Текст книги "Только не ты! (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 38.
Евгений Марков
– Твои родители очень даже милые… Не знаю, чего ты на них наговаривал…
– Ещё не вечер… – завожу свою принцессу к себе в комнату и закрываю дверь на замок. Вели они себя действительно нормально. Более-менее… При нас не начали – уже повезло.
– Ничего себе…
– Большая… – иду следом, словно хищник, собирающийся сделать бросок.
– Угу, большая…
Стоит ей подойти к кровати, как я тут же заваливаю её на неё, а она хохочет подо мной.
– Марков! Что ты делаешь?! – возмущается и ржёт на весь дом. – Слезь с меня!
– Нет… Не слезу… Я как вспомню, что ты мне сегодня говорила… – кусаю её, а она тут же выгибается.
– Ну, Женя… Я хотела… Ах… Я комнату посмотреть… Хотела… – обвивает меня ногами, а я уже тяну вверх её кофту, целуя грудь… Ладонями сжимаю талию… Кончиками пальцев ласкаю соски. Хочу так, что голова кружится. И одна только мысль… Как можно быстрее оказаться внутри.
– Скажи ещё раз… Скажи мне…
– Я тебя люблю, – шепчет, раздевая меня тоже. Как два психа с ней. Насытиться никак не можем. Катаемся… То она меня седлает, то я сверху. Но в итоге всё же оказывается на мне, и я обхватываю её за волосы…
– Наденешь на меня презик?
– Угу… – тянется к моим джинсам, вынимает из кармана и… Пока я удерживаю её за хвост, раскатывает на моём члене защиту, не стесняясь, а потом я дёргаю её под себя и со стоном вхожу уже во влажную тугую норку. Толкаюсь туда с запредельным удовольствием. Жадными ритмичными толчками, пока прикрываю её милый сладкий ротик ладонью. Долго так не выдерживаю. Переворачиваю на живот. Вхожу сзади и уже в такой позе выколачиваю все плохие мысли о сегодняшнем вечере… Задница… Её охуенная задница передо мной… Раздвигаю ягодицы. Мну, словно шизанутый. Сплёвываю ей на поясницу, пока трахаю и размазываю всё вокруг второй столь сладкой дырочки…
– Женя… Не надо только…
– Молчи… – толкаю внутрь палец, и она вздрагивает. Покрывается россыпью мурашек, пока я одновременно имею её и сверху, и снизу. Разгоряченная, расслабляется… Позволяет… Я не собираюсь трахать её сейчас туда… Просто сам факт, что так она быстрее кончит… И так будет намного приятнее…
Наслаждение не заставляет себя долго ждать, и моя девочка уже спустя пять минут такого секса отчаянно пульсирует и сжимает мой член так сильно, будто хочет выдоить всё изнутри… Чуть ли не из глубин моего сознания… Естественно, это природой заложено, но… Так вот только у неё получается. И мне на секунду жаль, что я в презике, конечно… Я бы хотел кончить прямо в неё. Так глубоко засадить, чтобы моя сперма её парализовала, нахрен… Если в шутку…
– Как ты…
– Хорошо… Мне так хорошо, Марков… – трётся об меня своей нежной мордашкой и целует грудную клетку.
– И мне с тобой хорошо. Пиздец как… – выдыхаю и тянусь за банкой газировки под кроватью. А она смеется.
– Что у тебя там ещё есть?
– Да много чего… Носки, конча на салфетках, питьё, чипсы… Выбирай…
– Фуууу…
Я ржу, а она отбирает у меня газировку.
– Дай сюда, – жадно пьёт, глядя на меня, пока я рассматриваю её.
– Что? – вытирает губы. – Что ты так на меня пялишься, а?
– Да ничего… Красивая ты просто… Жесть какая-то. Выстрел в голову… Только попробуй меня кинуть… Сахаровская… Я буду тебя во снах преследовать…
– Почему ты решил, что я тебя кину? – смеётся она. – А может ты меня?
– Я тебя? Никогда…
– М… Ну-ну… Мама говорит иначе…
– Оооой… Да больно твоя мама много знает?
Смотрим друг на друга, и я убираю её волосы назад.
– Она точно не знает, как я на тебе помешан…
– Ну и как? – спрашивает, и только я хочу поцеловать, как…
– А! А! А!
И звуки долбёжки, словно кто-то чопики куда-то забивает… Ах ну да… Это ж мой батя-плотник…
– Ну вот… – кривлю губы и ржу, упав на подушку и спрятав свою морду от стыда, пока Миленка округляет глаза.
– О… Ого…
– Ага…
– А! А! А! Юраааа… А!
– Боже… – морщусь, пока она хохочет… – Отстань…
– Ну они классные… Это же столько лет любви и страсти…
– Нет уж… Тогда бы уж и хату мне купили бы… А потом могли бы делать всё, что захотят… Порой мне кажется, они так и планировали… Вырастить из меня извращенца…
– А мне нравится, – подползает она ко мне и прижимается вся голенькая. – Очень нравится…
Моя ладонь скользит по её соблазнительным изгибам, а потом доползает до задницы… Сжимаю и кайфую от этого.
– Помешан я на тебе просто ужасно… Не знаю, как учиться буду… Все мысли о тебе… – облизываю её сосок, пока она смотрит на меня и смеётся, обхватив за плечи.
– Придётся, Женя… Универ не место для такого…
– Я буду тебя там везде трахать… Поняла меня? В каждом углу… Поняла? – разворачиваю к себе спиной и вжимаюсь в её задницу своим стояком, пока она ласкает мою шею, обхватив сзади…
– Поняла… Марков, что ты со мной сделал? Может это заразно…
Провожу пальцами между её стройных ножек, а она вся мокрая насквозь… Просто нереально. И я так же быстро вхожу в неё, натянув защиту и заставив зашипеть… Как же я хочу её без резинки… Повторить всё, что было…
– Женя…
– Я так хочу бесконечно тебя трахать… Тебя одну…
– Жеееень…
– Миленааааа…
Толкаюсь просто на пределе ощущений… Вспоминаю, как мы ебались без презика, это было так влажно… Так горячо и так охуенно, что я даже думая об этом, нахожусь в каком-то раю… И под стоны и крики долбящихся за стенкой родителей мы делаем то же самое… Словно, сука, соревнуемся с батей, чья женщина будет громче и дольше стонать…
Такие вот… Олимпийские игры…
Глава 39.
Милена Сахаровская
Что я могу сказать об отношениях с Марковым? Мне нравится…
Прошло уже две с небольшим недели, как мы вместе… Чувствую себя счастливой. Даже если где-то он перегибает палку. Ревнует, злится и позволяет себе лишнего даже тогда, когда я не хочу этого…
Мы играем во взрослые игры всё чаще… Закрываемся где-то прямо в универе и… А порой и в машине прямо под окнами… Что тоже безусловно неправильно, но…
Меня так сильно к нему тянет. Порой будто силками. И видеть, как он говорит с кем-то из девчонок становится настолько же болезненно, как и хорошо рядом с ним. Я становлюсь похожей на него самого… К примеру, сейчас…
– Значит, ты там будешь?
– Буду, да… А чё?
– Хотелось бы тебя видеть просто…
Если бы только знали, чем я занимаюсь, вы бы меня обсмеяли… Потому что я стою за автоматом с газировкой и прочим дерьмом, подслушивая разговор Маркова с его одногруппницей. Я не понимаю, что это такое… Но меня просто ужасно колотит… Разрывает. От эмоций всё внутри рвётся в клочья.
– М… Ну, увидишь, значит…
Вот кобель… Господи… Как же сжимаются кулаки… Хочется треснуть и плюнуть ему прямо в рожу…
Не успеваю додумать, как телефон в моём кармане начинает громко гудеть на весь коридор, и я вижу на экране «Любимый». Надо бы переименовать его в «Фуфела».
– А ты здесь что делаешь? – появляется его морда передо мной, и мне кажется, у меня слезятся глаза. – Милен… Ты чё? Ау…
Тут же психованно дёргаюсь и начинаю уходить, а он плетется за мной.
– Так, я понял… Ты снова меня ненавидишь, да? Что опять случилось? Кисаааа… – ловит за руку.
– Да ничего! Ничего особенного… Разве что мой парень, когда я его не вижу, флиртует с какой-то левой тёлкой.
– Так… Я не флиртовал – раз. Два – не ревнуй. Она доебалась до меня буду ли я на ДР у Вади, да и всё… Милен… – хватает за подбородок и смотрит на меня недоумевая. – Малыш… Ну ты чё…
Мне так плохо, что хочется удавиться. Он что реально думает, я такая дура, да? И меня можно обманывать, а самому… И как часто он так? Во всеми там трахается?!
– Я слышала этот разговор… «Ну, увидишь значит»… Это что вообще такое?! Я тогда тоже буду с другими парнями так общаться! – пытаюсь уйти, но он не отпускает. Сам весь начинает кипеть после этих слов. Только во всей этой истории есть одно «но»… Огромное…
Я никогда так себя не вела… И никогда не ощущала такого дисбаланса внутри. Меня всю трясёт… И предчувствия у меня не самые хорошие.
– Тихо… Тихо… – прижимает меня к себе, а слёзы, как яд… Текут по лицу и обжигают… Как же адски больно внутри.
– Если ты меня не любишь… Если тебе это всё надоело, тогда…
– Милена… Чё за хуйня? У тебя у самой кто-то появился или чё? Чё начинается?! Я не сделал нихуя!
– Сделал! Сделал! – отрываюсь от него и бью в грудину. – Ты мог сказать – увидишь меня с моей девушкой! Ты мог сказать, что угодно!
– Бля… Ну в следующий раз так и скажу…
– Ты вообще не собирался со мной туда идти, да…
У меня теперь столько мыслей в голове, что жизнь рушится на глазах, как карточный домик. Я-то думала… Я планировала. Я уже на годы вперед всё расписала… А почему я так сделала? Я не понимаю… Он мне даже ничего не обещал… Сказал, что любит… Но это же не обязывает его любить меня вечно… И то, что он якобы на мне помешался, тоже его обязательствами не награждает.
– Да твою ж мать… Смотри, – тычет мне экран своего телефона, где вроде как переписка с Вадимом.
«Во сколько?
В восемь, чувак.
Только если Милена согласится. Один не поеду.
Да ты задрал уже, домашний мальчик.
Как-то так, не обессудь».
– Всё? Угомонилась?!
– Нет… Я не знаю, что за фигня… Отойди от меня лучше… Мне не нравится это всё… И от тебя пахнет какой-то тёлкой…
– Блин, Милена… Какой, нахер, тёлкой? От меня тобой пахнет…
– Нет… Это не мой запах. Всё… Отвянь от меня, – толкаю его и бегу по коридору прочь. Хочу оказаться одна… Потому что вообще себя не узнаю. Ужас какой-то.
Вылетаю на улицу, а он за мной…
– Куда ты, блядь, пошла в одной кофте, а?! Дура! Вернись живо!
– Отвали! – собираю снежок и пуляю в него, а он ржёт.
– Ты вообще уже? Что с тобой?! Эй?! – догоняет и перехватывает, глядя в мои зареванные глаза. – Малыыыыш… У тебя тушь потекла… Чё происходит?
Дрожу в его руках. Хотя не от холода даже. А от самой ситуации. Я же понимаю, что глупо себя веду. И что как дура тоже понимаю…
– Мог бы предположить, что не дотрахал тебя вчера ночью, но не было такого… Ты кончила три раза подряд… И что тогда?
– Ты только о ебле и думаешь…
– Но о ебле с тобой… – отвечает он и касается моего лба. – Ты горишь будто… Заболела может? Пошли отсюда, а… Холодно… – тащит меня обратно… Силой заводит внутрь и ведёт к тому самому автомату. – Постой тут…
Берёт мне баунти и кофе, а потом заставляет сесть на лавочку.
– Ты реально думаешь, что я с кем-то тебе изменяю или прикалываешься? Мы целый день вместе… – читает мне нотации, а у меня перед глазами бродит рой пчёл… Жужжат, жалят, мешают думать. Я вообще будто не здесь сейчас. – Понимаю, что у вас гормоны… Кровавые дни эти ваши, всякое такое… Когда у тебя месячные, кстати?
Сижу и просто… Проваливаюсь ещё глубже, пытаясь осмыслить эти слова… А ещё пытаясь понять… Когда же у меня эти грёбанные месячные…
Они же должны были начаться ещё пять дней назад точно…
Глава 40.
Евгений Марков
Выражение её лица не нравится мне всё сильнее… Я что-то не так ляпнул, да? Я вообще-то могу, конечно… Ну, может, затупил немного и нужно было реально сказать, что я занят и у меня девушка есть. Но все и так вроде это видят. Не обязательно ж орать об этом на каждом углу, да?
Блядь, а вдруг она реально теперь думает, что изменяю? Пиздец…
– Милен… Что с тобой такое? А?
– Погоди… Я сейчас, не трогай меня, ладно? – отставляет стакан и убегает в сторону уборной, а я так и остаюсь сидеть там как еблан. Нифига не понимаю, но в последние дни она себя жутко странно ведёт… Да ещё и эта ревность. Нет, мне приятно, конечно… Только. Стоп…
Она же не просто так туда побежала после слова «месячные», правда? Нет… Не просто так. Да я и сам что-то до этого момента не задумывался. Ну… Течка, она же… Раз в месяц точно должна быть… Это мы в доме ебались около трёх дней и потом… Сейчас прошло… Сижу и считаю на пальцах.
Почти две с половиной недели… Да? Да…
Тру обезумевшую морду. Что-то точно не так. Определенно.
Нахрен… Встаю и иду за ней.
Стучусь в общую комнату. Она там почему-то молчит… Приходится зайти и похрен вообще…
– Женский туалет! – взвизгивает какая-то девчонка, поправляя сиськи возле зеркала.
– Да кому ты нах нужна, а… Девушка зашла в синем… Где?
– Тут, – указывает на дверь в кабинку и закатывает глаза, оставляя нас.
Я тихонько подхожу к двери и стучусь…
– Милен… Выйди, а… Не пугай меня, малыш… Милен…
Она шмыгает там носом.
– Марков… Уйди…
– Милена… Выйди… Я же тут нарочно стоять буду. Ни поссать тебе не дам, ни наплакаться. Выходи…
– Я тебя реально ненавижу, Женя… – выходит вся наэлектризованная в соплях с размазанной тушью.
– Это… Это то, о чём я думаю, да?
Её начинает трясти, а потом она просто падает мне на грудную клетку, рыдая.
– Как это могло получиться… Уже пять дней как… Уже пять дней, а я и не заметила! Потому что у меня все мысли с тобой о сексе! Потому что ты только и делаешь, что трахаешься! – бубнит вся в расстроенных чувствах и в этот же момент из другой кабинки выходит наша преподаватель по истории. Шикарно просто… Даже руки не моет, пряча взгляд, тут же выметается, оставив нашу драму тут…
– Давай ты не будешь на меня орать… Милена…
– А на кого мне орать, а?! На кого?
– Ну, может… Как вариант ни на кого? А? – забираю у неё сумку. – Поехали…
– Куда? – продолжает шмыгать носом.
– Куда-куда… Ебаться, блин! За тестом, куда же ещё, дурочка, а… – говорю ей с психу, а она ещё сильнее ноет. – Ну, малыш… Прости-прости, что я так сказал… Милена… Не плачь, а… Успокойся… Это же ерунда…
– Ерунда?! Ерунда?! Марков?!
– Нет… Я снова не так выразился… Это… Нужно просто взять себя в руки. Ладно? Нужно же сначала убедиться…
– Сначала убедиться, а потом бросить меня, да? Нас…
Продолжает колупать мне мозги, и это уже начинает бесить. Если все беременные женщины вот так себя ведут, теперь я понимаю, почему родители после меня так предохранялись. Я бы вообще на член кольчугу, нахуй, надел.
Обхватывая её за плечи, смотрю в глаза.
– Маленькая… Я не собираюсь тебя бросать. Перестань… Пошли за куртками… И поехали уже… Поехали… – беру за руку, веду к гардеробной. Там помогаю одеться. Она, конечно, вообще никакая…
На улице со снегом сливается и мне дурно самому… Вдруг что-то не так, а мы и не знаем… Нахрен. Теперь всё проклинаю, что ебались вот так без ограничений. Не потому что ребёнок, а потому что что-то может быть со здоровьем… Мало ли… Не всегда ведь всё радужно, правда?
Ощущаю себя каким-то ублюдком из телепередачи «залетела в…». Ну вы поняли… Пиздец, олень.
– Посиди тут… Посиди, – захлопнув дверь, лечу в аптеку и покупаю сразу несколько тестов. Впервые это делаю. Руки ходуном ходят. Даже оплата не с первого раза проходит… А потом я бегу обратно. Сажусь и смотрю на неё. Целый квест, нахрен. И я в роли «выжившего любой ценой».
– Ну что…
– Что… Купил… Мы сейчас ко мне поедем… Я скажу родителям, чтобы не трогали нас. Ты всё сделаешь… Как надо. Ладно?
– Ладно… А что если… Что… Марков… – сидит и смотрит на меня, как панда. Глаза все чёрные. Губы дрожат. У меня аж сердце в груди болит за неё.
Касаюсь её лица и тяну к себе.
– Почему ты думаешь, что я просто проходимец в твоей жизни, а? Где я так тебя обидел?
Она роняет взгляд и продолжает плакать… А я целую её в лоб.
– Ладно… Исправимся… Раз уж так. Ты, главное, возьми себя в руки, Милен… Потому что ты ревёшь, а это хреново. Для организма обезвоживание, да? Возьми… – протягиваю ей воду. – Я еблан, что сразу не заметил твоих реакций… Ты уже дней пять плачешь по поводу и без…
– Когда… Нет… Ничего подобного, – икает и пьёт из бутылки.
– Вчера ты рыдала над рилсами с какими-то котами… Что это вообще было?
Она тут же замолкает и хмурится.
– Там реально было очень грустно… – воет, после чего я начинаю ржать.
– Всё, кароч… Отмена… Мне нужна моя секси оторва, которая била меня кочергой. Завязывай… Я тебя любой люблю. Слышишь? Люблю… Тебя, а не секс с тобой. Просто это приятное дополнение… Так что берём себя в руки… И едем разгребать наши общие проблемы…
– И как мы это разгребём, Женя… Что мы будем делать…
– Ну… Как минимум любить друг друга дальше, – улыбаюсь и щёлкаю её по сопливому носу.
– А как максимум?
– А как максимум, видимо, жениться…
Глава 41.
Милена Сахаровская
Ладно, всё не так плохо, да же? Всё под контролем… Пытаюсь справиться с дыханием, сидя на белом друге, но не могу… Задыхаюсь… Техника дыхания…
Раз-два-три…
Да кого я обманываю? Две полоски… Две! И паника нарастает с бешенной силой…
– Маркоооов! – рычу на него из туалета и слышу его вошканье за дверью.
– Что? Можно? – приоткрывает дверь и сглатывает, увидев мою покрасневшую злую морду.
– Как… Как это случилось?! – демонстрирую ему тест злобным шёпотом, потому что родители не так далеко. И у меня чувство, что они подслушивают. Потому что такими глазами на нас смотрели, когда мы припёрлись сюда во время пар… Да и вид у нас с ним, наверное, был не очень… Они тоже не дураки. Сразу поняли, что что-то не так…
– Так, ты успокойся… пошли поговорим…
Смотрю на него и не понимаю, как он может быть настолько спокойным. Хотя чего я удивляюсь. Парням-то что… Сунул, вынул и пошёл… И ничего не волнует. Сейчас сунет мне деньги на таблетки и всё… До свидания…
Чувствую, как Женя обхватывает мою руку и тащит меня в комнату… Усаживает на кровать, а сам… Блин, сам сползает на колени и кладёт подбородок на мои бёдра…
– Так… В общем… Уже здесь, да… – бормочет растерянно. – Хорошо, друг… Тебя мы и ждали… – улыбается, пока я хмурюсь.
– Ты в своем уме?!
– В своём, Милен. В чьём ещё? Не в твоём же, блин… В общем… Помнишь ту пьяную ночь…
– Какую пьяную ночь…
– Ну, когда мы тебя… Распетушили… – виновато шепчет, и я тут же баю ему по башке. – Ай!!!
– Что ты несёшь?!
– Да блин, чё дерёшься-то, – и ржёт. – Извини, я же шучу просто… Ну ты поняла… В том доме…
Чувствую, как сердце ускоряется…
– И что?
– Ну… У нас закончились тогда презики… Идти за ними было лень, потому что мы оба уже…
– Марков…
– Да… Да, я знаю… Мой косяк… Но это же прекрасно, да? Чем раньше, тем лучше? – спрашивает он с дебильной усмешкой, а мне хочется его кастрировать… Задавить… – Милен… Ну не смотри так, родная…
Чувствую, что мои глаза слезятся. Я хватаюсь за живот и снова смотрю на эти полоски, которые сжала в руке.
– У меня желание засунуть это тебе в задницу, Женя…
– Малыш… Ну у меня тоже желание тебе сейчас в задницу засунуть… Что поделаешь, нельзя, милая моя… – скользит ладонями по моим бёдрам. – Послушай… Всё это шутки… Ты пойми, что… Он уже внутри тебя. Я тоже был незапланированным, но ты посмотри какой классный получился… – играет бровями, а я начинаю плакать. – Э! Я сейчас сочту это за оскорбление…
– Я тебя ненавижу… – падаю на кровать и обхватываю подушку, а он ложится следом и обнимает меня, прижав к себе…
– Будешь моей Марковой? М?
– Нет, не буду…
– Почему это?!
– Ты от безысходности это делаешь… Если бы сейчас для тебя была открыта Канадская граница или тут стоял телепорт, ты бы свалил в первые же пять секунд после этой новости…
– Неплохая задумка, конечно, но их же у меня нет… – говорит он, пока я пялюсь на него через плечо и стискиваю челюсть.
– Марков… Ты хоть соображаешь, что я была пьяной… И ответственность лежала на тебе!
– Да… Но я хотел тебя… Пиздец хотел и… Ну, прости…
– Теперь век не получишь! Век! – угрожаю с плотно сжатой челюстью.
– Э, блин… Какой век-то?! Не пугай меня так… Беременные тоже трахаются… Я в порно видел… Не гони…
– Я тебе сейчас точно башку продырявлю!
– Отцу своего будущего малыша, ты офигела?!
– Я не дам тебе никогда больше… Ты не заслужил… – ною я, пока он гладит меня и целует в шею, плечо и спину.
– Моя маленькая… Я же буду хорошим… Ну почему ты так реагируешь, а?
– Из меня вылезет человек… О, Господи… – нагнетаю и реву. – А если ещё и такой же огромный как ты… О, Господи… – рыдаю, а он там позади ржёт.
– Он же не сразу таким будет, ну… Что ты преувеличиваешь? Я маленький, знаешь, какой клёвый был… Увидишь…
– Нет… Нет, я не хочу знать! – проваливаюсь в это отчаяние, а он дёргает меня за плечо и разворачивает к себе силой. Наши глаза встречаются. У него при этом такой хмурый вид.
– Это твои гормоны… Ты так не считаешь… Моя Милена так бы никогда не сказала…
Чувствую, что мой подбородок начинает дрожать, а сама я строю несчастную гримасу. Женя касается моего лица нежно и столь эфемерно проводит до самой шеи, перехватив меня за неё.
– Послушай… Мы справимся… Мы с тобой любим друг друга, да? И так бывает. Не мы первые, не мы последние… Не реви… – вытирает мои щеки и дует на лицо. – Это тебя трудности пугают. Но… Ты должна понимать, что не одна… – он кладёт ладонь на мой живот и чуть-чуть пролезает под кофту. А потом толкает указательный палец мне в пупок.
– Что ты делаешь…
– Т-ш-ш-ш… Ловлю коннект с инопланетным разумом… – улыбается как придурок, пока я мотаю головой.
– Господи… Я одна тут взрослая… И я сойду с ума, пока ты будешь изображать из себя Эллиота…
– О-о-о… Ты смотрела. Приятно удивлен…
– Я же говорю, Марков… Ты дитя… Моя мама нас убьёт…
– Не убьёт… Всё будет хорошо… Она до тебя не доберется даже…
– Как это?
– Ну как… Я забираю тебя оттуда. Это даже не обсуждается… И отсюда тоже нужно валить… Поскорее…
– Мне страшно, Женя… – вжимаюсь в его грудную клетку носом, а он поглаживает меня и жалеет.
– Не бойся… Я же рядом. И всё-таки тебе придётся выйти за меня замуж, малышка…
– Нет, ни за что… – продолжаю я бурчать. – От тебя снова пахнет какой-то левой тёлкой…
– Да ёб твою мать! Это твой запах, говорю же!
– Нет, не мой! Отпусти лучше! Обманщик чёртов! – швыряю в него подушкой, а он ржёт. И в дверь вдруг раздаётся стук.
– Входите… – говорит Женя, когда на пороге оказываются его родители. А мы сидим рядом. И я чувствую себя виноватой.
– Что случилось-то? Дети…
– Ну… Мам… Кароч… Так вышло, что у детей… Скоро тоже будут дети… – лыбится Марков, пока я роняю взгляд ещё ниже. Хочется залезть под кровь и спрятаться…
– О как… – выдаёт его отец. – Бракованные презики что ли?
– Юра! – затыкает его мать, пока он ржёт.
– Да я же пошутил, блин… Просто вы тут две недели назад прям заверяли нас…
– Какой же ты… – вздыхает его мама, глядя на отца и идёт сесть рядом со мной. – На ней лица нет… Ты что ей тут наговорил?! Весь в отца…
– Я? Только самое лучшее, блин! – парирует Марков, и я чувствую, как они оба обнимают меня.
– Ну чего ты так расстроилась… Нашей не хочешь быть? – спрашивает его мама, а мне так стыдно, что я начинаю реветь.
– Миленка… Ну…
– Всё хорошо. Дай ей проплакаться… – говорит его мама. – Я тоже рыдала… Сколько там, Юр?
– Сколько бегала от меня и скрывала свой живот… я уж не помню…
– Блин, мам… Ты ещё и скрывала меня?! – тут же воспламеняется Женя.
– Конечно! Я боялась, что твой отец меня отправит на…
– Я, кстати, тут ни при чём, – оправдывается он перед сыном. – Я об этом даже не думал… Это всё она… Не смотри на меня так…
Я тут же нервно смеюсь сквозь слёзы, потому что у них такая смешная семья… И Жене на самом деле очень повезло… Да, может они уделяли ему не так много внимания, зато он рос в полной семье, и ему не высказывали при первой удобной возможности…
– Не волнуйтесь, ладно? Воспитаем… Как-нибудь… – успокаивает нас его мама. И я кладу голову на его крепкое мужское плечо.
– Всё? Успокоилась? – спрашивает он, целуя меня в лоб, и я киваю, шмыгнув носом. – Ну всё тогда… Раздевайтесь! Отмечать будем! – издевается Женя и тут же получает уже от отца с матерью подзатыльники, а я смеюсь…
Как же мне греет душу…
