Текст книги "Менталистка в магической академии (СИ)"

Автор книги: Ирина Тигиева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

Я решила не задумываться о том, что он имеет в виду.

– И всё же я здесь, – повторила его фразу. – Говорю с тобой.

Ещё один пронизывающий взгляд, будто он хотел прочитать мои мысли. На всякий случай я постаралась защитить разум от чужого вмешательства, хотя и не чувствовала, что серокожий пытается в него проникнуть. По сосредоточенному лицу гостя тенью промелькнула улыбка.

– Вижу, твои силы вернулись.

– Значит, ты всё-таки пытаешься проникнуть в мою голову? – нахмурилась я.

– Если бы действительно пытался, ты не смогла бы мне помешать.

В голосе серокожего проскользнули едва заметные нотки снисходительности, и я не сдержалась. Сложив на груди руки, с вызовом вскинула подбородок.

– Хочешь попробовать?

Может, физически я ему и уступаю, но в отношении магии… Мои силы только вернулись, и у меня кожа зудела от желания наконец-то их использовать! А если верить тому, что узнала о реморра, передо мною достойный противник, с которым можно не сдерживаться. Но «противник» колебался. Тоже сложил на груди руки, копируя мой жест, и сузил глаза.

– Ты очень самонадеянна, как большинство человечков.

– Постоянно подчёркиваешь своё превосходство без малейшего на то повода с моей стороны и называешь самонадеянной меня?

– Твой уровень «хета» действительно не сравнится с моей силой, – всё то же снисхождение в голосе. – Я могу заглянуть в самые сокровенные уголки твоего сознания, о которых, вероятно, и ты не подозреваешь. Просто хочу, чтобы знала, чем это может обернуться. Ведь повод мне только что дала.

Я лишь небрежно дёрнула плечом.

– Попробуй.

– Человечки и правда забавны, – улыбнулся реморра, и его глаза будто вросли в мои.

Я тут же ощутила энергию чужого разума, ощупывающего мою защиту в попытках найти слабое место… и закрыла глаза. Как некогда в ментальном «поединке» с Ройгосом, представила, что моя сила подобно лунному свету прорезает тьму чужой энергии, но… в этот раз моим противником был не Ройгос. Сила серокожего не давила, не окружала, не разрушала – она просто вытесняла мою, лишая воли. Все выстроенные мною защитные «стены» рушились одна за другой. Я будто видела себя со стороны – его глазами. Вот я препираюсь с Иджем, утешающе касаюсь плеча Ройгоса… Неужели, когда говорила с ним, у меня и правда был такой размякший вид⁈ Вот выбиваю зуб синекожему вракку… Воспоминания проносились перед глазами… моими или его? И я никак не могла это остановить. Все недели в академии, декан Спур, профессор Вилл, Артар и его признание… Ещё немного – и серокожий дойдёт до моего испытания и выпускного… но этого я не допущу! Может, я и не сильнее его, но и не слабее! Просто пока не умею управлять моей магией, как он управляет своей… Научиться этому мне ещё только предстоит. Но начать можно прямо сейчас! «Подглядывание» через глаза оппонента – очень ловкий трюк. Так почему бы не обернуть его против «подглядывающего»? Новая картинка перед глазами: я вижу себя на вступительном испытании, смотрящей на девушку с лицом-маской. Но, вместо того, чтобы продолжить таращиться на девушку, как было на самом деле, мой воображаемый клон поворачивает голову и смотрит… прямо на зрителя. Я продолжаю ощущать силу реморра, вынуждающую меня отвернуться, снова посмотреть на девушку. Но не поддаюсь. Представляю его бледное лицо, белые с платиновым отливом волосы, очень светлые глаза, которые теперь кажутся светящимися, словно в них отражается магическое мерцание тоннеля… И что-то меняется. Уже не вижу ни себя, ни девушки, ни масок. Вокруг серые скалы и словно пронизанный серебристым туманом воздух… Высокие, тёмные шпили города… Множество дворцов, позолота… На улицах существа с такой же серой кожей, как у…

– Довольно!

Глава 17

Судорожно выдохнув, я словно выпала из тёмного коридора обратно на свет. Растерянно сморгнув, подняла глаза на стоявшего рядом реморра. На сероватом лице – недоверие, лёгкая ошарашенность и… что-то ещё. Брови сдвинуты, будто он обдумывает, придушить меня здесь или утащить в один из «домов боли», о которых говорил.

– Ты остановил наше состязание, – я постаралась, чтобы в голосе звучала спокойная уверенность в собственных силах, а не ликование. – Это приравнивается к поражению.

Но он меня будто не слышал, продолжая смотреть с тем же недоверием.

– Ты видела Латерру… моими глазами.

– Вашу столицу?

– Но это невозможно. Ни одному человечку такое не под силу, если только не… – он замолчал, задумался на краткое мгновение и, едва слышно проронив «Прости!», обхватил ладонями моё лицо.

Не знаю, что он собирался сделать, но, думаю, не отреагировала бы так, притронься ко мне не представитель расы «садистских убийц», как назвал их Терес. Моя ментальная волна была внезапной, стихийной и явно неожиданной не только для меня, но и для реморра. Его отнесло на несколько шагов и слегка приложило о стену. На красивом лице – ещё большая ошарашенность. Вероятно, ожидай он от меня такой реакции, успел бы подготовиться, а так…

– Что ты намеревался сделать? – я предостерегающе подняла руки.

– Теперь неважно, и так узнал что хотел, – он медленно двинулся ко мне. – Кто определил твой уровень магии?

– Никто, состязание…

– Но кто-то сказал, что у тебя уровень «хета»?

– Декан Спур.

– Во имя Отца Хаоса… – пробормотал мой гость. – Значит, всё действительно из-за тебя.

– Говоришь это во второй раз, но… что⁈

Серокожий смерил меня задумчивым взглядом, покосился на стену, в которой начал открываться тоннель, но я уже метнулась между ним и стеной.

– Даже не думай снова исчезнуть, прежде чем расскажешь мне всё! Когда ушёл в прошлый раз, не появлялся несколько недель! Ещё столько же ждать не собираюсь!

Реморра покачал головой.

– Твоя ментальная сила практически равна моей, но я всё же превосхожу тебя во всём остальном. Если хочешь, чтобы мы ладили, отучись говорить со мной, как с твоим вайшем.

– Он не мой! – буркнула я. – Но так и быть. А ты больше не называй меня «человечком»!

– Так и быть, – передразнил он. – Хотя это слово и подходит тебе лучше всего. Хрупкая, слабая…

– Не такая уж и слабая, если моя сила почти равна твоей!

– Да, – мрачно согласился он. – Это и приведёт к катастрофе именно из-за твоей слабости.

И, отвечая на мой недоумевающий взгляд, пояснил:

– Люди не рождаются с таким уровнем магии, потому что не могут ею управлять. Каким образом на свет появилась ты, да ещё и до сих пор сохранила рассудок, для меня загадка.

– Хочешь сказать, мой уровень магии… не«хета»? – кажется, выпалила это слишком громко.

В сознании тотчас пронеслись слова декана Спура: «Дигамма встречается необычайно редко, и родившиеся с таким даром крайне опасны. Считается, что человеческая психика не подготовлена к такой ментальной мощи, и, даже тренированные, люди с уровнем „дигамма“ ментально нестабильны»…

– «Д-дигамма»? – не может этого быть. – Но… почему декан Спур сказал, что у меня «хета»⁈

– Наверное, хотел тебя защитить. Человеч… люди с такой силой – опасность для всех, кто окажется поблизости. Ты взбудоражила Пустоту и ждущих в ней тварей, и одному Первобытному Хаосу известно, чем это теперь закончится!

– Да как я могла их взбудоражить? – совсем растерялась я.

– Пока не знаю. Сильная ментальная энергия для Шепчущих – как факел в ночи. Впервые за долгое время Пустота всколыхнулась чуть больше года назад в первый день осени. Волнение было несильным, но в этом году она всколыхнулась вновь, на этот раз по-настоящему, и с тех пор…

– Снова в первый день осени? – перебила я.

– Да, – чуть нахмурился реморра.

– В тот день было вступительное испытание в академию. Прощальный бал в моей школе всегда в последний день лета, а потом…

– Опиши его. Твоё испытание.

Удивляясь собственной откровенности с едва знакомым парнем из расы «садистских убийц», я рассказала о длинном коридоре с множеством дверей, о девочке с головой волка, о русалке-бибабо, очаровавшей парня, которого я пыталась спасти, и о несчастном со скованными руками.

– Скованными? – лицо реморра стало настолько напряжённым, что напряглась и я. – И что сделала ты?

– Хотела помочь, хотя девочка-монстр меня и отговаривала. Но, когда коснулась его, всё исчезло.

– И ты сразу оказалась в академии?

– Не совсем. Я провалилась в… бездну у самого порога арки. Но что-то вытолкнуло наверх… и вот я здесь, – попыталась улыбнуться, но поймала на себе немигающий взгляд реморра и передумала. – Почему ты так смотришь?

– Позволь заглянуть в твоё сознание, – он придвинулся, будто я уже согласилась. – Обещаю, что посмотрю только на испытание. Я должен увидеть всё своими глазами.

Но я, поёжившись, отступила.

– Я не причиню тебе вреда, Сетри. Что бы тебе ни говорили о моей расе, Шепчущие – наш общий враг.

Голос реморра стал почти ласковым, и я невольно вспомнила предупреждения Иджа о демоническом коварстве и лживости этой расы. Может, поздно об этом вспоминать после того, как выболтала все свои секреты. Но добровольно позволить копаться в сознании…

– Я мог бы заглянуть насильно и тогда увидеть не только испытание, но и всё, что меня интересует, – неожиданно заявил мой гость. – Однако хочу, чтобы ты мне доверилась. Это нелегко после всего, что ты о нас узнала. Но я расскажу то, чего не найдёшь ни в одной книге. Может, тогда посмотришь на меня другими глазами. Я – Лаэр Шеннаи, потомок одного из самых знатных и древних родов реморра. Когда люди только учились использовать камни и палки в качестве первых орудий, мои предки зажигали и гасили звёзды, перемещали светила из простой прихоти и правили тысячами планет. Это была величайшая цивилизация, какую знала Ашшара, павшая стремительно и низко, как никакая другая. Когда вся галактика склонилась перед нашей расой, нами овладело чувство вседозволенности и всемогущества. Благодаря ментальной силе, мы ощущаем эмоции, будь то боль или наслаждение, гораздо острее, чем другие расы. И когда охота за остротой ощущений превратилась в цель нашего существования, крах нашей цивилизации стал лишь вопросом времени. Мы погрязли в ужасных пороках, и даже почти уничтожившая нас катастрофа не смогла остановить это безумие. Когда занимаемые нами планеты были разрушены, мои предки укрылись в Сети и продолжили падение в бездну, одержимые жаждой удовольствий, которую никак не могли утолить. Хотел бы сказать, что конец безумию положило прозрение, и мы вспомнили о древних ценностях, сделавших нашу цивилизацию великой. Но нет. Причиной нашего перерождения стали созданные нами же чудовища, обитающие за тонкой гранью, отделяющей нас от окончательной гибели. Испытываемые нами наслаждения сотрясали Пустоту, наделяя ждущих в ней тварей всё большей силой. Ещё немного – и они бы уничтожили разделяющую нас грань и нас самих. Эта угроза вынудила нас заключить союз с расами по эту сторону Сети. Тварей удалось сдержать, а когда опасность отступила, самые разумные из нас вспомнили, кем мы когда-то были, и призвали отречься от сумасшедшей погони за удовольствиями во имя спасения. Призыв приняли не все, но здравомыслие всё же победило. Наш потворствовавший безумствам король и его приверженцы были изгнаны, власть перешла к Совету Десяти. Со временем мы научились не поддаваться нашей тёмной сути, контролировать наши желания и эмоции. Твари Пустоты присмирели и почти не давали о себе знать. Но всё изменилось в первый день этой осени, когда Шепчущие снова заявили о себе, угрожая гибелью моему народу, – не сводя с меня немигающего взгляда, он снова придвинулся. – Я должен знать, что произошло во время твоего испытания, Сетри.

Потрясённая рассказом, я молча смотрела на него. Вот почему набеги из Сети прекратились и реморра не показывались несколько поколений. В это время они «перерождались», борясь со своей «тёмной сутью». Но вот появилась я – «человечек» с ментальной силой, которой не должна обладать, и твари, способные их уничтожить, ожили…

– Почему «Шепчущие»? – сама не знаю, зачем спросила, и реморра, кажется, тоже не ожидал этого вопроса.

– Они – часть нашего сознания. Мы постоянно слышим их шёпот, зовущий во тьму, приглашающий отдаться нашим страстям и открыть им то, что осталось от наших душ. Мы поняли, что всколыхнувшя Пустоту ментальная сила исходила из академии, и пытались определить, что её породило. Попав к тебе, я думал, моё отклонение было случайным. Но сейчас понимаю: меня притянуло к тебе, хотя твои силы и были запечатаны. Теперь силы вернулись. А с ними вернулась и опасность, грозящая от Шепчущих.

– Они пытаются завладеть моим разумом, чтобы проникнуть в этот мир и устроить себе пиршество из энергий тех, кто его населяет, – пробормотала я. – А я стану одержимой, их смертельным оружием против всего живого…

Реморра ничего не ответил, но в подтверждении я и не нуждалась. Решительно подняла на него глаза и кивнула.

– Можешь начинать.

– Благодарю тебя, Сетри, – едва заметно улыбнулся он и впился глазами в мои.

Снова знакомое ощущение чужого присутствия в моём сознании, и я будто переношусь в роскошный особняк, в котором проходило моё испытание. Вновь вижу девочку с головой волка на верхней ступеньке лестницы, длинный коридор с множеством дверей и комнату с русалкой. Но картинки сменяют одна другую, словно в ускоренной перемотке, и всё замедляется лишь с появлением стены с прикованным к ней парнем. А потом – чернильная пустота, из которой меня вытолкнула неведомая сила… и вот уже, задыхаясь, я таращусь в светлые глаза реморра… Он цепко держит меня за плечи, взгляд мрачный… очень мрачный.

– Увидел? – я отстранилась.

– Да. Всё ещё хуже, чем я предполагал.

– Куда уж хуже!

Лаэр смерил меня пронизывающим взглядом.

– «Бездна», в которую ты провалилась у порога арки, и была Пустотой. Пойманная в ней душа утянула тебя за собой.

– Д-душа? – заикаясь, выдавила я и тут же, поражённая догадкой, выпалила:

– Тот прикованный парень⁈ Но разве он не был частью испытания? Идж объяснял, что менталистов проверяют на способность испытывать сострадание и…

– … ты его проявила, бросившись спасать человека от водяного чудовища. Но скованная душа – другое. Вообще, дух не может вырваться из Пустоты, потому что оттуда не…

– … возвращаются, – подхватила я. – Всё верно, но, получается, мне это удалось?

– Именно. Это значит, Пустота пришла в очень сильное волнение. Место проведения вступительного испытания находится между мирами. Это один из самых больших и сложных порталов в Ашшаре. Очевидно, грани между ним и Пустотой истончились, и твари почувствовали твою магию, едва ты появилась. Это заставило Пустоту содрогнуться – настолько, что пойманный в ней дух смог воззвать к тебе. Вероятно, из-за той же нестабильности в Пустоте и тебе удалось из неё вырваться.

– Меня что-то вытолкнуло. Может… тот самый дух? А что, если выбраться удалось и ему? И эта преследующая меня тень – он и есть⁈

– Невозможно. Духи не могут попасть в материальное измерение без плоти, – качнул головой Лаэр и без перехода спросил:

– Что тебе известно о не прошедших испытание?

– Только то, что они обычно возвращаются в свой мир, но уже лишённые магии… Думаешь, дух – один из этих несчастных?

Лаэр неопределённо повёл плечами.

– Тень, о которой ты говорила, появлялась после того, как запечатали твои силы?

– Появлялась. Но, чем больше об этом думаю… Кажется, она здесь не для того, чтобы мне навредить, скорее, наоборот… Можешь перестать так смотреть? Под твоим взглядом чувствую себя нелепым уродцем с тремя ногами и десятком голов!

Лаэр действительно таращился на меня неотрывно и не мигая, как на неведомую диковину. И теперь не отвёл взгляд, только улыбнулся.

– Подобный уродец удивил бы меня меньше. Человечек с силой, способной обратить в прах всё вокруг, непостижимым образом сохраняющий рассудок… Такое в принципе невозможно, и всё же ты стоишь передо мной во плоти.

Он вдруг протянул руку, легко коснувшись моего лица, и я невольно отшатнулась. Наверное, просто не ожидала такого от представителя расы «садистских убийц», пусть и «переродившихся». Улыбка на лице реморра тотчас перешла в усмешку.

– Мне пора! – коротко бросил он, и стена буквально разлетелась, полыхнув голубым свечением тоннеля. Ещё ни разу он не появлялся так стихийно.

– Ты ведь ещё придёшь? – я невольно шагнула к реморра.

Он обернулся, уже почти ступив в голубое сияние. По сероватому лицу проскользнула едва заметная улыбка, и сияющий свет его поглотил. А я растерянно смотрела на будто сросшуюся за его спиной стену.

Глава 18

Окружавшие меня адепты затаили дыхание, даже Идж перестал елозить под мантией. А декан Спур заговорил о событиях мифологической давности, когда Мундус был не более чем скоплением неисчерпаемых энергий и элементарной пыли, управляемой гравитационной силой миллиардов новорождённых солнц. Из этой беспорядочной круговерти возникли звёздные системы и планеты. Но прежде чем они окончательно сформировались и остыли, появились первые самосознательные существа – спириты. Они не имели плоти и, как порождения чистой энергии, просто дрейфовали в потоках космического эфира, питаясь энергией звёзд, лун и солнц. Мундус продолжал развиваться, и планеты новорождённой галактики породили новые формы жизни, состоящие из материи. Возникли первые цивилизации материальных существ. Эти древние цивилизации достигли небывалого развития, смогли путешествовать между звёзд, и то, что рано или поздно они обнаружат спиритов, стало лишь вопросом времени. Их столкновение вылилось в ужасную войну, едва не уничтожившую всю жизнь на просторах Мундуса. Многие расы были стёрты с лица планет, а потерпевшие поражение спириты были распылены на мириады частиц. Искры магии, вспыхивающие с тех пор в представителях разных рас и миров, и есть те самые частички спиритов, заряженные неисчерпаемой энергией Мундуса. Межмировая Академия была создана специально, чтобы собирать все эти искры-частички и превращать тех, в ком они проявились, в могучих, а, главное, сознательных магов, готовых принести пользу Мундусу и прочим мирам.

– Это – общая история Мундуса, – звучал тихий голос декана. – Но к ней есть и добавление. Более тёмное, более зловещее, касающееся в первую очередь нас, менталистов. Пространственное безвременье или Пустота, связующая планеты невидимой паутиной, на самом деле совсем не пуста. В ней обитают Те-Кто-Ждёт —бестелесные и вечно голодные твари, мечтающие вырваться в материальный мир и поглотить души всех в нём живущих. В материальном мире они могут существовать только в физической оболочке, овладеть которой могут, лишь овладев разумом оболочки. Но большинство созданий материального мира слишком слабы для подобных манипуляций. Они даже не способны услышать зов тварей Пустоты, и остаются для них невидимыми. В отличие от менталистов. Сила пробуждающегося менталиста – это необузданная сила новорождённого ребёнка, которому даны ключи к божественности. Чистая, не ограничиваемая обучением или опытом ментальная магия может погубить всё живое вокруг, и её ослепительное сияние манит Тех-Кто-Ждёт. В своём вечном голоде они тянутся к мерцающему свету души менталиста и, как одержимые, стремятся проникнуть в наш мир, чтобы овладеть этой душой и поглотить все остальные, какие смогут найти. Чем необузданнее магия менталиста, тем заметнее он для Тех-Кто-Ждёт, и тем неодолимее для него сила их притяжения.

Декан Спур замолчал, как бы давая время осмыслить его слова. А я ощутила знакомое касание к моему разуму, о котором со вчерашнего дня уже забыла, и неожиданно для самой себя выпалила:

– А что происходит с менталистами, если Те-Кто-Ждёт всё же завладеют их разумом?

– Они становятся одержимыми и очень опасными, – декан будто ждал моего вопроса. – Такие менталисты могут нарушить границы реальности и впустить сюда тварей. Могут дать им плоть и превратить их в осязаемые кошмары.

– Такое уже случалось? – голос принадлежал Ройгосу.

– Увы, да. Последствия были катастрофическими, а ментальная магия стала запрещённой на многие столетия. Но теперь нам вновь дан шанс доказать, что наши выдержка и разум сильнее зова Тех-Кто-Ждёт в Пустоте. Я, как и все магистры нашего факультета, сделаем для этого всё. А теперь пусть каждый из вас зажжёт на этом небе звезду, насколько возможно яркую.

Я скорее чувствовала, чем видела, как адепты неуверенно завертели головами. Но вот в чернильном небе вспыхнул голубоватый огонёк, а за ним ещё несколько…

– А ты чего ждёшь? – зашипел мне на ухо Идж.

Как «зажечь звезду», я не имела ни малейшего понятия. Наверное, просто представить и… Моя звезда, немного крупнее остальных, вспыхнула ярким белым светом.

– Ух ты, Сетри! Это твоя? – шепнул Артар. – Я постараюсь зажечь мою рядом с твоей.

Но уже в следующее мгновение рядом с моей зажглась вовсе не звезда Артара. Большая, зеленоватая, она сияла ярче и ярче, явно пытаясь затмить мою звезду. Ройгос. Ярость охватила меня мгновенно и без остатка. Заглянув накануне в сознание ултуана, я почти испытала жалость. Детство, какое было у Ройгоса, я пожелала бы разве что заклятому врагу. Но как бы жестоко ни обращались с ним родители, я не позволю этому заносчивому существу бороться со своими комплексами за мой счёт! Моя звезда полыхнула и исчезла, а звезда Ройгоса в тот же миг пошла трещинами. Он сопротивлялся. Я чувствовала волны его магии, пытавшиеся остановить мои, и усмехнулась. В мгновение ока несколько паривших в вышине планет закружились вокруг разрушающейся звезды Ройгоса и, сойдясь вместе, размололи её в песок. Ройгос глухо зарычал, а я, уже не в состоянии остановиться, смотрела, как рассыпаются пылью планеты, как вспыхивают и гаснут разноцветные звёзды, как…

– Сетри, остановись! – два голоса прозвучали одновременно.

Один – декана Спура, в моём сознании, другой – Иджа, у моего уха, и я пришла в себя. В тот же миг, видимо, подчиняясь воле декана, небо посветлело и окрасилось в цвет утренней зари. А я слабо вздрогнула… На какое-то мгновение показалось, рядом со мной замерла тень, та самая, которую я видела в моей комнате и в Зале Тысячи Столов во время стычки с Ройгосом. Но наваждение тотчас прошло…

– На этом я заканчиваю лекцию, – объявил декан. – Все свободны, кроме Ройгоса и Сетрии.

Артар неприязненно покосился на Ройгоса и шепнул мне:

– Буду ждать тебя снаружи, Сетри.

Там-Талил, проплывая на плече шилу мимо Ройгоса, показала язык и, пискнув «Гадкий лишайник!», повернулась к ултуана спиной. А Идж, расположившись на моём плече, будто собирался провести на нём весь остаток жизни, с важным видом заявил:

– Представь, в какие ты попала бы неприятности, не останови я тебя только что!

Но декан тут же осадил возгордившегося вайша:

– Ас-сайед Идж, я хочу поговорить только с Сетрией и Ройгосом.

Вайш вскинулся, как кобра, выпустил язык, но спорить с деканом не решился. Сполз на пол и, обиженно шипя, зазмеился к выходу. Мгновение – и в зале остались только Ройгос, делающий вид, что меня не замечает, я и невозмутимый декан Спур.

– Вы оба прошли испытание, – без предисловий начал он. – Это значит, вы оба достойны учиться на этом факультете. Состязание позволило выявить, что ваши уровни магии приблизительно равны. Но, во избежание дальнейших недоразумений и попыток что-то себе доказать, я надеюсь, после этого разговора вы прекратите бесполезные и небезопасные стычки. Ройгос, – суровый взгляд светлых глаз обратился на ултуана. – Как бы тебя это ни задевало, Сетри сильнее тебя. Прими это и…

– Невозможно! – процедил Ройгос.

– Поверь мне, – ледяным тоном отрезал декан. – Вы оба ещё не контролируете свою магию, и я запрещаю вам сходиться в поединках по любому поводу. Сейчас я прошу ко мне прислушаться, но ещё одна демонстрация силы, как только что, – и разговор будет иным.

Лицо Ройгоса казалось окаменевшим. Он смотрел на декана Спура, будто был головы на три его выше.

– Я знаю, что ты думаешь, Ройгос, – проронил декан. – Но титул твоего отца имеет значение только на Волторисе. Здесь ты – адепт моего факультета и должен придерживаться правил, как все. Это понятно?

Ройгос вскинул голову, но тут невидимая изнутри дверь распахнулась, открыв стоявшую на пороге женщину. Тонкая фигура, тёмные волосы – я узнала заведующую кафедрой Ларту Вилл.

– Прошу прощения, декан Спур, – улыбнулась она.

Лицо декана едва заметно смягчилось. Он устремил на женщину задумчивый взгляд и, видимо, получив сообщение, предназначавшееся только для него, кивнул:

– Хорошо, сейчас подойду. Что до вас двоих, – снова взгляд на Ройгоса и меня. – Надеюсь, подобных ситуаций больше не возникнет. Вы не враги. Враги – там, в Пустоте. То, что вам удалось избежать их власти во время вступительного испытания, не значит, что вы в безопасности от них навсегда. Они ждут. Всегда. Вы оба свободны.

Ройгос, не оглядываясь, направился к выходу, а я, сделав несколько шагов в том же направлении, остановилась.

– Декан Спур… что происходит с одержимыми менталистами? Их ещё можно спасти?

– Странный вопрос, – взгляд декана стал немного острее. – Одержимостью называется окончательное слияние разума менталиста с разумом твари из Пустоты. К этому моменту точка возврата считается уже пройденой. Единственная возможность остановить такого менталиста – уничтожить вместе с овладевшей его разумом тварью.

– Понимаю, – тихо проговорила я. – Спасибо за ответ.

И, не оборачивась, засеменила к выходу. Поздоровалась с зав. кафедрой и, стараясь не замечать её внимательный взгляд, уже почти прошмыгнула мимо – к стоявшим поодаль Артару, Иджу и Там-Талил, как вдруг она меня остановила:

– Сетрия Тархи с планеты Хэш, верно?

Я подняла на неё настороженный взгляд.

– Да.

Она скользнула глазами в сторону ожидавшего меня «эскорта», в переход, в котором только что исчез Ройгос, и улыбнулась.

– Буду рада, если заглянешь ко мне в кабинет, Сетрия Тархи. Мне интересно пообщаться с тобой.

– Да, конечно, – пробормотала я.

– Я дам знать, когда это будет удобнее всего, – снова улыбнулась она.

И я, растерянно кивнув, заторопилась к моему «зверинцу». Отмахнулась от обеспокоенных расспросов Артара, пригрозила запереть в комнате Иджа, попытавшегося снова забраться ко мне на плечо, согласилась с Там-Талил, что в следующий раз нужно «растереть лишайника в пыль»… и подумала: все они общаются со мной без малейшего напряжения, без страха перед моей неконтролируемой силой. Но почему мне стало так не по себе, когда декан рассказал о Тех-Кто-Ждёт? Почему я начала ощущать лёгкие прикосновения к разуму, едва ступила на землю академии? Что, если моя «необузданная магия» на самом деле привлекла кого-то из Пустоты? Ведь прикосновения к разуму я ощущаю именно в моменты, когда моя сила выходит из-под контроля. А эта тень, которую никто, кроме меня не видит… И тут же мысленно осеклась: Терес Велха и его взгляд будто сквозь меня… Что, если он видит эту тень рядом со мной⁈

– Сетри, – Артар легко тронул меня за локоть. – Что с тобой?

– Всё хорошо, – через силу улыбнулась я. – У нас ведь сейчас экскурсия по академии? Не опаздываем?

– Нет, время ещё время есть. Но уже можем пойти к месту сбора.

– Может, хотя бы раз не придётся бежать, – съехидничал Идж.

Я слушала их вполуха. Терес Велха – нужно поговорить с ним и, чем скорее, тем лучше!