Текст книги "У Королевы любовник? (СИ)"

Автор книги: Катерина Тумас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

С ним мы должны понять, каким образом организовать переходы от одной концепции к другой, чтобы они перетекали друг в друга, логично замещая и улучшая. Или вроде того. Долго вести беседу с глашатаем не понадобилось, мужчина всё понял с первых слов – профессионал своего дела! Прямо при мне накидал несколько фраз и словооборотов, которые собирался использовать в моём представлении на приёмах, и показал, чтобы я одобрила. А я и одобрила! Не зря услугами этого глашатаего пользовалась сама бывшая Королева.

Оставив его творить дальше, я вернулась к себе, собрала совет приближённых – камеристок с фрейлинами – и обсудила с ними, на какие мероприятия мне стоит пойти в ближайшее время для того, чтобы продемонстрировать свои новые наряды. Девушки накидали список, вместе мы составили план и график их дежурства рядом со мной, а то ведь на чужие сходки являться положено строго с сопровождающими дамами в количестве не менее двух штук. Я решила такое число и оставить, больше мне не нужно.

Собственно, на сим подготовительные работы были закончены. Осталось переждать ещё дня два, чтобы “казус” на маскараде получше забылся, и в бой! Хотя тут скорее подойдёт – на подиум.

Жермиен всё это время не показывался мне на глаза и вообще никак не обнаруживал своё существование, даже писем не писал. Впрочем, мне не особо верится, что его замучила совесть, потому игнор я восприняла, как должное. Кажется, к своей жене он никаких тёплых чувств не испытывает, только физическое влечение или что-то вроде того. Потому ни прощения не попросил, ни объяснений дать не потрудился. Нет, я только рада, что он оставил меня в покое, но нам всё равно придётся пообщаться в ближайшие дни. Когда я объявлю, что… беременна. Якобы. С другой стороны… он-то итак про это как бы в курсе, может снова заигнорить.

Пока я вынуждена была маяться в своих покоях, выжидая подходящего момента, решила не терять время зря и заняться образованием в сфере магии. Так что леди Альта почти поселилась здесь вместе со мной. Она уходила только вечером, когда её сменял Эстер.

Отношения с ним… пожалуй, немного видоизменились. Стали более душевными, что ли, нежными и, главное, искренними. Не знаю, как объяснить, но мы словно на новый уровень перешли. Я как будто окунулась в море заботы и внимания, которые при этом умудряются быть не слишком навязчивыми. Хотя по сути ничего нового мы с Дорианом не делали – тренировались, разговаривали и тому подобное. И всё же я ощущала себя иначе, нас ощущала иначе. Кстати, поэтому не решилась спрашивать про то, что услышала в “Белой вуали”. Хоть это было и очевидно,но из уст самого Эстера я не хотела слышать, что у него была любовница. А то и что есть. правда уж в этом я имела наглость сильно сомневаться. Или тешить себя иллюзиями, даже не знаю…

Но вот, наконец, наступил день первого выхода в свет. Для такого знаменательного события мы выбрали нечто вроде художественной выставки молодого ранецианского художника и скульптора, куда были приглашены многие влиятельные люди. Проходила она, что удобно, прямо во Дворце, ибо творец этот был ещё и придворным.

С первым платьем решено было не мудрствовать. В конце концов, я уже положила начало становлению иконой стиля, когда явилась на бал в честь фрейлин с лентами, летящими над одеждой при помощи магии. Нужно было только закрепить эту концепцию. К тому же некоторые придворные дамы уже её переняли. Пока несмело, но всё ещё впереди.

Выставка прошла успешно, на меня обращали внимания чуть ли не больше, чем на работы художника. Чтобы его не обидеть, я всё время активно восхищалась его творчеством, активно вплетая в свою речь разнообразную терминологию, которую выуживала из головы Сиенны. Да, младшая принцесса была вполне образована в плане искусства, матушка Валенсия постаралась.

На следующем приёме стало очевидно, что летящие ленты пришлись придворным модницам по вкусу. Тогда я поняла, что пора снова навестить подконтрольных мне модельеров и убедить их пойти на новую авантюру. Впрочем, в этот раз негатив от неё пусть и будет, но не такой явный, так что их репутациям ничто не грозит.

Некоторые из модельеров позволили себе высказать неудовольствие тем, что произошло на маскараде. Но так как я прямо не велела откровенно вредить их клиенткам, а лишь давала своего рода советы-указания, кому что использовать при создании нарядов, более похожие, правда, на приказы… прикопаться всё равно было особо не к чему. Я сыграла невинную овечку, которая только хотела, как лучше, чем и отбрехалась. Не везде прокатило, в паре случаев пришлось извиваться подобно ужу на сковородке, лавируя между аргументами, дабы убедить модельеров в том, что я не знала точно о том, каким будет эффект. В целом я могла бы просто приказать. Они бы исполнили, так как присягнули мне на магии, но, во-первых, хотелось сохранить иллюзию добродетельной Королевы, которая, правда, может ошибаться… а во-вторых, для меня это стало делом чести – не спалиться.

В итоге я убедила модельеров, что следовать за стильными тенденциями, которые привносит в придворную моду ажно Королева – это важно и нужно, а ещё очень правильно. Так что могла рассчитывать, что они станут рекомендовать мои концепции своим клиентам.

Первая смена направления произошла через два дня на третий. Вместо летающих лент на мне появились настоящие птичьи перья. Глашатай при моём появлении в театре красиво свёл всё к тому, что настоящий полёт возможен только у птиц, а ленты на магии, мол, в данном случае выглядят, как костыль. Он выбрал какой-то местный словооборот, но смысл был такой. Придворные дамы неожиданно резво прониклись этой идеей и сразу принялись повторять, снаряжая свои платья разнообразными пёрышками и пухом. Те, кому это было по карману или под силу, пускали перья летать, как это делала я. Признаться, мне результат понравился. Наряды стали более интересные, чем раньше, глаз радовался при взгляде на придворную массу.

Далее я “вдруг” вспомнила, что небо принадлежит далеко не только пернатым созданиям, есть ведь ещё и насекомые! После этого в мой гардероб пришли волшебные полупрозрачные накидки с прожилками, напоминающие парящие в воздухе крылья стрекоз, а также яркие цветастые, похожие на бабочек. Затем мне резко “надоело” использовать полётную тему, и я переключилась на более приземлённых животных, введя в обиход оторочку из меха, меховые воротники, повязки и прочее-прочее.

Обоснование очередной смены стиля было про банальность и слишком очевидные ассоциации. Так что те дамы, которые не поспевали за новомодными тенденциями, оказывались предметом обсуждений в кулуарах, им в спину хихикали и тыкали пальцем. Я позаботилась, чтобы такое поведение во Дворце приветствовалось, при помощи сначала камеристок и фрейлин, а затем и их доверенных дам. Также и сама не брезговала. А учитывая, что придворные в целом были склонны к тому, чтобы сплетничать, пускать слухи и опускать других придворных, им подобная линия поведения быстро пришлась по вкусу.

– Ваше Величество, можем мы поговорить? – явилась ко мне однажды вечером баронесса Ванаадо. Вид у неё был расстроенный.

– Конечно, что-то случилось?

– Я… – присев на краешек стула напротив, она замялась и стала комкать в руках кружевной платочек. – Надеюсь, вы не обидитесь на меня, но я бы хотела сказать прямо.

– Не обижусь, – кивнув, ответила ей. – Я ценю прямоту и честность, вы же знаете.

– Меня смущает линия вашего поведения в последнее время, – собравшись с духом, на одном дыхании выдала Ванаадо и осторожно взглянула на меня, ожидая реакции.

– Чем? – мягко поинтересовалась я.

– Перед присягой вам на верность, был разговор. Вы уверяли, что хотите изменить ситуацию во Дворце к лучшему. Возможно, я вас не так поняла, но мне казалось, что речь совсем не о том, чтобы поощрять сплетни… Ваши действия лишь развращают придворных. Вы так не считаете?

– Хм, – я откинулась на спинку кресла. – Знаете, баронесса, думаю, я не развращаю их более, чем они были развращены до того. Сейчас я лишь спекулирую на привычном. Зачем мне это надо, если цель иная? В том же разговоре я упоминала, что на данный момент не имею достаточно веса, репутации, чтобы что-то менять.

– Хотите сказать, таким образом вы её набираете?

– Да, мне нужно стать своей в их окружении, продемонстрировать по сути те же качества. Поэтому и сама я не гнушаюсь посплетничать и высмеять кого-то. Меня считают мелкой сошкой, хоть я и ношу корону, потому для завоевания места в верхушке иерархии, мне требуется проявлять некую агрессивность. Она важнее силы. Бесстрашие в конфликтах поднимает человека в глазах окружающих. Поэтому я говорю своё мнение о людях прямо им в лицо, а не только и не столько за спиной.

– Да, я заметила, это как раз мне нравится. Более искренне, чем шушукаться, стоит человеку отвернуться, – согласилась Ванаадо, а я продолжила свой для неё урок о том, как стать альфой в человеческом обществе.

– При этом я стараюсь быть умеренно вежливой, не переходить на личности, а осуждать только выбор наряда. Плюс следую нормам приличий, не перегибая полку. Знание правил поведения и их соблюдение – ещё один столп успешного подъёма на вершину. Приходится лавировать между тем, чтобы прослыть склочницей и очень воспитанной дамой. Но это не всё.

Глава 29

Дальше я, вдохновившись тем, что баронесса слушала очень внимательно, изложила ей и остальные пункты. Например, что очень важна компетентность в вопросах, которых касаются в разговорах в выбранном обществе, но на самом деле не обязательно быть очень умным человеком, достаточно дружить с умными и опытными, перенимая их точку зрения, орудуя теми фактами, которые высказывают они.

И да, очень важно не идти на вершину одному, нужно объединяться. Как раз с этими умными и опытными соратниками лучше всего. В моём случае камеристками, фрейлинами, Клодом и глашатаем – вот опора, на которую я рассчитываю. Да, даже болтушки фрейлины подходят, они имеют богатый опыт плетения интриг и прекрасно справляются с тем, чтобы придворные, которые с ними общаются, в скором времени вели себя именно так и говорили именно то, что мне нужно.

Какие ещё моменты нужно знать, чтобы стать альфой? Завоёвывай или покупай лояльность. Этим я занялась уже давно, начиная с самих камеристок и продолжая модельерами. Частично завоевала своими взглядами (камеристок), частично купила возможностями (модельеров). Но я при этом неизменно хорошо отношусь ко всем своим последователям, если так их можно назвать, всегда выслушиваю и обосновываю, уважаю и даже своего рода люблю. Таким должен быть настоящий, сильный лидер.

Последнее, но не менее важное – оригинальность. Тут уж я развернулась по полной! Люди любят подражать смелым идеям. Сами они обычно не готовы идти впереди планеты всей, а вот шагать по проторенной дорожке – это завсегда пожалуйста. Причём лучше, если идти по не будет интересно, а не пресно, как говорится.

Есть ещё аспект, который у меня совсем не реализован по понятным причинам, но я должна его упомянуть, чтобы осветить вопрос альфачества полность. Высокая сексуальная активность и востребованность в этом плане у противоположного пола. Ну, классический момент. Все всегда хотят альфу в свою постель, не важно, мужчина это или женщина. Про этот аспект я баронессе не говорила, уж больно она нежная дама. Да и в рамках местного общества такое поведение подходит разве что мужчинам и то часто осуждается.

– И что вы будете делать со всем этим? – спросила в конце Ванаадо. – Получите нужный вес, завоюете себе толпу поклонников, которые будут повторять за вами… Уже завоевали даже! По словам Бекки и Эллы ваша репутацию на очень высоком уровне. Придворные, особенно некоторые, чуть ли не в рот вам смотрят. Герцогиня Хольтер и графиня Вермон по своим каналам это подтверждают. Что же дальше?

– Уже? – обрадовалась я. – Отлично, дела идут быстрее, чем я рассчитывала. А дальше… Дальше я начну прививать правильные ценности. Но потихоньку. Такие вещи как раз быстро не делаются, чтобы не вызвать отторжения. И первым делом возьмусь за то, чем завоевала свою репутацию – за моду!

Этим же вечером я снова собрала общий совет фрейлин и камеристок, чтобы точно убедиться в словах баронессы. И да, всё так, придворным, похоже, не хватало того, за кем можно повторять, своеобразного идола. Удивительно, но “казус” на бале-маскараде не сказался негативно на моём имидже, даже наоборот – улучшил его.

– Все заметили, что вы тоже были в наряде из той необычной ткани. Ваши ножки также просвечивали, хоть и выглядело это значительно менее развратно. Но факт есть факт, – объяснила мне маркиза Анри. – Именно тогда вас стали уважать. За оригинальность мышления и возможность ошибки.

– Верно, следовать за тем, кто никогда не ошибается – странно, – поддержала её графиня Вермон. – Люди хотят видеть в своём идоле себя же. А ошибаться может каждый. Но хотелось бы при этом достойно выходить из ситуации, что вам, в целом, удалось. Не ударили в грязь лицом, не побоялись извиниться и остались стоять перед всеми, не убежали.

Я поудивлялась, конечно, но приняла это, как данность. Раз маскарад пошёл мне на пользу, ну и хорошо.

– Вчера герцог Родригес увёз свою молодую жену и её мать из Дворца, – доложила герцогиня Хольтер. – Более Ламбэль вам никоим образом не угрожает. Даже исподтишка ничего сделать не сможет.

– Чудно, значит, пришла пора объявлять о моей беременности.

Далее пришлось потратить время на то, чтобы объяснить дамам, что я на самом деле не беременна, но Король уже уверен в обратном. Я просто не хочу пока его разочаровывать. И заодно сыграю на сим факте себе на пользу. Почему уверен? Ну, скажем, у него есть основания так полагать. Пришлось упомянуть, что поступил мой супруг плохо по отношению ко мне, именно поэтому я и готова спекулировать на столь нежной теме.

– Эх, – печально вздохнула баронесса, – а я уж думала, что скоро понянчу маленького принца…

– Когда-нибудь это обязательно произойдёт, но не сейчас, – ответила я, сжав её ладонь и тепло улыбнувшись.

Итак, о своём “положении” я объявила на следующий же день на приёме, организованном герцогиней Хольтер. Да, камеристки тоже таким баловались. Всё же и они являются придворными, плюс к этому на хорошем счету у Королевы, так что желающих посетить их мероприятия набиралось много, кому-то даже приходилось отказывать.

Приняв множество поздравлений, я снова вернулась к теме моды и заявила, что более не готова убивать ради нарядов бедных животных. Они ведь живые существа, а мы, цитата, “жертвуем их жизнями ради своих высокомерных прихотей, без которых вполне можно прожить”. Подобная позиция очень удачно сочеталась с беременностью. Народ проникся. Именно поэтому на смену меху и перьям пришли цветы. Ведь дети – цветы жизни! Даром что на могилах своих родителей…

Эту концепцию дворцовые модницы подхватили ещё более рьяно, чем мех. Но разница была в том, что опоздавшие, кто не успевал достаточно быстро менять гардероб, теперь подвергались прямо-таки открытому осуждению. Это же убийство животных! Таким и был мой первый шаг по улучшению самосознания придворных. Даёшь повышенное понимание ценности жизни! Может, они ещё какие-то ценности за компанию осознают. А не смогут сами, я скоро им помогу.

Однако на цветах я тоже не собиралась останавливаться. Ещё через недельку меня “осенило”, что и они ведь живые! Не так, как звери и птицы, но всё же! И с этого момента мой стиль перестал быть настолько вычурным и ярким, концентрируясь в основном на покрое, силуэте и аксесуарах, зато начал приобретать черты модных тенденций соседних и отдалённых государств.

Почему я не перешла к этому сразу? Очень просто, есть два аспекта. Требовалось засветиться неординарными решениями, чтобы повести за собой толпу – это во-первых. А во-вторых – нужно было время, чтобы придворные забыли произошедшее на маскараде. Как ни крути, пусть это и повлияло на мою репутацию позитивно, но вряд ли кто-то из них пошёл бы на повторение. А ведь та ткань тоже была заморская, что же тогда мешает какой-то очередной тенденции, веянию опять оказаться с “приколом”? Так вот, за прошедшие две с половиной недели это выветрилось из голов придворных, и остался только позитивный осадок.

Как и у меня остался осадочек от того, что сотворил Жермиен. Видимо, он это прекрасно понимал и продолжал мою персону избегать. Даже поздравил с беременностью письменно, сам зассал прийти. В письме постарался сгладить ситуацию и предложил устроить сезон балов в честь будущего наследника. На следующий день я узнала, зачем ему это было на самом деле – хотел побольнее ударить меня, обзаведшись очередной любовницей! Которую, конечно, хочет показать на балу. В честь нашего общего ребёнка.

Вечером мы сидели с камеристками и ваяли план, как от неё избавиться. И оказалось, что это на удивление просто. Ну, не умеет Жермиен выбирать себе постельные грелки, не умеет! И эта новенькая Инесса не стала исключением. Герцогиня Хольтер нашла на неё компромат меньше, чем за день. К вечерней сходке он уже был в наличии. Как и план действий.

Правда, реализовать его удалось только на следующем балу, этот мне пришлось перетерпеть, изображая святую наивность и не глядя в сторону Короля, который напропалую и совершенно не скрываясь заигрывал с грудастой рыжеволосой девушкой. На балу в честь моей беременности, повторяю. Его осудили даже самые бессовествные придворные!

Сама же Инесса веля себя более сдержанно. Её смущало столь явное внимание Жермиена. Она, будучи давно и плотно придворной дамой, помнила, что даже с Ламбэлью, которая грела постель Короля достаточно долго, он так откровенно себя не вёл. Думаю, девушка сообразила, что это всё – представление, видимо, для меня. Вот только она не знала, что скоро грядёт ещё одно представление с её участием, теперь уже для Жермиена.

Случилось всё ещё через три дня. Король решил – невиданное дело! – со своей новой фавориткой… потанцевать, чего не позволял себя, когда таковой была Ламбэль. Пошёл во все тяжкие, ага! В разгар мелодии дверь в бальный зал отворилась, и вошли двое. Никто бы не заметил их, ведь люди постоянно ходят туда-сюда, вот только одной из гостий была девочка лет семи, а такие маленькие дети балы не посещают.

Заметив Инессу, она бросилась к ней, игнорируя все нормы приличия, о которых, вероятно, и осведомлена-то не была. Впрочем, в королевских семьях этикету учат с того самого момента, как ребёнок начал говорить. Однако это в королевских…

– Мама-мама! – закричала девочка и, кинувшись к любовнице Короля, обхватила её за ноги. Жермиен опешил.

– Что происходит? – спросил он, отступив на шаг.

– Мама, я скучала, а ты скучала? – залепетала девочка, Инесса же побледнела и попыталась отцепить её от себя. – Ты так давно не приходила!

Не буду приводить весь разговор, он не был особо интересным или содержательным. Главное – девочка начала плакать, почему мама не берёт на ручки и вообще отталкивает, а Инесса настаивала на том, что это какое-то недоразумение. Тогда Жермиен позвал придворного лекаря, который при помощи магии в раз установил, что девочка – её кровная дочь. Вот только Инесса никогда не была замужем… Значит, ребёнок незаконнорожденный, а это по местным меркам очень большой грех и полнейший стыд. Ещё и королевская избранница!

Не долго думая, Жермиен решил назначить наказание. Инесса упала к нему в ноги – это прямо посреди танцпола – и умоляла о снисхождении. Видимо, в постели до Ламбэли она не дотягивала, ибо заработала аж пять плетей и изгнание из Дворца. Ну, Король хотя бы сжалился и позволил реализовать плети не прилюдно на площади, как положено в таких случаях, а приватно.

Надо отдать Инессе должное, после вынесения вердикта, она обняла дочь и стала перед ней извиняться. Да так проникновенно, что расчувствовалась не только нянечка, которая её сюда привела, но и многие присутствующие. Даже Жермиен! Наказание, правда не отменил, но пообещал, что найдёт отца ребёнка и выдаст её за него замуж, чтобы малышку узаконить. Вот только как он собирается это сделать, если тот мужчина давно и прочно женат, имеет троих детей и даже одного внука? Что ж, удачи ему.

Глава 30

К сожалению, прикол с Инессой был не последний. Похоже, Жермиену – или теневому колдуну, который им руководит – очень надо было сделать мне больно наличием у моего супруга любовницы. Поэтому Король, потеряв вторую, живенько завёл ещё одну. Но мне опять-таки повезло! В подноготной у бойкой блондинки Марселины было кое-что весьма занятное. Не настолько крутое, как внебрачный ребёнок, однако достаточное для того, чтобы отвернуть от неё Короля.

Следующий бал был через пять дней, однако Жермиен решил засветиться с новой подружкой раньше, на приёме у одного из министров, на который привёл её вместо меня. Видать, очень его прижало, раз позволил себе подобную выходку. Я не расстроилась, я просто ждала очередного гостя и очередного бала.

На этот раз гость был в зале сразу, один из знакомых Эстера привёл его якобы в качестве нового придворного. А это означало, что паренька необходимо представить Королю. Кандидаток в придворные дамы, кстати, представляли Королеве. Причём монархи могли отказать в такой милости, ведь придворным платят жалование из казны.

Когда парня подвели к Королю, Марселина, которая самым наглым образом держала его под руку, гостя не узнала. Впрочем, как и он её. После стандартного обмена любезностями, Король поинтересовался:

– Что привело вас во Дворец?

– Я услышал, что здесь живёт моя невеста, Ваше Величество. Мы заключили брачный договор десять лет назад, когда умерли её родители, поэтому я… я к сожалению уже даже не помню толком, как она выглядит, но очень хочу познакомиться вновь.

– Умерли родители? Так вы назначены её опекуном? – заинтересовался Жермиен.

– Да, хоть мне тогда уже стукнуло восемнадцать, исполнение договора отложили, ведь Марселине было только девять, – ответил парень. Я следила за лицом третьей любовницы Короля и не пропустила тот момент, когда она побледнела, как первый снег.

– Мар…селине? – выдавил Жермиен и повернулся к своей спутнице с вопросительным взглядом.

Конечно, это оказалась она. Жених, увидев, в какую красавицу выросла та кудрявая девчонка, был в полнейшем восторге, что ему досталось такое сокровище. Марселина пребывала в шоке, а Жермиен в бешенстве. И конечно этот любитель рубить с плеча вызвался обвенчать молодых прямо здесь и сейчас, раз такие пироги. Ему-то не впервой. Девушка попыталась отказаться, но Король упомянул, что брачный договор нужно исполнять в срок, а этот уже просрочен на полгода, так что стоит поспешить, пока магия не наказала.

Странно, кстати, что Марселина не получила откат. Видимо, дело в том, что её жених раньше и сам не горел желанием связывать себя узами брака. Забыл, просто-напросто. Но верные мне люди ему напомнили.

Так Жермиен лишился уже третьей любовницы подряд. Его план пошёл коту.. точнее, дракону, как тут говорят, под хвост. Что же он сделал? Вы удивитесь, но решил помириться со мной! ВРоде как. Написал очередное письмо, в котором попытался вернуть моё расположение, пригласив на прогулку. Как далее выяснилось… конную.

У меня сразу закрался червячок сомнения. В прошлый раз конная прогулка кончилась тем, что Ивушка сбросила меня в реку. Жермиен не мог про это забыть. Судя по тону письма… может мне просто показалось, но он словно намекал на то, что не сделал ничего такого уж серьёзного, взяв меня, свою жену, силой. Бывают, мол, события и пострашнее. Утопление, например.

Идея с конной прогулкой не понравилась никому. Камеристки и фрейлины полным составом были против, даже Эстер посчитал, что это ловушка.

– Уверен, так он планирует устроить тебе выкидыш, – сказал виконт. – Я знаю его логику, Жермиен предпочитает ходить проторенными дорожками. Если с лошадью получилось раз, то получится снова. Это опасно, не соглашайся.

– Значит, я просто обязана согласиться! – решила я.

– Э? – не вдуплил Эстер.

– На этот раз у меня есть магия воздуха. Я смогу себя подстраховать от любого падения. Давай на этом сыграем? Выведем его на чистую воду и свергнем! Или подставим перед теневым колдуном! Это же прекрасный шанс!

Несмотря на мои успехи в магии, Дориана пришлось некоторое время убеждать, но мы таки составили план действий. Нужно было вызвать у Жермиена бурю эмоций, чтобы он совершил фатальную ошибку. Способом было то, что я останусь целой и невредимой, а значит очередной его план потерпит крах. Расчёт был, что в связи с этим теневой колдун не захочет иметь с ним больше дел и отступит. Это отодвинет вероятное открытие портала на достаточно долгое время. А дальше дело за Орденом. Мы не были столь наивны, чтобы полагать, будто удастся полностью предотвратить это событие, но можно же бесконечно его отсрочивать. Если нет других вариантов, сойдёт и такой.

На следующий день в очередном письме от Жериена поступило предложение устроить не просто прогулку, а пикник, дабы вспомнить тот самый, что я когда-то организовала для него. А ещё через два дня пришло печальное известие. Король даже соизволил лично мне о нём поведать:

– Прибыл срочный гонец. Твой брат, Виделион… Это был несчастный случай.

После того, как я изобразила ужас, он порывался меня утешить, но я убежала в ванную и заперлась там, “рыдая”. Почему в ковычках? Так ведь Эстер за пару часов до того сообщил, что с Виделионом всё в порядке, но никто, кроме доверенных людей не в курсе, что он таки остался жив.

Пикник на удивление не отменили. В следующем письме Жермиен сказал, что прогулка поможет мне развеяться и не зацикливаться на горе. Я спорить не стала, сама пошла в капкан. На кобылку садилась с некоторым содроганием. Король заметил и приободрил меня. Вот же лицемерная скотина! Ничего, ты ещё пожалеешь! А пока давай, поехали на пикник, посмотрим, что ты там приготовил.

Путь наш лежал в соседний лесок, примерно в той стороне, где располагался землянка, спасшая когда-то нас с Эстером от переохлаждения ночью. Кстати, сам виконт снова был неподалёку, прикрывал меня.

Ехали почти час, пока не добрались до… О, да, я сразу поняла, что сейчас что-то произойдёт, стоило нам оказаться на краю глубокой расщелины. Тут же приготовила воздушную подушку и даже на всякий пожарный лассо. Оба приёма я отточила под бдительным взором леди Альты, так что была в них полностью уверена. Жермиен ехал в паре метров впереди, я на Ивушке немного отставала. Подвоха ждала в любой момент и даже не удивилась, когда из густого кустарника выглянула оскаленная волчья морда.

Ивушка, естественно, взбрыкнула, встала на дыбы и ожидаемо сбросила меня. В очередной раз. Ну, никакого воображения, фи таким быть, Жермиен, фи! Полетела я – никогда не угадаете! – прямиком в расщелину. Та оказалась даже глубже, чем мне показалось сверху, да ещё и с острыми камнями на дне. Но воздушной подушке плевать на то, что за поверхность накрывать, он срабатала идеально, я даже не поцарапалась при падении.

Не долго думая, использовала лассо, чтобы взобраться обратно наверх. Помогала себя воздушными ступеньками, а то силушки у тушки Сиенны на честное скалолазание со страховкой не хватило. Жермиена я застала лицом в кустах, он доставал оттуда макет головы волка, насаженный на спусковой механизм. Нда, занятный выбор, занятный. Ивушки нигде видно не было, а конь Короля беспокойно переминался с ноги на ногу неподалёку.

– Милый? – якобы удивлённо воскликнула я. Король аж на месте подскочил.

– Сиенна? Ты… ты в порядке?

– Да, всё хорошо. А.. что ты делаешь?

Он не ответил, вместо этого подошёл и стал меня осматривать, местами даже потрогал, чтобы убедиться, что я живая. И чем больше убеждался, тем сильнее злился.

– Как ты уцелела?! – вопросил Жермиен.

– Там был уступ… А ты что, не рад? – я наивно похлопала ресницами.

– Рад? РАД?! Чему я, бездна задери, должен быть, по-твоему, рад?! – вспылил он и принялся, грозно нависая, наступать на меня, оттесняя к краю расщелины. – Твоей поразительной живучести?!

– Ой, – я махнула рукой, делая вид, что не понимаю его настроение, – у нас весь ро живучий. Вот утром я получила известие, что Виделион в полном порядке! Мама с папой уже хотели отправляться на его похороны, резонно но передумали ехать.

– Вы… выжил?.. КАК ВЫЖИЛ?! – негодовал Король.– Да сколько ж можно!!!

На этом он не выдержал и попытался схватить меня за шею с явным намерением придушить – это читалась в его глазах. Я поняла, что если сейчас ничего не сделаю, никак себя не защищу, то это конец. Поэтому вытащила из рукава свой последний козырь – теневой клинок – и выставила его между нами, сделав шаг назад.

– Прочь! – крикнула, направляя острие Жермиену в горло. – Не тронь меня!

Он замер на мгновение, ошарашенно глядя на оружие, а затем улыбнулся улыбкой маньяка-убийцы и хмыкнул:

– Значит ты всё же была при смерти.

– Но сейчас цела и невредима, – фыркнула я. Тело Сиенны начало подводить, включился адреналин, из-за которого мои конечности и голос принялись заметно подрагивать.

– Это поправимо.

– У тебя ничего не выйдет! Сколько раз пытался – всё безрезультатно, – попыталась я убедить его отступить. Но Жермиен хищно ухмыльнулся и смело подошёл вплотную к клинку.

– Ты должна была умереть от несчастного случая или самоубийства, чтобы всё сработало, но я устал ждать. Придумаю потом что-то другое. А ты… Достала! Только мешаешь! Всё время портишь мне планы! Придётся снова замарать руки.

И тут из-за его спины появился, раздвинув растительность, Эстер:

– Не обольщайся Жермина. Ты даже самолично с убийством не способен справиться.

– Как… ты меня назвал? – Король медленно обернулся.

– Жермина, – невозмутимо повторил Дориан и достал шпагу. – Я всегда тебя так дразнил.

– Нет, так дразнился только мой брат. А он мёртв! Я лично…

– Ой ли? – перебил его виконт. Или… не виконт? Что происходит вообще?.. – Ты был знаком с Дорианом Эстером раньше. Неужто не заметил перемены в нём? Не такой уж из меня хороший актёр,ты сам постоянно про это упоминал.

– Не может быть… – охрипшим голосом проговорил Жермиен.

– Может. Просто ты не в курсе о том, что существуют техники переселения душ. Хотя нет, постойте-ка… – театрально задумался Эстер… эм, как мне его теперь называть-то? – Мы ведь вместе нашли ту книжку, которую посчитали сказками про переселенцев, помнишь? На деле она принадлежала одного теневому Ордену, и описаны в ней были совершенно реальные случаи из его практики. Наш отец вёл с этим Орденом дела, как и его отец, и его…

– Нет, нет… СКОЛЬКО МОЖНО?! – закричал Король, хватаясь за голову. – Как же так! А-а-а-а!