Текст книги "Цветок на камне"

Автор книги: Хелен Кинг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 9 страниц)

Юджин промолчал, не стал устраивать никаких скандалов и выяснять отношения. Он решил оставить все, как есть. Потом рассказывал бабушке, что в тот день, когда узнал правду, он постарел лет на десять, что испытал шок, что привычный, добрый мир вокруг него рухнул и его место заняла ложь, подлость, мерзость. Много пережив и передумав, он поставил жене одно условие: внешне все будет по-прежнему, если она раз и навсегда порвет со своим любовником.

Договор состоялся, но тайну сохранить не удалось. Родители требовали немедленного развода, а когда родилась девочка, не захотели признать ее. Юджин поссорился с ними, и с тех пор у них очень натянутые отношения.

Не знаю, что делал бы Юджин, если бы мать Кэти была жива, но она умерла после родов и он остался один с чужим ребенком на руках. Любой другой на его месте, скорее всего, отдал бы ребенка в приют, но Юджин даже слышать не хотел о такой возможности. Эта несчастная малышка ни в чем не виновата, повторял он. Она родилась на свет сиротой, и если так случилось, что я – не совсем посторонний ей человек – оказался рядом, то я не могу ее предать и бросить. Это моя дочь, я буду любить и воспитывать ее.

Юджин не рассчитывал, что получит поддержку от бабушки. Но та безоговорочно одобрила решение внука и, понимая, что ему одному с маленьким ребенком никак не справиться, предложила переехать в этот дом, наняла кормилицу и няню. Да и сама, насколько позволяли угасающие силы, занималась с девочкой и очень привязалась к ней. А Юджин получил возможность спокойно работать.

Я к тому времени уже вышла на пенсию и почти каждый день заходила к миссис Глэдстоун и наблюдала, как растет Кэти. Я тоже очень полюбила ее. Когда девочке было около трех лет, миссис Глэдстоун попросила меня взять на себя заботы о воспитании и обучении Кэти. Я с радостью согласилась.

Буквально через несколько дней после этого разговора бабушка Юджина слегла, и вскоре ее не стало. Конечно, Юджину очень не хватает ее поддержки, но теперь он уже взрослый и самостоятельный человек, а я, как могу, стараюсь помочь ему в его заботах о Кэти.

Эллис была поражена до глубины души рассказом пожилой дамы и посчитала себя вправе высказать собственные впечатления:

– Мне трудно представить себе, что Кэти – не родная дочь Юджина. Я никогда не видела более заботливого, внимательного и любящего отца, чем Юджин. Он очень сильно ограничил свою свободу, чтобы как можно больше времени проводить с Кэти.

– Просто Юджин – очень порядочный человек – во всем и со всеми. – Этой характеристикой миссис Джонс поставила точку в своем рассказе.

Они немного помолчали. Потом Эллис спросила:

– А сколько Юджину лет? Мы не так давно знакомы, и у меня не было повода спросить его напрямую об этом. Мне кажется, ему лет тридцать или немного больше.

– Тридцать два, – уточнила миссис Джонс.

– Миссис Джонс, а почему вы решили посвятить меня в эти семейные тайны? – задала Эллис вопрос, который занимал ее во время рассказа пожилой леди.

– Я немало прожила на свете, я хорошо знаю Юджина, и мне кажется, что встреча с вами должна изменить его судьбу, надеюсь – к лучшему.

18

Субботнее утро сначала было сереньким, но постепенно погода разгулялась. Последние клочья тумана, цепляясь за ветки кустов и деревьев, рассеялись, испарились. Даль прояснилась, и уже трудно было представить вчерашнюю непроходимую, беспросветную бело-серую гущу, вызывавшую почти мистический ужас у тех, кого она засасывала.

Эллис спала всего несколько часов, но встала легко, настроенная бодро и по-деловому. Спустившись вниз, она застала миссис Джонс на кухне, та давала какие-то распоряжения пришедшей рано утром прислуге.

Эллис поздоровалась и с удивлением в голосе сказала:

– Такое впечатление, миссис Джонс, что вы вообще не ложились спать.

– Пожилые люди мало спят, мисс Грейс. А вы почему так рано встали?

– Я собираюсь поехать в больницу. Скажите, миссис Джонс, у Юджина есть другая машина?

– Да, стоит в гараже. Юджин хотел продать ее, когда купил новую, но так и не собрался пока.

– А ключи от гаража есть только у него?

– Нет, есть запасные. Я сейчас принесу их.

Тем временем Эллис позвонила в больницу и справилась о состоянии Юджина. Ответ врача ее обнадежил.

Когда миссис Джонс вернулась с ключами от гаража и ворот, Эллис спросила, не знает ли она заодно, где могут быть ключи от машины. Но на этот вопрос пожилая дама не могла ей ответить.

Эллис пошла к гаражу. Она повернула ключ в замке, но тот не открывался. Попыталась еще раз – безрезультатно. Тогда она обратила внимание на кнопку в двери около замка. На всякий случай нажала на нее и тут же от неожиданности отскочила в сторону – створки сами собой разъехались, пропуская внутрь.

Гараж оказался довольно просторным. Эллис нашла выключатель и зажгла свет. В глубине стоял серый «ниссан». Машина была в отличном состоянии, и Эллис не очень поняла, зачем Юджин купил новую. Но, подумав, объяснила это себе так: у мужчин свои причуды – они любят новые технические игрушки и не жалеют на них денег.

Ей не пришлось искать ключи от машины – они торчали в дверном замке. Она села внутрь, завела мотор и посмотрела на показания приборов. Вроде бы все в порядке. С бензином тоже не было проблем – его оказалось почти треть бака. Система управления – не совсем такая, как в ее машине. Но, освоившись, Эллис потихоньку выехала из гаража и остановилась около ворот. Машина слушалась и работала очень мягко и приятно.

Выйдя из нее, Эллис пошла к дому и, увидев на пороге миссис Джонс, наблюдавшую за ее действиями, попросила ее под каким-нибудь предлогом увести Кэти к себе домой. Пусть малышка побудет там, пока Юджин не вернется из больницы, а потом они придумают подходящую версию, чтобы не пугать девочку. Если она будет спрашивать, где Эллис, то можно сказать, что та поехала за мороженым, которое обещал вчера папа.

– Мисс Грейс, вы бы позавтракали сначала, – предложила миссис Джонс.

– Спасибо, я потом позавтракаю.

– Выпейте хотя бы чашку кофе.

– Некогда.

Миссис Джонс сокрушенно покачала головой и понимающе улыбнулась.

Дорогу Эллис уже знала, хотя при свете дня все выглядело совсем иначе, чем в плотном молочном тумане. Все оказалось значительно ближе. И даже, запутавшись на каком-то перекрестке, она минут через семь уже парковалась у входа в больницу.

Разговор с врачом принес окончательное успокоение – у Юджина, как показало дополнительное обследование, нет никаких серьезных травм, разве что легкое сотрясение мозга.

– Значит, можно забрать его домой? – с надеждой спросила Эллис.

– Вообще-то было бы лучше ему еще день или два провести в больнице. Под наблюдением врачей.

На лице Эллис отразилось такое огорчение, что молодой врач посочувствовал ей и, понимающе улыбнувшись, сказал:

– Впрочем, если больной будет соблюдать постельный режим...

– Будет! – вставила Эллис.

– ...и не будет волноваться...

– Не будет! – заверила Эллис.

– ...тогда, пожалуй, можно и в домашних условиях.

Она радостно поблагодарила врача и попросила разрешения повидать Юджина.

Он не спал. Ему уже сделали необходимые процедуры, и, когда она вошла в палату, он заканчивал завтрак. Увидев Эллис, Юджин очень обрадовался. Она поцеловала его и села на стул рядом с кроватью. Молодого, респектабельного парня трудно было узнать. Он выглядел как подравшийся мальчишка – синяки, ссадины, заплатки пластыря, повязки на руке и ноге.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Эллис.

Юджин взял ее руку и, глядя ей прямо в глаза, сказал:

– Если бы не ты, я, наверное, уже никак себя не чувствовал бы.

– Ты преувеличиваешь.

– Нисколько. Сегодня утром, еще до тебя, у меня был Джек...

– Кто это? – спросила Эллис.

– Джек Хэнсворд, начальник местной полиции и мой школьный приятель, – ответил Юджин. – Он с восхищением рассказывал мне о бесстрашной мисс Грейс, которая героически вела поиски одного пропавшего джентльмена.

– Без помощи мистера Хэнсворда я бы ничего не могла сделать, – скромно заметила Эллис.

Немного помолчав и раздумывая, спросить или не стоит, она все же задала Юджину мучивший ее вопрос:

– Скажи, как это произошло?

Он сморщился, как от боли, его брови сдвинулись к переносице, а губы сжались так, что побелели. Было видно, что ему тяжело вспоминать происшедшее, тем более что раньше уже пришлось отвечать на вопросы полицейского. Но он все же ответил Эллис.

– Мне надо было послушаться тебя и никуда не ездить, но так хотелось порадовать вас обеих чем-то приятным...

– Тебе это удалось, – иронично заметила Эллис.

Юджин опустил глаза и замолчал, сознавая свою вину, но через несколько секунд продолжил свой рассказ.

– Оказалось, что один магазин просто не работал из-за отключения света, а в другом, как назло, не было клубничного мороженого. Я понял, что в обещанные четверть часа никак не укладываюсь, но возвращаться с пустыми руками не хотелось. Я находился уже на выезде из города и решил доехать до ближайшей деревни – там хороший магазин и гораздо меньше покупателей перед выходными днями. Это должно было занять у меня еще минут пятнадцать—двадцать. Большую скорость в таком тумане держать невозможно, но мне все-таки хотелось побыстрее добраться до места. И вдруг прямо передо мной из тумана выскочил грузовик, ослепил меня фарами. Наверное, из-за плохой видимости он вылетел на встречную полосу, а я, чтобы избежать столкновения, резко вывернул влево. А потом... Ну, что было потом, ты видела.

– Ты очень расстроился из-за машины?

– Еще не успел. Джек вызвал эвакуатор, ее отвезли на специальную стоянку. Он осмотрел и сказал, что она на ходу, только помята в нескольких местах и стекло разбито. Это все можно легко исправить, но я вряд ли смогу снова сесть за руль этой машины.

Юджин задумался на мгновение, а потом сказал:

– Нет, Эллис, если я о чем и пожалел, так о том, что опять не выполнил своего обещания, что испортил тебе выходные, да еще заставил тебя волноваться и рисковать собой.

– Ты не виноват, ты же хотел как лучше...

– Нет, я виноват, потому что поступил неразумно. Я – мужчина и должен думать не только о себе, но и о других, особенно о тех, за кого несу ответственность. – И как бы в продолжение этой мысли он с тревогой в голосе спросил: – А как там Кэти? Что ты ей сказала?

Эллис усмехнулась и с нескрываемым удивлением посмотрела на Юджина.

– Я была уверена, что этот вопрос ты задашь первым, прежде чем мы заговорим о чем-либо другом. Что с тобой случилось?

Юджин отвел взгляд в сторону и ничего не ответил.

– Когда я уходила, Кэти еще спала. Я попросила миссис Джонс взять ее к себе на некоторое время.

Эллис рассказала, какую причину его отсутствия она придумала для Кэти вчера вечером. Он поблагодарил ее за сообразительность и за внимание к девочке.

– А сегодня, – предложила Эллис, – можно сказать, что ты был на объекте, случайно упал со строительных лесов, ушибся – и тебе надо полежать.

– Замечательно, – одобрил Юджин ее план. – Интересно, такое сочинительство в крови у всех женщин?

Эллис покраснела, потому что поняла, что именно в этот момент вспомнилось Юджину, а ей ужасно не хотелось, чтобы он хоть на миг допустил возможность обмана и с ее стороны.

– Зачем же обобщать? – с легкой обидой проговорила она.

– Ради Бога, извини! – спохватился Юджин. – Я не хотел тебя обидеть. Что-то я сам себя не узнаю – делаю все не то и не так.

Он явно расстроился. Эллис, вспомнив, что ему нельзя волноваться, сменила тему.

– Скажи, а ты можешь самостоятельно передвигаться?

– Не пробовал еще, но, думаю, что смогу.

– Отлично! Врач разрешил мне забрать тебя домой. Мне кажется, – добавила Эллис, – что дома тебе будет лучше.

– Конечно! – в свою очередь обрадовался Юджин. – Я даже не мог рассчитывать, что так скоро выберусь отсюда.

Эллис сказала, что будет ждать в холле, и протянула ему пакет с его одеждой, которую захватила из дома, поскольку вчерашний костюм – испачканный, порванный и местами окровавленный – уже ни на что не годился.

Ждать пришлось довольно долго, но вот наконец Юджин, прихрамывая и опираясь на плечо санитара, появился в холле.

– Я несколько переоценил свои силы. Пожалуй, надо вызвать такси.

– Машина ждет вас у подъезда, сэр, – церемонно объявила Эллис.

Санитар помог бывшему пациенту выйти на улицу. Увидев свою старую машину, Юджин очень удивился.

– Каким образом она здесь оказалась?

– Я не знала, есть ли такси в таком маленьком городе и как его вызвать, – немного схитрила Эллис, которой очень хотелось самой привезти Юджина домой. – Извини, что без разрешения взяла твою машину.

– Какая ты умница! – от души похвалил ее Юджин и, поискав подходящее слово, добавил: – Ты очень... самостоятельная.

Они нежно улыбнулись друг другу. Эллис помогла ему сесть в машину – на пассажирское место, сама села за руль, и они поехали домой.

19

По дороге к дому Эллис притормозила около магазина. Юджин удивленно посмотрел на нее.

– Надо же наконец купить это злосчастное мороженое! – объяснила она и вышла из машины.

Через несколько минут Эллис вернулась с пакетом, бросила его на заднее сиденье и продолжила путь. Юджин пытался подсказывать ей дорогу, но она и без его помощи уверенно вела машину по уже знакомому маршруту.

– Я вижу, ты уже освоилась в наших краях, – заметил Юджин, для которого амплуа пассажира было непривычным.

Он чувствовал себя очень неловко в роли немощного инвалида, когда Эллис делала то, что должен был бы делать он. Она открыла ворота, загнала машину во двор, помогла Юджину выбраться наружу. Но дальше вышла заминка – опираться всей своей тяжестью на ее хрупкие плечи он отказался. Тогда она, не долго думая, сбегала в дом и принесла из спортзала бильярдный кий. Опираясь на него, Юджин добрался до дома и даже, превозмогая боль в ноге, поднялся на второй этаж.

Они вместе вошли в его спальню. Комната была выдержана в спокойных, радующих глаз травянисто-зеленых тонах. На тумбочке около кровати лежало несколько книг, а рядом с ними в простой и строгой деревянной рамочке стояла фотография Эллис – та самая, афинская, где она снята на фоне Парфенона. На душе у нее сразу потеплело.

Она отдернула портьеры и впустила в комнату свет распогодившегося осеннего дня.

– Эх, сейчас бы поехать на озеро, – сокрушенно вздохнул Юджин, укладываясь в постель. – А тебе вместо этого приходится возиться со здоровым, в общем-то, но малоподвижным типом. Какая глупость!

– Хватит заниматься самобичеванием! Съездим мы на твое озеро... в другой раз. Если, конечно, ты еще когда-нибудь захочешь пригласить меня в гости.

Эллис поняла, что сказала лишнее – получалось, что она набивается на новое приглашение. Но Юджину так не показалось.

– Я хотел бы, чтобы ты вообще никогда отсюда не уезжала.

Она посмотрела на него. Осунувшийся, бледный, с синими и красными «украшениями» на лице и теле, он все равно был для Эллис самым красивым, самым любимым, самым желанным.

– Ты, наверное, устал и хочешь отдохнуть? – заботливо спросила она. – Врач сказал, что тебе нужен покой.

– Не волнуйся, Эллис, я нормально себя чувствую. Только голова немного кружится. Но это – пустяки. Пройдет.

– Хочешь, я принесу тебе сок или что-нибудь еще?

– Спасибо, пока не хочу. Если можешь, посиди со мной, – попросил Юджин, беря Эллис за руку.

– Я с удовольствием посижу с тобой. Только... подожди несколько минут – я сварю себе кофе. А то в этом гостеприимном доме лишь обещают роскошный ужин, но не кормят ни ужином, ни завтраком, – закончила Эллис, смеясь.

– Да, хозяин в этом доме никудышный, – признался Юджин. – Нужно подыскать хорошую хозяйку.

Через некоторое время Эллис вернулась с подносом в руках. На нем – высокий стакан с апельсиновым соком для Юджина, турка с дымящимся кофе, источавшим умопомрачительный аромат, для Эллис, а еще – тосты, масло, джем, печенье и фрукты.

Она поставила поднос на прикроватную тумбочку, налила в маленькую чашку кофе, намазала подсушенные кусочки хлеба маслом, джемом и принялась за еду. Чтобы не смущать ее созерцанием этого процесса, Юджин взял с подноса яблоко и долго вертел его в руках. Когда Эллис допила кофе и поставила чашку, он положил яблоко на место.

Юджин выглядел уставшим.

– Тебе надо отдохнуть, ты же спал сегодня всего несколько часов, – сказала Эллис, собираясь уходить. – Ты спи, набирайся сил.

– А ты что будешь делать?

– С твоего разрешения, я бы погуляла в саду. Дом мне Кэти показала, а сад я еще не видела.

– Жаль, что я не могу тебя сопровождать, – огорчился Юджин.

– Мне тоже жаль. Поправляйся быстрее! В следующий раз мы пойдем гулять вместе и ты покажешь мне свои любимые уголки.

Эллис оставила на тумбочке сок, фрукты и печенье, взяла поднос с посудой и остатками своего завтрака и спустилась вниз.

Ей действительно не терпелось осмотреть сад, и, накинув плащ, она вышла из дома.

Территория вокруг дома – это не парк при замке, как ей когда-то представлялось. Места для парка здесь явно не хватило бы. Но кусочек дикой природы все же был. Липы, каштаны, вязы, клены, дубы росли в дальней зоне участка, ближе к ограде, и напоминали лесной уголок.

Сейчас деревья были очень красивы. Желтые, красные, коричневые листья с тихим шелестом, кружась, медленно падали вниз, устилая землю ярким ковром с неповторимым орнаментом.

Там, где деревья кончались, густой оградой росли кусты акации, орешника, сирени и жасмина. На ветках жимолости чернели несобранные ягоды – пожива для птиц.

Среди других деревьев росла маленькая стройная и пушистая елочка. Эллис подумала, что ее посадили для рождественских и новогодних праздников, но ошиблась. Около елочки в землю была воткнута табличка, сообщавшая, что это деревце посажено в день рождения Кэти, когда ей исполнился год.

Никакого пруда с лебедями или утками, как фантазировала Эллис, конечно же не было, но она заметила площадку, на которой, по-видимому, в летние, погожие дни устанавливался бассейн для Кэти.

Южнее лесистого участка и ближе к дому располагался небольшой сад – две или три яблони, груша, несколько слив. Год выдался неурожайный, и деревья стояли пустые, не радуя глаз спелыми плодами. В саду Эллис увидела также несколько кустов смородины и крыжовника. А вот малины не было – ни садовой, ни лесной. Удивляло и отсутствие грядок с клубникой, которую так любила Кэти.

Собственно, чему я удивляюсь? – подумала Эллис. Чтобы всем этим заниматься, нужно иметь большое желание и массу свободного времени. А Юджин так занят – ему не до этого.

Подтверждение для такой мысли пришло немедленно. Эллис неожиданно услышала голос Юджина, долетавший до нее сверху, из окна второго этажа.

– Не заблудилась в зарослях? Да, я понимаю, каково профессионалу смотреть на неухоженный сад. Когда была жива бабушка, она время от времени нанимала кого-то, чтобы привести сад в порядок. А у меня просто руки не доходят до него. Иногда в выходные газон стригу – и все.

Эллис подняла голову, прикрыв рукой глаза от солнца, и строго спросила:

– Ты зачем встал и почему не спишь?

– Мне хотелось быть с тобой рядом в саду, хотя бы сопровождая тебя взглядом из окна.

Эллис с улыбкой смотрела на Юджина, который выглядел довольно забавно, закутавшись, чтобы не замерзнуть, в одеяло.

– Закрывай окно, а то простудишься, – велела она ему. – Я сейчас приду.

Еще немного побродив возле дома, Эллис обратила внимание на заросшие травой кусты пионов, флоксов, на последние, не успевшие распуститься бутоны роз, на неподстриженные туи. Вспомнила небольшой цветник в своем доме, за которым она старательно ухаживала. Вздохнула, покачала головой и вошла в дом.

Когда Эллис разделась и поднялась на второй этаж, Юджин уже снова лежал, вернее – сидел в постели.

– Как ты думаешь, – начал он, – чтобы привести в порядок всю территорию вокруг дома, нужно приложить много усилий?

– Не очень, – успокоила его Эллис. – Здесь нужна не серьезная переделка, а в основном уход за тем, что есть.

– Ты взялась бы за это?

– С удовольствием!

– Тогда я в понедельник договорюсь с твоей фирмой.

– Ты будешь платить мне деньги за работу? – смеясь, спросила Эллис.

– Я буду платить фирме, а фирма – тебе, – уточнил Юджин.

– Я бы с радостью занялась твоим садом и бесплатно.

– Спасибо, но я хочу, чтобы все было официально.

– Зачем? – недоумевала Эллис.

– Мне бы хотелось, чтобы ты здесь пожила, – признался Юджин.

Она с пониманием посмотрела на него. Ей тоже очень хотелось провести в его доме хотя бы еще несколько дней, но придумать такой повод ей бы и в голову не пришло. Молодец Юджин!

20

Юджин посерьезнел – казалось, немного нахмурился или сосредоточился.

– Сядь поближе! – попросил он тихим голосом.

Эллис села на край широкой кровати рядом с ним. Он взял ее руку в свои ладони, некоторое время молчал, как бы собираясь с мыслями, потом заговорил:

– Я очень благодарен тебе за все, что ты для меня делаешь, а за вчерашнее спасение – особенно...

Она попыталась что-то возразить, но Юджин не дал ей сделать это.

– Не перебивай меня, пожалуйста! Выслушай до конца. То, что я хочу сказать, поверь, никак не связано со вчерашним происшествием. Не расценивай это как знак сиюминутной благодарности. Я все давно обдумал.

Юджин чуть приподнялся, Эллис подложила еще одну подушку, чтобы ему удобнее было сидеть.

– У меня к тебе два предложения, – продолжил он. – Первое – деловое. Еще в Греции, когда ты рассказывала о своей работе и с увлечением планировала оформление чужого сада, я подумал: то, чем мы оба занимаемся, очень близко соприкасается. Я хочу расширить свое дело и предложить тебе объединить наши усилия в совместном деле на условиях равноправного партнерства. Мы будем проектировать и строить дома, а также обустраивать территорию вокруг дома. Такое комплексное обслуживание выгодно клиентам, и, я думаю, мы не будем сидеть без работы. Как ты на это смотришь?

Эллис, не задумываясь, ответила:

– Спасибо, Юджин, за предложение! Оно для меня очень лестно. Но ты упускаешь из виду одно обстоятельство. О равноправном партнерстве не может быть и речи – у меня нет для этого необходимых средств.

На ее слова он отреагировал так же, как на просьбу ребенка о покупке воздушного шарика.

– Об этом можешь не заботиться, это – моя проблема. Я заинтересован в нашем сотрудничестве. Так ты согласна?

– Конечно! Я об этом могла только мечтать! А как будет называться наша фирма?

– Название мы обсудим позже, а вот эмблему фирмы ты можешь уже придумывать.

– А что тут думать?! Я уже придумала! – воскликнула Эллис, и в ее глазах вспыхнули радостные искорки. – Нужно объединить в эмблеме архитектурно-строительные и ландшафтные работы. Я предлагаю – цветок на фоне камня. Это простая и понятная символика, и она будет отвечать главной идее фирмы. Как тебе кажется?

– Гениально! – одобрил Юджин и, хитро сощурив глаза, добавил: – Я не ошибся в тебе, ты – бесценный партнер, и я уверен, что наша фирма будет процветать.

Пока Эллис переваривала его похвалу и приходила в себя, он опять углубился в свои мысли. Было заметно, что в нем происходит какая-то внутренняя борьба. Наконец Юджин решился и заговорил вновь:

– Теперь о втором предложении. Не знаю, как ты отнесешься к нему, но для меня твой ответ чрезвычайно важен... Все две недели после того, как мы расстались в Греции, я непрерывно думал о тебе. Мне кажется, что моя жизнь не случайно пересеклась и переплелась с твоей. Ты стала дорога и необходима мне. Не знаю, что ты думаешь обо мне, но если я тебе не совсем безразличен, то, полагаю, нам стоило бы быть вместе. Где, когда, как, в какой форме – это решать тебе.

Я бы хотел сказать больше, но одно обстоятельство удерживает меня – я не совсем свободен и не принадлежу полностью себе. Я не вправе взваливать на тебя свои обязанности и заботы. Ты – молодая и свободная девушка, у тебя могут быть иные представления о собственном будущем...

Юджин умолк не договорив, но и так все было ясно. Его слова потрясли Эллис. Она радовалась, что снова встретилась с ним, что они, возможно, иногда будут видеться, но, что он предложит ей совместную жизнь, она не ожидала.

Чувства и мысли переполняли Эллис, ей трудно было сразу найти нужные слова. Она волновалась и непроизвольно сжимала руку Юджина. Наконец, внутренне собравшись, заговорила:

– Ты мне совсем не безразличен, Юджин. Встреча с тобой перевернула мою жизнь. Я очень благодарна тебе за то счастье, которое ты мне дал. Мне дорого все, что связано с тобой. И я готова разделить с тобой твои заботы о воспитании Кэти. И я... я не буду ревновать тебя к ней. У меня не было опыта общения с детьми, я не знаю, как сложатся в дальнейшем наши отношения с Кэти, но в одном ты можешь быть уверен твердо – я никогда ее не обижу.

Слова Эллис тронули Юджина. Он молча погладил ее по руке, а потом, глядя ей прямо в глаза, сказал:

– Ну, если я не запугал тебя трудностями, то, пожалуй, осмелюсь спросить: не соблаговолишь ли ты принять мое предложение стать миссис Глэдстоун?

Услышав это, Эллис закрыла глаза и прошептала:

– Неужели мне это не снится?

Юджин ответил ей шуткой:

– Если я – твое сновидение, то, надеюсь, что, по крайней мере, не кошмарное.

Эллис не поддержала его тона. Юджин видел, что ее что-то беспокоит.

– Юджин, я не знаю, что тебе ответить. Нам хорошо вместе, но мы не так много знаем друг о друге.

– Я думаю, главное знаем, а остальное постепенно узнаем в процессе долгой, счастливой совместной жизни, – попытался сбить ее с серьезного тона Юджин.

Но ему это опять не удалось. Эллис задумчиво продолжила:

– Дело в том, что у меня тоже есть свое обстоятельство.

Он удивленно вскинул брови.

– Надеюсь, это не криминальное прошлое? Но даже если так, то оно в прошлом, – скаламбурил Юджин.

– Это не прошлое, – серьезно ответила Эллис, – это настоящее. Но мне трудно говорить об этом.

– Я не вижу никаких препятствий в настоящем. Объясни, пожалуйста. Я обещаю, что с пониманием отнесусь ко всему, что ты скажешь. Но я должен знать, что тебя терзает. Ведь у нас откровенный разговор, правда?

Эллис решилась. Она набрала в легкие побольше воздуха и заговорила:

– Сегодня ночью, после пережитых волнений, и еще не зная точно, чем для тебя обернется происшествие на дороге, миссис Джонс поведала мне историю твоей жизни – с детства и до настоящего времени. Пожалуйста, не ругай ее за это... В общем, я узнала, что Кэти не твоя дочь.

– И что? Тебя это смущает?

– Меня смущает не это...

– А что же? – Скажи, Юджин, а ты хотел бы иметь своего ребенка?

– Да, и не одного. Но это нисколько не изменит моего отношения к Кэти. Я сам рос практически без родителей и хорошо знаю, что это такое. И, наверное, поэтому мне хочется любить, опекать и как можно больше внимания уделять детям, все равно – своим или чужим.

– Если я правильно поняла, твоя знакомая сказала, что ждет от тебя ребенка, и ты поспешил жениться на ней, а вскоре узнал, что ребенок не твой. Извини, что мне приходится касаться этой неприятной темы... Так вот, мне бы не хотелось, чтобы ты подумал, что и я обманываю тебя.

– Ничего не понимаю! – раздраженно проговорил Юджин.

– Если я приму твое предложение и мы поженимся, а ты узнаешь, что я беременна, то первая твоя мысль будет о том, что ребенок не твой. Ты знаешь – до знакомства с тобой у меня был приятель, ты даже его видел. Как я смогу доказать тебе, что это твой ребенок? Ты будешь жить с сомнением в душе. А я не хочу, чтобы ты сомневался во мне. Если мы не будем доверять друг другу, то нам лучше не быть вместе.

– Эллис, как ты могла подумать, что я не поверю тебе?! Прошлое ушло, и давай забудем о нем навсегда! Мы с тобой начинаем новую жизнь, и у нас все впереди!

После этого оптимистичного заявления Юджин с некоторой робостью спросил Эллис:

– Так ты согласна выйти за меня замуж?

– Это зависит от того, как ты относишься к тому, о чем я говорила.

– Что конкретно ты имеешь в виду?

– Юджин, ты действительно не понимаешь или притворяешься? Я уже полчаса пытаюсь тебе втолковать, что я беременна.

Он, услышав это, чуть не выпрыгнул из постели.

– Эллис, дорогая, это правда? Ты не шутишь надо мной?

– Я еще не ходила к врачу, но, мне кажется, я не ошибаюсь.

Юджин порывисто обнял ее и стал целовать, все время повторяя:

– Любимая моя, дорогая, ты – самая лучшая, самая красивая!

С трудом отстранившись от Эллис, он спросил:

– Ну что, больше нет препятствий к нашему браку?

– Больше нет!

– Ты не представляешь себе, как я счастлив!

– Представляю, потому что я и сама так же счастлива!

Юджин привлек Эллис к себе и, непрерывно целуя, уложил рядом с собой. Она была осторожна, боясь причинить ему боль. А он, казалось, забыл обо всем и ничего не чувствовал, кроме огромного желания опять обладать этой самой любимой, самой близкой, самой дорогой и прекрасной женщиной. К его прежней страсти теперь примешивалось что-то новое – гордость, радость, чувство ответственности за нее и за новую, только нарождающуюся жизнь.

Их близость каждый раз бывала разной. Сейчас он взял ее мягко и нежно. Оба знали, что торопиться им некуда, но за две недели разлуки они так соскучились друг по другу, что все произошло очень быстро.

Они лежали молча, накрывшись одеялом, и прислушивались к происходящему внутри каждого из них постепенному отливу только что нахлынувшей стихии.

Эллис заговорила первой, и первая мысль ее была о Юджине.

– Мы оба сумасшедшие, ведь тебе, наверное, этого нельзя делать. Я же обещала врачу, что ты будешь спокойно лежать, а вместо этого...

– Наоборот, ты вылечила меня. Я чувствую себя абсолютно здоровым.

Юджин сел и демонстративно покрутил руками и ногами, чтобы показать, что у него уже все в порядке. Потом потянулся к тумбочке и достал из нее маленькую коробочку.

– Эллис, это тебе. Я хотел подарить тебе его на память в день твоего Отъезда из Греции, но, увы, не вышло. Оно простое и недорогое, но возьми его, пусть оно тебе напоминает о том, где и как мы познакомились.

Он протянул коробочку Эллис. Она, заинтригованная его словами, взяла коробочку и открыла ее. Внутри лежало серебряное колечко с греческим орнаментом. Эллис надела его на безымянный палец, вытянула руку и полюбовалась подарком издали.

– Какая прелесть, какое очаровательное колечко! Спасибо, мне очень нравится!

Она поцеловала Юджина.

– А как ты узнал, какой мне нужен размер?

– Я и сейчас его не знаю. Выбирал на глазок и рассчитывал, что на руке много пальцев – на какой-нибудь да подойдет.

Они весело рассмеялись. Отсмеявшись, Юджин уже серьезно сказал:

– Но ты мне все-таки сообщи, какой у тебя размер кольца. На помолвку я подарю тебе кольцо с бриллиантом, и к свадьбе нужно купить обручальные кольца. Кстати, а куда бы ты хотела поехать в свадебное путешествие?

– Ты будешь смеяться. В Грецию!