Текст книги "Рискни ради любви"

Автор книги: Кара Эллиот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Но неожиданно Джек развел ее ноги и стал водить кисточкой по складочкам ее интимного местечка.

– Джек! – выдохнула Алессандра, пытаясь сесть.

Он нажал ладонью ей на живот, вынуждая ее остаться на месте.

Искушение было слишком сильным. А она – слишком слабой, чтобы противиться ему.

Сдавшись, Алессандра вновь упала на спину и стала наслаждаться дивными ощущениями.

Джек осторожно ощупал ее лоно, нашел там чувствительную жемчужинку и принялся быстро поглаживать ее кисточкой.

Алессандра застонала. Закрыв глаза, она позволила пламени сжечь все ее страхи. От омерзительных прикосновений Фредерико по ее коже побежали мурашки, ей казалось, что она вся перепачкана грязью. А Джек… От ласк Джека ее душа запела. Прежде бывало, что страсть предавала ее, однако в его руках она почему-то чувствовала себя в безопасности.

– Алессандра, – прошептали его губы, пахнувшие бренди, прежде чем накрыть ее рот долгим чувственным поцелуем.

Мягкая кисточка по-прежнему ублажала ее, и Алессандра изнывала от нестерпимого желания.

– Дже-ек! – простонала она, касаясь губами его губ.

И крепко сжала его жезл.

Затем на мгновение отпустила его, чтобы обмакнуть пальцы в бренди, а потом снова погладить его жезл. Все его тело напряглось. Движения Алессандры становились все быстрее. Его тело не переставало удивлять и восхищать ее.

– Bellissimo [12]  [12]Прекрасно (ит.).


[Закрыть], – промолвил Джек по-итальянски в ответ на собственные ощущения.

– Да.

Алессандра запустила руки в его спутанные шелковистые кудри. Внезапно осознав, как быстро пролетают эти чудесные мгновения, она прижала Джека к себе, наслаждаясь мускусным ароматом его тела, легким покалыванием его бакенбард, прикасающихся к ее щеке, жаром его желания.

– Возьми меня, Джек, – прерывистым шепотом проговорила она.

Пусть темнота еще хоть какое-то время останется на привязи.

Кисточка упала на их разбросанную одежду, когда он приподнялся, а потом устроился между ее ног.

Похоже, и он больше не мог медлить. Обняв его, Алессандра почувствовала, как напряжены его мускулы. Они упали на подушки, их тела слились воедино. Алессандра согнула колени и прижала их к его сильным бедрам. Ах, если бы она могла вечно держаться за него, полагаться на его силу!

Джек вошел в ее лоно. Ни секунды промедления – их соединение было быстрым и страстным. Их тела приподнимались и падали, и пламя свечей трепетало в ночном полумраке от их движений.

Алессандра быстро взлетела на вершину блаженства.

Последний резкий толчок – и Джек, выйдя из нее, выплеснул семя ей на живот.

Еще не придя в себя, Алессандра вытянулась на спине и прерывисто дышала; в висках у нее стучало. Над ней склонилось темное лицо Джека, влажное от пота. Она не могла видеть его выражения, потому что оно было наполовину закрыто волосами.

Но вот он отбросил темную прядь, и их глаза встретились.

– Я… – Алессандра не знала, что и сказать. – Извини, но я не могу попросить тебя остаться еще на некоторое время.

– Понимаю. – Сев на колени, Джек нашарил среди разбросанной на ковре одежды свой галстук. – Можешь рассчитывать на мою порядочность, Алессандра, – сказал он, бережно вытирая ее кожу льняным галстуком. – Я не сделаю ничего такого, что может тебе повредить.

У Алессандры заныло сердце.

– Спасибо. – В этот момент сверху донесся шум. – Боже мой! – Выскользнув из его объятий, она быстро надела сорочку. – Пожалуйста, я должна…

– Ступай, – прошептал Джек. – Я сам найду дорогу.

Глава 16

Тук-тук-тук.

Повернув долото, Джек осторожно убрал спутанные корни дерева и вытащил из грязи каменный фрагмент. Джек снял рабочие перчатки, ополоснул фрагмент в ведре с водой, а затем положил его на покрытый куском фетра поднос рядом с остальными артефактами, которые ему удалось откопать. Три долгих часа работы. Коллеги не преувеличивали, когда предупреждали его, что археология – это прежде всего тяжелая работа. Но Джек не жаловался. Он играл свою роль, пусть очень скромную, в деле извлечения на свет божий самой Истории. И это чувство приносило ему большое удовлетворение.

Открыв альбом для набросков, он записал дату и местонахождение своей находки. Но пока он делал быструю зарисовку первого предмета, не тайны прошлого занимали его мысли – нет, он получил живой, потрясающий подарок.

Алессандра.

Леди Джаматти по-прежнему оставалась для него загадкой. Горячая и холодная. Огонь и лед. Какая бы химия ни влекла их друг к другу, он никак не мог понять, в чем ее загадка. Однако Джек уже начал думать о следующей встрече, вспоминал, как ее нежное нагое тело прикасается к его разгоряченной коже. Его карандаш крепче нажал на бумагу. Она приворожила его, он думал только о ней.

При воспоминании о ее коже, согретой огнем, ее приподнятых бедрах, ее горячем шепоте кровь забурлила в его жилах. Алессандра совсем не похожа на всех его знакомых женщин: невероятная красота в сочетании с редким умом… Есть в ней все-таки что-то таинственное, опасное, какая-то тайна.

Сжав губы, он заштриховал часть рисунка. Контраст между леди Джаматти и его лондонскими знакомыми был столь же очевиден, как контраст между днем и ночью, светом и тьмой. Должно быть, две его знакомых леди показались ей глупыми, легкомысленными. Он стеснялся их банальных замечаний.

Особенно теперь, когда проводил время в обществе серьезных ученых. Вечно хихикающие девчонки прямо со школьной скамьи раздражали его. Что никак не вязалось с тем будущим, которое готовил для него отец, подыскавший ему невесту. Герцог, должно быть, уже говорил лорду Саю о возможности соединения их семей, ну а тот, в свою очередь, намекал на свою дочь, леди Мэри.

Черт возьми! После окончания раскопок ему придется нанести визит в наследное поместье и предотвратить атаку на его свободу. Отец, без сомнения, ринется в контратаку.

Поспешно закончив наброски, Джек перенес свои вещи к другой секции внешней стены, где он работал.

Ни к чему вступать в воображаемую битву. Пока что у него дел невпроворот. И кто знает, что еще может случиться в ближайшие недели.

– Прошу простить меня, но я не могу закончить разметку земли под раскопки на квадраты, как вы просили.

– Не можете? – Оторвавшись от изучения карты местности, Алессандра подняла голову. Она глазела на одну и ту же страницу больше получаса, но мысли ее при этом были заняты предстоящей встречей с Фредерико. – А в чем дело, мистер Гроув? Если у нас кончились колышки и веревка, одолжите у мистера Дуайт Дэвиса.

– Да нет, не в этом дело, миледи. – Гроув протянул Алессандре листок, который она же дала ему недавно, и указал на аккуратно начерченную диаграмму: – Если я двинусь в этом направлении, то окажусь в середине реки.

Алессандра быстро проглядела пачку рабочих документов, над которыми работала в это утро.

– Извините, пожалуйста, мистер Гроув. – Она сжала виски кончиками пальцев. – Я по ошибке дала вам не тот план.

– Я так и подумал. – Гроув усмехнулся, когда маркиза протянула ему другие бумаги. – А то бедному лорду Джеймсу пришлось бы вылавливать из воды и меня.

– Да уж…

При упоминании имени Джека головная боль у нее усилилась.

– Ах вот вы где, леди Джаматти!

Рабочий вышел из ее полотняной палатки, а его место тут же заняли Хейверстик, Юстас и Дуайт-Дэвис.

– У вас есть минутка, чтобы высказать свое мнение об этих отчетах? – спросил Хейверстик. – По-моему, итальянцы ведут свои наблюдения слишком небрежно.

Алессандра машинально потянулась за бумагами.

– Да, конечно.

Она слишком поздно заметила, что ее руки дрожат.

– Пожалуй, мы пришли не вовремя, – сказал Дуайт Дэвис. – У вас очень усталый вид.

– Я плохо спала прошлой ночью, – призналась Алессандра, понимая, что ужасно плохо выглядит. – В ближайшие дни мне не стоит ходить на праздники.

– Может, вам взять выходной? – предложил Дуайт Дэвис. – Господи, да мы наверняка слишком давим на всех, торопясь восполнить время, пропущенное из-за дождей. Salus populi suprema lex esto. Как говорили римляне, благо народа пусть будет высшим законом…

Неожиданно его лицо засияло.

– Думаю, стоит устроить день отдыха.

Хейверстик нахмурился.

– Об этом стоит подумать, – сказал Эстас. – Надо обсудить эту идею с остальными руководителями комитета.

– Да, это было бы неплохо, – закивал Дуайт Дэвис.

– Я вернусь к вечеру, – бросил через плечо Хейверстик, когда двое других мужчин следом за ним покинули палатку.

Алессандра с тоской посмотрела на записи на верхнем листке из пачки тех документов, что принес ей Хейверстик. Она даже не заметила, как они ушли. «Сосредоточься!» – приказала себе маркиза. Фредерико играет с ней, как кот с мышкой. Жестокая игра, он нарочно тянет, чтобы еще больше ее напугать.

Алессандра отодвинула бумаги и решила посмотреть, как идут дела на раскопках на берегу реки. Быстрая прогулка помогла ей снять напряжение, поэтому целый час она занималась работой.

Время близилось к обеду, когда Фредерико появился неподалеку от того места, где Алессандра рассматривала два наконечника для стрел, найденных одним из местных ученых.

– Леди Джаматти, у меня к вам вопрос о секции внешней стены, где я работаю, – сказал он. – Могу я попросить вас сходить туда со мной и взглянуть?

Взяв сумку с инструментами, чтобы не прикасаться к его протянутой руке, Алессандра поднялась. Ему повезло, что среди ее деревянных молотков и зубил не было пистолета. Она была в таком состоянии в это мгновение, что могла бы всадить ему пулю в лоб.

И если бы она сгорела за это в аду, у нее по крайней мере была бы компания.

«Думай об Изабелле. Думай об Изабелле». Лишь бесконечное повторение этих слов придавало ей силы идти вперед.

– Английские пейзажи гораздо живописнее, чем я себе представлял. – Поднявшись на гребень холма, Фредерико прикрыл глаза рукой и осмотрелся по сторонам. – Хотя и не такие красивые, как, скажем, вид, открывающийся из твоей виллы у озера Комо.

– Ты можешь хоть сейчас уехать туда и наслаждаться видами, – холодно промолвила она.

– Да будет тебе, дорогуша! Ни к чему делать саркастические замечания.

– На людях я еще буду сдерживать себя. Но когда мы будем наедине… – Она опустила глаза на молоток с железным когтем, лежавший у нее в сумке. – Не старайся провоцировать меня, Фредерико.

– А ты, я вижу, все такая же горячая проказница. – Он лениво улыбнулся, показав ряд перламутровых зубов. – Впрочем, я всегда предпочитал иметь дело с пылкими женщинами.

Алессандра проигнорировала его слова.

– А теперь давай к делу, – сказала она. – Чего ты от меня хочешь?

– Погоди минутку. Давай найдем более укромный уголок.

Пробравшись сквозь заросли кустарников с шипами, он привел ее к навалу камней. Там старинные плиты отгораживали их от рабочих, раскапывающих землю у реки, позади них можно было увидеть лишь полянку да старую каменную стену, почти скрытую под зарослями винограда и мхов.

Леди Джаматти повернулась и прижалась спиной к известняковой стене, чтобы чувствовать хоть какую-то опору.

– Вот что, довольно игр, – резким тоном сказала она.

– Да, дорогая, я готов к тому, чтобы стать невероятно серьезным. А ты не забудешь ни на минуту, о чем я тебе говорил: тебе придется иметь дело не только со мной.

Вместо того чтобы перейти к делу, Фредерико лениво стряхнул листочек со своего рукава.

– Знаешь, я очень много узнал о Древнем Риме за то время, что работал в университетской библиотеке, – проговорил он.

– Избавь меня от своих уроков истории, – процедила Алессандра сквозь зубы.

– Ты не хочешь оживить прошлое? – тихо спросил он. – А я-то считал, что это твоя страсть. Разумеется, наряду со всем остальным.

Спокойно, спокойно. Ясно, что ему доставляет удовольствие терзать ее, поэтому Алессандра предпочла промолчать.

Поняв, что она не подцепит крючок и не разозлится, Фредерико продолжил:

– Орричетти договорился со своим другом о том, чтобы я работал с архивами, так что это держит меня вдали от любопытных глаз. Как ты можешь себе представить, через мои руки прошло бесчисленное количество старых бумаг и документов. И уж так вышло, что от скуки я стал читать некоторые из них.

Не сдержавшись, она тихо проговорила:

– Как жаль, что ты не нашел ничего полезного для себя.

– Да нет, Алесса, нашел! Случайно я обнаружил старую медную шкатулку, cпpятaннyю среди целого навала пропылившихся средневековых книг. В шкатулке оказался манускрипт. – Фредерико расплылся в улыбке: – Юлий Цезарь не был единственным, кто вел счет своим сражениям за границей. Документ, который я обнаружил, – это мемуары центуриона, который возглавлял войско, расквартированное в этой части Британии во время последних дней римского владычества. Среди описываемых, им вещей – история о том, как он командовал экспедицией, которую отправили из штаб-квартиры в Карлеоне сюда, в нынешний Бат, а прежде – Аква-Сулис. Они должны были занять аванпост.

– Мне известно, как в древности назывался этот город, – бросила Алессандра.

– Да, но вряд ли тебе известно о последней битве, заставившей римских солдат уйти отсюда, – сказал он. – К четвертому веку для римлян наступили тревожные времена. И когда местные племена подняли мятеж, гарнизон, расквартированный здесь… – он указал рукой на полускрытую в зарослях стену, – в этом самом месте, был вынужден сбежать под покровом ночи.

Алессандра почувствовала, что сзади ей что-то колет голову.

Фредерико подошел на шаг ближе.

– Они оставили тут не только проржавевшие сабли и наконечники стрел, Алесса, – вымолвил он. – Не только твои глупые осколки статуй и куски мозаик. Они оставили еще и золотой образ – маску с изображением императора, с которой легион отправлялся на битву. Ни одна маска не сохранилась с древних времен – кроме этой. Ты только представь себе, какое это бесценное сокровище в наши дни!

– . Если тебе нужны деньги, назови цену, – сказала Алессандра. – Ты знаешь, что я довольно богата.

– Да нет, Алесса, я не только о деньгах. Мне нужна еще и власть. В Риме есть один коллекционер, очень богатый и влиятельный аристократ, который хочет оплатить мою кампанию против австрийцев, а также использовать свои политические связи для того, чтобы меня назначили представителем итальянских националистов, – сказал он.

Фредерико всегда жаждал власти над людьми, но вообразить себя в роли современного Юлия Цезаря… Бред какой-то! Однако Алессандра оставила свои соображения при себе.

– В общем, все это будет, если я достану ему золотой образ, – договорил он.

– А ты хоть представляешь себя, что его почти невозможно найти? – возразила она. Этот человек безумен. И все же ей стало чуть легче дышать. Они могут копать до Второго пришествия, но так и не обнаружить то, чего он хочет. – Похоже, что ты начитался не только древних документов, но и приключенческих романов. Спрятанные сокровища находят только в книжках о пиратах, а не в реальной жизни.

Фредерико вынул из кармана сложенный листок бумаги и развернул его.

– Да, но что, если нужное место отмечено на карте буквой «X», дорогуша? Что, если у меня есть карта, на которой точно указано, где искать?

Алессандра на мгновение лишилась дара речи. Фредерико расправил все складочки на листке и с любовью погладил его.

– Вот, взгляни!

Она закрыла глаза.

– Господи, это не так просто! Прошли столетия… ландшафт с годами меняется… человеческая память переменчива… к тому же он мог попросту солгать.

– Я тщательно изучил массу документов, – заявил Фредерико. – Сохранились другие свидетельства того, что образ был брошен здесь, когда римляне в спешке покидали форт.

– Но даже если это так, нелепо думать, что грубый набросок, сделанный во время битвы, может точно указывать на местонахождение сокровища. Да и маски здесь наверняка давно нет. Но если она и тут, шансы разыскать ее так же велики, как шансы снежка не растаять в адском пламени.

Губы Фредерико превратились в узкую полоску.

– Ради Изабеллы тебе лучше надеяться на то, что они достаточно велики, – мрачно промолвил он.

Лежа на животе, Джек, извиваясь, подполз чуть ближе к краю стены. Что-то выглядывающее из небольшой расселины среди камней привлекло его внимание. С помощью мягкой кисточки он принялся осторожно разметать в стороны сухую грязь и куски мха. Когда он сдвинулся вбок, шорох камней, по которым явно кто-то ходил, стал слышен по другую сторону стены.

– Фредерико, ты должен понять!

Вот уж повезло, черт возьми! Чертыхнувшись про себя, Джек услышал, как Алессандра договорила:

– Это будет непросто.

О боги, это, кажется, и называется чарующей лестью по-итальянски? Прыщавый школьник теперь будет знать, что это лучше, чем нести какую-нибудь банальную чушь. Заскрежетав зубами, Джек едва сдержал желание спрыгнуть вниз и разбить Фредерико нос кулаком. Однако, напомнил он себе, с Алессандрой их ничто не связывает. Их соглашение не подразумевало ни обещаний, ни обязательств. И если она предпочтет завести другого любовника, это ее личное дело.

Какие-то странные мужчины нравятся Алессандре.

Джеку было противно подслушивать, особенно после того, как Алессандра однажды уже уличила его в этом. Если он медленно пойдет вперед, то ему удастся незамеченным проскользнуть назад в высокие заросли луговых трав, а оттуда пройти к деревьям.

Джек уже собрался было привести свой план в исполнение, как до него донеслись слова Фредерико:

– Я сделал копии документов. И как только у тебя будет возможность подумать над моими словами, уверен, ты догадаешься, откуда лучше начать поиски.

– Но это огромная территория, искать будет нелегко.

Алессандра говорила так тихо, что Джек едва слышал ее.

– Время у тебя ограниченно, – сказал Фредерико. – Нам надо пошевеливаться.

– Да, – ответила Алессандра. Голос ее дрогнул. – Но при этом мы должны вести себя так, чтобы не привлекать внимания. – Наступила пауза. – Мы можем начать раскопки вокруг пролома во время перерыва на обед.

– Я очень внимательно изучил описание…

– Одного описания для начала такого дела мало. Я же говорила тебе, что ландшафт за века должен был измениться, – возразила Алессандра. – Мне понадобится еще раз внимательно изучить местность. Посмотрим, найду ли я место, которое подходит под описание.

– Да ты настоящий эксперт, дорогая!

Джеку показалось, что в голосе итальянца звучала насмешка.

– Но что бы ты ни делала, – продолжал Фредерико, – делай это как можно быстрее.

Джек не расслышал ее ответа.

– Надеюсь, мне не понадобится напоминать тебе, Алесса…

Оставшуюся часть фразы унес ветер.

Чертовщина! Джек придвинулся еще ближе к краю стены.

– …мне лучше вернуться, пока мое отсутствие не заметили, – договорила Алессандра.

Джек осторожно приподнял голову. Сквозь виноградную лозу он видел две фигуры, спускавшиеся вниз с холма. Потом они разошлись в разные стороны.

Дьявол, о чем же они говорили?

Джек продолжил высвобождать из камней кусок металла, но его мысли упрямо возвращались к тому, что он только что слышал.

Неужели Алессандра сговорилась со своим другом и они крадут античные артефакты с места раскопок?

Нет, это исключено. Но как иначе понять их беседу? Кстати, именно этим можно было бы объяснить ее напряжение в последнее время. Нахмурившись, Джек вспомнил, как ее ближайший друг говорил, что Алессандра явно чем-то встревожена.

Может быть, ее мучает совесть?

Взяв лопатку, Джек глубже зарылся во влажную землю. Неужели она просто посмеялась над ним?

Сама мысль о том, что маркиза может быть обманщицей, была Джеку неприятна. Ведь она с такой страстью говорила о необходимости сохранять прошлое. Так неужели она всего лишь умная лгунья? Превосходная актриса, которая целовала и любила его только для того, чтобы ввести в заблуждение?

Джек опустил глаза на сжатые кулаки. Во время войны на Пиренеях он провел немало тайных операций по сбору информации о враге, а ведь на такой работе долго не выжить, если имеешь привычку недооценивать человеческий характер.

Хотя, возможно, проблема как раз в этом и заключается. Инстинкты… Может быть, им управляла страсть, а не разум? Он ведь уже пришел к выводу, что у пениса нет мозгов.

Оставалось надеяться лишь на то, что остальные части его тела помогут во всем разобраться. Он разгадает эту тайну, чего бы ему это ни стоило. В одном Джек был абсолютно уверен: отныне он будет следить за каждым шагом Алессандры делла Джаматти.

Каким-то непостижимым образом Алессандра дотянула до конца дня. Сила привычки заставляла ее делать что-то: обновлять карты, следить за тем, чтобы все находки были внесены в каталог и правильно устроены на хранение. Но при этом разум, ее был где-то далеко-далеко.

Ах, если бы только бог войны мог спуститься с небес на землю в огненной колеснице и поразить ее врага!

Увы, боги помогают смертным только в мифах. Как бы ни нуждалась она в их поддержке…

– Леди Джаматти!

Алессандра оторвалась от своих карт.

– Куда это положить?

Развернув ватное одеяло, Джек показал ей бронзовый фрагмент.

Приглядевшись, Алессандра поняла, что перед ней изображение орнаментального волка. Несмотря на беспокойство, Алессандра задрожала от восхищения.

– Боже мой, похоже, это бронзовая рукоятка пугио – короткого легионерского кинжала с широким клинком. Где ты это нашел?

Джек махнул рукой.

– На холме, – ответил он.

– Надеюсь, ты описал местонахождение этого артефакта более подробно, – заметила Алессандра, не переставая любоваться редкой находкой.

– Я хорошо слышал указания, – мрачным тоном проговорил он. – Да, я все подробно описал, как ты велела. И нарисовал это место.

Без сомнения, она его обидела. Куда лучше иметь дело с нарисованными кинжалами, чем с настоящими… Алессандра отвела взгляд от его темных глаз.

– Можете оставить его у меня, лорд Джеймс, – сказала она. – Мне хочется рассмотреть его повнимательнее перед тем, как я передам его мистеру Дуайт Дэвису на хранение.

– Как скажешь, – бросил Джек.

Словно услышав, что кто-то произнес его имя, плотный невысокий ученый как по волшебству вышел из-за составленных один на другой ящиков для находок. Следом за ним появились Хейверстик и Орричетти.

– Вот она, джентльмены! И по-прежнему трудится в поте лица! – Повернувшись к Алессандре, Дуайт Дэвис покачал головой с добродушным неодобрением. – Руководители комитета согласились со мной, что выходной день нам просто необходим, леди Джаматти. Более того, у нас заканчивается кое-какое оборудование, так что завтра пусть поработают кучеры, а мы предадимся приятному безделью.

– Да-да, – закивал Орричетти, – я уже замечал, что ты очень бледна в последнее время, Алесса. К тому же итальянцы с удовольствием осмотрят местность, полюбуются видами. Тут, кажется, и море недалеко?

– Да, недалеко, – кивнул Дуайт Дэвис. – Как жаль, что у нас нет парусного судна! Покататься под парусом было бы чудесно.

– Это я могу устроить. – Предложение исходило от Джека. Он по-прежнему стоял возле рабочего стола, скрестив на груди руки. – У моего брата есть яхта для прогулок в Бристоле. Уверен, он даст нам ее на время.

– Замечательно! – воскликнул Дуайт Дэвис. – А почему бы не привести ее сюда с вечера? Возле гавани есть очаровательная гостиница, так что леди Джаматти не придется ездить верхом дважды в день.

– Великолепное предложение! – согласился с ним Орричетти, прежде чем Алессандра успела возразить. – Изабелла будет в восторге от прогулки на яхте.

Вспомнив, как ее дочери недавно хотелось принять предложение Джека, Алессандра кивнула.

– Да, думаю, так оно и есть, – промолвила она.

– Что ж, тогда решено. – Дуайт Дэвис сцепил ладони вместе. – Давайте-ка прикинем. Нас здесь… пятеро, а с вашей дочерью будет шестеро, леди Джаматти.

– Нет, я отказываюсь от прогулки, – заявил Хейверстик. – Меня укачивает на любых судах.

– У Равенны тоже морская болезнь, так что вряд ли и он поедет, – сказал Орричетти. – А вот остальные…

– Можете рассчитывать на меня, – проговорил неизвестно откуда взявшийся Фредерико. – Кажется, нас ждет великолепный отдых.

У Алессандры сердце упало. Неужели ей никуда не деться от его тени?

– Оказывается, очень выгодно иметь в группе состоятельного человека, – продолжил Фредерико.

Выражение лица Джека не изменилось, однако в его облике произошла едва заметная перемена. Под заляпанным грязью рабочим костюмом каждая линия его тела, каждый мускул напряглись, как тетива, словно пирсоновская сталь многовековой выдержки заменила ему кровь и плоть.

Алессандра с удовлетворением заметила, как стала гаснуть самодовольная ухмылка итальянца.

Ничего не заметив, Дуайт Дэвис продолжал сиять от восторга.

– Да-да, нам всем очень повезло, что лорд Джеймс смог принять участие в раскопках, – проговорил он и добавил: – Лорд Орричетти, если вы поговорите с остальными членами итальянской делегации и к вечеру дадите мне список желающих отправиться на морскую прогулку, я пошлю своего человека договориться насчет гостиницы.

– Лучше я пошлю записку капитану яхты. – Отсалютовав, или, возможно, просто поправив поля шляпы на прощанье, Джек повернулся и ушел.

– А что, все английские пэры такие чопорные? – спросил Фредерико, поморщившись. – У этого парня все время такой вид, будто он только что кусок испорченной рыбы проглотил.

«Или почувствовал запах какой-то тухлятины», – подумала Алессандра.

– Лорд Джеймс серьезно относится к любому заданию, – спокойно промолвила она. – Он хочет знать, как поступить правильно, и мне очень нравится такое отношение к делу.

– Хорошо сказано, хорошо сказано, – согласился Дуайт Дэвис. – И он уже доказал, что способен быстро всему обучаться.

Алессандра сама не знала, почему оставила найденный Джеком кинжал прикрытым, не желая пока демонстрировать кому-то находку.

– Я поначалу скептически относился к его участию в экспедиции, – промолвил Хейверстик. – Однако его рисунки доказывают, что он вполне компетентен и в архитектуре, и в истории, и в искусстве.

– Что ж, не стану противоречить вам, ученым мужам, – проговорил Фредерико со льстивой улыбочкой. – Без сомнения, лорд Джеймс – образец совершенства и сама добродетель.

Похоже, грубость земляка смутила Орричетти, и он бросил на Фредерико предостерегающий взгляд. Впрочем, кажется, англичане и не заметили едкого сарказма в словах итальянца.

– Вот было бы хорошо иметь здесь, на раскопках, в своем распоряжении целый легион таких солдат, как лорд Джеймс, – промолвил Дуайт Дэвис.

– Стало быть, завтра у нас выходной, не так ли? – дипломатично сменил тему разговора Орричетти. – В котором часу отправляемся в путь?

Вернувшись в свою стихию, Дуайт-Дэвис тут же принялся планировать детали путешествия.

– Прекрасно! – воскликнул он напоследок. – Похоже, нас ждут незабываемые приключения.