Текст книги "Скажи мне "да" (СИ)"
Автор книги: Катерина Пелевина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)
Глава 44
Мария Логачёва
Слёзы непроизвольно катятся из глаз, а сердце норовит вырваться из груди…
Он, правда, это сейчас сказал, да? Правда? Я ушам своим не верю…
Молчу, зажатая в его сильных руках и пытаюсь справиться с дыханием. Только вот не работает совсем… Нет, не могу. Это не просто.
– Как ты это понял…
Голос мой дрожит… И вообще я вся трясусь, словно сижу на стиралке во время отжима.
– Не знаю, просто понял и всё… Потому что не было никогда так ни к кому… – шепчет он за моей спиной и целует меня в плечо. – Не плачь… Чего ты разрыдалась-то… По факту…
– Я не знаю… – шуршу под одеялом и пытаюсь развернуться к нему, а когда нахожу его глаза своими жалею. Хочется спрятаться. Потому что признаваться Садовского в любви я не готова… Или я просто боюсь, не важно.
Суть в том, что то, что сейчас произошло имеет для меня невероятную ценность. Астрономическую…
Влад касается моего лица и снимает с него взмокшие от слёз волосы… Заглядывается на меня так, словно и впрямь что-то для себя решил. Ох, ну и чувства… Я даже не ожидала. Мы такие сладкие, как карамельки…
– Ты заранее знала, да… Я знаю, что знала…
Молчу и скольжу взглядом по его лицу. Конечно, Садовский стал моим первым… Как я давно и мечтала. И от этих эмоций сковывает грудную клетку. Всё, как я хотела… Лежать с ним рядом. Обнимать его. Дышать его запахом. Знать, что только мой. Знать, что я его перевоспитала. Что он никогда больше никуда от меня не уйдёт. Это именно то, о чём я думала всё время знакомства с ним. И теперь всё так странно. Словно я на вершине Эвереста…
– Я не был груб, нет?
– Нет…
– Хорошо… Только не реви, а… Я тебя прошу, умоляю, Мах… Не хочу, чтобы выглядело так, будто ты тут против воли…
– Ты дурак, да? Какие «против воли»? Сам же сказал, что знала. Конечно, я знала. Я эти трусы для тебя выбирала!
– Классные трусы, – улыбается он. – Но тебе лучше без них… – поглаживает мои голые ягодицы. – Я хочу ещё…
Я сглатываю, а он смотрит на меня, не моргая.
– Мне теперь стыдно перед твоими родителями… Словно я сюда за сексом приехала…
– Как охуенно звучит. Скажи ещё раз, а…
– Обойдёшься…
– А если серьёзно, на базу поедем? На Новый год?
– Не знаю… Я бы хотела…
– Я тоже. В чём тогда проблема?
– Надо сессию хорошо закрыть… И чтобы мама отпустила тоже…
– Ты закроешь, я уверен. А у мамы я тебя отпрошу… Машка… – лыбится он и трётся об меня своим выбритым лицом… – Моя… Теперь полностью моя… – зарывается пятерней в мои волосы и сжимает. – Не будешь больше на меня бычить, а?
– Если ты будешь вести себя хорошо, то нет…
– Договорились… Я буду хорошим мальчиком, – расстелившись на кровати, Влад смотрит в потолок и массирует мою голову, пока я лежу у него на груди и касаюсь пальцами его сосков. – Щекотно…
– Ты ничего не ощущаешь?
– Ощущаю… Щекотно… – повторяется.
– А у меня иначе…
– Потому что ты женщина… У вас это эрогенная зона…
– Не говори «у вас», говори «у тебя»… А-то я сразу начинаю думать о других…
– Какая ты ревнивая, пиздец просто, Машка…
– А я сразу предупреждала, Владик… Если не готов, лучше не суйся… Но уже поздно врубать заднюю. Я – твоя, ты – мой.
– Я в курсе. Я выбрал себе своё. Не нагнетай… – он прижимает меня к себе сильнее и целует в макушку. – Вкусно пахнешь…
– Ты тоже… Очень вкусно…
– В душ пойдёшь?
– Надо, да… Я тут ещё… Немного испачкала…
– Пошли вместе… Хочу тебя помыть…
– Садовский, – подкрадываюсь я с улыбкой. – Помыть или ещё что-то, потому что… Нам, кажется, нельзя…
– Как скажешь, так и будет… Просто с тобой хочу…
– Ладно, пошли… Только на цыпочках, хорошо?
– Как ты себе это представляешь? – угорает он. – Я на цыпочках… Успокойся ты, родители внизу ещё. Всё нормально. Пошли…
Мы с Владом берём полотенца, одежду и крадёмся в ванную комнату… Я до сих пор чувствую, как промежность пульсирует и горит после него… Всё-таки он огромный, конечно… Таким аппаратом лишать девственности настоящая пытка. Главное, что я хожу до сих пор, хотя по бёдрам мажет…
– У тебя кровь…
– Знаю…
– Больно?
– Немного. Нормально…
– Ладно, залезай, давай… Я буду аккуратен…
– Ага… – хихикаю, прыгая с ним в душевую. У него, разумеется, снова стоит… И мы целуемся, не переставая, но что мне сейчас нравится во Владе, это изменения… Способность сдерживать себя. Нежность, которую он раньше не проявлял ни к кому другому…
– Красивая моя… – придавливает к кафелю, обхватив за талию. Вода льётся по нам, пока мы тискаем друг друга…
Смотрю ему в глаза и сердечко ёкает. Я люблю его… Я так безумно его люблю… Но слова застревают в горле. Он и так знает, я уверена. Он чувствует.
Наши носы соприкасаются. Он снова целует меня… Сомкнув руки на моей талии, держит меня крепко, а я стою на носочках перед ним… Обнимая за каменные широкие плечи, ощущаю, как внутри всё напоминает о нём. О нас… О том, как это приятно и правильно. О том, как я хочу быть с ним всю свою жизнь и эту же жизнь учиться подстраиваться и понимать друг друга…
– Ты утром отвезешь меня обратно?
– Отвезу… Не хочу, но отвезу…
– А что бы ты хотел?
– С тобой сутки провести. Закрыться в комнате и не вылезать никуда…
– А что бы мы делали?
– Машка… Ты серьёзно? – ухмыляется он, поглаживая меня. Смотрит на мою грудь, облизывается. – Много что…
– Ладно, я напишу маме, что вернусь в воскресенье вечером… Идёт?
– Идёт… – отвечает он и склоняется к моему уху, прикусывая. – Встань вот так… – чуть отодвигает меня к кафелю, а сам… Опускается с поцелуями вниз… К груди… Солнечному сплетению. Животу, пупку и ниже…
– Влаааад…
Чувствую, как он целует меня там снова, и меня, словно током отбрасывает к кафелю. Я вцепляюсь в его волосы обеими руками, прикрыв глаза, и кайфую… Я теперь взрослая… Я теперь полностью принадлежу своему Садовскому…
Глава 45
Мария Логачёва
Теперь всё иначе… Не знаю почему. Ощущение, что мы перешагнули через это. И обоим стало проще.
Каждый день он приезжает за мной, каждый день мы целуемся как ненормальные, забывая про вся и всех. Часами напролёт…
– Мне идти надо… Влад… Влаааадик, ну, отпусти… Мне ещё ТГП делать… Влааад…
Его нос у моей шеи… Язык скользит по коже… Зубы оставляют там следы, которые я потом часами рассматриваю в зеркало. Я теряю так много времени на наслаждение… А можно ли считать это потерями? Не уверена… Как же хорошо…
– В жопу твоё ТГП… Не уходи…
Я смеюсь, отталкиваясь от него, а потом сама снова притягиваюсь. Зарываясь пальцами в его тёмных волосах… Лаская колючий ёжик на шее…
Сегодня мы были в кино и… Столь же страстно там сосались… Трогали друг друга в темноте, как поехавшие… И кажется, я нифига не насытилась этим.
– У нас же послезавтра экзамен и потом поездка на базу, ты не забыл?
– Как я могу забыть… Пять суток с тобой… Пять сууууток…
– Садовский… Так вот если я не сдам на «отлично», я не поеду…
– Сдашь… – уверенно добавляет он. – Ты самая умная.
– Ну, спасибо, конечно… И всё равно… Владик… – касаюсь пальцами его стояка под джинсами, и так нестерпимо хочется. У нас уже три дня ничего не было. Три долгих дня, я думаю, что я зависима, потому что начинаю сходить с ума… Он такой твёрдый.
– Хочу тебя, – кусает меня за мочку и сжимает бёдра…
– Я тоже, но… Мы во дворе многоквартирного дома. Я не стану здесь… Послезавтра. Потерпи…
Он шипит и не отпускает.
– А ты изверг… Самый настоящий…
– Нет, не правда… Влад… идти надо… Ладно?
– Лаааадно… Вредина… – едва я вылезаю, как он шлёпает меня по заднице на прощанье, заставив взвизгнуть.
– Ах ты зараза! – хлопаю дверью его Бьюика.
– Получишь за это! Готовь жопу на растерзание! – орёт этот придурок на всю улицу, так что все бабушки теперь на меня смотрят, и я проношусь мимо них, не глядя, бросив скупое «здравствуйте» под осуждающие взгляды… Дурак, а…
Едва прибегаю домой, как падаю на кровать, а мама смотрит на меня так, будто я объявила ей третью мировую.
– Что? Ну, мам, не начинай…
– Маша, это что… Садовский?!
– Да, это он… И что?!
– Маша, я что тебе говорила… Неужели ты не понимаешь, а?! Такие как он ничего хорошего кроме травм не принесут!
– Откуда ты вообще знаешь, мама?! Ну, откуда?! Мы с Камиллой дружим с десяти лет! Что за фарс вообще?!
– Дружите… Конечно, дружите! Да ты её тянешь по учёбе всю свою жизнь, потому что она не думает головой и не хочет учиться! А этот… теперь отвлекает тебя от учёбы, а родители ему только потакают!
– Мама! Прекрати! Ты вообще ничего о его родителях не знаешь и вообще! Мне его отец практику у себя предложил, ясно?!
– Что?!
– То! И я пойду! Пойду, понятно?! Хочу и пойду обязательно! Это моя мечта!
Мама проглатывает ком и молча выходит из моей комнаты, потому что я отворачиваюсь, злая и обиженная на неё. Достала уже нервы мотать… Сколько можно?! Чем они провинились таким?! Тем, что богатые?!
«Уже не хочу дома быть… Хочу обратно к тебе».
«Я могу развернуться. Недалеко отъехал».
«Нет, не надо… Учиться буду. Извини…».
«Что случилось?».
«Ничего такого… Мама…».
«Я послезавтра поговорю с ней».
«Да ладно? Серьёзно?».
«Ну да… Объясню, что у нас всё серьёзно…».
«Вот это номер».
«Опять дразнишься?».
«Что Вы, как можно злить такого парня»…
Он не отвечает, и я пишу снова.
«Влад?».
Ответ приходит через пять минут.
«Тачку в гараж загонял. Что такое? Передумала?».
«Нет… Хотела сказать, что я тебя…», – набираю и стираю, потому что слишком… Признаюсь глаза в глаза на турбазе. Зачем сейчас ещё и в сообщении, правда?
Он уже мне трижды это говорил, а я молчала… Потому что у Садовского эта фраза вылетает после секса. Надеюсь, он говорил это только мне… А не всем тем, с кем спал… Кстати, наш секс, он… Я не знаю, как передать словами, но каждый раз, когда он меня придавливает, у меня бабочки разлетаются повсюду, не только по животу… Но и по рукам, ногам, голове…
Думала, что так не бывает. Что секс – чисто мужская потребность, а оказывается, я так его хочу, что ночами просыпаюсь, ощущая, как пульсирует моя промежность… Это дикость какая-то.
Ещё мы переписываемся… Много и… Грязно…
– Социальное отношение, регулируемое нормами права, в рамках которого возникают, изменяются или прекращаются юридические права и обязанности участников… – бормочу себе под нос, пытаясь сосредоточиться, но нет… Не могу.
Открываю телефон…
«Готова к экзамену, малыш?», – от Камиллы. И я пишу ей ответ.
«Не знаю, пока слабо. Надо читать и повторять. А ты?».
«Мы с Мироном всю ночь… И я ничего не могу запомнить».
Хочется написать, что я думаю о члене её брата постоянно, но я просто отправляю ржущий смайлик.
«Домой приехал, всё тобой пахнет. Не могу, нахрен. Возвращайся. У меня позанимаешься».
«Ага, Садовский… Кого ты обманываешь?».
«Я хуй знает… Не могу. Уже скучаю. Хочу тебя сюда. Прижать и ебать, пока не заскулишь».
Боже… Едва читаю, как искры проходятся по всему телу и влетают прямо в сердце… Отчего же так тянет? Почему сердце не слушается? С ума по нему схожу…
«Я тоже хочу. Но экзамен… Нет, Владик. Извини…».
«Ну, смотри… От чего отказываешься».
А следом приходит фотография… Госссподи, лучше бы я её не открывала…
«Речка, небо голубое, это всё моё, родное»… Шучу, я. Нет там никакой речки… Зато есть его вздёрнутый кверху член. Все двадцать два… Почти. И я как представлю это чувство растяжения внизу, так у меня язык набекрень. Какое к чёрту ТГП, а?! Вот скажите! Это бесчеловечно!
«Если я после этого не сдам, виноват будешь ты».
«Похуй, готов взять ответственность… Только побудь со мной ещё немного».
«Ладно, фиг с тобой! Я жду тебя, чудище моё морское!».
«Блядь… Выезжаю. Через минут пятнадцать буду у тебя».
«Оки».
Снова падаю на подушку и улыбаюсь, как дурочка, а потом начинаю толкать в сумку всё, что нужно для занятий… Как будто это мне понадобится… Методички, учебники, тетради с лекциями… Пфффф…. Нет, конечно. Я буду занята другим, просто уверена…
Одеваюсь, беру сменные трусы, майку, одежду для экзамена. Всё кучей. И ничего не успеваю…
Потом слышу звук автомобильного гудка снизу и бегу к окну…
Садовского вижу с огромным букетом цветов внизу. Аж сердце замирает. Боже, какой красивый… Не букет. А он… Он, блин, красивый. Такой, что слюни бегут. Не зря там все на него таращатся. Даже бабки…
Тут же вылетаю из комнаты под недоумевающий взгляд матери. Нацепляю на себя сапоги снова, куртку, шапку… Всё впопыхах.
– А я не поняла… Маша?! Маша! Ты куда?! – кричит она мне в спину, но я уже захлопываю дверь и лечу вниз по лестнице к любви всей своей жизни, как одержимая…
От автора: Ребят, дайте клич в комментах, если нужна ещё глава сегодня…)))
Глава 46
Влад Садовский
Я просто не знал, что такое любовь никогда. Я видел у родителей, конечно, но не понимал до конца… Сейчас чувство, будто реально понимаю… Когда она лежит на моей груди после пятичасового марафона, когда её сердце колотится так быстро, что подстёгивает и моё. Сомнений не остаётся. Я слишком одержим этой девушкой, чтобы думать иначе… Я на ней одной зациклен. До мозга костей.
На её коже, на её смехе, на её голосе и даже на её странных «ласкательных», брошенных в мой адрес… Животное, чудовище, маньяк, извращенец… Всё это, вылетающее из её уст такое, блядь, охуенное, что я уже не могу без этого жить.
– Не бойся, всё пройдёт хорошо…
– Мы все двое суток протрахались… И я не готовилась. Что же может пройти хорошо? – спрашивает она, принюхиваясь. Утопает носом в подмышке, вынуждая засмеяться.
– Ну ты чё… Маша…
– Ты так пахнешь, я тащусь…
– Можешь внизу понюхать… Я тобой пахну…
– Уже нанюхалась, спасибо, – хихикает, а я хватаю её за плечи, сжимая.
– Не сосала мне ещё, не пизди…
– Девушку нельзя торопить с этим, понятно? Когда захочу, тогда и отсосу…
Смотрю в её глаза и понимаю, что она всю жизнь будет держать меня на привязи. Что бы ни делал… Как бы ни старался… Всё равно будет…
– До экзамена два часа, Влад… Надо вставать… Мне уже точно не до твоего члена…
– Как дерьмово звучит…
Она улыбается и сползает на край, начав одеваться, а я смотрю на неё.
– Ты самая красивая девушка на свете. В курсе?
– Как жаль, что раньше ты в этом сомневался…
– Нихуя… Ты сама не показывала ничего… Даже если сказала потом… Но ты мне не показывала…
Она оборачивается и смотрит на меня серьёзным взглядом.
– А что, если бы показала? Ты бы что-то сделал?
– Не знаю, – пожимаю плечами. – Но я не могу теперь исправить прошлое… То, что чувствую к тебе сейчас выше и сильнее всего остального…
В её зелёных глазах вдруг что-то проскальзывает, и она возвращается обратно, плюхаясь на меня с разбега и сжимая мою шею.
– Я тебя люблю, Влад… – шепчет в ответ, заставляя меня улыбнуться. Будто разрядом тока бьёт и покалывание повсюду.
– Я уж думал, не дождусь… – тянусь носом к её шее и зарываюсь в медно-каштановые волосы… Пахнет она, как самый вкусный в мире цветок…
– Я хотела сказать… Просто момента не было…
– Просто ты воспитывала меня, как в детском саду, вот где правда…
– Нееет…
– Даааа, – киваю, касаясь её личика. – Ты всё сдашь. – целую в нос. – Сдашь на «отлично». И мы поедем к тебе собирать вещи и говорить с твоей мамой… А потом на базу всей семьёй, хорошо?
– Хорошо, – кивает она, снова прижавшись ко мне… Чувствую тепло… Женскую такую несравнимую ни с чем другим энергетику… Она невероятная. Бурная, ещё непокорённая, даже если я трахал её в самых разных позах. А всё равно не прижал. Скорее – наоборот. Она меня. – Очень скучать буду по тебе, Садовский…
– Там два часа… Я под окнами буду ждать…
– Как вообще ты сам сдал экзамены я не понимаю… – ворчит недовольно, будто реально не знает, как я всю жизнь их сдаю…
– Купил всё… Чё мне…
Она тут же стукает меня по плечу.
– Оболтус, а!
Я ржу, упав на кровать спиной, а она встаёт с меня, поправляя свою майку.
– Уже соски встали… Так и знал…
– И ничего не встали!
– Дай-ка трусы твои посмотрю…
– А-а-а-а! – кидается она от меня прочь в сторону ванны и визжит, а я усмехаюсь над ней, глядя на то, как сверкают её пятки. Не знаю, как жил без этого… Просто как? Мирон ведь говорил мне, что не получится забыть. А я, дурак, не верил… Ну не знаю, балбес, наверное. Хотя, главное, что сейчас осознал, верно же?
Перед её уходом в универ, снова засасываю её сладкие пельмени на капоте моей машины, и не выпускаю из рук это маленькое змеиное тело… Которое так и вьётся в моих руках, не переставая. На улице снег лежит, а мы тут сосёмся, как ненормальные. Хорошо, что я заставляю её сейчас тёплые колготеусы надевать, чтобы никто её жопу голую не видел, кроме меня…
– Я сейчас тебя прямо здесь трахну… – хриплю ей на ухо с низкими вибрациями, и по ней будто ток проходится.
– Садовский, животное, мне на экзамен надо… Смотри, там уже Камилла приехала…
– Ну и нихера, подождут…
– Влааад… пожалуйста, отпусти, я сама не смогу уйти… Мне нужно ещё немного почитать…
– Ладно, ты права… Ладно… Ещё один поцелуй. Один… – прижимаюсь к её промежности своей эрекцией и трусь, пока она стонет в ответ, цепляясь за мои плечи.
– Слышь, завязывай, тут дети! – орёт Мирон, размахивая руками и ржёт, обнимая мою сеструху, и только тогда я отпускаю Машку из рук.
– Ладно, всё… Он прав… Всё…
Тут же семнадцатилетки ещё ходят…
– Беги давай, коза-дереза…
– Садовский… Пожелай удачи… – слезает она и поправляет свою одежду.
– Ни пуха…
– К чёрту… Люблю тебя…
– И я тебя… – провожаю её взглядом, когда она убегает, взмахнув своей коротенькой юбчонкой, и хватает Камиллу за руку. Они обе смеются и бегут по крыльцу, а я закрываю своему влюбленному товарищу глаза.
– Не смотри на мою даже, нахер. Глаза тебе выколю. Понял?
Он угорает, отбрасывая мою руку в сторону.
– У меня своя есть. Твоя мне не импонирует…
– Ой, как… Запел-то… Дай сигу, а…
– Я бросил…
– Да ну нахер…
– Вот так-то… Так бывает, когда любишь девушку…
– Душнила…
– От душнилы слышу… Дыми… Да собираться надо ехать…
– Я тут хотел подождать…
– Влад, да три часа экзамен длится. Твоя, конечно, бесспорно, вундеркинд, но… Минимум пару часов ей всё равно понадобится… Мы бы могли пока собрать доски там, ватрушки…
– Ну ладно, поехали тогда…
Тащусь к тачке и пишу своей сообщение.
«Мы с Мироном до меня, собирать шмот, я на связи. Приеду за тобой, как скажешь».
«Влад, хорошо, только не отвлекай меня, прошу».
Я взвываю, отбрасывая телефон на приборку… Вот это меня реально бесит в ней… Когда она уже поймёт, что я важнее всего остального?! А-то ведь меня всухую начинает бомбить из-за этого…
Глава 47
Мария Логачёва
Хвала небесам, я все предыдущие полгода училась, а не думала о яйцах Садовского… Хотя бы что-то в голове осталось, а-то я уж думала – пусто…
На экзамене получаю «отлично» и даже помогаю Камилле немного, хотя она вроде как и сама неплохо справляется. Но сдаёт на «хорошо», что меня безумно расстраивает. Ведь даже мудак Осипов сдал на четыре, а она умнее его в сто раз, блин… Ну да ладно… Я бы уже с ума сошла если бы скатилась до такого уровня… А ей хоть бы хны, она сразу же к Мирону… Ну а я домой сначала, потому что мою маму надо подготовить…
– Мам… Погоди, ну… Я ничего не знаю, я зову его, потому что ты ведешь себя как ребёнок! А вам надо познакомиться!
– Мария, я не стану с ним разговаривать! – встаёт в позу и топает ногой. В кого такая дурная, не пойму вообще. Вроде бабка у нас нормальная была…
– Нет, станешь! А иначе… Иначе я вообще домой не вернусь! Замуж выйду и всё! Ищи свищи потом, поняла меня?!
– Маша, ты дурочка, да? Да кто ж тебя замуж возьмёт?! Тьфу ты!
– Садовский и возьмёт или что сомневаешься?!
– Конечно, я не сомневаюсь! Как раз что не возьмёт! Не сомневаюсь!
– Я сейчас обижусь! Я все экзамены на отлично сдала, а ты даже «молодец» мне не сказала!
– Ну так Садовские твои и скажут, чего тянешь?! Иди к ним, наверное, ждут всей семьей!
– Мам… Ты просто ревнуешь, да? – спрашиваю, и она тут же отворачивается от меня, встряхнув полотенцем.
– Как же надоела мне, а… Противная…
– Ну, мама… Чего ты ревнуешь-то? Глупость какая, – подкрадываюсь и обнимаю её. – Он меня любит. Правда любит… Придёт познакомится… И всё будет хорошо… Мааам…
– Не могу я с тобой, Машка… Ты мне все нервы вымотала…
– Ты мне тоже… Мам… Ну я зову его, ага?
– Ага, ага, чумичка ты, Машка!
– Вот спасибо огромное! Главное, ему таких вещей не говори… – фыркаю на маму и пишу Владу сообщение, пока он, как дурак, ожидает меня в подъезде. Но любовь ведь такая любовь… Что я сделаю, если мама против?! Ни-че-го… Надеюсь, он это понимает. Надеюсь, не обижается…
Я выглядываю из-за двери и морщусь, схватив его за руку.
– Если сейчас будет кринж, не грусти только, ладно?
– Мне начинать бояться? – спрашивает он, когда я затягиваю его внутрь.
Мама, чтоб её, тут же занимает оборонительную позицию…
Вроде как объясняла-объясняла, всё без толку…
– Мам… Мы с Владом… Камиллой, Мироном и их родителями едем на базу отдыха… Поэтому Владик пришёл меня отпросить…
– Здравствуйте…
У неё раздуваются ноздри.
– Маааам…
– Я скажу сразу без прелюдий, я так привыкла. Ты мне не нравишься. И не нравится то, что моя дочь пропадает у вас сутками напролёт. Я понимаю, что у неё гормоны сейчас, а ты этим пользуешься. Только учти, что если вернешь её мне без сердца, я тебя везде найду, ты меня понял?! И никакие деньги не спасут.
Влад смотрит на неё со спокойствием удава. Удивлен, но… Кринжа избежать не удалось-таки… Как же стыдно, Боже мой.
– Ну тогда и я без прелюдий. Тоже не привык особо, – говорит он, задвигая меня за себя. – Гормонами Вашей дочери я действительно пользуюсь, но с обоюдного согласия, и думаю, что ей это даже нравится. Насчёт сердца можете не переживать, если кто кого и оставит таким, то точно не я. Хотя если что адрес вы наш знаете. Сдамся лично, родителей подставлять не стану. Хочу отпросить её у Вас на пять дней, верну в целости и сохранности. А, да… И забыл. Вы вот мне сразу понравились с первого взгляда в восьмом классе, но Вы, наверное, этого и не помните… Давно было… Машка в Вас пошла, кстати…
У мамы дёргается глаз. А я просто стою и прячу лицо в складках его одежды… РЖУ НИМАГУ, как говорится…
– Мам, мы поедем, ладно?
Она молчит, а я мельтешу рукой перед её глазами.
– С тобой точно всё в порядке?
– Маша, ты уверена? – шепчет мне на ухо, но с него глаз не сводит.
– Ой, всё… Мы пошли… Пока-пока, – машу ей на прощанье. – Вот моя сумка… – указываю Владу пальчиком, и он взваливает ту себе на плечо.
– До свидания, рад был познакомиться… Ещё раз…
Дверь за нами закрывается, и я начинаю смеяться.
– Ты такой дурак… Что ты с ней сделал, а?!
– А чё я с ней сделал? Нормально ответил просто… – прижимает меня к себе и целует в макушку, как только мы выходим из подъезда. – Разве не так сказал? Не нравится тебе, а? Гормональная моя…
– Нравится…
– Ну вот и всё тогда. Поехали уже… Все ждут, блин, нас одних…
– Поехали, Садовский… С тобой хоть на край света, любовь моя! – выпаливаю и тут же подхожу к машине.
– На край света говоришь? – не успеваю среагировать, как он открывает заднюю дверь и силой заталкивает меня на сиденье, придавив собой, пока я ржу на всю улицу.
– А-а-а, помогите! Влад… – дверь закрывается, а машина шатается… я тону в его объятиях и поцелуях. Придавленная к кожаному сиденью машины его восьмидесяти пяти килограммовым телом… Чистые мышцы и… Немного харизмы, которая так яростно трётся между моих ног, пока я практикую новую технику дыхания…
– Владик… Я не стану здесь… Тут всё видно…
– Я просто обнимаю тебя, успокойся… поздравляю с успешной сдачей всех экзаменов… – не сводит с меня своих карих котлованов. – Потом только ночью удастся наедине поговорить, ты же знаешь… – проводит ладонью по волосам, стянув с меня капюшон.
– Ну да, знаю…
– Это… Тебе, – достаёт из кармана золотую цепочку, на которой красуется кулон с изумрудами в виде продолговатого камня, усыпанного аккуратной крошкой бриллиантов.
Я сглатываю.
– Не хотел при всех…
– Красиво очень…
– Я же знаю, что тебе нравится… Давай надену… – чуть привстаёт, дав мне место, и я тут же сажусь к нему боком, убирая назад свои волосы, а он застёгивает замочек. Сердце в этот момент и вовсе вылетает через лобовое на улицу… Садовский сводит меня с ума своим отношением.
– Ты же понимаешь, что заставляешь моё сердечко таять…
– Я на это и рассчитываю… Чтобы ты сбавила обороты немного… – целует меня в щёку, заставив выдохнуть и улыбнуться… – Поехали?
– Поехали…
