Текст книги "Заметки городской ведьмы (СИ)"

Автор книги: Инга Фельтен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Глава 07. День первого снега

Городская ведьма озабоченно глянула на Черную Кошку.

Кошка лежала на подоконнике. Обычно она укладывалась там, уютно поджав лапки и становясь похожей на буханку хлеба, но сегодня скорее напоминала растекшуюся кляксу. Длинный хвост уныло свешивался вдоль батареи. Ведьма сходила в парк, вернулась, сварила два сложных зелья и пересадила герань, и за все это время Кошка не проявила ни малейшего интереса ни к ней, ни к миру вообще.

– Ты здорова? – на всякий случай спросила ведьма.

– Нет здоровых. Есть недообследованные, – отозвалась Кошка, не поднимая головы.

– Э-э... Что произошло?

– Ничего, – равнодушно ответила Кошка. – Понимаешь? Вообще ничего не происходит. Все дни похожи один на другой, и мы проводим их не так и не не там, где хотели бы.

Из этих слов ведьма сделала вывод, что Черную Кошку накрыла черная меланхолия. У людей, говорят, такое бывает. Но чтобы у фамильяров?

– Не понимаю. Весна вот началась. Синицы поют... Что еще должно было произойти?

– Это не считается. Синицы поют каждый год. Ничего нового.

– Если уж на то пошло, от года к году они поют немножко по-разному.

– Не считается, – упрямо буркнула Кошка. – И вообще, от их пения смысла не больше, чем от твоей уборки, – добавила она, покосившись на на угол стола. На нем кособокой пирамидой сгрудились книги, тетради, незаконченные вышивки, сушеные листья, клочки бумаги и разноцветные записки с пометками "не забыть" и пятью восклицательными знаками.

– Если ты хочешь, чтобы я прибралась, так и скажи, – вздохнула ведьма.

– А толку? Все равно через два дня будет то же самое.

Ведьма растерялась, не зная, что ответить. Впрочем, отвечать не пришлось: во-первых, Кошка все равно отвернулась и не слушала, а во-вторых, на балкон прилетел ручной Дракон. Он отряхнулся, протиснулся в балконную дверь и отряхнулся еще раз, поливая брызгами ковер.

– Удивительная погода! – заметил Дракон и прикрыл дверь хвостом. – То снег, то солнце…

– Ничего удивительного. Обычный март, – угрюмо ответила Кошка, глядя куда-то в стену.

Дракон вопросительно посмотрел на ведьму, но та только пожала плечами и кивнула в сторону кухни: мол, поговорить лучше там. Хотя что тут скажешь? Даже у идеального фамильяра бывает плохое настроение…

– Это не настроение, – негромко проговорил Дракон, устроившись на кухонном диванчике калачиком. – Хотя в чем-то ты права: кризис среднего возраста и меланхолия могут, видимо, случиться даже с Идеальной Черной Кошкой.

– Какого еще среднего… – начала было ведьма и осеклась: она, если честно, понятия не имела, сколько лет ее фамильяру. – А что, у драконов тоже..?

– У драконов вообще не бывает среднего возраста, – усмехнулся Дракон, – а что до кризисов, то у нас есть свой личный способ э-э-э… терапии. Что ты так смотришь? Зато надежно! Пара-тройка сожженных замков – и лет на двести, говорят, хватает…

Ведьма поморщилась.

– Не подходит. Нам-то что делать? Она так и лежит с утра. Ничего не хочет, ничему не радуется, даже завтракать не пришла… Но ведь это не может быть проклятием! На фамильяров не действуют ни чары, ни зелья…

– Нет, не думаю. Это немагическая форма недовольства собой, ей кто угодно заболеть может. Плохо дело. Если запустить, оно так и навсегда и останется. Сначала равнодушие, потом уныние. А дальше начинаются вопросы про смысл жизни, ну и... – Дракон не договорил, но по голосу было ясно: вопросы о смысле жизни до добра не доводят.

– Откуда у нее недовольство, она же вообще – идеальный фамильяр! – воскликнула ведьма.

– Так идеальные им страдают еще чаще, чем неидеальные, – пожал плечами Дракон. – Мне рассказывал один пьянствующий рыцарь…

– Какой-какой рыцарь?

– Странствующий. Странствующий рыцарь. Мы с ним как-то славно посидели в кабаке. В кабаках… Словом, он тоже когда-то был идеальным рыцарем. На белом коне. Пока так же вот не заболел. И началось: и конь-то у него недостаточно белый, и доспехи не того оттенка, и драконы измельчали… Тьфу! Сидел с каменной рожей, пил пиво, и даже не удивлялся, что пьет с этим самым драконом.

– То есть надо ее удивить?

– Пожалуй, так. Если тебе удастся…

Ведьма задумчиво ощипывала ветку укропа и напряженно размышляла. Проще всего было бы сварить зелье «Не-может-быть», от которого у человека мигом пробуждается любопытство. Но Черная Кошка – не человек, на нее зелья не действуют. И заклинания не действуют, напомнила сама себе ведьма. И чары. По крайней мере чары из учебников.

Остается только самая обычная магия. Которой могут пользоваться даже люди.

– Хочешь, прогуляемся? – спросила ведьма у черной кляксы на подоконнике.

– Чего я там не видела? – буркнула клякса голосом Кошки. – Снега?

– Это не просто снег. Это первый снег! – уверенно заявила ведьма.

– Чего?!

Кошка наконец-то подняла голову и посмотрела ведьме в глаза, а потом – за окно. В март, у которого стремительно менялось настроение.

– Сегодня день первого весеннего снега! Весна только началась. Вчера шел дождь. А сегодня снег. Да, это считается. Я точно знаю. И он, видишь, тоже неидеальный, – улыбнулась ведьма, ловя мокрые, слипающиеся снежинки в открытом окне.

Кошка помолчала минуту, другую. Потянулась лапками, втягивая и вытягивая когти.

– Он, может, и нет. А я – да, – фыркнула она, пряча улыбку в усы. – Если ты умеешь превратить простые слова в магию, значит, я – идеальный фамильяр. Логично?

– Мартовская логика, – пожал плечами Дракон, доедая веточку укропа. – Но ведь рабочая! Хорошо, что ты заболела в марте. Летом было бы сложнее.

– Ничего, у нас и первый летний снег тоже бывает, – тихонько шепнула ведьма и хитро прищурилась.

Глава 08. Лимонная баллада

Городская ведьма творила зелье.

Это действие не имело ничего общего с рутинным помешиванием, скрупулезным нарезанием составляющих, предсказуемым убавлением огня или выверенным по секундам снятием пенки (конечно же, строго определенного цвета).

Нет, нынче ведьму охватил прилив весеннего вдохновения, и она свое зелье не готовила – она его сотворяла, а такое с ней, по правде говоря, случалось нечасто.

Над столом клубился творческий хаос и местами – просыпавшаяся сахарная пудра. Черная Кошка, дремавшая на подоконнике возле стола, чихнула и на всякий случай легла подальше.

Ведьма поминутно хваталась за Ежедневник и листала его с такой скоростью, что из-под пальцев летели искры.

– Passiflora… Leonorus cardiaca… Salvia officinalis… Folium fragariae … – бормотала она, выкладывая названное на полотенце с розочками. – Июньская вечерняя роса? Да, подойдет… Э, отдай, это не для еды! – Ведьма поспешно выдернула полотенце из-под жадно принюхивающегося драконьего носа.

– Не для еды. Для питья, – согласился Дракон. – Пахнет вкусно. Я подожду.

Черная Кошка громко фыркнула с подоконника.

– Похоже на базовые компоненты для успокаивающего зелья. Человеческого. Тебе оно надо?

– Но пахнет-то вкусно…

Ведьма отвлеклась от перелистывания Ежедневника и махнула рукой на кухонный шкаф.

– Достань мне, пожалуйста, котелок. Третья полка внизу.

Дракон осторожно открыл дверцу шкафа.

– Который? Их тут четыре.

– Ну дай какой-нибудь. Нет, этот слишком большой. Лучше вон тот, слева. Хотя у него бортики низковаты. Нет, у этого не та толщина…

– Лучше уж выбери сама, – вздохнул Дракон и бочком отодвинулся от шкафа, задев хвостом соседнюю дверцу. Из-за дверцы вывалилась кастрюля в цветочек.

– Отлично! – обрадовалась ведьма. – Это как раз то, что надо. Давай ее сюда.

– Но ты же сказала котел…

– Успокоительные зелья не варят в кастрюлях, – добавил Ежедневник.

– А мне нужна кастрюля! В ЦВЕТОЧЕК! Я художник, я так вижу. В смысле, я ведьма, я так чувствую!

Она поставила кастрюлю на огонь, налила воды из граненого кувшина. Стряхнула в нее полотенце с розочками.

Достала склянку с июньской вечерней росой, плеснула на глазок.

Помешала по часовой стрелке трижды. Подумала. Помешала в четвертый раз.

– Как-то странно ты нынче подошла к рецепту успокоительного зелья, – заметила Кошка. – Разве в нем, например, есть роса?

– Теперь будет. Стандартные зелья никуда не годятся: от одного голова болит, от другого спать охота. Третье, говорят, вообще вместо спокойствия вызывает равнодушие. А у нас, видишь, весна, – ведьма махнула рукой на окно, за которым переругивались воробьи. Им вторили соседская мама с дочкой. – У школьников ЕГЭ, у студентов сессия на носу, у влюбленных свидания (из-за которых они не готовятся к ЕГЭ и сессии), у их родителей – все сразу. У одиноких тоже полно хлопот. Так что самое время обновить рецепты.

Ведьма снова полистала ворчащий Ежедневник («Ромашка! Ты забыла ромашку, бестолковая, это же базовый компонент!») и разложила на столе коробочки и склянки с припасами.

– Ромашка – это, конечно, базовый компонент, – согласилась она, исписав три страницы расчетов. – Но нужна не просто ромашка. Пусть будет сердцевинка ромашки, давшей хорошее предсказание и собранной после солнцестояния. Тогда показатель С не превысит общую энергию R…

Следом в кастрюлю отправились хвоинки сосны, возле которой рос муравейник, и непременно сорванные с ветки, смотревшей на запад.

Стакан вишневого сока.

Помешать четыре раза.

Добавить лепестки шиповника…

Ведьма плеснула себе из кастрюли полчашки зелья, попробовала, задумалась. Как будто уже намного лучше, но все-таки чего-то не хватает.

– Лимон. Кажется, здесь нужен кружочек лимона! – ведьма ткнула пальцем в Черную Кошку с таким видом, как будто именно из-за нее раньше никто не клал лимон в успокаивающее зелье. – Он нейтрализует пессимальные свойства… Где же… Несколько штук лежало…

– По-моему, мы их доели. Зимой. Когда ты делала пряники и джем. И с тех пор ты не приносила, – вздохнул Дракон, уворачиваясь от падающих пакетов и коробочек, сопровождающих ведьмины поиски.

– Похоже, ты прав. Ладно, сейчас сбегаю. Ничего не трогать, к кастрюле не подходить. Вернусь мигом.

* * *

Полный доверху пакет оттягивал руку. Ведьма шла, сцепив зубы, и ругала сама себя. Вот зачем было брать молоко? Ну сходила бы завтра. Дома точно еще оставалась треть бутылки. А рис зачем набрала? Ну и что, что закончился, других круп нет в доме, что ли? А яблоки? Ну хорошие же яблоки, и со скидкой… И сахар тоже заканчивается. А сыр как было не взять, это же ее любимый, его уже неделю не привозили. Да и сколько он там весит, тот сыр!

Катастрофа случилась мгновенно и почти беззвучно. Пакет разошелся, и из его недр выкатились на подсохшую весеннюю улицу и молоко, и пакет сахара, и упаковка риса, и тщательно завернутый сыр…

Ведьма с упреком уставилась на обрывок пакета, зажатый в руке. Ну разумеется, он лопнул ровно посередине пути: ни раньше, ни позже. Мог бы сразу порваться, грустно подумала ведьма. Прямо в магазине. Там, по крайней мере, не составило бы проблемы купить другой. Или даже два. Что, переоценил свои силы? Решил, что дотянет? А теперь, значит, не выдержал и бросил ее вот так?

– Что, немного не рассчитала вес? – раздался рядом знакомый голос. – Ничего, бывает. Давай помогу, у меня в рюкзаке полно места.

Ведьма обернулась и не сдержала улыбку, увидев рядом рокера-гитариста из дома 38, корпус 6, квартира 4.

Парень тем временем ловко запихнул в рюкзак всю ведьмину снедь. Осталась только бутылка молока, упорно не желающая втискиваться в жесткие рамки ограниченного пространства. Ведьма нежно прижала ее к груди и бодро зашагала рядом со своим спасителем.

– Ты подоспел поистине вовремя. Спасибо.

– Пустяки. Случайно шел домой пораньше…

– Я смотрю, в драки больше не ввязываешься?

– Вроде отпустило. А ты как – поладила с камнем?

– Он славный, если найти к нему подход, – рассмеялась ведьма. – А что с твоим кольцом?

– Собираюсь на днях заказать новое…

За непринужденной болтовней ведьма сама не заметила, как оказалась перед собственной дверью.

– Ну… вот, до холодильника уже близко. Или донести? – неловко улыбнулся ведьмин сосед и снял рюкзак. Он явно не прочь был зайти, но в открытую не напрашивался: видимо, стеснялся в третий раз вваливаться без приглашения.

Впрочем, почему бы его и не пригласить, как положено, размышляла ведьма, выуживая из кармана ключи. Ну подумаешь, на кухне бардак. У кого не бывает? Рокер-гитарист, в конце концов, должен отнестись с пониманием. Главное —обеспечить в доме гостевой режим. Как там было в этих Связующих словах?

«Карты, деньги, два ствола, эпоксидная смола… Я привела гостя, слышишь? Скажи Дракону, чтобы посидел тихо».

Хотя это еще вопрос – кто кого привел. Только сперва нужно выяснить одну маленькую подробность. Безымянные приглашения по ту сторону порога, как известно всем порядочным ведьмам и даже некоторым людям, могут сыграть злую шутку.

– Спасибо. Донеси, если не трудно. И… прости, но как тебя все-таки зовут? А то адрес твой я знаю, а имя – нет.

– Действительно, неловко вышло. До сих пор не представился. Сергей. Но лучше зови Серым, меня все так зовут.

– Серый, – чуть прищурилась ведьма. – Заходи. Сейчас чай поставлю, хочешь? Какой-нибудь ягодный.

– Спасибо. Не откажусь. Чай у тебя потрясающий.

Однако стоило переступить порог, и ведьма тут же поняла, что с приглашением гостей она поторопилась.

В квартире пахло дымком. Еле уловимо – но обоняние у ведьм, даже у городских, развито не в пример лучше обычного человеческого. Профессия все-таки обязывает.

Черная Кошка, сидевшая на тумбочке в прихожей, мрачно подтвердила ее опасения:

– У тебя проблемы. Крупные.

– Ух ты, какая красивая кошка! – восхитился Серый, – Давно завела? В прошлый раз я ее вроде не видел…

Он потянулся было почесать мягкую шерсть за ухом, но под строгим кошачьим взглядом смутился и убрал руку.

– В каком смысле? – пролепетала ведьма.

– В прямом. Этот крылатый пожиратель рыбных котлет перепутал кухню с таверной, – ответила Кошка. – И налакался твоего Леоноруса. Который в просторечии именуется пустырником.

– Ну, в смысле я, наверное, невнимательный… Она уже была, да?

– Попытался поджечь скатерть, но я успела опрокинуть кружку с чаем. Теперь он валяется на ковре, как вульгарный уличный кот, поевший валерьянки.

– Все в порядке? У тебя вид стал немного рассеянный…

– Никогда не понимала, зачем ты наливаешь такую огромную кружку доверху, если все равно забываешь выпить. Оказывается, в забытом чае есть свои плюсы. И кстати, советую тебе сейчас не оставлять без присмотра этот чешуйчатый фейерверк.

– Э… Извини, ты не мог бы зайти попозже, у меня… э-э-э… что-то подгорает на кухне, – торопливо пробормотала ведьма и метнулась по коридору.

– У тебя кухня в другой стороне, – озадаченно заметил Серый ей в спину.

– Тогда, значит, утюг не выключила… Давай в другой раз? – пискнула ведьма и скрылась в спальне, хлопнув дверью.

В спальне на ковре сидел Дракон. Вид у него был глубоко несчастный. Примерно с таким лицом родители вдруг понимают, что напрочь забыли, как решать простенькие школьные задачи своих отпрысков.

– Не горит! – печально сказал Дракон, явно обращаясь к почерневшей тюлевой занавеске, живописно усеянной дырами. – Почему она не горит?!

Он набрал воздуха и плюнул в занавеску снопом искр. Запахло паленым. Кружевной тюль вспыхнул, почернел, сморщился и погас.

Ведьма тоже набрала воздуха и досчитала до десяти. Медленно выдохнула.

– Потому что я повесила противопожарное заклинание. И оно, кажется, работает. И еще сушеный ясенец.

Дракон перевел на ведьму взгляд мутных голубых глаз и дернул тюль зубами.

Тюль не выдержал. Дракон потерял равновесие и взмахнул правым крылом. С подоконника с грохотом свалились пустые цветочные горшки и две толстые книги.

– Это жестокое обращение с драконами, – сказал Дракон, выплюнув занавеску. – Я буду жаловаться!

В спальню осторожно постучали.

– Может, тебе помочь? – спросил Серый и толкнул дверь одновременно с громким ведьминым «НЕТ!». – К тому же я хотел спросить, куда поставить продукты, и еще твоя кошка так странно на меня смотре…

Конец последнего слова повис в воздухе вместе с одинокой искрой, пущенной Драконом. Очевидно, представшее зрелище превосходило по странности всех кошек мира и все их взгляды.

– Приветствую, рыцарь! – провозгласил Дракон и чихнул. – Ты пришел выпить со мной или вызвать меня на бой?

– А вариантов только два? – сипло поинтересовался Серый, прислонившись к косяку. С трудом оторвал взгляд от Дракона и покосился на ведьму. – Понял. Я не вовремя. Очень не вовремя. Уже ухожу.

– Слушай, я все объясню…

– Да ты не рыцарь. Ты этот… как его… Менестрель! Тогда ты должен петь. Если умеешь петь – пей!

– Выглядит так, как будто я уже… Ты же еще не поила меня чаем, да? – В голосе Серого прорезалась надежда.

– Нет, но…

– А жаль, это бы многое объяснило.

– Послушай, это просто домашний… зверь. Знаешь, люди держат дома змей, ящериц… Ну вот он вроде ящерицы, только большой. И с крылышками. Ничего такого. Ты садись, садись, – торопливо уговаривала ведьма.

Серый сполз по стене на пол – как раз напротив «ящерицы с крылышками». Рядом в приоткрытую дверь бесшумно скользнула Кошка и вспрыгнула на стол.

– Не могу же я пропустить такое зрелище, – пояснила она. – Бедный мальчик…

– Вот это – домашний зверь, – слабо возразил Серый, кивнув на Кошку. – Киса-киса…

– Скажи ему, чтобы не смел называть меня «киса-киса».

– Киса, красавица… Иди поглажу!

– У него лишние пальцы или вся рука целиком?

– Мои прекрасные дамы… и бродячий менестрель! Давайте споем балладу…

– Не хочешь сварить ему что-нибудь отрезвляющее? – поинтересовалась Кошка.

– «Над быстрой речкой верный Том прилег с дороги отдохнуть *…» – заголосил Дракон.

– Если от успокаивающего зелья он опьянел, что с ним будет от отрезвляющего?

– От какого чего? – икнул Серый. – Я сейчас правильно тебя услышал?

– «Глядит: красавица верхом к воде по склону держит путь…»

Ведьма укоризненно вздохнула. Достала из шкафа полотенце, намочила водой для поливки герани и шмякнула его на лоб распевающему Дракону. Тот протестующе забулькал.

– Тебе нужно поспать, – шепнула ведьма и погладила Дракона по носу. Вскоре он в самом деле растянулся на ковре и захрапел. Ведьма поправила мокрое полотенце и кивнула на дверь.

– Пойдем.

– Куда? – обреченно спросил Серый, с трудом поднимаясь и придерживаясь рукой за дверной косяк.

– На кухню. Чай пить. И молоко в холодильник надо убрать.

* * *

Серый выложил на стол рис, сахар, яблоки, сыр, банку горошка, масло…

От кастрюли с цветочками поднимался ароматный пар. Ведьма помешала в ней ложкой и повернулась к столу с горой продуктов. Зачем она, собственно, ходила в магазин?

– Это у тебя чай в кастрюле варится?

– Основа для чая. Заваривается… э-э… Настаивается. Новая технология.

Между прочим, зелье Спокойствия сегодня будет идеальной добавкой к чаю. Для всех. Только вот…

– Я одна не вижу среди этого снабженческого хаоса лимон, или ты в самом деле забыла именно то, за чем ходила? – Черная Кошка улеглась на подоконник и постукивала хвостом об оконную раму.

– По лицу вижу, что опять что-то не так, – насторожился Серый. – Утюг точно выключен?

– Я забыла лимон. Он мне нужен… для чая. Без лимона совсем не тот… эффект.

Серый уставился на ведьму с подозрением.

– Ты ходила за лимоном. Набрала еды на полгода. И не купила лимон?

– Да. Ну и что, – попыталась оправдаться ведьма. – Ничего странного, с каждым может случиться!

– Странно то, что его купил я, – вздохнул Серый и вынул из кармана толстовки большой, солнечно-желтый лимон. – И понятия не имею, зачем. Просто вдруг пришло в голову. Я и не вспомнил бы о нем, если бы ты не сказала. Так что там с чаем?

С чаем все было хорошо. И с бутербродами. И с настроением. И с самочувствием. И с самообладанием у Серого тоже, в общем, все оказалось неплохо.

– Слушай, а почему твой… твоя, кхм, ящерица голубоглазая?

– Знаешь, а он мне нравится. Если после всего увиденного его волнует только цвет глаз твоей рептилии… – фыркнула Кошка.

– Вообще-то у него глаза нормальные, золотистые. Просто он сегодня немного… захмелел.

– Понимаю, – Серый задумчиво изучал свою опустевшую чашку. – А в прошлый раз, когда я заходил, он тоже…?

– Он лежал под кроватью. На самом деле он довольно компактный. Когда трезвый. И вообще очень милый.

– Полностью согласен. Не видел ничего милее голубоглазого дракона, горланящего спьяну баллады. Только занавеску теперь придется поменять. А сушеная купина там не случайно висит в углу, да?

Кошка перестала шевелить кончиком хвоста. Ведьма изумленно застыла с чашкой в руке.

– Сушеная купина? Ты про ясенец?

– Бабушка ее называла «купина неопалимая». Сушила ее и развешивала по углам, говорила – от пожаров. Я думал, суеверие, но теперь… Может, стоило присмотреться внимательнее к темноте у нее под кроватью? Да шучу я, шучу, – добавил Серый, – не смотри ты на меня так. Спасибо за чай. Очень вкусно, правда. А я… завтра случайно ничего не забуду, а?

– А ты бы хотел? – спросила ведьма, пристально глядя ему в глаза.

– Нет.

– Значит, не забудешь.

– Здорово. А можно я тогда еще как-нибудь зайду?

– Конечно. И гитару приноси. В понедельник и четверг я почти всегда дома.

Серый чуть помолчал и нерешительно спросил:

– А когда ты не дома, то где, например?

– Не там, где ты подумал. Никаких слетов любителей крылатых ящериц на Лысой горе. Я просто работаю в магазинчике. Называется «СлуЧАЙная встеча», может, слышал?

– Магазин чая? – улыбнулся Серый. – Слышал. Здорово. Тебе идет. Я зайду и туда тоже, если ты не против.

Уже на пороге он оглянулся на Черную Кошку.

– Как ее зовут?

– Кассандра, конечно. А так – Кошка.

– Слушай, а можно погладить?

Ведьма неуверенно покачала головой.

– Да черт с ним, пусть гладит. Все равно теперь не отстанет, – вздохнула Кошка и вспрыгнула на тумбочку с самым брезгливым видом.

* * *

Городская ведьма снимала с карниза испорченную занавеску.

На ковре мирно похрапывал дракон.

– И что ты обо всем это думаешь? – спросила Черная Кошка.

– Что этот тюль все равно уже старый.

– Я не о том.

– Пустырник в составе успокаивающего зелья, оказывается, влияет на драконов. Удивительно.

– Не так уж и удивительно, если учесть, что у нашего дракона есть дальнее родство с кошками. Иначе он не мог бы умещаться под кроватью. Но я все еще не о том.

– Тогда выражайся конкретнее, – чуть раздраженно ответила ведьма и слегка покраснела.

– И не надейся, что не выражусь. Ты приглашаешь в дом человека по кличке Серый, хотя должна бы помнить, что именно из-за этой клички имя Сергей – традиционное для…

– Глупости, – перебила ведьма. – Он просто обычный парень.

– И его бабушка просто сушит ясенец. А еще он просто случайно покупает тебе лимон. И уж совсем случайно почти откровенно спрашивает, не собираешься ли ты налить ему «Незабудку».

– Глупости! Он просто так спросил. Во всех историях людям стирают память после встреч с потусторонним.

– Могла бы, кстати, и налить.

– Вот еще. Я вообще противница этого дурацкого зелья. Он же тогда забудет целый день, а не только дракона. А у него, может, сегодня что-то важное случилось. Такое, что нельзя забывать.

Кошка ехидно прищурилась, но оставила свои громкие мысли при себе.

Ведьма слезла с подоконника с мотком тюля в руках, сняла с Дракона высохшее полотенце и ушла на кухню. Там она долго изучала половинку лимона: брала ее в руки, нюхала, гладила и даже кусочек прожевала.

В конце концов, подумала ведьма, бывает же, что иногда лимон – это просто лимон. Ведь может такое быть. Наверное.

Или нет.

* С.Я. Маршак (перевод)