Текст книги "Только не ты! (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 14 страниц)
Глава 14.
Евгений Марков
Она снова засыпает на моём плече… И я уже сомневаюсь в себе, как в самце, если честно… Сколько можно вот так проверять меня на прочность, не знаю… Но опять же у меня никогда не было девственниц. Так что… Я, собственно, и не горел желанием. Мараться, рвать кого-то… Привязываться. А с Миленкой чувствую, что даже поцелуем привязала… Поэтому и туплю так жёстко, не торопя события…
Пиздец… Когда закончится это не знаю… Быть может, трахну её и осознаю, что не моё… И что, блядь, тогда? Просто «пока-пока» скажу? А это не будет слишком тупо… Дождусь, когда она скажет мне, что я ей не подхожу в случае чего. Такое же тоже возможно…
Кринж какой-то… Распланировал отношения на месяц вперёд, как сопливая тёлка. Молодец, Женёк, так держать, блин…
Насмотреться на неё не могу. Так сладко ещё пригрелась. Ручки в кулачках. Сжалась на мне, свернулась клубочком и сопит в подмышку… Милота. Вот хули делать, а?
На экране уже титры… Играет какая-то до одури слащавая песенка, и мы с ней в обнимку на диване под мерцание цветных огней на окнах…
Романтик… Схожу, кароч, покурю и отолью. Ну, это слишком.
Аккуратно перекладываю её маленькую голову на подушку. Она тут же обнимает её обеими руками и заваливается на живот, отклячив свою аппетитную задницу кверху. Парадокс… Худая, а жопа на месте… Я бы её…
Тьфу! Всё…
Иду на улицу, прихватив с собой сигареты… Время на часах почти ночь…
Выхожу на крыльцо и вдруг вижу, как мимо проезжает какая-то тачка…
Смотрю на то, как мужик приоткрывает дверь.
– Пацан, а где тут девятнадцатый?
– Не знаю, у нас шестой, дальше, наверное, – отвечаю ему, проглотив ком. – А Вы как проехали?
– Да там прочистили всё уже… Дорога нормальная…
– М-м-м… – мычу, ощущая внутри жжение. Не… Рано же… Никаких нам «прочистили».
– Ладно, спасибо! С Новым Годом!
– Ага, и Вас тоже…
Он уезжает, а я думаю… Сколько ещё машин вот так сейчас проезжать будут. Вдруг она увидит, нафиг… Лучше вообще не отпускать из дома… Нахер!
Тушу окурок, возвращаюсь обратно. Мою рожу, чищу зубы и иду к ней… Выключаю телек и гирлянды. Укладываюсь, пролезая под одеяло и моментально оказываюсь в тепле её маленького тела. Она его излучает, как солнышко…
Прижимаю к себе и прикрываю глаза. Темно… Хорошо и комфортно… А ещё обалденно пахнет, конечно… Просто какой-то долбанной ванилью. Быть может, это уже от меня фонит, не знаю… Я бы ничему не удивился, учитывая резкую смену своего поведения. Меня будто реально сахаром посыпали… Жесть…
Засыпаю… Обняв так крепко, как только могу. Чтобы не убежала… Ощущаю себя снежным человеком, который вцепился в свою добычу… Именно так и засыпаю, проваливаясь в глубокий сон…
***
Глаза открываю, а её уже нет… Убежала, гадина… Прохлада постели даёт о себе знать, и я недовольно ворочаюсь от этих неприятных ощущений.
– Ну ты где… Миленаааа… – зову её, пряча лицо в подушке.
– Я сейчас! – кричит откуда-то с кухни…
– Сейчас она… Какого чёрта так рано вставать вообще… Никуда не надо же… – бурчу и она вдруг появляется с подносом в руках.
– Это чё такое? – спрашиваю, открыв один глаз. Санта Клаус, блин… Пришла в шапке деда мороза с завтраком.
– Для нас, – отвечает, стеснительно на меня глядя. – Если скажешь что-то плохое сейчас или обидное, то я…
– Нет, это… Очень мило на самом деле… – бормочу растерянно. – Я не ожидал, наверное… Иди сюда… – зову её, чтобы села рядышком.
Она тут же довольно чапает ко мне и пододвигает поднос с едой, вилками и двумя кружками кофе.
– Вот это сервис…
– Ага… Сама в шоке…
– Как спалось?
– Не знаю… Странно. А тебе?
– Странно – это хорошо или плохо?
– Странно – это странно, – отвечает она загадками и хихикает. – Чем сегодня займёмся? Может опять покатаемся…? Мне понравилось очень?
– Ой, нет, – тут же отсекаю, а потом сталкиваюсь с искренним недоумением на её лице. – В смысле там сейчас пурга опять… Не надо нам туда. Застудишься…
– М-м-м, блиииин… Жаль… А что тогда?
Пиздец… И как она по моей роже не спалила. Мне кажется, у меня глаза, как стрелки у часов сейчас ходили…
– Да что угодно можно… Хочешь… Сыграем во что-то или просто поговорим обо всём… Ты же, наверное, хотела бы узнать меня… Я вот тебя – да…
– Узнать… Что хочешь узнать? – спрашивает меня с улыбкой. – Учти, что свои тайны я рассказывать не стану…
– Да я и так все твои тайны знаю, Сахаровская…
– Ну-ка… И какие же?
– Ты втрескалась в меня… – выдаю я, откусив бутерброд с красной икрой, пока она округляет глаза и смотрит на меня искоса.
– Щас, ага!
– А щас ещё сильнее спалилась… – ржу я, когда она отворачивается.
– И ничего я в тебя не втрескивалась. Нужен ты мне… Пффф…
– Ну-ну… Так и в общем? Будем разговаривать? Можно поиграть в правду или действие… Ну или, к примеру, в «я никогда не»…
– Ни разу не играла…
– Серьёзно?
– Ну да… Что там такого…
– Что такого? – ржу я. – Говори правду и только правду…
– Ага…
– Я никогда ни с кем не был в отношениях…
– Я тоже…
– Никогда не целовал того, кто бы мне ни нравился… – говорю ей, и она тут же мешкает.
– И что мне делать? – спрашивает, заставив ухмыльнуться.
– В каком это смысле?
– Ну я целовала…
– Кого это?! – тут же выпаливаю, сцепив зубы. Аж жгучая волна по телу проносится.
– Тебя…
– Ой, да не пизди! – тут же выпаливаю, отмахиваясь. – Я реально тебя отшлёпаю сейчас…
– Марков… иди ты…
– И пойду… Честно играй!
Она молчит и только розовый румянец на её щеках выдаёт её истинное ко мне отношение… Ну, влюблена же… Уверен просто, что течёт от меня…
– Давай ты…
– Я? Ну я никогда не танцевала на дискотеке…
Я загибаю один палец, пока она смотрит на меня и молчит.
– Что? Я танцевал… Это хреново?
– Наверное, нет, – пожимает она плечами.
– Действительно, есть вещи куда пострашнее этого, Сахаровская…
– Даже знать не желаю…
– Ревнушки…
– Не-а!
– Ага…
Милена смотрит на меня внимательно и думает… И я думаю тоже… Не просто так же она сказала это…
– Я никогда не праздновала Новый год не дома… – выдаёт она, и я опять загибаю палец, потому что у меня было такое, но потом протягиваю ей руку.
– А хочешь потанцевать?
– Потанцевать? – спрашивает она, глядя на свой бутерброд и полный поднос еды… – Сейчас? Здесь? Это же странно…
– А что странного? Разве не так в твоих сопливых фильмах делают?
– Марков… Ты самый отвратительный парень на свете…
Я хрюкаю от ржача, а она вздыхает.
– Только подумала, что ты милый…
– Так я милый… Я всё ещё зову тебя со мной потанцевать? Давай… – жду, когда она схватится за руку. И когда она наконец протягивает мне её, я резко встаю с кровати и дёргаю её за собой, сжимая тонкую осиную талию обеими руками.
– Это какой-то слишком откровенный танец, блин, – пытается оттолкнуться, но я не отпускаю.
– Нормальный… Я только такие и танцую.
– Извращенец… Ещё и бабник.
– Танцуй и молчи… Ты такая хорошенькая, когда помалкиваешь… – опускаю руки на её задницу и кайфую… Пока она ворчит куда-то в район моей грудной клетки, но руки за моим затылком не разжимает… Нет… Рано нам ещё отсюда уезжать… Так дела не делаются. Если давить, то до победного…
Глава 15.
Милена Сахаровская
Нет, порой он милый. Даже очень. Не верю, что говорю это… Марков милый? Господи, Боже… Но от него вкусно пахнет. Этого не отнять. Мне нравится, когда он обнимает… И ох, как же приятно танцевать, даже если он лапает мою задницу…
– Ты уже угомонишься? Что ты там ещё не успел помять, Марков?
– Всё успел… – с ехидной рожей говорит, проходясь по моим последним нервным клеткам…
– И? Может уберешь свои руки?
– Не-а… – нагло заявляет, заставив меня закатить глаза, а сам лыбится. Ну, придурок реально…
– Что же ты раньше не мог просто потрогать? Нужно было обязательно обзывать меня и издеваться?
– Я уже говорил в чём была проблема… В твоём поведении… Ты сама жёстко тупила…
– Я даже комментировать это не хочу… – фыркаю в ответ. – Ты такой противный…
– Ты ещё хуже…
– Ну вот, опять… Я никогда тебе не дам, учти…
– Да куда ты денешься!
– Слышь?!
– Ахахахах, – слышу его смех, и он не отпускает меня. – Я пошутил, всё… Успокойся, вредина… Я и не прошу ничего… Это ты о сексе заговорила… Мне вот, может, танцевать с тобой нравится…
– Ты не танцуешь… Ты лапаешь… Давай в другую игру играть?
– В какую это?
– Не знаю… Может…
– В бутылочку давай? – предлагает, чем заставляет меня растянуть губы в кривой усмешке.
– Нет уж… Спасибо. В бутылочку играть – только с тобой целоваться.
– Ништяк, я так и хочу. А ты ещё с кем-то тут хотела? Может позвать твоего таксиста, вдруг он недалеко уехал, – ржёт он, а я кошусь на него.
– Ты видел, как я приехала…
– Ну, видел из окна, что мужик за рулём…
– А меня не увидел, значит?! – гневно выпаливаю ещё один вопрос.
– Не разглядел, знаешь ли. Вы сдалека, матрёхи, все на одно лицо…
– Какая же ты сволочь, Марков…
Он продолжает ржать, а я вздыхаю, еле-еле отбившись от его клешней. Может, в мамином пальто не узнал… Я же его впервые надела…
– Отпусти, – падаю обратно на диван, а он за мной. Ещё и берёт мою руку своей, сгребая пальцы в замок.
– Слушай, ты же понимаешь, что я шучу, да? Ты не все… Ты другая.
– Другая… И чем же я другая, Марков? Тем, что ты ещё не был в моих трусах?!
– Ну, технически… я там уже был…
Тут же раздуваю ноздри и ударяю его в грудь. Такая злость берёт. Вот вроде бы нормальный человек порой… До того, как откроет свой поганый рот. Ещё сидит и смеётся. Он постоянно, блин, смеётся! Над своими же шутками, придурок!
– Миленка, давай я массаж тебе сделаю…
– Массаж… Это слишком интимно…
– Ну если ты ссышь, давай ты мне сначала…
– Ага… И как это поможет? Я должна буду тебя лапать…
– Тебе не нравится меня трогать?
– Нет, – отвечаю и вру, конечно же. Ну и он понимает. Видно по моей мордени…
– А мне тебя нравится…
– Я уже поняла… что ещё?
– Ещё? Смотреть на тебя… Бесить тебя… – отвечает он с ухмылкой.
– Почему?
– Не знаю… Нравится твоя реакция… Как ты бесишься. Как загораются твои глаза при этом. И ты вся…
– Что?
– Кипишь…
– Что же в этом хорошего? Разве мальчикам невдомёк, что за девушкой надо ухаживать… Быть милыми… Добрыми. Разве нет?
– Милыми, добрыми… Это же скучно. Девчонки вечно держат таких во френдзоне. И не говори, что не так… Этот пацан… Который вечно таскается за Анж… Как его там…
– Лёня…
– Вот… Лёня… Классический пример отфрендзониного лошка. Он во всём ей угождает. Потакает… Таких не выбирают, Милена. Таких чмырят…
Я цокаю и смотрю на него со злостью.
– Кто как… Я, например, уважаю его…
– Уважение – не про влюбленность… Уважение – это про серьёзные отношения, которые прошли уже кучу испытаний и всякое такое… А на первоначальном этапе это всё полная дичь… Коннект нужен… Чтобы искрило, андестенд?
– А ты у нас типа такой знающий человек…
– Предполагающий… Можно так сказать – да, – отвечает он, всё ещё держа меня за руку. – Ну чё, замухрышка… Совсем никак не искрит, да? – издевается с ухмылкой.
– Если продолжишь в том же духе не только заискрит, но и долбанёт… В тротиловом эквиваленте… Андестент?
– Андестенд… – чуть отпрянув назад, Марков изучает моё лицо, словно наслаждаясь. Аж расплывается в улыбке. Ну, дикарь, не иначе…
– Что мне прикажешь с тобой делать? Ты же… Неуправляемый…
– Холить лелеять… Изредка наказывать, – отвечает он, вызвав у меня смех.
– С твоим характером не изредка… С твоим надо постоянно.
– Я готов, моя Госпожа…
– Ты реально извращенец, да? – спрашиваю, снова слыша его ржач.
– На самом деле я не пробовал… И не смотрел ни разу БДСМ-щину… Но в целом, если ты хочешь… Вдруг тебе разонравились мелодрамы, ты только подмигни…
– Ты идиот…
– Спасибо… А у меня для тебя подарок есть…
– Для меня?
– Да… Закроешь глаза?
– Ты серьёзно? Я боюсь, блин, – отвечаю я, когда он сползает с дивана и уходит куда-то.
– Не бойся… Я не обижу… Просто глаза закрой, – просит меня, и я делаю, конечно, как он сказал. Но мне, признаться, жутко страшно, теперь…
Марков подходит, я его слышу. И даже чувствую… Прямо перед собой…
– Открой рот.
– Ты издеваешься?
– Нет…
– Марков… Ты только что нёс пургу про БДСМ, а теперь…
– Ты что боишься, что я тебе хуй вот так затолкаю? Я что мазохист, по-твоему? Ты же мне его откусишь, блин…
– Имей в виду это… – ворчу на него и приоткрываю рот, и буквально через секунду на языке растворяется кокосовая конфета… Рафаэлка… Я её чувствую и улыбаюсь…
– Сразу нельзя было сказать? – открываю глаза, когда он стоит рядом и с удовольствием изучает мой вид.
– Нельзя… Я просто представил, как ты сосёшь… с таким же выражением лица…
Не выдерживая, я даю ему прямо по яйцам. В таком вот положении, заставив его сложиться пополам передо мной.
– Будешь знать… – рявкаю, пока он стонет и матерится. И мне, признаться, становится его жаль… Не надо было, наверное… Просто в моменте так обидно, блин, стало… Животное…
– Сучка, блядь… – валяется он, а я тем временем таскаю с дивана принесённые им конфеты.
– Не драматизируй, козлина… А за конфеты спасибо… М-м-м… Кокосовый рай…
Глава 16.
Евгений Марков
Вот за что?! Бить по самому сокровенному жестоко…
– Потом ещё целовать их будешь… – пытаюсь отойти, схватившись за достоинство, пока стерва наяривает принесённые мною рафаэлки. Хотел, блин, романтики. Вот. Получай, Женёк… Сполна…
– Щас, ага. Уже разбежалась… Фуу…
– Фу тебе, дура, блин… Вот хотел же по-хорошему… Что хренового в заигрываниях?
– Заигрывания, Марков? Это когда ты девушку за косички дёргаешь, а это полноценное хамство!
– Тебе сколько, блин? Двенадцать лет? Какие, нахрен, косички, а… Вообще уже… – ворчу и кое-как поднимаюсь на диван, на котором уже валяются только фантики. Она всё сожрала…
– Хоть бы одну оставила, задница…
– Обойдёшься. Было вкусно… – ухмыляется и облизывает пальцы. А мне только дай волю… Ну пиздец же… Смотрю на неё так, словно она уже мою головку посасывает… С таким удовольствием доедает свою стружку, что я уже думаю хуй ею посыпать и дать попробовать…
Еле отбрасываю эти мысли. И вроде бы спазмы в яйцах тоже отступают.
– Ну что, бедолага, прошло?
– Прошло…
Она вдруг приглядывается к окну.
– Что-то я не вижу прям метели… Мы могли бы покататься всё же…
– Не думаю… Это тут её не так много, потому что склон защищает от ветра… А там наверху караул… Так что…
– Ээээх, ладно, – вздыхает она с улыбкой. – Что тогда?
– Здесь есть приставка…
– Я не умею играть…
– Я научу… Не хочешь попробовать?
– Нууу… Давай… Только что-нибудь не очень страшное…
– Ладно… иди сюда… – зову её сесть поближе, пока включаю и настраиваю всё. Джойстика два, плойка новая. Всё должно быть очень даже прикольно. И игр, кстати, дохрена. Есть даже гонки на сноуборде… Ей точно понравится…
В итоге, отвлекаясь от реальности, мы проводим в виртуалке около трёх часов подряд. И Миленка, кстати, вообще не отрывается. Не может просто.
– Знал бы, что ты такая зависимая, блин…
– А мне нравится! – хохочет и кромсает зобмаков одного за другим. Красота просто…
Я на неё наглядеться не могу. Не знаю, что за фигня, но она же… Для меня создана просто. В приставку мочится, тянет своими флюидами и сводит меня с ума… Приобняв её, накрываю пледом, принося нам чай…
– Ты уже до седьмого уровня, что ли дошла? Охренеть ты даёшь…
– Да, я могу! – выдаёт она, увидев кружку. – Ой, как кстати… Спасибо…
– Хочешь массаж тебе сделаю?
– М… Массаж?
– Ну, плечи просто…
– Ладно, давай, – чуть сдвигается на край дивана и продолжает рубиться, а я тем временем пытаюсь оттянуть её футболку вниз, начав разминать.
– М… Господи… Как приятно… – кайфует и растекается передо мной…
– Могло бы быть ещё приятнее, если с кремом и без футболки…
Она молчит, продолжая играть, а я тяну её вверх.
– Принял за «да» твоё хитровыебанное молчание…
– Погоди… Крем сначала принеси, – фыркает на меня, останавливая.
– Где?
– В моей сумке косметичка бирюзовая…
– Хорошо…
Тащусь туда… Попутно разглядывая её трусы… Пиздец… Только взглянул, уже представил и стоит… За что мне такая реакция, никак не пойму, блин… Хоть вешайся. Нахожу крем, беру себя в руки и возвращаюсь обратно, глядя на то, как она уже сидит передо мной в одном лифчике… За приставкой…
– Если ты всегда так меня будешь встречать, то…
– Марков… – вздыхает она, отмахиваясь. – Не мешай!
– Ладно, ладно… Деловая, а… – сажусь сзади… елду свою пытаюсь успокоить, но она уже дымится, упираясь в её задницу.
– Это что?
– Фонарик, блин. Сама как думаешь?
– Извращенец…
– Ага, расслабься… – чуть сдвигаю бретели вниз, пока она нервничает. – Не реагируй так… Это просто массаж… Обещаю, что тебе понравится.
Миленка выпрямляется, когда я касаюсь её плеч уже влажными от крема руками и млеет… прямо как мартовская кошка… Я и сам, признаться, теку… Это жесть какая-то… Прёт нереально. У неё не кожа, а бархат…
– Так нравится?
– Да…
Съезжаю вниз до поясницы и обхватив за талию, заставляю взвизгнуть.
– Ты что?!
– Пододвинуть тебя ближе… – глажу её и массирую… Десять минут манипуляций, и она уже стонет… Ну а я не могу уже… У меня там всё зудится и горит.
Блудливые руки сами ползут вперёд и оттягивают чашки лифчика, начав творить с её сосками немыслимые вещи… Да потому что она сама, блядь, выпрашивает… Залипает теперь… Даже про джойстик забывая.
– Ляг на меня… Вот так… – притягиваю к себе, лаская её взбунтовавшиеся горошинки… Она вся дрожит… Развалившись на мне, опускает руки с джойстиком и трётся об меня загривком.
– Марков…
– М? Плохо?
– Хорошо…
– Хочу сосать твою грудь…
– М-м-м… – стонет сильнее, запрокидывая голову. Встречаемся с ней глазами. Она уже почти сползла с дивана задницей, до того вся извертелась… – Тебе же… Не нравилась моя грудь… Ты, блин… – вздрагивает на каждом прикосновении пальцев. – Ты говорил, что…
– Да похуй чё я там говорил… – обхватывая её за подмышки тяну к себе на колени, лицом к лицу. Моментально опускаюсь поцелуями к розовым аккуратным сосочкам, которые вдобавок ещё и блестят от крема… Весь пропахну каким-то персиком, да и насрать… Я ничего вкуснее и нежнее, походу, в жизни своей не пробовал. Она снова скулит… И снова стонет на мне… Ёрзая по моей дымящейся шишке своей пилоткой, блин… Ладно хоть в штанах, иначе, отвечаю, я бы её уже вздрючил.
– Ты сладкая, вкусная… Такая охуенная… Как конфета, блин…
– М-м-м… Марков… Что за массаж такой, – зарывается руками в мои волосы и дёргает их, продолжая эту вакханалию. Я по-другому и назвать не могу, потому что ещё секунда и я в трусы кончу… Это как вообще?
Сжимаю её задницу… Трёмся друг об друга, как ненормальные… Нет, петтинг у меня был, но… Как правило, всё вело к продолжению, а сейчас мы просто настолько перевозбудились, что оторваться от процесса лично для меня значит умереть… Я так и ощущаю…
– Ещё немного… – дышу на пределе. Сам весь страдаю и её заставляю хныкать. А делает она это, конечно, просто космически… Я уже представил как загнал в неё по самое «не хочу».
Тело наливается свинцом… Выдержка просто титановая… А она тем временем, впивается в мои губы своими и начинает жадно целовать, словно пантера в броске, выпуская свои когти… Сжимается… На мне… Просто оттого, что тёрлась клитором о мой член. Ну что это, если не разговор двух тел. Тет-а-тет… Чувствую себя охуенно… Даже с обконченными напрочь штанами… Это пиздец… Сжимаю её тонкую тёплую талию… Держу на себе и не отпускаю, пока она растекается и сидит на мне, словно дикая кошка…
– Тебе хорошо? – спрашиваю, закрывая глаза.
– Хорошо… – выдыхает она, припечатавшись к моему лицу голой грудью… А я просто обнимаю, нюхаю и наслаждаюсь… И мне реально больше ни хрена не надо для счастья…
Глава 17.
Милена Сахаровская
Уже в который раз мы с ним занимаемся подобными вещами… Господи. Это просто провал века. Чувствую, какие мы оба мокрые. Как отвратительно всё это становится после того, как волны наслаждения покидают моё тело… Словно в момент пелена сходит с глаз и отпускает. Я снова становлюсь человеком разумным. Из того животного, в которое временно превращалась.
– Блин, – выпаливаю, чуть отпрянув от него, но он не отпускает. – Марков… Женя!
– Что…
– Ничего… Просто отпусти, и я переоденусь… – возвращаю чашки лифчика на место… А то он всю меня обсосал, блин… Хотя в моменте было просто божественно.
– Это не так ужасно, как кажется…
– Очень в этом сомневаюсь… – ворчу я, слезая с него. – Капец…
Марков ржёт, а вот у меня все штаны мокрые, как и его, между прочим… Он начинает раздеваться, а я тут же отворачиваюсь.
– Да ладно… Чё ты ссышь-то? Ты же его уже видела…
– Вот именно! Блин… Мы же… Мы даже не встречаемся для этого! – выпаливаю, а он молчит за спиной. Я думала начнёт переубеждать, но нет. Зараза… Молчит, словно воды в рот набрал. – Я пошла, кароч. – психую и направляюсь в комнату, чтобы снять с себя это.
И как всё вышло из-под контроля…
Теперь знаю, что мужской массаж всего лишь замануха… На деле ничем хорошим не закончится… Только сексом. Хитрые противные парни.
Всё в креме и в его… Сперме, Господи… Это точно его жидкость на штанах… Интересно, она отстирывается? Наверное, да… А какая на запах? Вкус?
Стою и нюхаю свои штаны, как дура… С голой задницей посередь комнаты…
И дверь в комнату вдруг неожиданно открывается, а я начинаю визжать.
– Бляяяядь… Твою ж…
– А ну вышел отсюда, скотина такая! Борзота! Урод! – прикрываясь одеялом, дрожу и смотрю в его бесстыжие глаза с яростью. – Ненавижу тебя, Марков! Ненавижу!
– Успокойся ты… Я ничего не видел…
– Врёшь!
– Вру, конечно… И у меня опять встал.
– Уйди, а! С глаз моих долой! Достал! – тут же начинаю одеваться под одеялом, скрытая от его похотливого взгляда. Дьявол во плоти, блин.
Он стоит в одних трусах и рассматривает меня, будто рентгеновскими лучами. У него порой не глаза, а два детектора в ночи. Аж по коже дрожь проходится.
– Прекрати так зыркать на меня, – вылезаю одетая, поправляя резинку на штанах. – Всё. Не увидишь больше… – дёрганно направляюсь к двери, а он перегораживает мне выход.
– Почему?
– Что почему?
– Почему не увижу? Сама сказала – тебе было хорошо. Так что тогда?
Замираю, слыша, как долбит о рёбра собственное сердце.
Я боюсь его или боюсь оказаться брошенной им? И имеет ли это значение?
– Марков… Мы можем… Ну. Не говорить об этом…
– И как долго ты планируешь бегать от меня?
– Я не бегаю… Просто я бы не хотела сейчас об этом разговаривать…
– А что тогда? Рубиться в приставку до самого утра? – спрашивает он, будто высказывая мне. Злится, что ли? Я его задела?
– Ты наезжаешь? Или мне кажется…
Его ноздри раздуваются, а потом он отходит от двери.
– Тебе кажется, – выдаёт холодным голосом и остаётся в комнате, когда я ухожу… Он обиделся, да? После такого… Как мне начать нормально с ним контактировать, если я элементарно стесняюсь и боюсь сделанного.
Возвращаюсь обратно на диван… Немного прибираю бардак, что мы тут устроили. Смотрю на экран, где мельтешат убитые мной зомби, а потом в сторону комнаты… Тишина… Он не идёт за мной даже… Блин.
Я точно его обидела. Дура.
Не иди только за ним! Не иди! Сам придёт! Ещё бы ты за Марковым не бегала!
Ругаюсь с самой собой, а потом дверь всё же открывается, и я отворачиваюсь.
Марков приходит одетым. Слава Богу! Только вот он не ко мне идёт, а мимо…
Смотрю на то, как копошится у выхода, а после уходит на крыльцо… Видимо, курить. Ээээх… Вот как с ним общаться?! Что за человек такой? Чуть что сразу обидки! А сам обижал меня так, что врагу не пожелаешь… Унижал и вообще…
А тут…
«Ты сладкая, вкусная… Такая охуенная… Как конфета, блин…».
Как вспомню, так всё… Отключиться хочется. Потерять сознание прямо здесь и не просыпаться.
Когда возвращается более-менее успокоившийся, я всё же иду встречать.
– Жень… Давай мы… Сделаем вид, что… Вот этого сейчас не было… Ладно?
Взгляд глаза в глаза заставляет меня проглотить ком.
– Ты, блядь, издеваешься? Было. Ещё как было…
– Я знаю… Просто мне неудобно. Да и ты нервничаешь.
– Я нервничаю, потому что ты отказываешься воспринимать! А не потому что… Что-то не так!
– Но мы не можем… Мы с тобой… Ты же знаешь, что мы совсем разные. И не подходим мы… Ты только секса хочешь, а я потом в результате буду мучаться! И пока у меня к тебе ничего нет, лучше сразу…
– Ничего нет, да? – переспрашивает он, стискивая зубы.
– Послушай… Нет. Я не совсем так сказала…
– Отлично, – снимает он обувь и куртку, направившись в гостиную, а я за ним, как хвост.
– Жень… Я не так выразилась… Просто ты меня подавляешь!
– А ты меня, блядь!
– Что?! Я?! Да как тебе не стыдно?! Я вообще никогда так не делала!
– Ещё как делала и продолжаешь!
– Нет, это смешно, – возмущенно дёргаюсь я. С учётом того, что это он всё время издевался. Я здесь вообще ни при чём! Я его не обижала, блин! Точнее, не по своей инициативе. Только в ответ в качестве защиты!
– Ну раз смешно, смейся, Сахаровская. Смейся и вали отсюда!
– Ты опять меня выгоняешь?!
– Не опять, а снова!
– Ну и ладно тогда… Тогда я пошла вещи собирать! – выдаю нервно, а он за мной. Так и ходим друг за другом как два дебила… Что это такое? Токсичная любовь?
И ладно бы остановил. Но он просто стоит и смотрит, как я собираю сумку. Козлина…
Берёт в руки мои бутыльки с кремом, читая, а я толкаю их обратно в сумку.
– Не трогай ничего! Вообще уйди отсюда!
– Никуда я не уйду! Я тут хозяин, чё хочу, то и делаю! – выдаёт нагло, а я продолжаю закидывать всё в сумку, как попало. Даже спорить нет желания. Пошёл он нафиг…
Когда всё собрано, выдыхаю:
– Удачного времяпрепровождения, хозяин! Всего тебе доброго! – тащу свою сумку к выходу, расправив плечи и вздёрнув нос, но и пикнуть не успеваю, как меня силой обхватывают за талию на выходе и открывают дверь в подвал.
– Что ты… что ты делаешь?! – начинаю бить его, верещать, толкаться, истерично извиваясь в его руках, оказываясь на лестнице, когда дверь передо мной закрывается.
– Посиди и подумай о своём поведении!
– А-а-а-а-а-а-а!!!! – долблю в дверь и задыхаюсь от страха. – Марков, сволочь! Тут же крыса! Выпусти меня!!!! А-а-а-а-а!!!! – судорожно достаю из кармана свой телефон и подсвечиваю пространство. Осматриваюсь в панике, пытаясь найти это чудовище и вижу неподалеку её гадкую противную мордень. – А-а-а-а-а-а!!!! Помогите! – продолжаю атаку по двери и слышу его мерзкий ржач.
– Если пообещаешь, что перестанешь вести себя как сука, я выпущу…
– Пошёл ты! Пошёл ты в жопу, Марков, блин!
– Всего лишь скажи, что у тебя ко мне есть что-то… И всё…
– Я выйду отсюда и тебе придёт конец, учти! У меня ничего к тебе нет! Ничего кроме ненависти! Я скорее с крысой заведу дружбу, чем с тобой буду!
– Окей… Тогда заводи с ней дружбу… Я пока вам обеим поесть приготовлю…
– Ублюдок! – рычу в ответ, слышу его противный смех, а потом снова свечу на эту сучку.
– Вот что ты так смотришь на меня, а?! У вас что с ним какой-то сговор?! Только попробуй подойти ближе, я сразу тебя убью вот этой кочергой! – угрожаю, схватившись за металлический стержень. Она смотрит на меня, но подбираться ближе не рискует. А я слышу его дыхание за дверью. – Я ненавижу тебя, Марков…
– Взаимно, Сахаровская… Взаимно…
