332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » К. Кроуфорд » Восхождение Королевы (ЛП) » Текст книги (страница 3)
Восхождение Королевы (ЛП)
  • Текст добавлен: 3 января 2021, 21:30

Текст книги "Восхождение Королевы (ЛП)"


Автор книги: К. Кроуфорд






сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 20 страниц)

Глава 6
Аэнор

Я кинулась в сторону, и Олефест поднял голову надо мной. Я пырнула мечом вверх, и клинок пронзил основание его пасти. Из раны хлынула кровь. Я как можно быстрее вытащила меч, но этого оказалось недостаточно, чтобы убить его, и я отпрянула.

Существо кричало, мотая головой. Он снова атаковал меня, щёлкая челюстями. Я метнулась прочь, с кувырком приземлившись на камни. Я спешно вскочила и побежала к шее монстра.

В порыве паники я попыталась ухватиться за чешую сразу за его головой. Это единственное безопасное место, где существо не могло достать меня своей пастью.

Чешуйки рассыпались под моими пальцами, и удержаться было сложно, но я вцепилась в его шею. Забираясь на Олефеста, я чувствовала под собой его толстые мышцы. С неистово стучащим сердцем я кое-как умудрилась перекинуть ногу через его шею. Теперь он бешено мотал головой, пытаясь сбросить меня, а я с трудом удерживалась на месте, и мой пульс зашкаливал.

Я стискивала его макушку, вцепившись в сухую чешую, пока змей извивался и дёргался на камнях. Только тогда я осознала, что потеряла свой чёртов меч, пока пыталась вскарабкаться на этого ублюдка, но сейчас я была слишком занята попытками удержаться на нём верхом.

Однако теперь влага быстрее уходила из тела змея, целые струи воды выстреливали из него в небо. Он иссыхал подо мной, извиваясь и дёргаясь, пока Оссиан повторял заклинание.

В данный момент его единственный глаз выглядел как шершавая чёрная галька, чешуйки на спине пересохли и скукожились. Такое чувство, будто существо подо мной сдувалось, его тело обращалось в прах. Моё сердцебиение стало немного замедляться, когда крики змея начали стихать, а движения постепенно ослабевали. Чешуя в моих руках превратилась в пыль, и я соскользнула с него.

Оссиан протянул мне меч, и я посмотрела на иссохшего монстра.

– Если ты отрубишь ему голову, – сказал Оссиан, – он умрёт.

Я занесла меч над его шеей.

– Я посвящаю эту смерть богу моря, и я прошу его о благословении.

Я резко опустила меч, отрубая голову монстра. Пыль взвилась клубами вокруг клинка, когда я рассекла шею вплоть до камней под ней. Не пролилось ни капли крови, только пыль.

На мгновение я уставилась на Оссиана.

Он просиял, его глаза блестели.

– Кажется, я люблю тебя, Аэнор. Думаю, мы идеальная команда.

Я перевела дыхание, дожидаясь благословения морского бога.

– Я пока не чувствую никакой силы.

Вопреки холоду в воздухе бисеринки пота усеивали мои виски, и я стёрла их. Запах миндаля и морских камней закружил вокруг меня, напоминая о Лире. Когда я повернулась, чтобы посмотреть на воду, она как будто потемнела от красного оттенка – цвета высохшей крови.

Холод заструился по моим венам, и по мне пробежали ледяные мурашки. «Вот оно».

Моя спина выгнулась, когда благословение переполнило моё тело. Теперь каждое биение сердца ощущалось как волна, с силой разбивавшаяся о берег. Буря нарастала, будоража солёный океан, принося запах морской соли на камнях. Мои волосы разметались вокруг лица.

«Жизнь».

Море было источником жизни. Именно там всё зародилось, и эта сила принадлежала мне. Волны льда проносились по моим венам, и я подняла руки к небесам. Бог наполнил мои мышцы силой. Я закрыла глаза, и магия ещё сильнее накатила на меня приливной волной. Я чувствовала там присутствие морского бога, ощущала его шелковистую магию.

Оссиан теперь что-то говорил мне, но я едва его слышала. Голос бога, подобный колоколу, заполнил мою голову, и этот язык предназначался лишь для божественных существ. Я не могла различить слова, и они делали меня наполовину безумной. Но я не сомневалась, что этого будет достаточно. Именно в этом я нуждалась, чтобы запечатать раскол, чтобы опять распахнуть клетку души.

Моё тело вибрировало как струна арфы.

Вновь открыв глаза, я обнаружила, что к нам присоединился кое-кто ещё, стоящий буквально в трёх метрах от портала, открытого в скале. Моё сердце ударилось о рёбра при виде Лира, полубога моря. Солнечный свет струился по нему, и холодное дыхание клубилось вокруг его головы в морозном октябрьском воздухе.

– Лир, – прошептала я. Я не сомневалась, что меня только что застали за совершением проступка, который он не одобрит.

Ну надо же было рыцарям выбрать именно этот момент, чтобы вернуться за телами.

Пальцы Лира дрогнули на рукоятке меча. Когда он осторожно подошёл ближе ко мне, его глаза напоминали ледники. Должно быть, он видел исходящую от меня магию его отца, и у меня вдруг возникло ощущение, будто я её украла. Но он же не мог теперь остановить меня, так?

– Что ты делаешь, Аэнор? – произнёс он сдержанным тоном.

«Становлюсь богом. Как минимум на мгновение».

Когда я выдохнула, иней развеялся по ветру. Когда я вдохнула вновь, мерцающие снежинки начали падать с небес, отражаясь янтарными отблесками в свете солнца. Под моими ногами расползалась паутина инея, тоненькими ниточками распространявшаяся по окровавленным камням. Лёд собирался на бровях мертвецов, в их бородах.

Ах, так это не октябрьский морозец. Это я.

Я просияла, глядя на Лира.

– Меня благословили магией бога моря. Твой отец дал мне этот дар. Я пойду к расколу и запечатаю его навеки. Нам больше не придётся топить богов.

Рука Лира снова легла на меч.

– Аэнор. Что ты наделала?

– Я сделала то, что должна была.

– Мой отец возьмёт с тебя плату, которую ты, возможно, не захочешь платить. Это возмутительное прегрешение.

Порывы силы вырывались из меня подобно шторму.

– У меня не было выбора.

– Но у тебя же был выбор, – Лир сделал ещё один шаг ко мне, словно пытался успокоить дикое животное. – Потому что ты делаешь это не ради спасения мира, так? Магия Салема держит раскол закрытым. Ты могла оставить его там, и любой мудрый человек так и поступил бы. Ты делаешь это потому, что он твой наречённый.

Это ощущалось как удар кулаком под дых. Я не хотела, чтобы все знали.

– С чего ты это взял? Это Зимняя Ведьма тебе сказала? Она безумна, знаешь ли.

– И всё же она часто оказывается права, – в его светлых глазах блестела печаль. – Бейра подозревает, что он твой наречённый, но не знает наверняка. И я думаю, что она права, потому что иначе какого х*я бы он запер себя в клетке… такой монстр, который ни о ком не заботится и любит, когда всё вокруг горит? И какого х*я ты стала бы принимать такое идиотское решение? – его глаза превратились в осколки льда. – Так что да, я думаю, что старая сумасшедшая ведьма права. Опять.

– Старая ведьма хотела, чтобы я носила связывающий ошейник, помнишь? Она хотела превратить меня в тень прежней меня.

– Я помню. Ты сбежала от меня. Но теперь ошейника нет.

– Слушай, Лир. Дело не только в Салеме. Его мать озвучила весьма конкретные и пугающие угрозы, которые она воплотит в жизнь, если мы не вытащим его немедленно. Очень много вывеивания и сжигания фейри, начиная с Оссиана и меня. По счастливому стечению обстоятельств его мать – богиня войны Анат, и она не любит шутить шуточки.

– Я там был, – вклинился Оссиан. – Она просто ужасает. Горячая цыпочка, но ужасает.

– Возможно, – сказал Лир. – Но то, что ты делаешь, обойдётся тебе дорогой ценой. И может, Салем – твой наречённый, но он убил твою мать и разрушил твоё королевство. Ты же не забыла об этом, нет? Это предательство.

– Я никогда этого не забуду, – сказала я. – Но к твоему сведению, мы тоже не были невиновными. Мы с мамой потопили его сестру. Это было способом получить больше магии для Ис. Мы потопили его близняшку, Лир. Единственную, о ком он когда-либо заботился.

От Лира исходила осязаемая злость.

– Ты действительно его защищаешь.

– Сделка заключена, – теперь океан звал меня, подманивая ближе соблазнительным шёпотом. – Дело сделано, Лир, – в этот раз голос был не моим. Нет, думаю, это был голос морского бога.

Тени омрачили воздух вокруг него, но я отвернулась.

Я поспешила в накатывающие волны, чувствуя холод, ударявший по моим ногам и бёдрам. Сейчас у меня на уме было только одно, и это освобождение Салема.

Ветер хлестал по мне, и я нырнула в солёную воду, погружаясь всё глубже. Лучи света пронизывали поверхность, струясь по каменистому дну моря, по водорослям и обломкам раковин.

Я всё глубже и глубже уходила под волны, пока лучи солнца не потускнели. Но клетка всё равно выглядела далёкой, буквально точка света в море.

«Салем, ты чувствуешь, что я иду за тобой?»

Мне всё равно, что я едва его знала; я хотела держать его в своих объятиях. Жар горел в моей груди, пока я плыла. Ослепительный свет вокруг клетки становился всё ярче, пока я неслась к нему сквозь ледяные потоки. Его звёздный свет пронизывал тьму, начиная согревать меня.

Но прежде чем я добралась до него, мой взгляд зацепился за кое-что другое – блестящий и сверкающий синий кусок морского стекла на океанском дне. Тот, что из Маг Мелла. Тот, что предназначался мне.

Не могу сказать, почему я сделала это, но я устремилась вниз, вниз, вниз.

Дар Мерроу, морское стекло было единственным, что могло убить Салема, и только я могла им управлять.

Само собой, я не смогла убить его раньше, когда считала это необходимым. Но может быть, однажды оно мне понадобится, чтобы убедить Салема. Оно могло замедлить его, и я сомневалась, что это можно сделать как-то иначе.

Были ли у меня проблемы с доверием? О да, чёрт подери.

Сверху величие магии Салема расходилось по морскому дну, отражаясь от стекла ярким божественным светом. Этот маленький проблеск синевы полыхал как звезда.

Я схватила стекло с камней, и между моими пальцами оно ощущалось гладким и холодным. Я засунула осколок в карман джинсов, надеясь не заколоть им саму себя.

Со дна моря я снова посмотрела на клетку из коряг, едва не ослепнув от переливающегося света Салема. Первозданный голос бога эхом раздавался в моём черепе. «Используй мою силу, заплати мою цену».

Я поплыла к Салему, прикрывая глаза от его сияния. К тому моменту, когда я добралась до клетки, мне пришлось закрыть глаза от света. Мои руки дрожали, когда я распахнула дверцу.

Весь свет вокруг Салема метнулся обратно в его тело. Его глаза распахнулись, пылая цветами закатного неба. Он был без рубашки, его тело являлось воплощением божественно очерченных мышц. Его меч лежал рядом. Теперь с ним всё в порядке.

Напряжение ушло из моего тела.

Но в следующее мгновение я осознала, что его огненный взгляд не выражает облегчения.

Нет, это был взгляд, полный ярости.

Глава 7
Салем

Моя кровь жарко пульсировала по венам, воспламенившись, когда я посмотрел на богиню передо мной. Моё сердцебиение отдавалось эхом как барабан. Я хотел войны и завоеваний, проводить языком по податливой коже, пальцами сминать плоть. Гортанный рёв прокатился в моём черепе. Всё вокруг меня окутало красной дымкой.

Она плыла передо мной, и я хотел снять с неё одежду, придавить её тело своим, крепко сжать её ладонями и заявить на неё права.

«Зверь возвращается…»

Я хотел пировать плотью, оставить за собой след сожжённых городов. Я выкрашу стены своей пещеры кровью.

Но постепенно жар, опаляющий мою кожу, сменился ледниковым холодом магии богини. Внушать трепет – выражение, испорченное людьми – некогда означало смесь ужаса и изумления. Такова была сила, исходящая от богини передо мной. И я томился по ней.

Я в раю или в аду?

Затем меня вновь накрыло осознанием – боль, сотрясающая моё тело, нехватка воздуха. Я находился под водой, у клетки души.

Моё сердце слабо стучало в груди. Мой разум словно переполнился илом, и я с трудом ориентировался, когда магия вернулась в моё тело.

Передо мной не богиня. Она прекрасна как богиня, но она фейри. Даже сквозь воду я мог ощущать её аромат. Полевые цветы. Она моя.

От её близости воспоминания начали возвращаться.

Я вспомнил, что её зовут Аэнор, и что она моя наречённая. Её голубые волосы клубились вокруг её головы под водой. Тёмные ресницы обрамляли мерцающие зелёные глаза. Влажная одежда липла к телу, грудь вздымалась и опадала. Моё желание оттрахать её до потери рассудка не ослабевало.

Глядя на неё под волнами, я забыл про всю боль от утопления. На мгновение существовали лишь она и я, начало и конец. Мы были парой мотыльков, танцевавших друг вокруг друга, а наша связь наречённых была пламенем свечи, которое сожжёт нас заживо.

Она пришла за мной, и от этого моё сердце забилось чаще.

Но время в клетке души изменило меня, подумал я.

Давным-давно я был проклят. Я провёл вечность, пытаясь победить это проклятье, и сейчас оно ревело и трещало как никогда громко. Я потянулся к Светоносному, с облегчением обнаружив, что мой меч по-прежнему при мне.

Аэнор прикоснулась к моему лицу, и прохлада её магии успокоила меня. Может, с ней я смогу вновь завоевать контроль, подавить пожары внутри меня. Но я смогу пробыть с ней всего несколько дней, потому что моё предназначение ждало меня.

Моя свобода… после стольких лет.

Я хмуро посмотрел на Аэнор, и ужас запустил свои пальцы в мою грудь.

Что-то в ней было чуточку не так. Самая крошечная капелька тёмной магии струилась под её кожей. И что-то в её глазах было не похоже на неё…

В тот момент в моём сознании встал вопрос: как она открыла клетку души? Где она достала магию, чтобы запечатать раскол без моей силы?

Когда её взгляд метнулся ко дну, я увидел ответ. Она ещё не заточила фоморов. Мир вокруг нас рокотал, и я выскользнул из клетки коряг. Я смотрел, как тёмное дно раскалывается, словно ярко-красный шрам рассекает поверхность земли. В этой расщелине горела расплавленная лава.

Честно говоря, выглядело это как место, в котором мог бы жить я.

Пламя первых фоморов заполыхало в тёмных водах подо мной, когда они начали выползать из раскола. Аэнор поплыла прочь от меня, устремившись к зияющей расселине. Похоже, у неё есть план.

Но из глубин моря слышал отдалённый голос, разносившийся по волнам. «Используй мою силу, заплати мою цену».

Мои мышцы напряглись. Что она натворила?

У меня возникало ужасающее чувство, что теперь уже не я один проклят.

Она действительно сделала это ради меня? Мне хотелось заново сжечь себя самого.

Она даже не знала всей правды обо мне. Я не мог любить её по-настоящему. Потому что моя любовь будет означать её смерть.

Глава 8
Аэнор

Солнечный свет под наклоном лился свыше, персиковые и коричневатые лучи окрашивали воду.

Во мне расцветала жизнь: водоросли, кораллы, ракушки моллюсков множились на моих костях. Я была божеством.

Но мой разум был тёмным – мутным, примитивным. Бог первой живой тины.

Всё было так, как я и надеялась, бог моря работал через меня. Подо мной таилась опасность, но это вскоре закончится.

Пламя от голов фоморов расходилось от трещины. В этот раз я не ощущала страха, только тьму, курсирующую по камерам моего сердца.

Я поплыла к огненной расщелине и позволила древнему источнику жизни спиралями выходить из моего тела. Слова в моём сознании теперь уже меркли, и только море пульсировало в венах. Лёд струился в моём черепе.

Это было подобно тёмному экстазу, когда жизнь вырвалась из моего тела зелёными и серебристыми завитками, тенистыми существами под вонами. И холод пронизывал меня до костей. Сила бога сотрясала меня.

Может… может, это больше того, с чем мне суждено справиться. Моё тело дрожало, и странная навязчивая музыка раздавалась в воде. Она становилась всё более громкой и дикой, затапливала мои мысли и слова. Божественная мелодия оказалась для меня слишком мощной, сводила мои мысли с ума.

Постепенно моя эйфория слилась с ужасом. Тени кошмаров подкрадывались вверх по моей груди, пока магия продолжала вырываться из меня. Жизнь вибрировала в моих костях, в моих конечностях. Вот оно, конец угрозе фоморов. И я была инструментом богов. Я уже не Аэнор, а просто сосуд для силы.

Пока моё тело дрожало, я чувствовала себя так, будто мои вены вскрылись и сочились холодной кровью.

«Используй мою силу, заплати мою цену».

Ледники скользили по моим венам, выдалбливая ущелья, вскрывая мои рёбра своим медленным спуском. «Бог глубин, меня вырезают изнутри».

Тени разворачивались во мне, и мой страх множился с ними. Бог забирал то, что ему причитается…

Когда ужас начал подступать к моему горлу, в мой разум врезался образ, подобный удару мощного кулака по черепу.

Это был мужчина, которого я казнила, разбила о камни. Я всё ещё видела его синие глаза, широко раскрытые и уставившиеся в пустоту после того, как море вышибло из него жизнь. Мама шептала мне на ухо: «Ты убила его, Аэнор. Ради Ис».

Некоторые из нас делали то, что нужно, даже если приходилось пачкать руки. Но…

Какой же натурой надо обладать, чтоб тебе нравилось убийство?

Здесь, на морском дне я могла видеть этого мужчину так, будто он лежал прямо передо мной. Его расшибленное тело раскинулось на камнях, конечности выгнулись под странными углами. В его глазах светилась боль.

Образ был таким же ярким, как и много лет назад, его грудь была вспорота зазубренным камнем. Рёбра торчали сквозь прорвавшуюся кожу. Кровь стекала по груди и плечам, ручейками струилась по рукам, образуя изящные узоры на запястьях. Кровь текла; багрянец мерцал в лучах солнцах. Гримаса исказила его черты, и он тянулся ко мне с мольбой в глазах.

Я сделала это.

«Я – Смерть».

И был ли вообще этот мужчина виновен? Я уже не была уверена. Мама сказала, что он виновен.

Но… мама не всегда говорила правду, ведь так? И что, если я поняла неправильно? Ещё одна жертва ради власти, как Шахар.

Кровь яркой паутиной блестела на его изувеченном теле, рот приоткрылся в гримасе ужаса. Как будто он говорил: «Я вижу тебя. Я знаю, что ты такое. Ты так же прогнила насквозь, как и мой труп».

Мои собственные мысли воевали с музыкой моря.

«Принеси мне жертву… – твердил бог в моём сознании. – Отдай мне твою жизнь, твоё дыхание, твою кровь, и я сделаю то, что ты хочешь».

Моя кровь взревела, как гром за горизонтом.

Подо мной изувеченный мужчина как будто растворился в воде, его кожа и зубы сделались бледными частицами, уносимыми морем.

Я была уверена, что сердце в любой момент может вырваться из моей груди.

Резкая боль пронзила мои запястья, словно по венам растекалась кислота. Я посмотрела на них, шокированная тем, как тёмная магия волнообразно струилась под поверхностью моей кожи. Спиральный узор вокруг моих запястий. Токсин.

«Когда завитки магии завершат свой путь, смерть найдёт тебя. Используй мою магию, заплати мою цену».

«Отдай мне свою жизнь, Аэнор».

Голос бога пел. Я больше не могла слышать собственные мысли, больше ничего не могла различить. Лишь фрагменты фраз, грохочущие в моём разуме: казнь… вина… жертва… ил жизни… реки, текущие из твоей магии… жизнь требует смерти…

Мне нужно направить это в нужное русло, но это ошеломляло.

Я чувствовала его тепло, движущееся ко мне, это ощущение безопасности.

Салем обвил меня руками, привлёк моё тело к своему. Мой позвоночник выпрямился, когда он помог выпустить магию из своего тела, и она полилась из моей груди, вниз к бёдрам и стопам, и вышла через пальчики на ногах. Заструившись из их кончиков, сила бога пронеслась по морскому дну.

Пока магия выходила из моего организма, я смотрела на раскол. Красная магма, протекавшая там, уже выглядела более тусклой и холодной. Затем кровавый разлом в камне начал постепенно закрываться. Пожары погасли, холодное море затушило пламя.

Раскол в океане с колоссальным стоном начал закрываться, мир вокруг нас трясся и рокотал. Ледяная, пронизывающе сырая жизнь прокатилась по дну моря.

В моей груди что-то расслабилось, и усталость начала просачиваться в мои мышцы. Глубинное истощение. Примитивные мысли проскользнули в моё сознание, образы смертности. Мысли о гниющих телах, похороненных в почве.

Но я находилась в руках Салема, и он плыл вместе со мной, направляясь к поверхности моря.

Я знала, что что-то не так… но в то же время понимала: я сделала это. Я спасла своего наречённого и остановила фоморов навсегда. Я выполнила задачу, которую поставила передо мной Анат. И это всё, что имело значение, так?

Когда мы добрались до поверхности, солнце на мгновение ослепило меня. Я смутно осознавала, что Салем вытащил меня со дна моря, и что свет был ярким. Под волнами было немного лучше, во тьме и тишине. Мне понадобилось некоторое время, чтобы сориентироваться… осознать, что я лежу на коленях Салема, а он прижимает меня к своей груди.

Когда мои глаза адаптировались к солнечному свету, я увидела, что надо мной стоит Лир, выглядящий так, будто ему хотелось убить Салема.

Но Салем не отводил глаз от меня, уставившись так напряжённо, что моё сердце бешено забилось. Морская вода каплями собиралась на его золотистой коже, глаза горели призрачным огнём.

– Ты выглядишь так, будто умираешь.

В его бархатном голосе звучал страх?

– Я бы не позволил ей так рисковать из-за меня, – сказал Лир.

Я чувствовала жар, исходящий от Салема, и я нуждалась в этом. В его глазах блеснула злоба.

– Я не мог остановить её, учитывая, что я находился в клетке души. Но ты-то был здесь, не так ли, Лир? – он источал тихую угрозу, губы медленно изогнулись в убийственной улыбке. – Знаешь, я очень даже в настроении сжечь кого-нибудь, и я очень надеюсь, что ты дашь мне повод.

– Я был в Акко, когда она заключила договорённость, – сказал Лир и показал на Оссиана. – Но вот твой слуга ей помогал.

Оссиан сморщил нос.

– Я бы не назвал себя слугой, и это был выбор Аэнор.

– Морской бог сделал это, – шёлковое бормотание Салема содержало те же жестокие нотки, которые напоминали мне Анат. Тьма как будто сочилась из него.

– Я сама принимаю решения, – слабо произнесла я. – Слушай, Салем, твоя мама… она собиралась вывеять нас, если мы тебя не вытащим. И это же сработало, так? Ну, если не считать того факта, что я могу умереть через пару дней.

– Что ты имеешь в виду? – и снова… тот лёгкий шёпот страха в его спокойном тоне.

Я подняла запястья, показывая струйки тёмной магии, спиралями вившиеся под кожей. Они повторяли очертания ручейков крови, которые я видела на казнённом мужчине.

Смерть двигалась под моей кожей. Это бог моря вынуждал меня расплатиться за моё прошлое.

– Это узор, – я прислонилась к тёплой груди Салема. – Когда я использовала силу бога моря, он показал мне видение первого мужчины, которого я убила. Я казнила его за измену и попытку убийства королевы. Кровь изменника вытекала из его груди, струилась ручейками по его рукам и вокруг запястий. И морской бог сказал, что когда пути струек завершатся, я умру. Они медленно движутся в обратном направлении. Когда это дойдёт до моего сердца, мне конец.

Объятия Салема были на удивление нежными, когда он привлёк меня поближе.

– Ну, нам просто нужно остановить это, да?

Он сказал это с такой убеждённостью, что я ему поверила. Держа меня в руках, он поднял меня с земли. Затем тёмные оперённые крылья появились за его спиной.

– Нам понадобится минутка наедине.

Лир что-то протестующе закричал, но крылья Салема захлопали по воздуху, заглушая его слова. Мой желудок ухнул в пятки, когда мы поднялись в воздух, и ветер вокруг нас засвистел.

Во рту у меня сделалось слишком влажно, как при избытке слюны перед рвотой. Я очень не хотела блевать на него.

– Почему мы сейчас летим?

– Я опущу тебя через мгновение. Мне нужно было забрать тебя от остальных, – он взглянул на солнце. – Сколько дней я там пробыл?

– Всего один.

Он испустил протяжный вздох.

– Ах, значит, время ещё есть.

Я тяжело сглотнула, борясь с тошнотой.

– Время для чего?

Мы нырнули ниже, под тень дубового дерева. Салем положил меня на замшелую землю… так осторожно, будто думал, что может меня сломать. Он держал мою голову на сгибе своего локтя, но я отвернулась от него и перекатилась, встав на четвереньки на камнях.

Я содрогнулась в конвульсиях, затем меня стошнило. К счастью, этим утром я почти не ела. Там был в основном чай, и он оставил горькое послевкусие. Я вытерла рот рукой и отодвинулась обратно на мох.

– Как бы мне хотелось, чтобы ты не приносила эту жертву ради меня, Аэнор, – ладонь Салема мягко легла на мою спину, но в его голосе звучали стальные нотки. – Твоя жизнь в обмен на мою. И чего ради? Ты принесла жертву ради того, кто вообще не может тебя любить.

Ауч.

И может, он прав. Я только что отдала свою жизнь за того, кто едва может испытывать эмоции?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю