Текст книги "Десять тысяч стилей. Книга двенадцатая (СИ)"

Автор книги: Илья Головань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 19 страниц)

Были и отдельные звания, выбивающиеся из общего ряда. Например, генерал артиллерии – важнее старшего эксая, но в подчинении генерала. Или проверяющие – особые офицеры, которые должны следить за состоянием Стены. Проверяющие третьего ранга в основном инспектировали рядовой состав и младших офицеров, проверяющие второго ранга осматривали Стену, а проверяющие первого ранга прибывали лишь тогда, когда стоило проверить генерала и его окружение.

Ливий решил взять такое звание, чтобы все вопросы отпали, но при этом и не наглеть слишком сильно. Изготовить табличку было просто: Волк увидел табличку у одного из офицеров в столице Ишбатаны, поэтому сделал почти идентичную копию с помощью Меркурия. Придумать имя и фамилию тоже не составило труда. Важнее было лицо.

Южной внешностью Ливий похвастаться не мог. Анатомической глины под рукой не было. Поэтому Ливий зачерпнул ладонью обычный песок, применил руну Гау и добавил себе южных черт. В этой технике Волк так поднаторел, что теперь мог обойтись и без Анатомической глины.

«Вот я и на Стене. Вернее, под Стеной», – подумал Ливий, глядя на «скалу», вздымающуюся в небеса.

Стена впечатляла. Подойти к ней просто так было невозможно, посты «красных» расположились еще на подходе, чтобы чужой человек даже не смог приблизиться к Стене.

– Прошу сюда.

Клеть на цепи опустилась, чтобы принять Ливия «на борт». Волк мог просто заскочить на Стену, да только не положено проверяющему второго ранга подниматься так. Пришлось дождаться клеть, зайти внутрь и насладиться подъемом наверх.

– Вы к нам надолго? – спросил старший эксай.

– Пробуду столько, сколько будет нужно, – строго ответил Ливий.

Старший эксай сглотнул. Проверки – это всегда проблемы. Это тебе не город, где проверяющему можно устроить персональный рай с алкоголем, красивыми девушками и лучшими блюдами. На Стене всего этого не было.

Клеть достигла верха. Ливий шагнул вперед и оторопело замер.

«Что это такое?!».

Впереди, почти у горизонта, не было ни земли, ни неба. Все застилала тьма – такая же, как тьма внутри Божественной медитации.

– Не торопитесь, – сказал подошедший офицер. Его подчиненные синхронно кивнули и ушли.

– Конец мира, – сказал Волк со вздохом. – Всего я ожидал, но не такого.

– Да, Ливий из Централа. Это действительно конец нашего мира.

«У величайшего джинна – тысячи обличий», – услышал Ливий фразу, когда путешествовал с дагулами по Ишбатане. Разумеется, Алхоам создал не только верблюда: по всей Стране Мудрости и Песков были его личности, тайно контролирующие работу государства.

– Это о многом говорит, – мрачно сказал Ливий.

Все изменилось. Ливию и раньше казалось, что мир как будто бы несовершенен, и сегодня Волк убедился в этом. Если есть конец мира, есть его граница – значит, мир не закончили. Кто был создателем? Почему он не смог завершить свою работу? И насколько вообще ценны жизни людей, живущих в таком мире?

– Будто банка с насекомыми, – вздохнул Волк. – Алхоам. Почему это похоже на Божественную медитацию? Неужели…

– Нет, – твердо ответил джинн. – Внутренний мир человека подражает миру внешнему. То, что ты видишь в глубине себя – это копия происходящего здесь. Поэтому там, где есть незавершённость, существуют и границы. Мы не в чьем-то внутреннем мире.

– Обнадеживает. Значит, джиннов создали, чтобы вы стояли на страже? Охраняли край мира?

– Верно. И скоро ты увидишь, от кого мы охраняем остальной мир.

По стене уже спешили люди. Среди них был даже генерал с синим лицом: Ливий знал, что сильнейшие воины в Ишбатане – это потомки джиннов, поэтому ничего удивительного в этом не было.

– Добро пожаловать, проверяющий! Наш отрезок Южной Линии славится своей подготовленностью! Надеюсь, ваша проверка не выявит никаких недостатков, а если вы что-то заметите… Приходите ко мне, – улыбнулся генерал, широко разводя руки в стороны.

– Обязательно, генерал Юсуф, – кивнул Ливий. – Думаю, уже скоро я узнаю, насколько ваш отрезок Южной Линии готов к бою.

– Это вряд ли, господин проверяющий, нападение было всего неделю назад. Вам придется подождать минимум две.

Раздался звук рога.

– Что? Колебания?

На лице генерала Юсуфа проступило удивление. Он быстро бросил взгляд на «господина проверяющего», который оказался прав, и поспешил к своим людям.

Не прошло и трех минут, как из непроглядной тьмы выступило существо.

Внешне оно напоминало огромную ящерицу метров пятьдесят в длину. Проглядывались тело, голова, лапы и хвост – и на этом все. Существо было соткано из тьмы, и соткано очень грубо, без деталей. Не было даже глаз. Единственное, что виднелось на голове «ящерицы» – огромный открытый рот, внутри которого была все та же тьма.

Из темной завесы одна за другой стали появляться новые «ящерицы». Вскоре их стало так много, что они виднелись повсюду на горизонте. Но нападение не заканчивалось на одних «ящерицах». Приглядевшись, Ливий заметил и других существ – трехметровых приматов с мощными передними лапами. И вновь не было никаких деталей, только рот. Тьма создавала существ, и она считала, что им не понадобится ничего, кроме рта.

Если «ящериц» были сотни, то «приматов» – тысячи. И они всё появлялись из тьмы, пока первые ряды врагов шагали в сторону Южной Линии.

– Быстро! Быстро, ифритовы кости! – раздавались крики эксаев. Грохот откинутых заслонок оповестил о готовности Стены: Ливий глянул вниз и увидел, что вся верхняя часть укреплений ощетинилась орудиями.

Были пушки и сверху. Солдаты сбрасывали ткань и оттаскивали деревянные крыши, а канониры заряжали орудия, не дожидаясь полной готовности.

Пушки сверху поражали своими размерами. Они были гораздо больше тех, что стояли в Стене снизу, и тех, что были на корабле Мудрейшего. Огромные черные жерла, казалось, могли своими выстрелами разрушить сам мир. Даже Ливий был впечатлен: что уж говорить про обычных солдат?

Генерал артиллерии поднял руку. Враги быстро приближались. И, когда они пересекли какой-то невидимый рубеж, генерал артиллерии махнул рукой.

Жуткий грохот, который услышал Ливий, не был похож ни на что другое. Казалось, что Стена сейчас расколется пополам, а по земле пойдут огромные трещины, как от землетрясения. Одновременный залп тысяч орудий был ужасающе сильным и громким – настолько, что несколько солдат-новичков потеряли сознание. Но это было только началом.

Почти все ядра попали в цель. Чугунный шар разрывал «примата» на части, и тьма его тела просто исчезала. А вот «ящерицы» переносили попадания. Ядра малых орудий вязли в глубине их тел, а ядра больших пушек оставляли дыры. Но даже с десятками дыр в теле «ящерицы» упрямо шли вперед.

– Огонь!

На Стене стояли тысячи лучников. Стрелы, наполненные ярью, вонзались во врагов, оставляя «ранения». Большая часть лучников была слабыми идущими, но были среди них и мастера своего дела. Их выстрелы ранили «ящериц» не хуже больших пушек, да и стреляли такие лучники в десятки раз быстрее.

Грянул залп орудий – в этот раз немного тише. Большие пушки сверху перезаряжались дольше.

Врагов меньше не становилось. Из тьмы выходили все новые и новые противники. Казалось, что подкрепления врагов будут идти до бесконечности, но никто, кроме новичков, не поддавался панике. Стена действовала, как единый организм. Все шло по давно отработанному сценарию, пока тьма вновь не задрожала.

«Ящерицы» были большими. Но то, что шагнуло из тьмы, оказалось намного больше. Шестирукое существо было вровень со Стеной. В каждой руке оно сжимало саблю, и Ливий сразу понял, кого он видит.

«Ракшасы!».

Те самые «статуи», что охраняли столицу Ишбатаны, только во много, много раз больше. Теневые ракшасы тоже состояли из тьмы. Как у их «собратьев» поменьше, ракшасы не могли похвастаться деталями. Они тоже были лишь грубыми поделками тьмы, которая не видела нужды давать своим «детям» даже глаза.

Появление ракшас заставило Стену запаниковать. Даже у бывалых солдат затряслись поджилки.

– Выстрел! – прокричал мастер-лучник. Лучники послабее будто вышли из транса, ведь стоило им увидеть сильного врага, как они перестали стрелять. Во врагов вновь полетели стрелы.

Даже одного рашкаса хватило, чтобы по рядам защитников пробежала паника. И тогда из тьмы появился новый ракшас. А за ним еще, и еще…

– Пять, – на выдохе произнес лучник на уровне Мастера, стоявший рядом с Ливием. Неверие в глазах защитника Стены было таким большим, что Ливий был уверен: пять ракшасов не появлялись никогда. А если такое и происходило, то очень давно.

Пушки палили по команде, так, чтобы залпом всех орудий проредить передний ряд врагов и выиграть немного времени. Но одна пушка не стреляла. Ее готовили к залпу с самого начала боя, и от орудия Ливий ощущал мощные волны энергии.

– Огонь!

Грохота не было. Вместо этого волосы на руках Волка встали дыбом, и он почувствовал знакомое ощущение – кто-то применял руну Грирро.

Пушка выстрелила молнией. Стихия поразила ракшаса и оставила в нем огромную дыру. Враг не исчез, но рана все же замедлила его. Рашкас с дырой в груди стал медленнее в несколько раз, сначала поравнявшись со своими копиями, а затем и отстав от них.

«Какая мощь!», – подумал Ливий. Даже он не мог создать молнию такой силы. Невольно вспомнилась битва за Сильнар.

«Один выстрел такой пушки расходует ярь, сданную сотней тысяч жителей Ишбатаны», – услышал Ливий голос Алхоама в своей голове.

«Вот оно что», – подумал Волк. Теперь становилось понятно, зачем нужно Око Ифрита.

Враги прошли уже половину пути. И тогда под их ногами вспыхнула магия.

Ловушки обрушили на врагов пламя и молнии. Магия разрывала «приматов» на части, оставляла «лягушек» без ног, но противники продолжали продвигаться вперед.

– Стрелы! Несите стрелы! – кричал на новичков командир лучников. До Стены оставалась всего треть расстояния – совсем немного. И ракшасы были уже совсем рядом.

Враги попытались продвинуться немного вперед и уткнулись в невидимую стену. Это был барьер, и Ливий быстро отыскал магические артефакты, поддерживающие его.

«Барьера надолго не хватит», – понял Волк. Уже скоро враги должны были добраться до самой Стены.

Глава 9. Аномалии

Враги перестали появляться из тьмы, вот только и тех, что уже вышли, было предостаточно. Барьер, пусть и весьма прочный, не мог сдержать такую сильную орду. И оставалось только секунд десять, прежде чем ракшасы добрались бы до барьера.

– Мы не успели восстановить барьер полностью! Они напали слишком рано! – прокричал генерал, оправдываясь перед Ливием. Пусть и казалось, что Стена не готова к такой серьезной атаке, на самом деле у Волка не было никаких нареканий. Генерал знал, что нужно делать. Со своими обязанностями он справлялся отлично. Да, лучников и пушек было недостаточно, чтобы разобраться с армией тьмы. Но и Стена еще не показала всего.

Вместе с генералом появились потомки джиннов. Кожа некоторых была разных оттенков красного и синего, но попадались и другие – люди с белой, как снег, кожей и длинными седыми бородами. Они больше всего походили на обычных людей, но иногда можно было увидеть, как дым идет из ноздрей или приоткрытых ртов.

К барьеру подошел первый ракшас. Он обрушил на защиту все свои шесть сабель, и барьер со звоном лопнул.

Тотчас по теневым врагам ударили магией.

Потомки джиннов были сильны. Те, что с красной кожей, атаковали огнем, и Ливий с удивлением понял, что не способен ударить руной Хон с такой же силой. Сначала магия была узкой и казалась почти лучом, но она расширялась, а когда достигала врага – била по площади. Получался огненный треугольник, испепеляющий все внутри себя.

Потомки джиннов с синей кожей били молниями. Их атаки обрушивались с небес каскадами молний, добивая тех, кто выжил после пламени.

Те потомки джиннов, которые больше всего походили на людей, атаковали разной магией – чаще всего руной Бохэм. Старики с седыми бородами оказались универсалами, и Ливий вполне мог потягаться с ними в магии, а многих и обойти.

Вал магических атак остановил врагов. Казалось, что всех теневых созданий просто уничтожат на рубеже барьера, но не тут-то было. Подтянулись еще трое ракшасов, все они атаковали и прорывались сквозь магию. А ярь потомков джиннов бесконечной не была.

«Ух ты, а генерал, оказывается, лучник», – подумал Ливий, глядя на то, как начальник отрезка Стены натягивает тетиву огромного лука. Все это происходило очень медленно, но, когда генерал отпустил тетиву, стрела мгновенно настигла ракшаса – и оторвала ему руку.

«Сильно», – подумал Волк.

Пушка, заряженная руной Грирро, выстрелила, ранив того же ракшаса. Враги шагнули ближе – и вновь попали в магические ловушки. В этот раз подготовленная магия оказалась даже сильнее. Орды «приматов» и «ящериц» стирались из реальности, и лишь ракшасы упрямо шли вперед.

Еще одна стрела от генерала оставила в груди шестирукого врага дыру. «Он сможет выстрелить еще раз, не больше», – подумал Ливий. Выстрелы генерала были ошеломляюще мощными, но он тратил много яри и быстро уставал.

Энергетическая пушка не перезарядилась, а обычные пушки заряжались все медленнее. С приближением врагов артиллеристы начинали нервничать, они ошибались и делали много лишнего. Казалось, что бой замер в точке, где не было понятно, кто одерживает верх. Но чаша весов ушла вниз: создания тьмы переломили ход сражения.

«Штурма не избежать», – оценил ситуацию Ливий. Враги были всего в трех сотнях метров.

Последний выстрел генерала попал точно в голову ракшаса. Огромная стрела, больше напоминающая снаряд баллисты, оставила дыру вместо прожорливого рта шестирукого, и этого оказалось достаточно. Ракшас был первым, кто прорвал барьер, и первым, кто попал под магическую атаку. Его тело, сотканное из тьмы, растворилось, не оставив после себя ничего. Но оставались еще четыре ракшаса.

– Уходите, проверяющий! – крикнул генерал. Сначала он показался Ливию обычным начальником-взяточником с раздутым лицом, но бой расставил все по местам. Генерал знал, что нужно делать, да и сам был не промах.

«Хочу помочь», – подумал Ливий с улыбкой. Он легко мог отмежеваться от боя на Стене, но не стал этого делать. Ситуация выглядела критической. И раз уж оказался здесь – почему бы не приложить руку?

Под градом стрел, ядер и заклинаний враги добрались до Стены. И, как только первые создания тьмы прикоснулись к каменной кладке, мир замер.

«Это что? Замедление времени?», – удивился Ливий. Выглядело, как открытие Сатурна, но Волк ничего не делал.

«Час Самайи. Артефакт, который замедляет время на секунду, когда враги добираются до Южной Линии, – пояснил голос Алхоама. – Этого достаточно, чтобы схватить оружие».

Технологии Юга впечатляли. Замедлить время, пусть и на секунду, на огромной стене – такого Ливий еще не видел. Ее действительно хватило, чтобы многие воины собрались духом и побросали луки, схватившись за сабли и копья. Пока враги не подошли, стреляли все. Но не все были стрелками.

«Ящерицы» просто полезли вверх по стене. «Приматы» начали выстраиваться в живые лестницы. Но главной угрозой остались ракшасы.

– Эйфьо.

Ветряное лезвие столкнулось с саблей врага. Ракшаса слегка покачнуло, и этого оказалось достаточно, чтобы привлечь его внимание.

«Отлично. Теперь я твоя цель», – подумал Волк.

Сдерживаться ракшас не стал. Подняв все свои шесть рук, он обрушил яростный ливень атак на Ливия.

Ракшас рубил Стену перед собой, как заправской мясник – кусок мяса. Атак было тридцать шесть, и скорость их впечатляла. Такое огромное тело оказалось на редкость быстрым, и Ливий этого не ожидал.

Не ожидал, но быстро отреагировал.

– Это все? – спросил Волк с ухмылкой.

На Востоке Ливий пробудил Волю Воды. С ней его тело становилось по-настоящему неуловимым: плавные движения позволяли уходить от быстрых атак. В ответ на поддевку Волка ракшас вновь ударил саблей – и в этот раз Ливий атаковал в ответ.

Веста пробудилась, взывая к Воле. Ливий знал, что гораздо лучше понял стихии. И, глядя на огромное орудие, выпускающее молнии, Волк почувствовал, что приблизился к чему-то важному.

По руке пробежала толстая молния. Кулак столкнулся с саблей – и молния впилась в оружие врага, разрушая его на части. Стремительный выстрел стихией прошел по руке и закончил свой бег в районе плеча, пробив его и уйдя в небо.

Это была Воля Молнии, которую Ливий никогда не применял. Мощь удара ничуть не уступала энергетической пушке, и потомки джиннов с удивлением уставились на проверяющего – по его-то венам не текла кровь джиннов, поэтому и сильным магом он быть не мог.

Ракшас остался без сабли и руки. Мощь атаки отбросила его, создание тьмы, казалось, вот-вот рухнет на спину, но ракшас, будто отпущенная пружина, моментально наклонился вперед, ударив всеми саблями одновременно.

– Неплохо, – сказал Ливий, ничуть не пострадав. Удар пришелся точно по телу, но ракшас не оставил никаких ран.

У крепости Тела Дракона есть свои пределы. Есть и техники, способные сделать тело еще прочнее. Ливий считал свою кожу невероятно прочной, поэтому многие удары не были способны оставить весомые раны. Но всегда есть нужда стать еще крепче.

Ради этого Веста постаралась на полную, пробудив еще одну Волю – Волю Земли.

Тело прочное, как камень. Воля Земли укрепила Ливия настолько, что он не побоялся встретить атаку ракшаса вообще без защиты.

Волк прыгнул вверх. Ракшас попытался поднять свои пять сабель, но не успевал, Ливий был быстрее. И он атаковал с той стороны, где ракшас точно не смог бы защититься: там, где Ливий оторвал врагу руку.

Императорского удара оказалось достаточно. Кулак снес ракшасу половину головы, и тело из тьмы исчезло.

Одного ракшаса уничтожили на подходе, второго убил Ливий, а третий оказался ранен и немного отстал. С двумя оставшимися разобрались потомки джиннов. Может, их конек и был в магии, но и в ближнем бою оказались не промах. Отставшего ракшаса убили из энергетической пушки, которую готовили к выстрелу даже под атаками врагов.

Многие погибли. «Ящерицы» лезли на стены, «приматы» тоже умудрились добраться до верха. Их встретили простые воины Стены – идущие на разном уровне, от Претендентов до Мастеров. Только издалека тот же «примат» мог показаться слабым. С одним таким даже Эксперт не справился бы в одиночку, что уж говорить про «ящерицу».

– Спасибо вам за помощь, проверяющий. Вы очень сильны! Но мне стыдно, что вы увидели мой отрезок Стены в столь плачевном состоянии, – сказал подошедший к Волку генерал.

– Не стоит извиняться. Вы отлично справились, – ответил Ливий совершенно искренне.

Стена медленно приходила в порядок. Раненых лечили, трупы убитых спускали вниз. Сама по себе Стена тоже пострадал от ударов ракшасов, и не прошло и часа, как появились строители.

«Они ведут бои годами, столетиями. Может, даже тысячелетиями. Солдаты гибнут, и на их места приходят новые. Страна, которая должна бесконечно сжигать ресурсы в топке войны без шанса что-либо изменить», – подумал Ливий.

Юг поменялся в глазах Волка. Здесь, в Ишбатане, джинны и люди отчаянно сопротивлялись непобедимому врагу.

«Этот бой оказался полезным для меня. Целых две Воли – я действительно хорошо понял стихии. Вот только Волю Огня пока открыть не могу. Думал, сложнее будет с Землей, ведь я почти не пользовался руной Гау», – размышлял Ливий.

– Ты увидел наше предназначение, – сказал Алхоам в облике офицера.

– Это многое для меня объяснило, – честно добавил Ливий. – Почему эти существа появляются? И почему нападают?

– Аномалии, вызванные несовершенностью мира.

– Аномалии, значит. Как давно это происходит? И как долго будет происходить?

– Аномалии появились при сотворении мира. И они будут появляться вечно.

– Понятно, так и думал. Алхоам, в Ишбатану нельзя попасть человеку из Централа, ведь так?

Офицер кивнул.

– Можно пройти через Великую Пустыню, но такого человека никто не пустит в Ишбатану. До того, как он доберется до Северной Линии, магия джиннов убедит его вернуться. Путь Десяти Оазисов, через который пришел ты, способен пройти лишь тот, в ком течет кровь Ишбатаны. Таких путей два. Один – на востоке, второй – на западе.

«Вот оно что. Безопасные дороги для своих, и невероятно опасный путь – для чужаков. Но сама Великая Пустыня…», – подумал Ливий и спросил:

– Почему там настолько опасно? Это связано с Золотым?

– Верно. Там, где была Великая Пустыня, простиралось царство Золотого. Ему была нужна армия – и он возжелал ее. Остатки этой армии и есть опасность.

«Если так подумать, то Феликс упоминал в Пророчестве Трех о человеке с Юга», – неожиданно понял Ливий.

– Алхоам, вы слышали о Пророчестве Трех?

– Верно, Ливий из Централа. Золотой – первый из этого пророчества.

Все встало на свои места. Пророчество Трех говорило о трех, способных уничтожить мир. Мироед Ма – тот самый, что убил дракона на Востоке – был вторым. А первым оказался Золотой, которого запечатали тысячу лет назад.

«Но это значит, что Феликс знал про Ишбатану?».

– Ты овладел Волей Молнии и Волей Земли в бою, – прервал раздумья Ливия Алхоам.

– Да, – кивнул Ливий. – Я стал сильнее. Правда, этого недостаточно.

– Хон? – догадался Алхоам.

– Именно. Посоветуете какого-нибудь мастера?

Алхоам покачал головой.

– Ты быстро совершенствуешься в бою. Мне есть, что тебе предложить, Ливий из Централа. Ты должен посетить Перевернутую Башню Джиннов.

«Это еще что?», – подумал Волк. Просить объяснить не пришлось: Алхоам продолжил сам.

– Это башня из тринадцати этажей. До достижения ста лет каждый имеет право прийти туда, чтобы попытаться подняться выше. На каждом этаже есть свои награды, ради которых джинны приходят туда.

– Вы создали эту башню?

– Нет, один из моих давних товарищей. Не думаю, что награды окажутся тебе важны. Но там ты найдешь много полезных сражений, ведь в Перевернутой Башне Джиннов все сражаются силой стихий. Обычно джинны проводят в Перевернутой Башне десять лет. У тебя нет столько времени: печать Сахраджуджа падет через год. Придется поторопиться.

«Вот оно что», – подумал Ливий, поняв замысел Алхоама.

Перевернутая Башня Джиннов была своего рода школой боевых искусств Ишбатаны. Джинны приходили туда, чтобы сражаться друг с другом за право занять место повыше. Награды были стимулом, а десятки сражений оттачивали боевые навыки. В итоге из Перевернутой Башни Джиннов выходили мастера, способные занять достойную нишу в обороне Южной Линии.

Оставалась лишь одна проблема.

– Я не джинн.

– Ты умеешь менять лица, – невозмутимо ответил Алхоам.

Оставаться на Стене не было смысла, Ливий увидел все, что хотел. Поэтому сразу направился к Перевернутой Башне Джиннов. Куда идти, Волк не знал. Но этого и не требовалось – ему выделили проводника.

«Ого, старый знакомый», – подумал Ливий, когда увидел белого верблюда.

Над изменениями внешности Волк долго не думал. С помощью песка он изменил лицо, придав ему синего цвета – южных черт Ливий «налепил» еще раньше.

– Хочешь родство моего племени? – спросил верблюд.

– У меня не то, чтобы есть выбор, – хмыкнул Ливий. – Седобородые сплошь старики, а мне уже надоел имидж старого пня. Краснокожие швыряются огнем, с чем у меня есть проблемы. Остаются только синекожие… Хм, «моего племени»? Вы же, ну, черный?

– Чем больше силы, тем темнее цвет. Когда-то моя кожа была такой же, как у тебя сейчас.

– Вот как.

Ливий успел неплохо познакомиться с Югом, но таких деталей ему явно не хватало. Как-никак, теперь нужно было притвориться потомком джинна.

– Арора аур Чалакидж. В твоей личности никто не усомнится.

– Спасибо, это облегчит задачу. В эту Перевернутую Башню Джиннов могут попасть только потомки джиннов?

– Нет, кто угодно, если он из Ишбатаны.

– Тогда зачем все это? – удивился Ливий.

– Тебе не стоит привлекать много внимания. Люди могут попасть в Перевернутую Башню Джиннов, но они не делают этого.

«Ясно. Традиции».

Если кто-то назвал место Перевернутая Башня Джиннов, то обычным людям туда соваться не стоит. В Ишбатане по-настоящему сильны лишь потомки джиннов – такое здесь бытовало мнение. Значит, простые люди и не должны приходить в место, где сильнейшие Страны Мудрости и Песков обретают свои навыки.

Никто не ущемлял обычных людей. Скорее, это было высокомерием, с которым никто не собирался спорить. Вот только даже единичное нарушение устоев привлекло бы слишком много внимания.

– Я не могу идти быстро. Доберешься туда сам. Иди в том направлении – и там ты встретишь такого же, как я.

Ливий так и поступил. Через два дня пути показался белый верблюд, дожидавшийся Волка лежа на песке.

– Идем. Уже близко.

– Мне нужно что-то знать про Перевернутую Башню?

– Нет. Увидишь сам.

Спорить Ливий не стал. Вскоре показалась сама башня, которая оказалась не такой уж большой. После монструозной Стены и впечатляющего величия столицы Волку казалось, что на Юге все такое – огромное и высокое. Но башня была небольшой, всего метров двадцать в высоту. Сложенная из песчаника, без единого украшения, она казалась самой обычной башней, будто оторванной от какого-нибудь замка.

Ливий просто пошел туда. Верблюд остался позади: свою задачу он выполнил.

Ворота оказались на редкость тяжелыми. Для того, чтобы их открыть, нужно было быть идущим Пути Дракона хотя бы на уровне Эксперта.

– Кто таков?

Перед Ливием стояли трое: все они были старцами с длинными бородами и дымом из ноздрей.

– Арора аур Чалакидж.

– Хорошо. Иди сюда.

Ливий шагнул к старцам и увидел, что за их спинами находится огромная яма. Волку даже не дали ничего сказать: один из старцев просто толкнул его в спину, заставив упасть. Конечно, Ливий мог устоять, но в этом не было смысла.

Ведь стоило Волку увидеть яму, как он понял, почему башню назвали перевернутой.

«Глубоко!».

Падение было долгим. Где-то метров через двести Ливий метеором приземлился, выстрелив осколками скалы во все стороны.

«Вот я и здесь. В Перевернутой Башне Джиннов».

Ливий думал, что приземлится на арену, где сразу придется сражаться. Но он оказался… на рынке.

На появление Ливия никто не обратил внимания. Приземлился – и приземлился, чего об этом думать? Кругом стояли торговые палатки, продавцами в которых были потомки джиннов. Тот, кто попадал в Перевернутую Башню Джиннов, оказывался в самом центре рынка.

– Новенький? Из синих? Чего ж с собой ничего не взял?

К Ливию обратился парень лет тридцати на вид, у которого не было никаких черт потомков джиннов. Лицо наполовину скрывал капюшон длинного плаща. Человеком неизвестного тоже нельзя было назвать: неестественно широкий рот и серая, как грязь, кожа явно выдавали в нем какую-то местную расу.

– А зачем? – ответил Ливий.

– Тебе ничего не рассказали? – удивился серокожий. – Да уж. Как думаешь, почему здесь торгуют? В «Улье» нужны ресурсы. Хочешь спуститься ниже – становись сильнее. А как стать сильнее, если ничего нет? То-то же. Хо, да ты даже без оружия пришел. Тяжко будет.

– Вы называете это место «Ульем»?

– Ага. Меня зовут Фелах. Удивлен, что кто-то из синемордых говорит со мной так долго, – хмыкнул Фелах.

– Почему?

– Ты что, идиот? – искренне удивился Фелах. – Я – гуль. Вы нас презренным родом называете.

– А. Гуль, – кивнул Ливий.

«Выходит, они существуют?».

Про гулей Волк почти ничего не знал. Слышал только байки о том, что эти существа воруют детей, убивают путников и делают многие другие гнусные вещи – таких баек Ливий где только не наслушался, менялись только действующие лица. Если на Востоке пугалом работали ёкаи, то здесь, на Юге – гули.

«Выходит, они тоже потомки джиннов? Но никого из гулей не было на Стене», – подумал Ливий. Разговор о расе Фелаха продолжать не стоило: Волк и так оказался подозрительно неинформированным.

– Удачи, синемордый. Думал заработать на тебе, а ты гол как сокол.

– Погоди. Что здесь в цене?

– А сам не видишь? Из того, что приносят снаружи – оружие. Хорошую саблю с руками оторвут. Еще алхимия, еда, одежда. Защитное снаряжение – мало кто берет, а здесь полезно. Из того, что здесь – да все, что на этажах получить можно. Некоторые добывают руду. Кто-то собирает грибы, растущие на стенах. Не вкусно, зато питательно.

Ливий удивленно уставился на Фелаха.

– Руда? Грибы? Чем вы вообще занимаетесь? Я думал, вы тут сражаетесь!

– Ха! А ты сначала попробуй войти в «Улей», – сухо сказал Фелах, пусть в его голосе и сквозило легкое злорадство. – Тебе туда, если что. Пойдем, провожу.

До входа в Перевернутую Башню Джиннов оказалось не так уж далеко. За рынком расположились дома из камня, в которых жили люди. Ливий невольно посмотрел наверх. Потолок невозможно было увидеть, ведь он утопал во тьме, но со Взором Дракона Волк смог узнать расстояние.

«Далеко. Такое даже пещерой не назовешь – целый подземный мир. Узкий, правда», – подумал он.

Входом в Перевернутую Башню была тридцатиметровая пирамида. Выложенная из массивных камней, она всем своим видом кричала о той самой любимой южанами монструозности. К пирамиде вел каменный мост через ущелье, и по эту сторону от моста толпились люди – вернее, потомки джиннов.

Фелах просто пошел вперед. Ливий собирался сделать то же, но перед мостом ему неожиданно прегради путь, пропустив Фелаха.

– Не помню твоего лица. Новенький, да? В «Улей» так просто не попасть.

«Хм, теперь становится понятно», – подумал Ливий, оценивая противников.

Пятеро, все – «красномордые». Оценить их силу Волк не мог, влияла кровь джиннов.

– И как мне попасть?

– Тебе нужно разрешение.

– И где его взять?

– Кто знает, – пожал плечами потомок джинна, совсем не скрывая ухмылку.

Остальные тоже ухмылялись. Даже из толпы наблюдателей нашлись любители позлорадствовать. Они сами не могли попасть внутрь, но стоило появиться новенькому без разрешения, как на их лицах проступило ехидство. «Пусть испытает то же, что и я, поймет, каково здесь», – думали потомки джиннов.

– Ясно. Тогда я просто пройду.

Ливий шагнул вперед, и главный из «охранников» моста тут же выхватил саблю.

– Из непонятливых, да? Хочешь, чтобы я объяснил подоходчивей?

Ливий сделал еще один шаг.

– Ты!

Враги напали сразу. Трое с саблями, один – с копьем, и еще один – со странными кинжалами с поперечными рукоятями. Ливий слышал об этом оружии – на Юге такие широкие кинжалы называли катарами.

Воля Воды пробудилась. Тело Ливия стало текущей рекой, которую бесполезно бить.

«Где-то на уровне Столпа? Слабо», – подумал Волк, легко уклоняясь от ударов. В ответ на каждую атаку Ливий бил сам.

На глазах у зевак произошло немыслимое. Пятеро красномордых атаковало новичка, а уже через секунду все «охранники» моста рухнули на землю. Новичок даже не стал ничего говорить и просто пошел вперед.

– Ты такой сильный и ничего не знаешь? – спросил Фелах, оставшийся на середине моста, чтобы посмотреть на бой. Отношение к Волку у гуля моментально изменилось.