Текст книги "Я гладиатор (СИ)"

Автор книги: Илюха Аполлон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Annotation

Падение мира наступило для всех неожиданно. Войны, сражения, боль и потери. Но что будет, если застать самое начало и пропустить все остальное? Главный герой, находясь на первом плане падает в пропасть самой сути общества после. А что получится у него в итоге не знает никто.

Я гладиатор

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Эпилог

Я гладиатор

Глава 1

Я гладиатор.

Пролог

Жизнь сложная штука. Нигде и никогда не знаешь, что она может принести на своем хвосте. Счастье или горе. Мимолетную радость или глубокую тоску. Обретение или потерю. Сладость победы или горечь поражения.

Нет смысла продолжать этот список – он бесконечен. Все без исключения проходят многие из его частей, порой даже с нескольких сторон. Однако встречаются некоторые уникальные личности, я бы даже сказал большие везунчики, кто видели и видят только одну сторону медали. Я отношусь к таким.

Если вы подумали, что в моей жизни было все светло и легко, то спешу вас разочаровать. Я отношусь к «темной» стороне сия действия. Не удивляйтесь, такое бывает, к счастью лишь с ограниченным числом лиц. У вас, наверняка, сразу встает вопрос «не с рождения ли тебя преследует «темное»?». Да, не с рождения, а только с некоторой части жизни. Но я никому и никогда не пожелаю той участи, которая была уготована мне самой жизнью.

«In vino veritas» – истина в вине. Так говорили еще в древней Греции, однако, после пережитого мной в новом мире, я могу сказать только одно – это не так. Мир скатился почти до варварского состояния и ему нет дела ни до серьезных размышлений, ни, тем более, до философии. Теперь главенствует только один принцип среди простого народа – Все сильнейшим. А истину можно найти лишь в смерти.

Я хочу рассказать свою историю, местами странную, местами фантастическую. Однако все это произошло в моей жизни. И, раз я пишу свои «мемуары», будут я так называть историю, то не сомневайтесь в ее правдивости. Только после полного её прочтения, вы осознаете почему я представитель «темной» стороны.

Я буду писать от своего имени, как все было на самом деле. Не удивляйтесь, будут отдельные вставки и от других героев повествования, ибо всегда приятнее осознавать всю картину целиком, а не отрывками.

Ну, не будем откладывать в долгий ящик, приятного время препровождения, я начинаю свой длинный рассказ.

Глава 1. Как все начиналось.

Все шло своим чередом, пока в один из дней не произошел случай, кардинально изменивший как меня, так и весь мир.

Я Андрей Степанов, студент первого курса технического факультета. Наслаждаюсь жизнью на полную катушку в свои восемнадцать лет. Прошел всего месяц с моего поступления, а жизнь бьёт ключём. Новые места, знакомства, знания в конце концов. Так и хочется отправиться в длинное путешествие. Ну не рай же?

Мне все дается легко, вот и учеба не является исключением. При поступлении, меня зачислили в ведущую группу. Все здесь умники как на подбор. Элита элит своих школ и гимназий. Да, я попал к таким вот, теперь уже студентам, интересным людям.

А самое главное – дали объявление о повышенной стипендии для лучших абитуриентов. Теперь можно и оттянуться по полной. И, хоть я не являюсь тусовщиком до мозга костей, знаю толк в хороших развлечениях. Так сказать, врываюсь во взрослую жизнь с ноги.

Итак, сегодня пятница, господа. До конца университетских, порой очень скучных, пар осталось не так много времени, что значит скоро свобода. Математика – точная наука и очень интересная для многих. Не прощает ошибок и благосклонна к усердным. Пусть прошел всего месяц, но мне нравились пары у нашей математички.

Татьяна Семёновна – один из лучших преподов по этой дисциплине, по крайне мере это мое мнение. Не смотря на свой возраст, примерно 35-37 лет на вид (как известно у женщин не спрашиваю возраст), уже является профессором математики. Элегантная и весьма красивая женщина. Наверное, единственный ее недостаток – фамилия Сусекова. Да, первая ассоциация у нас всех была со сказкой «колобок». Благо это было лишь первое мнение, которое быстро изменилось.

Я, как обычно, сидел на «галерке». Не люблю сидеть так далеко от доски, но медицинские показания окулиста и немалый рост в 1,85 метра дают путевку на заднюю парту. Немного обидно, что небольшая дальнозоркость дает такой эффект, когда вблизи видишь плоховато, но этого недостаточно для очков.

Вместе со мной сидела Маша – моя девушка. Я её приметил еще при подаче документов. Высокая, стройная, все на месте. Красавица одним словом. Когда ее увидел, словно молнией был поражен, возникло желание провести с ней остаток жизни. Я, не колеблясь ни секунды, решил с ней познакомиться. После коротко разговора, я предложил встречаться, и она ответила мне взаимностью. С этого момента и начались наши отношения.

– Ты чего не пишешь? – шепотом спросила меня Маша, увидев, что я витаю в облаках.

– Да так, немного задумался о своем, – также шепотом ответил я.

– Смотри не отвлекайся, – с небольшим возмущением сказала она, – Тема достаточно сложная. Пропустишь что-то, догонять долго придется.

Я посмотрел на доску. Там виднелись примеры с логарифмами. В школе у меня не было проблем с этой темой, поэтому, недолго думая, я возразил Маше.

– Не переживай так сильно, тема не такая уж и сложная. Это мы еще в школе проходили.

– Проходить, проходили, – возразила мне Маша, – да только вот тут новые методы решения показывают. Полезные, между прочим.

– Хорошо, я не будут надолго отвлекаться, – не стал я спорить, – спасибо, что вернула меня в реальной мир, моя любимая.

Маша молча посмотрела на меня заботливым взглядом и после приступила к решению. В тот момент я утонул в ее голубых глазах. Какая же она у меня красивая. Так, все, приступаем к учебе.

– К доске решать этот пример пойдет Вася, – раздался голос Татьяны Семёновны.

– А почему опять я? – начал ворчать Василий. – Как только у нас не лекция, иду решать к доске именно я.

– Мне нравится смотреть, как ты решаешь такие примеры. – ответила ему Татьяна Семёновна.

– Эх, – немного обреченно вздохнул Вася и пошел к доске, – не могу я вам отказать, Татьяна Семеновна, не могу.

– Это радует, – сказала она и обратилась уже ко мне, – Андрей, а ты что отвлекаешься? Думаешь, что я не вижу, как ты уже пять минут в облаках витаешь? Следующим пойдешь решать.

– Извините, Татьяна Семеновна, больше не повториться, – немного виновато ответил я, – обязательно пойду решать следующий пример.

– Может и не пойдешь, – с небольшим сарказмом сказал Вася, – я могу долго решать некоторые примеры.

– Дааааа?, – протянула Татьяна Семеновна, – это ты так друга прикрываешь или дураком прикидываешься?

– Скорее первое, чем второе, – ответил он.

– Все приступай, – сухо сказала математичка, полностью переключив свое внимание на доску.

Василий мог немного долго думать над сложными задачами, но дураком не был, что вообще не соответствовало его внешности. Он был как брат близнец Эйнштейна, только с черными как смоль волосами. По этому поводу над ним всегда подшучивали как учителя, так и студенты. Я был не исключением. Однако он никогда не обижался, и отвечал на все шутки. С такой внешностью его, наверняка, ждет успешное будущее.

Я начал решать параллельно с решением на доске. Но опять начал отвлекаться. На дворе почти октябрь, но жара стояла как летом. + 28 на улице, бабье лето в самом разгаре. Не спасали ни открытые окна, ни открытая настеж дверь.

Вернул меня в реальность неожиданный голос

– Всем оставаться на своих местах.

Глава 2

Глава 2. Необратимый порог. Что же делать дальше?

К нам в кабинет вошел или, вернее сказать, ворвался мужик с автоматом на перевес. Он был в балаклаве, в темной одежде без бронежилета, что крайне удивительно и набрасывало на некоторое мысли. Я сначала подумал, что это представитель спецслужб, однако, никаких нашивок или других отличительных черт не было. Видимо террорист одиночка? Или сошедший с ума? Ответы на эти вопросы нет смысла искать.

В то время, пока я разглядывал незваного гостя, он успел подойти к Василию и оглушить его ударом приклада. Вася всегда был крепким парнем, поэтому не упал без сознания, а только скривился и присел у доски. В ответ Татьяна Семеновна попыталась что-то сделать, но была молча остановлена автоматом, направленным в ее сторону.

– Повторять больше не буду, – фактически прорычал нападавший, – всем сидеть или лежать на своих местах.

Я начал постепенно обращать внимание на происходящее вокруг. Кто-то сидел в оцепенении от страха перед захватчиком, кто-то уже лежал в проеме или под партой. Паники как таковой не было, но в воздухе повисло сильное напряжение, такое плотное, что его можно было резать ножом.

Я почувствовал, что мне страшно, однако, одна мысль резко вылила на меня ушат холодной воды. Я должен защитить Машу. Любой ценой. Не дать ей погибнуть. Так, что делать? Точно, я сегодня захватил с собой нож. Хотел похвастаться пред всеми, ведь достать его было нелегко. Нож был похож на японский вакидзаси, только намного меньше как в длине, так и ширине клинка и имел другую форму клинка, однако выглядел внушительно. А самое главное у него были ножны. Настоящие деревянные ножны, не тряпичный карман или кожаное подобие ножен, а цельнодеревянные ножны.

Но сейчас не об этом. Мои мысли были только об одном – надо незаметно достать нож и переложить его за свой пояс. Благо сумка рядом и этот террорист или не здоровый в психическом плане человек общался с математичкой. Я сунул руку в сумку и начал суетливо искать нож. В верхней части ощущались только тетради и учебники. Блин. Блин. Бл*ь.

Нервы потихоньку сдают. Рука все глубже уходит в сумку и никак не может зацепиться за спасательную соломинку. Я перевел взгляд на захватчика, потом на Машу. Она сидела под партой, закрыв глаза и прижав ладони к ушам. Держись. А ножа все нет и нет.

Ну куда же ты упал в сумке. Я уже успел пожалеть, что выбрал именно такую огромную сумку, где потерять что-то очень легко. Аааа…. Мать твою. Я почти потерял самообладание, и в последний момент нащупал что-то деревянное в сумке. Я обрадовался, но вспомнил, что с собой всегда ношу деревянную подставку под телефон. Нож, только бы это был нож.

Да, да, это был нож. Я быстро вытянул его из сумки, еще раз кинув взгляд на террориста. Он смотрит в другую сторону, отлично. Я быстрым движением руки достал инструмент и положил его за пояс так, чтобы в любой момент можно его выхватить. Немного переведя дух, после напряженного поиска ножа, я начал исследовать обстановку и готовить что-то похожее на план.

Для начала я сразу же пересел на место Маши, тем самым прикрывая её. Почувствовав движение, она открыла глаза, готовясь к худшему, но я ее успокоил жестами. Увидев меня перед собой, Маша немного успокоилась, ведь появилась какая-никакая защита в моем лице.

Что делать дальше? Мысли летали как сумасшедшие. Приходит на ум только одно – убийство. Но правильно ли я поступлю, не подставлю ли всех остальных, и, в первую очередь, Машу? Нет! Так поступать нельзя. Нож – самое крайнее средство. Неужели остается бежать? Стать приманкой, дать время для остальных. А если захватчиков несколько? Тогда опять подставлю всех и сам погибну. Не получается придумать что-то внятное. Ясно только одно – защитить Машу необходимо любой ценой.

Пока я обдумывал план, террорист заметил мои передвижения по стульям. Однако на несколько секунд был отвлечен, после чего с грозным и недовольным видом направился в мою сторону, громко при этом сказав.

– Я же сказал не двигаться, – он сверлил меня своим взглядом, – сказал или нет? Что не понятного в моих словах?

Он быстро шел ко мне, все больше и больше злясь. Я понимал, что необходимо что-то предпринять, но решение не лезло в голову.

И вот дуло автомата предстало перед моей головой.

– Отвечай, что непонятного было в команде сидеть и не двигаться?

Вопрос эхом раздался у меня в голове. Что делать? Ситуация критическая. Я должен принять решение, от этого зависит моя жизнь. А ладно. Госпожа удача, помоги мне.

Я резко дернул за цевье автомата, отводя его в сторону от себя и других. Захватчик ожидал нечто подобного, хладнокровно отреагировав на мою выходку. Однако, он и подумать не смел о дальнейшем развитием событий. Параллельно с левой рукой, правая выхватила нож и полетела в область сердца.

Над точностью я никогда не работал, поэтому удар пришелся в верхнюю часть живота. Террорист взвыл от боли и попытался отпихнуть меня. Я понимал, что только в ближнем бою есть шанс на победу, поэтому отпустил автомат и обхватил тело нападавшего. Тот не сдавался, пытаясь отпихнуть меня и вытащить нож из себя.

Иногда меня посещают гениальные мысли, но не в этот раз. Я решил ударить нападавшего головой. Удар получился, но вот его последствия могли привести к моей гибели. В результате моей атаки, я выпустил из захвата своего оппонента. Но нож все еще в моих руках. Противник ошарашен, но смог отступить на 2-3 шага назад. Плохо.

Как неумелый убийца, я с разбегу налетел на захватчика, воткнув еще раз нож в живот и повалив на землю. Я не знаю, какие инстинкты руководили мной в тот момент, но я, не колеблясь ни секунды, выхватил нож и воткнул его в висок оппонента.

***

Несколько секунд я приходил в норму после сражения. Осознав, что я сижу на трупе, я быстро вскочил. Все без исключения смотрели на меня с открытым ртом. Даже я до сих пор не до конца понимал, что произошло. Увидев свой нож в голове жертвы, я его вытащил и заметил, что мои руки, вопреки всему, не дрожат. Это очень странно. На секунду мне стало страшно.

Из этих мыслей меня вытянул голос Василия, сидящего возле доски.

– Ну ты даешь, Андрей, – с большим удивлением и некоторой ноткой восхищения сказал он, – как же ты смог так?

– Не знаю, – довольно честно ответил я, – доверился инстинктам и госпоже удаче.

– Ты хоть понимаешь, что наделал? – с опаской сказала Татьяна Семеновна.

– Теперь уже да, – осознавая выдавил я из себя, – я убил человека.

Осознание произошедшего постепенно накрывало меня, унося из реальности. Мысли об этом утягивали меня в глубины апатии, но до боли знакомый голос прояснил пелену забвения.

– Андрей, Андрей, ты как? – настойчиво дергая меня за руку, спросила Маша.

– Я… Я в норме, – с небольшой задержкой ответил я, – Ты сама как? С тобой все в порядке? Тебя не ранили?

– Нет, не ранили, все в порядке, – тихо ответила она и прижалась ко мне.

Отставить апатию! Я вспомнил главное – любой ценой защитить Машу. Я крепко ее обнял, понимая, что преодолел тот самый необратимый порог. И опять вставал самый сложной вопрос «Что делать дальше?»

Глава 3

Глава 3. Обсуждение ситуации. План

Часть ответа не заставила себя долго ждать. Из коридора и соседних аудиторий послышались звуки стрельбы и громкие крики. Причем крики были больше у нападавших, пытавшихся подчинить себе подавленных студентов. Надеюсь, что до убийств не дошло. Хотя, кто бы говорил на моем месте.

Мой внутренний пессимист ликует: «да здравствует апатия». Заткнись, мне и так не хорошо. Надо взять себя в руки, отвлечься.

– Что дальше будем делать, – спросил меня Вася, – в любую секунду могут прийти кто-то еще и церемониться с нами уже не будет, увидев сие действо.

– Согласен с тобой, – печально вздохнув, сказал я, – но что сделано, то сделано. Обратного пути нет. Хотя, если призвать какого бога смерти, то может и получиться выпутаться из этой ситуации.

– Нечего так шутить, – грозно сказала мне Маша, – лучше подумай о ситуации в которой оказался.

– Прости, не буду так больше. Хотел разрядить и без того гнетущую обстановку.

– Ты ее только усугубил.

– Хорошо, хорошо, – не стал я спорить с Машей, – я смотрю ты отошла от произошедшего. Я и не знал, что ты у меня такая сильная.

Маша посмотрела на меня и переключила взгляд на труп. Ее лицо скривилось, она резко отвернулась, в попытке сдержать рвотные позывы. После она присела и начала плакать. Я обнял ее и попытался успокоить.

– Тише, все уже позади, – нежно я гладил по голове Машу, – скоро все это закончится и все станет на свои места.

– Что-то я сомневаюсь в этом, – влез Вася.

– Только тебя я забыл об этом спросить, – немного грубо я ему ответил.

– Ты что, гнев так и не спустил в этой драке? – последовал неожиданный вопрос от Василия

– Какую херню ты сейчас сморозил? – мои эмоции лились через край, – ты совсем в край тронулся?

– Я сказал, то что имел в виду, – сходу ответил Вася, – Видимо ты совсем рассудок потерял.

– Чего? – я был уже готов наброситься на него с кулаками.

– Не ссорьтесь, – заплаканным голосом остановила нашу перепалку Маша, – сейчас нет времени на ваши разборки.

– Хоть один здравый человек в этом бардаке, – неожиданно в наш разговор вклинилась Татьяна Семеновна, – она права, не ссорьтесь и помиритесь, вы нужны нам оба в данной ситуации адекватными.

– Я сама адекватность, – отмахиваясь от преподавателя, ответил я, – Тут кое-кто другой нагнетает обстановку.

– Дурная твоя голова, я помочь тебе пытаюсь, – с ноткой негодования скал Василий, – краткий курс психологии при ЧС. Злость полезнее отчаяния.

– Так все, хватит спорить, – довольно громко задался голос нашей математички, – успокоились оба. И без вас тут тошно.

Я замолчал и начал обдумывать сложившуюся ситуацию у себя в голове. На крики Татьяны Семеновны к нам могли быстро прийти незваные гости, хотя, если подумать, очень даже званные. Так, откуда такой юмор у меня в голове? Нужно озаботиться о защите. Я посмотрел на автомат, лежащий четь в стороне.

Отпустив Машу из своих крепких объятий, я подошел к оружию и начал его рассматривать. На мое удивление это оказалась американская автоматическая винтовка М16. В голове промелькнула мысль, что началась война, но откуда в такой глуши диверсанты, да и, судя по звукам в университете, в таком большом количестве? Ответы на эти вопросы не находились.

Я посмотрел на положение предохранителя, он был переключен на автоматический огонь. Как я рисковал в своем авантюрном решении, ведь мгновенно мог получить пулю в лоб. Так, не будем о прошлом. Отстегнув магазин, я обнаружил что он полны, патрон был в патроннике. На всякий случай я взвел предохранитель и направился в сторону мертвого диверсанта.

Присев рядом с ним, я сначала осмотрел его. Две колотых раны в районе стыка груди живота. По всей видимости я не попал по жизненно важным органам, по типу печени или сердцу. Хотя, скорее всего пробил желудок с селезёнкой за эти 2 удара, ведь крови было в избытке. Удар в висок был явно смертельным.

Пошарив по карманам, я нашел два дополнительных магазина на винтовку и три на пистолет. Отлично, есть еще и пистолет, осталось только его найти.

Долго искать на пришлось. Пистолет находился за спиной на поясе. Странно, но это бы обычный пистолет Макарова. У иностранного диверсанта, я придерживался теперь этой версии, был пистолет обычного полицейского. Оптимизма мне это не добавляло.

Помимо пистолета и всевозможных патронов я нашел гранату. По началу я обрадовался такой находке, но потом пришло осознание, что все не так просто. Такое вооружение подходит не только для диверсии, но и для штурма. Кровавой мясорубки если быть точнее. Граната была всего одна, однако это было неплохим подспорьем для дальнейших действий.

– Давай вставай, – подошел я к Васе и протянул ему руку, – ты, наверное, единственный из всех, кто еще может мыслить здраво.

– Неужели до тебя только дошло это? – с ехидством и болью в голосе ответил он, вставая с мое помощью, – Тугодум ты Андрей.

–А ты что хотел от меня? – парировал я, – Ситуация из ряда вон выходящая. Немного запаниковал, если так можно сказать.

– Хе, – усмехнулся Вася в ответ на мои возмущения.

Я протянул ему пистолет со словами.

– Прикроешь меня? Но только в крайнем случае. Я уже перешел черту, но не ты.

– Не переживай ты так, – Василий принял пистолет из моих рук и добавил, – я все еще в своем уме. Действовать спонтанно как ты я не буду.

Вот умеет же он похвалить и осудить одновременно. Я не стал обращать внимание на смысл сказанного. Но Вася все-таки прав. Нужен четкий план действий. Хотя импровизация и была моим коньком, но не в этот раз.

– Что предлагаешь? – спросил я

– Как что? Бежать конечно, – слету ответил он.

– Думаешь это так легко? – в наш разговор вмешалась Татьяна Семеновна, – посмотри вокруг, из трезво мыслящих здесь от силы 3-4 человека, включая меня и вас. И вы думаете, что они способны на побег?

После ее слов я обратил внимание на своих одногруппников. Кто-то сидел, держась за голову, кто-то лежал. На их фоне только моя Маша была более-менее в стабильном состоянии. Из всех остальных лишь Вася был в немного приподнятом настроении. Видимо рад, что выжил. Да, с таким контингентом будут проблемы.

– Ваши предложения? – обратился я к математичке

– Самым логичным будет ждать помощи, – ответила она, – но в текущей ситуации она вряд ли будет. Поэтому побег смотрится неплохим вариантом.

– Надеюсь вы нам поможете? – спросил уже Василий.

– Я? – удивилась Татьяна Семеновна

– Да, вы, – не дав времени на размышления, сказал Вася, – мы тут учимся всего месяц и не знаем досконально всего корпуса. А вы можете знать все выходы и входы с проходами в придачу.

– В этом ты конечно прав, но надеюсь ты понимаешь, что мы сейчас находимся в самой дальней точке от выхода.

– Понимаю, поэтому нам надо разработать относительно безопасный путь до выхода

– Ты прав, – вклинился в диалог, – Татьяна Семеновна, вы нам поможете с этим?

– Делать нечего, помогу конечно, – тяжело вдохнув ответила математичка.

Глава 4

Глава 4. Путь к отступлению. Подготовка.

Главная проблема при нашей эвакуации – потерявшие связь с реальностью одногруппники. Несколько попыток вывести их из такого состояния потерпели крах. Да что ж так не везёт. Временно оставив попытки отрезвления, мы, а именно я, Василий, Маша и Татьяна Семеновна приступили к нелегкому обсуждению пути к отступлению

– Насколько я знаю, пожарные выходы перекрыты, а ключи на вахте, – неутешительно начала математичка, – поэтому выход остается только один – через центральный вход.

– Там же наверняка много охраны, – с тревогой сказала Маша, – как мы прорвемся сквозь оцепление?

– Ты права, но есть шанс, что вход не охраняют, – сказал я.

– С чего ты это взял, – скептически отозвался Василий, в данный момент наблюдавший за движением в коридоре и на ближайшей лестнице, – раз все остальные закрыты, значит вторжение, равносильно, как и побег возможны только через главные двери. Это логично, значит и охраны там в достатке.

– Я не спорю, что там по логике должны быть охранники, – ответил я на возражение Васи, – но ты как будто не видел, что я нашел у диверсанта?

– Не все я видел, или ты забыл, что меня сильно приложили? – парировал в свою очередь Василий, – Что же такого ты нашел?

– Вот это, – демонстративно вытащил я гранату, и показал всем присутствующим, – Как ты понимаешь, вещь весьма специфическая, с различным спектром применения.

– И что? Кроме как метнуть в скопление врагов только и годится, что тут такого уникального? – немного недоуменно сказал Вася.

– Вот тут ты сильно ошибаешься, – поспешил осадить я возмущение Василия, – только в отрытом сражении используется такой способ. Но у нас немного другой случай. Сделать ловушку из гранаты – много ума не надо. Все просто до боли, но надежно как швейцарские часы.

– Ладно, согласен, но это не отменяет факта охраны, недовольно буркнул Вася.

– Хватит вам, вы оба по-своему правы, – вмешалась в наш спор Татьяна Семеновна, – нужно думать, что делать в разных ситуациях. Не забудьте, у вас за спиной порядка 20 человек, которые нуждаются в защите.

– Тогда необходимо рассмотреть самый неблагоприятный вариант развития событий, – проложил я вслед за учителем, – вход не только охраняется, но и заминирован. Вариант прорываться с боем очень плохой, ведь подставим всех не боеспособных.

– А что же в таком случае ты предлагаешь? – спросил Вася.

– Пока не знаю. Вот поэтому мы тут и собрались.

После последней фразы посвила такая тишина, что стали слышны звуки движения шестеренок в наших головах. Время шло, а ответа для решения проблемы как не было, так и нет. Неожиданно Маша начала выдвигать вариант.

– А что если отвлечь охрану, а после проверить на наличие мин?

– Неплохой вариант, только появляются два вопроса, – ответил я, – Как нам отвлечь охрану? И что делать потом? Они же вернуться на свои места.

– Отвлечь не проблема, – сказала Татьяна Семеновна, – на первом этаже радом с одной из лестниц есть охраняемый кабинет. Будет достаточно просто разбить стекло на двери. Сигнализация привлечет если не всех, то многих.

– Ага, и в принципе, ВСЕХ в университете, – довольно громко сказал Василий.

– А ты сам сейчас не позвал к нам гостей? – осадил я его.

– Извините, вспылил, с кем не бывает.

– Понимаю, напряжение можно ножом в воздухе резать.

– Так, закончили, – сказала математичка, – сколько можно вас разнимать? И дослушивай до конца Самойлов. Да, сигнализация может созвать всех, однако, не забывай, что многие заняты охраной заложников и не смогу прийти. Остается только охрана на входе.

– Хорошо, мы сможем отвлечь некоторую часть, – вдохнул я, – что делать с остальной?

– Хороший вопрос, – ответила мне Татьяна Семеновна, – и ответ на него придется искать тебе и Самойлову.

– Почему, как только решать задачи, так Самойлов? – возмутился Вася, – других что ли нет?

– Ты там совсем берега попутал? – агрессивно сказала математичка, – сейчас не место и не время для твоих возмущений.

Казалось, что небольшая словесная перепалка выльется в нечто больше, однако, этого не происходило. Сложив два плюс два, я вмешался в спор.

– Дай угадаю, краткий курс психологии, злость полезнее отчаяния.

– Хоть у кого-то из присутствующих есть мозги, – радостно ответил Василий, – Вот видите Татьяна Семеновна, вы сразу так оживились в споре со мной.

Выражение лица учителя на мгновение изменилось, причем спектр эмоций был от злости до удивления, но в следующий момент ничего не последовало.

– Психолог из тебя так себе, – вмешалась Маша, – смотри, до чего ты довел Татьяну Семеновну.

– Я ничего такого не делал, лишь пытался держать настрой нашей небольшой группы, – ответил Вася.

– Ну у тебя скверно получилось, – с сарказмом сказал я, – настрой каким был, таким и остался, разве что поменялось отношение к тебе.

– Да что б тебя, – возмущенно, ответил юный психолог, не понимая моих намерений, – я к вам со всей душой, а вы….

– Тебе ответили той же монетой, а ты даже не понял этого, – рассказала мою задумку Маша, – сам хвастаешься своим высоким интеллектом, а понять такие очевидные вещи не можешь.

Василий ничего не сказал в ответ, но было видно, что начал обдумывать слова Маши. Сохранить настрой получалось скверно, однако, надо как можно скорее решить, что же делать. Вопрос с охраной открыт. Самым логичным вариантом в данной ситуации – захват контроля области входа, но после и в принципе сам процесс превратиться в открытое противостояние, что, несомненно, в нашем положении равносильно мгновенной смерти. Я у верен, что на входе будут хорошо подготовленные люди. Голос Василия вытащил меня из пессимистических мыслей.

– А что же такого находится за той дверью, что её так тщательно охраняют? Оружие нового поколения или что похуже? – с толикой любопытства спросил Вася.

Неожиданно мне тоже стало интересно, и я перевел взгляд на учителя. Зря я это сделал, очень зря. Сначала в глазах учителя появился страх. Однако, он быстро исчез, взамен появилось удивление и ярость. Видимо Вася, сам того не зная, сказал все верно или, по крайней мере, был близок к этому. Далее последовал незамедлительный ответ.

– Ты хоть иногда думаешь, что говоришь? – почти крича сказала Татьяна Семеновна, – если есть охраняемая зона, то на это есть причины. Или те не согласен со мной? Даже я не знаю, что там есть, а я, между прочим, считаюсь первоклассным специалистом в области любых вычислений. Ты себя в могилу хочешь свести такими вопросами?

Все стало понятно, Василий от части угадал что там находится. Это плохо. Теперь становится очевидно, почему именно наш университет захватили. Тогда целью этих захватчиков может быть лаборатория, и наш план по отвлечению пойдет коту под хвост. Ладно, подумаем об этом позже Надеюсь У Васи хватит ума больше не задавать таких вопросов.

– Извините, – виновато протянул Василий, – не могу контролировать свое любопытство.

– Это плохая черта, постарайся от нее избавиться, – ответила ему учитель.

– Давайте вернемся к обсуждению, – сказал я, – допустим план отвлечения удался, и почти все уйдут от входа. Тогда остается только два варианта. Первый – завязать перестрелку и силой захватить вахту для обороны.

– Плохой вариант, – сказала Татьяна Семеновна, – на звуки вернутся остальные и может даже с подкреплением. Сможем ли мы в таком случае удержать позицию.

– Увы, но вряд ли, – неутешительно подвел итог я, – Поэтому второй вариант – я тихо убираю оставшихся в одиночку.

– Но это равносильно пожертвовать собой, – со страхом в голсе сказала Маша, – у тебя нет других вариантов.

– К сожалению, нет, – ответил я, – только эти два. В первом случае подвергнутся опасности все, во втором –только я. Это самый рациональный вариант.

– Хватит играть героя, – уже плача, сказала Маша, – ты мне нужен живой.

– Я не умру.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Я крепко обнял свою любимую. Она из последних сил сдерживалась от истерики. Как мог, я пытался ее успокоить. Неожиданно раздался голос Василия.

– Хватит тут сюси-муси разводить, и без вас тошно.

– Что ты только что сейчас сказал, – грубо спросил я.

– Что слышал.

– Хватит, – вмешалась математичка, – опять вы за свое? Архипова, я все понимаю, однако в данной ситуации прав Андрей. Мы можем попробовать его отговорить, но окончательно решение остается за ним.

– Я понимаю, – тяжело вздохнув ответила Маша.

– Теперь давайте обсудим пути нашего отступления, – перевел я тему, – обязательно надо досконально из обдумать.

– В принципе, есть всего четыре пути к входу, – сразу ответила Татьяна Семеновна, – 2 по центральной лестнице: со 2 этажа и подвала, а также по коридорам слева и справа. Слева, а тем более справа, где находится лаборатория, идти нельзя. Остается только по центральной лестнице.