Текст книги "Вулкан Капитал: Орал на Работе 3 (СИ)"

Автор книги: Игорь Некрасов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 27 страниц)

Её черты были мягче, губы слегка приоткрыты от частого дыхания, а в широко раскрытых глазах плескалась целая буря – желание, страх, пьяное любопытство и какая-то детская ранимость. Она улыбалась, придерживая полотенце на груди двумя руками, будто последнюю защиту, и застенчиво отводила взгляд.

Она показалась ему… очень милой и уязвимой, даже учитывая тот факт, что она хотела прямо сейчас получить отлиз взамен на отсос.

Он выдохнул.

– Ладно, – тихо сказал он, и его собственный голос прозвучал неожиданно спокойно. – Давай.

Она в ответ лишь кивнула, будто не в силах вымолвить ни слова. Её пальцы так сильно сжимали полотенце, что костяшки побелели. Она дышала тяжело и прерывисто, грудь высоко вздымалась под тканью, будто он уже касался её, будто уже ласкал. Это нервное, почти болезненное ожидание было красноречивее любых слов.

Игорь положил ладони на её бёдра, чуть выше колен. Под его прикосновением по её коже побежали мурашки, и она громко, сдавленно вздохнула, как будто её тронули раскалённым железом. Его руки медленно поползли вверх по её бёдрам, скользя под краем полотенца, ощущая под пальцами тёплую, гладкую кожу и лёгкую дрожь.

Он посмотрел на неё и тихо спросил:

– Может… ты сядешь поудобнее? И раскроешь полотенце?

Она улыбнулась, и в этой улыбке было что-то от смущённого согласия. Кивнув, она поправилась, развернувшись к нему боком и оперевшись спиной о дверцу машины.

Игорь усмехнулся про себя. Эта трансформация – от дерзкой заводилы до этой замершей, покорной девушки – почему-то сводила его с ума. Он сам потянулся вперёд, закрывая оставшееся между ними расстояние. Его колени упёрлись в край сиденья рядом с её ногой. Он медленно, но уверенно взял её за запястья рук, что судорожно сжимали полотенце на груди.

Она не сопротивлялась.

Её пальцы разжались, и руки бессильно упали на сиденье. Тогда он взялся за край, и тёплая, влажная от её пота ткань легко поддалась. Он мягко потянул полотенце на себя, и оно спало, обнажив её грудь полностью.

Игорь замер, заворожённый. Её груди были высокими, упругими, идеальной формы. Кожа на них была смуглой и гладкой, а ареолы – тёмно-коричневыми, большими и волнистыми по краю. В центре каждой торчали твёрдые, налитые сосочки. Они казались тёмно-розовыми, почти рубиновыми в тусклом свете.

– Ну… что скажешь? – её голос прозвучал низко и с хрипотцой.

– Очень красивая, – выдавил он, и слова показались ему глупыми и плоскими на фоне этого зрелища.

Его взгляд скользнул ниже, по плоскому животу. Охваченный единым порывом, он наклонился ближе к тому месту, куда так стремился, схватил край полотенца и, потянув на себя, швырнул его себе за спину на сиденье.

– Черт, я прям вся мокрая уже, – прошептала она, и в её голосе появилась смесь радости, гордости и нетерпения.

Азиза подтянула правую ногу, поставив её на сиденье, а левую оставив на полу. Эта поза естественным образом раздвинула её ноги. Она посмотрела на него, и их взгляды встретились. Её дыхание стало ещё чаще, а глаза – широко раскрытыми в ожидании.

Игорь медленно опустил взгляд. У неё была аккуратная, ухоженная киска. Гладкая кожа, лишённая волос, была тёмного, бархатистого оттенка. Её половые губы – пухлые, сочные – были плотно сомкнуты, скрывая от глаз самую сокровенную деталь. Он уже начал наклоняться, когда её голос остановил его.

– Подожди, можешь, меня чуть подготовить…

– В смысле? – Игорь оторвал взгляд от вожделенной цели, недоуменно глядя на неё. – Ты же сказала, что уже мокрая…

– Ну блин, типа немного прелюдии, знаешь… – она отвела глаза, и в её тоне появилась капризная нота.

«Может, её еще за ухом почесать, блядь?» – пронеслось у него в голове.

– А, ладно, – пробормотал он вслух, отступая от своего первоначального плана.

Он прислонился к её шее, почувствовал горячую, солоноватую кожу. Его губы коснулись ключицы, затем поднялись к уху, оставив там лёгкий, влажный поцелуй. Он лизнул мочку, услышал её сдавленный вздох. Его руки, которые он поначалу неуверенно положил ей на бёдра, начали движение.

Ладони скользнули вверх по её рукам, ощущая каждый мурашек, появляющийся на ее коже, поднялись к плечам, а затем, медленно спускаясь, обогнули грудь. Он поцеловал ложбинку между грудями, почувствовал, как под его губами учащённо бьётся её сердце. Затем его язык обрисовал контур тёмной ареолы, прежде чем взять в рот один налитый, твёрдый сосок. Она ахнула, и её пальцы впились ему в волосы.

Одна его рука продолжала ласкать грудь, в то время как другая, наконец, поползла вниз по животу, к тому месту, откуда исходил лёгкий, пряный, животный аромат. Азиза была перед ним, разомлевшая, открытая, прекрасная в своей наготе, и вся её поза, каждый её сдерживаемый стон кричали об одном – о жажде прикосновения.

В салоне стояла тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателя и её прерывистым, хрипловатым дыханием. Каждый её выдох был горячим и влажным, она почти не дышала, замирая в ожидании.

Его пальцы наконец нашли бархатистую кожу, горячую и удивительно нежную на ощупь, и он решил, что всё, хватит сиськи мять, и медленно наклонился лицом к её лобку. И когда он уже был у цели и пряный, густой аромат её возбуждения стал ещё насыщеннее, его руки грубо обхватили её ягодицы, и он подтянул её ближе к себе.

Они были упругими, плотными, но при этом невероятно мягкими на ощупь. Это была живая, трепещущая плоть, полная скрытой силы и податливости одновременно. Он слегка сжал их, и она издала тихий, сдавленный стон, её бёдра инстинктивно подались вперёд, ещё больше раскрываясь ему.

И наконец Игорь медленно, почти с благоговением, прикоснулся губами к её лобку. Сначала это были лёгкие, едва уловимые поцелуи вдоль линии бикини, где кожа была особенно нежной. Он чувствовал, как под его губами она вздрагивает, слышал, как её дыхание сбивается, превращаясь в короткие, прерывистые вздохи.

– М-м… – вырвался у неё первый тихий, почти неосознанный стон.

Её рука поднялась и запуталась в его волосах. Пальцы не сжимали, не тянули – они гладили, трепали пряди, будто в попытке либо притянуть его ближе, либо удержать на месте, когда волна сладострастных ощущений становилась слишком сильной.

Ободрённый её реакцией, Игорь прижался губами плотнее, целуя уже самую чувствительную кожу чуть выше её щели. Затем его язык, тёплый и влажный, коснулся её. Сначала это было лёгкое, почти неуверенное движение. Он провёл широкой плоской поверхностью языка снизу вверх, от самого низа, где кожа была наиболее нежной, вдоль всей узкой горячей щели между её набухшими половыми губами.

Её соки, густые и сладковато-солёные, сразу же покрыли его язык. Вкус был интенсивным, пьянящим, чистой эссенцией её возбуждения. Он почувствовал, как под его языком её дырочка пульсирует, как половые губы, сначала плотно сомкнутые, теперь слегка раздвинулись, приоткрывая ему тёмно-розовую, сияющую влагой внутреннюю часть.

Он повторил движение, теперь уже более уверенно, сильнее надавливая языком, проникая чуть глубже в саму дырочку, ища и находя у её верха твёрдый, набухший бугорок клитора. Азиза тут же вскрикнула – коротко, резко, и её пальцы в его волосах сжались уже по-настоящему. Её тело выгнулось, подставившись ему ещё больше, а из её горла полились непрерывные сдавленные стоны, которые она уже даже не пыталась сдерживать.

Игорь, захваченный её реакцией, утонул в процессе. Он больше не думал – он действовал по инстинкту, ведомый её звуками, её вкусом, её дрожью. Он втянул в рот одну из её пухлых, влажных половых губ, нежно пососал её, чувствуя, как она набухает ещё сильнее под его губами и языком. Затем переключился на другую, отдавая каждой долю внимания, прежде чем снова погрузиться в самую гущу.

Его язык стал инструментом исследования и наслаждения. Он облизывал её широкими медленными движениями снизу вверх, собирая обильно выделяющуюся влагу, затем сосредотачивался на самом верху, на уже твёрдом, как горошина, клиторе. Он водил вокруг него быстрыми вибрирующими кругами, затем прижимался к нему плоской частью языка и ритмично надавливал.

Азиза застонала громче, её голос сорвался на высокую визгливую ноту, и её бёдра перестали быть пассивными. Они начали двигаться – вначале робко, мелкой дрожью, а затем всё более размашисто и настойчиво. Она начала слегка подталкивать лобок ему навстречу, в такт движениям его языка, ища нужный ритм, нужное давление. Каждое его движение вверх и вниз между её половых губ заставляло её вздрагивать и выдыхать новый, более глубокий стон.

Она уже не просто лежала – она участвовала, её тело танцевало этот древний, порочный животный танец, полностью отдавшись потоку ощущений, которые он вызывал в ней. Её руки теперь впились в обивку сиденья по обе стороны от её бёдер, пальцы судорожно сжимали кожу сидения, а голова была запрокинута назад, упираясь в стекло двери, обнажая напряжённую шею, по которой бежали капли пота.

Игорь, ведомый её откликом, решил углубиться. Он прижал язык острее и сильнее, пытаясь проникнуть глубже. Кончик его языка настойчиво, но не грубо надавил на вход в её влагалище, преодолел сопротивление упругих мышц и погрузился внутрь на пару сантиметров. Там было невероятно горячо, тесно и влажно.

Солоновато-сладкий вкус её возбуждения, смешанный с лёгкой горчинкой, был здесь особенно концентрированным. Он сделал несколько коротких проникающих движений, ощущая, как её внутренние мышцы рефлекторно сжимаются вокруг его языка. От этого глубокого интимного проникновения Азиза взвыла – долгим, хриплым, почти животным звуком, и её бёдра дёрнулись так резко, что чуть не сбили его с ритма.

Затем он поднялся выше, к самому эпицентру её наслаждения. Он обхватил губами её набухший твёрдый клитор и присосался к нему – нежно, но с ощутимым давлением. Одновременно кончик его языка заскользил по его чувствительной головке быстрыми мелкими движениями. Это был двойной удар – вакуумное давление и точечная стимуляция.

Её тело затряслось в предоргазменной буре, стоны стали сплошными, прерывистыми, а её пальцы впились в сиденье так, что, казалось, вот-вот прорвут кожу. Игорь, чувствуя, что она на грани, вцепился в её ягодицы ещё сильнее, и он с силой притянул её таз к своему лицу, словно желая вобрать в себя ее всю.

Его язык, уже уставший от интенсивной работы, но подстёгиваемый её реакцией, заработал с новой лихорадочной скоростью. Он сосредоточился исключительно на её клиторе – быстрые вибрирующие движения, жёсткое давление плоской частью языка, короткие отрывистые поцелуи. Он уже не просто чувствовал её вкус – он ощущал, как всё её тело собирается в тугой трепещущий узел.

Мышцы её живота напряглись до предела, её бёдра перестали двигаться и застыли в спазме. И тут её ноги, до этого раскинутые, резко сомкнулись по бокам его головы, сжав её в тисках своих бёдер. Это был инстинктивный, почти судорожный жест, замыкающий его в самом эпицентре её надвигающегося пика.

– Да… да, сука, да! – вырвалось у неё громко, хрипло, почти как крик.

Её голос сорвался, в нём не было ничего от прежней игривости или стеснения – лишь чистая животная потребность и признание его власти в этот момент. Игорь почувствовал, как её киска буквально хлынула новой волной тёплой густой влаги. Соки, смешанные с его собственной слюной, стекали по его подбородку, оставляя липкие солоноватые дорожки.

Он не прекращал своего нападения, и его язык теперь ласкал всю её щель – широкие влажные движения снизу вверх, он облизывал её набухшие сочные половые губы, забираясь в каждую складочку, затем снова погружался внутрь её влагалища, ощущая, как её мышцы пульсируют в такт её учащённому сердцебиению.

И вот её ноги, сжимавшие его голову, наконец ослабли и разжались. Она отпустила его, её тело обмякло, будто из него выдернули стержень. Игорь отстранился, его дыхание было тяжёлым, лицо мокрым.

Он посмотрел вниз.

Её киска представала перед ним во всей своей откровенной влажной красоте. Она была ярко-розовой, растёкшейся, сияющей от обилия смазки. Половые губы, ещё секунду назад плотные, теперь были мягкими и слегка приоткрытыми, обнажая тёмно-розовую пульсирующую дырочку, от которой струйкой стекала смесь их жидкостей на кожу её бёдер и на обивку сиденья.

Затем он поднял взгляд на неё саму. Азиза лежала, запрокинув голову, её грудь высоко вздымалась в такт частому прерывистому дыханию. Веки были полуприкрыты, на щеках горел яркий румянец, а на губах играла слабая блаженная, совершенно беззащитная улыбка глубокого животного удовлетворения.

Она даже не пыталась прикрыться – она просто лежала и дышала, приходила в себя.

– Охуенно… – тихо, почти шёпотом выдохнула Азиза, и это короткое слово прозвучало как самая искренняя благодарность. – Просто… вау-у…

– Ещё бы, я старался, – пошутил Игорь, смахивая тыльной стороной ладони влагу с подбородка.

Она медленно подняла одну руку и провела пальцами по своей влажной чувствительной киске. Сначала это было лёгкое, почти неуверенное прикосновение, затем она начала чуть теребить свой ещё пульсирующий клитор, размазывая собственные соки, смешанные с его слюной, по коже вокруг. Это зрелище – её пальцы, скользящие по её же развратному сияющему телу – было невероятно возбуждающим.

Игорь, наблюдая за этим, почувствовал, как его собственное возбуждение достигает предела. Его член, уже твёрдый и болезненно налитый кровью, упирался в мокрое от предэякуляционной жидкости полотенце, которое уже почти не скрывало его выпуклости.

Ждать он больше не мог.

Он оторвал взгляд от её руки и снова посмотрел ей в лицо – на её полузакрытые глаза и блаженную улыбку, и сказал уже без тени шутки, низким хриплым голосом:

– Давай не будем терять время… теперь твоя очередь.

– Да погодь ты, – тяжело выдохнула Азиза, её грудь всё ещё высоко вздымалась. – Дай насладиться… чуток… фух… – она сглотнула, проглотив комок в горле, и слабо улыбнулась, глядя на него уже через призму пост-оргазменной усталости. В её глазах светилось не только удовлетворение, но и неподдельное любопытство. – Ну ты… пиздец… – протянула она, качая головой. – Откуда так научился лизать? Ты что, какой-то супергерой, типа… Кунимен? Я такого никогда не чувствовала!

Игорь громко рассмеялся, его смех прозвучал немного нервно в тишине салона.

– Да нет уж, – отмахнулся он с притворной скромностью. – Ты, если честно, первая, кто прям так… хвалит меня.

– Блин, – перебила она его, всё так же улыбаясь, но в её взгляде появился более осмысленный интерес. Она попыталась отдышаться и села чуть прямее. – Напомни, ты кем работаешь, Игорь?

– Ну… брокером, – ответил он, пожимая плечами, как будто это было что-то незначительное.

– Капец, – выдохнула Азиза, уже почти вернув себе способность говорить связно. – Тебе срочно надо менять профессию. Такой талант пропадает.

От этих слов Игорь неожиданно для себя почувствовал, как по щекам разливается лёгкий жар, и в голове ядовито пронеслось: «А да, на самом деле она ведь не первая, кто оценил мой куни-талант, и, возможно, только благодаря этому „таланту“ я в целом-то и смог устроиться на работу. Хотя… откуда бы Викуся могла о нем знать заранее, если я и сам был не в курсе?».

Он сдержал эту мысль, заметив, как Азиза приподнялась и одной рукой поправила растрёпанные волосы, а другой вытерла ладонью пот со лба. Затем, уже с более осознанным движением, она подтянула к себе скомканное полотенце и накинула его на плечи, не полностью прикрываясь, но уже восстанавливая какую-то минимальную дистанцию. В её взгляде, когда она снова посмотрела на Игоря, появилась не только благодарность, но и хитрая, оценивающая усмешка, будто она что-то поняла или просто наслаждалась ситуацией.

– Ну что… теперь я? – спросила она, проведя язычком между губ.

Игорь откинулся на спинку сиденья, чувствуя, как возбуждение, на время отступившее во время разговора, снова накрывает его волной.

– Да, – коротко кивнул он, сделав вид, что оценивает её. – И я надеюсь, у тебя тоже есть талант.

Она наклонилась к нему, уперевшись одной рукой в сиденье между его ног, и снова ухмыльнулась, но в её глазах промелькнула тень сомнения.

– Ну… не знаю, – начала она с лёгкой неловкостью в голосе, глядя в сторону его паха. – Меня так-то… тоже никто не хвалил за это.

– Серьезно? – искренне удивился Игорь, при этом еще и нахмурившись.

Азиза тут же сделала недовольное лицо и обиженно спросила:

– А чо ты думаешь, я постоянно члены насасываю, что-ли? Тренируюсь типа?

– Да не, я не про это, просто… – начал Игорь и уже собирался объяснить свою мысль, но потом резко передумал и продолжил уже нетерпеливым тоном. – … да бля, не важно уж, давай начинай… И кто знает, может, я буду первый, кто похвалит.

Он подмигнул с улыбкой на лице, предавая своей шутке легкости, и приподнял бёдра, освобождаясь от мокрого, неудобного полотенца, которое спало с него, открывая взору Азизы его член, твёрдый, напряжённый и уже покрытый блестящей каплей на кончике головки.

Азиза резко перевела на него взгляд, и сначала на её губах играла та же хитрая улыбка, но затем её выражение лица изменилось. Она внимательно, оценивающе осмотрела инструмент, на котором ей придется сейчас играть, её взгляд скользнул от основания к головке, задержался на капле влаги, и она лишь тихо, с одобрительным кивком выдохнула:

– М-мм…

Игорь коротко бросил, его голос уже срывался от нетерпения:

– Ну что… давай начинай.

Она посмотрела на него, улыбнулась, а затем снова перевела взгляд на его напряжённый, слегка подрагивающий член.

– А ты… ты любишь, когда заглатывают член, или когда просто головку лижут? – перебила она его, её тон стал более деловым.

«Бля, да соси уже! Какого хрена она тянет?» – ядовито подумал Игорь, но вслух лишь ответил:

– Ну… мне нравится, когда пытаются полностью взять член в рот.

– Блин, – вздохнула Азиза, но в её глазах вспыхнул азарт. – Ладно, постараюсь.

Одной рукой она обхватила его член у самого основания. Её ладонь была тёплой, а хватка уверенной. Она начала медленно, но с ощутимым давлением двигать рукой вверх-вниз по его стволу, смазывая его собственными выделениями. Затем она наклонилась, и её губы, мягкие и влажные, коснулись головки, обхватили её, и она взяла её в рот.

Внезапная, горячая, тесная влажность заставила Игоря резко вдохнуть.

Она сделала несколько неторопливых, но глубоких движений, засасывая головку и продвигаясь чуть дальше, её рука при этом продолжала работать у основания. Потом она вынула член изо рта, но не отпустила. На её губах заблестела слюна, и она, посмотрев на него снизу вверх, всё ещё держа его в руке, спросила прямо, уже без улыбки, как будто это был самый важный вопрос на свете:

– А ты… в рот будешь кончать?

Игорь рассмеялся, но смех его был нервным, прерывистым.

– Да, – выдохнул он. – Обязательно…

– Блэ-э, ладно, пох, – перебила она, словно приняв окончательное решение, и, не теряя больше ни секунды, снова наклонилась и взяла его член в рот.

На этот раз её движение было более решительным. Она уже не тестировала, а действовала. Её губы плотно обхватили его, а язык тут же начал работать – водил по чувствительной головке, надавливая на нижнюю часть. Она попыталась взять его глубже, и Игорь почувствовал, как головка упирается в мягкое нёбо, а её горло судорожно сжалось, пытаясь подавить рвотный рефлекс. Она не отступила, лишь слегка поправила угол и продолжила, её рука у основания задавала ритм, а рот старался не отставать.

Вскоре она принаравилась, и её голова начала двигаться вверх-вниз более уверенно и плавно. Азиза заглатывала его член почти до самого основания, каждый раз, когда опускалась вниз, её нос почти упирался в его лобок. Влажные, сочные звуки её работы наполнили салон – хлюпающие, чавкающие, интимные и откровенно возбуждающие. Ей явно не хватало воздуха: когда она поднималась, чтобы сделать вдох, раздавались короткие, хриплые всхлипы и тяжелые, прерывистые выдохи. Но она не останавливалась.

Игорь расслабился, откинувшись на спинку сиденья, закрыв глаза. Внутренний голос с одобрением отметил: «Круто сосет. Молодец».

Волна наслаждения катилась от самого низа живота, с каждой её подачей вниз и каждым движением её языка. Он перевёл взгляд в боковое окно. Через тонировку было видно лишь смутные очертания деревьев, тёмное небо и домик администрации, подсвеченный отблесками фонарей. В этом тёмном, искажённом зеркале отражалось зрелище: его собственное отражение, полулежащее, и её голова, ритмично двигающаяся у него между ног в почти полной темноте салона.

Игорь полностью отдался ощущениям. Он чувствовал, как каждый сантиметр его члена ласкают – то горячим, влажным, тугим обхватом её губ, которые иногда с силой присасывались к головке, создавая вакуум, то упругим, подвижным языком, который выискивал самые чувствительные места, особенно ту самую маленькую дырочку на головке, проводя по ней быстрыми, вибрирующими движениями.

Внезапно она отстранилась, чтобы перевести дух, и, сделав несколько глубоких, хриплых вдохов, вытерла тыльной стороной ладони пот со лба.

– Блин, – выдохнула она, её голос был сиплым. – Я думала, ты быстро кончишь.

– Просто продолжай сосать… еще немного осталось. – проговорил Игорь с улыбкой, хотя его собственное дыхание тоже сбилось.

– Уф… мне уже жарко, – пробормотала она и, опустив его член, потянулась вперёд к кнопке зажигания.

Двигатель с тихим вздохом умолк, и в салон ворвалась относительная тишина, нарушаемая лишь их тяжёлым дыханием. Она снова глубоко вдохнула, посмотрела на него, затем на его всё ещё твёрдый, блестящий от её слюны член, и её губы тронула решительная ухмылка.

– Так, ладно. Давай быстрее кончай, а то мы долго уже тут.

И, не дав ему ответить, она снова принялась за дело. Сначала она широко провела языком по всей длине его члена, собрав накопившиеся соки, а затем с новой энергией взяла его в рот. Теперь её движения стали более целенаправленными, почти механическими. Глубокие, влажные заглатывания сопровождались громкими, сочными звуками: «кхлк… гхлк…».

Её рука работала в унисон со ртом, создавая двойную стимуляцию, а её голова двигалась быстро и настойчиво, уже не для наслаждения, а с ясной целью – добиться финала.

Она уже не просто делала минет – она жадно, почти с отчаянием, пыталась заглотить его как можно глубже, будто хотела проглотить целиком. Её горло судорожно сжималось, принимая его, и каждый раз, когда её голова опускалась, Игорь чувствовал, как головка упирается в самую глубь её рта, прямо в глотку.

Он не выдержал и взял её за голову, его пальцы впились в её волосы не грубо, но властно, слегка направляя её движения, помогая ей ритму. Его бёдра сами по себе начали подаваться вперёд, встречая каждый её толчок, погружаясь в горячую, тесную влагу её рта глубже, чем она, возможно, планировала.

Игорь, захлёбываясь наслаждением, машинально поднял взгляд в окно, желая убедиться, что всё в порядке, что там никого.

И замер.

Из двери административного домика вышел мужчина. Он был одет в тёмную рабочую форму, похожую на одежду охраны или дворника. Невысокий, плотного телосложения, с усталым, обветренным лицом. Он остановился на пороге, зевнул, потянулся и достал из кармана пачку сигарет. Закурив, он сделал первую глубокую затяжку, выпустил дым в холодный воздух и медленно, не спеша, направился по дорожке, огибающей ряд припаркованных машин.

Его взгляд лениво скользил по номерам и по стёклам.

«Бля, – пронеслось в голове у Игоря, ледяной волной пробежав по спине, – он же нас не видит? Тут же тонировка?».

Но мужчина шёл неспешно, явно делая обход. И шёл он прямо в их сторону. Игорь взглянул на Азизу. Она, ничего не подозревая, с закрытыми глазами и наморщенным лбом, была полностью поглощена его членом, её губы и рука работали в лихорадочном ритме, приближая его к кульминации.

Затем он снова направил взгляд к окну. Мужчина был уже совсем близко. Всего в паре метров от их машины. Он неспешно потягивал сигарету, и его взгляд, казалось, вот-вот должен был скользнуть по тёмным стёклам внедорожника. Он шёл прямо вдоль борта, с той стороны, где сидел Игорь.

Азиза, чувствуя, что он уже на пределе, начала захлёбываться. Смесь его жидкости и её слюны переполняла её рот. Она вынула член, чтобы глотнуть воздуха, и начала ловко шлёпать им по своим губам и щеке, создавая откровенные, влажные звуки.

– Давай, кончай уже, бля, – прохрипела она, её голос был сиплым от напряжения. – А то я уже начинаю жалеть, что предложила это…

Игорь ничего не ответил, его взгляд был прикован к окну, за которым прямо у его двери остановился мужчина. Буквально в полуметре от стекла. И он не просто смотрел – его лицо выражало явное удивление и любопытство. Его подбородок был слегка приподнят, а брови сведены, так что он явно оценивал машину.

Мужчина сделал ещё шаг вперёд, теперь его лицо оказалось так близко к тонированному стеклу, что Игорю показалось, будто он смотрит прямо на него сквозь тёмную плёнку. Их взгляды, казалось, встретились – один полный животной страсти и внезапного страха, другой – усталого любопытства.

Игорь тихо, сквозь стиснутые зубы, прошипел:

– Азиза…

Она чуть отстранилась, её губы всё ещё обхватывали его член, но, не отрываясь, она буркнула, не глядя на него: «Бля, я же стараюсь! Только попробуй скажи, что я плохо сосу… я тебя убью нахрен!». И с удвоенной энергией снова погрузилась в работу, её голова задвигалась ещё быстрее, словно в ответ на его попытку отвлечься.

А мужчина тем временем, постояв ещё секунду, видимо, разглядев в тонировке лишь собственное смутное отражение, почесал яйца и просто продолжил курить.

Игорь, глядя на эту гротескную сцену, мысленно выругался: «Бля, что за мудак? Нахуй он тут делает это?» И следом за этим к нему пришла волна почти истерического смеха, который он с большим трудом сдержал.

Весь абсурд этой ситуации – он в машине, рядом девушка с его членом во рту, а снаружи какой-то тип спокойно чешет яйца и потягивает сигаретку, абсолютно не подозревая, что происходит в сантиметре от его носа. Это было настолько нелепо, что напряжение от страха быть пойманным мгновенно испарилось, сменившись диким весельем.

Он отвёл взгляд от окна и полностью сосредоточился на ощущениях. На том, как горячо и влажно его член обхватывают губы Азизы, на том, как её язык виртуозно скользит по самому чувствительному месту, на том, как её рука у основания задаёт нетерпеливый ритм.

Игорь, чувствуя, что Азиза, несмотря на всё её рвение, явно устала и её движения становятся менее скоординированными, сделал несколько коротких, но мощных толчков бёдрами. Затем он снова взял её за голову, уже более уверенно, и начал задавать свой собственный ритм, мягко, но настойчиво трахая её в рот.

Он чувствовал, как её губы растягиваются, принимая его, как её язык пытается успеть за его движениями, и это новое ощущение контроля и глубокого проникновения подстегнуло его возбуждение до предела. Он получал наслаждение уже не только от её действий, но и от своей собственной власти в этой близости.

Машинально, почти рефлекторно, он снова скользнул взглядом в окно. Мужчина, бросив окурок, теперь с сосредоточенным, даже немного страдальческим выражением лица ковырялся в носу, пытаясь извлечь какую-то упрямую козявку. Этот совершенно отталкивающий жест на фоне того, что происходило в салоне, был настолько смешным, что Игорь чуть не подавился от смеха прямо в самый неподходящий момент.

– Бля… – вырвалось из него, и он резко отвернулся, уткнувшись взглядом в потолок салона, пытаясь сконцентрироваться только на физических ощущениях и отогнать образ ковыряющего в носу мужика.

Игорь изо всех сил пытался продолжать, двигая бёдрами, но абсурдность ситуации парализовала его. Он закрыл глаза, но через секунду снова открыл их, не в силах удержаться. Мужчина, улыбаясь каким-то своим внутренним мыслям, разглядывал добытую козявку на кончике пальца. А затем, с видом полного удовлетворения, начал размазывать её по тонированному стеклу машины, прямо перед лицом Игоря.

«Бляяяяя… всё, я так больше не могу! Ахаха! – с отчаянием подумал Игорь, чувствуя, как возбуждение стремительно угасает. – Ну что за долбоёб, нахуй?»

Он остановился, прекратив движения, и тихо, со смехом в голосе сдавленно произнёс:

– Азиз… смотри, чё тут…

Она отстранилась, его член с влажным звуком выскользнул из её рта, и от головки к её опухшим губам потянулась тонкая, блестящая нить его смазки.

– Ты заебал, – выдохнула она с раздражением, вытирая губы тыльной стороной ладони. – Кончи уже, и пошли, ты же сказал, что… – и тут её взгляд, поднимаясь от его паха к его лицу, скользнул дальше – прямо в окно. Она увидела мужчину, который стоял вплотную к стеклу и смотрел прямо на них сквозь свой «рисунок». Она тихо, но пронзительно вскрикнула: – Ёпт… кто это⁈

Она резко выпрямила спину, отодвинулась от Игоря, как от раскалённого железа, и её рука инстинктивно отпустила его член. Её лицо, секунду назад выражавшее раздражение, теперь исказилось смесью страха, отвращения и полнейшей растерянности.

Игорь тихо, не в силах сдержать истерическую смешинку, подкатившую к горлу, ответил:

– Да я не ебу, – прошептал он, глядя на мужчину, который, удовлетворённый своим «художеством», теперь просто стоял и с улыбкой разглядывал размазанную по стеклу полосу. – Вышел из администрации и подошел сюда. И бля… ха-ха…

Азиза, услышав это, тоже тихо, рассмеялась, но её смех был больше похож на истеричный выдох. Она смотрела на странную улыбку мужчины, который явно наслаждался содеянным, будто оставил автограф.

– И давно это еблан тут? – спросила она уже шёпотом, отводя глаза.

– Ну… как ты начала сосать, так он и вышел, – так же шёпотом, с чёрным юмором ответил Игорь. – И я, блять, не могу кончить, пока кто-то стоит здесь и сопли размазывает. Это как-то… нихуя не возбуждает…

– Бля, – выдохнула Азиза, уже полностью приходя в себя. – Чо значит сопли размазывает? На моё стекло? Он чо, охуел? Бля… чо за бред? Бля, и нам же уже пора идти, а то мы долго тут.

– Да я и сам уже не кончу теперь, – согласился Игорь, чувствуя, как остатки возбуждения окончательно тают, сменяясь усталостью и лёгким брезгливым отвращением. – Но что, мы перед ним выйдем, что ли?

Азиза задумалась на секунду, её взгляд метнулся к мужчине, который, закончив своё «дело», снова закурил и с наслаждением на лице начал смотреть в ночное небо.

– Сейчас заведу машину, и он съебёт, – уверенно сказала она, схватив ключи от машины, лежавшие на сиденье.

Она нажала кнопку автозапуска на брелочке. Машина отозвалась коротким, громким гудком, мигнула всеми фарами и с тихим урчанием завелась. Звук и свет в ночной тишине были оглушительными.