Текст книги "Феникс для Дракона, или Истинность – не повод для знакомства (СИ)"
Автор книги: Ирина Ардо
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)
Мои слёзы капали ему на лоб, а сама я изо всех сил старалась сдержать рвущийся наружу вопль.
– Я не верю… Дедушка! – позвала того, кто может знать о фениксах всё. – По нашим легендам фениксы могут лечить. Умоляю, скажи, что у нас это есть! Скажи!
– Увы, милая, – глаза Императора блеснули, – я не…
– Как феникс отдаёт своё сердце⁈
Почему-то мне показалось, что это может помочь. Ведь, если половина моего будет вместо проткнутого стрелой, то… Это конечно не то, но всё же.
– Аврора, – Бабушка наклонилась ко мне, – Это же не в прямом значении… Магия свяжет ваши сердца, и они будут биться в едином ритме, но в этом случае останется лишь твоё.
– Как⁈ Как мне это сделать⁈ Говорите!
Смешанные чувства безумия и безграничной горечи заполнили мою грудь, отравляя своим ядом. Я отказывалась верить в то, что Маркус умрёт. Мне отчаянно не хотелось, чтобы он оставался жить лишь в моей памяти.
– Ты…
– Говорите немедленно! – мой голос сорвался.
– Возьми его за руку, – сказал дедушка, игнорируя бабушкин возмущённый вскрик.
Я сделала, как он сказал и ужаснулась: рука дракона была холодной, его пальцы подрагивали, но уже слабо.
Времени почти не осталось.
– Теперь призови своего феникса и повторяй за мной, – продолжил родственник. – Помни, что ты должна желать этого всей душой.
Сосредоточившись, обратилась к внутренней птице, которая была всё ещё ослаблена после произошедшего, и, почувствовав знакомое тепло, кивнула деду, сообщая о готовности.
– Пусть сердце моё будет твоим… – произнёс он монотонным голосом.
– Пусть сердце моё будет твоим…
– Как и любовь моя, оно принадлежит тебе навеки…
– Как и любовь моя, оно принадлежит тебе навеки…
– Вверяю тебе жизнь и судьбу свою, как вверяешь мне ты…
– Вверяю тебе жизнь и судьбу свою, как вверяешь мне ты… – мой голос дрогнул, но вера в то, что я делаю всё правильно только крепчала.
– Перед ликом Богов клянусь, что желание моё искренне и не изменится, когда пробьёт час уйти за грань.
– Перед ликом Богов клянусь, что желание моё искренне и не изменится, когда пробьёт час уйти за грань.
Как только я сказала последнее слово, со мной начало происходить что-то невероятно: казалось, невидимая сила говорила мне, что делать дальше. Мой внутренний огонь разгорелся так ярко, что я готова была сгореть изнутри. Повинуясь неслышимому приказу, прикоснулась своими губами к губам Маркуса и почувствовала, как моя магия постепенно переходит к нему.
Я передавала ему всё: своё дыхание, свою жизнь, свои мечты. Всю себя. Сердце радостно затрепетало, когда мужчина отозвался на мои прикосновения, но следом за этим пришла и боль. Грудь словно прострелило, но я не позволила себе остановиться. Так было нужно…
Когда вихрь, окутавший всё моё естество спал, я почувствовала, что дракон отстранился. И без того обессиленная, я упала на землю и посмотрела на генерала. Казалось, что он спал, но грудь его не вздымалась. Дотянулась рукой до его шеи, чтобы прощупать пульс и ощутила…
Ничего.
Неужели всё было напрасно⁈
– Почему он не дышит? – прошептала я.
В глазах родных, близких и гвардейцев плескался океан боли и сожаления. Служащие начали постепенно снимать головные уборы, отдавая честь своему командиру. Из моей груди вырвался вопль отчаяния:
– Почему он не дышит⁈
– Рори, – Машка попыталась приобнять меня за плечи.
– Не трогайте меня! – я скинула её руки и помотала головой. – Не трогайте!
В один момент в моей душе образовалась дыра, на дне которой лежал тяжеленный камень. Я физически ощущала боль от отрезанных крыльев. Горло сдавило, а всё тело разрывало на куски.
Теперь я понимала, что такое разбитое сердце. Я буквально слышала, как оно разлетается на осколки с громким звоном. Душа… А души не стало вовсе. Меня больше не было. Осталась лишь пустая оболочка, сотрясающаяся от рыданий и воющая раненым зверем. Звуки, от которых кровь стыла в жилах, сами вырывались из моей груди. Это была надежда, бившаяся в предсмертной агонии.
Меня попытались оттащить от дракона, но я извивалась, царапалась и хваталась за его бездыханное тело.
– Отпустите! – кричала я не своим голосом. – Отпустите меня! Будь проклят этот мир! Лучше бы я вообще не знала о его существовании! Уберите руки!
Замутнённый разум отказывался слышать слова утешения и понимать, кто передо мной. Меня ломало изнутри, выворачивало наизнанку. Мне хотелось, чтобы меня оставили в покое, прямо здесь. На секунду мне показалось, что Маркус сделал вдох, но то были лишь галлюцинации. Я знала, что иногда такое бывает.
Не сразу поняла, что чьи-то ладони легли мне на голову. Не заметила, как боль отступила и пришла та самая блаженная тьма, в которой не было ничего.
Ни боли.
Ни любви.
Ни меня…
Глава 20
*Месяц спустя *
Аврора
Никогда бы не подумала, что что-либо способно довести меня до такого состояния. Этот месяц я провела в каком-то подобии коматозного состояния. Мир потерял краски, а еда вкус.
Первую неделю я провела в бреду, стараясь ухватиться за призрачную надежду. Мне мерещился мой дракон и галлюцинации был настолько правдоподобными, что я перестала различать явь и сон. Боль, разрывавшая всё тело не желала уходить, как бы ни старался главный лекарь. Казалось, что жизнь уходила из меня по капле.
Судя по обрывкам фраз, услышанным мной во время очередного просветления, ритуал удался. Я отдала своё сердце Маркусу и теперь медленно умирала вслед за ним:
– Вы же понимаете, – шептал моему деду старик, – если…
– Ты должен знать способ вытащить её!
– Увы, – готова была поспорить, что целитель развёл руками. – Великая Княжна знала, на что шла…
Знать-то знала. Вот только даже не рассматривала возможность неудачи, а потому и погибать не планировала, только кто меня спрашивал, верно?
Я уже было смирилась с тем, что скоро уйду в мир иной, как неожиданно стало легче. Маркус перестал являться мне в видениях, а силы постепенно возвращались. Я пыталась вызнать, что за чертовщина происходит, но друзья и родственники лишь отмалчивались. Приходилось держать улыбку, чтобы не расстраивать их. Столько радости было в глазах окружавших меня людей, что я просто не имела права отнять это у них.
Спустя пару недель настал тот день, который снял один камень с моей несчастной души и добавил новый.
Я уже могла встать, но всё ещё не выходила за пределы своих покоев. Выходя на балкон каждый раз тяжело вздыхала, не замечая величественную фигуру крылатого ящера на крыше дворца. Мне было безмерно тяжело смириться с потерей, но также приходило понимание, что жизнь продолжается так или иначе.
Бабушка и дед практически поселились у меня, контролируя каждый мой шаг, обосновывая это тем, что я ещё очень слаба. Принимала эту заботу скрепя зубами. Конечно, они переживали, но у меня было такое состояние, что хотелось побыть одной, чтобы собрать себя по кусочкам. Когда родственники покидали мои покои, я позволяла себе расплакаться. Слёзы жгли глаза и облегчали душу, позволяя полностью осознать действительность.
В один из таких вечеров меня потревожили Блисса с Машкой, обе чуть ли не плясали на месте. Я хмуро взглянула на обеих, не разделяя их энтузиазма.
– Девочки, – просипела я, – не обижайтесь, но я хочу побыть одна.
Фея стушевалась, а ведьма оказалась рядом со мной буквально за пару шагов и встряхнула меня за плечи.
– Заканчиваем рыдания! – рявкнула она. – Рор, мы поддерживали тебя всё время, как могли, правда. И у нас просто сердце разрывалось, глядя на тебя, но сейчас…
– Что? – мой голос стал на несколько тонов ниже, а в глазах загорелось пламя.
Девочки и правда помогали мне пережить утрату, но ведь я об этом не просила! Сколько хочу, столько и буду горевать в конце концов!
– Главный лекарь сказал, что теперь твои эмоциональное и магическое поля стабильны, – робко прошептала блондинка.
– И что теперь? – перефразировала вопрос, – Мне теперь должно стать от этого легче⁈
– Теперь мы можем сообщить тебе главную новость, дурында! – Кострова теряла терпение. – Вернее, две. Одна хорошая, вторая не очень.
Я в непонимании уставилась на подруг.
Что успело произойти, пока я находилась в своём мирке боли и серости?
– Говорите, – устало согласилась, – а потом уходите. У меня нет сил.
Подруги хитро переглянулись и хором сказали:
– Маркус жив!
Будь у меня в руках что-то стеклянное, оно бы разбилось с оглушительным звоном. В прочем, нечто подобное я испытала внутри.
Я сплю? Это очередной жестокий мираж, созданный моим сознанием?
– Что? – из горла вырвался хрип, поскольку на большее я не была способна.
В голове поднялся страшный гул, а тело забило мелкой дрожью. Сердце билось так сильно и часто, что казалось, будто оно вот-вот разорвётся. Всё ещё не могла отделаться от мысли, что меня разыгрывают. Или мне послышалось.
Я же точно помню, о чём говорил лекарь с моим дедом. Или нет?
– Та-дам! – Машка хлопнула в ладоши и сделала несколько оборотов вокруг своей оси.
Блисса даже всплакнула от радости, а её крылья засияли ещё ярче.
– Ничего не понимаю, – пробормотала я. – Объясните, что происходит?
В то же мгновение ощутила, как комната начала раскачиваться из стороны в сторону, а в глазах появились мерзкие цветные мушки, усугублявшие и без того сильное головокружение.
– Так, – брюнетка не дала мне упасть, – присядь-ка. Подыши.
– Ничего не понимаю…
– Тебе и не надо! Просто прими, как факт, что твой любимый дракон вернулся с того света. Твой ритуал сработал!
– Почему мне раньше не сказали? – спросила отрешённо.
Никак не укладывалось, что всё получилось, когда я почти месяц была уверена в обратном.
А как же моё самочувствие? Оно же было прямым свидетельством того, что генерал не выбрался. Неужели я ошиблась?
– Потому что ты сейчас чуть в обморок не упала, – Блисса подала мне стакан воды. – А представь, что бы было, скажи мы чуть раньше.
Тоже верно.
– Это, я так понимаю, хорошая новость?
– Так говоришь, будто не рада, – фыркнула ведьма.
– Рада, конечно! – я вскинула голову. – Вот только какая же плохая в таком случае?
Вот тут подруги сникли. Медейр отвернулась, а Кострова закусила губу. Я знала это выражение лица. Оно означало, что у девочек для меня не просто плохая, а катастрофично плохая новость. Именно так Машка всегда пыталась подобрать слова в моменты, когда не желала меня расстраивать.
– Девочки, – напряжённо сказала я, – вы меня пугаете.
– Просто… – блондинка начала нервно теребить юбку.
– Говорите, как есть!
Боже, я с ума сойду с ними!
– Не факт, что он будет прежним, – выпалила Маша.
Кажется, я почувствовала, как у меня дёрнулся глаз. Просила же говорить по факту! Никогда не любила подобные шарады, они только раздражали.
– А поточнее?
– Ну, – фея решила взять удар на себя. – у него очень сильные повреждения. Всё-таки смерть никогда не проходит бесследно…
– Какого рода повреждения? – я начинала терять самообладание.
– Вполне вероятно, что у него пропадёт оборот. Или он станет слабее магически. Всё это время Маркус забирал твои силы, чтобы восстановить собственные. Понятно, что не специально, это естественная реакция организма. Но, насколько сердце феникса поможет ему восстановиться, покажет только время.
Я облегчённо выдохнула. Оборот, резерв, да даже конец света не могли притупить моего счастья. Мне казалось, что я готова горы свернуть, поэтому резко подскочила и закружила девочек по комнате.
– Живой! – смех непроизвольно вырвался из моей груди, а из глаз хлынули, на этот раз, радостные слёзы. – Он живой! А когда он очнётся?
– Мы не знаем, но процесс идёт достаточно быстро.
В тот вечер моя душа пела громче птиц из Императорского Сада.
Я справилась! Я вытащила его!
Впервые за последние дни я засыпала с улыбкой на губах и в надежде, что всё теперь будет хорошо. Оставалось лишь дождаться пробуждения моего дракона.
Только на следующее утро, когда эйфория от новости немного поутихла, я осознала, что всё действительно не так гладко, как хотелось бы. Оторвать от Маркуса вторую ипостась – всё равно что ампутировать руку или ногу. Смириться с таким будет очень тяжело, поэтому он вполне может измениться психологически. То же самое касалось и резерва.
Именно по этой причине всю следующую неделю я ходила очень нервная и рычала на всех подряд. Заламывая руки, я мерила шагами свои покои в ожидании момента, когда генерал очнётся. Он был уже близок, поскольку я ощущала отголоски ощущений, испытываемых драконом, если сосредотачивалась на этом.
Я никак не могла отделаться от мыслей, что будет, если Маркус окажется калекой. Нет, для моих чувств это не имело никакого значения, но для него… Это будет страшный удар. И что мне делать? Как справляться с этим?
Чтобы отвлечься от гнетущих мыслей, вышла из комнаты и направилась в кабинет к деду. Меня всё ещё одолевала слабость, поэтому пришлось остановиться несколько раз, чтобы отдышаться и передохнуть.
Робко постучала о поверхность тяжёлой резной двери и, получив разрешение, вошла комнату. Дедушка сидел за столом и читал какие-то документы. Он вскинул голову и, увидев меня, мягко улыбнулся.
– Аврора, милая, – он встал со своего места, – ты чего пришла? Тебе ещё рано выходить…
– Не могу больше, дед, – аккуратно прервала его отповедь. – Я скоро умом тронусь, если продолжу сидеть в своих покоях. Не помешаю?
– Нет, конечно. Садись.
Он указал на мягкое произведение искусства, рядом с которым стоял небольшой столик.
– Спасибо.
– Чего-нибудь хочешь?
– Нет, – выдохнув, опустилась в кресло и посмотрела на бумаги, которыми был занят Император до моего прихода. – Что это?
Сначала он не понял, о чём я спрашивала, но потом проследил за моим взглядом и нахмурился. Очевидно, это было что-то малоприятное.
– Заключения следователей сыска. Вельский до сих пор в темнице ждёт своей участи, как и его наёмники. Герцога мы казним, тут не может быть и речи, а вот с остальными сложнее. Очень трудно определить тех, кто добровольно пошёл на измену, – дед стукнул кулаком по столу. – Ты в курсе, что ведьма, изготовившая яд для тебя и гвардейцев, была в безвыходном положении?
– Откуда? – удивлённо спросила я. – Даже понятия не имею, что это за женщина. Я же в беспамятстве неделю провалялась, а вы мне ничего не рассказывали.
– Точно, – Император хлопнул себя по лбу. – Этот урод угрожал её детям. Держал их в одном из своих поместий в дальней провинции. С трудом вытащили, там были такие же руны, что и в подвале игорного дома. И она такая не одна. Парень, создавший эти защитные сплетения тоже попался. Вельский обещал вылечить его сестру, видимо, с помощью той же ведьмы.
– И что теперь с ними будет? – мой голос дрогнул, выдавая волнение.
Это, конечно, не оправдание для преступления, но, когда в опасности твои близкие, на что только не пойдёшь. Я знала об этом, как никто другой, а потому надеялась на смягчение приговора для этих несчастных.
– Отправим их на исправительные работы на несколько лет. Потом будем держать под присмотром. Такие таланты нужны Креории, разбрасываться ими нельзя.
С моих губ сорвался вздох облегчения. Эти люди и без того натерпелись…
В очередной раз осознала, какое же Терей чудовище. Удивлена, что сын у него вырос нормальный.
– А Морис? Как он? – поинтересовалась самочувствием друга.
К своему стыду, я так погрузилась в собственное горе, что совершенно забыла о том, кому могла требоваться моя помощь и поддержка.
– Восстанавливается потихоньку, – хохотнул дед. – Если бы не он, то не знаю, сколько бы мы искали всех этих проходимцев. Он подсказал нам, где его отец мог прятать наёмников и запрещённые зелья. Хороший мальчик.
– Даже удивительно, что он сын этого отморозка, – буркнула я.
– Абсолютно согласен. Что тебя тревожит?
– Ты о чём? – как-то не была готова к такой резкой смене темы разговора.
– Ну, ты же не просто так решила выбраться из своей норы, – Император усмехнулся. – И не смей врать деду!
– Не могу выкинуть из головы мысль о том, что Маркус может не поправиться окончательно. Это меня просто убивает, понимаешь? – с надеждой посмотрела на родственника. – Как мне быть в такой ситуации?
Дедушка умолк на несколько секунд, словно обдумывал, что мне сказать. Он знал дракона практически с самого детства, так что лучше многих понимал, какие могут быть последствия.
– Знаешь, – прошептал он, положив руку мне на голову, – просто будь рядом. Я понятия не имею, как он отреагирует, случись нечто подобное. Это абсолютно точно будет страшным ударом по его гордости и самолюбию. Вполне вероятно, что он захочет тебя прогнать…
– Почему? – ошарашенно спросила я.
– Мужчины не любят показывать свою слабость, – объяснил дед с улыбкой. – Даже любимым женщинам. Но ты не поддавайся на его закидоны.
Я фыркнула и закатила глаза. Мир другой, а проблемы те же.
Не плачь, ты же мужчина! Не дерись, ты же девочка! Тьфу! Если у Маркуса в голове такие же установки, то мне будет гораздо труднее, чем я предполагала раньше. Но ничего, где наша не пропадала, верно?
Дедушка был прав в одном, любимого человека никогда нельзя оставлять, как бы он ни артачился. Иначе что это за любовь? Тем более, я в прямом и переносном смысле отдала этому чешуйчатому своё сердце, так что будет терпеть, сам виноват. Притащил в Креорию, заставил меня влюбиться, так что пусть не жалуется теперь.
Удивительно, но даже в мире под названием Даснар сработала поговорка: «Вспомнил солнце, вот и лучик». В дверь кабинета раздался торопливый и почти что требовательный стук.
– Да! – рявкнул дед. – С внучкой поговорить не дают нормально, гады.
В проходе показался запыхавшийся гвардеец. Складывалось впечатление, что он стометровку пробежал, не меньше.
Совсем мальчишка ещё. Рыжие кудри топорщились так, что было сложно не рассмеяться, но, глядя на его лицо, я поняла, что новость важная.
– Говори уже, что случилось, – потребовал правитель.
– Князь Шаардан… – парень не сумел договорить, ему требовалось перевести дыхание.
А у меня в эти мгновения тишины сердце остановилось. Я замерла, как сурикат, почуявший опасность.
– Что? – спросила еле слышно. – Что с ним?
– Очнулся!
Не знаю, откуда у меня взялись силы, но я моментально соскочила с кресла и ринулась к выходу. Наверное, я бы свалилась от усталости уже через минуту, если бы дед не перехватил меня на полпути к двери.
– Погоди, детка. Сейчас спокойно вместе пойдём. Какое у него состояние? – вопрос был адресован гвардейцу.
– Мне не докладывали, Ваше Величество, – парнишка пожал плечами. – Велели сразу Вам сообщить. Если…
– Ты всё правильно сделал, можешь идти.
Рыжик выпрямился и, поклонившись, покинул кабинет с чувством выполненного долга.
– Мне надо к нему, – судорожно прошептала я, хватаясь за руку деда.
– Знаю, – было видно, что он взволнован, – идём. Только сначала захватим Доротею. Она тоже переживает.
Мне ничего не оставалось, кроме как кивнуть. Самостоятельно добраться до другого конца дворца я была не в силах, поэтому решила остаться с родными в качестве поддержки. Маша и Блисса точно были уже в курсе, потому что проводили целые дни в палате Мориса, докладывая ему о моём состоянии.
Ещё одно доказательство того, что я плохая подруга. Он беспокоился обо мне, а я даже ни разу не поинтересовалась его здоровьем. Дурья башка.
Дедушка мягко держал меня под руку, подстраиваясь под мой темп. Он мог идти быстрее, но при этом понимал, что в таком случае ему придётся нести меня на руках. Мы вернулись в спальное крыло, чтобы сообщить бабушке радостную новость. Она отложила свои дела, чтобы быть в числе первых, кто увидит Маркуса.
Глядя на неё, я ещё лучше понимала, почему она так ратовала за наш брак. После того как отец сбежал на землю, дракон был им, как сын. Иррациональное чувство стыда снова шевельнулось где-то в груди. Я своим состоянием только добавила им хлопот. Если бы я хоть раз подумала о других, то родным и друзьям не пришлось бы переживать хотя бы за меня.
Наша троица шла очень медленно по моей вине и поэтому казалось, что время тянулось бесконечно, а на ногах были тяжёлые гири. Однако, нам всё же удалось добраться до лекарского крыла даже спустя три остановки.
Голова кружилась, а ноги подкашивались. Мой взгляд был затуманено, но даже сквозь пелену я смогла различить фигуры Машки и Блиссы, которые о чём-то перешёптывались с Морисом.
– Аврора! – блондин радостно помахал мне рукой. – Наконец-то! Должен отметить, паршиво выглядишь.
Конечно, кто же будет хорош с огромными кругами под глазами, бледной, как мел, кожей и к тому же исхудавший, как узник концлагеря.
– Сам не лучше, – я сделала попытку улыбнуться. – Как ты себя чувствуешь? Прости, что не приходила…
– Не-не, даже не думай об этом, – от отмахнулся. – Если бы ты приходила ко мне в таком состоянии, прибил бы! А со мной ничего не будет, ваши лекари меня подлатали, так что скоро буду, как новенький.
Мне бы его оптимизм… Этого парня ничто не могло расстроить или огорчить. Кроме той самой дамы, что уехала в Делию вслед за отцом.
Как только мы все придём в себя, обязательно выведаю у Мориса подробности. Очень уж хотелось посмотреть на девушку, настойчиво отвергавшую ухаживания такого шикарного парня.
– Значит так, князь… Ваше Высочество, я Вам что сказал? – главный лекарь нахмурился, увидев меня.
Он обращался ко мне по титулу, когда сердился. Всё-таки соблюдение постельного режима – не самая простая в реализации вещь.
– Лежать в кровати…
– И?
– Ну не могла я оставаться там, поймите! Лучше расскажите, как Маркус.
– Молодёжь… Не цените своё здоровье, а в старости будете на боли жаловаться, – проворчал старик. – Ладно уж, дело ваше. Князь Шаардан сейчас находится в стабильном состоянии, но не помнит ничего с того момента, как закрыл глаза после удара.
– У него что-нибудь болит? – поинтересовалась Машка.
– Его резерв в порядке? – тихо спросила Блисса.
– Не знаю, – целитель сжал зубы. – Сейчас опасно лезть так глубоко. Подожду, пока мальчик окончательно придёт в себя, тогда уже будем смотреть и думать.
Император с женой отозвали старика в сторону и начали перешёптываться с ним о чём-то. Я не могла расслышать тему разговора, поэтому просто смотрела на дверь в палату, где лежал тот, ради кого я и пришла в эту часть дворца.
От нервного перенапряжения к горлу подкатила тошнота, а руки затряслись ещё сильнее. Мне было нужно его увидеть. Хотя бы мельком взглянуть и убедиться, что всё действительно в порядке…
– Рорс, – Машка настороженно посмотрела на меня. – Тебя ведёт. Присядь-ка.
Она взяла меня за руку и попыталась усадить на пол, но я отошла от подруги, давая понять, что мне это не нужно. Я и без того держалась из последних сил, чтобы дождаться момента, который позволил бы мне окончательно убедиться в том, что всё самое страшное позади.
– Можно его увидеть? – спросила у целителя, как только он подошёл.
– Аврора, – он устало выдохнул, – ты уверена? Тебя еле ноги держат.
Я ничего не ответила. Просто посмотрела на старика, вкладывая во взгляд всё то, что не могла выразить словами.
Разумеется уверена! Более того, с места не сдвинусь, пока не получу желаемое.
Мужчина покачал головой и сурово взглянул на меня.
– Только ненадолго.
– Спасибо! – обняла его и поцеловала в щёку от переизбытка чувств.
Кажется, такое уже было однажды. Но такая традиция мне даже нравилась. Лекарь напоминал мне доброго дядюшку, который поможет в том случае, если родители бессильны.
Он открыл дверь, пропуская меня внутрь. В нос ударил резкий запах трав и чего-то ещё, не смогла определить. Воздух казался настолько густым, что его можно было резать ножом.
С каждым шагом моё сердце пропускало удар и делало кульбит. Маркус лежал на постели с закрытыми глазами и рвано дышал. Старалась быть как можно тише, чтобы ненароком не потревожить или не напугать его.
На глаза наворачивались слёзы от одного вида некогда сильного воина. Смерть словно высосала из него все соки. Генерал напоминал мумию, но при этом не потерял своей красоты. Для меня он всегда будет лучшим мужчиной на земле, что бы ни случилось.
Он вздрогнул и повернул голову в мою сторону, не открывая глаз.
– Ридгард? – его голос осип, словно после тяжёлой ангины.
– Нет, – я непроизвольно перешла на шёпот. – Маркус, это я.
Веки дракона распахнулись, а на лице появилась крайняя степень изумления.
Какое-то время мы просто молчали, глядя друг на друга и не решаясь нарушить то хрупкое, что возникло между нами, но в итоге я не выдержала и кинулась к любимому мужчине, захлёбываясь слезами.
Я покрывала его лицо поцелуями и старалась запомнить каждую черту, до которой касалась. На меня огромной волной хлынуло облегчение вперемешку с радостью. Только сейчас я окончательно осознала, что мой дракон жив и находится рядом.
Все эмоции, что накопились во мне за то время, что я провела без него, обратились неконтролируемой истерикой. Моё тело сотрясалось от рыданий и всхлипов, которые я никак не могла остановить. Мне казалось, что если я отпущу Маркуса или остановлюсь, то он пропадёт в тот же миг, а я вернусь к тому, с чего начинала. Судорожно хваталась за реальность, опасаясь, что всё нереально и скоро закончится.
Он прижал меня к себе, шепча какие-то успокаивающие слова, а я всё повторяла:
– Никогда больше так не делай! Никогда больше не смей меня бросать, слышишь⁈
Глава 21
Маркус
И как я это допустил?
Когда стрела пронзила моё тело, я даже не сразу понял, что произошло. Резкая боль, невозможность дышать и больше ничего…
Силы резко покидали меня и я, сам того не желая, начал оседать на землю. Словно сквозь вату до меня доносились крики и топот гвардейских сапог. Всё было безразлично ровно до того момента, как я увидел её.
Аврора что-то кричала, потом шептала, а я только и мог, что разглядывать её черты словно сквозь дымку. Лоб покрылся испариной и дыхание стало более прерывистым. Эти твари обработали оружие ядом, чтобы наверняка…
Я чувствовал целительную магию Ридгарда, вот только она не давала никакого результата, а жаль. Достаточно быстро смирился с тем, что вот-вот уйду за грань. Успокаивало только то, что родных у меня не осталось, а Аврора не отправится следом за мной, ведь она феникс. Однако и тут я понял, как страшно ошибался.
Когда темнота поглотила моё сознание, пространство вокруг озарилось миллионами огненных искр. Голову сдавило от какофонии звуков, вызванной драконьим рёвом и клёкотом огненной птицы. Словно гонг, окружающий мрак сотряс голос Авроры:
– Пусть сердце моё будет твоим…
Что она делает⁈
Я знал, в каком случае фениксы говорили эти слова. Неужели она надеялась вернуть меня к жизни таким способом⁈
– Как и любовь моя, оно принадлежит тебе навеки…
Нет, я уже не жилец! Остановись!
– Вверяю тебе жизнь и судьбу свою, как вверяешь мне ты…
Кто-нибудь, оттащите её! Куда смотрит Император⁈
– Перед ликом Богов клянусь, что желание моё искренне и не изменится, когда пробьёт час уйти за грань.
Дура, он пробьёт прямо сейчас!
Я почувствовал, как начинаю гореть. Снаружи и изнутри. От меня остался лишь бестелесный дух, но ощущения были такими… реальными. На руках проступила чешуя, а в том месте, где должно было быть сердце, раздался стук. Он был частым и сильным и вызвал панику.
Дьявол, она разделила со мной жизнь! Ритуал сработал!
Оглушительный рык моей второй ипостаси словно что-то переменил во мне. Теперь я должен был вернуться обратно во что бы то ни стало, иначе бы я утянул любимую за собой. А ей нужно жить. И жить долго!
Силуэт феникса возник передо мной в одно мгновение. Птица наклонила голову на бок и повела меня за собой, превратившись в дверь, спустя некоторое время. Я не знал, куда она приведёт меня, но точно не в такой же мрак и холод. Нажав на дверную ручку, решительно направился вперёд.
Мне нельзя было останавливаться. Это знание само собой появилось в моей голове. За незримой стеной было нечто, источающее яркий свет. Я прищурился, чтобы не ослепнуть, и шагнул в неизвестность.
С каждой секундой сил становилось всё больше, и я сорвался на бег. Понятия не имел, что со мной будет, но и оставаться мертвецом я не собирался. У меня была причина вернуться, и я всё время помнил об этом.
Пробудился, сделав рваный вдох. Голова раскалывалась так, будто внутри было полно битого стекла. Резкая боль не давала отдышаться и унять учащённое сердцебиение. Спустя несколько минут мне всё же удалось распахнуть глаза.
У меня получилось! Я выбрался!
Узнал знакомую палату лекарского крыла Императорского Дворца, куда не раз попадал после изнурительных тренировок. Я смог облегчённо выдохнуть и успокоиться. Больше не нужно было нестись в непонятном направлении, сломя голову.
Я дома…
– Ну и напугал же ты нас, мальчик, – я вздрогнул, услышав голос главного лекаря.
– Рид… – голос не слушался и выходили какие-то едва различимые хрипы.
– Молчи, Маркус, – почувствовал тёплые руки, накрывшие мою голову. – Ты фактически умер. Не знаю, что было в голове у Авроры, но она с огромным трудом вытащила тебя.
– Как она? – это было всё, что волновало меня в данный момент.
– Жива, хвала Богам, – фыркнул старик. – Сил из девочки ты попил порядочно, уже месяц оправиться не может.
По спине пробежал холод, сковывая моё и без того малоподвижное тело.
Я навредил?
– И не надо строить такое скорбное выражение лица, – продолжил своё ворчание Ридгард. – Оправится твоя невеста, теперь уж точно. А вот с тобой не знаю, что будет.
– В каком смысле? – совершенно не понимал, к чему тот клонит.
– В кривом! Ты умер, Маркус! Умер, понимаешь⁈ Тебя вытащили даже не с грани, а из загранья! Я не чувствую твой резерв от слова «совсем»!
Оцепенев от ужаса, попытался воззвать к своей силе и второй ипостаси, но не почувствовал практически ничего. От моего огня остались какие-то жалкие крохи, а дракон и вовсе не отзывался, будто не было его никогда.
– И что со мной будет? – спросил, сжимая зубы. – Я останусь таким?
– Не знаю, мальчик мой, – устало выдохнул целитель. – Покажет только время. Извини, я отойду на секунду. Нужно сообщит Императору, что ты пришёл в себя.
Кивнул, радуясь тому, что хотя бы пару мгновений побуду наедине со своими мыслями, которые навалились на меня с удвоенной силой.
Что если я потерял способность к обороту? Как я смогу выполнять свои обязанности, не имея огня? Такой муж Авроре точно не нужен.
Мужчина должен быть защитой и нерушимой стеной для своей семьи. Какой из меня теперь генерал? В каком месте я могу послужить опорой?
Ответ очевиден – я бесполезен. Лучше бы сдох моментально, чтобы у этой рыжей занозы даже шанса не было вернуть меня обратно.
Не сразу услышал шаги, раздавшиеся рядом со мной. В нос ударил ядрёный запах каких-то трав, заставив непроизвольно поморщиться.
– Пей, – над головой прозвучал строгий приказ Ридгарда.
Сил спорить и препираться не было, поэтому сделал так, как он велел. Едкая дрянь полилась ко мне в желудок, вызывая приступ тошноты. Когда был на Земле, узнал про существование водки. Вот, ощущения были похожими. Горло обожгло, а в голову словно что-то ударило.
