Текст книги "Подмена"

Автор книги: Инна Шаргородская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Глава 12

– Кто вы такой на самом деле? – спросила Роза Иоанновна. – Может, признаетесь, раз уж все равно решили заморить меня голодом? Это вы испортили мне окно и побили зеркала?

Лже-Бранников молчал вот уже полчаса. Он стоял на коленях перед камином, сосредоточенно наблюдая за огнем и время от времени подкладывая туда поленья, и старая гадалка затомилась.

Комнату, где держал ее похититель, она давно изучила во всех подробностях – самым примечательным, помимо изразцового камина, здесь были черные бархатные шторы с претенциозной бисерной вышивкой. Со стула Роза Иоанновна встать по-прежнему не могла – приковывали какие-то чары. Ужасно хотелось есть, а еще больше – выпить чашечку кофе. Мучили ее и другие, вполне естественные желания… разговоры с похитителем хоть немного да отвлекали, иначе она, пожалуй, уже завыла бы от тоски и безнадежности своего положения.

– Что? – спросил он не оборачиваясь. – Какие еще зеркала?

Роза Иоанновна тяжело вздохнула.

– Гадальные. Хорошо мне послужили, между прочим…

Он покосился на нее через плечо.

– Ты гадалка?

– О, Господи, – сказала Роза Иоанновна, – неужели вы до сих пор этого не поняли?

– Пока что я понял только одно, – он резко развернулся, не вставая с колен, и обжег ее ненавидящим взглядом, – человек, которого ты называешь капитаном Хиббитом, подбирается к тому, чего он знать не должен. И мне необходимо его остановить.

– Так попросите его остановиться, – старуха поджала губы. – Я лично вам ничем помочь не могу.

Всякий раз, обращаясь к своему похитителю на «вы», она произносила это слово с некоторым нажимом, надеясь, что тот спохватится наконец и перестанет ей тыкать. Но он как будто ничего не замечал. Обращался к ней исключительно, как к «женщине», а однажды и вовсе назвал «смертной», словно сам был бессмертным, отчего Роза Иоанновна начала подозревать, что, возможно, имеет дело с безумцем.

– Попросить? – он посмотрел на нее как-то странно. – И ты полагаешь, он послушается?

– Капитан Хиббит разумный человек, в отличие от вас, – сухо сказала она. – И, возможно, пока вы тут терзаете меня понапрасну, он успел подобраться к вашим страшным тайнам еще ближе.

Незнакомец вроде бы задумался, и Роза Иоанновна добавила:

– На вашем месте я все-таки попыталась бы с ним договориться.

О чем идет речь, она имела на самом деле не многим больше представления, чем в первые минуты после похищения. Сначала этот странный тип допытывался у нее, что делает в Петербурге Дмитрий Бранников. Потом переключился на капитана Хиббита. Почему, мол, тот взял Бранникова под свою защиту и зачем ему понадобилось возвращать юноше память? При этом он категорически отказывался верить всему, что Роза Иоанновна говорила. Хуже того, умудрялся интерпретировать ею сказанное столь странным образом, как будто и впрямь был слегка безумен. Или не слишком хорошо знал русский язык…

А это его удивительное утверждение, будто за несколько дней невозможно так сильно привязаться к человеку, чтобы желать ему помочь?!..

Роза Иоанновна вдруг ахнула. Неожиданно она поняла…

– Что случилось? – спросил незнакомец, глядя на нее с подозрением.

– Боже мой, – сказала старуха, – так вот вы кто!.. Эльф?.. подменыш Мити Бранникова?!

Подозрение в его глазах сменилось озадаченностью.

– Эльф-йимини… ночной, – уточнил он. – Ну да. Что тебя удивляет?

Роза Иоанновна вместо ответа закрыла глаза от внезапно нахлынувшего чувства облегчения и расслабленно откинулась на спинку стула.

Слава Богу… это не жестокосердный черный маг, похититель Ванечки Сазонова! И, конечно же, его интересует вовсе не ход расследования капитана Хиббита, а что-то иное… то-то они никак не могут понять друг друга!..

– Разговариваем, словно два идиота… на разных языках! – она вскинула голову и метнула на него сердитый взгляд. – Вы не могли сказать мне об этом раньше?

Он недоуменно пожал плечами.

– Я думал, ты знаешь. Кому еще могло понадобиться тебя похищать?

– Действительно, – Роза Иоанновна сдержала нервный смешок. – Но я ведь спрашивала, и не один раз, кто вы такой. Вы не слышали моих вопросов?

– Я полагал, что тебя интересует мое имя.

– Ах, имя!

Старуха выпрямилась из последних сил. Спина у нее затекла, и продолжать сидеть на этом проклятом стуле было уже совсем невмоготу. Но страх прошел…

– Нет, деточка, – забывшись, миролюбиво сказала она, – зачем мне ваше имя? Я просто принимала вас за другого человека… а вы и не человек вовсе, какая радость!

– Радость?

– Конечно! Вы даже не представляете, как вы нам на самом деле нужны… наконец-то хоть кто-то расскажет о том, что произошло с Митей! Звоните же капитану Хиббиту…

– Я не собираюсь никому ни о чем рассказывать, – оборвал он. – Напротив, желал бы, чтобы ты наконец мне все рассказала! Откуда здесь взялся Митя? И что он здесь делает?

Резкость его тона заставила гадалку опомниться.

Ночной эльф… не рано ли она обрадовалась? Известно же, что это волшебное племя не отличается ни миролюбием, ни гуманностью. Как раз наоборот – более жестоких эльфов, кажется, и не бывает…

– Хорошо, начнем сначала, – осторожно сказала Роза Иоанновна. – Я ведь уже говорила вам – Митя ничего не помнит. И ничего особенного здесь не делает, просто живет…

– Но пытается вспомнить?

– Да, пытается. Лично я не считаю это преступлением…

– Что он уже вспомнил?

– Ни-че-го, – по слогам произнесла старуха. – Кроме того, что когда-то его подменили.

– Я тебе не верю.

Роза Иоанновна нахмурилась, поспешно соображая, как быть дальше. Разговор грозил пойти все по тому же кругу… но, к счастью, теперь она, кажется, догадывалась, что именно желал узнать похититель. И если догадка была верной, откровенность ее не могла обернуться для Мити бедой. Сердце у нее отчаянно заколотилось. А вдруг эльф-подменыш еще и поможет мальчику?..

– Вы опасаетесь, что он может вспомнить что-то лишнее? – спросила она как можно более рассудительным тоном, стараясь не выдать ни своего волнения, ни надежды. – Или хотите, чтобы он это вспомнил?

Эльф на мгновение прикрыл глаза. На суровое и красивое лицо его – лицо возмужавшего Бранникова – легла мимолетная тень усталости.

– И то, и другое, – сказал он отрывисто. – Наконец ты начинаешь понимать.

– Вы не можете связаться со своими соплеменниками и узнать у них, по какой причине этот юноша вдруг оказался здесь?

– Не могу.

– И надеетесь, что он сам расскажет вам об этом?

– Да. Только слышать его рассказ не должен никто, кроме меня.

– Ясно, – кивнула старуха. – Теперь все встает на места… квейтанский наблюдатель тем более не должен его слышать, и вы боитесь, что он докопается-таки до вашей тайны. Где, например, живут ночные эльфы и чем занимаются. И с какой целью подменили Митю вами…

Эльф помрачнел.

– Узнай он – обвинят меня… поэтому я просто обязан выяснить, как могло произойти такое, что ваш Митя оказался среди людей?

– Деточка, – снова забывшись, воскликнула Роза Иоанновна, – так мы же с вами союзники! Разве вы не понимаете? Мы одинаково заинтересованы в том, чтобы к Мите вернулась память! Скажите, вы можете ему помочь?

Он заколебался. Стиснул зубы, поиграл желваками.

– Я в сложном положении, – сказал глухо. – Возможно, могу. Но не должен. Пусть со мной поступили несправедливо, выпустив зачем-то в человеческий мир моего двойника, но я все же…

– Простите, – горячо перебила Роза Иоанновна, – если уж говорить о несправедливости, то самой обиженной стороной в этом деле является Митя. Этого юношу – неизвестно, с какой целью! – лишили родителей и нормальной жизни среди людей. А теперь еще и памяти! И это вы, между прочим, его двойник, а не он – ваш… Ваши соплеменники, может быть, не очень хорошо поступили с вами, но с ним они обошлись просто бесчеловечно! Поставьте себя на его место…

Эльф пожал плечами.

– Я и так почти на его месте. Если бы мне было дано еще и забыть… все забыть… наверное, я был бы гораздо счастливей, чем сейчас.

В голосе его неожиданно прозвучала горечь, и Роза Иоанновна взглянула на него с удивлением.

Он по-прежнему стоял на коленях возле камина, вполоборота к огню, в довольно неудобной, напряженной позе, которая напомнила ей о постоянной Митиной напряженности. Все-таки они были чертовски похожи, особенно теперь, когда жесткость взгляда этого волшебного существа смягчилась наконец печалью…

– Вот оно что, – осторожно сказала старая гадалка. – Вы… изгнанник?!

Он молча кивнул.

– И не можете возвратиться домой?

– Когда-то у меня была надежда, – тихо сказал он. – Потом она исчезла. Я уже начал смиряться. Вернулся в этот город… просто так, не потому даже, что хотел быть ближе к дому. Но именно здесь началась моя земная жизнь, в обличье мальчика по имени Дмитрий Бранников, и здесь, решил я, мне и следует ее провести. Говорят, у всего на свете бывает конец…

– Вы по-прежнему носите его имя?

– Да.

– И сколько же лет?.. – Роза Иоанновна затаила дыхание.

– Почти девяносто. Для бессмертного – срок ничтожный. Для изгнанника долгий.

Она ахнула про себя.

Митя старше нее?! Это не укладывалось в голове. Да и некогда было укладывать – пока эльф пребывал в таком разговорчивом настроении, следовало слушать его и задавать вопросы…

– Вы сказали, что вернулись в этот город. Значит, какое-то время вы жили в другом месте?

– Да. Отец и мать мальчика вскоре после подмены переехали вместе со мной в другую страну. Там они и умерли. А я пытался… долго пытался найти ключ, который открыл бы мне дорогу домой. Но в конце концов понял, что меня изгнали навсегда, ибо найти его невозможно…

– И давно вы вернулись сюда?

– Около года назад.

Всего около года, быстро сообразила старуха, а Митя живет здесь уже почти два… вот почему у юноши не нашлось родственников. Двойника с его именем тогда еще в городе не было, к тому же второй Бранников может и вовсе не числиться ни на одном учете… действительно, зачем волшебному существу прописка?..

– И вот что странно, – сказал вдруг эльф. – Я ведь не случайно столкнулся с ним.

– С кем? – машинально спросила занятая своими мыслями Роза Иоанновна.

– С вашим Митей.

Она встрепенулась

– Что значит – не случайно?

– Несколько дней назад я нашел в своем почтовом ящике письмо, адресованное ему. То есть мне – как я подумал сначала, поскольку зовусь его именем. Это оказалось приглашение в гости к каким-то незнакомцам, которые писали, что давно меня не видели и очень соскучились. Ошибка, понял я, но, конечно же, насторожился – значит, существует еще кто-то с таким же именем?.. Я решил повидаться с людьми, пославшими письмо. Рассказать об ошибке и узнать заодно, кто он, этот другой. Так, из любопытства… И я отправился к ним в назначенное время, однако в дом войти не успел. Потому что увидел на улице его – настоящего Бранникова, он шел туда же. Разумеется, я остался ждать возле дома. Я был очень взволнован… думал, что поступлю с ним, как с тобой – когда он выйдет, перенесу его к себе и все узнаю, не добром, так силой. Но не получилось – он оказался защищенным от магического воздействия. Тогда я разволновался еще больше и даже испугался. Я должен был любым способом выяснить, что произошло! Ведь эльфы пленников не отпускают, тем более если среди людей остался двойник… выходит, Бранников бежал, но как?.. И что он успел рассказать здешним жителям о нашем мире?!

Эльф остановился на мгновение перевести дух, и Роза Иоанновна быстро вставила:

– Он не бежал. У него стерта память…

– Я этого не знал, – нетерпеливо отмахнулся ее собеседник. – Мне пришлось проследить его путь до другого дома – того, откуда сегодня утром вышла ты. Я смог прочесть твои мысли – ты не закрывалась тогда, и думала о Бранникове, а еще о капитане Хиббите и его магии. Я понял, что Бранников для меня недоступен, и пошел за тобой. Не имея возможности взять его, взял тебя…

– Спасибо, – сухо сказала Роза Иоанновна. – Нет, чтобы просто подойти и заговорить… А почему бы вам все-таки не связаться со своими сородичами? Хотя бы телепатически, раз вы так ловко умеете читать чужие мысли?

– Я не могу связаться, – ответил он столь же сухо. – Почему – не твое дело.

Надо бы с ним помягче, спохватилась старуха. Только-только завязался нормальный разговор…

– Не мое, согласна, – сказала она покладисто. – Больше спрашивать не буду. Но… у меня есть к вам предложение. Судя по всему, и нам, и вам весьма желательно, чтобы память к Мите вернулась. А значит, мы все же союзники – хотя бы в этом. Не так ли?

– Допустим, – неохотно кивнул эльф. – И что дальше?

– Дальше… давайте вместе отправимся к капитану Хиббиту! Возможно, он сумеет помочь вам, а вы, в свою очередь, попытаетесь помочь нам. В обмен, скажем, на обещание не разглашать вашу тайну…

– Ты думаешь, я решусь довериться человеку? – холодно усмехнулся эльф. – Когда и своим-то нельзя верить до конца?

– У вас есть выбор? – Роза Иоанновна посмотрела на него с жалостью. – Положим, вы меня не отпустите, боясь за ваши секреты, возьмете да уморите каким-нибудь образом… И что вы будете делать потом? Пытаться уморить капитана Хиббита? Не получится, смею вас уверить. Или Митю Бранникова? Это не в ваших интересах…

Он тяжело вздохнул.

– Ты права, смертная. Я в безвыходном положении. Но… союз с людьми?!

Старуха вновь окинула его сочувственным взглядом. И мягко спросила:

– Вы помните Митиных отца и мать?

– Да, конечно.

– Неужели и они тоже казались вам людьми, которым нельзя доверять? Они плохо обращались с вами?

Он нахмурился.

– Они исполняли свой родительский долг.

– И только?.. – поразилась старуха. – Вы это так себе представляете?

– Для нас это обычное обращение с детьми.

– Для вас… Боже милосердный, бедные маленькие эльфы!..

– Замолчи, – тяжело сказал он.

Однако задетую за живое Розу Иоанновну не так просто было остановить. И напрочь забыв в этот миг о том, что еще совсем недавно сама отзывалась о людях с изрядной долей цинизма, считая, что им нельзя доверять, она без оглядки ринулась в бой за честь и гуманные принципы рода, к которому принадлежала.

– Это не мое дело, понимаю! – с вызовом сказала она. – Однако вы прожили среди людей ни много ни мало девяносто лет! Неужели за все это время вы ни разу не столкнулись с любовью? Ни в ком не встретили доброты и понимания? Вам никогда не помогали? И сами вы не были привязаны даже к тем, кто растил вас, как родного сына?!.. Позвольте вам не поверить, молодой человек, хотя бы в последнем! Вы же читаете мысли… значит, не могли не знать, что вас любят. А всякому живому существу – даже зверю – свойственно платить любовью за любовь. И доверием за доверие!.. Не знаю, какие представления о нас внушили вам ваши соплеменники, но здесь вы просто должны были…

– Замолчи, – вновь перебил он, стискивая зубы. – Ты слишком много говоришь… о доверии и справедливости… ну, так докажи мне, что именно это ты и думаешь! Открой свои мысли! И тогда, если ты не лжешь, – он презрительно хмыкнул, явно не веря в ее искренность, – я, возможно, соглашусь на твое предложение.

– Хорошо, – не задумавшись ни на секунду, сказала Роза Иоанновна.

Пусть он узнает заодно хоть все ее личные тайны – какое это имеет значение, если в результате Митя и его подменыш сумеют помочь друг другу?..

Эльф уставился на нее с настороженным удивлением. И глядя ему прямо в глаза, она твердо повторила:

– Хорошо. Что я должна для этого сделать?

Делать ей не пришлось ровным счетом ничего.

Эльф, по-прежнему стоя на коленях возле камина, даже не повернулся к ней – лишь слегка запрокинул голову и прикрыл глаза. А Роза Иоанновна, по-прежнему сидя на стуле, просто думала.

…И как только она дала волю своим мыслям, так ей тут же расхотелось звонить капитану Хиббиту. Ох, и нахлобучка же ее ожидала – за самоволие и упрямство… Она изо всех сил старалась думать о Бранникове, полагая, что эльфа, конечно же, больше всего интересует именно он. Но перед внутренним взором ее упорно вставал разъяренный капитан. «За каким чертом вы поперлись на улицу? – гневно вопрошал он. – Разве я вас не предупреждал? Как мне, скажите на милость, вас уберечь, если вы сами суете голову в петлю?»

«Я больше не буду», – смущенно отвечала Роза Иоанновна, но он не унимался.

«Слава Богу, в этот раз похитителем оказался не наш злодей. А в следующий?..»

Эльф неожиданно сказал:

– Довольно! – и быстро, словно распрямившаяся пружина, поднялся на ноги. – Я понял, что хотел.

– Как? – удивилась старая гадалка. – За полминуты?

Он пожал плечами.

– Ты не пытаешься меня обмануть, и это главное. Правда, ты сама можешь быть обманутой, но тут уж ничего не поделаешь. Придется рискнуть… Разрешаю тебе встать, – и легкой походкой, словно ноги у него ничуть не затекли после часового стояния на коленях, он направился к телефону, стоявшему возле двери.

Роза Иоанновна, тут же забыв о томивших ее желаниях и не двинувшись с места, затаила дыхание. Неужели?..

Эльф, кажется, и впрямь узнал все, что ему было нужно. Даже номер мобильного телефона капитана Хиббита, хотя этих цифр она уж точно вспомнить не успела… Во всяком случае, на кнопочки он нажимал вполне уверенно.

Потом застыл неподвижно, прислушиваясь к гудкам.

– Капитан Хиббит? – спросил сдержанно, и Роза Иоанновна с облегчением перевела дух. Сдался, голубчик…

– Женщина, о которой ты беспокоишься, у меня, – продолжил эльф без паузы. – Я готов ее вернуть. В обмен на Дмитрия Бранникова…

– Что? – ахнула не ожидавшая такого поворота старуха.

Капитан Хиббит, по всей видимости, задал тот же вопрос, потому что эльф повторил:

– В обмен на Дмитрия Бранникова. Ты должен снять с него защиту и выпустить его из своего дома. Остальное – мое дело. Как только я встречусь с ним, через несколько минут ты получишь женщину…

Глава 13

– Кто ты такой? – спросил капитан, быстро записывая на пачке сигарет высветившийся на мобильнике номер.

– Сейчас это неважно, – холодно ответил голос из трубки. – Женщина тебе расскажет.

– Не-ет… так не пойдет, – Кароль приписал под номером «Адрес!» и пустил пачку по столу к Веронике. Та, прочитав сие короткое послание, тут же поспешила к домашнему аппарату. Кароль тем временем продолжил: – Давай-ка сразу расставим все по местам, мой дорогой незнакомый друг, – у кого из нас товар, у кого купец. И кто вправе торговаться, а кто и не очень…

– Я тебя не понимаю, – процедил сквозь зубы его невидимый собеседник.

– Что уж тут понимать! Нарушение баланса, знаешь ли. По пунктам перечислять не буду, но их хватает, хватает…

– Какого баланса?

– Обыкновенного, – терпеливо сказал капитан Хиббит. – Не делай вид, будто с Луны свалился. Верни мне женщину, и ребенка заодно, а потом…

– Я не тот, о ком ты думаешь, – перебил собеседник. – Ребенка у меня нет. Мне нужен только Бра…

– Зачем? – быстро спросил Кароль, не дав ему договорить.

И бросил короткий, нарочито безразличный взгляд на Митю, который, сидя рядом, напряженно прислушивался к разговору.

Голос незнакомца был, увы, слышен слишком хорошо. По Митиному лицу уже разливалась бледность, свидетельствовавшая о том, что он все понял. Того гляди, вскочит и потребует совершить обмен…

– Неважно, – снова сказал похититель Розы Иоанновны. – Обещаю, что не причиню ему вреда.

– Ну, если так – милости прошу ко мне. Вполне можно побеседовать и здесь, при свидетелях. Обещаю, что тебе тоже не причинят вреда… если, конечно, Роза Иоанновна в порядке.

– Кто?.. А, старуха. Она в порядке. Но к тебе я не пойду. Отдай мне Бра…

– Позови-ка ее к телефончику, – торопливо сказал Кароль. – Чтобы я сам убедился…

Господи, кто же это такой и зачем ему понадобился Бранников? Что за новая напасть?

Вероника тем временем, закончив свои телефонные переговоры, вернулась к столу и положила перед мужем листок бумаги с адресом загадочного абонента.

– Как вы мне все надоели, – незнакомец опять заговорил сквозь зубы. – Одна упиралась целый день вместо того, чтобы открыться сразу, теперь второй…

– А потом упрется и третий, – подхватил Кароль. – Мы тут все, знаешь ли, не подарочки!.. – и замер вдруг с открытым ртом, осененный невероятной догадкой.

Незнакомец начал отвечать, но Кароль уже не слушал. Если Роза Иоанновна, лихорадочно думал он, упиравшаяся целый день, все-таки сдалась – при ее-то упрямстве! – и в чем-то там открылась этому типу, а похищение ее каким-то образом связано с Митей Бранниковым, то…

– Бог ты мой, – пробормотал он, устремив невидящий взгляд на листок с адресом. – Неужели подменыш?

В трубке воцарилась напряженная тишина.

Угадал! – понял Кароль.

Спустя мгновение, которое потребовалось ему, чтобы собраться с мыслями, он решительно сказал:

– Вот что, кавалер, слушай теперь мои условия. Или ты через несколько минут будешь у меня, вместе с благородной дамой, или я в тот же срок буду у тебя – с Волшебной Стражей. Что такое Стража, ты, надеюсь, знаешь. Даже если успеешь смыться, она достанет тебя самое позднее к утру. Выбирай. В первом варианте все твои грехи еще могут остаться между нами – тобой и мной. Во втором – ответишь по всей строгости, вместе со своими подельниками. Неприятности гарантированы в любом случае. Но со мной дело иметь все-таки приятнее, – он выждал пару секунд. – Не слышу ответа.

Собеседник молчал. Но и трубку не бросал. Думал… а стало быть, надежного убежища, где мог бы укрыться от Стражи, не имел.

Тут Митя зашевелился, посмотрел на капитана просительно.

– Позвольте мне сказать ему несколько слов…

Кароль, поколебавшись немного, предупредил:

– Только никаких обещаний! – и передал телефон.

– Алло, – сказал Митя в трубку чуть дрогнувшим голосом. – Это Бранников… Как я понял, ты хочешь встретиться со мной. Я тоже этого хочу. Приди, пожалуйста…

Некоторое время он слушал эльфа – тот говорил на сей раз так тихо, что Каролю не удалось разобрать ни слова из доносившегося из трубки бормотания. Потом Митя кивнул, словно собеседник мог его видеть.

– Как скажешь. Только отпусти Розу Иоанновну.

– Что значит – «как скажешь»? – зашипел Кароль, но было поздно.

Митя вернул ему мобильник со словами:

– Сейчас они будут.

Кароль поспешно приложил трубку к уху, но оттуда уже слышались короткие гудки.

А через несколько секунд – он не успел даже обругать Митю за неосторожно данное согласие неизвестно на что – раздался звонок во входную дверь…

* * *

Измученная Роза Иоанновна тут же перешла в заботливые руки Бояна Никитича и Вероники – старуху повели кормить, утешать, отпаивать кофе…

Похититель же ее, взгляд которого влекся с неодолимой силой к Мите Бранникову, как влечется к северу стрелка компаса, неохотно уселся за стол переговоров с извечными своими недругами – людьми.

Капитан Хиббит после телефонной беседы с ним уже, в общем-то, представлял себе, с каким фруктом предстоит иметь дело. Но он еще не знал, что Митин подменыш принадлежит к племени ночных, или темных эльфов, как их называли в Квейтакке – и за образ жизни, и за образ мыслей…

Более опасного среди магических племен, пожалуй, не существовало – все прочие волшебные существа, отличавшиеся, подобно им, жестоким и неуживчивым нравом, как правило, не могли похвастаться умом и поэтому не представляли собой серьезной угрозы для мало-мальски умелых магов. Темные же эльфы, помимо огромной колдовской силы, обладали еще и высоким интеллектом. Они были надменны и заносчивы. Презирали всех, кто не принадлежал к их роду. И почитали за особую доблесть навредить чужаку, а то и вовсе спровадить его на тот свет, почему все и старались обходить их стороной. Смертоносной магией у темных эльфов не владели разве что дети, хотя умение это они тщательно скрывали от властей. И обучение ему всегда сочетали с тончайшей наукой заметания следов – коварство, казалось, было у них в крови…

Сообщить капитану свое имя эльф сперва отказался наотрез.

– Зачем тебе это знать?

– Нам надо тебя как-то называть, кавалер, – сказал Кароль, пожимая плечами. – Не Митей же, в самом деле! Один у нас уже имеется… И потом, никто не требует открыть твое тайное имя. Есть ведь и повседневное?

– Вам все равно его не выговорить, – надменно сказал тот.

– Да уж попробуем как-нибудь, – вздохнул капитан.

Эльф поколебался немного – видимо, быть вторым Митей ему не хотелось. Потом угрюмо проворчал:

– Кийэ Ллин Йимини шедд Ноэмари.

Кароль после секундной паузы перевел:

– Дар Девы Полуночи, дочери Волка… – и добавил: – Красиво!

– Ты знаешь наш язык? – удивился эльф.

– Я квейтанский наблюдатель, – напомнил Кароль. – Надеюсь, твои сородичи еще не забыли, что они – выходцы из Квейтакки? Да… такое имечко и впрямь не всякий выговорит. Ничего, если мы будем называть тебя просто Кийэ? Или Дар, по-русски?

– Лучше Кийэ.

– Отлично. В таком случае приступим – что делаешь ты, кавалер Кийэ Ллин Йимини шедд Ноэмари, у нас на Земле?

– Зачем тебе это знать?

… И пошло, поехало!

Только через час из отрывочных сообщений, которые капитану в ходе упорного, изощренного допроса удалось вытянуть из отчаянно сопротивлявшегося эльфа, начала вырисовываться более или менее связная картина, объяснявшая появление среди людей двойника Мити Бранникова. Как понял изрядно умаявшийся к тому времени Кароль, эльф и эти-то скудные сведения выдавал лишь потому, что за девяносто лет исстрадался на самом деле от одиночества. Стосковался по возможности излить хоть кому-нибудь душу. Поговорить о себе – настоящем себе, а не о том человеке, чью роль он играл в разных городах и странах… Ибо история его оказалась совсем не веселой, и судя по выражению лица Бранникова, когда тот стал понимать наконец, что к чему, подменыш даже у него вызвал скорее сочувствие, нежели справедливое негодование. Кавалер Кийэ, как выяснилось, был не так уж и виноват перед ним…

Он занял Митино место не по собственной воле. Его отправили в изгнание, и наказание это было лишь отчасти смягчено тем, что ему позволили принять образ маленького ребенка и таким образом постепенно адаптироваться к жизни среди людей, о которой он не имел никакого представления. Но в чем он провинился перед своими сородичами, эльф так и не признался. Его оболгали – вот и все, что он сказал, и с проклятым клеветником он еще надеется когда-нибудь посчитаться – если сможет вернуться домой.

Представив себе эти счеты, капитан Хиббит, знавший нравы темных эльфов, внутренне содрогнулся. Но виду не подал и поинтересовался – не поддерживает ли кавалер Кийэ ментальную связь с кем-нибудь из своих друзей? Нет, последовал краткий ответ, это невозможно. И только после того, как Кароль, прикинувшись жутко непонятливым, задал еще несколько наводящих вопросов, эльф неохотно объяснил, что все их королевство укрыто энергетическим щитом, не позволяющим никому проникнуть в него даже мыслью.

Так они и продвигались вперед – мучительно медленно. Кавалер Кийэ вел себя как упрямый, озлобленный подросток, то и дело огрызался и цедил сквозь зубы по словечку. Кароль терпеливо направлял разговор в нужное русло, то играя на самолюбии эльфа, то льстя ему, то сочувствуя. И эта тягомотина продолжалась до тех пор, пока Митя вдруг не попросил кавалера Кийэ принять истинное обличье. Хочется посмотреть, мол, как выглядят ночные эльфы. Не откликнется ли память?..

Тот нахмурился, глядя на юношу с недоверием. Спросил, вправду ли Митя ничего не помнит. Услышав подтверждение, задумался. Потом согласно кивнул – решил, видимо, что вреда ему исполнение этой просьбы не принесет. Провел ладонями по лицу и…

– …Боже мой! – невольно вырвалось у Мити при виде преобразившегося эльфа. – Неужели такое можно забыть?

Капитан Хиббит лишь тихонько вздохнул, прекрасно его понимая.

Кавалер Кийэ в своем истинном обличье был невероятно красив. Прямо-таки нечеловечески…

Мраморно-белая кожа. Высокий чистый лоб, точеное лицо, обрамленное облаком волос лунного цвета, отливающих лунным же блеском. Огромные сияющие черные глаза с серебристыми искрами, с траурной каймою ресниц. Чувственно изогнутые губы. Волевой подбородок. Мужественность и сила в каждой черте. И – холод… холод и надменность, равные которым трудно увидеть на лице человека…

При виде Митиного потрясения, впрочем, жесткий взгляд темного эльфа слегка потеплел.

– Можно, – снисходительно сказал Кийэ. – Чары есть чары.

Митя удрученно покачал головой.

– Все равно не верится. Провести среди таких, как ты, целых девяносто лет и смотреть теперь на тебя так, будто я в жизни ничего подобного не видел?!..

Разговор после этого зашел, само собою, о заклятии, сковавшем его память.

Кавалер Кийэ вроде бы стал склоняться к мысли, что собеседники не пытаются его обмануть. И меньше опасаться каких-то неведомых козней со стороны капитана Хиббита. Потому что он вдруг смягчился, расслабился и на вопросы начал отвечать несколько охотнее и подробней, чем раньше, лишь изредка впадая снова в свою угрюмую подозрительность.

И узнав, что заклятие содержит в себе некое условие, при котором память к Мите может вернуться, эльф безнадежно махнул рукой.

– Знаю я это условие, – сказал он, опять мрачнея. – Никто и никогда не согласится его исполнить, поэтому забудь о нем. Надежды нет, ни для тебя, ни для…

– Погоди, погоди, – перебил насторожившийся капитан Хиббит. – Если ты и вправду знаешь, расскажи все-таки, в чем дело. Насчет надежды мы уж как-нибудь сами решим!

Кавалер Кийэ посмотрел на него холодно.

– Если я говорю, что ее нет, значит, ее нет. Можете мне верить – даже я сам, кому действительно необходимо знать, что произошло с этим человеком, не пойду на то, чтобы вернуть ему память на таком условии!

– И все же… – начал капитан, но тут их прервали.

В двери постучалась домовица Берта Никитишна и довольно сердито попросила хозяина наведаться на минутку в детскую. Кароль поспешно поднялся на ноги.

– Сейчас вернусь…

Едва он вышел, к эльфу подступился взволнованный Митя Бранников.

– Расскажи об этом условии хотя бы мне, кавалер, – попросил он, кусая губы. – Согласись, я-то должен знать, на что меня обрекли…

…«Минутка» растянулась почти на четверть часа.

Некоторое время Кароль, занятый своими мыслями, никак не мог взять в толк, какую такую пуговицу требует у него дочь. Поняв же, он попытался объяснить малышке, что негоже портить модельную одежду не предусмотренными в ней деталями. Но при виде сделавшегося недовольным личика сдался и украсил пуговицами на спине весь ее гардероб, благо, как волшебнику, возиться с иголкой и нитками ему было совершенно незачем.

После этого «королевна» потребовала с него обещание, что в кукольный театр они пойдут на днях вместе. И как он ни старался отвертеться, поскольку временем своим нынче свободно не располагал, пришлось пообещать ей это, а заодно и вечернее чтение. А еще – новый столовый набор для целой армии кукол, которые с застывшими загадочными улыбками взирали со всех сторон – со стеллажей, с пола, из кроватки – на покорного отца и разошедшуюся дочь…