроению Лауры. Крепко взяв за руку, Митч Райан привел ее в дальний конец террасы, откуда открывался прекрасный вид в сад. Но он и не думал любоваться красотами южного вечера. Лаура Паркер оказалась в ловушке. Она не могла припомнить, чтобы когда-нибудь в жизни ей было так страшно.

Ее противник стоял перед ней – высокий, темноволосый, красивый, совсем незнакомый ей человек, жаждущий реванша. У Лауры перехватило дыхание.

– Ты с ума сошел,– прошептала она.– Даже не думай, что я за тебя выйду. Нет, ты определенно не в своем уме!

Он не ответил, а только мягко, но властно припал губами к ее рту, говоря этим о своих намерениях куда больше, чем мог бы выразить словами. Лаура стала вырываться, но он был намного сильнее и, схватив одной рукой оба ее запястья, провел другой по ее длинным шелковистым волосам, осторожно их перебирая, потом коснулся затылка, заставляя ее ответить на его страстный продолжительный поцелуй.

Она опять не смогла этому воспротивиться. Казалось, прошла вечность, прежде чем он оторвался от нее. Лаура была настолько потрясена, что не могла ни говорить, ни дышать. Прикрыв рот ладонью, чтобы он не видел, как дрожат ее губы, она отступила к белой каменной балюстраде. Он снова подошел вплотную.

–Хорошо, если нас сейчас видели. Это будет нам на  руку.– Его  насмешливый тон говорил о том, что на него самого этот поцелуй не произвел ровным счетом никакого впечатления.– Харрисон и Бетти на, не говоря уже об Алисе, проявляют к тебе такое любопытство, что кто-нибудь за нами обязательно подглядывает.

Лаура резко вздохнула и подняла руку.

–  Да как ты...

– На твоем месте я не стал бы шуметь,–: он схватил ее за запястье.– По-моему, у тебя и так уже достаточно неприятностей.

–  У меня?!–вскричала   она,   не   веря   своим ушам.– Да ведь это ты во всеуслышание объявил,  что  мы собираемся  пожениться.  И  притом через два  дня.  Как  ты теперь  будешь выкручиваться?

– Прекрати шуметь,– нетерпеливо  приказал он, словно урезонивая ребенка.

–  И не подумаю,– злобно ответила Лаура, растирая запястье. Ей показалось, что он раздумывает, не поцеловать ли ее еще раз.– Я не позволю обращаться со мной как с любовницей.

– Напомнить, кто все это затеял?

–  Я не просила ничего напоминать.

–  Но ведь это ты представилась моей невестой.

– Это совершенно другое,– с трудом выдавила Лаура.

– Что же?

Она отвернулась, злясь и на себя, и на него. Что она может ответить?

– Это была шутка. Я не имела в виду ничего подобного.

– Я  тоже,– через  некоторое  время  ответил Митч.

Лаура резко повернулась к нему.

– Как это понимать? Зачем же ты все это говорил, если на самом деле не собираешься на мне жениться?

– В завещании сказано: чтобы унаследовать всю семейную собственность, я должен жениться до того, как мне исполнится тридцать два года. Но там ни слова не говорится о том, что я должен оставаться женатым.

Обдумав услышанное, Лаура почувствовала некоторое облегчение.

–  Значит, на самом деле ты не собираешься этого делать?

– Не собираюсь ли я оставаться женатым?– он улыбался. Смутившись, Лаура молча отвернулась.– Ну да, возможно.– Митч Райан пожал плечами, давая понять, что это не имеет никакого значения.– Но жениться на тебе я все-таки должен.

Она  рванулась,  но  он схватил  ее  за  руку и вернул на место.

–  Боюсь, что так, дорогая.

–  Неужели ты и вправду заставишь меня это сделать? – продолжала протестовать она.

На его лице появилась злая усмешка.

–  А почему бы и нет?

– Потому.

–  Почему «потому»?

Ее загнали в угол. Она отчаянно пыталась придумать какую-нибудь причину.

–   Я ПОЗВОНЮ В  ПОЛИЦИЮ.

– И что скажешь? Что ворвалась в мой дом. Как мошенница проникла в частные  владения и бог знает зачем? Я думал, ты умнее. – Наконец, она перестала спорить, и наступила тишина. Проведя дрожащей рукой по волосам, она спросила срывающимся голосом:

– Что же ты все-таки хочешь? – Митч Райан вздохнул и отступил.

– Я, кажется, достаточно ясно это выразил. Через два дня мы поженимся. И даже не думай мне перечить. Тебе ведь известно о завещании. Я хочу получить эти деньги. Все, по-моему, очень просто.

Нет, все совсем не просто.

– Подожди минуту, Райан. Ты что и правда думаешь, что я на это соглашусь?

Он спокойно посмотрел на нее.

 – А разве у тебя есть выбор?

– Но это же непорядочно!

– Ничуть не менее, чем пробраться в чужой дом и выдать себя за другого.

– Я никуда не пробиралась и ни за кого себя не выдавала.

–  Как ни странно, но охранник у ворот говорит совершенно другое. К тому же, когда вернули арендованную тобой машину, выяснилось, что у нее разбита фара.– Он улыбнулся.– Попробуй объяснить все это местной полиции со своим знанием французского.

Лаура пристально посмотрела на него, и от злости у нее по щекам потекли слезы. Он здорово ее поймал. И с этим ничего не поделаешь. По крайней мере сейчас выхода она не видела.

– Можешь врать сколько угодно,– наконец едко сказала она, упрямо сжав рот.– Но я все равно на это не пойду.

Митч Райан смотрел понимающе, но голос помреж нему звучал непреклонно:

–  Пойдешь.

Он смотрел на нее как на рабыню, с которой хозяин плантации может делать что угодно. Да как он, в конце концов, смеет!

– Почему? – наконец злобно спросила  она, пытаясь задеть его  своим отказом.– Что будет, если я не соглашусь?– она проговорила это, как могла высокомерно.

Он подался вперед и взял ее за подбородок. Другой рукой обхватил за талию и нежно прижал к себе.

–  Я засажу тебя за решетку,– промурлыкал он.– За проникновение на чужую территорию и за все остальное, что только смогут выдумать мои многочисленные адвокаты. Откажете мне, мисс Паркер,– и вы больше никогда не найдете работы. Уж за этим я прослежу.

Весь вечер Лаура размышляла о словах Митча Райана. Несколько часов спустя, поднявшись к себе в комнату, она так ничего и не придумала. Действительно, какой у нее выбор? Мартиника – небольшая страна, колония Франции. Ни для кого не секрет, что Митч Райан и его семья держат в своих руках значительную часть экономики острова. И если за дело возьмется полиция Мартиники, то можно не сомневаться, кто в результате окажется прав.

К этому еще следовало добавить все сложности международного права. Где ее будут судить: здесь или в Штатах? Станут ли в журнале «Личность» отрицать, что это задание ей  дали они? Сможет ли она когда-нибудь заплатить штраф?

Нет, у нее не было выбора, по крайней мере сейчас. Пока нужно остаться  здесь и притворится невестой Митча Райана.  Может быть, удастся отговорить его подавать на нее в суд, и жениться. Конечно, стоит попробовать найти кого-нибудь, кто согласился бы помочь ему получить наследство. Алиса, например, не скрывает своих чувств к Митчу.

Наконец Лаура забылась в тревожном сне. На рассвете она проснулась от ощущения, что в  комнате кто-то есть. В ногах кровати стоял высокий сильный человек.

– Не шуми,– приказал он. Перед ней предстал Митч Райан, в потертых джинсах и светло-голубой рубашке. Очевидно, проснулся он уже давно. Сколько же времени он здесь?

– Что ты здесь делаешь,– прошипела она. Было странно видеть его в такой одежде.

– Уже почти шесть,– прошептал он, как будто ото что-то проясняло.– Пора ехать.

«Куда ехать?» – подумала Лаура. Сев на кровати, она натянула на плечи простыню и сонно уставилась на него. В раннем утреннем свете его глаза казались еще более голубыми, еще более завораживающими. При взгляде этих глаз женена могла бы растаять... Если бы не...

– Тебе помочь? – нарушил течение ее мыслей язвительный голос.

К Лауре вернулись все вчерашние страхи.

– Что ты здесь делаешь? – повторила она.

Не отвечая, он рылся в шкафу, где было полно одолженной у Беттины одежды. Вечерние и дневные платья, нижнее белье, опять белье. Похоже, он никак не мог найти, что искал.

– Что, она не дала тебе ни одних джинсов?– спросил он, небрежно положив руку на дверцу шкафа.

– Не дала,– ответила Лаура. Ее любопытство разгоралось с каждой секундой. Что же он здесь делает? – Скажи, наконец, что все это значит?

Но он ничего не собирался ей рассказывать.

– Подожди минутку.– Митч выскользнул через балконную дверь на каменную террасу, проходившую вдоль всего этажа.

Через минуту он вернулся, держа в руках потертые, джинсы, светло-голубую тенниску и ботинки из крокодиловой кожи. Он бросил одежду ей на кровать.

– Надень это.

– И не подумаю.– Наконец полностью проснувшись, Лаура разозлилась. Да как он смеет, не постучав, врываться к ней в комнату в шесть утра, хоть Он и хозяин дома?!

Митч покачал головой и отвернулся. Когда он снова посмотрел на нее, его лицо стало каменным.

– Тебе помочь?

Лаура пристально посмотрела на него, по-прежнему прикрываясь простыней.

– Ты не посмеешь!

– Даю тебе пять секунд.

Лаура размышляла, как поступить. Отказываться теперь уже неразумно. Если даже она закричит, вряд ли кто-нибудь придет ей на помощь.

– Тогда уж дай мне пять минут. – Больше никаких вопросов, никаких споров. Захочет он рассказать – хорошо. Нет – и ладно. Пусть он думает, будто она привыкла, что на рассвете в ее спальне появляются странные джентльмены.

Он кивнул.

Проскользнув в ванную, Лаура быстро умылась, оделась, причесалась, и наложила косметику. Куда бы они ни собирались, она должна выглядеть как можно лучше. Выйдя на террасу, она увидела готовившую кофе горничную. Митч быстро приказал ей что-то по-французски. Лаура не поняла ни слова, а горничная сразу же исчезла.

– Садись,– Митч кивнул на ажурный металлический стул.

Все еще несколько раздраженная, Лаура села.

Не говоря ни слова, он налил ей крепкий кофе, положил горячий рогалик и молча наблюдал, как она наливает в кофе сливки. Лаура отвернулась и стала смотреть на ярко-красное солнце, поднимающееся в серо-голубое небо, на зеленые холмы вдали и цветы в саду. «Бывает ли на свете что-либо прекраснее рассвета на этом острове?» – подумала она.

Вдруг, прежде, как никогда Лаура пожалела, что у нее нет фотоаппарата: так захотелось запечатлеть всю эту красоту.

– Кто тебя сюда послал? – вопрос был задан тихо, но очень неожиданно.– Сколько тебе за это заплатили?

«Итак, он снова за старое»,– холодно подумала Лаура, уже имея представление о его гестаповской тактике. Разбудить «заключенную» на рассвете, угостить ее хорошим завтраком и попробовать  мягкостью и вежливым обращением вытянуть то, что вчера не удалось выбить силой.

– О чем ты? – так же мягко ответила она. Но сейчас он не собирался ругаться.

– Вы находитесь здесь уже добрых четырнадцать часов, мисс Паркер. И у вас было достаточно времени, чтобы обдумать мое предложение, вернее, мои предложения.

– Разговор, как я понимаю, идет о женитьбе,– едва не рассмеялась Лаура.

Но он даже не улыбнулся.

– Да. И тебя кто-то нанял, по всей видимости, тот же издатель, что и раньше, когда...

– Тогда это произошло случайно,– не раздумывая, воскликнула Лаура и повернулась к нему.– У дискотеки я  оказалась совершенно  случайно.

– И ты думаешь, я в это поверю?

– Но это правда,– Лаура отвела глаза.– Я пришла туда фотографировать посетителей, и не  виновата,  что в тот момент в дверях оказался именно ты.

Он взвешивал,  насколько  правдивы ее  слова.

– Ты имеешь привычку стоять за дверями дискотек, даже когда температура опускается ниже нуля?

– Я имею привычку ходить туда, где можно сфотографировать что-нибудь интересное,– поправила его Лаура.– Где бы и когда бы это ни происходило. В тот вечер я была у дискотеки «Ксенон», сегодня – на Мартинике.

– Проводишь здесь отпуск.

– Да,– Лаура отвернулась и отхлебнула крепкий кофе.

Митч Райан сидел, задумчиво барабаня пальцами по краю опустевшей тарелки.

– И что же ты собиралась здесь фотографировать?

– Не знаю,– угрюмо ответила Лаура и нервно провела рукой по волосам.– Вулкан, закаты, Я надеялась продать фотографии в «Нейшнл Джиогрэфик» или в какой-нибудь другой крупный журнал. Если бы не удалось это, нашлись бы какие-нибудь небольшие туристические агентства, которые могут заинтересоваться хорошими фотографиями Мартиники, или туристические разделы журналов.

Митч по-прежнему внимательно на нее смотрел.

– И этих денег хватит, чтобы окупить поездку?

– Вполне возможно.

– Если только удастся что-нибудь продать.

Она посмотрела на него.

– Что-нибудь я обязательно продам.

– Фотографии моей  виллы на Мартинике?

– Возможно,– беззлобно закончила она.

Он сидел неподвижно, не сводя с нее взгляда, словно так мог добиться от нее правды.

– Ведь ты приехала сюда именно за этим? Чтобы фотографировать мою виллу?

Лаура пожала плечами, ни с чем не соглашаясь, но ничего не отрицая.

– Я слышала, что в американской прессе фотографии твоего поместья никогда не появлялись. По крайней мере, в последнее время. И я подумала, что мне стоит поснимать.

Митч Райан переменился в лице, она задела его больное место.

– И у тебя тоже ничего не получится, пока я сам не дам на это согласия. Моя семья итак имела громадные неприятности по милости вашей дорогой американской прессы.

– Но ты ведь тоже американец,– подчеркнула Лаура, хотя на самом деле подобное заявление было спорным. Митч Райан так много скитался по миру, что ни одно место не стало ему домом.

– В Америке я только учился,– резко напомнил он, словно его биография была ей прекрасно известна.– И являюсь гражданином Мартиники.

– Но ведь у тебя есть финансовые интересы в Соединенных Штатах?

Он пожал плечами.

– Я веду бизнес повсюду.

– Чем тебе так досадила пресса? – Лаура дивилась произошедшей с ним  вдруг  перемене. Минуту назад он ее буквально допрашивал. Теперь же, будто совершенно забыв, для чего поднял ее в шесть утра и остался  наедине, вспоминал о какой-то давней неприятности в семье.

Митч Райан повернулся к ней.

– И у тебя еще хватает духа об этом спрашивать? – тихо, ласково спросил он.– После того, как  ты ворвалась сюда, нарушив закон о неприкосновенности частной собственности?

Лаура молчала. Он был прав. Будь она на его месте, дело не ограничилось бы простым недовольством. Скорее всего, она предприняла бы какие-нибудь более жесткие меры. И все же, казалось, его злость вызвана не только ее вторжением.

– Подумаешь, журналисты несколько раз пытались сфотографировать твою виллу! Едва ли это объясняет вашу мстительность, мистер Райан. Да, да именно месть. Я видела список журналистов, на которых ты подал в суд за последние десять лет. Он напоминает справочник «Кто есть кто», куда попали только журналисты.

– Но ты тем не менее сюда приехала. Наверняка для того, чтобы потом написать обо мне статью в какой-нибудь журнал.

Лаура рассмеялась. Не так просто ее одурачить.

– Придется тебя разочаровать, Райан. Я просто искала возможность начать против тебя какой-нибудь судебный процесс.

Теперь уже рассмеялся он.

– Неужели?

Лаура стояла на своем.

– Да. Например, за оскорбление  действием, за нападение и за все остальное, что только смогут выдумать многочисленные адвокаты.– Если он и заметил, что она  повторила его вчерашнюю фразу, то не подал вида. Взгляд его изменился, и этот взгляд ей не нравился. Лаура продолжала уже не так напористо: – Но потом я передумала. Свои финансовые дела ты ведешь безупречно, пользуешься уважением, и  выиграть процесс против тебя практически  невозможно. Поэтому я решила отказаться от этой затеи.

– Надо же, как мне повезло!– саркастически усмехнулся Митч Райан.– Значит, ты приехала именно за этим. Чтобы одной отомстить за всех журналистов.

Лаура разрешила ему думать что угодно. Безразлично пожав плечами, она отвела глаза.

– Это тебя удивляет? Что я решила тебе отомстить за доставленные мне неприятности?

Его голубые глаза смотрели, казалось, прямо в душу.

– В свое время я тебя недооценил,– наконец тихо сказал он,  поднялся  и, резко повернувшись, зашагал прочь.

Лаура смотрела, как он проворно спускается к себе в комнату по каменной лестнице. Пробыв там буквально несколько секунд, он появился с фотоаппаратом и сумкой. У Лауры снова появилась надежда. Ее аппаратура. Вдруг он все-таки решил ее отпустить. Может быть, она его все-таки убедила.

Он протянул ей «Никон», кассеты и фотовспышку.

– Куда мы пойдем? – поднявшись из-за стола, спросила Лаура.

Митч опять не стал ничего объяснять, а лишь крепко взял за руку и направился вниз по лестнице, увлекая ее за собой.

– Посмотрим, какой ты фотограф.

7

Лаура покорно последовала за Митчем Райаном по лестнице в холл, где сейчас наводили чистоту темнокожие слуги.

– Сколько у тебя слуг? – спросила Лаура.

– Постоянно – одиннадцать, если возникает необходимость, мы нанимаем еще.– Митч повернулся к ней с ослепительной белозубой улыбкой. Он опять догадался.– Большинство из них живет не здесь, хотя некоторые – прямо на вилле.– Он вытянул руку и открыл дверь, пропуская Лауру вперед.

Из-за висевшей на плече сумки с фотоаппаратурой ей пришлось протискиваться мимо него боком.

– И все они говорят только по-французски? -Не помешает на всякий случай иметь запасной план побега.

– Все до единого,– усмехнулся он.

Лаура покорно вышла, продолжая размышлять. Но оказавшись на широкой каменной лестнице, остановилась.

– В чем дело? – поинтересовался он. Словно что-то вспомнив, Лаура прислонилась спиной к двери.

–  Собаки...

Митч засмеялся и, покачав головой, подошел к ней. Джинсы плотно обтягивали его сильные стройные ноги. Рубашка была до пояса расстегнута, обнажая сильную грудь.

– Выходит, доберманы тебя напугали? Лаура не ответила. По-прежнему не шевелясь, она выдавила:

– Где они?

– Отдыхают,– он указал на огороженный металлической сеткой большой участок в стороне от дома.– Они постоянно находятся там, и только если охранник у ворот звонит и говорит, что кто-то приехал, Джекоб их выпускает.

– Но ведь от них мало толка, если они постоянно сидят в клетке,– сказала Лаура,  не зная, можно ли в это верить.

Митч уклончиво пожал плечами.

– Это еще как посмотреть. Конечно, можно их выпустить, чтобы они бегали, но тогда придется постоянно беспокоиться, что они  нападут на кого-нибудь из слуг или на посыльного из Фор-де-Франса.

– А они могут напасть, если кто-нибудь появится? – Выходит, то, что она слышала, было правдой.

– Да, конечно. По команде. Но тебе не стоит об этом беспокоиться.– Он мягко, но властно провел ладонью по ее волосам. Голубые глаза потеплели. И в какой-то момент Лауре даже показалось, что в них мелькнуло сострадание. Но оно исчезло так же быстро, как появилось. Теперь в глазах уже было предостережение.– Но если ты попытаешься сбежать или чем-то насторожишь охрану, она тут же их выпустит.

Лаура судорожно вздохнула.

– Но ведь тогда они могут напасть! Его улыбка превратилась в усмешку.

– Да, конечно. Можете не сомневаться, мисс Паркер, они нападут...


Джип Митча Райна стоял позади дома в гараже, рассчитанном как минимум на десять автомобилей. Вслед за ним Лаура села в пятнистую машину. Не было ни ремней безопасности, ни крыши, ни, как выяснилось позже, даже ручки, чтобы держаться. Как и вся собственность Митча Райна, эта машина была сделана по заказу специально для него. Лаура положила фотоаппаратуру себе под ноги.

– Куда мы поедем? – еще раз спросила она, не в силах больше сдерживать любопытство.

Митч Райан выехал задом из гаража, и, включив передачу, резко рванул машину с места.

– На плантацию.

– Зачем,– Лаура старалась перекричать рев двигателя. Пришлось держать фотоаппаратуру, чтобы она не разбилась.

– А почему бы и нет? – прокричал он в ответ.– Или на сегодня у тебя намечены какие-то другие дела?

– Не остри,  Райан. Я хочу знать, куда мы едем.

Он свернул на разбитую гравийную дорогу. Сейчас они действительно ехали по направлению к полям сахарного тростника.

– Я тебе уже сказал,– ответил он тише, поскольку джип ревел теперь не так громко.– Мы едем на плантацию. Нам обоим там найдется работа.

Лаура обдумала его слова. Он вполне мог оставить ее дома на попечение Джекоба и собак. Видимо, он действительно хочет, чтобы она там что-нибудь сфотографировала.

– Мне нужно снять что-нибудь конкретное? – поинтересовалась она, когда джип, скрипнув тормозами, резко остановился у первого поля.

Выключив зажигание, Митч положил правую руку на спинку сиденья, слегка касаясь ее плеча. Но она сидела неподвижно.

– Фотографируй все, что захочется,– шепот был мягким, растрепанные ветром черные волосы падали ему на глаза. В какой-то безумный момент ей захотелось податься к нему и убрать пряди с лица. Но момент прошел, и она не пошевелилась. Затем спросила:

– Почему ты вдруг решил это сделать? С чего вдруг стал таким хорошим?

Выпрыгнув из джипа, он подошел к ее дверце и, взяв ее на руки, опустил на землю. Держа ее за талию, проворковал:

– А с чего ты взяла,  что я стал хорошим? Обхватившие талию руки становились горячее с каждой секундой. Лауре захотелось вырваться, но ее удержал вызывающий блеск его глаз.

– Что это значит?

– То и значит.– Достав из машины фотоаппарат и сумку с фотовспышкой, пленкой и сменными объективами, он протянул все это ей.– Я же не сказал, что позволю тебе оставить эти снимки у себя. Я только сказал, что ты можешь фотографировать.

Лаура была в бешенстве. Но сейчас ей представилась редкая возможность, и этим нужно воспользоваться. Она решила сосредоточиться на работе. Неважно, останутся эти снимки у нее или нет. А вдруг он все-таки передумает. Ведь говорил же Херб Стэнтон, что ему нравятся блондинки...

Поля сахарного тростника были прекрасны: бесчисленные ряды золотисто-зеленых стеблей, столь высоких, что в них не было видно работающих. Покачиваясь от ласкового тропического бриза, растения, казалось, вот-вот дотянутся до солнца. Работавшие в поле темнокожие мужчины и женщины срезали стебли, разрезали их на куски определенного размера  и аккуратно  складывали в ящики.

– Почему это делают вручную?– почему-то шепотом спросила Лаура.

Митч объяснил. Похоже, ее любопытство его не раздражало.

– Здесь аграрная страна. Большинство жителей практически не имеют образования. Если механизировать этот труд, то у них не будет ничего: ни работы, ни денег, ни гордости. Им придется жить только на пособие.

Лаура не была уверена, что тяжелая работа по сбору и упаковке стеблей сахарного тростника высотой в шесть-восемь футов, за которую наверняка платят гроши, предпочтительнее государственного пособия, но ничего не  сказала. Отошла в сторону и стала делать снимок за снимком: Митч Райан собирает и упаковывает тростник. Митч Райан шутит и смеется с рабочими, говоря с ними на непонятном ей французском языке. Будет здорово, если потом удастся утаить хотя бы одну пленку...

Затем они заехали в цех по переработке тростника и на склад, где ждали отправки двадцать тысяч тонн готовой продукции. Лаура продолжала фотографировать, поражаясь великолепному знанию Митчем полевых работ и всего технологического процесса. Она незаметно положила отснятую пленку в джип под водительское сиденье. Теперь останется незаметно ее забрать, когда они приедут домой.

– Куда теперь? – весело спросила Лаура, когда они закончили очередной осмотр банановой плантации.

– На ананасовую плантацию,– ответил он, и джип понесся дальше по дороге, ведущей вверх, на холмы.

– А потом? – не отставала от него Лаура, наслаждаясь поездкой с ним куда больше, чем могла себе признаться.

– В Сант-Пиерри. Там у меня  кое-какие дела в доках.


Все его дела в Сант-Пиерри заключались в проверке замков на его яхтах. У него было три судна – большие и ухоженные. И все они носили женские имена. «Леди Беттина», «Справедливая Алиса» и «Леди Анжелика».

– Кто она? – спросила Лаура, поднимаясь вслед за ним на тридцатифутовую  яхту.

Митч подал руку, и Лаура с удовольствием приняла помощь. Но ее благодарность тут же исчезла – на палубе он не отпустил, а наоборот, еще сильнее сжал ее руку в своей сильной горячей ладони.

Лаура все-таки вырвалась.

– Кто есть кто? – спросил он после некоторой паузы, вспомнив заданный ему  вопрос.

– Да! – она даже забыла, о чем спрашивала.– Леди Анжелика. Кто она?

Митч отвернулся.

– Так звали мою мать.– Еще одна пауза и долгий взгляд на море. – Она умерла, когда мне было пятнадцать. Она долго болела.

– Прости.

Он не ответил, но Лаура почувствовала, как  тяжела для него горечь этой утраты. В какой-то момент захотелось заключить этого темноволосого мрачного человека в свои объятия, успокоить, разгладить печальные морщины на лбу. Но тут он повернулся, и все желания исчезли. Перед Лаурой снова стоял холодный незнакомец, которого она увидела при первой встрече.

– Хочешь покататься на яхте? Как будто у нее есть выбор?

– Нет, лучше подожду тебя на берегу.

Не говоря ни слова, Митч Райан резко отвернулся, словно она перестала для него существовать, и принялся отвязывать швартовочные концы.

Отвязав канат, Митч спустился в кабину Лаура последовала за ним и стала смотреть как он выводит судно в залив. День был прекрасным, на безоблачном небе ярко сияло солнце.

– Я мог бы оставить тебя на плантации.

На какой-то момент Лаура пожалела, что и правда не осталась там. Но чем дальше уплывали они в хрустально-чистые воды залива, тем больше захватывала окружавшая ее красота, и раздражение стало проходить.

Позади на горизонте виднелся громадный черный вулкан, возвышавшийся над окруженной холмами долиной Сант-Пиерри. Заметив ее заинтересованный взгляд, Митч сообщил:

– Это – гора Пиле. Последнее извержение произошло в мае 1902. Оно полностью  разрушило город.

Лаура кивнула. Между деревьями виднелись красные крыши и белые стены домов. Синее небо сходилось на горизонте с ярко-голубым морем. Она сделала несколько снимков. Митч Райан попал в каждый кадр. Это ничуть его не смутило.

– Ты и правда знаешь, как этим потом воспользоваться?

Лаура бросила на него злобный взгляд.

–  Да, дорогой. Я знаю, как потом этим воспользоваться. Это моя работа. Или ты забыл?

–  Я помню.

Мотор еле слышно заработал на холостых оборотах. Митч выключил его, и в кабине воцарилась полная тишина.

Не говоря ни слова, Митч взял ее за руку и попел наверх на палубу. Молча они смотрели на море, на появившееся на горизонте и быстро растущее серо-голубое облако. Ветер неожиданно стал крепчать. «Как может такое прекрасное в одну минуту превращаться в пугающее?» – размышляла Лаура. И как она сама могла влипнуть в подобную историю? Никак ей не разобраться в чувствах к этому человеку. Он был грубым, развязным и очень богатым. И все же в нем жила какая-то обида или тайна, притягивавшая ее как мотылька к пламени свечи. Или это просто журналистское любопытство, которое заставляет постоянно искать сенсации? Или что-то большее?

– Когда ты меня отпустишь?– неожиданно для них обоих спросила Лаура.

Митч повернулся к ней. Сейчас его глаза абсолютно ничего не выражали.

– Я думал, мы уже все выяснили,– ответил он. Неуправляемая  яхта безвольно  покачивалась  на волнах.

– Почему именно я? – в отчаянии спросила Лаура. Боится ли она его? Боится ли того, что он может сделать, если они официально станут мужем и женой? Или она боится саму себя, того, что сама может позволить ему? – Почему ты не выбрал другую, кому было бы приятно стать твоей женой? Например, Алису?

Лаура поспешила пояснить свою мысль: – Я знаю, Алиса была бы рада выйти за тебя.

– Очень  может  быть,– Митч не стал спорить,– но, к счастью для меня и всех остальных, она меня не интересует.

– Почему? – настаивала Лаура.– Она красивая, умная...

– Как и многие другие,– сухо сказал он.

– Что все-таки между вами произошло? Почему ты расторг помолвку? – В Лауре снова проснулся репортер.

А в  нем в  свою  очередь проснулся миллионер.

–Не твое дело, черт побери,– резко ответил он. – И в дальнейшем попрошу тебя держать свои вопросы при себе. Понятно?

Конечно. Что же здесь непонятного? На темнеющем горизонте сгущались тучи. Но Митч не торопился запускать двигатель. Лаура чувствовала, что он хочет сказать что-то еще.

– Возможно, что я все-таки не пойду на это,– через некоторое время смело заявила Лаура.

– Ты на это пойдешь.– Это было сказано спокойно, но чувствовалось, что он недоволен.

«Это спорно»,– подумала Лаура. Но вслух сказала:

– Дело в том...

–  Дело в том,– перебил ее он, и его голос стал хриплым,– что мне не нужен никто, в том числе и Алиса. Мне нужна ты.

– И богатый мальчик всегда получает то, что хочет? – Она даже не попыталась придать своему голосу хоть немного тепла.

Митч Райан злобно посмотрел на нее. Казалось, сейчас он хочет от нее большего, чем фиктивный брак.

– Да.

– Только не на этот  раз,– продолжала отстаивать свои права Лаура. Она повернулась, но не успела сделать и двух шагов, как он схватил ее и снова повернул к себе.

–  Ты так думаешь?

–  В жизни ни в чем не была уверена больше, чем в этом,– вырвалась от него Лаура.

Наступила тишина. Митч Райан снова приблизился к ней. Лаура попятилась и, споткнувшись о сложенный на палубе канат, непременно бы упала, не поддержи он ее. Она не успела сообразить, что произошло, как он нежно провел ладонью по ее спине, прижимая к себе. Лаура подняла руки, чтобы оттолкнуть его, но он уже припал губами к ее рту. Потом нежно погладил по щеке, по шее, за ухом.

– Почему сейчас? – прошептал Митч.– Почему ты вошла в мою жизнь сейчас, когда все так сложно, когда все так страшно перепуталось? Понимаешь ли ты, что натворила, появившись на моем пути?

Она не успела ответить, потому что он снова ее поцеловал. Жар полуденного тропического солнца – ничто по сравнению с его поцелуем. По телу разлилось тепло, она никогда не ощущала ничего подобного. Он сильнее прижал ее к себе, пугая неожиданным напором. Когда Митч ее отпустил, она едва могла дышать, тем более стоять.

– Тебе не стоило этого делать,– прошептала она. У нее в глазах стояли слезы.

– Почему? – он насмешливо поднял бровь.

– Потому что подобным образом ты не заставишь меня стать твоей.

– Ты так думаешь?

– Я это знаю.– Лаура никогда не ляжет в постель с человеком, который ее не любит, как бы сильно она этого не хотела. Это было против всех ее принципов.

– Будущее покажет,– мягко ответил Митч Райан.

– Надеюсь, что нет.

Слишком поздно Лаура поняла, что бросает ему вызов, который он не может не принять. Мужественный, настойчивый, удачливый Митч Райан теперь не успокоится, пока не овладеет ею. Лауре же только оставалось надеяться, что он завладеет ее телом, но не сердцем.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю