355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Издательство Гураш » Тамерлан » Текст книги (страница 27)
Тамерлан
  • Текст добавлен: 5 октября 2016, 21:09

Текст книги "Тамерлан"


Автор книги: Издательство Гураш



сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 48 страниц)

Шейх же, кроме блага, источаемого своей личностью, никакого стола не накрыл и, кроме своего светоносного присутствия, ничего существенного воинам не подарил. Он был похож на облако, от которого надеются получить дождь, а из него в действительности никакой влаги не идет; он был подобен обманчивой молнии, от результатов которой не пролилось ни одной капли в жаждущий рот. Смысл этих слов тот, что соблюдение общепринятых обычаев в каждом положении есть вид благородства, а сохранение общих положений приличия в любом месте является доблестью. Качество надменности нужно удалять от себя, как воду, свое внешнее и внутреннее содержать в чистоте и оставить скаредность; подобно зеленой и плодоносной ветви, нужно сделать свои природные качества такими, чтобы их внешняя форма и внутреннее значение одинаково были приятны, Чтобы имя и называемый им объект оба были на достойном их месте. Всё общее и частное, связанное с внешнею стороною человека, всегда будут повторять; славное и низкое, осуществляемое людьми, всегда будут записывать, как записывают всё красивое.

В этот день, между полуднем и закатом солнца, дом шейха Абдаля в местности Асикар стал горд благословенным посещением его счастливым монархом с высшей небесной сферой. Шейх Абдал выполнил все обязанности служения его величеству. В среду одиннадцатого числа государь выступил из Асикара, подошел ко входу в долину Бадхвабдан и изволил там остановиться. В этот день наш господин Тимур послал принцу дары, чтобы он довел до слуха искренне преданных ему людей радостную весть о приближении знамен покорителя мира.

Был четверг двенадцатого числа месяца раджаба, когда утром его величество изволил остановиться в Кабуле, проведя ночное время у устья Джу-и нау, который называют Бадам. Этот Бадам представляет собой большой канал, который был сооружен благодаря хаканской энергии. Прежние государи не сооружали такого канала; время еще не видело что-либо похожее на это среди зеркальных вод, а сфера небес ничего подобного не знала и не располагала сведениями об его особенностях и размерах, чтобы соответствующим образом описать это в словах.

В пятницу на следующий день его величество, покинув берега этого канала, между тремя – пятью часами дня изволил остановиться в местности Банд. Четырнадцатого числа в субботу подошли к подножию перевала X. р. мис; выступив оттуда, перебрались через этот перевал. В тот день под влиянием случайности времени на благословенной руке его величества появилась опухоль, сопровождаемая столь сильною болью, что по состоянию своего благородного здоровья его величество не мог сидеть на коне. У него от боли не было ни терпения, ни спокойствия, чтобы благословенной рукой прикоснуться к поводьям объезжающего мир его коня. Небо от этого случая расстроилось, а солнце содрогнулось. Светоносное же утро души и спокойствия его величества сменилось темным вечером огорчения и тоски, и горе то село на подол его высокочтимого сознания, к чему были две причины: первая та, что из Самарканда всё еще не было известий о здоровье принцев, а вторая, что беспокоящая его боль давала себя чувствовать с наибольшей силой. Вследствие этого у всех омрачился жизненный путь и нагромоздились поводы к огорчению.

По необходимости его величество ради покоя поместился в паланкине, который везли мулы. Ту стоянку, на которой прошел этот несчастный случай с его величеством, называют Нахушак; по совпадению тиран-время положило здесь основание болезни его величества и судьба-притеснительница предприняла против него злокозненность. Ночью в августейший лагерь прибыл из купола ислама, Герата, нукер от принца Шахрух-бахадура и довел до ушей величия соответствующие известия. Его величество провел две ночи в том месте, пока не унялась болезнь августейшей руки. Успокаивающие государство избранные слуги его величества подняли на свои плечи тот паланкин, в котором заключался весь мир, ибо место было весьма узкое и представлялось затруднительным передвижение паланкина посредством мулов.

В понедельник шестнадцатого числа месяца раджаба счастливый паланкин переправили через перевал. В это место прибыли из Самарканда нукеры царицы, принцев и принцесс и доложили его величеству обрадовавшие его вести. Однако вследствие болезненного состояния августейшего здоровья рабы и слуги его величества были печальны.

От незначительной боли, возникающей у великой царственной личности, нарушается мировой порядок и дела мира приходят в запутанное состояние. Несомненно, что из любого места, откуда бы ни летела пташка повиновения, она держала в клюве книгу молитв за здоровье государя, из каждого угла, где обнаружился свет снискания милости монарха, она направлялась к раскрытию мрака. Благодаря благословению утренних дыханий святости утро здоровья взошло с востока великой особы; вследствие молитв добродетельных людей солнце счастья освободилось от затмения полная луна счастья вышла из состояния новолуния. Его величество вкусил полезный шербет из шербетного погребка, как сказано: «Мы ниспослали из Корана исцеление и милость правоверным» и полученную из сокровищницы божественной милости одежду здоровья и крепости надел на себя.

После сего, совершая переход за переходом, его величество направился к резиденции своего могущества и величия к городу Самарканду. В среду, в середине месяца раджаба, он выступил из местности Сараб и направился по направлению Баклана. В четверг, сев там на своего быстрого, как ветер, объезжающего мир коня, он потом сделал остановку в местности Кара-Булак Жены принцев Пир Мухаммад-бахадура и Джахан-шах-бахадура, эмиры и подданные области Баклан, вынеся подарки, представили их его величеству.

В пятницу двадцатого числа месяца раджаба во время «султанского завтрака» в полдень знамя убежища вселенной достигло Самангана и в тот же день, выступив оттуда, остановилось в местности Газник. В субботу двадцать первого числя прибыли в Хулм, откуда выступили в полдень, и во время вечерней молитвы достигли берега реки Термез. Его величество соизволил переправиться через реку; в этом месте удостоились встретить его величество принц Улугбек, госпожа царица, принцы и благородные сановники. Воскресенье и понедельник его величество пробыл в Термезе. В понедельник в честь владыки мира, могущественный, высокодостойный, великодушный и высокостепенный принц задал пир, где были представлены достойные его величества подарки. Во вторник двадцать четвертого раджаба счастливый монарх переехал в кишлак, место зимовки Джахан-шаха. В среду двадцать пятого числа он пожаловал свое достоинство высшей небесной сферы местности Турк-и Гармаба. В четверг двадцать шестого числа августейшее знамя с небесной славой было водружено на остановке в районе Рам. х. ка. В пятницу территория местности Йикранг вследствие благословенного прибытия государя рассказала о высшем рае. В субботу местность Кузи Мундак стала сосредоточием победоносных знамен. В воскресенье его величество прибыл в местность Дус. р.х. н. На этой стоянке принц Шахрух-бахадур удостоился поцеловать ноги своего августейшего отца. Принц Омар-бахадур тоже удостоился этого счастья. Дело в том, что во время выступления в поход на Индию из столичного города Самарканда его величество оставил принца Омара-бахадура в столице государства и в центре державы, поручив его попечению тамошние дела. Он же таким образом, как это обусловлено, открыл перед лицом подданных двери правосудия и по свойственному ему правосудию оказывал всем справедливость. За всё это он получил от его величества похвалу и одобрение, и его величество проявлял теперь к нему особую благосклонность. Один час правосудия со стороны царей равен поклонению отшельника господу в течение семидесяти лет, потому что управлять страной без дельного человека не представляется возможным; воин без вознаграждения не пойдет на войну; оказание милости не бывает без пользы для населения, а пользы для населения не бывает без добрых дел правосудия!

Ничего не останется от венца и престола, от власти и богатства. Блага этого преходящего мира и полной огорчений вселенной подобны блеску молнии, знакомству с призраком, обреченной на гибель территории и уносимой во время грабежа добыче.

Правосудие есть то, что дает плоды вечного счастья, вечного богатства, вечной блаженной жизни и непреходящего великодушия; оно есть тот дар, от которого получаются достоинства в будущей жизни, обители рая, приближение и близость к божеству. От Аллаха же помощь!

Во вторник, в первый день месяца шабана, благословенный город Кеш благодаря прибытию высочайшего знамени стал, как Раи. В течение пятнадцати дней его величество отдыхал в тамошнем дворце, утешаясь конем безмятежной небесной сферы, Гением государственных дел по желанию, движением звезд, покорных его велениям, временем, состоящим у него слугою, и судьбою, его рабыней. Во вторник пятнадцатого шабана его величество выступил из Кеша и на берегу реки Рудак разбил шатер убежища государства высотою до солнца и луны. В среду шестнадцатого числа он сделал остановку на никем не занятой местности Чахар Рабат. В четверг семнадцатого числа, перейдя через тамошний перевал, его величество изволил остановиться в местности Кутлуг-Йурт. В пятницу он прибыл оттуда в Тахт-г Караджа, в субботу девятнадцатого числа месяца шабана сад и загородный дворец Джаханнумай от блеска высочайшей диадемы стал показателем мира.

В воскресенье 20 числа сад Даулатабад вследствие появления в нем счастливого лика монарха оправдал этим свое имя. В понедельник двадцать первого числа, в полдень, в благословенные час, в счастливое время его величество, преисполненный веселья и радости, соизволил вступить в загородный дворец-сад Дилгушай. Все жены государя, дети и великие эмиры явились сюда встретить его. Сближение луны и солнца и соединение счастливых планет обрадовало мир такими благоприятными предзнаменованиями; стечение светил в апогее счастья и в зодиаке благополучия явилось для вселенной гарантией осуществления ее желаний Утро рассыпало целые блюда отборного жемчуга, как осыпают путь цветами или деньгами, а солнце пролило на землю целые потоки благодеяний. Жены государя, принцы и эмиры столько золота потратили на осыпание свиты и воинов, что у каждого таваджи набралось его на крупную сумму и всякий из безотлучно пребывающих при государе придворных набрал его целый подол. Во вторник двадцать второго числа месяца шабана могущественный, как небо, стяг государя достиг столичного города Самарканда, подобно оживляющему духу, входящему в безжизненную форму, или драгоценной душе, вошедшей в мертвое тело.

Тотчас, как утренний рассвет представил мавра в виде осыпания народа деньгами, а колесница неба повергла на блюда на высочайшее воззрение, драгоценные гроздья Плеяд; когда весенний зефир поднялся на высоту расстилания ковра на террасе небесной сферы, а облако появилось с рассыпанием жемчуга на дворец убежища мира, лицо времени зажглось огнем от вкушения чаши веселья. От всплесков вина счастия прекратились горести, мысли пришли в веселое настроение от непрестанного повторения чаши радости, а мозг разума наполнился парами веселья.

Когда его величество, сопутствуемый божественной помощью и окруженный бесконечным благоволением неба, достиг центра своего государства, он выполнил на деле указание следующего коренского стиха: «Хвала Аллаху, который поселил нас в обители своего пребывания; по благости своей поистине господь наш – прощающий и щедро вознаграждающий». В целях омовения себя от греховной нечистоты он отправился на поклонение к принцу Кусаму ибн ал-Аббасу– да будет им доволен Аллах! Вернувшись оттуда, он прибыл в хаканах великой госпожи Туман-ага – да длится вечно ее величие! – которая есть Рабиа века и Зубайда эпохи. После полуденной молитвы его величество сделал остановку в Баг-и Чинар и Накш-и Джахан. Значок покорителя победоносен и сопутствуем Аллахом, слуги его величества поддерживаемы им и радостны, прекрасные труды монарха удовлетворяющи и достойны признательности; остановка и места их всех благоустроены и цветущи!

ГЛАВА О СОБОРНОЙ МЕЧЕТИ, КОТОРУЮ СОИЗВОЛИЛ ПОСТРОИТЬ В СТОЛИЧНОМ ГОРОДЕ САМАРКАНДЕ ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО, УБЕЖИЩЕ ХАЛИФСКОГО ДОСТОИНСТВА

Владыка мира – да будут святы имена его и да следуют непрерывно его милости! – говорит в преславном Коране, каковой обнародован во славу правоверных: «Подлинно мечети Аллаха посещают те, кои веруют в Аллаха и в последний день». Из смысла этого стиха определенно устанавливается, что наличие мечети – это доказательство веры в существо и качество величайшего творца и в оживление мертвых в судный день. Господин тварей и превосходнейший из сотворенных – да почиют на нем достойнейшие благословения! – говорит: «Кто построил мечеть для Аллаха, хотя бы как гнездо птицы ката, для того создает Аллах дом в раю». Этот хадис воспринимается и изображается в том смысле, что всякий, кто построит в этом мире дом молитвы, всевышний господь сделает для него в вышнем раю дом. На этом основании его хаканское величество, когда покончил с уничтожением многобожников, еретиков, нечестивцев и упорствующих, разрушил храмы огня и капища индусов, и высочайший кортеж направился из пределов Индостана в столицу государства Самарканд, его величество принял твердое решение построить соборную мечеть в своей столице, в Самарканде, и этим добрым делом снискать благоволение у владыки величия, всевышнего и все-святого. Когда по вступлении в Самарканд воссел на трон царства, то четвертого числа благословенного месяца рамазана 801 года (10 мая 1399 г.) выбрал для мечети наилучшее место в столице, Знаменитые мастера и строители-архитекторы составили план этого величественного здания и в самый счастливый час заложили его основание, употребив на его фундамент и пилоны камень. Его величество вследствие чрезвычайного усердия своею собственною благородною особою присутствовал при закладке этого здания, а к завершению его прилагал чрезмерные старания, пока ее строитель не вознес до небес высоту ее стен, подобно подъемам человеческого достоинства, пока ее недоступная твердыня, подобная положениям достоинства властелина, не коснулась рукою высоты пояса Близнецов пока не упал на нее с пространств, возвышающий дух, взгляд духа высочайшего рая, пока с дивного простора не открылись перед сердцами людей двери светло-голубого рая, пока, подобно стене Александра Македонского и сооружению Архимана, она не получила чрезвычайную прочность, пока не закончилось сооружение в ней кафедры и михраба весьма тонкой художественной работы, покрытых удивительными орнаментами и чудесными украшениями, пока блеск чистоты ее ниш не бросил луча света на зеркало небесной сферы и пока царь царей с высот небес не сделал этот храм, как Кабы, своею киблою и мазаром.

О боже! Хакан мира и раба своего, надеющегося на тебя направь к ступеням лишь вечным и доставь их в обитель праведных и к ступеням, проходимым добродетельными; успокой тварей мира под сенью его, Тимура, щедрой милости; то молодое дерево, которое ты сам посадил, не вверяй ничьему уходу, кроме своего милостивого попечения о нем, страны и рабов своих сохрани от угнетения тиранами-притеснителями и вероломными могущественными людьми! О господь миров! О милостивейший милостивых! О прещедрый из щедрых!

Окончилась история великого эмира и величайшего государя, эмира Тимура Гургана,– да озарит Аллах его свидетельство перед собою! – составленная счастливым, великим нашим господином, символом теологов и превосходнейших ученых своего века и времени, присоединяющимся к милости Аллаха и к его прощению, Гийас ал-Хакк вад-Дином Али, высокое происхождение которого восходит к благочестивому шейху, к вечному полюсу, к шейху Джамал ал-Исламу – да освятит Аллах его могилу! Эта благословенная история доведена до того места, как произошло покорение Индостана. После сего, если будет сопутствовать помощь господа и решение, согласное с предопределением, то истинный наследник автора этой истории, величайший наш господин, глава вождей ученых в мире, редкость данной эпохи, Маулана Шихабаддин Мухаммад «мунши»,– да спасет его Аллах всевышний! – подробно и пространно, бог даст, изложит обстоятельства покорения стран Сирии и Турции, бывшее в эпоху его величества, счастливого государя, а равно знаменитые завоевания, кои случились во времена его величества, убежища халифского достоинства, султана султанов мира, справедливейшего из хаканов народов, тени Аллаха на земле, Муин ал-Хакк вад-Дин, сына эмира Тимура Шахрух-бахадур-султана, – да продлит навечно Аллах его власть и царство! Помощь для осуществления этого намерения от Аллаха наблюдающего и всеведующего! Да благословит Аллах лучшее из своих творений – Мухаммада, его потомство и его сподвижников – прекрасных и чистых и да приветствует их всех!


Клавихо Г. ИСТОРИЯ ВЕЛИКОГО ТАМЕРЛАНА [6]6
   * Клавихо Руи Гонсалес де. Дневник путешествия в Самарканд ко двору Тимура: 1403—1406 Пер. со староисп. СПб., 1881.


[Закрыть]

Великий сеньор Тамурбек (Тамерлан), убив императора самаркантского (самаркандского), захватил его земли, откуда и началось его господство, как вы позже услышите, потому завоевал всю землю Могальскую (Моголистан), граничащую с названной империей и землями Малой Индии.

Потому покорил всю землю и империю Орасании (хорасан), а также всю землю Тахикинии (Таджикии), называемую Рей, да кроме того, овладел всей Персией и Мидией с империей Таурис (Тербиз) и Солтания (Султания). Далее захватил владение Гилан (Гилян) с землями Дарбанте (Дербент) и завоевал владения Малой Армении с землями Арсинги (Эрзинджан), Асхерона (Эрзерум), Аунике (Авник) и подчинил своей власти империю Мерди (Мардин) и землю Курчистан (Курдистан), находящиеся в той же Армении. Победив в сражении владетеля Малой Индии и получив большую часть его земель, кроме того, разрушив город Дамаск и подчинив своей власти города Алеп (Алеппо), Вавилонию, Балдас (Багдад) и разорив много других стран и владений и выиграв множество битв и завоевав многое, двинулся на Турка Ильдрина Баязита (Йылдырым Баязид), который был одним из самых могущественных царей, каких знал мир, – в турецкую землю, где дал ему бой у замка, называемого Ангури (Анкара), и взял его в плен вместе с одним из сыновей; при этом сражении оказались Пайо де Сото Майор, Эрнан Санчес де Паласуэлос, посланники великого и славного сеньора дона Энрике, божьей милостью короля Кастилии и Леона, да хранит его Бог, отправленные, чтобы разузнать о могуществе Тамурбека и турка Ильдрина, об их богатствах, численности войск, которые они противопоставили друг другу, а также чтобы они присутствовали при намечавшемся сражении. Об этих Пайо и Эрнане Санчесе узнал великий сеньор Тамурбек и из любви к великому сеньору королю Кастилии воздал им большие почести, пригласил к себе, устроив празднества и одарив подарками, получив при этом сведения о могуществе великого и славного сеньора государя Кастилии, о его владениях и великодушии, которым он славился среди христианских царей; и чтобы заручиться его дружбой, после выигранного сражения, приказал направить к нему посла, грамоты, подарок, дабы расположить к себе. С этим посланником был один чекатайский (чагатайский) кавалер по имени Магомат Алькаги, с которым он отправил дары, подношения и торжественные послания. Этот посланник прибыл к сеньору королю Кастилии и передал ему послание сеньора Тамурбека и подношения, и драгоценности, и жен, которых он прислал по своему обычаю. И его величество король, получив торжественные послания и дары, а также выслушав добрые пожелания Тамурбека в свой адрес письменно и на словах и увидев, как он к нему расположен, приказал подготовить подарок и отправить посланников к Тамурбеку для закрепления дружбы, предложенной ему, и повелел направить в это посольство посланниками Фра Альфонсо Паэса де Санта Мария, магистра богословия, и Руи Гонсалеса де Клавихо и Гомеса де Саласара, своего стражника, с ними он отправил грамоты и дары; а так как это посольство очень трудное и в отдаленные земли, необходимо и уместно дать описание всех тех мест и земель, по которым пройдут посланники, всего, что с ними произойдет, чтобы не позабылось это и чтобы обо всём можно было рассказывать и знать. И потому во имя Господа, в чьей власти всё сущее, и во имя святой девы Марии, матери Божьей, я начал вести записи с того дня, когда посланники достигли порта Святой Марии, недалеко от Кадиса, чтобы подготовить карраку, на которой должны были отправиться (в путь), и с ними был тот посланник Тамурбека, которого он посылал к сеньору королю…

На следующий день, в четверг двадцать восьмого августа, в час обедни подъехали к большому городу, называемому Кех (Кеш). Он располагается на равнине, пересекаемой со всех сторон оросительными каналами и ручьями. (Город) окружали селения и сады, а вокруг простиралась равнина, на которой виднелось множество многолюдных селений, каналов, лугов, и (казалось), что эта земля (должна быть) очень красива летом. На поливных землях росли пшеница, виноград, хлопок, дыни и большие плодовые деревья. Город был обнесен земляным валом и (окружен) глубоким рвом, а у ворот его имелись подъемные мосты. Из этого города Кеха был родом сеньор Тамурбек, и здесь же родился его отец. Здесь много больших домов и мечетей, особенно одна, которую Тамурбек приказал построить, (но она) еще не была окончена. В ней находилась большая усыпальница, в которой покоился его отец. Другую усыпальницу Тамурбек приказал построить для себя, чтобы быть там погребенным, и она (также) еще не была окончена. Говорили, что когда он был здесь с месяц тому назад, то остался недоволен этой усыпальницей, говоря, что вход (в нее) низок, и велел переделать его; и сейчас там работают мастера. Кроме того, в этой мечети покоится первый сын Тамурбека, которого звали Янгир (Джехангир). Эта мечеть и усыпальница очень богаты и отделаны золотом, лазурью и изразцами, при ней большой участок с деревьями и водоемами. Каждый день по приказанию сеньора в эту мечеть отправляют двадцать сваренных баранов в память душ отца и сына (Тамурбека), погребенных там. И как только посланники приехали в этот город (Кех), их привели в эту мечеть и сюда им принесли много мяса, фруктов и устроили пир, а когда они откушали, отвезли в большой дворец, где им предоставили помещение.

На другой день, в пятницу, посланников повели осматривать большой дворец, который строился по приказанию царя. Говорили, что уже двадцать лет в нем работали каждый день. И даже теперь трудилось там много мастеров. Во дворце очень длинный вход и очень высокие ворота, и здесь же, при входе, с правой и левой стороны находились кирпичные арки, отделанные изразцами, выложенными разными узорами. А под этими арками находились как бы маленькие комнаты без дверей, то есть (углубления) с полом, выложенным изразцами, а это было сделано для того, чтобы там (могли) сидеть люди, когда во дворце находился сеньор. Сразу же за этими воротами находились другие, а за ними большой двор, вымощенный белыми плитами и окруженный богато отделанными галереями, а среди двора большой водоем, и этот двор занимает в ширину шагов триста, и через него входили в самое большое помещение дворца, куда вела очень большая и высокая дверь, отделанная золотом, лазурью и изразцами – (все) очень искусной работы. А над дверью посередине был изображен лев (на фоне) солнца, а по краям точно такие же изображения. Это был герб сеньора самаркантского. И хотя говорят, что этот дворец строился по приказу Тамурбека, я думаю, что его начал строить прежний сеньор Самарканте, так как этот герб, (изображающий) солнце и льва на нем, есть герб сеньора самаркантского, а герб Тамурбека – три круга, (расположенные) таким образом:


Это значит, что он царь трех частей света, и этот герб он приказал делать на всех монетах и на всех предметах, которые изготавливаются по его приказанию. И по этой (причине) я думаю, что другой сеньор начал строить этот дворец, еще до Тамурбека. Эти три кружочка наподобие буквы О встречаются и на царских печатях, и он приказывает (тем народам), которые облагаются данью, чтобы также ставили (этот знак) на своих монетах.

Через эту дверь входишь в приемный зал квадратной формы, стены которого расписаны золотом и лазурью и (отделаны) изразцами, а потолок весь позолочен. Отсюда посланников провели в верхний этаж, и так как весь дом был отделан золотом, им показали столько помещении и покоев, что сразу и не расскажешь. (Здесь вся) отделка была золотом, лазурью и другими разными цветами, достойная удивления даже в Париже, где искусные мастера. Эта работа (и у них) считалась бы прекрасной.

(Потом им) показали комнаты и покои, предназначенные для самого сеньора и его жен, с необыкновенно богатой отделкой стен, потолка и пола. Над постройкой этого дворца работало много разных мастеров. Потом повели посланников смотреть зал, предназначенный сеньором для пиров и чтобы (там проводить время) со своими женами. (Этот зал) огромен и богатой отделки. А перед ним находится сад со множеством различных плодовых и тенистых деревьев; в нем – много водоемов и искусственных лужаек. А перед входом в сад такое обширное (пространство), что здесь в летнее время у водоемов могло бы сидеть множество народа под сенью деревьев. И так роскошна и богата отделка этого дворца, что для его описания нужно всё обойти и осмотреть, не торопясь. А эта мечеть и дворец относятся к самым великолепным постройкам, какие сеньор до сих пор осуществил или велел соорудить. И приказал построить их в честь своего отца, погребенного здесь и уроженца этого города. И хотя он родился в этом городе, однако не принадлежал к тому племени, которое там живет, а был из племени, называемого чакатаи и относящегося к татарам, пришедшим в эту землю из Тарталии, когда они вторично ее завоевали и стали над нею властвовать, как об этом вам позже будет рассказано; а здесь они получили это название чакатаи.

Отец Тамурбека был благородным человеком из рода этих чакатаев, но среднего достатка, имел он не более трех или четырех всадников и жил в одном селении недалеко от этого города Кеха, так как их знатные люди больше предпочитают жить в селениях и поле, (нежели) в городах. И этот его сын (Тамурбек) начинал с того, что имел только столько (имущества), чтобы содержать себя и (еще) четырех или пять всадников. И об этом я пишу, ручаясь за достоверность, так, как было рассказано посланникам в этом городе и в других местах. Говорят, что однажды (с помощью) этих четырех или пяти людей он начал забирать силой у своих (соплеменников) один день барана, другой день корову и, когда это удавалось, пировал со своими сообщниками. Возможно, поэтому или потому, что он был человеком храбрым, доброго сердца и щедро делился всем, что имел, присоединились к нему и другие люди, так что (вскоре) у него стало триста всадников. Когда их набралось столько, он начал совершать набеги на (другие) земли, грабя и воруя всё что можно для себя и своих (людей); также выходил на дорогу и грабил (проходящих) купцов. Слухи о том, что делал (Тамурбек), дошли до императора самаркантского, который был сеньором этой земли, и он приказал убить его где бы то ни было. А при дворе самаркантского императора было несколько знатных кавалеров чакатаев из его племени. Они так хлопотали за (Тамурбека) перед императором, что он его простил и по царскому соизволению разрешил жить при дворе. И из этих кавалеров (чакатаев), которые выпросили ему прощение, двое теперь живут с ним; одного зовут Омар Тобар, а другого – Каладай-бек. Он сделал их большими сеньорами и владетелями обширных земель. Говорят, что когда (Тамурбек) жил (при дворе) самаркантского императора, то так интриговал против него, что последний был готов отдать приказ убить его; но кто-то предупредил (его), и Тамурбек бежал со своими людьми и начал грабить на дорогах. Однажды он ограбил большой караван купцов и получил всего достаточно. После этого он отправился в землю, называемую Систан, и награбил (там) баранов, лошадей и всего, что попалось (под руку), так как эта земля очень богата стадами. А когда он это совершал, имел при себе около пятисот всадников. Узнав об этом, жители Систана объединились против него. Однажды ночью (Тамурбек) напал на стадо баранов, а в это время пришли люди (из Систана), бросились на него и его сообщников, убили многих, а его сбили с лошади и ранили в правую ногу, после чего он остался хромым, также и в правую руку, после чего он недосчитался двух маленьких пальцев; и бросили его, посчитав мертвым. (Тамурбек) стал передвигаться, как мог, и дополз до шатров каких-то (людей), кочующих в поле, откуда (вскоре) ушел, а оправившись, опять стал собирать своих людей. А этого самаркантского императора недолюбливали его подданные, особенно простой люд, горожане и некоторые знатные. Они сказали Тамурбеку, чтобы он убил императора и (тогда) они его поставят у власти. И дело дошло до того, что однажды, когда император направлялся в какой-то город недалеко от Самарканте, Тамурбек напал на него, а тот бежал в горы и попросил встретившегося человека укрыть его и вылечить (от ран), обещая сделать его богатым, и отдал ему дорогое кольцо, которое носил. А тот человек вместо того, чтобы укрыть его, сказал о нем Тамурбеку, который тотчас явился и убил его. Потом он пошел на город Самарканте, взял его, захватил (власть), забрал жену (прежнего) государя и женился на ней, и теперь она считается его старшей женой, а зовут ее Каньо (Биби-Ханым), что значит большая царица или великая императрица. А после этого он покорил империю Хорасания, воспользовавшись враждой двух братьев, сеньоров ее, склонив на свою сторону (жителей области). Он объединил империи Самаркантскую и Хорасанскую и таким образом положил начало своему государству.

Одним из тех, кто примкнул к Тамурбеку и помогал ему во всём с тех пор, как он начал возвышаться, был один чакатай из его племени, самый доблестный из его сподвижников. (Тамурбек) женил его на своей сестре и сделал правителем многих людей. А у него был сын по имени Яса (Джеханшах) Мираса, который теперь самый близкий к сеньору человек. Он сеньор многих обширных земель, начальник царского войска, подобно коннетаблю, так что, кроме (великого) сеньора, никто не имеет столько власти над войском, как он, а войско и подданные сеньора довольны им.

Причина, по которой эти татары пришли в эту землю и назвались чакатаями, следующая: в давние времена был в Тарталии император родом из татарского города Дорганчо, что означает Сокровище мира. (Этот император) владел обширной землей, которую завоевал, а подойдя к концу (дней своих), оставил четырех сыновей, которых звали: одного Габуй, другого – Чакатай, третьего – Есбек и четвертого – Чаркас; все они были детьми одной матери. Перед смертью отец разделил свои владения и дал каждому его часть, а сыну, которого звали Чакатай, выделил эту империю Самарканте и еще другую землю. И завещал всем своим сыновьям (жить в дружбе) и не ссориться, (говоря), что пусть они знают, что в тот день, как возникнет (вражда) между ними, они погибнут. Этот Чакатай был человеком храбрым, смелым, мужественным. (Постепенно) братья стали завидовать друг другу, потом пошли распри, и стали они воевать один с другим. Когда (жители) земли Самаркантской узнали об этих распрях, они восстали и убили (Чакатая) и многих его людей и поставили императором одного из своего племени. После этого Чакатая осталось в этой земле много людей (его племени), у которых было имущество и дома, где они жили. А после того, как их сеньор был убит, местные стали называть этих оставшихся татар чакатаями, и отсюда пошло их название. Из этого рода татар-чакатаев, что остались жить там, был и Тамурбек и другие чакатай, что служили ему, и многие из жителей Самарканте также теперь называются так из-за известности, какую эти чакатай приобрели, хотя они совсем и не их племени.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю