Текст книги "Ты – мой капкан (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)
Глава 41
Назар Грек
Не знаю, как назвать то, что со мной происходит, но факт в том, что это впервые и столь ярко заметно, что как дурак готов всё от неё хавать. Всё…
Кроме своей ревности к другому, конечно. Нет. Этого просто не вывезу, не смогу.
Если моё, то моё. И ничьё больше…
Это касается не только вещей, но и моей девушки. Я в этом плане, оказывается, просто консерватор. Хотя сам от себя подобной чухни не ожидал. Всю жизнь мне было поебать с кем там ещё тусуются тёлки, которых я трахаю. Плевать…
А тут…
Ну, другое же это. Другое. Я сам понимаю. Меня к ней, как магнитом. Будто помешался. Я и сам не знаю, что произошло, но могу догадываться…
– Назар… – слышится со стороны, пока я тону в своих мыслях за рулём и гружу сам себя, будто мне проблем сейчас мало.
– М?
– Я правда не хотела принимать от него цветы. Там хотела оставить… А потом и вовсе выбросить. Честно. Ну у Марины спроси…
– Ага, я понял, – злюсь. Да, злюсь… Но почему-то верю. Хрен бы знал, как это работает. И то, что она оправдывается вот так, вставляет меня всё сильнее. Значит, я ей важен. Значит, её не всё равно на мою реакцию. – Всё в порядке, принцесса. – беру её ладонь, подношу к губам и целую тыльную сторону.
– Как твоя голова? А… Это что???? – тут же хватает мой кулак. – Назар!
– Чё? Ничё… Ссадины просто…
– Что случилось?
– Ни-че-го… Всё в порядке.
Не буду же я ей рассказывать, как с особым пристрастием втаптывал в грязь одного из мудил, который заставил меня лежать в больничке несколько дней. А потом ещё и ствол ему в рот засунул, ну не важно, в общем. Не надо её нежным ушкам такое слышать. Отец учил, что дамы чувствительны. Мать моя такая же… Так что не дождётся от меня ни признаний, ни раскаяния.
– Надеюсь, ты не за него так переживаешь…
– Уже вообще не смешно. Прекрати, – фыркает на меня, глянув своим острым взором. У неё такие невозможно красивые глаза… И когда из них льются слёзы, я просто сворачиваюсь в кокон. Хочу, чтобы всегда улыбалась. Чтобы была счастлива. Со мной, блин.
– Всё, шучу, зайчонок… Иди сюда… – снова тяну её руку и вздыхаю. – Домой хочу быстрее…
– Чтобы что? Надеюсь, ты не будешь ко мне приставать…
– Что? Нет, конечно! За кого ты меня принимаешь? – улыбаюсь я, и тут же вижу её смешок, после чего она закатывает глаза и даёт мне в плечо с кулака.
– Всё… Почти приехали…
Конечно, не успеваем мы зайти в лифт, как я не могу от неё оторваться. Просто присасываюсь и давлю к стенке кабины, пока она визжит на весь подъезд.
– Прекрати!!! Назаааар! Блин! Назар! Помогите! – ржёт как дурочка, пока я целую её шею, и мне вообще не до смеха, блин. Такой стояк, что джинсы мне скоро порвёт. Нереальная тяга просто… Блядь, я обожаю её запах. Её смех. Её голос. Я всё в ней обожаю. Даже тупое желание вечно ударить меня или оттолкнуть. Пусть так, зато я вижу в каждом её движении симпатию к себе…
– Девочка моя… Тшшш…
– Ты дурак… Прекрати… Дома, блин!
– А дома дашь?
– Хер тебе за воротник!
Двери лифта открываются, и там снова оказывается та женщина. Моя соседка… Отчего мой зайчонок покрывается багровыми пятнами, как при аллергии, потому что выпаливает ей эту фразу прямо в лицо.
– Извините, – тут же огибает её и тянет меня за руку, пока я ржу над ситуацией.
– Сама-то та ещё дурочка, блин…
– Ха-ха! Это из-за тебя, засранец!
Заваливаемся с ней в квартиру и всё… Туши свет. Потому что я жму её к тумбе, и она тут же принимает меня, зажав ногами и обхватив за плечи. Мне так нравятся наши игры. Они меня вставляют.
– Только тронь, блондинчик…
Кладу ладонь на её грудь, а она тут же её отшвыривает, и я шиплю, потому что задевает мои раны на руке.
– Прости, о, Господи… Извини, – хватает за руку… Начинает целовать… Кровь мою целовать. Костяшки. Твою мать. Держите меня семеро.
Пиздец.
Одно только движение губ, сводящее меня с ума… И планета куда-то падает. У меня пол под ногами плавится. Кажется, мы с ней добрались до основания.
До сути… Где ничего не имеет значения. Только мы с ней.
И как сладко мы пахнем, когда смотрим друг на друга такими взглядами. Когда сплетаемся телами. Когда каждый наш атом взаимодействует друг с другом.
Так и начинаем раздеваться прямо здесь. В нехарактерной для нас тишине под звуки поцелуев и адских сердечных сокращений. Моё так вообще норовит вылететь, выломав на пути все рёбра, в щепки, а её… Я хз чё с нами обоими, но она меня так к себе тянет. То за волосы, то за плечи. Грызёт. И я слизываю ту самую кровь с её языка, а потом прямо голую обхватываю обеими руками и сталкиваюсь с противоречивым отблеском её омутов. Меня самого колотит, если честно. Потому что хочу настолько, что превращаюсь в дьявола в такие вот моменты. Мне кажется, у меня там внутри всё сгорает к хуям.
Одна только высеченная искра, но она поджигает так, что спасайся кто может.
Со мной ведь Амелия… Девочка – бомбардир.
– Погоди… Погоди… – задыхается она от страха. Хочет. И влажная даже, но… Всё равно ёжится ещё, потому что не знает, готова ли. Я понимаю прекрасно, не дурак же.
– Я не буду делать ничего… Не сейчас. Просто побалуемся, как тогда, и всё… – поднимаю её над полом и тащу в душевую. Потому что я не только трогать хочу, но и видеть. Смотреть… На её шикарное красивое тело и на нас двоих в совокупности…
Под звуки воды придавливаю к кафелю, пока она смотрит на меня и не моргает.
– Что такое? Малыш… Что?
– Я не знаю… – прижимается ко мне, и вся покрывается дрожью.
Так и стоим с ней. Голые. Под струями воды. С осознанием того, что то, что между нами происходит… Больше, чем то, на что рассчитывали. Я думал завоюю, добьюсь и забью хер… Она вообще ничего не хотела. А теперь я ощущаю, что разорваться с ней тупо не смогу. Как будто привязали чем-то изнутри.
– Я же с тобой…
– Не бросай меня только… – слышу в ответ от неё и понимаю, что она снова плачет. Целует меня и плачет… Сама лезет ко мне. Ластится. Заглядывает в глаза своими покрасневшими.
– Я хочу с тобой попробовать, – говорит шёпотом, чем конечно выбивает из моих лёгких кислород. И каким бы я козлом не был, я не могу так сейчас поступить. Ну, тупо не могу. После того, что её тётка ей сегодня наговорила. После того, как она рыдала. Нет… Не время просто.
– Не надо, Мел… В смысле… Не сейчас.
Вижу, что она меняется в лице и взгляд приобретает совсем другую направленность. Будто вопрошает и волнуется одновременно…
– Ты плачешь. Тебе плохо… Ты просто любви хочешь. Не секса… Из-за сегодняшнего так. Я не хочу, чтобы между нами было то, о чём ты потом жалеть будешь… Понимаешь?
Её брови сходятся на переносице, гримаса становится такой жалостливой, и она вроде как кивает, но когда прижимается, вся напряженная, наэлектризованная… Обиженная. Всхлипывает и впечатывается носом в мою кожу.
– Только не надумай ничего. Видишь же мой стояк, да? Ты его видишь?
Слышу смешок у себя в районе груди.
– Я его вижу, Назар…
– Хорошо. Малыш, слушай, – перехватываю её за влажные волосы и смотрю в глаза. – Ты мне дорога. Давай, когда оба будем целыми… Когда ты на все сто процентов будешь готова… Тогда…
Чувствую, как она целует меня в губы и обнимает, встав на носочки.
– Хорошо. Да, давай…
– А сейчас подрочи мне, пожалуйста… Можешь на колени встать, отсосать, я против не буду, – начинаю ржать, пока она толкается в моих руках и обзывает меня разными словами.
И я понимаю, что нашёл своё… Именно своё.
Которое я буду стараться сохранить… Хотя бы так, как умею...
Глава 42
Амелия Андреева
Не знаю, что это было между нами. Что за эмоциональный выплеск, но мне стало так приятно от того, что он сказал и как он поговорил со мной… Пусть потом снова начал о своих любимых пошлостях, но мне было реально важно, что он сделал. Он настоял на том, чтобы наша первая близость произошла иначе. Чтобы я не чувствовала себя плохо, будто всё ощутил вместе со мной. Осадок на душе. Боль… Зависимость от мнения родных. И будто для него моё внутреннее состояние было важнее того, чтобы затащить меня в постель и просто трахнуть, как внушала мне тётка.
В душевой мы снова занимались рукоблудием. Только на этот раз ещё и смотрели друг на друга… Видеть его голым под струями воды, конечно, за гранью интимности. И точно так же ответно демонстрировать себя ему…
Он толкал в меня пальцы, а мне хотелось чего-то большего, если честно. Потому что живот так чудовищно тянуло… И сама я чуть не запрыгнула на него прямо там, до того мечтала о разгрузке после такого тяжёлого дня… Но кончить удалось и без этого всего, конечно… Я вообще не представляю такой ситуации, в которой бы он не смог довести меня до оргазма. А это уже звоночек… Я даже тело своё ему доверяю. Всю себя, блин… От и до.
А сейчас мы абсолютно голые лежим в постели и оба пытаемся уснуть. Он обнимает меня сзади, а я касаюсь волосков на его руке кончиками пальцев. И ощущаю, как повсюду бродят мурашки. Потому что это самое приятное из всего процесса. Ощущать, как тебя греют, холят и лелеют. Как оберегают. Это бесценно. Словно даже воздух в комнате пропитывается обоюдными чувствами… Я точно знаю, что всё серьёзно.
– Спасибо… – выдыхаю, разбавляя неловкое молчание.
– За что? За то, что кончила? – смеётся в темноте, и я вздыхаю.
– За то, что поддержал… Что понял и сказал мне те слова. Для меня было важно.
– Я знаю. Для меня тоже. Поэтому и сказал…
– Как думаешь, она когда-нибудь поймёт меня? – спрашиваю, глядя в окно. На луну, которая сегодня такая огромная… И такая красивая. Словно специально для нас с ним.
– Ты правда хочешь услышать моё мнение?
– Ну… Да…
– Нет, Мела… Она никогда не поймёт тебя, потому что у неё вместо мозга изюм. Она тебя уничтожает изнутри, вот и всё… Это абьюз называется. А виновата между тем она сама. И с твоей этой сестрой та же история. Она тоже идиотка, – отрезает он категорично, заставив меня занервничать.
– Назар… – хмурюсь я, чуть обернувшись. – Не говори так… Не правда это. Ты её не знаешь. Она в него влюбилась. А теперь мой племянник или племянница, ровно, как и я, будут расти без отца и это ужасно…
– У тебя вообще не было?
– Вообще… Мама покинула другую страну, когда я была в животе ещё маленькая. Он вроде как отказался принимать ребёнка… Тётя сказала так, когда я выросла…
– Ясно, – отвечает он, прижимая к себе. – Ну и долбоёб. Много потерял…
– А ты?
– Что я?
– Ну… Ты бы как поступил на его месте?
– Не знаю… Лучше не быть на его месте, – усмехается он, и я задумываюсь. Как же сложно женщинам всё-таки. Мужчина, когда захотел, тогда и свалил… и плевать ему на то, что у тебя там внутри незапланированный ребёнок…
– Так нельзя… Ведь ребёнок ни в чём не виноват. Представь, что твоя кровиночка не будет тебя знать. А ты её… Не видеть первые шаги. Не слышать смех или тысячу вопросов за завтраком… Не видеть самых искренних улыбок…
– Ты Мира вспоминаешь, да? – спрашивает он, услышав это. Просёк за секунды…
– Конечно, его… Кого же ещё? У меня детей нет, – улыбаюсь я, и он смеётся в ответ. – Знаешь, какой дядя Петя хороший отец? Он классный… Представляешь, он однажды бросил свою вахту… А у него тяжеленный труд… Просто у Мира был день рождения, и он так хотел его порадовать. На попутках добирался. А потом ему пришлось работать двадцать четыре часа подряд… Но всё это ради улыбки сына. Ты представляешь силу этой любви?
– Нет. Не представляю… – задумчиво отвечает он, но слышу, что голос чуть надломился. – Мой отец совсем другой…
– Он не работает на вахтах, я знаю, – пытаюсь пошутить, но Назар неожиданно откидывается всем корпусом на спину и смотрит в потолок.
– Ты чего? Эй…
– Задумался просто… – тянет меня к себе, и я ложусь ему на грудную клетку щекой, вслушиваясь в то, как начинает разгоняться его сердце. Кажется, я задела неприятную для него тему… Но нам же нужно поговорить и узнать друг о друге больше, да?
– Что бы там ни было… И как бы ни было… Одно я знаю точно, я бы не хотел быть, как мой…
– Я бы тоже, – выдыхаю я, поцеловав его кожу. – Мне кажется, что время само расставляет всё по своим местам… Сначала те, кто сделал детей, бросают их, а потом… Жалеют об этом. Потому что живут в одиночестве…
– Поверь, не все жалеют об одиночестве, Мел… Есть люди, которые для него созданы.
– Надеюсь, ты не про себя? Потому что как-то поздновато…
– Нет, мне с тобой хорошо… – поглаживает он мою голову. И в этих движениях я каждый раз растворяюсь, прикрыв глаза. Не знаю почему мне это так нравится. Когда он массирует, я чувствую себя в безопасности и кайфую. Искренне…
– А мне с тобой, как ни странно…
– Ну почему странно? Я был уверен, что нам так будет. И предупреждал тебя, кстати говоря… – усмехаясь, говорит он, и целует меня в затылок. – Спи, малыш… Уже ночь на дворе. Рано вставать опять…
– Я и так уже засыпаю. Спокойной ночи, блондинчик… – зеваю я, и слышу его улыбку, будто лицезрев её через темноту…
– Спокойной ночи, зайчонок…
* * *
Утром я открываю глаза в одиночестве и вздрагиваю… Потому что на подушке и простыне немного крови и мне не по себе… Мы ведь вчера ничем таким не занимались, да? Я же не могла забыть?
Встаю с кровати и быстро ныряю в его футболку, которая висит на изголовье, а потом достаю из шкафа чистое нижнее бельё.
Выхожу из комнату под звуки скворчащей сковороды и подвисаю, увидев, как он стоит и готовит… Для нас… В одних трусах, чуть ли не пританцовывая на месте.
– Назар…
– Ой, извини, – достаёт наушник, обернувшись полубоком, потому что одним глазом присматривает за плитой.
– Это что за акция?
– Я не силён в них, как и в распродажах. Никогда не отслеживал…
– Я серьёзно, – говорю ему, увидев, как у него на лице появляется довольная ухмылка.
– Это для тебя… Завтрак хотел в постель принести.
– Не знала, что ты готовить умеешь…
– Не умею, – признаётся он и ржёт. – Впервые что-то нормальное попробовал сделать, если честно…
– Я кровь увидела там…
– А… Рука и башка закровили. Щас уже всё нормально, – отвечает он бегло. – Так что? Будешь травиться со мной, зайчонок? – ставит на стол сковороду с чем-то вроде омлета, но на деле это просто каша из овощей и колбасы. Поэтому я смеюсь.
– Буду… Давай травиться вместе. Я сейчас, только помою лицо и зубы почищу, угу?
– Давай… – улыбаюсь ему перед тем как уйти и прихватываю свой телефон. Делаю все необходимые утренние дела, и уже планирую выходить, как гаджет вдруг вибрирует, и на экране высвечивается одно новое сообщение.
От Ники.
«Меня сегодня выписывают после трёх, Мел. Ты можешь, пожалуйста, тоже приехать? Иначе мама просто сожрёт меня с потрохами снова. Прошу тебя».
Прочитав, мне даже становится плохо. Потому что тётя Люда уже всех довела со своими тараканами. Не хочу, чтобы она реально устроила там скандал и Нике стало плохо из-за этого. Вдруг что-то случится с малышом…
«Я приеду обязательно, не волнуйся», – пишу ей ответ и иду к своему блондинчику кушать его кашу-малашу, которую он, хоть и коряво приготовил, но зато от души…
Глава 43
Назар Грек
Не понял даже, что нашло. Порыв… Душа с ней поёт, блин, почти как у заядлого романтика. С энтузиазмом, как Газманов. Все хмурые дни вернула судьбе уже. Все. До единого. А у меня в жизни всё заебись.
И я радуюсь даже тому, что мы с Мелкой садимся за стол и завтракаем вместе.
И просто тому, что мой день начался с её улыбки. Обворожительной и такой особенной для меня улыбки…
– Мне нужно будет сестру поддержать сегодня… Забрать… Её выписывают. А она мамы боится…
– Ещё бы, понял… Заберём, – отвечаю, и она тут же мотает головой.
– Назар, нет. Я сама поеду. Тебе не стоит. Мне лучше одной… Ей нельзя нервничать… А если тётя тебя увидит, это будет новый скандал.
Как обычно, блин. Условия, отрицание… И что я теперь вечно буду в стороне раз не люб её тётушке? А наш любимый Максимка там под боком… Как удобно, блядь.
– Блин, и чё теперь? Мне тебя одну отпускать? – спрашиваю напряженно.
– А что со мной случится? Я как освобожусь, сразу же приеду обратно. Не думаю, что это больше часа займёт… Назар… – нежно касается моей руки, и я киваю. Хотя внутри меня реально разрывает. Но я не хочу ругаться. Это ещё хуже.
– Ладно. Понял я… Одной так одной…
– Не обижайся на меня.
– Давай вечером сходим на свидание, а? Мел… – предлагаю следом, можно сказать, перебив, потому что хочу сменить эту удручающую тему.
Она смотрит на меня и ухмыляется.
– Какое свидание, блондинчик?
– Ресторан, кино… Прокатимся на катере… Давай?
– Ты серьёзно? Мне даже надеть нечего…
– Будь в чём угодно. А желательно вообще голая…
– Ага… В кино и ресторане особенно… – смеётся она, пока я пускаю слюни на стол от её улыбки. Чё-то вообще приплыл я, конечно.
– Давай я платье тебе куплю… Сам. Я же знаю твою фигуру… От и до её знаю. Не проблема. Как раз, когда ты поедешь к сестре, я могу…
– Я не могу просить тебя об этом, и вообще… Мне уже заранее не нравится… – заводит она свою прежнюю шарманку. И я закатываю глаза.
– Ты помнишь, что я говорил о ништяках? – спрашиваю, сжав её пальцы своими.
– Помню… – опускает она взгляд.
– Ну, вот… Девочка моя. Принимай уже, а… Я хочу делать тебе приятно.
– Не знаю, – отвечает и ёжится. А потом смотрит на мою яичницу.
– Да, я в курсе… Выглядит не очень, но это вкусно…
– Да, вкусно, – улыбается, забрав ладонь. – Ладно… Уговорил… Но на всякий случай, у меня сорок второй.
– Понял. Решим вопрос…
– Решала, – бурчит, как обычно, словно хочет принизить. Но я уже привык к этому. Вот такая у меня мадама. С гонором.
Всё-таки ест мой омлет, и я капец как рад этому. Не знаю, почему. Наверное, потому что это реально впервые. Я его минут пятьдесят точно готовил. Заранее встал, принял душ, потом пошёл собирать свою композицию… Получилась, правда, какая-то сраная абстракция, но ничего… Мы всё схавали с удовольствием.
– Спасибо тебе большое… На этот раз я помою, ладно? – хихикает она, убирая со стола посуду.
– Ладно… Мел?
– М?
– Ты украшения носишь?
– Нет. Ты же знаешь… В них в футбол играть неудобно…
– Да хз… Мне не мешает совсем…
– Потому что ты статист, не забывай, – ржёт она надо мной, а я не обижаюсь. Вот реально привык. Что бы она там про меня не говорила. Наверное, это и есть показатель моих чувства к ней. На любую другую я бы обиделся и тут же поставил на место. Показал бы, что со мной лучше не конфликтовать и не унижать моё достоинство, но с Андер всё иначе…
– Пошёл шмотки в стирку закину и оденусь.
– Давай…
Приобнимаю её сзади и вдыхаю запах волос, пока она моет посуду, намочив губку и ёрзая по тарелке. Не могу теперь… Ещё и в одной моей футболке. Давлю к раковине сильнее…
– Назар, блин…
– М? Не хочешь?
– Не стоит… Я помылась только… Потом всё мокрое будет… – выдыхает, замерев передо мной.
– Всё мокрое… Это ты минусы озвучиваешь или плюсы, я не пойму? – смеюсь, сильнее врезаясь в неё пахом. Ну оба же уже готовые… И я хочу её. Но там до учёбы остаётся не так много времени… Трахнуться – да. Если бы не одно «но»… Мы пока ещё целки… – Ладно… Убедила меня… Пиздец. – смотрю вниз и взвываю. Аааааа…
Скоро я перестану функционировать как человек. Один только член будет за меня всего… Заберёт на себя все обязательства.
Мела неожиданно просто оборачивается и обнимает меня, закинув руки на плечи.
– Потерпи просто…
– Не просто… – выдыхаю в ответ, глядя в её омуты.
– Я знаю, что не просто… Но потерпи. Ты же говорил свидание… Значит, свидание, – выдаёт она с намёком. А у меня же сразу мысли наперёд… Она хочет сегодня? А где, блин? Я не хочу на катере. Не хочу нигде в другом месте. Только здесь, дома… В нашей постели. У меня бзик какой-то. Тут её место. Рядом со мной…
Значит после…
– Я понял тебя… – отвечаю, обняв и начав засасывать её губы, пока вода за нашими спинами льётся просто так… Гринпис бы меня за это казнили…
– Всё, Назар… Домою и одеваться буду. Иди, – отправляет меня, прервав наш такой вкусный поцелуй… Ээээх…
Реально нужно идти. И она вся в своих мыслях. Меня, конечно, дико бесит, что у неё такая ситуация в семье, но что я могу поделать с этим… Ровным счётом нихрена… И так уже пытался.
Когда приезжаем на учёбу, у меня возникают нерешённые вопросы с терпилами – дружками Макса. И всю первую пару я переписываюсь со своими ребятами, раздавая команды.
– У тебя всё в порядке? Ты такой напряженный… – смотрит на меня Мела в перерыве между лекциями.
– Да, не обращай внимания… Так. Вопросы кое-какие… Всё норм…
Проходим мимо Федченко, и та косится на нас недовольным взглядом.
– Какой шикарный мэйк… – подъёбываю я, ведь у неё оба глаза ещё фиолетовые, и Мелка даёт мне с локтя.
– Замолчи, ты чего?! Назар, блин!
– Чего, – ржу я в истерике. – Да она заслужила, чё ты… Сюда иди… – рывком тяну её к подоконнику, а потом усаживаю перед собой и вклиниваюсь между ног.
– Что? – снова спрашивает и закидывает руки на мои плечи.
– Ничего, наглядеться на тебя не могу просто… Красивая такая у меня.
– Ага, я знаю. Спасибо, – хихикает и смотрит… В самую душу, блин.
– Я скучать буду…
– Да мы же всего на пару часов расстанемся, Назар. Потом увидимся…
– Всё равно буду. Тебе меня не переубедить.
– Но завтра у меня работа. Не забывай, ладно? – снова душнит она, ведь, кажется, без этого не может жить.
– Я помню… График твоих смен стоит у меня перед газами с первого дня нашего знакомства…
– А, по-моему, Назар… У тебя стоит кое-что другое, – лыбится она, и мы вместе начинаем ржать на весь универ… Вот оно, сука, счастье… Неземное просто. Когда рядом человек, которого ты полностью обожаешь и принимаешь… Даже если для этого пришлось пройти через тернии… Впереди нас ждут только звёзды… Ну, я так думаю…
