Текст книги "Менталистка в магической академии (СИ)"

Автор книги: Ирина Тигиева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 9

– Входи, Сетрия Тархи, – высокий рептилоид открыл передо мною дверь, на которой лиловым светом переливалось: «Заведующая кафедрой Ларта Вилл».

Она не забыла о своём намерении «пообщаться» и прислала за мной аруджа накануне торжественного ужина, который отметит официальное начало учебного семестра. Этого начала я ждала с большим нетерпением. Шесть дней прошло с первой лекции «Введение в мир Ашшары», на которой мне в очередной раз пришлось померяться силами с Ройгосом. После этой были и другие вводные лекции, довольно познавательные, но ни одного практического занятия. А практика интересовала меня больше всего. Хотелось узнать: на что же я способна на самом деле?

– Сетрия, прошу, садись.

Завкафедрой указала рукой на диван возле стены и, подождав, пока я сяду, предложила:

– Выпьешь чаю?

– Да, спасибо… профессор Вилл.

– Ты наверняка задаёшься вопросом, зачем я пригласила тебя, – она разлила чай и протянула мне чашку. – Мало подобных тебе попадает на этот факультет.

– Людей? – не удержалась от уточнения я.

Она улыбнулась.

– Планета Хеш – одна из самых отдалённых и малоразвитых. Ты из простой семьи и всю жизнь подвергалась насмешкам от влиятельных представителей твоего мира. Но ты наказала их. И наказала жестоко.

– Декан Спур рассказал? – поморщилась я.

Завкафедрой – одна из немногих, кто ни разу не попытался проникнуть в моё сознание. Значит, узнала о моей тщательно оберегаемой тайне от кого-то другого, например, от декана. Но профессор Вилл покачала головой.

– Тогда как? – растерялась я.

– Не все менталисты прибегают к телепатии, чтобы прочитать мысли. Я видела, как ты смотришь на Ройгоса. И знаю о ваших стычках. Ты видишь в нём одного из тех, кто обижал тебя на Хеше, ведь так?

Я молча отвела глаза, а профессор Вилл продолжила:

– Очень понимаю тебя, Сетрия. Но ярость и ненависть опасны для любого менталиста, особенно для такого сильного и неподготовленного к этой силе, как ты.

Я неуверенно посмотрела на неё, не решаясь заглянуть в её сознание, но профессор едва заметно кивнула, и я пробормотала:

– Вы с планеты Вракс… Никогда не знали своих родителей, дитя улиц. Вы… – и запнулась, не веря в то, что увидела в её сознании.

– Да, – тихо подтвердила она. – Мне тоже пришлось пройти через многое, и я заставила виновных пожалеть обо всём. Но, судя по тому, как тщательно ты скрываешь произошедшее с твоими обидчиками, твоё наказание для них было более жестоким, чем моё для моих.

Профессор права. Её преследовали всё же сохранили рассудок. В отличие от моих. Юсус, Усем, Саден, Гвафа… нет, я не испытываю чувства вины, но эти имена останутся в памяти до конца моих дней. Как и их «новые» лица – лица беспомощных идиотов. Я уничтожила их сознание, и восстановить его не в моих силах. Но именно это я пообещала их семействам через посланного за мною охотника: вернуть отпрыскам разум, если семейства не причинят вреда моим родителям. Это сработало. Благодаря всепроникающей пронырливости Иджа два дня назад я получила весточку из родного дома. Родители вне себя от радости, что «ужасная академия» меня «не поглотила». Безопасности их ничто не угрожает, но за каждым их шагом следят – на случай, если я вздумаю появиться…

– Я вижу, всё это не наложило на тебя печать, Сетрия, – голос завкафедрой вернул меня из воспоминаний обратно в кабинет. – Ты прошла испытание и пока что в силах остановиться, не причинив Ройгосу настоящего вреда. Но ты ещё не владеешь всей заложенной в тебя магией. Чем больше ты будешь ею овладевать, тем труднее будет её контролировать. Тогда любая вспышка ярости может оказаться фатальной не только для того, на кого она направлена.

– И… что тогда делать? – неуверенно спросила я.

Профессор Вилл улыбнулась.

– Научиться контролировать магию нелегко. Но ещё труднее научиться не использовать её, когда без неё можно обойтись. А одно невозможно без другого.

Она вдруг замолчала, будто прислушиваясь, и поднялась с дивана.

– Спасибо, что зашла, Сетрия. Я рада, что нам удалось поговорить.

Встав вслед за ней, я тоже пробормотала «Спасибо» и направилась к двери, но у порога остановилась.

– А насколько велика опасность, исходящая от Тех-Кто-Ждёт?

В глазах профессора Вилл мелькнуло едва заметное напряжение.

– Пока ты в академии, никакой. Магический купол защищает от бед это место. Почему ты спрашиваешь о тварях Пустоты?

Я пожала плечами.

– Декан Спур предупреждал о них, мне стало любопытно. Ещё раз спасибо за чай, – и шагнула за порог.

Интересно, как бы она отреагировала, расскажи я ей о тени. Наверняка бы захотела бы покопаться в моём сознании. Но я к этому не готова. Сначала хочу разобраться во всём сама и поговорить с Тересом Велхой. За последние дни я видела его раза два и то мельком. На вводных лекциях он не присутствовал и на трапезах почти не появлялся, вроде был занят каким-то поручением декана. Но всё это время тень меня не тревожила, и я решила терпеливо дождаться начала занятий. На практических курсах мы с Тересом наверняка увидимся, тогда и выберу момент, чтобы с ним поговорить. А пока нужно подготовиться к праздничной трапезе. Начнётся она с приветственной речи ректора и представления деканов всех факультетов, видимо, чтобы адепты хотя бы знали их в лицо. А уже во время трапезы у адептов появится возможность поближе познакомиться между собой. На вводных лекциях я уже сталкивалась и с чопорными медикусами – адептами факультета целительной биомантии, с флоромагами, увитыми растениями с ног до головы, с артефакторами, от которых постоянно слышались тиканье и постукивание каких-то механизмов, скрытых в складках их мантий, с анимагами и магами-повелителями стихий… Но на лекциях мы почти не общались, слушая профессоров, а после каждый нёсся на следующую лекцию, так что было не до знакомства. Зато во время трапезы… Почти бегом я помчалась к моей комнате, а, влетев в неё, закатила глаза. На диванчике в театральной позе почившего дождевого червя – хвост бессильно свисает, лапки откинуты на подушки, развалился Идж. Когда я вошла, он даже не пошевелился.

– И долго ещё будешь страдать? – поинтересовалась я.

Он только тяжко вздохнул и отвернулся. День для вайша не задался с самого утра. На завтраке не было его любимого десерта из корней ваточника, потом меня вызвали к завкафедрой, и я отказалась брать его с собой. Но самым большим ударом для моего прожорливого «питомца» было то, что он не попадёт на торжественный ужин.

– Идж, – я подошла к дивану, и вайш с надеждой повернулся ко мне. – Хочешь, принесу тебе еды с праздничного стола?

Думала, этим его задобрить, но Идж возмущённо приподнялся и швырнул в меня подушечкой.

– Объедки⁈

– Почему объедки? – увернувшись от подушечки, я вознамерилась стащить Иджа с дивана за хвост, но передумала. – Положу всё в тарелку, никто, кроме меня, не будет её касаться.

– Обойдусь! – вайш нервно выпустил язык и снова упал на диван. – И это неблагодарное существо я вынужден оберегать! Во имя Безумного Ползуна, чем я так провинился перед предками, что они…

– Хорошо, хорошо! Только не причитай! – я зажала ладонями уши. – С самого утра меня донимаешь!

Идж тут же поднялся с диванчика.

– Правда? Возьмёшь меня?

– Куда тебя девать!

Вайш подозрительно сощурил глаза и погрозил пальцем.

– Если соврала, пожалеешь!

– Уже жалею! – фыркнула я и пошла к шкафу.

Никакой «праздничной» одежды, кроме платья, сшитого мамой для выпускного, у меня не было, и я решила пойти в нём. Устав пререкаться с Иджем, чтобы он покидал комнату, когда мне нужно переодеться, я соорудила небольшую ширму, за которой скрывалась всякий раз. Теперь, надев платье, выплыла к зеркалу и, поправив мерцавший сиреневым светом кулон, удовлетворённо кивнула. Прай как ни в чём не бывало подсевший к нам на следующий же день после нашего «объяснения», всё-таки отвёл нас к свой знакомой – адептке факультета артефакторики. И та сделала для Артара и меня кулоны из наших камней-накопителей. Я до сих пор улыбалась, вспоминая этот визит и визг Там-Талил при виде механического щупальца, выскользнувшего из-за плеча девушки. Артефакторы помешаны на технологиях и механизмах, нередко «приращивая» к своему телу подобные «приспособления». Но Там-Талил нашла подобное «украшение» отвратительным и заявила, что с «гадкими» артефакторами общаться не будет и на их факультет больше не пойдёт…

– Сколько ещё будешь на себя таращиться?

Я раздражённо повернулась к Иджу, но тут же округлила глаза. Пока переодевалась я, вайш тоже успел приодеться. Тюрбанчик и одежда с позолотой, на шее изумруд в красивой оправе… Поймав мой взгляд, он нетерпеливо махнул лапками.

– Идём! Или хочешь опоздать и туда?

Вздохнув, я накинула на плечи мантию.

* * *

Когда мы вышли в переход, воздух зазвенел от пронзительного «Тархи-Тархи-Тархи!», и к нам подскочил Артар с радостно пищащей Там-Талил на плече. Луана тоже нарядилась: в белоснежное платьице с блёстками. Летать, как раньше, она ещё не могла, но уже перелетала с одного плеча на другое и тут же опустилась на моё.

– Даже это насекомое берут на ужин, а ты хотела уйти без меня! – прошипел Идж.

– Ты выглядишь очень красиво, Сетри, – улыбнулся Артар.

– Ну да, в этом платье ты её ещё не видел! – съехидничал Идж.

– Ты тоже, Артар, – проигнорировала я реплику вайша. – Идём?

К залу мы подошли одновременно с несколькими десятками адептов, и я с любопытством завертела головой. Вот это разнообразие! И очень много людей – совсем не как на нашем факультете…

– Плохой эремурус, очень плохой!

Я с удивлением воззрилась на девушку с зеленоватыми волосами, возмущённо отчитывавшую… растение высотой в средний человеческий рост! Оно торчало из горшка, который девушка, видимо, принесла с собой, и как будто сокрушённо хваталось узкими, длинными листьями за свечеподобный цветонос с мелкими розовыми цветочками.

– Сколько пыльцы! – продолжала возмущаться девушка, протягивая растению край своего одеяния болотного цвета. – Разве можно чихать прямо на мою мантию⁈

– Посмотри, она даже безмозглое растение притащила! – не унимался Идж. – Да и другие пришли с насекомыми, птичками, ящерками – невесть с кем! А ты не хотела брать меня!

– Терес сказал, на ужине присутствуют только адепты, – развела я руками.

– Я пошутил, – произнесли за моей спиной.

И, резко обернувшись, я завязла в пристальном взгляде Тереса Велхи.

– Пошутил⁈ – возмутился Идж.

Терес на него даже не глянул, не сводя глаз с меня.

– Привет, Сетри. Сядем вместе?

Артар злобно фыркнул, и я словно очнулась от транса, в который всякий раз погружал взгляд странного разноглазого парня.

– Спасибо, Терес, но я не одна.

– Пусть садятся с нами, – махнул он рукой.

– Сетри! – к нам подлетел сияющий Прай, но увидел Тереса и сдвинул брови. – Кажется, с тобой у меня будут неприятности, незнакомец.

Красивое лицо «незнакомца» не выразило ничего.

– Может быть, – пожал он плечами. – Идём, Сетри.

Распределения по факультетам за столами не было, и наша компания направилась к первому попавшемуся.

– Попробовать бы кровь менталиста! Ты уже пробовал? – раздался где-то рядом приглушённый голос.

Мимо нас проходили несколько… поистине отталкивающих индивидов в алых мантиях. Очень худые, с бледной кожей, глазами кровавого оттенка и белёсыми, как нити паутины, волосами, они тихонько хихикали, обнажая мелкие заострённые зубы.

– Сангвоманты, адепты факультета магии крови, – пояснил Терес.

– Уже где-то насосались «сырья» и теперь ведут себя ещё несноснее, чем обычно, – с отвращением добавил Идж.

– И после этого наша магия считается опасной? – поёжилась я, глядя вслед сангвомантам.

Один, полуобернувшись, поймал мой взгляд и послал воздушный поцелуй. А потом снова повернулся к «своим», что-то зашептал им, и все захихикали.

– Они просто омерзительны! – передёрнулась я.

– Но, в принципе, безвредны, – улыбнулся Терес. – И выглядят так… странно, только когда примут слишком много «сырья», как назвал это твой вайш.

И галантно отодвинул стул, как бы приглашая меня сесть. Еда уже была на столах, и Идж, плюхнувшись по левую руку от меня, тут же потащил к себе ближайшее блюдо. Терес сел справа от меня, и я, стараясь не обращать внимания на буравящие взгляды Артара и Прая, занявших места напротив, мысленно обратилась к нему:

– Тебя долго не было.

– Выполнял поручение за пределами академии, – так же мысленно ответил он.

– Я хотела поговорить с тобой, точнее… кое-что спросить.

Он повернулся ко мне и очень тихо произнёс:

– Я тоже.

– Приветствую всех адептов, начинающих и продолжающих обучение в нашей Межмировой Академии!

Звучный голос раздался с возвышения, на котором собрались деканы всех факультетов. Принадлежал он высокому старику с удивительно тёмными для такого возраста волосами.

– Это – ректор Элеазар Тейс, – пояснил Терес. – Многие его боятся, но не менталисты. Наш факультет существует благодаря ему. А ещё говорят, он побывал в Пустоте и оказался единственным, кто из неё выбрался. Но я в это не верю.

– Почему?

В глазах Тереса мелькнул едва заметный огонёк, а на лицо будто упала тень.

– Потому что никто не выбирается из Пустоты, не оставив что-то в ней.

– Что ты имеешь в виду? – прошептала я.

Но он лишь качнул головой и отвернулся. А я снова почувствовала, как что-то касается сознания, но не легко, как обычно, а настойчиво, пронизывающе… Приветственная речь продолжалась, но я уже не могла на ней сосредоточиться. Странное волнение охватывало всё сильнее, будто разливалось по венам вместе с кровью. Что, если это – реакция на близость Тереса Велхи? Но это точно не тот трепет, который испытываешь рядом с тем, кто вызывает интерес. Единственное, что интересует в Тересе меня, видит ли он тень, которую вижу я. И он только что сам заговорил о Пустоте… так, может, спросить прямо сейчас?

– Терес, – начала я, он повернулся… и я резко отшатнулась, чуть не свалившись со стула.

– Что с тобой, Сетри?

Не знаю, кто произнёс этот вопрос: Терес, Артар, Прай… или все трое. Я метнулась растерянным взглядом по их лицам и, пробормотав «Всё хорошо, сейчас вернусь», бросилась к выходу. Речь ректора ещё не закончилась, кажется, на меня устремились недоумевающие взгляды адептов, но мне было не до них. Только что, когда Терес повернулся, мне померещилось, что вместо него я вижу ту самую преследующую меня тень! Вылетев из зала, я добежала до ближайшей колонны и бессильно прислонилась к ней. Что же со мной происходит?

– Манмера. Почему ты здесь?

Я чуть не застонала. Ко мне направлялся Ройгос в сопровождении неизменной свиты. Только этого ядовитого «лишайника» и не хватало! Все прошедшие дни он упорно делал вид, что меня нет, но, увидев сейчас одну, всё же не удержался от соблазна поиздеваться. Продолжая подпирать колонну, я посмотрела на него и небрежно бросила:

– А ты?

– Не тебе задавать мне вопросы, – отрезал он.

У меня не было ни малейшего желания ввязываться в очередную склоку, и я устало махнула рукой.

– Тогда проходи мимо, Ройгос.

«Подданные» ултуана зароптали, а сам он усмехнулся.

– Ты смеешь приказывать мне? Каким бы уровнем магии ни обладала, ты всё та же манмера, единственные друзья которой – ничтожества вроде шилу, луан и пресмыкающихся!

И я не выдержала. Отлепившись от колонны, стала напротив него и вскинула голову.

– Вайшев, не пресмыкающихся. И «ничтожны» не мои друзья, а ты, неспособный смириться с тем, что «манмера» заглянула в твоё сознание и увидела твою слабость!

Ментальная волна Ройгоса была настолько внезапной, что я не успела защититься, и он проник в моё сознание, яростно въедаясь всё глубже, прежде чем мне удалось его вытолкнуть. Отшатнувшись, я вскинула на него яростный взгляд. Иджа рядом нет. Если схлестнёмся сейчас, остановить меня будет некому. Но Ройгос не спешил нападать. На его губах змеилась ехидная усмешка.

– Теперь и я знаю твою слабость, Сетрия Тархи с планеты Хеш. Ты и там была выскочкой, замахнувшейся на тех, чьё положение несравнимо выше твоего, – и, полуобернувшись к одобрительно ухмыляющейся свите, добавил:

– Хотите знать, как они называли её, и что делали с ней, когда…

Договорить он не успел. Мой кулак шарахнул его в челюсть – точно, как учил папа, и ултуана пошатнулся. У свиты вырвался дружный вздох ужаса, а я ударила растерявшегося Ройгоса ещё раз, разбив ему нос до крови. Алые брызги испачкали моё платье, и… мной овладело безумие. Ултуана пытались оттащить меня от Ройгоса, а тот пытался защититься, но я продолжала обрушивать на него удар за ударом, всё больше теряя над собой контроль. Так вот что имела в виду завкафедрой, когда советовала не прибегать к магии, если можно обойтись без неё! Магия мне действительно не нужна, чтобы проучить этого заносчивого, нахального, никак не оставляющего меня в покое…

– Сетри! Сетри, остановись! Остановись! – вопли доносились словно издалека.

А потом в меня что-то вцепилось, оторвало от Ройгоса, что-то холодное шлёпнуло по щеке, я хлопнула глазами… и начала приходить в себя. Чем-то вцепившимся оказался Терес Велха, он и сейчас держал меня за плечи. А по лицу меня шлёпнул Идж…

– С ума сошла устраивать драку, да ещё и на торжественной трапезе⁈ – выпалил вайш. – Теперь вообще не буду от тебя отходить!

– Что произошло, Сетри?

Я перевела глаза на произнёсшего это Артара, потом на место, где оставила Ройгоса, и похолодела… Встрёпанный ултуана с окровавленным лицом тщетно пытался подняться на ноги, а вокруг него валялась его бессознательная свита, будто отброшенная сильной волной. Я в ужасе отшатнулась от Тереса.

– Это… сделала я?

– А кто? – Идж махнул лапками. – Оглушила ултуана ментальной волной, а Ройгоса вообще чуть в пол не вбила! Знаешь, что за такое может быть⁈

Я попятилась, растерянно посмотрела на Тереса, на Артара, на бросившегося к нам и тотчас замедлившего шаг Прая и пробормотала:

– Мне нужно побыть одной… Мне нужно… – не закончив фразу, развернулась и понеслась прочь.

Переход, ещё переход… вот и моя комната. Влетев в неё, я захлопнула дверь и рухнула на диван. Тело дрожало, как после сильной физической нагрузки, и, судя по окровавленной физиономии Ройгоса, нагрузка действительно была, но… я ничего не помнила. Помнила только дикую, безудержную ярость. Посмотрела на свои руки… и вскрикнув, подскочила с дивана. На них была кровь Ройгоса, но вовсе не это вызывало оторопь. Мои пальцы стали тоньше, длиннее, узловатее… и на них отросли когти! Поражённая внезапной мыслью, я подбежала к зеркалу и в ужасе выдохнула:

– О боги…

Глава 10

Настойчивый стук в дверь. Следом голос Иджа:

– Когда-нибудь выйдешь? Сколько можно прихорашиваться?

Я бросила последний взгляд в зеркало и улыбнулась. Открытое платье с длинной струящейся юбкой, волосы подобраны, на шее поблёскивает кулон с камнем-накопителем. Повод для такого наряда – новогодний бал в академии, который всегда проходит с большой помпезностью.

– Сетри! – Идж снова забарабанил в дверь. – Хочешь опоздать⁈

– Сейчас выйду! – крикнула я и вздохнула.

Эта сцена так напомнила другую, произошедшую в начале семестра, когда, убежав с праздничной трапезы, я так же стояла у зеркала. А Идж так же барабанил в дверь…

По отражавшейся в зеркале стене вдруг побежали светящиеся трещины, похожие на паучью сеть, и вот, отражаясь в зеркале, на меня «смотрит» мерцающий призрачным голубоватым светом тоннель. Заметив мелькнувший в нём силуэт, я улыбнулась:

– Всё-таки появился?

Совсем ещё недавно подобное явление из стены привело бы меня по меньшей мере в оторопь. Но теперь… Отвернувшись от зеркала, я нетерпеливо шагнула к тоннелю и невольно подумала: как же много изменилось с ночи, когда я влетела в эту комнату, спасаясь от страха перед… собой и тем, что сделала с задиравшим меня ултуана. Да, изменилось многое. И прежде всего я…

Ночь торжественной трапезы, четыре месяца назад

– Сетри! Слышишь меня, Сетри?

Кулачки Иджа барабанят в дверь, вайш уже явно теряет терпение. А я стою у зеркала, не в силах отвести взгляд от собственного отражения. Моё лицо… изменилось. Вроде бы те же щёки, брови, нос, но в глазах появилось что-то хищное, опасное. Черты лица заострились и… я приподняла верхнюю губу… Клыки тоже! Я словно начала превращаться в монстра.

– Сетри! – голос Артара. – Открой, пожалуйста.

Я спрятала лицо в ладонях.

– Сетри… – голос Тереса.

А потом знакомое прикосновение к моему сознанию, очень лёгкое, словно утешающее… и я отняла ладони от лица. Посмотрела в зеркало – и с губ сорвался облегчённый выдох. Моё лицо стало прежним, без хищного выражения, без заострённых зубов… Быстрый взгляд на руки – никаких когтей! Может, мне всё это просто померещилось?

– Сетри!

Сделав глубокий вдох-выдох, я направилась к двери.

– Наконец-то! – Идж ворвался в комнату первым и возмущённо дёрнул меня за край юбки. – Совсем спятила?

– Что произошло? – тихо спросил Терес.

Артар просто молча подошёл ко мне и обнял. Подобной близости между нами ещё не было, и я смущённо отодвинулась.

– Мне очень жаль, что подняла такой переполох. Ройгос…

– Это ещё не переполох! – перебил меня Идж. – Переполох настанет, когда тебя поведут к ректору, и он определит наказание!

– Почему к ректору? – напряглась я. – Разве это решает не декан Спур?

– Если б ты исколошматила Ройгоса на территории факультета – да, – хмыкнул Идж. – А так…

– Ректор справедлив, – вставил Терес. – Не стоит бояться наказания. Ведь в стычке снова виноват Ройгос?

– Даже если так, сейчас ултуана выглядит, будто на нём посидел жвачный медведь! – не унимался вайш. – А наказывают всегда уцелевших!

Терес явно собирался возразить, но я его опередила:

– Очень устала. Может, отложим гадания о моей участи на завтра? Или можем позвать Прая, чтобы предсказал.

– Не нужно Прая! – выпалил не понявший шпильку Артар. – Тебе действительно нужно отдохнуть, Сетри, а нам лучше уйти. Идж, останешься…

– Чтобы я пропустил праздничную трапезу⁈ – вскинулся вайш. – Она ведь будет спать, а мне что делать в это время? Сдувать с неё пыль?

– Пыль стряхну сама, желаю всем повеселиться, а тебе, Идж ибн Акоко ибн Адиса ибн Готто, не страдать от несварения! Терес, Артар, спасибо за заботу, увидимся завтра!

И, ненавязчиво вытеснив всех за порог, захлопнула дверь. Наконец, одна… Я перевела дух, отвернулась от двери… и замерла. Прямо передо мной стояла та самая тень. Неподвижно, слегка склонив голову – высокая фигура в тёмной одежде, капюшон полностью скрывает лицо. Несколько секунд я молча всматривалась в неё, не в силах издать ни звука. И вдруг тень, тоже молча, растворилась в полумраке комнаты. А я настороженно глянула на свои руки – ничего. Но и прежнего облегчения как не бывало. Что-то со мной не так, но пока не выясню, что, знать об этом никто не должен!

* * *

Просторный кабинет с большими книжными шкафами у стен, зелёные занавеси на единственном окне. Я старалась смотреть куда угодно, только не на старца за массивным столом, не сводившего с меня внимательного взгляда. Кабинет Элеазара Тейса, ректора, «спасшего» ментальную магию как дисциплину. На стуле рядом со мной – Ройгос. У моих ног – Идж, сложивший на груди все свои лапки. За нашими с Ройгосом спинами – декан Спур. Все спокойны, и только мне не по себе. Всё это слишком похоже на ситуации в школе, когда меня вызывали, чтобы наказать за неуважение к «высокопоставленным ученикам». Здесь наверняка будет то же. Меня накажут за разбитое лощёное лицо ултуана и полностью проигнорируют, что склоку начал именно он. И не только в этот раз.

– Это их первая ссора? – вопрос ректора предназначался декану Спуру.

Тот лишь качнул головой.

– Раньше были физические повреждения?

Ещё одно качание головы декана.

– Кто зачинщик?

Тишина.

– Кто начал ссору? – чуть повысил голос ректор.

– Это всегда был… – начал Идж, но декан Спур его перебил:

– Ни тебе, ни мне не пристало отвечать за тех, кто в ответе, ас-сайед Идж, – и вайш замолчал, яростно сверкнув глазами на Ройгоса.

Я тоже посмотрела на ултуана. Вот возможность продемонстрировать гордость и силу, которыми он так кичится – признать, что виноват. Но ултуана даже не шевельнулся. Ректор побуравил глазами его, меня, снова его и откинулся на спинку кресла.

– Что ж. Тогда буду считать, что виновны оба, и накажу…

– Виновных здесь нет.

Я с удивлением повернулась к Ройгосу, заявившему это тоном, будто он обращался к одному из слуг своего отца. Острые глазки ректора сузились, он опустил на стол сложенные в замок ладони.

– Вот как?

– Это существо оскорбляет мой взор. В этом его суть и нет ничьей вины, – даже не глянув на меня, заявил ултуана.

– Существо⁈ – Идж сжал лапки в кулачки, но я легко тронула ногой его хвост, и он лишь громко фыркнул.

– А что скажешь ты? – декан устремил на меня пронизывающий взгляд.

Я пожала плечами.

– Только то, что никому не позволю обращаться со мной, как с «существом».

Ректор посмотрел на декана, снова на Ройгоса и на меня.

– Боюсь, здесь не обойтись обычным наказанием. С этого дня и до моего дальнейшего распоряжения вы двое становитесь «gemelli» – неразлучными напарниками по учёбе…

Тяжкий вздох Иджа.

– … и ваша магия будет заблокирована на неопределённый срок.

Идж всеми лапками схватился за голову.

– Это неслыханно! – возмутился Ройгос. – Вы не посмеете!

– З-заблокирована? – ужаснулась я. – Но для чего тогда занятия?

– Теория ещё никому не была лишней, – проигнорировал наши возгласы ректор. – Магии вы лишаетесь не навсегда, я надеюсь. Усвоенное вами на занятиях пригодится. Декан Спур, вы согласны с моим решением?

Мы с Ройгосом одновременно повернули головы к декану. Но тот лишь вздохнул:

– Я не вижу иного выхода.

* * *

В Зале Тысячи Столов было, как всегда, многолюдно. Ройгос и я зашли в зал последними и, не глянув друг на друга, разошлись в противоположные стороны. Ко мне сразу подскочил Артар.

– Сетри, наконец-то! Думал, не успеешь на трапезу! Идж рассказал о наказании, – он махнул рукой на стол, за которым расположился вайш в компании луаны. – Ты… он уже…

– Да, – отрывисто бросила я. – Моя магия заблокирована, как и магия этого слизня Ройгоса.

И, не добавив ни слова, направилась к буфету. После объявления приговора ректор сразу перешёл к его исполнению. Выдворив из кабинета Иджа, он с помощью декана Спура провёл какой-то сложный ритуал, оставивший светящиеся полосы в виде спирали на наших с Ройгосом правых запястьях. Это знак того, что ултуана и я теперь – «gemelli», то есть обязаны сидеть рядом на всех лекциях, вместе выполнять задания и посещать занятия на других факультетах. Иными словами, не вместе мы только во время сна и приёмов пищи. А ещё ритуал запечатал наши магические силы, так что использовать их мы больше не могли. Выйдя из кабинета после экзекуции, ултуана смерил яростным взглядом вышедшего с нами декана Спура.

– По-вашему, это – обучение? Когда обо всём узнает мой отец…

– Он может связаться со мной, и я объясню, что по вине его сына академия едва не была разрушена, – невозмутимо оборвал его декан. – Вы с Сетри владеете большой силой, которой вполне достаточно, чтобы обратить все башни факультетов в руины. Немного обучившись, вы могли бы сделать то же и с прилегающим к академии городом. Но вы здесь для того, чтобы научиться контролировать вашу магию и использовать её во благо, а не для самоутверждения в мелких стычках. Это недостойно вас обоих. Вы прошли испытание, а значит, обладаете моральными качествами, обязательными для всякого владеющего ментальной магией. Самое время проявить их по отношению друг к другу.

Декан уже отвернулся уходить, но я его остановила:

– Почему Идж не мог заблокировать мою магию? Зачем нужно было так?

– Идж может сделать это лишь на короткий срок, а в данном случае… – он посмотрел на Ройгоса, – понадобится время. Не опоздайте на трапезу.

И ушёл. А мы с Ройгосом, старательно избегая друг на друга смотреть, двинулись к залу Тысячи Столов…

– Явилась! – приветствовал меня Идж, когда, в сопровождении Артара, я подошла к столу. – Что здесь, вообще-то, ещё делаешь? Без магии!

Не говоря ни слова, я села, взяла вилку… но аппетита не было, и я отодвинула взятую с буфета тарелку. А Идж продолжал возмущаться:

– Вот что бывает, когда связываешь свою судьбу с недоучкой из захолустья! Для чего мне теперь быть рядом с тобой, если блокировать нечего⁈

– Если не будешь рядом, возблагодарю богов! – буркнула я.

Идж швырнул в меня комочком чего-то, выловленным из его тарелки. Я увернулась, но комочек вдруг завис в воздухе и вернулся в тарелку зашипевшего вайша. А к нашему столу подошёл Терес Велха.

– Я слышал, что произошло, Сетри, – он легко опустил ладонь мне на плечо, вызвав яростный блеск глаз Артара. – Но всё образуется, не сомневайся. Ты по-прежнему обладательница магии уровня «хета» и одна из нас. Увидимся на занятии.

Я даже не успела ответить, как он, ободряюще кивнув, направился к выходу. В то же мгновение раздался звон серебряных колокольчиков, и большинство адептов поднялись со своих мест. Идж демонстративно остался на стуле, продолжая ковырять вилочкой в своей тарелке, и увидевшая это луана тоже вознамерилась остаться в трапезной, а не следовать за нами на «ужасно скучную лекцию». Я только пожала плечами и последовала за всеми к выходу. И резко остановилась, заметив возле двери ожидавшего меня Ройгоса. Лицо будто каменное, глаза только что не высекают искры.

– Что… – начал догнавший меня Артар.

Но, заметив ултуана, сжал моё плечо в месте, где его касалась ладонь Тереса, и шепнул:

– Не волнуйся, Сетри. Всё будет хорошо.

– Очень в этом сомневаюсь, – пробормотала я и обречённо побрела к ултуана.

После злополучного торжественного ужина, с которого Ройгос и иже с ним отправились прямиком в крыло медикусов, прошло чуть больше недели. Занятия уже начались, и то, что я успела посетить, было очень интересно. По мнению декана Спура, схоластика псионика, или «наука об умении использовать собственный разум для воздействия на окружающий мир», понятие довольно широкое и не ограничивается такими «базовыми» умениями любого менталиста, как телепатия и телекинез. С таинственной наукой прорицания псионика вообще идёт рука об руку – поэтому менталисты и провидцы даже делят одну башню в огромном замке академии. С провидцами у нас в самом деле множество общих лекций и медитаций, где обучают самоконтролю.

Но, кроме способности пронизать мыслью межзвёздную пустоту или увидеть ложь, прежде чем она будет произнесена вслух, обладающие ментальной магией в какой-то мере могут и управлять стихиями. Особое умение – подчинить себе чистую энергию пламени или воззвать к силе воды. Для этого менталистам позволено посещать занятия и на факультете стихий – чтобы лучше постичь суть каждого элемента. Начали с огня. На факультет пиромантов мы наведались вместе с провидцами – им знакомство с материей пламени нужно для канопомантии, умением видеть будущее в дыму и пламени. И… на первом же занятии не обошлось без стычек. Вспыльчивые и нетерпеливые, как и сама стихия, которую они стараются подчинить, адепты-пироманты «пошутили», подпалив брови одной из девушек-провидцев. Вступившийся за неё парень, тоже из провидцев, тут же предсказал шутникам «гудение в голове». Менталисты, не терпевшие, когда кто-то бросал вызов им или их друзьям, тут же исполнили предсказание, обвалив на незадачливых пиромантов тяжёлые восковые свечи, которые те использовали для тренировки. Неизвестно, что последовало бы затем, но появившийся в классе профессор быстро положил конец потасовке, пригрозив, что «сожжёт к Инферналисам» все волосы на теле любого, кто ещё раз позволит себе беспредельничать на его уроках. Потом заставил всех извиниться друг перед другом, и на этом ссора была исчерпана. После с магами огня у нас было ещё одно общее занятие, и все уже вели себя, как закадычные приятели.