Текст книги "Месть павших (СИ)"
Автор книги: Ивина Кашмир
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 15 страниц)
А вот от содержимого третьей, четвертой и пятой папок мне поплохело. На первых же десяти страницах третьей папке красочно описывали первые преступления ордена на территории темных эльфов, но смутило меня не это, а красочное изображения посиневшей эльфийки, которой преступники остановили дыхание. Этот инцидент случился давно, лет семнадцать назад, и считался одним из первых зверских преступлений, совершенных магами крови. Первые годы преступления совершались на территории темных эльфов. Почему? В папках не говорилось, но я знала почему. Потому что поклонник, покалечивший жизнь моей матери, происходил из темных эльфов. Совсем не мудрено, что это была своеобразная месть.
Поначалу преступники выбирали молодых эльфов, происходящих из аристократических семей, приближенных к трону, и жестоко с ними расправлялись. Но вскоре начали нападать и на аристократию светлых эльфов. Драконы тоже пострадали – было совершенно несколько нападений и убийств молодых драконов, отпрысков местной аристократии. Убивали исключительно с помощью фирменной магии, способной останавливать не только дыхание, но и поражать жизненно важные органы. Вскоре все мировое сообщество пришло в настоящий ужас. Ведь до совершения ряда столь жестоких преступлений никто из «высших рас» не знал о существовании ордена. Эльфы и драконы не особо интересовались положением дел в человеческих государствах, а когда начали интересоваться – было уже поздно.
После ознакомления с последними папками, я очень долго сидела на кровати, спрятав лицо в ладонях, и пыталась прийти в себя.
У меня болело сердце за всех тех, кого убили, и за всех тех, кого убьют… Это самая настоящая война, исход которой неизвестен.
«Они хотят захватить мир» – слова, сказанные Рэйнаром, обрели новый смысл. Я чувствовала себя не только птенцом, жившим много лет в скорлупе, но еще и песчинкой, не способной ни на что повлиять… Нет, не так. Конечно, влиять лично я не могла, но кто сказал, что меня нельзя использовать в целях шантажа тех, кто дал мне жизнь? Если верить словам лорда Бэкшота, биологические родители обо мне никогда не забывали, а значит – я им дорога. Если все так, как я думаю, тем, кто обладает властью, вроде Рэйнара или того же Анарэля, очень выгодно держать меня «под рукой», чтобы, так сказать, в случае чего, обменять на что-то более существенное. Теперь я, наконец, осознала, зачем я нужна Рэйнару. Горько, но, увы, ожидаемо…
Ночь прошла в слезах. Я упивалась горем не только из-за своей незначительной роли в этой ужасающей истории, но еще и потому, что оказалась настолько глупа, что верила в то, что смогу когда-нибудь жить нормальной жизнью. Нет, нормально жить мне никто и никогда не позволит. После всего того, что натворили маги крови, это просто теоретически невозможно. Их люто ненавидели не только за убийства ни в чем неповинных эльфов и драконов, но и за их магию…
В одной из папок я натолкнулась на небольшой статейку из старой газеты, в которой говорились, что носители проклятого дара все поголовно подлые, хитрые и жестокие. Не знаю, какие цели преследовали авторы этой провокационной статьи, но уверена, что они опирались далеко не на научные исследования. К сожалению, правда такова, что многие действительно верят, что маги крови – ужасные люди, и мне, как бы я не старалась, не удастся доказать обратное.
Глава 10
Бессонная ночь хоть и не обессилила меня, но, благодаря бесконечному рою беспросветных мыслей, крутящихся в голове, подвергла в жутчайшее уныние.
На учебу я не пошла, на завтрак тоже не спустилась. Несколько раз в дверь стучала госпожа Эшоу, спрашивая о моем здоровье, два раза приходил господин Плюмберт, но все они ушли ни с чем. У меня не было ни сил, ни желания с кем-либо вести диалог. Наверное, так и проявляет себя депрессия – безразличием ко всему. Так, уперев безжизненный взгляд в потолок, я провалялась практически до обеда. И неизвестно сколько бы я еще лежала, жалея себя, если бы не Эрейэль, безцеремонно вломившийся ко мне в комнату.
– Ну и что это значит, Бриггит? – рявкнул он, как только убедился в том, что со мной все в порядке.
Я промолчала, жестом указав на папки, сгруженные на стуле.
– И что это? – скептически вопросил эльф, подойдя к стулу. – Так, так, так, интересно. И что? Ага. Орден. Ага, – он листал все эти папки небрежно, не вчитываясь, в отличие от меня, потратившей практически всю ночь на чтение. – И что? – удивлению эльфа не было предела. – Ты хочешь мне сказать, что расстроилась из-за этой макулатуры?
– Это не макулатура, – хрипло возразила я, приподнявшись на локтях. – Это факты!
– Какие факты, Кайниэль? – хмуро вопросил Эрейэль, окинув меня недоуменным взглядом. – Это просто сведения о преступниках, к которым ты ни имеешь никакого отношения.
– Я маг крови, и это автоматически причисляет меня к ним, – устало пробормотала я, поджав губы.
Эрейэль тяжело вздохнул, возведя глаза к потолку.
– Кайниэль, тебе не кажется, что в твоей жизни слишком много драмы? – вкрадчиво уточнил он, поймав мой раздраженный взгляд. – Может, пора перестать себя жалеть и начать действовать? Роль жертвы тебе не идет.
Как бы мне того не хотелось, но Эрейэль прав. Роль жертвы мне действительно не подходит… Но если я не жертва, то кто? Палач?
– Между прочим, из-за тебя я прогулял руны! – обвиняющим тоном продолжал Эрейэль, ткнув в меня пальцем. – Сбежал с занятий, беспокоясь о тебе. Думал, ты в беде, а ты нежишься в кровати и плюешь в потолок. Не стыдно?
От брошенной мною подушки эльф ловко увернулся. От второй и третьей – тоже, но, когда в ход пошел нож, вытащенный мною из-под матраса, Эрейэль заметно напрягся. Правда, и от ножа этот наглец увернулся, подпрыгнув аж до потолка. Мы принялись заливисто хохотать, бросая друг в друга предметы, лежавшие в моей комнаты, и я не сразу замечаю, что мрачные мысли, не покидавшие мою голову всю ночь, медленно отступают. В момент, когда с ладоней Эрейэля срывается поток воздуха, я запускаю в его синюю макушку настольную лампу. Эльф увернулся, но его кровожадная улыбка говорила о том, что мне пришел конец. В какой-то неожиданный момент наш миниатюрный спарринг превращается в самый настоящий: я, уворачиваясь от очередного запущенного в меня предмета, самым натуральным образом вывалилась из окна.
Выражение лица друга, кинувшегося за мной следом, я еще долго не забуду.
В этот раз моя жизнь не проносилась перед глазами ярким калейдоскопом событий. Я просто свалилась в заросли колючего зеленого кустарника, и меня разбирал такой истерический смех, что, казалось, его слышала вся округа. Вытянутые от удивления лица домочадцев, мелькнувшие в окнах, рассмешили меня еще больше.
– Ты сейчас от смеха лопнешь! – выкрикнул Эрейэль, который вальяжно сидел на подоконнике окна и с улыбкой глядел на меня.
А я продолжала надрывно смеяться, то и дело смахивая слезы, непроизвольно выступающие из глаз. Ночью я лила слезы по поводу своей незавидной доли, а сейчас я лью слезы из-за смеха, вызванного случайным полетом из окна. Жизнь, как говорится, многогранна и прекрасна. Но я, откровенно говоря, предпочла бы лить только слезы счастья…
В отличие от домочадцев, незаметно выглядывающих из окон, Джеймс стоял в метре от зеленых кустов. Его скрещенные на груди руки, бледное лицо и суровый взгляд – говорили о том, что дракон, нанятый для моей охраны, в бешенстве. Но мне, честно говоря, было абсолютно все равно, что он обо мне думает. Если я еще буду размышлять над тем, что думают обо мне окружающие, точно сойду с ума.
Яркие лучи полуденного солнца согревали мою макушку, теплый ветерок доносил дивный аромат цветов, растущих на клумбе неподалеку, и я, прикрыв глаза, просто наслаждалась моментом.
– Долго ты там будешь висеть? – лениво раздалось сверху, но я даже не шелохнулась. – Если будешь и дальше притворяться мертвой, я буду вынужден свалиться на тебя. Поверь, это будут не особо приятные ощущения.
Я нехотя разлепила глаза и одарила друга хмурым взглядом. Момент испорчен.
***
Спустя четверть часа мы с Эрейэлем, сидя за узким столом в столовой, принимали пищу. Бессонная ночь, а затем веселые игры с другом вызвали у меня небывалый аппетит, и я с упоением поедала уже вторую порцию глазуньи, с любовью приготовленной госпожой Эшоу. К слову, сама экономка крутилась рядом, бросая на меня тревожные взгляды. Тот факт, что я некоторое время назад не поддавала признаков жизни, жутко напугал бедную женщину, и мне, признаться, было немножечко стыдно перед ней.
– Как прошел учебный день? – дожевав, обратилась я к Эрейэлю. Сегодня этот прекрасный эльф вырвал меня из лап жуткой апатии, за что я была ему безмерно благодарна. – Магистр Рвак заметил мое отсутствие?
Эрейэль, оторвав задумчивый взгляд от кружевной скатерти, пробормотал:
– Нормально прошел. Занятие Рвака кое-как я вытерпел, а вот тащиться на руны не было никакого желания. А твое отсутствие заметил не только магистр, но еще и Анарэль.
Я подавилась куском хлеба. Стоит кому-то упомянуть в моем присутствие принца, как мне мгновенно делается дурно…
Эрейэль, меланхолично похлопав меня по спине, будничным тоном продолжил:
– Анарэль, подловив меня около аудитории, устроил настоящий допрос, все допытывал у меня о том, где ты, и почему тебя нет на занятиях. Видела бы ты его в этот момент! – хохотнул друг. – По его скулам ходили желваки, черные глаза злобно блестели, губы то и дело поджимались – у принца был такой вид, словно он готов был сожрать меня живьем. Если бы ни Лимиэль, пробегавшая рядом, думаю, этот одержимый тобой индивид применил бы ко мне магию.
– Ненормальный, – хрипло выдавила я. – Одержимый идиот, – добавила я, скрипнув зубами. Если бы мне выпал шанс прибить принца, я бы не раздумывая воспользовалась им.
Эрейэль перевел на меня задумчивый взгляд.
– Вот тут ты не права. Он кто угодно – жестокий тиран, властный ублюдок, пресыщенный праздной жизнью, но точно не идиот. Несмотря на то, что Анарэль официально не коронован, в его руках сосредоточена власть, которая, позволь заметить, никем и ничем не ограничена. Не только темное королевство подчиняется ему, но еще и светлое.
– Это ты так сейчас пытаешься обелить его в моих глазах? – мрачно спросила я, отложив столовые приборы. – Напрасно. Я его ненавижу и, боюсь, твои оды восхваления принцу едва ли изменят мое к нему отношения.
– Что ты, – скривился Эрейэль так, словно проглотил шпагу, – я просто тебе говорю, что принц далеко не глупец. Он прозорливый и дальновидный, а посему тебе надо быть осторожной.
– Делаю все, что могу, – я усмехнулась, – но, как видишь, не очень-то и помогает. Анарэль делает все, что только можно, чтобы моя жизнь превратилась в кошмар. Самое ужасное, что ему это удается. И закон, запретивший мне ходить по эльфийской земле, тому доказательство.
Повисла тишина, нарушаемая лишь постукиванием ложки, которой я яростно помешивала свой уже остывший кофе.
Эрейэль скорбно молчать в принципе не умел, поэтому вскоре торопливо заговорил:
– Сегодня утром одна птичка, которую зовут Лимиэль, мне напела о том, что через неделю в королевстве дроу планируются важные переговоры.
– Какая важная информ…
– И важность их заключается в том, – перебил меня друг, придвинувшись ближе, – что на переговоры прибудет кто-то из ордена проклятых.
– Интересно, кто бы это мог быть, – вздохнув, выдавила я.
– Какая-нибудь мелкая сошка, – равнодушно пожал плечами друг.
Я промолчала, судорожно размышляя о предмете их переговоров. Чтение папок с информацией о магах крови открыло глаза на многое. Во-первых, идет полномасштабная война, одна сторона яростно желает захватить мир, вторая – уничтожить слишком амбициозную свору, нарушающую покой всего мира. Во-вторых, теперь я начала воспринимать себя не только человеком, которому не повезло родиться с проклятым даром, а еще и весьма ценным субъектом для обмена…
– Ты побледнела, – удивился Эрейэль привлекая мое внимание. – Что-то не так?
Я отрицательно покачала головой и залпом осушила чашку с остывшем кофе.
Если отбросить все сантименты, выходит, что я очень ценный кадр. Знал ли об этом Рэйнар, когда заключал со мной сделку? Безусловно. Именно поэтому он и начал со мной сотрудничать, чтобы, так сказать, держать меня на коротком поводке. А я, наивная дурочка, уже вообразила себе невесть что…
– Знаешь, Кайниэль, – шепотом произнес Эрейэль и, вскинув руку, создал вокруг нас полог тишины. Я, выплыв из нерадостных размышлений, недоуменно уставилась на него. – Все те папки, которые лежат в твоей комнате, описывают лишь орден проклятых и их деяния, а вот о том, что были нападения и со стороны эльфов, почему-то умалчивается…
– О чем ты? – севшим голосом вопросила я.
– Я о том, что темные эльфы пару лет назад уничтожили целую деревню в Астэксе, где, предположительно, находились главари ордена. Надо ли говорить, что не выжил никто?
По спине прошелся неприятный холодок.
– Откуда ты знаешь?
– Я случайно подслушал разговор отца с одним из его коллег. Признаться, поначалу, не придал этому разговору значение, услышал и почти сразу забыл, но, стоило сегодня увидеть у тебя те папки, я тут же вспомнил о подслушанном разговоре.
Я потрясённо захлопала глазами, не в состоянии выдавить и слово.
– Я все это говорю к чему, – зеленые глаза друга сверкнули, – чтобы ты понапрасну не изводила себя мыслями о «деяниях ужасающих магов». Да, они начали первые, но и наши не остаются в долгу, пользуясь теми же грязными методами. Омрачает ситуацию то, что простой народ совершенно не знает истинного положения дел, живя в информационном вакууме.
Резко поднявшись со стула, принялась нервными шагами мерить столовую.
– Тебе, Кая, надо быть осторожнее не только с Анарэлем, но и с драконом.
– О, это я и без тебя прекрасно знаю, – гневно выпалила я, остановившись. – Есть новости по Нимиэлю? – я решила сменить тему, так как слушать речи Эрейэля, подозревающего Рэйнара в недобрых по отношению ко мне намерениях, было выше моих сил.
– Насколько я знаю, он у темных эльфов, – задумчиво протянул Эрейэль, стуча пальцами по столу. – Больше мне ничего неизвестно.
Я отрешенно посмотрела в окно.
– Мы должны взять ситуацию в свои руки, – наконец, выдавила я и повернулась к другу.
– Я только за, – лаконично ответил Эрейэль. – Что будем делать?
Я открыла было рот, чтобы ответить, но спешно вошедшая в столовую госпожа Эшоу, которая несла чайник со свежезаваренным чаем, заставила меня умолкнуть.
– Тебе не позволят встретиться с твоей бывшей подругой, – задумчиво изрек Эрейэль, наблюдая за тем, как экономка разливает чай в наши чашки.
– С чего такой вывод? – спросила я, нахохлившись. Признаться, подобные мысли посещали и мою голову, но я упорно гнала их прочь.
– Потому что ты, Кая, – дождавшись, когда госпожа Эшоу исчезнет в дверях, произнес Эрейэль, – будешь ценнее какого-то там Нимиэля. Тобой рисковать точно не станут. Что-то мне подсказывает, что даже, если ты отправишься на встречу со своей сумасшедшей бывшей подругой, тем самым спасая Нимиэля, мы его все равно больше не увидим. У Анарэля имеется целый отдел, занимающийся изучением тех, кто попал под влияние проклятых. Нимиэль не выйдет оттуда, дроу его не выпустят.
Повисло гнетущее молчание.
Я, стоя у окна, невидящим взором буравила придомовую лужайку, а Эрейэль, погруженный в свои мысли, медленно пил обжигающий чай.
Информационный пузырь, в котором меня держали долгие годы, начал лопаться, и я, откровенно говоря, была в растерянности. Анарэль медленно, но верно, делает мою жизнь невыносимой, тем самым, не оставляя мне места для маневра. Выбор у меня невелик. Либо полностью оказаться во власти правителя драконов, либо начать свою собственную игру, в которой, думаю, не будет победителей… Если выберу второй вариант, предам синеглазку…
– Итак, что будем делать? – повторил свой вопрос Эрейэль, нарушая тишину.
– Для начала соберем как можно больше информации, – хрипло произнесла я, нервно сцепив пальцы. – Как только соберем, будем готовиться к встрече с…Марисой. Мне понадобиться твой помощник, владеющий портальной магией.
– Наведаюсь в отцовский кабинет, – решил друг, поднимаясь. – За Биэля можешь не переживать, сделает все, что я прикажу.
Я кивнула, мысленно радуясь тому, что я не одна.
Проводив Эрейэля до дверей, отправилась в кабинет к юристам. Господин Плюмберт с энтузиазмом воспринял мою просьбу отменить все тренировки. А все потому, что управляющий надеялся, что я, раз у меня выкроилось свободное время, уделю внимание его нескончаемым папкам с документами. Как бы мне не хотелось, но господина Плюмберта пришлось разочаровать. Сегодня я решила делать только то, что хочу сама.
Моя троица нежити, со вчерашнего вечера томившаяся в небольшом сарайчике на заднем дворе, встретила меня ритмичным позвякиванием давно сгнивших конечностей. Высвободив нежить из сарая, присела на сырую землю и прикрыла глаза.
Три дня пролетели практически незаметно. Я медитировала, тренировалась, охотно пользуясь услугами нанятых преподавателей, уделяла достаточно времени на сон, много читала и размышляла. Мое поведение хоть и было на первый взгляд образцовым, совсем не являлось таковым. Во-первых, я читала исключительную запретную литературу, взятую когда-то из книжных запасов моего почившего опекуна. Во-вторых, я тщательно планировала встречу с Марисой, и в этом непростом деле активно помогал мне Эрейэль, ежедневно появляющийся на пороге моего дома. В-третьих, несмотря на то, что мой новый дом был расположен на земле, формально принадлежащей академии, учебу в этой самой «академии» я пропускала.
Джеймс, которого я замечала лишь тогда, когда требовалось отправить послание его величеству, подозрительно косился, но, к счастью, никаких действий не предпринимал. К слову, его повелитель не давал о себе знать с того самого дня, когда мы с Эрейэлем решили подшутить над ним, оставив беседовать с блондинками. Скорее всего, его величество посчитал меня глупой девчонкой, склонной к детским шалостям, и решил больше не уделять мне свое драгоценное время. Тем не менее ежедневные «отчеты» я продолжала писать, с каждым днем отмечая, что строчек становится все меньше. Несмотря на то, что с синеглазкой мы больше не контактировали, я часто ловила себя на мысли, что думаю о нем, и этот факт, признаться, не очень меня радовал.
Господин Плюмберт не мог нарадоваться тому, что я, наконец-то, в его власти. Я подписывала множество бумаг, которые он мне подсовывал, читала скучные отчеты предприятий, а также выслушивала детальные рассказы об этапах переезда в новый дом. Госпожа Эшоу, в свою очередь, была поглощена этим самым переездом – утром, стоило ей приготовить еду, экономка возвращалась в поместье. Многочисленные вещи, скопившееся за долгие годы проживания, а также огромное количество мебели, сами себя не систематизируют и не перевезут. Однако переезд к драконам не вызывал во мне ни капли энтузиазма, и я воспринимала все это как необходимую меру. В один из дней господин Плюмберт предложил мне отправиться в новый дом, чтобы, так сказать, осмотреться, но я отказалась, даже не раздумывая. Даже если я и появлюсь там, это будет нескоро. По крайней мере до того момента, пока меня не выперли из академического городка…
Ринилис и Эрейэль стали завсегдатаями в моем доме, и если Рин, прилежно учившаяся в академии, приходила каждый день «на часок», то Эрейэль, так же, как и я, безбожно пропускал занятия, проводя в моем доме целые дни. Сомневаться в том, что другу скоро влетит за столь халатное отношение к учебе, не приходилось. В отличие от меня, у него были любящие родители, которые переживали за будущее своего отпрыска. А вот надо мной никто не довлел, и я была вольна делать все, что хочу. Конечно, без уважительных причин пропускать занятия было нельзя, но я была слишком поглощена предстоящей встречей с «заклятой подругой», что ни о чем другом думать не могла.
В выходные мы с Эрейлем планировали провести ритуал, который, по моим подсчетам, должен повысить мою выносливость. Поначалу мой друг скептически воспринял эту идею, считая ее безрассудной и опасной, но мои доводы оказались убедительными, и эльф вызвался помочь. К тому же Эрейэль стал завсегдатаем не только моего дома, но и кабинета своего отца, тайно таская папки, в которых мы могли отыскать крупицы информации по деяниям эльфов в отношении ордена. В общем, мы развили небывалую деятельность, оставалось только надеяться, что она принесет плоды.
Хоть все эти дни и выдались спокойными, меня все равно одолевала липкая тревога, заставляющая пребывать в постоянном стрессе. Совсем не удивительно, учитывая предстоящую встречу с Марисой, и то, что придется действовать за спиной правителя драконов, с которым у нас договор. Хотя, «действовать за спиной слишком громко сказано», я просто хочу спасти Нимиэля, только и всего, но для Рэйнара, думаю, все иначе, и подобные «несогласованные» поступки с моей стороны вполне могут вывести дракона из равновесия. И все же доводы рассудка оказались бессильны, когда речь заходила о синеглазке. Как бы я не старалась рассуждать трезво, Рэйнар совершенно не походил на волка в овечьей шкуре. Либо он так хорошо притворялся, пытаясь усыпить мою бдительность, либо я плохо разбираюсь в людях, точнее сказать – в драконах. Во всяком случае, прежде чем впадать в немилость правителя драконов, я попытаюсь с ним поговорить, правда, нет уверенности в том, что разговор принесет нужные мне результаты…
***
Утром выходного дня, мы с Эрейэлем, сидя в гостиной, с упоением читали книги по запретным ритуалам. Внезапно нас прервал господин Мэкс, ворвавшийся в гостиной с такой прытью, будто за ним кто-то гнался.
– Леди, у вас гость, – запыхавшись, выдал он.
Мы с эльфом мрачно переглянулись.
– Кто? – я резко встала, ощущая, как холодок прошелся по спине. Все те, кем я дорожила, рядом, значит, тот, кто заявился ко мне «в гости», недоброжелательный чужак.
Эрейэль молниеносно начал собирать разбросанные книги, за что ему отдельная благодарность. Увидь кто из врагов литературу, которую мы с другом жадно поглощали, нас вполне могли запереть в темницу…
– Ректор вашей академии, – растерянно произнес господин Мэкс.
Мозг тут же услужливо выдал сцены из нашей с лордом Артэнтри последней встречи, и я ощутила, как у меня начинают трястись руки, а к горлу подступает ком. Этот мужчина не просто меня пугал, а вызывал настоящий животный ужас. В отличие от Анарэля, который был одержим мною, и никогда не скрывал своих грязных намерений, лорд Артэнтри всегда был темной лошадкой, и это, признаться, пугало.
– Ты чего? – теплые ладони Эрейэля обхватили мое лицо. – Я буду рядом, – вкрадчиво произнес друг, обеспокоенно вглядываясь в мои глаза.
Я вымученно улыбнулась, пытаясь взять себя в руки. Лорд Артэнтри не должен знать, что я его боюсь…
– Леди, одно ваше слово и гость удалится восвояси, – воинственно произнес юрист. – Джеймс и несколько магов, нанятых для охраны, готовы оказать сопротивление.
Боюсь, едва ли найдется хоть кто-нибудь, способный противостоять магу такого уровня. Как бы мне не хотелось видеть лорда Артэнтри, думаю, выбора у меня нет. Откажи я в аудиенции – этот наглый дракон выломает дверь и спокойно войдет. К тому же не стоит забывать о том, что он ректор в академии, в которой я учусь. В его власти сделать мою учебы невыносимой.
– Господин Мэкс, пригласите гостя, – хриплым от волнения голосом произнесла я.
Мы с Эрейэлем заметались по гостиной лихорадочно собирая книжки, бумажки и остатки еды. И к тому моменту, когда Лорд Артэнтри переступил порог гостиной, перед его очами предстала весьма образцовая парочка, чинно сидевшая на диване и попивающая давно остывший чай.
Узрев наши наигранно удивленные лица, Лорд Артэнтри замер, прищурил желтые глаза, недовольно поджал губы и, тряхнув своей парадной ректорской мантией, коротко изрек:
– Два злостных прогульщика.
Будь мы обычными адептами, а лорд Артэнтри – образцовым ректором, от подобных слов я бы сгорела от стыда. Однако правда такова, что мы совсем не те, кем кажемся на первый взгляд…
– Лорд Артэнтри, – холодно произнесла я, поставив чашку на низкий столик, – чем обязаны вашему визиту?
– Адептка Бриггит, – ректор произнес мое имя так, словно пробовал на вкус, – а вы зря времени не теряете, – усмехнулся он, красноречиво взглянув на Эрейэля. – Как к вашим отношениям относится мой брат? – равнодушным тоном осведомился он, но вот гнев, вспыхнувший в желтых глазах, говорил о том, что дракон в бешенстве.
– Нормально относится, – ответила я, заметив в дверях внушительную фигуру Джеймса. На этот раз подчиненный Рэйнара решил исполнять свои прямые обязанности. Интересно, почему? – Ничего не имеет против, даже, я бы сказала, поощряет, – добавила я, решив поддержать «игру». – А вы пришли сюда только ради того, чтобы обсудить эту тему? – я усмехнулась, одарив ректора взглядом сверху-вниз.
Несколько долгих секунд лорд Артэнтри смотрел мне в глаза, пытаясь что-то в них прочесть. Тяжелый взгляд дракона я с достоинством выдержала, и тогда он, с досадой поджав губы, обратился к Эрейэлю:
– Адепт Эрейэль, покиньте помещение, у меня есть разговор к Бриггит.
Упрямо задрав подбородок, друг лаконично ответил:
– Нет.
– Вы можете говорить при Дине, – мрачно произнесла я, – у меня от него секретов нет, – и сказано это было так двусмысленно, что лицо нашего собеседника побелело от злости.
– Адепт Эрейэль! – рявкнул ректор, пытаясь задавить своим авторитетом. – Если вы сию же минуту не покинете помещение у вас будут крупные проблемы, связанные…с учебой.
Эрейэль не сдвинулся с места, всем своим видом показывая, что ему абсолютно все равно на угрозу, вырвавшуюся из уст ректора. А вот мне не было все равно, но у меня язык не поворачивался сказать Эрейэлю о том, чтобы оставил нас с этим монстром наедине…
– Нет, – спокойно ответил друг, упрямо поджав губы.
– Что-ж, ладно, – сдался ректор и, так и не дождавшись от меня предложения присесть, сделал пару шагов и сел в кресло напротив.
– Кайниэль, – начал он, сцепив пальцы, – я к вам с деловым предложением, – миролюбиво произнес он, посмотрев, почему-то, на Джеймса. Тот, как стоял истуканом в дверях, так и продолжал стоять.
– Я вас внимательно слушаю, – усмехнувшись, произнесла я.
Все интереснее и интереснее. Приступил от угроз к действиям, или, быть может, меня ждет что-то новенькое?
– Насколько мне известно, – деловито продолжал ректор, – Анарэль недавно уже говорил вам о том, что желает провести…эксперимент.
Я кивнула, а Эрейэль, сидящий рядом, сжал кулаки. Я успокаивающе похлопала друга по плечу, и его сморщенное от негодования лицо мгновенно разгладилось.
Лорд Артэнтри, внимательно проследив за нашими действиями, усмехнулся, а затем продолжил:
– Так вот, я пришел сюда, чтобы попросить вас принять участие в этом самом эксперименте. От вас потребуется лишь кровь, но, уверяю вас, это процесс безболезненный и…
Я потрясенно посмотрела на него. Да как у него хватает наглости просить о таком?
– Нет, – ледяным тоном произнесла я, скрестив на груди руки.
– Вы же не дослушали меня, – процедил лорд Артэнтри, и в желтых глазах дракона заплескалось самое настоящее пламя ярости.
– Даже слушать не желаю. Если это все, попрошу покинуть мой дом, – гневно выпалила я, резко поднявшись.
Дракон грациозно поднялся следом и, чеканя каждое слово, произнес:
– Кайниэль, оставьте эти игры. От вас требуется всего ничего. Если вы забыли, то напомню, вы обязаны помогать следствию!
– Не обязана. Я более не являюсь поданной Задраэля.
– Но вы еще учитесь в академии и живете на земле, принадлежащей академии.
Угроза была весомой. Лорд Артэнтри, пребывая в должности ректора, может выгнать меня из здешних земель и отстранить от учебы, но что-то мне подсказывало, что дракон так не подступит. Такому, как он, вовсе не выгодно держать меня на расстоянии…
– Мой ответ вы слышали.
– Я не уйду, пока вы не согласитесь.
Я бросила растерянный взгляд на Эрейэля. Он сидел мрачнее тучи и с ненавистью взирал на ректора. Но ни он, ни я, не способны противостоять такому, как лорд Артэнтри. Ректор не только был силен магически, но еще и обладал большим авторитетом в стенах академии. Перечить лорду Артэнтри одно, а вот отказываться от его предложений – совсем другое. Последствия у этих двух действий разные…
Не знаю, откуда я нашла в себе силы произнести следующие слова:
– Кровь вы не получите, по крайней мере, до того момента, пока я жива. Проводите свои безумные эксперименты без моего участия. Я не желаю иметь с вами никаких дел. Жаль, что вы это не поняли еще в прошлый раз, когда безцеремонно ворвались в мой дом.
– Вы совершенно напрасно упрямитесь, Кайниэль, – голос дракона был спокойным, но стальные нотки я все же уловила. – Я не желаю вам зла. Более того, я единственный, кто жаждет вашего благополучия.
Я брезгливо скривилась, и для дракона, который отслеживал любое проявление эмоций на моем лице, это не осталось незамеченным. Он сделал незаметный пасс рукой и в грудь Эрейэля впитался невесть откуда взявшийся огненный пульсар, друг захрипел и повалился на пол.
Я заледенела от ужаса и бросилась к нему.
– Кайниэль, жду вашего положительного ответа, – усмехнулся ректор, наблюдая за моими безуспешными попытками помочь другу.
– Прекратите это! – срывающимся голосом выкрикнула я, посмотрев на ректора, который, судя по самодовольной улыбке, наслаждался моментом… Как я раньше не замечала в нем этой жестокости? Да он же самый настоящий монстр!
Эрейэль, лежа на полу, громко хрипел и задыхался, его конечности начали подрагивать, а лицо постепенно синеть. Я почувствовала, что дрожу всем телом, а паника, которая меня охватила, мешала трезво рассуждать о том, как помочь другу…
– Что здесь происходит? – голос… Рэйнара заставил меня ощутимо вздрогнуть. – Лисандр, потрудись объясниться.
Лорд Артэнтри, явно раздосадованный появлением брата, скрипнул зубами и резко обернулся.
– Мы просто беседовали, – раздраженно пробормотал он.
– Что с мальчишкой? – спросил Рэйнар. Однако его младший брат, нацепив равнодушную маску, мстительно решил не отвечать, и тогда синеглазка молниеносно преодолев расстояние между нами, опустился рядом и провел ладонью над головой Эрейэля. Друг, лоб которого покрылся испариной, мгновенно открыл глаза и задышал. Я облегченно вздохнула, ощущая, как по моим щекам текут слезы. Я крепко обняла Эрейэля, радуясь тому, что все обошлось.
Как только Рэйнар убедился, что с Эрейэлем все в порядке, он медленно обернулся к своему брату и щелкнул пальцами. Мгновение – и двух драконов начало затягивать в золотистое марево портала. Когда они оба исчезли, я не сдержала судорожного вздоха. Все хорошо, он ушел…
