Текст книги "Ледяное сердце. Проклятие Драконов (СИ)"
Автор книги: Ирина Алексеева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
– В курсе, – подтвердила я. – Он не посчитал это помехой своим планам.– Вы это обсуждали в его кабинете? Его удивила реакция Драконов на тебя?– Он взял с меня клятву. Все, что обсуждалось нами в его кабинете, останется между нами. Могу лишь сказать, что да, это касается, в том числе, и моего проклятия.Похоже, Ронара такой ответ удовлетворил. Перестав буравить меня взглядом, он отвернулся к окну.– У тебя тут красивый вид, – произнес он через некоторое время. Я наконец-то смогла полностью успокоиться.– Ты узнал все, что хотел? – спросила осторожно, потому что ему наверняка уже пора собираться на бал. И пусть он не девица, которой надо потратить несколько часов на прическу, но какие-то манипуляции провести все равно надо. Как минимум, принять душ после тренировки.– Не все, – он повернулся ко мне, и в приглушенном свете его лицо показалось бледнее, чем обычно. – Почему ты утром явилась с Драконом, еще и в таком виде?Я не смогла сдержать улыбку. Да, видок у меня был еще тот.– В доме, где я снимала апартаменты, случился пожар. Я спала и не успевала вовремя выбраться. Хорошо, что Киану Скайгард решил лично убедиться, что я явлюсь на место сбора и отправлюсь в Аттинор с делегацией. – При упоминании этого факта моя улыбка увяла, а по позвоночнику прошла волна дрожи. Дракон действительно не просто мимо пролетал. Сейчас, произнеся все это вслух, я, наконец, осознала полностью, что мой враг реален и опасен, и достаточно одного его желания, чтобы моя жизнь прекратилась. Не понимаю только, почему этого до сих пор не произошло.Ронар безошибочно уловил мои эмоции.– Он угрожал тебе?– Скорее поставил перед фактом. Мне не позволят вернуться в Солнечную Долину, у Драконов слишком большой счет к моему роду. Не понимаю только, почему ко мне относятся все еще как к члену дипломатической миссии, я думала, меня сразу по прилету бросят в пыточную, а потом устроят показательную казнь.– И ты ничего не собираешься с этим делать? – искренне удивился эльф. Он шагнул ко мне, схватил за плечи и несильно встряхнул. – Будешь ждать, пока проклятие окончательно лишит Драконов самообладания, и они разорвут тебя?– Нет, – я стряхнула с себя его руки и чуть отступила, едва не оказавшись в камине. Почему-то злость Ронара внезапно вызвала ответную реакцию. Кто он такой, чтобы говорить, что мне делать?– Император разорвет договор, если Драконы что-то с тобой сделают, – уже тише и не так эмоционально сказал эльф. Он все еще стоял непозволительно близко, так, что я ощущала жар его тела, его легкий запах и чуть учащенное дыхание. Покачав головой, я осторожно обошла Ронара, подозревая, как глупо выглядит наша беготня по комнате, но слишком сильно мне хотелось сейчас чего-то большего, чем просто стоять рядом.– Император не ждет меня обратно, – во рту почувствовалась знакомая уже горечь. – Он давал мне шанс избежать своей участи, но поставленные условия оказались для меня… невыполнимыми.Эльф вздохнул, беря себя в руки. Бросив мимолетный взгляд за окно, он, кажется, сообразил, что совсем скоро начнется торжество по случаю нашего прибытия.– Твои слова многое объясняют, – подвел он итог. – Это не значит, что у меня больше не осталось вопросов. Например, откуда в тебе магия смерти?– Наследие рода, – пожала плечами я. – Мрачные Тени всегда славились своим даром к некромантии, полученным напрямую от Никсы, Тьмой Укрывающей. Но если на Сумеречном Континенте это было сродни благословению, то в Солнечной Долине стало причиной для гонений благодаря стараниям Светлого Ордена. Мы научились скрывать свой дар, ограничиваясь использованием темной стихии, но каждый Кьярн – был и остается сильным некромантом.Ронар кивнул, и мне показалось, что в его взгляде на меня появилось чуть больше уважения. Вопросов ко мне у него, судя по всему, ничуть не убавилось, но время неумолимо подгоняет его к исполнению непосредственных обязанностей.– Тебе пора собираться на бал, – сказал он, обведя взглядом комнату. Я усмехнулась. Если он ищет платье, ждущее своего часа на вешалке, в гостиной он его в любом случае не увидит.– Как и тебе, – признала я.– Будь осторожна, Кая, – он снова подался ко мне, но в последний момент, видимо, сам себя остановил и раздосадовано закусил губу, что, конечно же, не укрылось от моего пристального взгляда. – Увидимся на балу.– Конечно, – без зазрения совести солгала я, и лишь уши едва не выдали меня, заалев, но, к счастью, в комнате с приходом сумерек наступил полумрак.
Бросив на меня какой-то странный взгляд, Ронар, наконец, покинул комнату. Я без сил опустилась в кресло, продолжая прижимать к себе подушку. Этот разговор опустошил меня, заставил сомневаться в привычных уже вещах. После смерти бабушки я начала четко делить мир на черное и белое, без полутонов. В Академии не было никого нейтрального, были друзья, и были враги. Врагов, к счастью, было меньше, но Ронар Элланд с первого же дня стал злейшим из них. Один мой вид приводил в бешенство негласного короля старших курсов, и хватало малейшей искры, чтобы пожар непримиримой вражды вспыхивал снова и снова. Даже наличие жениха не гарантировало мне безопасность. Я приняла это как неизбежное, как то, что неизменно присутствует в жизни каждого темного эльфа. Как же так получилось, что границы между светом и тьмой оказались размыты? Это не временное перемирие, он слишком глубоко заглянул ко мне в душу, чтобы начать снова ненавидеть. И, что вообще не поддается объяснению, он был тем, кто первым сделал шаг навстречу. Однако, узнав, что надо мной висит смертельная угроза, он не предложил мне свою защиту. Не пообещал вместе со мной противостоять проклятию. Он просто ушел, сославшись на подготовку к балу. А ведь, я уверена, у него еще остались вопросы. Губы невольно растянулись в грустной усмешке, а глаза, о позор мне, заволокло слезами. Ответ прост. Нет в этом мире никого, кто готов рискнуть своей жизнью ради меня.Поднявшись из кресла, я заперла дверь в апартаменты и вышла на балкон. Холодный воздух мгновенно превратил мое дыхание в пар, а мокрые дорожки на щеках – в тонкую ледяную корочку. Поежившись, я крепче прижала к себе подушку, но не могу сказать, что это сильно помогло согреться. Зато мой воспаленный мозг перестал лихорадочно искать причину столь внезапных перемен. Как говорил мастер Марун, мой наставник, иногда ситуацию надо просто принять, потому что размышления о причинах могут завести в такие дебри, выбраться из которых будет весьма непросто и энергозатратно. А у меня, как верно подметил Ронар, сейчас других вопросов хватает. Кто поджег дом, в котором я снимала апартаменты? Кто натравил на меня Адама Сивера? Как грамотно избежать нового конфликта с храмовником, а в том, что он назревает, можно не сомневаться.Жизнь, как показала практика, идет по спирали, и временами я снова и снова возвращаюсь к одним и тем же событиям, мыслям, переживаниям. Такое, как сейчас, совершенно точно уже было. Род Кьярн древний и знатный, но, к сожалению, после того, как его лишили всех привилегий, все фамильные ценности и земли отошли королю Сумеречного Континента. Когда я училась в Академии, у меня никогда не было достаточно денег, и уж точно не было лишних на покупку бальных платьев. А балы наш ректор, магистр Сильварион, любит со страшной силой, и до сих пор устраивает их по каждому малейшему поводу. День зимнего солнцестояния? Бал. Весеннее равноденствие? Обязательно бал. Первый день учебы? Конечно, чем не повод, надо же как следует поприветствовать первокурсников. Кроме этих, есть еще День Мертвых, День Влюбленных, День рождения Императора и, конечно же, день рождения самого архимага, который он привык праздновать на широкую ногу. И на каждый из этих праздников нужно новое платье, потому что явиться дважды в одном и том же – расписаться в собственной несостоятельности, а у меня в Академии и без этого хватало поводов для насмешек, спасибо Ронару и моему жениху.И вот сейчас я снова оказалась без наряда, в котором можно отправиться на торжественное мероприятие, устраиваемое Драконами в нашу честь. У меня нет достаточно веской причины, чтобы не пойти. Ко мне не прилетит фея-крестная, которая по доброте душевной наколдует мне платье, такое случается только в сказках, но сейчас мне больше негде найти решение. Единственное, что я могу сделать, это отправиться в душ и смыть с себя последствия тренировки. А потом у меня останется еще около получаса до того момента, как начнется бал, и мое отсутствие будет замечено.Выйдя с балкона, я несколько мгновений раздумывала, отпереть ли дверь. С одной стороны, если придет Уна, она не сможет попасть внутрь. С другой – все остальные также останутся за порогом, что меня очень даже устраивает. В итоге я остановилась на том, что открыла замок, но оставила охранку. Если кто-то придет, я об этом узнаю.Горячая вода приятно согрела тело, но под ее воздействием каждая ссадина, полученная на тренировке, дала о себе знать. И пусть Ронар воздействовал на меня исцеляющей магией, это заживило только наиболее сильные порезы и ушибы. Да и не тратился он особо. Себя, к примеру, вовсе не подлечил, так и ушел с рассеченной губой, и во время нашего разговора этого, кажется, даже не заметил, в отличие от меня, слишком часто смотревшей на его губы. А ведь во время учебы он не казался мне привлекательным. Да и после, когда мы невольно сталкивались на службе, я никогда не рассматривала в качестве объекта для каких-то романтических устремлений. Почему же сейчас мое сердце замирает каждый раз, как он устремляет на меня свой взгляд? Что за насмешка судьбы, превратившая вчерашнего врага в… кого?Выкрутив до предела вентиль холодной воды, я стиснула зубы, чтобы не завизжать. Меня окатило ледяным потоком, но, как показала практика, без подобных мер мой разум начинает перегреваться и выдавать одно безумие за другим. А у боевого мага, как учил архимаг Сильварион, голова всегда должна быть ясной, эмоции губительны, особенно в критических ситуациях. А мне банально надо остыть. Когда зубы начали выстукивать рваный ритм, я выбралась из душа. Вовремя, потому что в гостиной сработало охранное заклинание. Обмотавшись полотенцем, я выскочила наружу, слишком поздно подумав, что там может быть кто угодно, в том числе и Киану Скайгард, и являться перед ним в подобном виде уже становится дурной традицией.
Закрыв глаза, я уже привычно призвала силу, и тьма откликнулась незамедлительно, раскинув паутину по всем апартаментам. Не заметив сияющей ауры Дракона, я, наконец-то, смогла вздохнуть свободно. В моей гостиной кто-то был, но он стоял на месте, дожидаясь моего появления. Вероятно, в дверь стучали и, не дождавшись ответа, вошли.Придерживая полотенце одной рукой, я не торопясь покинула спальню, чтобы встретиться с Уной. Моя горничная стояла у камина, держа в руках большую коробку.– Доброго вечера, лесса Кьярн, – поприветствовала она, едва я шагнула в гостиную.– Доброго. Что это? – спросила я, справедливо опасаясь подвоха.– Один из гостей, приехавших на бал из Неора, привез это с собой и просил передать вам лично в руки.– Один из гостей? – переспросила я, потому что никак не могла сообразить, что бы это могло быть.– Да, лесса. Дракон. Айс Эрик Маллу, если не ошибаюсь. Я позволила себе проверить коробку, ничего опасного там нет.Эрик Маллу. Мне ничего не говорит это имя, а ведь у меня никогда не было проблем с памятью. Еще и айс. Значит, как минимум дворянин. Как максимум, приближенный владыки Скайгарда.Уна выглядела спокойной и безмятежной. Действительно в коробке ничего опасного, или она так хорошо притворяется?Вздохнув, я забрала у горничной коробку, оказавшуюся довольно увесистой, и, положив на диван, сняла крышку. Внутри лежало что-то, упакованное в бумагу, а поверх свертка обнаружилось письмо. На всякий случай выпустив паутинку, я проверила все содержимое странной посылки, но никаких тревожных сигналов не поступило. Перед внутренним зрением от коробки исходило мягкое ровное сияние, как будто кто-то наполнил ее дневным светом. Странно, прежде я такое видела, только глядя сквозь завесу тьмы на Ронара. Развернув, наконец, послание, я прочитала строчки, выведенные ровным красивым почерком, который совершенно точно не мог принадлежать мужчине.«Уважаемая лесса Кьярн. Мне очень жаль, что личные дела не позволили мне оказать Вам посильную помощь. В связи с этим примите, пожалуйста, мой скромный подарок. Надеюсь, он сгладит негативное первое впечатление, произведенное мною. С наилучшими пожеланиями, Микаэлла Маллу».Микаэлла Маллу. Я задумалась, потому что это имя тоже казалось мне незнакомым. Микаэлла. Из Неора.Мика! Потерянная и вновь обретенная сестра Ронара.Но каким образом она вообще вспомнила о моем существовании после такого потрясения?– Что-то прояснилось? – осторожно поинтересовалась Уна. – Вы поняли, от кого эта коробка?– Да, – кивнула я. – Хоть лично мы и не знакомы.Отложив письмо в сторону, я развернула сверток и на некоторое время замерла, любуясь глубоким темно-лиловым цветом ткани. Я родилась в Подгорье и никогда не была на родине темных эльфов – Сумеречном Континенте, но от бабушки знаю, что ранней весной там зацветают первые колокольчики такого же насыщенного фиолетового цвета, символизирующие зарю новой расы, созданной Богиней смерти Никсой. Один из этих засушенных цветков хранился между страницами дедушкиного дневника, как напоминание о доме.Не удержавшись, Уна подошла ближе и заглянула в коробку. Ее реакция была сродни моей – прерывистый вздох, блеск восхищения в глазах и нотка зависти.– Это платье? – тихо спросила она.Будто очнувшись и стряхнув с себя наваждение, я вытащила подарок из коробки и аккуратно разложила на диване. Это оказалось вечернее платье, длинное, прямое, без излишних деталей и украшений, оставляющее одно плечо открытым, второе же скрывала лямка из прозрачной ткани, вышитая... колокольчиками. Ткань мягко струилась между пальцами, когда я потрогала наряд, не веря в его реальность. Как можно настолько точно угадать мои предпочтения, увидев всего один раз, и то мельком? И как она узнала, что мне не удалось приобрести платье для сегодняшнего бала?– До начала приема осталось пятнадцать минут, – обеспокоенно напомнила Уна, и мое настроение никуда не идти исчезло без следа. Я должна, как минимум, лично поблагодарить лессу Микаэллу за чудесный подарок. Скинув полотенце, я бросилась к шкафу, но была остановлена голосом горничной.– Под это плате не полагается надевать белье, лесса, – непререкаемым тоном заявила она. – Надевайте платье, и я сделаю вам прическу и вечерний макияж. Мы успеем.Я сильно сомневалась в том, что мы успеем хотя бы причесать мои влажные, спутанные волосы, но почему-то беспрекословно подчинилась, позволив Уне помочь мне надеть платье. Мягкая ткань приятно холодила кожу, и я никак не могла избавиться от ощущения обнаженности и уязвимости, что мне, как боевому магу, конечно же, не нравилось. Усадив меня перед зеркалом в спальне, горничная встала за моей спиной. В ее руках не было ни расчески, ни шпилек, ни принадлежностей для макияжа, но после первого же скупого пасса рукой теплый ветер подхватил мои волосы, высушивая их и укладывая красивыми локонами. Вот она, моя вторая фея-крестная, добрая волшебница – боевой маг, как бы нелепо это ни звучало. Если первая наколдовала мне фантастически-красивое платье и преподнесла его в самый подходящий для этого момент, то вторая сотворила волшебство с моим лицом и волосами. Я никогда не задумывалась, на что еще способна бытовая магия, кроме простейших функций по дому, облегчающих жизнь. Уже через пять минут на меня из зеркала смотрела незнакомка с выразительными синими глазами и уложенными кверху волосами, спускающимися на шею тугими локонами. Прическу держали шпильки, украшенные крошечными колокольчиками, точно такими же, какие были вышиты на прозрачной части платья. Не хватало только ожерелья или подвески на шею, и я, не раздумывая, надела мамин подарок. Ничего другого у меня, в любом случае, все равно не было.– Вы выглядите потрясающе, лесса, – похвалила меня Уна, глядя одобрительно на проделанную ею работу.– Спасибо, это, по большей части, твоя заслуга. – Я впервые за вечер искренне улыбнулась. Теперь, когда мы разобрались, что у нас нет причин для вражды, моя горничная казалась мне довольно милой. Думаю, если в следующий раз диверсия недоброжелателей будет направлена напрямую на меня, Уна сможет выступить надежным союзником и, возможно, даже защитит меня от надвигающейся опасности. Особо рассчитывать на это, конечно, не стоит, но с осознанием, что где-то в замке есть человек, на которого можно положиться, все равно как-то спокойнее.– Последний штрих, – я вытащила из шкафа подаренные младшим Скайгардом босоножки модного дома Рэмин. Как я и предполагала, размер подошел идеально. Гладкие ремешки плотно обхватили щиколотки, надежно фиксируя обувь на ногах. Раньше мне не доводилось ходить на столь умопомрачительно-высоких каблуках, но для боевого мага подобное не является сложным испытанием. Пройдясь несколько раз по спальне туда и обратно, я лишний раз удостоверилась, что Рэмин – мастер своего дела. Ничто нигде не натирало, как это обычно бывает с новой обувью, не жало и не давило. Высота подъема особо даже не ощущалась. Кажется, теперь я точно готова отправиться на бал.– Ну, – я глубоко вздохнула. – Да прибудет со мной Тьма.Надеюсь, сегодняшний бал закончится более удачно, чем тот, что был перед нашим отправлением в Аттинор. Ну, или я, хотя бы, сохраню в целости свой наряд.– Я провожу вас до бальной залы, – вызвалась Уна, и я только сейчас поняла, что понятия не имею, куда идти.Кивнув, я вслед за своей горничной покинула отведенные мне апартаменты, и едва дверь захлопнулась, незаметно восстановила охранку.
Глава 19
Мы успели пройти всего несколько шагов, когда одна из дверей в коридоре распахнулась, выпуская Меган Лоу в сопровождении герцога Симара. Заметив меня, целительница замерла, и ее внимательный, оценивающий взгляд прошелся по мне от макушки до пяток, отметив и обувь от Рэмин, и колокольчики в прическе. Изумрудные глаза чуть сощурились, выдавая, что увиденное аристократке не понравилось.
– Похоже, она времени зря не теряет, – процедила Меган, подчеркнуто обращаясь только к своему спутнику, будто меня здесь и нет. Я усмехнулась. Чья бы корова, как говорится. Не получилось окрутить кого-то из драконьей верхушки, и целительница нашла более доступную мишень. Но плох тот темный, что поддается на провокацию, тем более такую явную, и вместо того, чтобы язвить в ответ, я прошлась по коллегам внимательным взглядом, от которого не укрылись ни легкая небрежность в прическе обычно идеальной во всем аристократки, ни чуть ослабленный шейный платок Саймона, ни след помады на покрытой темной щетиной щеке. К тому же, эти двое вышли из одних апартаментов. Поняв, видимо, что я тоже умею делать выводы и анализировать, Меган фыркнула, но от дальнейших замечаний воздержалась.
Одарив коллег мрачным взглядом, я направилась вслед за Уной. Саймон что-то сказал целительнице, после чего за нашими спинами хлопнула дверь. Похоже, Меган пожелала вернуться к себе и довести свой внешний вид до совершенства. А значит, в ближайшее время я ее больше не увижу. Поравнявшись со своей горничной, я заметила, что девушка улыбается.
– У вас не очень-то дружный коллектив, – поделилась она со мной своим наблюдением.
– Почему же, дружный, – возразила я. – Только не со мной.
Уна понимающе кивнула. Больше нам по пути никто не встретился, кроме молчаливых стражников, которых выставили возле входа на галерею. Я практически не уделила им внимания, уверенная, что истинная защита замка вовсе не в этих воинах, вооруженных мечами, они – лишь видимость. Тьма смотрела на меня сквозь огромные окна галереи, и рассеять ее полностью не могли даже светильники, висевшие вдоль стены. Замедлив шаг, я подошла к стеклу, но, как и днем, увидела лишь прозрачную крышу зимнего сада, подсвеченную изнутри. Интересно, можно ли попасть внутрь? Я не большой любитель природы и зелени, в отличие от своих светлых родственников, но бескрайняя снежная пелена за окнами тоже не радует глаз.
– Если не секрет, где ты училась? – спросила я у горничной, когда галерея осталась позади. – Явно не в Академии Солнечной Долины.
– Вы правы, лесса, – чуть помедлив, ответила горничная. – В Аттиноре принято, что каждый магически-одаренный ребенок получает наставника, а по достижении двенадцати лет отправляется на обучение в Высшую Школу Магии. После ее окончания можно поступить в Университет Аттинора, который является старейшим во всем Алассаре. До войны в него мог поступить любой одаренный, сейчас же там обучаются только уроженцы Хрустальной Долины.
Можно было догадаться, что у Драконов есть собственное учебное заведение. Даже на Сумеречном Континенте есть свой Институт Магических Искусств и Практик, и местным жителям и в голову не придет ехать обучаться в Солнечную Долину. Если бы мой род не был изгнан с исторической родины, я бы тоже вряд ли бы оказалась в Бракоре.
– А Драконы? – осторожно спросила я, не особо надеясь на ответ.
Но Уна как будто прочитала мои мысли.
– Это не секрет. Все, что я говорю, утверждено исом Скайгардом как информация, допустимая к распространению. У Драконов свое собственное учебное заведение. У них очень много секретных техник, и делиться ими с человеческими магами они пока не готовы. Слишком мало времени прошло после войны.
Я понимающе кивнула. Я бы на месте Драконов, наверное, вообще бы не вступала ни в какие переговоры с теми, кто когда-то нанес подлый удар в спину, создав ларков и натравив их на самых беззащитных представителей расы – детей. Хотя, лгу. На месте Драконов я бы костьми легла, чтобы отомстить, и не успокоилась, пока хоть один человек или эльф, светлый или темный, ходит под солнцем Алассара. Поэтому, наверное, я с изрядной долей понимания отношусь к наложенному на меня проклятию. Как ни крути, а мой род это заслужил, и Драконы в своем праве. Как напоминание, татуировка между лопатками отозвалась пульсирующей болью, которую чем дальше, тем сложнее игнорировать.
Путь занял каких-то несколько минут. Мы просто перешли в другое крыло здания, и, не дожидаясь вопросов, Уна пояснила, что бальный зал Хрустальной арки занимает сразу несколько этажей, от первого до третьего, а вход находится на уровне второго, поэтому ни спускаться, ни подниматься нам не пришлось.
– Спуститься придется уже в бальном зале, – сказала моя горничная.
Я представила, о чем она говорит. По традициям Солнечной Долины каждого гостя на балу объявляет специально стоящий у дверей церемониймейстер, чтобы все, находящиеся внутри, обратили внимание на вновь прибывших. Здесь же в зал предстояло спускаться по лестнице, и каждого пришедшего можно рассмотреть во всех подробностях, пока он преодолевает ступеньки. С одной стороны, удобно. Кто не интересуется гостями бала, не будет отвлекаться на объявления лакея, а кто захочет сбежать, как сказочная сиротка, одной потерянной туфлей не отделается.
Двери залы были гостеприимно распахнуты, и в проеме было видно красиво украшенное помещение с приглушенным верхним светом. Слух ласкала тихая, неуловимо знакомая мелодия, но я не торопилась идти внутрь, хотя Уна уже заметно нервничала.
– Тебе нельзя здесь находиться? – спросила я, решив все же не задерживать девушку без особой необходимости.
– Можно, – моя горничная пожала плечами, а ее лицо внезапно приобрело то хищное выражение, какое было у нее при нашем первом конфликте. – Но выглядит это странно. Я уже показала вам дорогу, но сопровождать вас на бал не входит в полномочия горничной.
– А тебе бы хотелось? – оформила я в слова то, что всю дорогу меня беспокоило. – Ты же не горничная на самом деле, а боевой маг, равный мне по статусу. Тебе не обидно пропускать этот бал?
Уна ответила, не задумавшись.
– Терпеть не могу балы, – призналась она. – Это же надо найти себе спутника. Явиться одной – плохой тон.
И, заметив мой растерянный вид, пояснила:
– К вам это не относится. Никто не будет ждать, что делегацию из Солнечной Долины подбирали так, чтобы у каждого была пара на балу. А хватать случайно проходившего мимо кавалера и тащить его с собой – верный путь к неприятностям.
От галереи нас отделял короткий коридор, украшенный коваными фонарями, висящими на специальных кронштейнах. Внутри каждого стеклянного колпака горело ровное желто-зеленое пламя, бросающее на лица зловещие тени. Дверь в галерею была распахнута настежь, и когда в коридоре показались запоздавшие гости, я благоразумно отошла в сторонку. С нами поравнялась пожилая пара Драконов, я поняла это по усилившейся боли между лопатками. И если женщина, упакованная в наряд цвета фуксии, лишь задрала выше нос, то мужчина замер на мгновение, уставившись на меня невидящим взглядом, а в следующий миг уже дернулся ко мне, показав зубы в злом оскале. Я среагировала мгновенно, выставив щит, в который Дракон тут же впечатался носом. Уна, тихо выругавшись, опустила руку с готовым пульсаром. Насчет ее стихии я оказалась права – воздух, поэтому сгусток энергии выглядел полупрозрачным и чуть искрился. Получить такой удар с такого близкого расстояния – даже Дракону не поздоровится, наверное.
– Хантер! – негодующе воскликнула дама. – Что на тебя нашло?!
Дракон несколько раз по-собачьи тряхнул головой и посмотрел на меня осмысленным, удивленным взглядом, как будто и сам не понимал, что это такое с ним случилось. Видимо о том, что существует такое проклятие, знают только те, кто его наложил, и этот мужчина к ним не относится. Однако, он на удивление быстро взял себя в руки, что, конечно же, вселяет в меня пусть крошечную, но надежду, что с каждым поколением рода Кьярн проклятие слабеет.
– Извините, – пробормотал он и, тихо оправдываясь, прошел со своей спутницей в зал.
Я же, решив, что опасность миновала, сняла защитный купол, накрывший не только меня, но и горничную.
– Вы в порядке, лесса? – скорее, больше из вежливости поинтересовалась Уна, которая и сама выглядела расстроенной. – Что на него нашло?
Ее вопрос остался без ответа, так как в коридоре показались следующие гости, и я, положив руку на сердце, предпочла бы им враждебно настроенного Дракона. Быстро они, однако, успели привести себя в порядок. Я думала, Меган потребуется не менее получаса, большую часть которого она бы плевалась ядом в мой адрес, изливая свое негодование герцогу Симару.
– Спасибо, Уна, ты можешь идти, – успела сказать я прежде, чем коллеги поравнялись со мной. Горничная, бросив на меня обеспокоенный взгляд, все же не стала спорить и удалилась.
– Кавалера ждешь, Кьярн? – голос целительницы был полон ехидства. Похоже, она забыла, какую перспективу я продемонстрировала ей на общем собрании в гостиной. Тогда магичка не выглядела такой уверенной. Она вообще тогда очень плохо выглядела, потому что нечего пытаться лезть мне в голову своими ментальными щупальцами.
– Жду, – ложь легко слетела с языка. Правду они все равно не узнают, я постараюсь проскользнуть в зал как можно более незаметно. Возможно, даже укроюсь пологом тьмы.
– И кто же этот несчастный? – голос Меган источал искреннее сочувствие, как будто сопровождать меня мог действительно сильно отчаявшийся кавалер.
– Скорее всего, какой-нибудь зомби, – хохотнул герцог, за что получил одобрительную улыбку от целительницы.
Мерзкая парочка. Они, должна признать, друг друга стоят. Между лопатками вновь ощутимо защипало, предупреждая о приближении очередного чешуйчатого. Сейчас проклятие снова спровоцирует агрессию, и на меня нападут на глазах коллег, чего я, по понятным причинам, допустить не могу. Не хватает еще стать причиной конфликта между магами и хозяевами Долины. Приготовившись выставить щит, я почувствовала, как по позвоночнику бегут мурашки.
Но в коридоре показался младший Скайгард собственной персоной, увидев которого, я незаметно развеяла заклинание щита. Против него это все равно не поможет.
– Темного вечера, – поприветствовал нас бархатистый голос с едва различимыми рычащими нотками. Похоже, кто-то успел вызвать недовольство драконьего лорда.
Несмотря на то, что мы уже виделись, я опустила голову в приветствии.
– Темного вечера, айс Скайгард, – синхронно отозвались мои коллеги, при виде Дракона внезапно поскучневшие. Взглянув на Дракона, я поняла, почему. Его изучающий взгляд медленно скользил по моему телу, отмечая каждую деталь, вплоть до подаренных туфель, вид которых вызвал в золотистых глазах явное удовольствие.
– Прекрасно выглядите, лесса Кьярн, – младший Скайгард шагнул ко мне и подставил локоть, за который я без раздумий ухватилась. – Простите, что заставил ждать.
Разочарование Меган было таким сильным, что, клянусь Тьмой, я слышала скрип ее зубов. Больше не имея повода задерживаться, мои коллеги прошли в зал. Посмотрев в глаза того, кто так неожиданно спас меня от очередного унижения, я совершенно искренне ему улыбнулась, отчего брови Киану удивленно приподнялись.
– Спасибо, что подыграли, – моя рука соскользнула с его рукава, но Дракон, поймав меня за пальцы, вернул их обратно. Сопротивляться я не стала, не чувствуя в его действиях угрозы.
– На сегодняшний вечер у меня нет спутницы, – пояснил он свой маневр. – И раз уж вы так удачно подвернулись, позвольте вас сопровождать.
Даже так?
– Вы все слышали, – хмыкнула я, даже не сомневаясь в собственной правоте.
– А вы мастер наживать себе врагов, – заметил он.
– Похоже, это мой основной талант, – не смогла не признать я очевидное.
Губы Киану дрогнули в усмешке, и мое сердце будто споткнулось, сбившись с ритма. И этот Дракон хочет меня убить?
Больше не тратя времени на разговоры, младший Скайгард повел меня в залу. Под моими пальцами чувствовалась твердая рука, и сердце все не желало униматься, прыгая в груди обезумевшим мячиком. Боль терзала спину, и, наверное, вид у меня был бледный, особенно в контрасте с темно лиловым платьем, но, к счастью, Дракон моего состояния не заметил. За дверями оказалась площадка, расходящаяся в обе стороны террасой, опоясывающей все помещение на уровне второго этажа, а вниз, как и описывала Уна, спускалась широкая лестница, застеленная ковровой дорожкой. По перилам вился изящный морозный узор, искрящийся в полумраке. Под самым потолком висело несколько хрустальных люстр, но все они были погашены. Зал освещался фонариками, подвешенными к перилам террасы. Свет сочился сквозь резные корпуса, отбрасывая на стены помещения причудливые тени. Сам зал напоминал ледяные чертоги, и свет играл на неровных гранях, переливаясь всеми цветами радуги. Холод, однако, не чувствовался совершенно. Наверное, здесь не обошлось без Драконьей магии. Готова поспорить, у них тоже есть свои иллюзионисты.
