355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Кэтрин Кэски » Как соблазнить герцога » Текст книги (страница 3)
Как соблазнить герцога
  • Текст добавлен: 3 октября 2016, 22:09

Текст книги "Как соблазнить герцога"


Автор книги: Кэтрин Кэски



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)

Глава 3

Мэри положила руки на колени и обвела взглядом пять человек, пристально смотревших на нее.

– Папа был образованным человеком с хорошими манерами. Нетрудно представить, что его достойно принимали в лондонском обществе. – Мэри сделала паузу. Никто не проронил ни слова. Она была вынуждена продолжить свои объяснения. – Представить его членом свиты принца, однако, довольно трудно. Эту новость нелегко осмыслить, но все же она не находится за гранью непостижимого.

– Итак, ты веришь. – Лицо Элизабет засветилось от радости.

Мэри отрицательно покачала головой.

Анна внутренне напряглась. Она нахмурилась и, намеренно или нет, с силой сжала пальцами запястье Мэри – той стало больно.

– Но ты только что сказала…

– Все равно я не верю. – С каким-то отсутствующим видом Мэри покачала головой. – Даже если я поверю, что рассказ о прошлом нашего отца – сущая правда, а у меня нет причин не верить джентльменам, которые рассказали нам об этом, я должна услышать нечто большее, что доказывало бы, что в наших жилах хотя бы отчасти течет голубая кровь.

– Вот почему я попросил вас трех прийти сюда, дорогая. – Лорд Лотариан кивнул двоим джентльменам, приглашая их подойти. Молча они приблизились к дивану, на котором сидели Мэри и Анна. – Мы уверены в вашем королевском происхождении, – твердо сказал Лотариан.

– Какие у вас есть доказательства? – Правая бровь Мэри взметнулась. – Хоть какие-нибудь? Милорды, я не хочу показаться грубой, но сделанное вами заявление, если оно правдиво, и подкреплено доказательствами, будет иметь далеко идущие последствия: наша жизнь изменится коренным образом. И, Боже всемогущий, я даже не смею думать, какие шаги предпримет корона, хотя разумнее будет предположить, что она не отнесется к этому благосклонно.

– Мэри! – Элизабет повернулась и умоляюще стала смотреть на лорда Лотариана. – Милорд, пожалуйста, простите мою сестру за эти резкие слова. Ее переполняют чувства.

Лотариан махнул рукой, покрытой старческими пятнами, показывая тем самым, что он согласен с Мэри.

– На ее месте я сказал бы то же самое. – Густая седая бровь джентльмена приподнялась. – Хотя я, возможно, дождался бы ответа – после того, как попросил бы доказательств.

– И есть ли этому доказательства? – На мгновение Мэри почти поверила в существование этих доказательств, ведь лорд Лотариан, кажется, был убежден в этом.

Она почти поверила. Почти. Но все равно не до конца.

Мысль о том, что они с сестрами – плод любви принца Уэльского и миссис Фитцхерберт, просто нелепа. Настоящим сумасшествием было даже предположить такое.

– Ключ! – выпалила Элизабет. – Ключ является доказательством.

Лорд Лотариан медленно покачал головой.

– Но вы завлекли нас сюда, намекая на то, что – Элизабет вытащила медный ключ, – что этот ключ открывает не только папину шкатулку с документами.

– Возможно, так и есть, но я не знаю наверняка, – ответил лорд. – Могу я взглянуть на него? – Он протянул руку, и Элизабет дала ему ключ. – У него двойное назначение, как я вам и говорил. Смотрите. – Высокий, тощий лорд стал поворачивать овальную головку ключа, отвернул ее, снял и показал кончик, имевший форму шестиугольника. – Ваш отец сказал мне, что, если что-то случится с ним, этот ключ откроет потайную дверь.

– Какую дверь? – Анна настойчиво добивалась ответа. – В нашем доме в Корнуолле?

Лотариан пожал плечами:

– Он мне сказал не больше, чем я вам. У меня сложилось впечатление, что он опасался рассказать мне все о ключе. Ну да, я предположил, что этот секретный ключ от потайной двери в его загородном доме. Признаюсь, я надеялся, что вы, девушки, знаете лучше, что означали эти таинственные слова.

– Мы ничего не знаем о потайной двери. – Мэри посмотрела на сестер взглядом, в котором ясно читалось: «Ну я же говорила вам об этом!» – Наш приход сюда оказался безрезультатным.

– Наоборот, мисс Ройл. У нас есть очень веская причина, по которой мы попросили вас прийти сегодня. – Гэллэнтайн нарушил молчание, прежде чем Мэри смогла что-нибудь вымолвить в ответ.

Дверь из коридора открылась, и в комнату вошла невысокая девушка с глазами лани. В руках у нее был поднос, на котором стояли чай и печенье.

Мэри ожидала, что Лотариан поднимет руку, чтобы Гэллэнтайн прекратил говорить, пока они не останутся одни. Но этого не произошло.

– Позвольте мне рассказать еще одну историю из вашего прошлого. Нечто такое, что вы все должны услышать. – Он поднес хрустальный бокал к губам и сделал несколько глотков бренди, прихлебывая при этом. – Это было в тысяча семьсот девяносто пятом году. Принц отправил вашего отца в Маргейт позаботиться о Марии… о миссис Фитцхерберт. Прошел месяц.

Взглядом Мэри следила за служанкой, которая накрывала маленький чайный столик. Она не произнесла ни слова, ни на кого не бросила взгляда, несмотря на необычайную историю, которую начал рассказывать Лотариан. Просто закончила свою работу и молча покинула комнату.

– В то время, – заметил Лотариан, сдвинув от волнения свои густые брови, – ходили слухи, что миссис Фитцхерберт заболела после того, как принц объявил о расторжении их союза и согласился жениться на принцессе Каролине.

Мэри затаила дыхание, ожидая, что этот рассказ о том, как они появились на свет, окажется вымыслом.

Она искоса посмотрела на Анну, самую уравновешенную из сестер. Но даже она смотрела на Лотариана с широко раскрытыми от удивления глазами – как и тогда, в детстве, когда папа читал им сказки.

Лотариан продолжил рассказ, останавливаясь, чтобы перевести дыхание или сделать глоток бренди:

– Нам всем было ясно, что Джордж по-прежнему сильно беспокоился о Марии, своей жене и избраннице сердца – так часто он называл ее, поэтому вполне в духе принца было послать своего личного врача, вашего отца, позаботиться о ней.

Лиливайт энергично кивнул.

– Но прошел месяц, чудовищно большой срок отсутствия вашего отца в городе, а от него не было ни единой весточки. Это совсем было на него не похоже. Я стал думать, что что-то случилось. Наконец решил послать письмо в Маргейт, в дом за городом, в котором жила миссис Фитцхерберт, чтобы узнать о его планах возвращения в Лондон.

Гэллэнтайн кивнул, соглашаясь со сказанным:

– Ваш отец был очень ответственным. Мы знали, что дела шли не так, как должны были бы идти. Весьма сожалею.

Лиливайт хлопнул рукой по бедру.

– Но вы можете представить мое удивление, когда письмо вернулось нераспечатанным! Мы вскоре узнали, что вашего отца больше не было в Маргейте. Он отсутствовал там уже несколько недель. На самом деле он вернулся в свой дом в Корнуолле и никому не сообщил, собирается ли приехать в Лондон.

– Но могло быть много причин, по которым он поселился в Корнуолле. – Мэри попыталась высвободить руку из цепких пальцев Анны. Наконец ей удалось это сделать. Она потирала запястье, обдумывая ответ. – Вероятнее всего, что миссис Фрейзер, экономка, нашла корзинку с тремя малышками на крыльце и ему необходимо было позаботиться о них… то есть о нас.

Лотариан вскинул брови так, что они стали похожи на травянистые холмики, покрытые снегом.

– О боже, вам рассказали такую историю?

– Да, в нашем доме это никогда не было секретом. – Мэри, прищурившись, переводила взгляд с одного джентльмена на другого. – И вы все должны признать, что мысль о том, что какая-то бедная сельская женщина оставила своих малышек на крыльце, чтобы их взял кто-нибудь, кто сможет о них лучше позаботиться, наиболее вероятна.

Гэллэнтайн покачал головой:

– Вот она тебя здесь и поймала. – Он направился за графином. – Кто-нибудь еще хочет бренди?

Оба джентльмена обрадовались этому предложению и подняли свои пустые бокалы. Сжимая графин изящными руками с длинными пальцами, Гэллэнтайн подошел к друзьям и наполнил до середины их бокалы.

– Спасибо, старина. – Лотариан сделал большой глоток, причмокнул губами, затем облизал их языком, словно пытаясь удостовериться, что допил все до последней капли, и многозначительно посмотрел на Мэри: – О да, согласен. История о брошенных детях, конечно, вероятна, и в нее можно поверить, но, как это ни печально признавать, ваш рассказ о том, как вы оказались на попечении у вашего отца, далек от правды. – Он два раза ударил ладонью по колену, чтобы его слова показались более убедительными.

Элизабет мягко дотронулась до руки лорда Лотариана:

– Тогда вы расскажете нам правдивую историю? – Она бросила тревожный взгляд на Мэри, затем добавила: – Правду, милорд, – ту, которая известна вам.

– О, позвольте мне. – Лиливайт сел поближе к сестрам. – Это такая драматическая история, и клянусь, что никто из вас, джентльмены, правильно не расскажет ее. – Он сделал глубокий вдох и взглянул на Лотариана, словно просил у него разрешения рассказать все самому. Только тогда, когда высокий лорд кивнул в знак согласия, Лиливайт начал свой рассказ. – Не имея сведений о том, почему исчез Ройл, лорд Аппертон, упокой Господь его душу, леди Аппертон и мы трое решили, что у нас нет другого выхода, как направиться в далекий Корнуолл самим и узнать о судьбе нашего друга.

– И что вы узнали, милорд? – В рассеянности Анна сжимала пальцами свои юбки, не замечая, что мнет их.

– Все. Однажды поздней ночью мы прибыли к нему без всякого уведомления. Ройл встретил нас в доме и предложил бренди. Он явно был расстроен нашим внезапным появлением. Помню, что понял это по его голосу и взгляду. Он каждую минуту хотел броситься к лестнице. Конечно, мы просто не могли знать, что там, наверху, были три малышки – вы, крепко спавшие в одной из спален. Он, очевидно, хотел сохранить это в секрете. С каждой минутой он нервничал все больше и в конце концов превратился в комок нервов. – Доктор снова и снова подливал себе бренди.

– Бог мой, Лиливайт. – Лотариан откинул назад голову, не удовлетворенный рассказом. – Ты слишком тянешь! – Он убрал со своей руки облаченную в перчатку руку Элизабет, положив ее ей на колени, затем поднялся, направился к камину и встал около него, опершись локтем о зеленый с белыми прожилками мрамор. – Ну, продолжай же, друг.

Лиливайт начал говорить быстро, словно боялся, что если остановится, то Лотариан подхватит эту историю и сам закончит рассказ.

– Через час бренди развязал Ройл язык, и он, тот человек, который воспитал вас, рассказал о цепочке потрясающих событий. – Лиливайт бросил настороженный взгляд на Лотариана.

– Ну, давай же, друг, рассказывай. – Лотариан поднес бокал к губам, но не пил. Мэри видела, что он напряженно наблюдает за ее реакцией.

Лиливайт глубоко вздохнул – история, безусловно, приобретала драматический оборот.

– Ройл поведал нам, что однажды вечером принц позвал его и приказал отправиться в Маргейт как можно скорее, чтобы позаботиться о его жене. Да, он так и сказал – его жене. Вашему отцу даже не намекнули, почему так спешно надо ехать в Маргейт, но он тотчас же отбыл. Приехав на место, он обнаружил, что миссис Фитцхерберт была практически без сознания – роды проходили тяжело. – Лиливайт кашлянул, поднял свой бокал и подал знак Гэллэнтайну наполнить его снова. Приятель с удовольствием выполнил его просьбу.

Старый Повеса залпом выпил содержимое. Мэри тоже хотела попросить еще бренди.

– Ройл был обескуражен, так как принц не сказал ему о беременности Марии. Но больше его потрясло не ее положение, а то, что он увидел потом.

– А что он увидел? Расскажите нам, пожалуйста, – умоляла Элизабет.

Глаза Лиливайта расширились. Напряжение, царившее в библиотеке, стало невыносимым.

– В тени комнаты стояла леди Джерси и королева Шарлотта.

– Королева? – От волнения Элизабет затопала ногами по ковру.

– Да. На самом деле, когда ваш отец спросил о том, в каком состоянии миссис Фитцхерберт, именно королева сказала, что Мария приняла большую дозу опиума, чтобы уменьшить боль, и она, королева, не смогла остановить ее. Ройл приподнял веки роженицы: зрачки у нее были черными и расширенными, но, когда он попросил бутылку опиума, которой она пользовалась, надеясь выяснить количество выпитого, ему ее не дали. Анну охватило волнение.

– Кто-то дал ей этот наркотик?

Лиливайт вздохнул и пожал плечами:

– Ройл подозревал это, но он не мог оспорить заявление королевы. Через два часа в полубессознательном состоянии миссис Фитцхерберт родила трех мертвых малышек.

– Достаточно, Лиливайт. Я закончу.

Лотариан направился обратно к дивану и медленно, сделав три попытки, сумел встать на свое тощее колено перед Элизабет.

– Дорогая, они казались мертвыми, но вашему отцу, хотя он и считался самым лучшим врачом в Лондоне, не разрешили осмотреть их. Он умолял дать ему шанс спасти девочек, но королева не желала слушать об этом. Она объявила, что дети родились мертвыми. А если бы даже родились живыми, то вскоре все равно умерли бы, так и должно было быть.

Анна прикрыла рот рукой. Глаза девушки были полны слез.

– Королева не сомневалась, что Ройл последует ее указанию, но на себя она не брала никакой ответственности, – вмешался Гэллэнтайн. – Она поручила Ройлу написать письмо принцу и сообщить, что миссис Фитцхерберт вскоре поправится и не останется следа от ее болезни.

– Ее… болезни? Она имела в виду – детей. – Изумрудные глаза Элизабет наполнились слезами.

Лотариан замолчал, задумался, вперив взгляд в рисунок на турецком ковре, и продолжил рассказ:

– Тогда, по указанию королевы, леди Джерси завернула синих младенцев в шаль и положила бездыханных детей в корзину с крышкой, которую она поспешно передала в руки вашему отцу. Он должен увезти их за город, похоронить там и никогда не говорить никому об их существовании. Никогда. Будущее принца Уэльского зависело от этого.

– Но дети не были мертвыми, – взволнованно добавил Гэллэнтайн. – Они были еще живы. Сомнений не оставалось.

– Черт тебя подери, Гэллэнтайн. Теперь нет никакой интриги в рассказе! – Лиливайт сжал пальцы в кулак и ударил им по колену.

Лотариан, стоявший на колене, вытянул назад руку и щелкнул пальцами.

– Помощь, пожалуйста.

– О, конечно. – Лиливайт помог Лотариану встать. Когда высокий джентльмен сел на стул Лиливайта, последнему лишь оставалось стоять разинув рот. Гэллэнтайн заворчал, но сделал так, как попросил его Лотариан – явный лидер среди Старых Повес.

– Ройл был очень предан короне, поэтому он уехал из Маргейта сделать то, что приказала королева. Но когда ночью экипаж катился по дороге, он услышал тонкий писк, раздававшийся из корзины.

– Это плакали дети! – Слезы просочились сквозь ресницы Анны и потекли по щекам.

– Да, – ответил Лотариан. – Ройл поднял крышку и увидел три пары глаз, смотрящих на него. Он расстегнул рубашку, прижал трех дрожащих малышек к груди, закутал своим пальто, чтобы скорее согреть их. Они были живы, но, если бы он вернулся с новорожденными в Маргейт, к королеве, он был уверен, они не пережили бы и ночи.

Гэллэнтайн крепче сжал руками хрустальный бокал, словно собирал в кулак всю свою волю.

– Ваш отец знал, что надо было сделать, поэтому он привез детей в свой дом и немедленно нанял двух кормилец. – Он улыбнулся каждой из присутствующих девушек. – И вы знаете окончание истории. Он воспитал трех очаровательных молодых леди.

– Утром Ройл, вероятно, осознав опасность того, что он открыл правду о себе и о детях, стал все отрицать, обвинив во всем бренди и свою любовь к рассказыванию историй. – Лиливайт вздохнул. – Но нам достаточно было лишь заглянуть ему в глаза, чтобы понять, что его берущий за душу рассказ – чистая правда, и ничто другое. Поэтому, когда он попросил нас, чтобы, если с ним что-нибудь случится, мы позаботились о вашем будущем, мы поклялись ему в этом.

– И поэтому мы позаботимся о нем. – Гэллэнтайн проглотил последние капли бренди и поставил бокал на чайный столик. – Мы позаботимся.

Лорд Лотариан взял руку Мэри:

– Вот, мисс Ройл, вы услышали подлинную историю вашего рождения.

Мэри онемела.

Нет, это невозможно. Эта история не может быть правдой. Не может! Слишком она необычна и не похожа на правду.

Мэри должна признаться себе, что одна ее половинка верила в это. Хотела верить.

И все же невозможно поверить до конца в то, что они дочери принца!

Из всего, что она услышала, следовало, что принц был испорченным, отталкивающим человеком. Нет, и героический поступок отца, пусть и в нарушение приказа королевы, Мэри очень хотелось, поверить. Спасение малышек, несмотря на реальную угрозу ответных мер со стороны короны, в точности соответствовало его характеру. Он в действительности был из тех, кто сделал бы все, чтобы спасти невинные жизни.

Пока Мэри сидела молча, пытаясь осмыслить услышанное, сестры буквально пронзали ее своими взглядами, полными ожидания.

– Итак, что ты скажешь, Мэри? – Анна, казалось, с нетерпением ждала от нее ответа. Неужели Мэри пропустила что-то важное, когда погрузилась в свои мысли?

– Вижу, что вас еще не до конца убедил этот рассказ. – Лорд Лотариан, опираясь руками о деревянные подлокотники, поднялся с кресла. – Но это не имеет значения.

Высокий тощий джентльмен вернулся на свое место около камина и знаком показал двоим другим джентльменам присоединиться к нему.

С минуту сестры Ройл сидели молча, пытаясь подслушать тихий разговор, происходивший около камина. К своему удивлению, Мэри услышала, что упомянули ее имя, но она не могла понять ни слова из показавшегося ей серьезным разговора. Наконец трое Повес присоединились к девушкам.

Лотариан по очереди улыбнулся всем трем молодым леди, взгляд его остановился на Мэри.

– Мы начнем с тебя, моя дорогая, если ты не возражаешь.

О чем это он?

– Начнете с меня? О чем это вы говорите, милорд?

– Ну, позаботимся сначала о твоем будущем, девочка. Я обещал Ройлу и сдержу свое обещание, и, несмотря на мою репутацию… в других делах, уверяю тебя, я сдержу обещание.

О моем будущем? Нет, нет и еще раз нет.

Лорд Лотариан взял Мэри за руку и помог ей встать с дивана.

– Миссис Аппертон уже за всем проследила. Все необходимое было доставлено вам домой.

От восторга его глаза заискрились. Это заинтриговало Мэри. Ей стало интересно, какого рода приготовления уже сделала леди Аппертон.

– В девять часов вечера мой городской экипаж привезет тебя и твоих сестер с Беркли-сквер на бал к леди Брауэр, на котором ты и твои сестры будут представлены лондонскому обществу.

Бог мой! У Мэри язык присох к нёбу, но она смогла произнести несколько слов в знак протеста:

– Милорд, вы очень добры, но мы незнакомы с леди Брауэр.

Лорд Лотариан махнул свободной рукой:

– Дорогая, ты никого не знаешь в Лондоне, поэтому должна мне доверять.

Он сделал знак ее сестрам, похлопал Мэри по руке и повел ее к поворачивающемуся книжному шкафу.

– Ваш отец воспитал вас разумными и оставил вам хорошее приданое. У вас есть джентльмены из Мэрилебонского клуба Старых Повес, которые позаботятся обо всем остальном. Да, мисс Ройл, к концу сезона, как ваш опекун, я клянусь, что вы будете невестой какого-нибудь джентльмена, занимающего самое высокое положение в обществе. Потом Лиливайт и Гэллэнтайн сделают то же самое для ваших сестер. Вот такую занимательную задачу предстоит нам решить.

– Ты говоришь о том, чтобы найти хороших женихов для девочек, Лотариан? – Гэллэнтайн был занят тем, что поправлял свой парик, водружая его на место. – Или, может быть, ты говоришь о том, чтобы мы нашли доказательства происхождения девочек? – уточнил Гэллэнтайн. – Потому что если ты имел в виду последнее, то смею сказать, задача будет не из легких.

На короткое мгновение Лотариан сдвинул густые брови. Было ясно, что он волнуется. Но в следующую секунду выражение его лица стало безмятежным, и на губах появилась знакомая озорная улыбка.

– А что, друг, если мы решим обе задачи? Ведь единственный способ обеспечить будущее сестер Ройл – это прояснить их прошлое.

– Вы слышали, сестры? Они намерены помочь нам… во всем! – Элизабет, неспособная сдержать волнение, хихикнула, но, спохватившись, быстро прикрыла рот рукой.

Лотариан усмехнулся и стал поворачивать книжный шкаф, делая проход шире.

Восприняв это как знак, что им пора уходить, Мэри шагнула в потайной ход, но Старый Повеса твердой рукой удержал ее еще ненадолго.

– Я не шучу, мисс Ройл, – сказал он со всей серьезностью. – Простому мистеру или даже сэру не будет места рядом с вами.

И снова Мэри не знала, что ответить.

Безусловно, ей не надо было ничьей помощи, чтобы найти себе мужа. Она сама сможет устроить свою жизнь. Ведь она уже выбрала себе очень достойного человека – героя войны, которому был пожалован титул.

Она собиралась было сделать признание, но тут взгляд ее упал на сестер. Если есть хотя бы шанс, что Старые Повесы из Мэрилебона смогут позаботиться о будущем ее сестер и об устройстве их брака, она должна будет последовать их плану, хотя бы на время. Правда, Анна и Элизабет весьма очаровательны, но они совершенно сбиты с толку этим рассказом о малышках голубых кровей. В отличие от нее они пропустили мимо ушей то, что устройство их будущего зависит от того, каких мужей они найдут. Поэтому помощь леди Аппертон в том, чтобы они нашли себе надлежащую пару, была правда ниспослана Богом.

Ну, если леди Аппертон станет их покровительницей, безусловно, головы сестер будут заняты поиском мужей и у них не останется ни времени, ни сил, чтобы расследовать истории об их предполагаемом королевском происхождении.

Лотариан приподнял бровь:

– Вы сомневаетесь в моих связях, мисс?

– О нет, милорд, – выпалила Мэри.

– Очень хорошо. Мы сосредоточим наше внимание на том, чтобы найти вам пару среди герцогов, маркизов и графов… хотя мы можем также рассмотреть виконта или даже барона, но только если семья у него старинная и знатная.

Мэри искоса посмотрела на него:

– А почему так важен титул?

– Ну в самом деле, почему? – сказал он, игриво подмигивая ей, высвобождая ее руку, чтобы она вошла вслед за сестрами в темный коридор за книжным шкафом. – А потому, дорогая, что ты жена будущего короля Англии.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю