Текст книги "Одичавший волк (ЛП)"

Автор книги: Кэролайн Пекхам

Соавторы: Сюзанна Валенти
сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 24 страниц)

Итан положил руку на плечо Роари, и у меня сложилось впечатление, что он впервые слышит об этом. Я не был бессердечным, как бы мне ни хотелось казаться таковым. Но, глядя на человека, чью жизнь украл Лайонел Акрукс, а затем на того, кто отказался от шанса покинуть этот ад ради Розали, я вынужден был признать, что у меня заканчиваются причины ненавидеть их.

– Не хочу тебя сильно напрягать, мужик, – сказал Итан. – Но я также невиновен в своих преступлениях.

– Да ладно, – сухо сказал я. – Не неси хуйню.

– Это правда. – Итан пожал плечами. – Я взял на себя вину за любимого человека, потому что у него на подходе был ребенок, и я не хотел, чтобы его жизнь была испорчена из-за одной глупой ошибки.

Роари прижался к нему, и они на мгновение превратились в гребаных пушистых зверьков.

– Ты тоже заботишься о ней, – сказал Роари. – И я знаю, что ты не просто пытаешься избавиться от проклятия. Я видел, как ты на нее смотришь. Ты не хочешь, чтобы она пострадала.

– И что?

– Так пусть Син уйдет с нами, – попросил он. – Чтобы защитить ее от Джерома. Ты даже можешь пойти с нами, если хочешь…

Предложение прозвучало без особого энтузиазма, и Итан прорычал в ответ на него, но оно все равно прозвучало. Однако это было идиотское предложение. Не так ли?

Но когда я подумал о девушке с волосами цвета воронова крыла, которая завладела всеми моими чувствами с того момента, как впервые вошла в это место, я был вынужден признать, что мысль о том, что она оставит меня позади, не вызывала у меня радости.

Я цокнул языком, решив, что мое время в качестве охранника в Даркморе все равно подошло к концу. Я не знал, что засняли камеры наблюдения и чему поверит судья, когда проанализирует улики. Я мог бы сказать, что меня принудили магией, может быть, они бы даже поверили. Но какая-то часть меня больше не хотела такой жизни. Это было все, что я знал так долго, что я боялся, как будет выглядеть жизнь без этого. У меня не было ничего снаружи. Но если быть честным, то и здесь у меня ничего не было. Особенно после того, как Розали уйдет.

Я вздохнул, потирая глаза, понимая, что изматываю себя. Потому что все, чего я действительно хотел, – это чтобы все закончилось, чтобы Розали выбралась, и чтобы я не боялся того, что с ней случится, если она не выберется до прихода ФБР. И я боялся за нее, если она тоже останется здесь. Что бы они ни делали в Психушке, это не закончится теперь, когда некоторые из тех, кто там работал, мертвы. Начальница тюрьмы была частью чего-то ужасного, что происходило там, и она назвала имя Розали, что бы это ни значило. Я не хотел, чтобы она приближалась к этому дерьму.

– Я не пойду с вами, – процедил я, потому что сама мысль об этом была слишком тяжела. Я не мог отдать всю свою жизнь ради девушки, которая лгала мне и манипулировала мной на протяжении нескольких месяцев, как бы я ни был ею очарован. Но, возможно, помощь ей была ключом к моему собственному выживанию, тем, что я должен был сделать, чтобы снять это проклятие и спасти свою жалкую жизнь. И если она окажется в безопасности и окажется подальше отсюда, я разберусь с тем, что будет потом.

– Вам двоим я позволю. Но не Сину. Он нестабилен, опасен и убийца. Я не позволю ему вернуться в королевство и продолжать убивать, потому что такой фейри не исправится. Его разум извращен. У него нет совести. Его нельзя оправдать.

– Ладно, – неохотно согласился Роари, хотя его челюсть щелкала, словно он не был рад этому, да и Шэдоубрук, похоже, не был в этом уверен.

– Слушай, я знаю, что он не в себе, но я искренне думаю, что он хочет как лучше, – попытался Волк.

– Как лучше? – Я фыркнул. – Он вернул магию каждому психу в этом месте. Как ты думаешь, сколько убийств произойдет до прибытия ФБР? Сколько заключенных умрет из-за того, что он настолько безрассуден, что не может думать дальше своих безумных прихотей?

Роари толкнул его, бросив на него умоляющий взгляд, и Итан, кивнув, медленно склонил голову.

– Хорошо. Только не Син, – пробормотал Итан, хотя ему было больно это говорить. – Но ты должен поклясться, что поможешь Розали выбраться, несмотря ни на что. – Он протянул мне руку, и я шагнул вперед, крепко сжав ее.

Может, Розали и угрожал этот Джером, как только она сбежит без Инкуба, но я едва ли сомневался, что найдется кто-то, кто сможет справиться с ней, когда она выберется отсюда и вернется к своей банде, которой правил чертов Штормовой Дракон. К тому же у нее будут партнеры, которые ее защитят. Так что это был правильный выбор.

– Клянусь, – сказал я, и магия вспыхнула между нашими ладонями, когда сделка была заключена.

Я взглянул на Гастингса, который наблюдал за мной, и, выдернув свою руку из руки Шэдоубрука, распустил заглушающий пузырь. Я подошел к нему, чтобы сесть, и он немного нервно взглянул на меня.

– Ты ведь не бросишь меня, правда? – спросил он низким голосом.

– Не брошу, – пообещал я, хмуро глядя на парня и желая, чтобы ему не пришлось проходить через все это дерьмо. Похоже, это оставит на нем шрам или два, которые, возможно, никогда не заживут. – Я просто хочу, чтобы мы выбрались отсюда без ножа в спине, – сказал я, и он кивнул, похоже, почувствовав облегчение. Это тоже не было ложью, потому что я прямо сказал Итану и Роари, что не хочу, чтобы они выбирались отсюда, так что они могли в любой момент ополчиться на меня. Если бы их не сдерживала Розали, я бы уже давно был мертв, но сейчас ее здесь не было, так что ничто не мешало им напасть на меня или Гастингса. Хотя, оглянувшись на них, я не увидел в их глазах никаких убийственных намерений. Они просто разговаривали между собой, их слова были скрыты от меня в заглушающем пузыре, и хотя мне это не нравилось, я ничего не мог с этим поделать.

– Когда я выберусь отсюда, я собираюсь посетить Саншайн-Бей, – решительно кивнул Гастингс. – Я всегда хотел там побывать. Как думаешь, мы получим большую компенсацию за это дерьмо?

– Не знаю, – пробормотал я, не желая упоминать о расследовании, которое обязательно произойдет, как только Даркмор снова окажется под замком. ФБР будет искать, кого бы обвинить и опозорить за этот беспорядок. И Начальнице тюрьмы придется переложить на кого-то ответственность, если она хочет сохранить свою работу здесь.

– В любом случае это не имеет значения, у меня есть кое-какие сбережения. Я могу позволить себе перелет туда, а потом просто сниму какое-нибудь дешевое жилье, – сказал Гастингс и я неловко похлопал его по руке. – Хочешь поехать со мной? – спросил он с надеждой в глазах, и я прочистил горло, понимая, что не могу на это решиться. Я не знал, что произойдет, когда я помогу Розали и ее партнерам выбраться отсюда, но у меня было ощущение, что это может просто обернуться против меня.

– Да, – все равно сказал я, потому что не хотел, чтобы он чувствовал себя еще более дерьмово, чем сейчас. – Мне бы этого хотелось, Джек.

Он улыбнулся и, кажется, расслабился, и я сделал долгий вдох, прислонившись спиной к стене и стараясь не обращать внимания на Планжера, который продолжал растягиваться и демонстрировать слишком много своей голой задницы.

Мысли о Розали переполняли меня, как это всегда ощущалось в эти дни, и все, о чем я мог думать, это то, что она была ошибкой, которую я не мог перестать совершать. И я даже не мог больше об этом сожалеть.

Я только начал расслабляться, когда воздух пронзил сигнал тревоги, заполнив всю тюрьму, он был похож на вой сирены бомбардировки. Я вскочил на ноги в мгновение ока, паника разорвала мою грудь в клочья.

Я понял, что означает этот звук, еще до того, как рокочущий мужской голос, донесшийся до нас с помощью волшебства, объяснил его.

– Это агент Карвер. Тюрьма Даркмор теперь находится под юрисдикцией ФБР. Всем заключенным приказано встать на колени и оставаться на месте с руками за головой в ожидании задержания. Любой заключенный, который останется на ногах, когда к нему подойдут, будет убит на месте.

– Блядь! – прорычал Роари, когда Итан запустил руку в свои волосы.

– Они рано, – прохрипел Гастингс с надеждой, но это было полной противоположностью моим ощущениям. Это была худшая участь, которая могла нас постигнуть. Мы официально не успевали.

Я подбежал к двери и распахнул ее настежь, а Итан и Роари пристроились по обе стороны от меня, и мы все выглянули наружу, заметив агентов ФБР в черных комбинезонах, мчащихся по лестнице в дальнем конце коридора.

– Нам нужно шевелить задницами, – шипел Планжер.

Роари толкнул дверь, его лицо побледнело, а в чертах проступила паника.

– Роза, – прохрипел он, и я в который раз убедился, что чувствую себя точно так же, как он и Шэдоубрук.

Потому что Розали была в тюрьме, и ее последний план только что оказался в полном дерьме. Так что же, черт возьми, нам делать?

Глава 29

Розали

Мы с Сином смотрели друг на друга дикими, полными паники глазами, стоя в лифте под Двором Ордена. Звук мчащегося к нам ФБР, крики заключенных и паника наполнили воздух, и страх охватил меня.

Почему именно сейчас? Почему именно сейчас, когда мы собирались закончить это дело, нам так не везло все это проклятое звездами время?

У нас был еще день, чтобы сбежать отсюда до появления ФБР – я полагалась на это, как на непреложный факт. Но теперь я поняла, насколько это было охренительно глупо. На протоколы и планы, разработанные для теоретических ситуаций, нельзя было полагаться в такой нестабильной обстановке, как эта. Охранники спустились вниз, чтобы попытаться вернуть нас под контроль, и обнаружили, что мы ждем их там, где не имеем права находиться. Мы дали им отпор, и они были вынуждены создать барьер, чтобы сдержать нас, – неудивительно, что ФБР решило вмешаться. Я должна была это предвидеть, черт возьми.

– Нам пиздец? – спросил Син. – Выебаны в задницу шоколадным мороженым с посыпкой сверху?

– Нет, – вздохнула я, но все внутри меня кричало «да». – Мы можем… мы просто должны… Я поняла. – Я щелкнула пальцами, и Син вздрогнул, словно в моих руках был ответ на все вопросы, которые когда-либо задавались.

– Я использую свой лунный дар, чтобы спрятаться, а ты должен переместиться в форму Крошки Тима, чтобы я могла нести тебя.

– Джо-точка-G? – возбужденно спросил Син, подпрыгивая на носочках.

– Да. Оно самое. Поторопись.

Стук сапог и крики заключенных приближались, и мое сердце заколотилось от страха, когда я призвала луну защитить меня и почувствовала, как мое тело исчезает из видимости.

– Поймай меня, дикарка, – возбужденно крикнул Син, прыгая ко мне с вытянутыми руками и превращаясь в воздухе в крошечную обнаженную версию самого себя с маленьким Ч, качающимся между его бедер.

Он шлепнулся о мою щеку, затем оттолкнулся от моего лица и схватил меня за волосы, прокричав триумфальный возглас прямо в мое левое ухо.

– Держитесь крепче, – вздохнула я, создавая вокруг нас заглушающий пузырь, и открыла двери лифта, а затем взлетела по лестнице так быстро, как только могла.

Заключенные неслись к нам, крича в панике, и мне приходилось уворачиваться от них, пока они меня не видели.

Мы промчались вниз по одному лестничному пролету, затем по другому и еще одному, прежде чем я резко затормозила над группой фейри, которые пинали и топтали заключенного, пытавшегося на земле защитить голову от их ударов на земле.

– Последнее убийство перед тем, как нас уничтожат! – с энтузиазмом воскликнула Искорка, подгоняя свое стадо, которое скулило и фыркало от яростного возбуждения.

Они загораживали всю лестницу, и я не могла рисковать, проходя мимо, натолкнуться на кого-нибудь из них – вдруг кто-нибудь начнет кричать, что по коридорам бегают невидимые фейри. ФБР не могло нас настичь. Нам нужно было любое преимущество, чтобы осуществить этот план до того, как они успеют снова запереть эту тюрьму.

– Засунь меня ей в рот! – прокричал мне в ухо писклявый голосок, и я нахмурилась, выдергивая Сина из волос, чтобы посмотреть на него.

– В рот? – прошипела я, желая остаться незамеченной, несмотря на свой заглушающий пузырь.

– Ага. Я справлюсь, дикарка. Верь мне. – Син подмигнул, и я чуть было не швырнула его в противоположную сторону, но, поборов сомнения, развернула прицел в сторону Искорки и, когда она широко открыла свой лошадиный рот, чтобы поскулить, я бросила маленькое голое тело Сина прямо ей между губ.

Когда он полетел к ней, раздался истошный крик «Джеронимо!», а Искорка вдруг сложилась вдвое, задыхаясь и кашляя, а затем выпрямилась и с отвращением оглядела свой табун.

– Кажется, я только что проглотила жука, – сказала она за полсекунды до того, как все ее тело взорвалось, и кровавая смесь с радужными блестками забрызгала стены и всех членов ее банды.

На месте Искорки стоял Син Уайлдер в полный рост, весь в крови и с голой задницей, положив руки на бедра, а все члены банды в ужасе смотрели на него.

– Бу, – резко сказал он, и все Пегасы испуганно заржали, повернулись и с криками ужаса помчались прочь.

Я потрясенно смотрела на Сина: фейри, которого они избивали до полусмерти, отполз в угол и заложил руки за голову в ожидании ФБР.

– Спасибо, – вздохнул он, хотя выглядел так, будто не был уверен, что это правильные слова.

– Некогда стоять на месте, котенок, – позвал Син. – Поймай меня и пойдем, мать твою!

Он прыгнул в мою сторону, снова перекинувшись в Джо-точку-G и заставив меня рвануться вперед, чтобы поймать его прежде, чем он успеет упасть на пол. Я заправила его в майку и снова начала бежать, пока он хихикал в моем декольте, преодолевая по две ступеньки за раз, пока я мчалась вниз к камере Белориана.

Когда мы достигли пятого этажа, я остановилась, и мои внутренности сжались от страха: целый взвод агентов ФБР поднимался по лестнице плечом к плечу, в их руках потрескивала магия, а на поясах висели готовые наручники.

Я застыла на месте, оглядываясь на лестницу и размышляя, стоит ли мне спрятаться, пока они не пройдут мимо, но яростный рев заставил меня обернуться, прежде чем я успела принять решение.

– Найджел! – взволнованно позвал Син своим крошечным голоском за полсекунды до того, как огромный Вампир, которого я выпустила из изолятора, выскочил из-за угла и врезался во взвод агентов ФБР.

Вампир проложил сквозь них путь и бросился вниз по лестнице, когда половина агентов с криками испуга и брызгами крови упала на свои задницы. Среди них было по меньшей мере четыре трупа с вырванными глотками, и я поблагодарила звезды за то, что этот парень был на нашей стороне, прежде чем отправиться по проложенному им пути через агентов.

– Мне казалось, ты говорил, что того парня из Психушки звали не Найджел, – шипела я на Сина, пока бежала.

– Все люди – Найджелы, если я не могу вспомнить их имя, котенок, ага.

– Это не так, – ответила я, вырвалась за агентов и помчалась вниз по лестнице еще быстрее, чем раньше.

– Конечно, это так. Настоящих Найджелов не существует, секс-бомбочка. Это всего лишь миф, в который правительство хочет, чтобы мы все поверили. Это чертов заговор, и я отказываюсь в него верить.

Я открыла рот, чтобы подвергнуть сомнению эту логику, но потом решила забыть об этом. Нам нужно было сосредоточиться на том, чтобы выбраться отсюда, а не на реальном или мифологическом существовании Найджелов в мире. Тем более что я точно знала, что настоящее имя Пудинга – Найджел.

Я добралась до седьмого этажа как раз в тот момент, когда еще несколько агентов ФБР начали подниматься по лестнице, и я выскочила в коридор, поблагодарив, что никто из них не потрудился направиться сюда, и помчалась к клетке Белориана в дальнем конце коридора.

Я распахнула дверь, как только оказалась внутри, отпустила свои лунные дары и снова появилась между нашей группой, заметив среди них Пудинга и моих Волков.

– Вы добрались! – облегченно вздохнула я, а Роари и Итан схватили меня и зажали между собой.

– А где Син? – спросил Итан, и в ответ на его вопрос раздалось хихиканье, когда я почувствовала, как Син вылез из моего декольте.

Он отпрыгнул от нас и вернулся к нормальному размеру, ухмыляясь от уха до уха, положив кулаки на бедра и стоя во весь рост, перемазанный кровью и блестками с ног до головы.

– Я здесь, малыш, но мне придется залезть в твою задницу позже, потому что сначала нам нужно выбраться из тюрьмы!

Глава 30

Син

Мое приподнятое настроение сменилось грустью, когда мы все направились к лестнице, а Розали прокралась вперед, используя свои способности невидимости, чтобы убедиться, что путь свободен. Ведь за последние несколько дней произошла настоящая трагедия. Я не знал, как исправить ситуацию. Точнее, я знал как, просто еще не разобрался с тем, что и когда.

Печально было то, что Итану уже слишком давно не засовывали ничего в задницу. И, уменьшившись до размеров Джо-точки-G и издеваясь над ним, я вспомнил о тех играх, в которые мы когда-то играли вместе. Смех, борьба, соглашающийся блеск в его глазах, когда он понимал, что слива Неверкот войдет в его анус, хочет он этого или нет. Это была наша фишка. Мы с ним сблизились, но из-за всех этих разборок и смерти, надвигающейся на нас со всех сторон, не было времени на развлечения с предметами в заднице. У меня даже не было предмета на примете. Может быть, лимон, но зачем? Если ему не нужно было засовывать его себе в задницу, то в чем тогда была игра? Страх быть пойманным? Неловкая походка, когда он проходил мимо охранника? Если бы мы сбежали из Даркмора, эта игра перестала бы существовать.

– Син, – прорычал Итан мне на ухо.

– Тебе нужно двигаться.

– Хорошо, – вздохнул я, пошатываясь, когда он толкнул меня.

Розали сшила мне маленькие боксеры с листочками, чтобы прикрыть мой член, и я должен был сказать, что они сидели как влитые. Я был готов изменить свой образ жизни и перейти только на боксеры из листьев, потому что эти были как шелковистое голубиное крыло, обернутое вокруг моего члена.

– Сейчас, засранец, – прорычал он, и я понял, что остальные уже бегут по лестнице вслед за Розали.

Я взял его за руку, переплетя свои пальцы с его.

– Ты ждал меня, человек-тень.

– Ну да, ты же один из нас, – сказал он, пожав плечами,

– Правда? – спросил я, оживляясь, как цыпленок, к которому в дверь постучалась лиса.

– Конечно. Но послушай, чувак. – Итан выдернул свою руку из моей, посмотрел на остальных членов группы и быстро создал вокруг нас с ним заглушающий пузырь, чтобы сохранить то, что он хотел сказать, в тайне.

– Берегись Кейна. Он не хочет позволить тебе сбежать, потому что думает, что ты убьешь кучу людей, как только окажешься на свободе.

– И это… плохо? – спросил я, изогнув бровь.

Итан провел рукой по лицу и вздохнул.

– Да, чувак, это не идеально. То есть мы все знаем, что время от времени это нужно делать, но я думаю, что то, как ты явно наслаждаешься кровопролитием, просто выводит его из себя – сейчас ты весь в крови и все такое, так что это как бы подтверждает его точку зрения.

– Это сверкающая кровь, – заметил я, и он захихикал, а затем использовал магию воды, чтобы смыть ее с меня.

– Вот. Теперь ты выглядишь менее… безумным. В любом случае, не волнуйся, мы с Роари тебя прикроем. Просто будь готов сдвинуться, спрятаться или сделать что-то еще, когда придет время, потому что он планирует остановить тебя. Я просто предупреждаю тебя.

Они меня прикроют? О, вау. Ничего себе. Они любили меня.

Я закрыл глаза и наклонился для поцелуя, но запнулся и открыл их снова, когда ничего не обнаружил и заметил Итана, уходящего вслед за остальными. Я снова схватил его за руку, догоняя, и подумал, не самое ли подходящее время, чтобы попрыгать, но он, похоже, не был заинтересован.

Он выдернул руку, толкнул меня, и мы вместе побежали вниз по лестнице. Розали теперь не была невидимой, она шла впереди группы, и я начал думать о том, каково это – трахать ее, пока она невидима. Увижу ли я свой собственный член внутри нее? Это было бы похоже на трах с призраком. Черт возьми, почему никто раньше не фантазировал о том, чтобы трахнуть призрака? Я тоже мог бы стать невидимым, если бы они это сделали. Придется постараться, чтобы это стало чьей-то новой излюбленной фантазией.

– Итан, – прошипел я.

– Что? – гаркнул он.

– Было бы круто трахнуть Розали, пока она невидима?

– Не время, ты, идиот, – огрызнулся он, кажется, чем-то взволнованный. Конечно, ФБР были здесь, и, конечно, за каждым углом таилась верная гибель, но, когда жизнь преподносит тебе опасные лимоны, ты должен сделать из них лимонад. И я знал в этом толк. По всей тюрьме у меня были припрятаны лимоны на все случаи жизни. В основном для случаев, связанных с Белорианом, но драка с охранниками доказала, что лимон может быть, как смертоносным оружием, так и сочным другом.

– Когда я выберусь отсюда, то посажу лимонное дерево и назову его Большой Бел в честь моего погибшего друга.

– Какого друга? – спросил он в замешательстве.

– Не смеши меня, человек-тень, ты прекрасно знаешь, о ком я говорю. Мы все с ним попрощались. – Глупый человек-тень.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – разочарованно произнес он.

– Может, заткнетесь? – Кейн зыркнул на нас через плечо, и я драматично закатил глаза.

– Мейсон такой угрюмый, – шепнул я Итану.

– Не смей называть меня Мейсоном, заключенный, – огрызнулся он.

– Шшш, – шипела Розали, подзывая нас поближе к себе, и я почувствовал, как вокруг нас, когда мы сгруппировались, образовался заглушающий пузырь.

– Пришло время использовать картофель, мэм? – спросил Планжер.

– Нет, – прорычала она, прижав палец к губам, и ее Оборотни слегка заскулили, прижавшись друг к другу.

Пудинг хрустнул костяшками пальцев, и я обратил внимание на баночку пудинга, спрятанную в его кармане. Она выглядела нераспечатанной. Я облизнул губы, внезапно проголодавшись и отчаянно желая отведать пудинга, и подошел поближе.

– Какие-то проблемы, гончая? – спросил Пудинг своим рокочущим голосом, когда я подкрался к нему.

– Мое лунное чутье пытается мне что-то сказать, – вздохнула она, затем закрыла глаза, как будто в таинственной обстановке, и я сунул пальцы в карман Пудинга.

– Что такое, Роза? – обеспокоенно спросил Роари, придвигаясь к ней, но она не ответила.

Пальцы Пудинга сомкнулись на моем запястье, и я зарычал от досады, когда он толкнул мою руку снова к животу.

– Не бери мой пудинг, Инкуб. Это мой победный пудинг, когда все закончится.

– Ну, может, я хочу победный пудинг, ты когда-нибудь думал об этом? – Я зарычал, снова потянувшись к нему, но он отбросил мою руку, одарив меня неприязненным взглядом.

– Тогда тебе следовало принести свой собственный, – просто сказал он. В этом он был прав. Но я тоже мог бы быть прав, если бы нашел острую палку и ткнул ею в него.

– Син, – огрызнулся Итан, беря меня за руку и увлекая за собой.

– У него пудинг, – шипел я на него.

– Сейчас это не самое главное, – предупредил Итан. – Просто сиди тихо и жди, пока Розали скажет нам, что делать.

Я усмехнулся ему, смеясь все сильнее и сильнее, пока не зашелся от хохота. Он был таким подкаблучником, держу пари, что у него были следы от ударов на заднице. О-о, я тоже хочу это попробовать. Обожаю доминировать над Альфой.

– Может, заткнешь его? – простонал Роари.

Кейн бросился ко мне, зажал мне рот рукой и заглянул в глаза.

– Хватит, – предупредил он, и Гастингс посмотрел на меня через плечо с выражением, которое говорило о том, что он поддержит своего дружка-охранника, если до этого дойдет. О, смотрите-ка, охранники собрались, как группа веселых ворон. Может быть, он попытается помешать мне сбежать отсюда, но они никогда не поймают меня: я был хитрым ниндзя, а у них не было и половины моих навыков.

Розали вынырнула из задумчивости и рывком головы скомандовала, все быстрее и быстрее спускаясь по лестнице.

– Быстрее, – рявкнула она, и Бретт, Сонни и Эсме с готовностью кинулись за ней. Бретт и Сонни продолжали ободряюще поглаживать друг друга по рукам, обмениваясь испуганными взглядами, пока мы все бежали трусцой за нашей королевой Альфа. Между ними было много похоти, и это помогало разжигать мою магию, как маленький члено-огонь, горящий внутри меня.

Мы добрались до восьмого уровня, и Розали поманила нас за собой. Мы пробежали мимо коридора, и я бросил взгляд вниз, заметив там трех агентов ФБР, которые задерживали нескольких заключенных. Один из заключенных поднялся на ноги, с криком выпустил взрыв воздушной магии, и агент ФБР снес его огненным пламенем, парень кричал и визжал, пока его убивали.

Трахни рогоносца в задницу. Давайте убираться отсюда к чертовой матери.

Мы помчались на девятый уровень, и Розали прокричала предупреждение, став невидимой за полсекунды до того, как агент ФБР вышел в коридор.

– На колени! – закричала моя дикарка, выпустив заглушающий пузырь, и мы все, пошатываясь, опустились на пол на лестнице.

Агент не стал стрелять, доставая с пояса рацию.

– Требуется прикрытие на девятом уровне.

Он направился к нам, его темные глаза перебегали с одного на другого, он хмурился, в его глазах не было и следа страха перед таким количеством опасных заключенных с их магией.

– Я охранник! – проговорил Гастингс, и агент нахмурился, глядя на него в своем оранжевом комбинезоне, но у него было такое серьезное лицо, и я решил, что оно довольно убедительно.

– Хорошо. Иди сюда, я просканирую тебя, чтобы проверить твою личность, а затем ты сможешь помочь с задержанными. Только дернись – и ты труп.

– Конечно. Офицер Кейн тоже со мной, – сказал Гастингс, указывая на него. – Мы должны были скрыть себя под видом заключенных.

– Очень хорошо. Поднимайтесь, – пригласил их агент, и я наблюдал, как двое охранников направились к мужчине, размышляя, не раздвинут ли они нас пошире и не трахнут ли теперь, когда у них появился шанс. Впрочем, я бы нырнул на поезд смерти еще до того, как это случится.

Я пытался разглядеть Розали, хотя она была невидима, но если кто-то и мог ее увидеть, то это точно был я. Я прищурился, пытаясь использовать свои радиоактивные способности, чтобы найти ее.

Нашел. Она вон там, у той трещины в стене. Ага. Эй, дикарка. Я тебя вижу. Тебе это нравится? Не хочешь раздеться для меня, секс-бомбочка? Клянусь звездами, сиськи у тебя классные. Но сейчас не время. Что ты сейчас делаешь? Ласкаешь себя для меня? Розали, грязная девчонка, тебе нужно сосредоточиться. У нас проблемы, детка. О, нахуй все это, ладно.

Я засунул руку в комбинезон, мой член был твердым и готовым к ее приходу, как всегда.

– Син, – прорычал Роари рядом со мной. – Какого хера ты делаешь?

Я подмигнул в щель на стене, где находилась Розали, не обращая внимания на Львиную пушинку и поглаживая свою толстую длину.

По радиосвязи дальше по лестнице передавали, что подкрепление ФБР направляется сюда, и я стал работать членом быстрее, зная, что у нас мало времени. Розали, ты просто мерзкий грязный Оборотень. Ты хочешь этого? Да, хочешь. Ты всегда этого хочешь.

Розали появилась прямо за спиной агента ФБР, не в районе трещины – надо же, как она быстро двигается – и обвила его рот толстой лианой, чтобы заткнуть ему рот, а также закрыла ему глаза листьями. Я судорожно сжал пальцы, вырывая воздух из его легких, хотя технически это было как не-фейри, и технически я был плохим мальчиком из-за этого. Но Розали нравилось, что я плохой мальчик.

Розали связала агенту руки, чтобы сдержать его магию, а Кейн толкнул его на землю, когда моя девушка жестом приказала нам бежать.

– О, мои звезды, – выругался Гастингс, когда мы все вскочили на ноги и бросились бежать.

– Стоять! – раздался сзади громкий голос, и я отпустил свой член, повернув голову и увидев пятерых агентов, мчавшихся за нами.

– Я охранник! – крикнул Гастингс, но эта компания явно ему не поверила: они заметили своего маленького приятеля, связанного на земле, и выстрелили Гастингсу в голову огненным шаром. Он испуганно пискнул, увернувшись, и Кейн толкнул его, чтобы он бежал к остальным, так как все они открыли огонь.

Стена разлетелась на куски, мы бежали по винтовой лестнице так быстро, как только могли, и я поставил за нами воздушный щит, чтобы замедлить их. Остальные делали то же самое, создавая позади нас столько препятствий, сколько могли, чтобы задержать их, но агенты были очень сильны, и у нас не было времени стоять на месте и создавать что-то более мощное, чтобы задержать их.

До нас донесся звук разрывающейся на части магии, и Эсме испуганно вскрикнула, когда над головой пронесся огненный шар и стена над ней взорвалась.

Обломки посыпались вниз, я прыгнул вперед, но Бретт и Сонни вместе с Итаном упали на землю.

Я вцепился в руку Итана и со всей силы дернул его вверх и в сторону от обломков, когда позади нас появились агенты.

Бретт и Сонни тоже попытались встать, и я использовал магию воздуха, чтобы начать разгребать завалы, удерживавшие их.

Но пока я пытался освободить их, Пудингу ударило в спину струей воды, когда он спускался по ступенькам, и он столкнулся со мной, так что мы все начали падать, запутавшись в конечностях. Я держался за Итана, пока падал, и был уверен, что он со мной при каждом ударе о бетонную лестницу. Я не отпущу тебя, маринованный огурчик. Просто катайся на мне, как на пони.

– Бретт! – закричал Сонни, прежде чем огонь поглотил их в пылающем инферно, охватившем всю лестницу и заполнившем ее, пока оно неслось к нам, как неудержимый зверь.

Я вскинул руки, и воздушная магия вырвалась из них стеной, которая погасила пламя прежде, чем оно успело коснуться нас. Розали издала полный отчаяния звук, оглянувшись назад и увидев, что Бретт и Сонни погибли в бушующем пламени. О, нет.

Итан похлопал меня по плечу, глядя на меня.

– Спасибо, – задыхался он. – Ты, блядь, спас меня.

– Шевелись! – рявкнул Кейн, подталкивая Розали, которая моргнула с болью в глазах, в то время как Эсме начала выть так, будто у нее болит сердце, и грусть нахлынула на меня тоже.

– Подождите. Нужно сделать баррикаду получше, чтобы у нас было время сбежать – мы не можем рисковать тем, что они увидят, куда мы идем, – сказал Итан, начиная создавать толстый ледяной барьер перед моим воздушным щитом, по которому продолжало бить пламя. Когда агенты остановят пламя и поймут, что мы не погибли в нем, они точно станут кучкой угрюмых Мэнди.

Все, кто мог помочь, поспешили назад, чтобы возвести стену, а Гастингс вцепился в волосы и с тревогой смотрел по сторонам. Сейчас он мало что мог с этим поделать. Он находился на американских горках и не мог сойти с них, пока все не закончится.

Когда Розали стояла рядом со мной и творила магию, я наклонился к ней и прижался губами к ее щеке, желая изгнать часть той боли, которую я видел в ее глазах.

– Они полагались на меня, – прорычала она.

– Это не твоя вина, – сказал я. – А если бы и была, это тоже нормально, потому что иногда мы совершаем плохие поступки, даже если не хотели этого. Но это не твоя вина, дикарка. Если уж на то пошло, то это моя вина, потому что я поднял Итана, а мог бы поднять кого-то из них, но я выбрал его, потому что он Итан, и… мне кажется, я его немного люблю. Не так, как я люблю тебя, а так, – хочу иногда пососать его член, понимаешь?