Текст книги "Ты – мой капкан (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
Глава 34
Амелия Андреева
– Мир, давайте, уходите… Домой или…
– Почему ты прогнала его?! – перебивает он меня возмущенно, словно только я одна видела, что там произошло, блин. У меня аж все волосы на теле вздыбились от напряга. Я в принципе противник оружия, а при детях – подавно.
– Как почему?! Потому что он совсем уже… Он пистолет достал, ты видел!
– Но он тебя защищал, блин!
– И… И что?! Думаешь так можно защищать?! Он же вас напугал!
– Да нас никто не напугал, даже, парни?! – обращается он к парням, пока они шумят.
– Назар красавчик. Давно надо было Некрасову рожу разбить! – выдаёт Глеб неожиданно.
– Я тоже так считаю!
– И я!
– Так, стоп… Вы вообще на чьей стороне, мелкие?! Это как называется, а?! – парирую я в ответ.
– Ты чего просто его отпустишь вот так, Мела?! Он же тебе нравится! – заявляет мне Мир, на что я нервно усмехаюсь.
– Щас ага. Ты с чего это вообще взял, блин, а?! Деловой…
– Ну что я сестру свою любимую не знаю…
Словосочетание «любимая сестра» просто конкретно проходится по сердцу…
– Что хочешь сказать?
– Да вы же оба… Тили-тили… Да, парни?
– Ага…
– Я щас кому-то…
– Всё-всё, бомбардир, успокойся! – тут же ржёт Мирослав. – Мел, ну, правда… Догоняй иди… Он же ради тебя с больной головой приехал на тренировку… И заступился… И вообще он ведёт себя так, будто в тебя…
– Не продолжай даже… Не надо…
Братик вздыхает, а я хмурюсь.
– Слушай, мне страшно с ним… Он какой-то…
– Богатый, да? Поэтому? Потому что мама тебя на него натравила…
– Что об этом знаешь?!
– Слышал, как она тебя отчитывает, вот и всё… Не знаю. Мне кажется, он не такой.
– Какой, Мир?
– Не знаю… Не такой, каким показался мне вначале…
– Да классный он, – влезает Глебыч. – Мелка, ну ты же сама видела, как он за тебя любого бы… И момент с пистолетом был крутой… Я даже не знал, что у него есть.
– Да уж… Я тоже… Ой, парни, вы меня до греха доведете… Тренировка испорчена! – ругаюсь, хотя пофиг мне уже на эту тренировку, если честно.
– Ну и что? Будет знать, как руки распускать! Зато дерби точно состоится, и они уже будут предупреждены!
Сижу и вздыхаю, ощущая, как сердце колотится быстрее… А вдруг он уже уехал? А если у него голова в процессе заболит, блин? Или он сознание вообще потеряет?
– Мотора не слышно было?
– Вроде нет. Беги давай, – подталкивает Мирослав, и я со всех ног всё-таки срываюсь вниз к нему… Как дура, ей Богу…
А когда запыхавшаяся прибегаю на парковку, понимаю, что толпа этих кретинов идут к нему с металлическими прутами, пока сам Назар сидит на кортах, прислонившись к тачке и держится за голову. У меня секунды на размышления. И в одну руку я хватаю какую-то монтировку, чудом оказавшуюся возле забора, а в другую – булыжник.
– А ну отошли от него, мрази! – подбегаю, закрыв собой, и смотрю на Некрасова волком. – Только подойти, и я тебе второй глаз подобью!
– Андреева… Свалила нахрен!
– Я ещё раз тебе повторяю! Я тебе сейчас… – замахиваюсь камнем, и он тут же немного отстраняется. – Пошёл отсюда!
– Бля… Чё за хуйня, Амелия?! И давно ты с такими гондонами водишься?
– Тебе какое дело, – склоняюсь к Назару и рыскаю ладонью по его кофте, а потом нащупываю тот самый пистолет и достаю, направив на Некрасова. – Свалил говорю! – рычу на него в истерике.
– Э… Пойдём, а… Парни, нахер связываться… – тут же выдаёт один из его малолеток.
– Сучка ты, а… – скалится Некрасов, усмехаясь. – Мы не договорили.
– Ага, с нетерпением жду, когда вы на игре обосрётесь, уроды! – бросаю вслед, когда они убегают и тут же опускаю пистолет, кидаюсь на асфальт к Греку.
– Эй… Назар… – бью по щеке легонько. – Блин, Назар… Мне скорую вызвать? Эй…
– Не надо скорую… Поцелуй лучше, – бормочет с улыбкой, как псих, блин, пока я обхватываю его лицо обеими руками.
– Открой глаза, а… Мне посмотреть надо…
– В глаза посмотреть? – приоткрывает он один. – Что там увидеть хочешь?
– Душу, блин, твою! Точно нормально? – спрашиваю, а он опять за своё. Перетягивает меня к себе и я, можно сказать, сижу на нём, блин прямо посреди двора возле его машины.
– Жопу застудишь, – бурчу на него. – Будет простатит…
– Хрен с ней с жопой… Испугалась за меня? – бодает меня лбом и держит за кофту на моей пояснице, натягивая с такой силой, что я даже пошевелиться не могу. Чувствую себя в западне.
– А ты как думал, мальчик-проблема? – отвечаю язвительно, и мир вращается, как в воронке. Да с ним всегда так. Но сейчас ещё хуже… – У тебя кровь на голове…
– Всё нормально. Мне просто полежать надо… С тобой…
– Ага, я так и поняла… Назар, блин. У тебя было сотрясение, а ты опять лезешь на рожон. Я понять не могу, тебе жизнь не дорога, да?
– Мне ты дорога, – перебивает он, заставив меня состроить жалостливое лицо. Я не хочу быть причиной его травм. И уж тем более, не хочу испытывать вину за это. А именно её сейчас и чувствую… Помимо всего прочего.
– Отпустишь меня?
– Если поедешь со мной… До квартиры… Тогда отпущу…
– Ладно, я поеду с тобой… Более того, сяду за руль.
– Ты же не умеешь нихрена, – усмехается он, а я фыркаю.
– Я умею водить, просто… На этом сложно ездить… Он же спортивный…
– Я тоже спортивный… На мне легко ездить, поверь, тебе понравится, – издевается он, вновь ухмыляясь и строя мне глазки.
– Ты точно придурок, Назар… Тебя могли убить.
– Но ты бросилась защищать… Я же видел. Не отвертишься теперь.
– А сам лежал, будто без сознания…
– Да я просто вздремнуть решил немного… Накрыло.
– Дурак, – встаю я с него и протягиваю руку. – Вставай давай…
Помогаю ему подняться на ноги, а потом подставляю плечо, когда ковыляем до пассажирского.
– Садись… – усаживаю его на кресло и пристёгиваю ремень. На всякий случай, ведь вожу я действительно так себе…
– Не нужно резко… Ты в прошлый раз её чуть не убила… Плавно всё. Тормоза, газ… Чтобы сохранять сцепление…
– Так? – начинаю движение, и он лыбится.
– Да, так… Говорю же – быстро ты учишься… Чтобы не занесло на поворотах замедляйся. Иначе ты не впишешься… Так только я могу.
– Тоже мне профи, блин…
Слышу его смех и вся на нервах. Потому что весь день о нём думала. Специально же не поехала к нему. И вот опять… Он здесь. Рядом со мной. Я в его тачке и еду к нему на квартиру! Амелия, ты просто руководство по тому, как не стоит делать, если не хочешь остаться с разбитым сердцем, блин!
В итоге мы приезжаем до его квартиры в безопасности, но только вот намерения у нас, кажется, разные… Я просто хочу помочь и свалить отсюда поскорее, раз уж он вернулся… А он… Кажется, он хочет, чтобы я осталась.
Когда оказываемся на пороге, помогаю сесть и раздеваться тоже. А он только усмехается в ответ, бросая свои тупые фразочки.
– Не так быстро, детка… Я пока не готов…
– Ха-ха… Очень смешно… Пошли с тебя кровь смоем, бедолага…
– Пойдёшь со мной в душевую?
– Нет. Не пойду…
– А как я тогда без тебя?
– Справишься. Ты способный…
– Боюсь упасть там и расшибить лоб…
– Всё с тобой будет нормально!
– Бессердечная, – мотает он головой. – С-с-сука… Пойдём до раковины, малыш…
В итоге я помогаю ему смыть кровь в раковине и приступаю к обработке перекисью, достав всё необходимое из аптечки.
– У тебя старое рассечение разошлось… Новых нет, – рассматриваю его голову, отодвигая золотистые волосы. И даже это кажется мне какой-то интимной фигнёй. Слишком близко к нему… И слишком заботливо.
– Значит, не разучился бить…
– Нашёл чем гордиться, – отвечаю, накладывая повязку. – Как раненный солдат теперь.
– Заживёт. На мне быстро заживает…
– Пошли, помогу тебе лечь и поеду… – говорю ему, проходя первой в спальню. Отодвигаю одеяло и помогаю ему улечься… В трусах, конечно же… Потому что он раздевается… Блин… Я бы, если бы могла, вообще не смотрела на него. Но не могу. Даже физически не справляюсь, как магнитом тянет взглянуть на это тело с обложки глянцевых журналов. Уверена, его сделали на какой-то чёртовой секретной лаборатории по изготовлению супергероев. Мальчиков в золотой обёртке…
А он держит за руку и не отпускает меня.
– Иди сюда…
– Назар, блин…
– Не смогу я тебя отпустить, – дёргает сильнее, заставив чуть склониться к кровати. – Я тебя не обижу… Полежи со мной…
Сопротивление нарастает, но я всё равно оказываюсь в его объятиях в этой кровати и дышать не могу. У меня сразу же живот сводит в узел… Я в веретене собственных кошмаров. Или же фантазий, не знаю. Но сердце колотится, как ненормальное. О, Боже…
Это то, что снилось… И то, чего боялась одновременно.
– Волнуешься так… Мела…
– Прекрати…
– У тебя мурашки… Сдаваться не планируешь?
– Капитуляция – для слабаков. Я воюю до конца!
– С каких пор мы соперники?! – смеётся он в ответ, услышав это.
– А с каких союзники?
– Мы должны были играть в одной команде… – парирует он.
– Товарищи на поле – не значит друзья в жизни.
– Ты меня дрочишь… – выдыхает он насмешливо. – Такая приятная на ощупь…
– Что тебе нужно? А? Ну что? – спрашиваю дрожащим голосом, ощущая, как не могу уже. Не справляюсь. Лежать с ним просто убийственно для всего моего организма. Он меня тянет. Его губы и всё остальное. Тепло тела и… Невыносимо.
– Ты… Я уже сказал.
– И что? Ну стану я твоей на одну ночь, что это изменит?
– Дурочка… Кто сказал, что на одну?
– Ты – манипулятор. И лгун. Ты… Просто игрок, вот и всё. У тебя вся жизнь – игра. Тебе весело. А как только перестанет быть интересно бороться за меня, ты и отвянешь…
– Значит, вот чего ты добиваешься, да? Не хочешь, чтобы отвял, верно? Хочешь, чтобы продолжал бороться?
Я вдруг замираю и смотрю на него со злостью, обернувшись, а он обхватывает моё плечо своей ладонью.
– Я так не говорила!
– Прямо – нет, но это мои выводы… Ты сказала, что я отвяну, как только станет неинтересно… Вот ты и делаешь всё, чтобы я не исчезал. Признайся, блин!
– Хрен тебе, Назар! Этого ты от меня никогда не дождёшься! Отпусти! – дёргаюсь с кровати, но он удерживает, а потом и вовсе залезает своей горячей ладонью на мой живот, развернув к себе спиной и вынуждая меня брыкаться. – Назар, блин!
– Тихо… Тише… Я тебя весь день ждал… Скучал по тебе. Не уходи только…
– Отпусти…
– Нет, не отпущу… А может даже… – ощущаю его горячее перевозбужденное дыхание на своей шее, а потом он зарывается носом в мои волосы и скользит ладонью по ягодице. А я тут же обхватываю его за запястье. – Как вспоминаю, что он тебя трогал, хочу вернуться и прострелить ему колено…
– Не надо…
– О чём просишь? О том, чтобы это прекратилось? – спрашивает хрипло, удерживая меня, пока я ощущаю тянущую боль внизу живота, ведь его рука… Она… Гладит меня и трогает… За попу и порой даже между ног. В спортивных тонких штанах максимально остро ощущается. И мне так стыдно… Ужасно стыдно. Ведь утром мне снилось что-то такое, отчего я вся изнуряла…
Запах… Его запах. Мне кажется, я сейчас заскулю…
– Назар… – задыхаюсь жалобно.
– Ты же хочешь, чтобы трогал… Ты хочешь это… И не отрицай, зайчонок… Я знаю, что ты не готова к сексу. Я тебя о нём и не прошу… Но не убегай, блядь… Не убегай от меня, Мела… – просит он так, что всё тело реагирует. Господи, да там уже давно назревает апокалипсис… Потому что это он меня касается… И, мне кажется, что всегда будет только он. – Дай мне показать, как нам может быть хорошо вместе…
Глава 35
Назар Грек
Она, блядь, в моих руках тупо растворяется. И у меня самого кружится голова. Тут и удар, конечно, виноват, но… Меня ещё и по ней тащит и размазывает. Двигается она невероятно… На ощупь просто пиздец.
Мысли в воронке. Сердце как юла...
Не знаю, как вообще с ней сдерживаться. У меня впервые на первом месте чувства. Такие, что тараном меня берут, а мне ничего не остаётся как пропускать их на смену разуму.
Я бы мог… Мог, но не даст она мне… Не позволит. Знаю же характер её. И мышление.
Хоть она и ластится в ответ сама, как чёртова кошка. Даже жопку свою оттопыривает сильнее. Но не готова ещё. Мурашки на плечах и шее… Соски торчат даже через ткань лифчика и футболки… Я всё, сука, чувствую. Будто варюсь в собственном котле из фантазий и мучений. Я бы сейчас такое с ней сделал… Такое показал, блин…
Целовал бы самые влажные её места. Я бы там, наверное, жить поселился.
До того мечтаю всю её попробовать. Я первым быть её хочу так, что всего наизнанку выворачивает просто.
Но нельзя, сука. Огромный жирный знак STOP на её перекрёстке. Однако я не перестану нарушать эти правила дорожного движения…
– Красивая… Самая красивая…
– Не надо… Назар, блин… – уже с таким придыханием выдаёт, что мне смешно становится. Мне кажется, когда я буду её трахать, она будет продолжать это говорить, даже царапая мою спину и прикрывая глаза от удовольствия. А я уверен, что буду в итоге… Я чувствую просто. Мы созданы друг для друга.
Касаюсь её упругой задницы и между булок, просто подыхаю от кайфа. Она везде такая сочная. Фигурка точёная просто… Я хер знает, как удержать свои яйца, честно.
Дышим оба, как заведённые… Мне кажется, что от вибрации тел шатается и кровать. Мы с ней оба как две тектонические плиты, которые начинают двигать всё вокруг себя… Изменяют структуру планеты, блин.
Подушка ей так пахнет. Просто умопомрачительно. Я в этом запахе себя теряю. Про ориентиры давно уже забыл. Падаю куда-то, нахрен, вниз головой.
У меня от этой девчонки крыша едет просто. Видимо, вляпался… Сильно, чёрт возьми, вляпался. Сам того от себя не ожидая.
– Спала здесь без меня… Спала… Не отрицай…
Она молчит, но рука её касается моего бедра, как бы отталкиваясь.
– Мне не нравится к чему всё ведёт, – задыхаясь, выдаёт, сдувая волосы со своего милого личика. Вся раскраснелась. Распереживалась. На эмоциях. Глаза как маятники. Расшатывают всю мою нервную систему и душу тоже… До маленьких червоточин ковыряют.
– А мне очень даже… – выдаю с усмешкой, врезаясь пахом в её задницу, чтобы ощутила насколько мне всё это нравится. Там такая елда, что она всё ощущает. Тут же краснеет и всеми силами пытается от меня сдвинуться.
– Я не могу, ты знаешь…
– Всё ты можешь. Просто не готова ещё… Я ничего и не делаю. Только обнимаю тебя, трогаю.
– Это неправильно, блин, Назар! – выдаёт она визгливо. А у самой на лице всё написано… И мне не терпится ей об этом сообщить… Ну, нравится воевать. Мне кажется, что у нас с ней друг на друга маячки какие-то встроены. И хочется видеть, как она борется с самой собой. Мне тоже хочется. Не меня ведь одного на части разрывать должно. Я ощущаю, что у обоих скоро фляга засвистит. А быть может и уже… Ну невозможно ведь дурит мозг эта вакханалия. Я уже давно так не мучился. Может, лет в шестнадцать, когда ещё не понимал толком, как правильно расслабляться. Но меня быстро научили этому. А знания же нужно передавать, да? Так честно будет…
– И хочется, и колется, да, Андер? На этот раз я тебе не облегчу задачу… – шепчу ей в район шеи, поцеловав, пока она дрожит. Сладкая, Пиздец просто. Такая манящая. Она, кажись, любого с ума сведёт. И я не пожалел, что припёрся на ту коробку вовремя. А-то бы ещё дебил этот к ней полез. Мало мне её ебучего соседа. На неё как на мёд все слетаются.
Я что виноват? Если ревную так, что кровь закипает. Сразу пристрелить всех хочется.
– О чём ты?
– О том, что ты сама очень хочешь, просто противишься по привычке… Дай прикоснуться, – тяну свою ладонь к её груди и сжимаю через футболку, крепко придавив её к себе и ощущая, как её соски в моих руках твердеют под грубой хваткой. Мне кажется её лопатки сейчас просто срастаются с моей грудной клеткой. Настолько мы близко. И из её рта вырывается какой-то всхлип. Но далеко не измученный, а скорее перевозбужденный. Полный скрытых и таких неправильных желаний. А я продолжаю раскалять атмосферу. Куй железо, пока горячо гласит народная мудрость, и не зря. Она во мне прямо сейчас, блядь, нуждается. А потом сразу же спрыгнет, только дай лишнюю секунду. – Мы подходим друг другу… Чувствуешь?
– М… – выдаёт короткое и закрывает глаза, пока я смотрю на неё сбоку и ползу ладонью вниз. К запретному плоду, который кажется мне вершиной всего и вся, чего я когда-либо испытывал. Рот приоткрытый… И она закусывает нижнюю губу, заставляя ещё сильнее себя хотеть, хотя казалось бы уже некуда просто. Я весь изнуряю от желания.
Но ноги она сжимает, конечно, намертво… Табу… Не даёт мне коснуться. Не позволяет даже разок ощутить, как там горячо и сладко, блин… А я в этом просто уверен. Будто в меня сканер какой-то вшили… Или детектор. Он её течку за версту чует. Я знаю, что нам будет хорошо, даже ещё не трогая её толком.
Пытаюсь снять с неё футболку, но она вся вытянулась, будто струной и смотрит на меня так, словно сейчас прямо здесь потеряет сознание.
– Мел… Не надо меня бояться. Я же сказал тебе…
– Это не страх тебя… То есть… Не конкретно тебя, – выдаёт, пока её грудная клетка вздымается, а потом вдруг садится передо мной и, пристально глядя на меня секунды три, сама просто тянет вверх свою футболку, оказавшись передо мной в обычном белом спортивном топе… Но даже в таком виде она, блядь, прекраснее всех девок, которых я когда-либо раздевал. – Что? – сглатывает, уставившись на меня в тревоге.
– Ничего, просто не ожидал, что сама так сделаешь…
– Лучше уж так, чем тебе позволить… – фыркает, заставив меня усмехнуться. Смотрит на моё тело, а я на неё. Ну, не просто красивая она. А идеальная для меня. Такой мне видится. И тут не просто фигура, конечно. А внутренний ни с чем не сравнимый огонь, который от неё исходит.
– Дальше только с угрозами, да? – спрашиваю её, усмехнувшись, схватив за тонкую лямку и щёлкнув ею о кожу. А она дёргается от меня, как от прокаженного.
– Что ты делаешь?!
– Заигрываю, конечно же…
– Назар, – выдаёт мне с грустью и излишним волнением. – Ты спал с Татьяной Алексеевной?
– Эммм… С кем? – удивленно приподнимаю одну бровь. Кто это нафиг вообще? Что за вопрос такой странный?! Ни с того, ни с сего между нашими отношениями встала какая-то, мать её за ногу, Татьяна Алексеевна…
– Преподаватель по теории государства и права…
Я тут же начинаю ржать. Реально. Бред какой-то. Не, она нормальная тёлка. На вид ничего, и фигура тоже. И лет ей как бы всего тридцать, но… С хера ли я должен был с ней спать-то? Чё за новые слухи снова? Где не появляюсь, всё время у меня вот так. Я даже друзей поэтому на расстоянии от себя держу, чтобы глубоко не лезли и не знали обо мне всего. Потому что не верю никому. Все пиздят и хотят только поюзать тебя.
– С чего ты взяла?
– Ответь на вопрос! – более злобно спрашивает, а я продолжаю гоготать.
– Нет, я не спал с ней. Я с приезда в город ни с кем не спал, если тебе это важно… – становлюсь уже серьёзным. – А теперь ты ответь…
– Что?
– Тебе важно?
Она молчит, но я по лицу вижу, что да.
– Зайчонок мой ревнивый… Мела…
– Я не знаю, что со мной… – обхватывает себя за колени и стыдливо прячет от меня лицо. Дурочка…
– Если тебя это утешит, то я тоже.
– Не утешает, Грек. Совсем нет…
– Не называй меня так, ладно? Ты же знаешь… Я Солнцев и Греком я себя не считаю… – касаюсь её волос и пропускаю их между пальцами. – Иди сюда…
– Я боюсь.
– Уже лучше… Честность – очень хорошо. Иди… – зову её, прикладываясь обратно на подушку, и обнимаю, прижав её голой кожей к своему телу. Совсем иначе, конечно, ощущается… И ладони скользят как по сливочному маслу, блин.
Оба с ней горячие… Даже кипящие. Просто немыслимо. Стояк в трусах мешает мне думать. Все мозги стекли туда.
– Если что-то чувствуешь, не нужно просто давить это в себе, зайчонок. Мы же не дети. Мы взрослые…
– Ты же в курсе, что у меня ничего не было ещё… Тот поцелуй был для меня первым…
Молчу, переваривая сказанное. Я как бы понимал, что это так. Но то, что она сейчас открыто в этом признаётся говорит ещё о большем… И я рад это слышать, потому что… Блядь, да это немыслимо же просто.
– Думаешь, для меня это плохо или хорошо?
– Не знаю… Ты мне скажи…
– От мысли, что тебя ещё никогда и никто не касался… Смотри, – показываю её волоски на руках, которые подняты плотным слоем мурашек. – Я тащусь и кайфую. – опускаюсь пальцем до её пупка и рисую там долбанные сердечки. Как в романтики заделался, блядь. Ныряю под резинку штанов в ожидании её брыканий, но ощущаю только ни с чем не сравнимые эмоции и общее дыхание, которое просто стирает между нами все барьеры и границы. Их нет больше, твою мать… Просто не существует. – Ревную тебя так же сильно… Очень сильно.
Пальцами сгребаю ткань на её бёдрах.
– Сниму… Просто сниму, да?
– Ладно… Только штаны… Только их… – сбивчиво отвечает, съедая половину букв, а у меня уже лыба растёт до ушей.
Там, где штаны, дорогуша… Там и всё остальное, поверь мне на слово.
Я точно это знаю…
