Текст книги "Королевская кровь (СИ)"

Автор книги: Ирина Котова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]

   – Ну что вы такое говорите, Ваше Величество, – почти натурально возмутился премьер.

   – Понятно, – произнесла она еще раз. – Ну тогда я буду думать. Благодарю всех за встречу, это было очень...познавательно.

   И она встала и вышла, ощущая на себе все эмоции зала – страх, жалость, раздражение, восхищение и угрозу, исходящую от приятного человека, стоящего на галерке.

   – Ваше Величество, – позвал мрачно идущий позади мчащейся к дворцу королевы Стрелковский. Телохранители профессионально чуть подотстали, давая им возможность поговорить. – Ваше Величество, так я распоряжаюсь об отъезде?

   Она остановилась и взглянула на него, и в глазах ее было столько злости и решимости, что его будто впечатало в стену.

   – Нет, Игорек, мы еще повоюем, – в голосе ее слышались какие-то даже безумные нотки, как у командира последнего гарнизона перед решающей битвой с многократно превосходящими силами противника. Начальник разведуправления с тревогой посмотрел на свою королеву. Её болезненный азарт ни к чему хорошему привести не мог, но Ирина явно решила поставить все на победу. – Собери мне через три часа тех, в ком ты уверен. Неважно, пусть это будет не министр, а третий помощник секретаря министра. Мне нужны единомышленники, которые не продались. Да, тем, кто далеко, не звони, вдруг прослушивается. Хотя ... извини, не мне тебя учить.

   – Они дали вам неделю, Ваше Величество, – напомнил он.

   – Ну и что? Сдаться, позволить связать руки и всю жизнь проработать церемониальной куклой? Неееет, мы еще повоюем, – она снова пошла вперед, и только нервные подергивания плеч, как у разгоряченной лошади, и взмахи ее платиновых волос показывали накал ее нервозности. – Зато все маски уже сброшены. Теперь мы знаем врага в лицо. Игорь, – она снова остановилась, подождав, пока он подойдет поближе, – дай задачу агентам, я знаю теперь, что нужно искать. Смитсен – черный, очень сильный. Пусть поищут у него в доме доказательства. Мы его уроем, этого урода! Как бы не накручивал он толпу, опротестовать арест черного не сможет никто. Да! И подыщи мне консультанта по ведьмакам. Не такого, что ведьмаков видел только в своих бесконечных диссертациях и единственное занятие его – бренчать регалиями. Мне нужен практик, опытнейший и лучший среди лучших!

   – Хорошо, Ваше Величество, – Игорь Иванович поклонился и быстро зашагал к противоположному от семейного Зеленому крылу. Он знал, кому поставить новую задачу. И хотя в его душе старого безопасника все буквально восставало против авантюры королевы, он прекрасно за долгую работу на нее уяснил, что в таком состоянии лучше не спорить, а по-военному четко выполнять приказ. Поспорить можно будет потом. А пока...нужно продумать запасные варианты эвакуации. Настоять, чтобы большинство слуг и придворных покинули дворец и уехали в загородную резиденцию, например, объяснив для публики, что они должны подготовиться к приезду королевской семьи через неделю. Собрать агентов, выслушать отчеты, составить план действий. И поприсутствовать на стратегическом собрании королевы, чтобы знать хотя бы примерно, чего ждать и от чего ее потом спасать.

   Святослав, встречающий супругу у входа, как всегда был с закатанными по локоть рукавами и пятнами земли на коленях – опять, наверное, лично ползал по объекту, проверял уровни и разметку. Он сразу понял, что Ее Величество изволит гневаться. Поэтому заседающих в столовой младших принцесс, напрыгавшихся до дрожания в ногах и набесившихся на хороший второй завтрак, он быстро отправил в детскую вместе с плюшками и чаем, заодно проверил, как ведет себя Каролинка (они с няней разучивали какой-то детский танец). Вернувшись в столовую, принц-консорт попросил удалиться слуг, сам налил Ее Величеству чая, добавив тоника из личных запасов, и сел слушать.

   Он мало понимал в политике, но искренне переживал из-за травли, устроенной его семье и детям. И если бы им пришлось пообщаться со Стрелковским, он бы горячо поддержал предложение уехать и оставить разборки с врагом профессионалам. Но Ирина закусила удила, и ее было не остановить.

   Выслушав рассказ королевы, он испугался. За нее. И, обычно мягкий и спокойный, потребовал:

   – Ира, эти игры не для тебя. Отдай приказ арестовать всех предателей. Введи в столицу войска, разгони этих бездельников, и установи комендантский час. В армии, уверен, большинство офицеров верны тебе и исполнят свой долг достойно. Невозможно взять и купить триста тысяч человек. Не нужно играть по его правилам и на его поле, ты – суверен огромной страны, в твоей власти казнить и миловать. И не время сейчас рисковать или умничать, уж извини. Ты уже как тень, на тебе лица нет. Сколько ты еще продержишься?

   – Светик, – сказала она устало, раздосадованная его напором, – я не смогу держать большую часть дворян королевства под арестом. У них у всех есть частные армии, пусть маленькие, но то, что ты предлагаешь, приведет как минимум к кровопролитию, а как максимум к развалу страны. Самое безопасное и бескровное – уйти, как они и предлагают, сохранив лицо. И, может, я бы и поступила так – чтобы уберечь тебя и девочек, если б не его нападение на Совете. И если б я понимала, ради чего он это делает. Ну нет ему смысла рисковать так и соваться под суд и обвинения в измене, если только за всеми этими манипуляциями не стоит какая-то, непонятная нам цель. Ему даже для воздействия на законодателей не нужно лезть в кресло премьера – он легко может купить принятие любых законов, пролоббировав их через свои каналы так, что я не смогу их не подписать – иначе очередная толпа дураков тут же соберется перед нашими воротами. Так зачем ему лишать меня власти? Не понимаю, и это меня нервирует. Я не хочу оставлять страну неизвестно на какую судьбу, хоть сейчас эта страна и повернулась ко мне задницей.

   Принц-консорт хотел еще что-то сказать, но она остановила его, подняв ладонь вверх:

   – Все, не спорь со мной. У меня нет на это сил. Надо набросать свои мысли к собранию, а от антидота я отупевшая, как курица.

   И добавила, видя, как он сжал губы:

   – Извини, милый, но я на последнем издыхании. Не обижайся. Принеси мне лучше прямо сюда ручку и бумагу. И...просто посиди со мной, ты придаешь мне уверенности.

   О чем говорилось на секретном королевском совещании, неведомо, ибо проходило оно за закрытыми дверями и тройным щитом придворного мага. Все присутствующие предварительно подписали договор о неразглашении полученной информации. Но зато, когда двери открылись, любопытствующие слуги могли увидеть выходящего начальника разведуправления, мрачного и качающего головой, руководителя государственного канала с парой журналистов, что-то взволнованно обсуждающих тихими голосами, начальника охраны дворца, главврача королевской поликлиники и даже известного певца Василия Луча. Были там и другие, не столь известные персоны. Все расходились с выражением некоей растерянности и задумчивости на лице. А уставшая и почти сорвавшая голос на убеждениях и уговорах королева сидела в опустевшем кабинете на столе и жадно пила воду из бутылки. Заглядывающие немногочисленные придворные видели, что стоящий рядом Святослав что-то взволнованно говорит ей. Сама же королева, такое ощущение, похудела вдвое и буквально почернела. До вечера у нее должна была состояться еще одна встреча – с вызванным Стрелковским консультантом по черным. А сейчас было время немного отдохнуть, переодеться, принять душ и пообедать.

   Консультанта по черным привезли телепортом ближе к вечеру. И можно было бы, наверное, выделить время и успеть заехать к Марине на соревнования, но заставить себя отвлечься от напряженной работы Ее Величество так и не смогла. Поэтому она попросила мужа взять младших девочек, кроме Каролинки, благополучно после обеда уложенной спать, и съездить вместо нее.

   Маришка наверняка расстроится, но она уже большая девочка и поймет объяснения матери. А времени просто нет, и терять его смерти подобно.

   Мага-консультанта звали Старов Алмаз Григорьевич, и жил он на окраине второго по величине города королевства Рудлог – Великой Лесовины. Лесовина была городом северным, и главной особенностью людей, проживающих там, была крайняя степень нелюбознательности. Соседи не лезли в жизнь друг друга и ничему не удивлялись, и именно поэтому там нашли прибежище чудаки, отшельники, художники, ремесленники и философы со всего королевства. В Лесовине не было многоквартирных домов, только частные, в большинстве своем необычные и яркие, частные владения, и поэтому она расползлась своими улочками и районами по окрестным лесам, как дрожжевое тесто.

   Жители были заядлыми охотниками, рыбаками – благо, местность, называемая в старину Тысячей Озер, грибниками.

   Иоаннесбург выглядел примерно так же еще сто лет назад, но столица развивалась бешеными темпами, а вот Лесовина осталась все той же.

   Пожилой маг, с чрезвычайно светлыми, словно прозрачными глазами и копной седых волос, вызвал у королевы почти благоговение. Он был очень мощным, она буквально видела свечение его ауры, и если у обычных магически одаренных это свечение было тусклым, как свет свечи в дальней комнате, то у Алмаз Григорьевича оно просто било в глаза, как в прожектор.

   В кратком досье, предоставленном Стелковским, было написано, что он более десятка лет назад ушел с позиции ректора Магического университета, которую занимал более тридцати лет, и ударился в философию и изыскания. Какое-то время даже работал придворным магом. Написал несколько толстых книг, понятных лишь специалистам, и то не всем. Периодически брал на стажировку студентов, половина из которых этой самой стажировки не выдерживала из-за неуживчивого нрава руководителя, и сбегала.

   Неизвестно, каким образом Игорь смог разыскать его, уговорить оторваться от своих дел и доставить в такое короткое время, но она понимала, что общение с этим человеком будет очень полезным.

   Но перво-наперво, не успели провожатые выйти из кабинета, а она – открыть рот, как Алмаз Григорьевич оглядел ее с ног до головы и сварливо заметил:

   – Что ж вы сжигаете себя, милочка? Если вы срочно не сбросите энергию, вы эдак и в сумасшедший дом попасть можете!

   Он покачал головой, а потом, как собака, втянул носом воздух:

   – Руки поотрывать тому магу, кто колет вам антидот! Блокаторы работают как мины замедленного действия, вы не сможете себя контролировать, если сорветесь. Умеете сами сбрасывать энергию?

   – Да оно как-то само получается, почтенный, – усмехнулась от такой отповеди королева.

   Он снова потянул воздух,

   – Да уж вижу, – он будто бы приглушенно выругался, – ничего не умеете. Папаня ваш такой же был. Сколько раз я говорил – приезжай ко мне на недельку, научу, пьянство это не доведет до добра.

   – А ...сейчас меня научить не сможете? – с надеждой спросила королева, которая с удивлением узнала о том, что сердитый профессор был знаком с папенькой, который, увы, свои дни закончил слишком скоро из-за безумных запоев.

   Маг покачал головой.

   – Простите, милочка, но для того, чтобы научить гигиеничному сбросу энергии, не хватит нескольких часов. Так что в этот раз сделаете, как умеете, только не дотягивайте до приступа, прошу, иначе последствия могут быть печальными. Не для вас, конечно, вам ничего не грозит. А потом приезжайте ко мне в Лесовину, я еще при вашем батюшке, в самом начале его правления, служил придворным магом, и о некоторых ваших родовых...особенностях осведомлен лучше, наверное, чем кто-либо в королевстве.

   Ирина-Иоанна расстроено подумала, что в ее ситуации «потом» может и не случиться. А вслух сказала:

   – Уважаемый профессор, собственно, для того, чтобы я могла со спокойной душой приехать к вам, мы и позвали вас. Я бесконечно благодарна, что вы смогли приехать, это огромная честь принимать вас...

   Профессор махнул рукой

   – Давайте к сути дела, милочка. Не будем терять время на официальщину, поверьте ,я ее наслушался в свое время по самое горло.

   Королева с некоторым раздражением и восхищением подумала, что только человек, который поднялся над повседневностью, может позволить себе так общаться с королевской особой. Хотя с чего ему благоговеть, если он старше ее раза в три и знал ее отца тогда, когда она еще не родилась?

   – Я хочу понимать, с кем имею дело, почтенный.

   И она подробно рассказала историю господина Смитсена, о чудесах, с помощью которых он воздействовал на ее подданных, о его неожиданном богатстве, и о его сегодняшнем нападении на нее.

   – Понимаете, – закончила она, – я мало встречалась с черными, хотя в свое время, пытаясь понять природу нашей родовой магии – ведь мы тоже умеем проклинать и воздействовать на сознание, много читала исследований про них. И у меня создалось впечатление, что подобная сила крайне нетипична для черного мага. Ведь когда он бросил в меня удушающей сетью, я чувствовала, что он, ну как сказать, просто балуется или проверяет меня, что для него это так же легко, как высморкаться. Я хочу понимать, достаточно ли у меня сил на щит от него и вообще – кто он такой?

   – Эх, молодежь коронованная, – вздохнул профессор, – да и папеньке вашему спасибо, что так рано отошел в мир иной и ничему вас не научил толком. Почему вы меня раньше не нашли, спрашивается?

   Королева пожала плечами

   – Да я как-то и не думала, что вы настолько осведомлены, – признала она.

   – Ваша семья и ваши многочисленные родственники, ваши многоюродные братья-сестры и так далее, никоим образом к черным не относится, потому что происходите вы от Красного первопредка, Ваше Величество, – произнес он торжественно. – Это магия крови, связанная с магией ментальной. У вас способности большей частью стихийные, проявляются неожиданно или в минуты стресса, но вам не нужно подпитываться от других людей, чтобы их использовать. Вы, скорее, – тут он хмыкнул, – используете людей, чтобы сбросить излишки энергии. А черные происходят, как нам известно, от Черного. И их отличительная особенность – они берут энергию не как вы, из своей крови, а вытягивают ее из других людей. Кстати, всегда думал,что любопытно было бы поставить эксперимент – взять красного за источник, а черного – за поглотитель источника. Считаю, что силы второго бы выросли многократно, если не до бесконечности. Такая вот у вас кровь, да...

   Так о чем это мы? – опомнился он.

   – Вы можете сказать, кто такой Фабиус Смитсен? – напомнила Ирина

   – Сказать не могу, предположить могу, – профессор подошел к окну, залюбовался парком.-Я, с вашего позволения, останусь сегодня во дворце, только пошлите сообщение моим ученикам, что я вернусь завтра. Мне бы надо посмотреть на него, прощупать. Вы удивительные вещи рассказали про случаи исцеления, – он покрутил пальцами нос, задумавшись. – Прямо можно подумать, что к нам сам Мессия заявился. Однако на Спасителя он, судя по вашему описанию, не похож, а чудеса творит. И если смерть легко устраивается ядом или проклятием, то восстановление парализованного человека или излечение от уже почти разрушившей тело болезни, к сожалению, ни магии, ни медицине неподвластно. Да и история с сменой личности весьма подозрительна, вряд ли ее можно объяснить только внезапно найденным богатством.

   – Так и? Кто это? – у королевы никогда не хватало терпения на долгие разглагольствования.

   – Думаю, кто то из младшего легиона, – легко сказал профессор, и королева непонимающе посмотрела на него. – Не демон, скорее бес, кто-то из привратников нижнего мира. Но еще раз повторю, что я могу ошибаться и хотел бы ошибаться. Я сам встречался с бесами всего дважды, очень и очень давно, когда еще учился в институте. Но пока все сходится – никто из Нижнего мира не может существовать наверху вне человеческого тела, а смена личности нашего подозреваемого в эту концепцию вполне вписывается. Надеюсь, вы понимаете, что когда я говорю «Нижний мир», я не имею в виду, что демоны и их подданные живут под землей, как гномы?

   Королева послушно завертела головой, хотя ничего такого она не понимала.

   – Нижний мир – понятие энергетическое, де-факто они существуют в другом, можно сказать, параллельном мире, который для них вполне материален, а для нас – эфемерен. Именно поэтому их тела не могут существовать в нашем мире, а наши – в их мире. Точнее, их тела не могут существовать тут долго из-за недостатка энергии для материализации, – он снова покрутил многострадальный нос. – Да, скорее всего наш клиент пришел оттуда. Ведь жители нижнего мира используют энергию смерти, как и черные, а, значит, легко управляются с материальным телом, могут восстанавливать его и убирать болезни. Мне удивительно самому про это говорить, потому что все выходы снизу давно запечатаны, никакой геомагнитной активности за последние пятьдесят лет я не наблюдал.

   – Но... в досье говорится, что перед тем, как вернуться сюда, группа Смитсена попала под обвал, их накрыло в какой-то пещере, – напомнила королева.

   – Мало, камнепад или даже оползень не может сгенерировать проход, – поморщился профессор. – Нужно мощнейшее землетрясение, да и то, такой проход очень недолговечен, закрывается через несколько минут после самого мощного толчка. Вот вулканы, разломы – там да, там могут быть более-менее стабильные проходы. Но через них обычно сначала массово лезет безмозглая, хоть и крайне опасная, нижнемировская живность. Их уничтожают, проход находят и запечатывают. Чтобы бес или демон незаметно захватил тело человека и в одиночку вышел наверх – это должно быть уникальное совпадение и должна быть какая-то важная причина для этого у нижних лордов.

   – И ...какая же? – обеспокоенно спросила королева. От обилия информации и новостей об их, таком знакомом и относительно безопасном мире, у нее снова разболелась голова.

   – Спланированная диверсия? – предположил маг, внимательно глядя на нее. – Мы для них не только источник энергии, но и тела для проживания в безопасном, уравновешенном мире. Хотя где демон – там уже о равновесии говорить не приходится. Но, – он спохватился, – это все может быть лишь моей фантазией, не более. Давайте, как решили, я завтра на него посмотрю, и потом уже продолжим общение.

   – Давайте, – проговорила растерянная королева. Демоны, бесы, маги и другие миры – этого оказалось слишком много для одной монаршей особы. Нужно было разложить все по полочкам, записать появившиеся вопросы, и, воспользовавшись тем, что профессор остается до завтра, вытянуть из него как можно больше информации. Особенно о своей семье. Отец умер, когда ей было 9 лет, и особо ничему научить не успел.

   Она распорядилась, чтобы профессора разместили со всеми почестями и удобствами, выполняли все желания, а сама села набрасывать список вопросов. Солнце уже клонилось к закату, должны были вот-вот вернуться старшие принцессы, когда к ней ворвалась Алина.

   -Мама, мама! – закричала она

   – Подожди, милая, – попросила королева, дописывая мысль. Иначе потом забудет. – Что такое?

   Оказалось, они с сестрами и Святославом вернулись с соревнований, и, пока отец общался с конюхами ( Святослав был страстным любителем лошадей), решили поиграть в прятки. И вот уже двадцать минут они с Мариной не могут найти Полинку. Внутренний компас ведет их в конюшню, но сестру там найти они не могут, на крики и просьбы выйти она не откликается.

   Все это королева выслушала, уже быстро шагая рядом с скачущей вприпрыжку Алиной по направлению к конюшням. "Боги, неужели ее похитили? Только не это" – внутри королевы все сжалось от страха за своего ребенка.

   У конюшен уже суетились вызванные Святославом стражники, слуги прочесывали окрестный парк. Однако невидимая нить притяжения от ее девочки явно тянулась в конюшню, рассеиваясь там, где, по идее, должна была прятаться Полина.

   – Ничего не понимаю, – говорил встретивший их на входе в конюшню Святослав. – И Алина, и Марина в один голос утверждают, что их тянет сюда. Не под землю же она провалилась!

   – На крыше смотрели? – спросила королева, входя в конюшню.

   – Да. Может, она ударилась об что-то и теперь без сознания? – предположил принц-консорт.

   В стойлах был полумрак – яркий свет в вечернее и ночное время делал лошадей тревожными. Растревоженные обилием чужих людей животные тихо фыркали и переступали с ноги на ногу. Марина с расстроенным видом стояла в центре конюшни, но пока держалась, не плакала.

   – Как соревнования, милая? – ласково спросила мать и королева, обнимая ее. Дочка несколько раз шмыгнула носом.

   – Заняла третье место, мам. Жалко, что не пришла. А теперь вот и Полли пропала, – и она всхлипнула.

   – В стойла заходили? – спросила королева, осторожно открывая первое, и внимательно оглядывая его. Тут стоял жеребец Святослава, и спрятаться было некуда. Во втором стояла кобылка Полинки и жеребенок. В третьем – было пусто.

   – Ничего не понимаю, – повторила она слова мужа. – Я ее тут чувствую. Должна быть здесь.

   – Мам, – Марина тронула ее за руку, – спасибо, кстати, за жеребенка. Она такая красавица!

   Королева почувствовала, как сильно забилось ее сердце.

   – Я не покупала никакого жеребенка, Мариш, – сказала она медленно, возвращаясь ко второму стойлу. Маленькая лошадка стояла, забившись в угол, и дрожала. – Святослав, – позвала она, чувствуя, как в ней поднимаются ужасные подозрения, – ты не покупал?

   Он отрицательно покачал головой. Подозванный конюх тоже не смог объяснить, откуда в стойле взялась новая лошадка.

   – Ой-ёй, – тихо сказала королева, зашла в стойло, не обращая внимания на недовольно метнувшуюся лошадь, подошла к жеребенку.

   – Полли? Девочка? – неуверенно позвала она.

   Кобылка мотнула головой и вдруг заплакала крупными слезами, покатившимся по рыжей шерстке, как маленький ребенок, и стала тыкаться носом в руки королевы. От осознания простой истины Ирина похолодела. Здравствуйте, седые волосы, удивительно, если в зеркале завтра она не увидит, что поседела по крайней мере наполовину. Ирина обняла малышку, и сама не удержалась от слез.

   – Святослав! – крикнула она. – Я не знаю ,что делать! Я никогда с таким не сталкивалась! Это Пол, она каким-то образом превратилась в животное, или кто-то ее превратил! Пожалуйста, вели позвать срочно остановившегося у нас профессора магии, может он поможет!

   К моменту прихода профессора ревела вся семья, обнимая и гладя лошадку и обещая, что все будет хорошо. Святослав поочередно успокаивал жену и дочерей, и сердился на задерживающегося мага. Он, женившись на Ирине, уже привык, что от жены и ее детей можно ждать чего угодно удивительного или непостижимого. Его собственная родовая магия была очень слабенькой, и в основном была направлена на понимание растительного мира – где какому дереву или цветку будет хорошо или почему болеет лес. Но эти превращения в животных или истерики старшей принцессы (или жены), это что-то непостижимое, конечно.

   – Эх, молодеешь, – недовольно покачал головой маг, увидев плачущих женщин. – Так, развели тут сырость, пре-кра-тить! Что случилось?

   – Вот, – королева показала на лошадку, – я думаю, что это моя дочка. Она как-то перекинулась, и, думаю, не знает, как перекинуться обратно. И я не знаю.

   – М-да, – профессор подошел к жеребенку, схватил ее за мордочку, посмотрел в глаза. – Вашего отца действительно стоило бы воскресить и хорошенько выпороть за то, что он не потрудился вас обучить. Вы что, не в курсе, что все Рудлоги – полиморфы?

   – Поли...что? – спросила королева, с тревогой наблюдая, как профессор что-то шепчет лошадке в ухо и она кивает ему в ответ.

   – Полиморфы, – повторил профессор. – Вы можете принимать форму любых живых и неживых существ, мимикрировать под них, если проще.

   – Я-я? – от удивления королева даже стала заикаться.

   – И вы, Ваше величество, и ваши дочери, это наследственная способность, – как дурочке, пояснил профессор Алмаз Григорьевич, – о Боги, как можно так жить, вообще ничего о себе не зная? Только для полиморфов есть ограничение – в ином состоянии можно находиться не более получаса, максимум – сорок минут, иначе сознание начнет меняться. Можно навсегда остаться в теле перевертыша, – и он ласково потрепал Пол по носу. – Будет перекидываться обратно, милая?

   Лошадка снова кивнула, и все затаили дыхание.

   – Тогда найди внутри себя узел энергии у солнечного сплетения, это называется якорь полиформы. И рассей его мысленным усилием, эй, только не так резко!

   «Лошадка» буквально на глазах перетекала в стоявшую на коленях голенькую девушку. Это выглядело как изменение формы капли воды – никаких отпадающих хвостов и отрастающих волос, просто перетекание. Пол стояла с закрытыми глазами, вся вспотевшая и трясущаяся и тоненько визжала от страха.

   – Вот умница, молодец, – профессор деликатно отвернулся, а Святослав снял рубашку и одел ее на дочку, затем поднял ее на руки и понес к дворцу. Остальные пошли за ним. Ирина же шла рядом с профессором, сокрушавшимся, что такая могущественная семья как их фактически глуха, слепа и безрука из-за безалаберности ее отца. Они договорились, что обязательно приедут к нему всей семьей научиться всему, что он помнит о способностях их семьи. Королева еще раз поблагодарила Алмаза Григорьевича, и он ушел к себе в покои.

   Пока врачи проверяли Пол, пока приехавшим старшим сестрам рассказывали, что случилось, пока Полина объясняла, как это у нее получилось: «Я просто захотела спрятаться и представила, как здорово бы было, если б я стала лошадкой, мам, и никто бы меня не сумел найти», пока все отпивались от стресса чаем с молоком и горячими булочками – прошло немало времени. Королева, в конце концов, добравшаяся до постели, уснула сном смертельно уставшего человека.

   А с утра началось полномасштабная контратака по всем информационным фронтам. Точнее, она началась еще вчера, с разведки боем, когда вернувшиеся с совещания с королевой работники телевидения запустили по государственным каналам двухчасовой фильм о достижениях за время правления королевы, особенно по сравнению с другими государствами.

   Популярный певец Василий Луч, имеющий долг чести перед королевой, вышел вечером на многотысячном своем концерте в футболке со словами поддержки королевы. А перед самой кассовой песней объявил, что он вместе с королевским двором запускает по всей стране музыкальные школы и школы искусств с питанием и проживанием для одаренных, но бедных детей, и что благодаря королеве все его концерты в следующем году будут бесплатными.

   Надо ли говорить, что об этом к вечеру гудела вся страна?

   Конечно, подвластные Смитсену СМИ сразу постарались опошлить этот шаг, задав вопросы «А почему этого нельзя было сделать раньше?» и «Интересно, сколько денег в карман положит певец за поддержку режима Рудлогов?». Но сразу после концерта Василий Луч дал интервью, в котором рассказал, что программа готовилась давно, и половина суммы – личные средства королевы, а половина с его помощью собрана у спонсоров и меценатов. Тут же показали счастливые лица бедно одетых детишек, которым предстояло учиться в школе, несколько интервью с их достойными многодетными родителями, взяли крупным планом наполненные слезами глаза простой бедной горожанки...короче, королева повела в счете.

   А с утра во вторник, после извлечения Полли из конюшни, отлично выспавшаяся и ничуть не седая Ирина-Иоанна с дочерьми вышли на трибуну перед протестующими. Королева выглядела простой и понятной в черной водолазке, забранными в хвост волосами и с минимумом косметики. Принцессы была юны, печальны и трогательны.

   Недавно проснувшаяся толпа застыла перед королевской семьей от изумления. И пока она не очухалась, королева начала говорить.

   Она говорила о том, что разделяет и понимает желание протестовать в сложных условиях жизни, но при этом уверяла, что делает все для преодоления кризиса. Королева описала, как болит ее сердце, когда она видит стольких неустроенных, но социально активных людей и поблагодарила за то, что они своей активностью донесли до нее проблемы в государстве, которые не всегда доносил кабинет министров во главе с премьером.

   Сказала, что имеет возможность, но не хочет отправлять их по домам силой, и поэтому для всех протестующих будут оборудованы палатки для сна – чтобы не спали на голой земле, переносные души, горячее питание. А для тех, кто потерял работу, сейчас же будет установлен стол от службы занятости со списком доступных вакансий – чтобы безработные смогли снова работать и кормить семьи.

   – Долой! – вдруг раздался крик из толпы, и несколько голосов поддержали его, но крикнувших быстро «замолчали» слушающие.

   А королева продолжала. Она льстила, подспудно угрожала, обращалась к родительским чувствам, к чувствам долга и достоинства. Она сказала, что из-за тяжелого положения в бюджете все на площади будет установлено на деньги, полученные от продажи их с принцессами личных драгоценностей, за исключением исторических или религиозных символов короны. И что каждый, абсолютно каждый человек на площади может оставить ей жалобу или просьбу в специальном ящике для писем, с которыми она обязуется разобраться. Все это касается всех протестующих во всех городах.

   И пусть ее провожали не бурными овациями, а всего лишь одобрительными аплодисментами, этот раунд она тоже выиграла. Естественно, выступление Ее Величества транслировалось в прямом эфире, и на особо спорных моментах камера демонстрировала очаровательную Каролинку, смущенно прячущуюся за мать.

   «Королева испугалась и пошла на уступки и подкуп протестующих!» – завопила смитсеновская пресса.

   «Сколько же надо мужества хрупкой женщине, чтобы не побояться без охраны с детьми выйти на площадь, полную ее недоброжелателей» – возражали им прокоролевские медиа.

   И не то, чтобы там не было охраны – на самом деле вся площадь была под перекрестным прицелом снайперов и охраной гвардейцев, переодетых в штатское. Но ведь знать об этом никому не обязательно, правда?

   Вопли воплями, а возможность поспать в нормальной постели, поесть горячей еды, помыться и получить работу всегда работают надежнее, чем эфемерные лозунги о справедливости и смещении власти. Если, конечно, вопящие не делают это за большие деньги.

   Через час после выступления того же дня королевская семья в полном составе дала развернутое интервью с ответами на прямые вопросы телезрителей. Были там и неприятные, и даже хамские. Однако все они были встречены с улыбками и понимающим киванием.

   – А как вы объясните тот случай, когда принцесса Ангелина черной магией чуть не убила нескольких десятков людей?