Текст книги "Сломи мое падение (ЛП)"

Автор книги: Хлоя Уолш

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 20 страниц)

Глава 45

Неожиданные гости

Ли

После больницы Кэм настояла, чтобы мы заночевали в доме моего отца. Она сказала, что мне стоит забрать хотя бы часть своих вещей – и что, возможно, это мой единственный шанс.

Она была права.

Но на самом деле я возвращалась туда только ради одного.

Бруно.

Когда мы подъехали к старому покосившемуся дому, и в воздухе раздался громкий лай, у меня внутри все оборвалось. Я вылетела из машины, даже не успев закрыть дверь.

– Бруно! – закричала я, рыдая как ребенок, когда увидела, как мой старый шоколадный лабрадор несется ко мне через двор. – Эй, мальчик! – я упала на колени, и смех слился со слезами. – Я так скучала по тебе, слышишь? Так скучала!

Раскинув руки, я встретила его, и он с разбега врезался в меня, сбив с ног. Я повалилась на спину, а он принялся зализывать мне лицо, тяжело дыша и фыркая от радости.

– Ну конечно, ты скучал по мне, да? – я смеялась, обхватив его за шею. – А выглядишь-то откормленным, – выдохнула я с облегчением. – Значит, он о тебе все-таки заботился, да, мальчик?

– Так этот старикашка еще жив? – пробормотала Кэм, стоя надо мной. – Вот черт.

– Конечно жив, правда, Бруно? – пропела я, переходя на тот самый голос, каким разговаривают со своими псами все на свете. – Потому что ты самый лучший мальчик на всем белом свете.

Через несколько часов мы сидели на крыльце в пижамах, покачиваясь на старых качелях и потягивая горячее какао. Бруно растянулся у наших ног, громко посапывая. Воздух был тихим, мягким и пах домом. Я всегда любила зиму в Луизиане – после ледяного Колорадо это казалось настоящим раем.

– Вот это да, – протянула Кэм, дуя в кружку. – Не верится, что он извинился.

Я кивнула, все еще немного растерянная.

– До сих пор не укладывается в голове, – призналась я. – Он был таким другим, Кэм… будто совсем не тот человек, каким я его помнила.

– Театр, – сразу отрезала она. – Хочет, чтобы ты вернулась домой.

– Наверное, – вздохнула я и опустила голову ей на плечо.

– А вот фиг ему, – произнесла она решительно. – Потому что ты, моя дорогая Ли-Пчелка, живешь в Боулдере. Со мной.

Я улыбнулась.

– Боже, как же я тебя люблю.

– И я тебя, – ответила она неожиданно серьезно. – Ты для меня как младшая сестренка, Ли. Я всегда тебя защищу.

– Знаю, – тихо ответила я.

– Всегда, – пообещала она.

Бруно вдруг рывком поднялся, зарычал, залаял и сорвался вниз с крыльца, прямо навстречу фарам машины, въезжавшей на нашу улицу.

– Похоже, гости, – пробормотала Кэм, спускаясь по ступенькам. Ее взгляд тут же приклеился к большому авто, остановившемуся у дома.

Первым открылся пассажирский дверца.

– Скучала по мне? – с широкой ухмылкой крикнул Дерек, вылезая наружу.

У меня отвисла челюсть.

– Да ну на фиг! – завизжала Кэм, бросившись к нему. – Придурок! – выпалила она, обвив его руками и ногами. – Почему ты не сказал, что приедешь?

– Я парень спонтанный, – усмехнулся он. – Люблю тебя, Бэм-Бэм.

– И я тебя, идиот, – простонала она и впилась в него поцелуем.

И пошло-поехало – как всегда, будто в своем собственном сериале с пометкой «только для взрослых».

А потом хлопнула водительская дверца. Сердце у меня ушло в пятки. Я зажмурилась, не двигаясь, сжимая кружку так крепко, что удивительно, как она не треснула. Я слышала его шаги по гравию, потом по ступенькам крыльца. Не знала только одного – какую версию Кайла увижу сейчас.

– Принцесса.

Одного слова хватило, чтобы я, хоть и против воли, подняла голову. Его глаза встретились с моими – и все вокруг замерло.

– Ли, – хрипло сказал он, стоя передо мной, руки в карманах, капюшон натянут низко на лоб.

– Значит, ты здесь, – выдохнула я, не зная, что сказать. Мы не виделись слишком долго. По телу пробежала дрожь. Не привязывайся, приказала себе. Не надейся. Он снова тебя подведет.

– Я здесь, – ответил Кайл.

– Далеко же ты ехал, чтобы просто подбросить Дерека, – произнесла я, ставя кружку на пол. – Глупо как-то.

– А если я приехал из-за тебя? – он подошел ближе, взял мою руку и легко потянул вверх. – Что бы ты сказала?

– Что зря потратил бензин, – прошептала я, выскользнув из его рук. – Потому что я тебе больше не подруга.

– Я знаю, что тогда все испортил, Ли, – сказал он. – По-крупному.

– Думаешь?

– Знаю, – рыкнул он. – Я понял. И мне жаль.

– Ты хоть представляешь, что я чувствую? – я подняла руки, не в силах больше сдерживать раздражение. – Ты просто не можешь перестать все портить, Кайл. Снова и снова. Будто застрял в этом круге самоуничтожения! – Я выдохнула, горло сжало. – Я не могу больше. Не могу снова проходить через все это. Потому что я всегда проигрываю.

– Ли, я понял, – ответил он, стянув капюшон и взъерошив волосы. – Я знаю, что причинил тебе боль. Но, клянусь, ты ничего не теряешь…

– Как ты можешь это говорить? – сорвалось у меня. – Ты сам ушел. Снова, Кайл. Я думала, мы… – я запнулась, отвернулась. – Забудь.

– Не могу, – хрипло сказал он, шагнув ближе. – Не могу забыть, – прошептал почти у самого уха. Его дыхание касалось моей кожи, грудь двигалась в такт моему дыханию. – Я не могу нас отпустить.

– Нас больше нет, – выдохнула я едва слышно.

Он опустил голову, и его губы коснулись моей шеи.

Боже, почему же я все еще так на него реагирую…

– Не надо, – прошептала я, устало. – Не играй со мной.

– Я не играю, – его руки сомкнулись на моей талии, и я почувствовала, как вся сила уходит из меня. – А если играю… то только насовсем.

Кайл

Когда я вышел из своей машины, сердце у меня колотилось – я боялся, что Ли просто выгонит меня. Судя по взгляду, она явно собиралась надрать мне зад, и, честно говоря, я не мог ее винить. Но, будучи Ли, она снова выбила у меня почву из-под ног: не закатила сцену, не накричала, а просто убила своей мягкостью и тихим, благородным разочарованием. Когда она все же сдалась и позволила мне обнять ее, я буквально обмяк от облегчения. Честное слово, я чувствовал, что должен держать ее в своих руках так же, как должен дышать. Это уже не было желанием – это была необходимость.

Я в последнее время так эффектно все портил, что просто не знал, чем заслужил ее доброту, когда она открыла дверь и впустила меня. Минут через десять после моего приезда Кэм и Дерек исчезли наверху, явно снова поймав волну любви, и в доме остались только мы с Ли. Ну, точнее, я, Ли и ее огромный, чертов пес. Умная тварь – сразу понял, что я для его хозяйки опасность. Даже собака видела, что я не лучшая партия.

Я попытался его задобрить, держа безопасную дистанцию от самой Ли. Мы сидели на старом, потертем диване, в общей гостиной-кухне, и Бруно уверенно занял позицию между нами. Хитрый ублюдок.

– Хочешь еще какао? – спросила Ли, нарушая тягучую тишину, нависшую между нами.

Она подняла кружку и слабо улыбнулась. Я едва удержался от стона. Нет. Только не это. Этот адский напиток на вкус был как жидкий свинец. Но ее взгляд… Господи, ради этой улыбки я бы выпил хоть бензин.

– Конечно, – выдавил я. – С удовольствием.

Ты в полной заднице, братан.

С коротким кивком Ли поднялась и пошла на кухню. Я перевел взгляд на Бруно – тот, не моргая, смотрел прямо на меня.

– Эй, чувак, ты меня добьешь, – пробормотал я, стараясь, чтобы Ли не услышала. – Может, у тебя где-то есть симпатичная сучка или кость, с которой можно поиграть? – добавил я и попробовал махнуть на него рукой.

В ответ он зарычал, и я отпрянул. Отлично. Похоже, сегодня он действительно собирался откусить мне задницу.

Пока Ли готовила очередную порцию домашнего яда, я осмотрелся и почувствовал неприятный укол в груди. Больно было думать, что она прожила тут восемнадцать лет. Настоящая дыра. И это не снобизм. Я и сам жил в сомнительных местах. Но это… Это было реально жуткое место. Комната чистая, но старая и полуразваленная. На стенах – голая штукатурка, местами осыпавшаяся, а потолок, судя по тому, что я видел снаружи, протекал. Деревянная лестница в углу без ковра, без лака, шаткая. Пол из неровного бетона, местами просевший. Мебель – старье, половина покорежена, часть явно самодельная.

– Прости, какао закончилось, – сказала Ли, возвращаясь и протягивая мне кружку с паром. – Придется обойтись кофе.

Спасибо тебе, Господи.

– Кофе отлично, – выдохнул я, вдыхая аромат. – Спасибо.

– Ничего, – тихо ответила она и щелкнула пальцами. – Пошел, Бруно, гуляй.

Пес нехотя спрыгнул с дивана и вышел во двор.

– Молодец, – сказала Ли ласково, закрывая за ним дверь.

Я мысленно послал еще одно огромное спасибо наверх.

– Значит, ты все-таки здесь, – сказала она, возвращаясь и опускаясь рядом. Сдула пар с кружки и сделала глоток. – И расскажешь, зачем? Только без сказок про то, что приехал через полстраны ради любовных делишек Дерека.

– Конечно, Принцесса, – усмехнулся я, ставя свою кружку на стол и стараясь не думать о том, что, возможно, происходит наверху. – Но сначала ты скажи, зачем ты здесь на самом деле.

– Ты знаешь, – нахмурилась она. – Мой отец…

– Я знаю, что у твоего отца был сердечный приступ, – перебил я, отставив ее кружку рядом с моей и повернувшись к ней. Я взял ее за руку. – Я хочу знать, что ты здесь делаешь ты, малышка.

– С кем ты говорил? – прошептала она, побледнев.

Соврать или сказать правду?

Да к черту.

– Дерек сказал, что у тебя с отцом не все гладко, – признался я, морщась. – И кое-что еще… такое, что заставило меня усомниться, зачем ты вообще сюда вернулась. – Я медленно провел большим пальцем по ее дрожащей руке. Я чувствовал, как бьется ее пульс – и черт возьми, мне хотелось прижать ее запястье к губам. – Что ты тут делаешь, Ли? Ты ему ничего не должна.

– Это не твое дело. Ни твое, ни Дерека, – прошептала она, и глаза наполнились слезами. – Ты ничего не знаешь…

– Ли, не играй со мной, – сказал я, обхватывая ее лицо ладонями и заставляя посмотреть на меня. – Я же забочусь о тебе, черт возьми. Хочу помочь. – Я тяжело выдохнул, прижимаясь лбом к ее лбу. – Пусти меня обратно, малышка.

Ли

– Тебе плевать на меня, Кайл, – выдохнула я, чувствуя, как ком подступает к горлу. Я была как в ловушке – загнанная, уязвимая. – Не ври мне в глаза.

Я покачала головой и отодвинулась, пытаясь поставить хоть немного расстояния между ним и своим сердцем.

– Господи, – всхлипнула я, закрывая лицо руками. Он знал. Он знал про отца.

Чертова Кэм!

– Ты не должен был знать, – прошептала я хрипло. – Никто не должен был.

– Чушь, – бросил он, резко поднимаясь на ноги и проводя рукой по темным волосам. Он был на взводе. – Я забочусь о тебе, Ли. Иначе зачем бы я был здесь? – Сжавшись от напряжения, он начал метаться по комнате, как будто в нем бурлила энергия. – Я знаю, что постоянно все порчу, ладно? – с раздражением добавил он. – Понимаю. Но я не вру – мне правда не все равно. Очень не все равно. Поэтому, черт возьми, впусти меня.

Он подошел ближе, опустился передо мной на колени и аккуратно коснулся моей щеки.

– Я забочусь о тебе, – повторил он медленно, глядя мне прямо в глаза. – Поговори со мной.

– Нет, – я покачала головой и дернулась, но он не отпустил.

– Пусти меня внутрь, – прошептал он, заправляя локон мне за ухо. – Я не подведу тебя больше.

– Я тебе не верю, – выдавила я, сердце бешено колотилось. – Ты всегда подводишь. И каждый раз больнее, чем в прошлый.

– Знаю, – в его глазах мелькнула боль, плечи напряглись. – Но с этим покончено. Я больше не собираюсь все разрушать. – Он выдохнул и продолжил: – Поговори со мной. Позволь помочь.

– Что ты хочешь знать, Кайл? – голос мой сорвался, и словно плотина внутри рухнула. – Что отец избивал меня до полусмерти? Или как он запирал меня в этом чертовом доме, не давая видеть нормальную жизнь? – он вздрогнул, а я всхлипнула. – Или, может, рассказать, как он вытащил меня из школы на последнем курсе и похоронил все мои мечты? – я не могла остановиться. – Это тебе поможет, да? Вот это ты хочешь услышать? Хочешь, чтобы я впустила тебя в свой ад?

– Ли…

– Тебе нравится слушать, как я разваливаюсь на куски? – сорвалось с меня. – Ну вот, слушай. – Я всхлипнула и прошипела: – Оказывается, я такая же сломанная, как и ты. А может, даже хуже.

– Иисус, Ли, я не…

– Хочешь увидеть? – вдруг сорвалось с моих губ. – Хочешь увидеть, что он сделал с моим телом? – я дернула майку через голову. – Так тебе легче станет, да? Посмотреть, как он бил меня за то, что я якобы шлюха, – но, похоже, вы оба думали одно и то же.

Кайл вскочил, нахмурившись, но я не отступила.

– Он тебя бил? – спросил он тихо.

– Вы оба, – выдохнула я, положив руку себе на грудь. – Только шрамы от тебя внутри.

– Ли, не надо, – хрипло сказал он. – Я не хотел…

– Да смотри уже! – я сорвала с себя пижамные штаны, отступила и повернулась спиной. – Вот она я, Кайл, – прошептала я, дрожа. – Вся в шрамах, испорченная, далекая от твоей идеальной Рэйчел. – Сбившимся дыханием добавила: – Я сломана.

– Господи, – он втянул воздух сквозь зубы. – Что этот ублюдок с тобой сделал?.. – я почувствовала его пальцы на спине и вздрогнула.

– Не трогай меня, – предупредила я, застыла.

Он все равно обнял, притянул к себе.

– Я сказала, не трогай меня, Кайл!

– Не сопротивляйся, – прошептал он, когда я попыталась вырваться. – Я не убегаю, малышка. – Он прижался ко мне крепче, губами коснувшись шеи. – Я здесь.

И в тот момент все силы ушли из моего тела.

Я больше не боролась.

Я просто позволила Кайлу держать меня.

Глава 46

Желание кого-то ударить

Ли

– Он знает? – спросила Кэм, когда я села на пассажирское сиденье ее машины утром.

Я пристегнула ремень и кивнула.

– Все? – уточнила она, поворачивая ключ в зажигании.

Я задумалась. Кайл знал про Перри, а теперь – и самое страшное во мне, самую грязную часть моей тайной жизни.

– Да, – выдохнула я.

– Вот дерьмо, – пробормотала она, выдыхая дрожащим голосом и выруливая со двора. – Знаешь, может, я была неправа, говоря, что тебе стоит держаться от него подальше.

Она бросила на меня выразительный взгляд, потом снова сосредоточилась на дороге.

– Он другой с тобой, Ли, – сказала она, нахмурив брови. – Он изменился.

– В каком смысле? – спросила я, вглядываясь в ее задумчивое лицо. Неужели Кайл и правда менялся? Мы не разговаривали целый месяц до вчерашнего вечера, и я так по нему скучала… до боли. Но я больше не могла кататься на этих американских горках – из страсти в боль, из боли в страсть – без страховки, без хоть какой-то защиты.

– Не знаю, как это объяснить, – тихо сказала Кэм. – Но он другой с тобой, Ли-Пчелка. Будто ты разбудила ту часть его, которая давно спала.

Я молчала, обдумывая ее слова. Изменила ли я Кайла – не имело значения. Главное – он навсегда изменил меня.

– Я люблю его, Кэм, – прошептала я, сплетая пальцы на коленях. – Сильно.

Кэм бросила на меня короткий взгляд, и в ее голубых глазах мелькнуло тепло.

– Я знаю, малышка, – тихо ответила она.

Кайл

Когда я проснулся на следующее утро, я все еще был ошеломлен и тонул в своем гневе. А злость? Она была такой сильной, что я мог ее почти почувствовать на вкус. Я держал Ли всю ночь, укутывая ее в свои объятия в ее маленькой односпальной кровати, пока она ломала мне сердце своей правдой. То, что он сделал с ней… я не мог это осмыслить. Я даже не смел вдаваться в те воспоминания – не мог вынести их. Мне хотелось убить его.

Меня тошнило от мысли о синяках и рубцах на ее спине, попе и бедрах. Какой монстр мог так поступить со своим ребенком? Моя семья была далеко не идеальна, но они меркли по сравнению с отцом Ли. Я хотел убить его больше, чем когда-либо хотел навредить кому-то. При этом я так же хотел разобраться и с тем сукиным сыном, Перри Франклином. Да, я кое-что узнавал про этого ублюдка – деньги и связи помогают, когда охотишься за говном. И к тому же у меня была блондинка-подруга с похожими местью намерениями и нужными контактами. Я найду его. Его карточка помечена. Черт, единственное, что останавливало меня от того, чтобы прочесать улицы в поисках Перри или свернуть к госпиталю к отцу той тваря, – это Ли. Она была такой маленькой и хрупкой в моих руках… такой сломанной.

Я был по уши в этом деле с этой девушкой, но теперь не мог отступить. Казалось, кто-то подключил меня к капельнице, и я медленно впитал ее боль. Хуже – я не хотел, чтобы связь оборвалась. Я хотел быть в ней полностью, несмотря на то, как это причиняло боль. Уйти уже не было варианта. Заботы о Рэйчел, долги и клятвы – все это не имело значения: я был целиком за Ли. Я хотел защитить ее от всей той жестокой ерунды, что ей пришлось пережить. Хотел свалить ее в свою машину и уехать подальше, держать ее рядом. Просто держать.

Черт.

Ли плакала и уснула у меня на руках прошлой ночью, а утром ее уже не было. Она оставила записку: пошла навестить отца в больницу. Как она могла проявить этому ублюдку хоть каплю жалости – я не понимал. Ее поступок показал еще одну вещь: она была ангелом. Лучшим человеком, которого я знал.

Я застелил ее кровать и спустился вниз, ожидая звонка с координатами Перри. На нервах, выпив кофе и без аддеролла в организме, я ходил по дому, не в силах успокоиться. Кто-то должен заплатить за это. И он заплатит. Я просматривал двор и окрестности, пока мозг начинал сходить с ума. Я сегодня не мог себя взять в руки. Мне требовалась вода, бассейн, длинные километры в плавании – что угодно, чтобы утопить этот накатывающий бешеный прилив энергии. Тут нет бассейна, так что я шел и шел пешком, потом стянул футболку и худи и побежал, теряя в движении кипящую внутри ярость.

Ли

Когда мы приехали в больницу, Кэм настояла пойти со мной. Сил спорить не было – я просто смирилась и пошла следом.

– Кэмрин Фрей, – произнес папа, когда она вошла первой, прямая, с поднятой головой. – Все еще тусуешься с моей дочкой, я смотрю.

– Джимми Беннет, – спокойно ответила она, отбрасывая назад длинный хвост. – А ты, гляжу, все еще жив. Жаль.

– Привет, Делия, – обратился он ко мне. – Рад, что ты вернулась, милая.

– Здравствуй, – выдавила я, оставаясь на расстоянии от его кровати. Он выглядел гораздо бодрее, чем вчера. Старые привычки умирают медленно.

– Как ты, Кэмрин? – спросил он, переводя взгляд на подругу. – Чем занималась после того, как уехала из Монтгомери?

– О, знаешь, тем да этим, – ответила она небрежно. – В основном – вытаскивала из ада ту, что стоит за мной.

Я вздрогнула.

– Должна сказать, Джим, было просто восхитительно увидеть тот кошмар шрамов, что ты оставил на ее теле, – холодно добавила Кэм. – Чем ты в этот раз пользовался? Кулаками? Нет, ты ведь у нас творческий. Может, ремнем? Или кочергой? – она прищурилась. – А, точно. Забыла, что твой любимый инструмент – монтировка.

– Кэм… – прошептала я в панике.

– Нет, Ли, он должен это услышать, – отрезала она, не отводя взгляда. – Ты ведь мог убить ее. – Голос дрогнул. – Хоть раз в жизни думал об этом? – Сжав кулаки, она тряслась от злости. – Хотя зачем, верно? Ты убил в ней все еще тогда, когда ей было двенадцать.

– Делия, ты же знаешь, я… – начал он.

– Хватит с этой “Делией”, – резко оборвала его Кэм. – Ты прекрасно знаешь, как она ненавидит это имя.

– Это ее имя, – процедил он, и я похолодела.

– Нет, это имя твоей мертвой жены, – парировала Кэмрин. – Твоя дочь – Ли. Не удивительно, что ты путаешь их в своей больной голове. Но это – не она, – она указала на меня. – Это Ли.

– Кэм, пожалуйста, – прошептала я, задыхаясь. – Все нормально.

– Нет, не нормально, – выплюнула она. – Она не твоя жена. И не виновата, что ее мать умерла. Она была просто младенцем, Джимми. Ребенком, мать твою. Твоя жена умерла при родах – трагедия, да. Но ты возненавидел за это собственного ребенка. Ты бил ее за то, что она просто родилась!

Я почувствовала, что теряю опору под ногами.

– Так что давай, извинись, Джимми, – приказала Кэм. – И назови дочь по имени, когда это сделаешь.

– Прости, Ли, – выдавил он сквозь зубы.

– Отлично, – коротко кивнула она. – Медсестра сказала, что через пару дней тебе станет лучше. А завтра утром я увожу Ли обратно в Колорадо. Если она решит навестить тебя – это ее выбор, – бросив взгляд на меня, добавила: – Хотя я бы оставила тебя тут гнить. Но у нее слишком доброе сердце, спорить не буду. Только запомни: если ты хоть раз взглянешь на нее не так – я вырву тебе сердце и у тебя появится реальная причина лежать в этой койке.

С этими словами Кэм гордо вышла, хлопнув дверью.

– Я тоже пойду, – пробормотала я, но отец буркнул:

– У этой девки язык как бритва. Вся в своего ублюдочного отца. – Он сузил глаза. – Ты видишь их?

– Кого? – прошептала я, похолодев.

– Теда Фрея, – рявкнул он. – И его шлюшку-жену.

Родителей Кэм. Он всегда их ненавидел.

– Н-нет, папа, – заикаясь, ответила я. – Они давно переехали. Я живу только с Кэм.

– Понятно, – буркнул он. – Вернешься вечером?

Я покачала головой. – Не думаю.

– Значит, бросишь меня тут гнить? – голос стал ледяным. – После всего, что я для тебя сделал? Послушаешь эту блондинку и дашь ей сбить тебя с пути? Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, Делия. Все, что я делал – из любви.

– Я… ухожу, – выдавила я, пятясь к двери. – Моя жизнь теперь в Боулдере.

– Думаю, тебе стоит остаться, – произнес он мягко, но в этом тоне звучала угроза. – С отцом. Там, где твое место.

– Прощай, папа, – прошептала я, хватаясь за ручку. – Береги себя.

Выскочив из палаты, я опустилась у стены, тяжело дыша.

– Ты справилась, – сказала Кэм, отлипая от стены. – Ты, черт возьми, справилась, детка. Ты ушла от него.

– Кажется, у меня паническая атака, – прошептала я, хватаясь за грудь.

– Нет, Ли-Пчелка, – мягко сказала Кэм, обнимая меня за плечи. – Это не паника. Это твое первое дыхание свободы. Чувствуешь вкус?

– Наверное… да, – кивнула я.

– А теперь знаешь, что тоже будет иметь вкус свободы? – лукаво улыбнулась она. – Алкогольные шоты. Мы идем пить, танцевать и разбивать парням сердца.

– Я не знаю, Кэм… – пробормотала я, кусая губу. – Я не пью, да и не хочу никого ранить. И я не одета для бара. – На мне была джинсовая юбка, голубая майка и ковбойские сапоги – сельский стиль, как ни крути. Кэм, как всегда, выглядела сногсшибательно: кружевная белая блузка с открытыми плечами и короткая кожаная юбка. – И вообще, мне только девятнадцать.

– Слишком поздно, принцесса, – усмехнулась она. – Расслабься и позволь мне обо всем позаботиться.

О боже…

Кайл

Несколько часов спустя, когда мне наконец удалось чуть-чуть остыть, я вернулся домой, весь в поту, но с собранными мыслями.

На веранде уже сидел Дерек – с этой побитой жизнью шавкой рядом – когда я дошел до дома. Я плюхнулся рядом с ним и еле увернулся от того, как Бруно попытался вцепиться мне в руку.

– Вечер, – пробормотал он, глядя на меня.

– Ага, – выдохнул я, сбросил рубашку и худи на пол и прижал руки к голове. – Девчонок еще нет?

– Нет, – ответил он. – Все еще в городе. Кэм сказала, что напишет позже. – Он погладил зверя по мясистой голове и усмехнулся. – Ты с таблетками завязал что ли?

Я прищурился. – Не начинай.

– Ладно, – потянулся он и зевнул. – Так вы с Ли там все уладили вчера?

– Да хрен его знает, Дер, – пожал я плечами и положил руку на живот. – Все по-прежнему в дерьме.

– Хм. – Он почесал Бруно за ухом, и я уставился. Как так получается, что псу можно позволить Дереку его гладить, а меня он чуть не откусил? – А правда то, что я тебе рассказал? Про ее отца? – голос у него стал тихим.

– И не только правда, – ответил я. – И больше того.

– Блять. – Он свистнул и повернулся ко мне очень серьезно. – Ты ее сломаешь, если не решишься. Все кончится плохо, Кайл, и теперь в это вложены не только твои нервы.

– Знаю, – выдохнул я. Я услышал в его словах предупреждение и понял, что делать дальше нужно немедленно. – Мне надо позвонить Рэйчел.

Глава 47

Отрываемся по-южному

Ли

Несколько часов спустя, не говоря уже о паре-тройке выпитых шотов, мы с Кэм уже были основательно пьяны. Мы втиснулись в тесный уголок переполненного хонки-тонк бара, вокруг гремела кантри-музыка, а ковбойские шляпы повсюду.

– За завершение! – невнятно произнесла Кэм, чокаясь со мной бокалом. На ее голове красовалась шляпа Стетсон, которую она выбила у симпатичного реднека за барной стойкой, и она прыгала на сидении, уже не терпелось пуститься в линейный танец.

– Взаимно, – захихикала я, глотая, что, должно быть, был мой десятый шот за вечер. Мне ни разу не проверили паспорт, что, наверное, не повод для гордости, учитывая, что я больше не ощущала ни пальцев на руках, ни на ногах. Но мне было все равно. Я чувствовала полную свободу.

– Где, черт возьми, мой парень? – проворчала Кэм, нетерпеливо хлопнув шот-глассом по столу и ухватившись за бутылку пива. – Я ему уже несколько часов писала! – Она сделала глоток и подмигнула мне, губы плотно обжали край бутылки. – Мамочке нужно внимания.

– О боже, – я закашлялась от смеха. – Ты только что это сказала?!

– Виски делает меня чертовски сексуальной, – засмеялась она и подпрыгнула на ноги. – Пошли! – схватив меня за руку, потащила к танцполу. – Танцевать будем сейчас!

Крича и выкрикивая что-то безумное, Кэм повела меня на переполненный танцпол, тряся попой в такт музыке. – Двигай задницей, Ли!

Я старалась! Я реально пыталась повторять движения, но понятия не имела, что делаю. Стоя сзади, наблюдая за толпой, которая двигалась под «Country Girl» Люка Брайана, я видела, как Кэм легко вливается в ритм, смеясь и шутя по ходу.

Сдавшись, я тупо покачивалась на краю танцпола, ноги неловко шаркая по полу, пока песня не закончилась, люди не разбились на пары – слава богу – и Кэм вернулась ко мне с видом королевы.

– Пошли, – рассмеялась она, схватив мои руки и потащив меня на танцпол, как только заиграла «Redneck Woman» Гретчен Уилсон.

Девушки вокруг нас начали кричать и подбадривать, явно в восторге от выбора песни живой группы, таща своих парней на танцпол, чувственно прижимаясь к ним. В состоянии своего алкогольного опьянения я надеялась, что утром у этих девиц будет церковь, потому что, боже мой, так танцевать публично совсем не прилично.

Понимая, что никогда не стану выглядеть на танцполе так же круто, как Кэм, и решив, что мне слишком весело, чтобы переживать, я отдалась музыке, двигая телом в своем ритме. Я чувствовала, как горячий пот стекает по груди, пока я двигалась в такт, смеясь, наблюдая, как Кэм танцует, словно сумасшедшая, выкрикивая слова песни в микрофон группы. Я улыбнулась, когда услышала, как ее южный акцент вновь выплыл в голосе, когда она полностью расслабилась.

– Йи-хоу, суки! – раздался знакомый голос, как раз в тот момент, когда на танцпол выскочил огромный лысый мужчина и крикнул: – Пошли, чувак. Здесь сцена прямо из чертовых фильмов! – и пошел в нашу сторону.

– Ты, – промурлыкала Кэм, подзывая пальцем Дерека, когда он направился к ней, брови подрагивали, плечи покачивались. – Опаздал, ковбой.

– Прошу прощения, красотка, – он заговорил мягко, сокращая пространство между ними. Обхватив ее талию, прижал к себе. Наклонившись, что-то прошептал ей на ухо, отчего ее глаза загорелись, потом закружил в танце. – Оседлай меня, мисс Кэмми, – мурлыкнул он, возвращая ее к своей груди. Снял с нее Стетсон и надел его на голову, усмехнувшись. – Сегодня я твой жеребец.

– Абсолютно верно! – засмеялась она, обхватив его шею, пока он поднял ее на руки и кружил по танцполу, не обращая внимания на взгляды окружающих.

– Ли! – Кэм полу-смеялась, полу-визжала, обхватив ноги вокруг талии парня и держась изо всех сил, пока он подпрыгивал и скакал, как молодой жеребец. – Пять минут! – смеялась она, держась за его голову, чтобы шляпа не слетела. – Я кля… эй, Дер, ты засранец! Не урони меня!

Смеясь, я кивнула и подняла большие пальцы, давая ей знак. Покачиваясь из стороны в сторону, я наблюдала за группой на сцене: певица закончила свою песню и отошла в сторону, а мужчина подошел к микрофону и заиграл очень сексуальную версию «Your Man» Джоша Тернера.

Я обожала эту песню.

Сильные руки обвили меня сзади, и я оцепенела, тело напряглось, дыхание сорвалось в слышимый вздох.

– Тсс, малышка, – прошептал он мне на ухо, мягко прижимая обратно к своей груди. – Я держу тебя.

– Кайл… – облегченно выдохнула я, расслабляясь на его мощном теле. Его хватка вокруг моего живота сжалась защитно. Я вздохнула с удовлетворением, дрожа, когда его запах заполнил мои ощущения. Он мог быть засранцем, но он был моим засранцем. Может, это алкоголь говорит? Подожди… я это вслух сказала?

– Я твой засранец? – он рассмеялся, губами коснувшись моего уха. Да, я вслух это сказала.

– Пошли, – схватив мою руку, он повел меня на танцпол. – Тебе не место на обочине, Принцесса.

– Что ты делаешь? – спросила я, идя за ним вслепую, проходя мимо бесчисленных пар, медленно кружившихся в танце.

– Танцевать с тобой, – ответил он с легкой насмешкой, закрутив меня в танце, а затем быстро прижал к своей груди. Одной рукой он поддерживал меня за поясницу, другую держал у себя на груди. Вокруг нас медленно покачивались другие пары. Я просто уставилась на его грудь, сосредоточившись на том, как его темная рубашка двигается, когда он водит нас по полу.

– Ты умеешь танцевать, – сказала я, удивленно.

– Умею, – он ухмыльнулся и прижал меня еще ближе. Мое тело плотно прижалось к его. Это было все, что имело значение в этот момент.

– Я полон сюрпризов, – добавил он, коснувшись губами макушки моей головы. – Расслабься, Принцесса. Я держу тебя.

Дрожа, я закрыла глаза, впитывая каждую секунду этого танца, надежно запихивая воспоминание в особую шкатулку на задворках сознания под названием «Кайл».

– Я скучала по тебе, – призналась я, закусив губу и прижавшись щекой к его груди.

– Хоть я и болван? – поддразнил он, поглаживая большим пальцем мое запястье. – Хм?

– Ты мой болван. – обхватив его за талию своей маленькой рукой, я прижалась к нему ближе, прищурившись, глядя на группу женщин, кружащих рядом и откровенно пялящихся на него. Отойди.

– Ага, – хрипло сказал он, приподняв мой подбородок. – Так и есть.

У меня перехватило дыхание, когда Кайл наклонился и нежно поцеловал меня в губы.

– Прости. – погладив мой нос своим, Кайл уткнулся в мою щеку.

– За все это. – еще раз легко поцеловав меня в подбородок, он отстранился и посмотрел на меня.

– Я справлюсь. – наклонившись, он снова нежно поцеловал меня в губы, и я не выдержала. Он отстранился, и моя рука высвободилась, обхватив его подбородок и прижав к себе.

– Я стараюсь вести себя хорошо, Ли, – простонал он, продолжая двигать нас в ритме песни Джоша Тернера «Твой мужчина».

– Я пытаюсь обращаться с тобой как с…

– Перестань. – мое дыхание стало учащенным, нервы и похоть грозили охватить меня, когда я притянула его лицо к своему. – И не будь таким.

– Ах, черт… – я заставила его замолчать, и когда он застонал мне в рот, приоткрыв губы, я воспользовалась возможностью, чтобы проникнуть внутрь. Набравшись смелости, я подняла руку и провела пальцами по его волосам, глубоко целуя.