Текст книги "Первый укус (СИ)"
Автор книги: Гульнара Черепашка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 6 страниц)
– Я думала, Света у Ирины, – подала голос соседка. – И тут вижу, как ты ее по улице ведешь! В наморднике и на поводке. Глазам не поверила.
– Мы тут еще на углу на дядю Мишу нарвались, – вспомнил Андрей. – Чего-то он вообще в неадеквате. Нормальный же мужик был.
– У него племянник погиб, – хмуро сообщил отец. – Загрызли парня. Где-то в центре. Не довезли – истек кровью. Горло порвали…
Андрей присвистнул.
– Это не от него ли кровавое пятно на ступеньках магазина осталось, где мы со Светкой отоваривались, – протянул он.
И смолк. Жуть услышанного дошла не сразу.
– Ты поешь сперва, – вздохнула мать. – Не успели сесть за стол – такие ужасы. Вить, ну ты нашел, о чем разговор начать, – попеняла она мужу.
Присела, подперев подбородок кулаком, уставилась невидяще перед собой. Вид сделался расстроенный. Отец, словно пытаясь загладить вину, принялся расставлять чашки, которые она только перетерла. Андрей метнулся – достать сахарницу, печенье.
– Я сперва чаю, – сообщил он. – Есть что-то пока не хочется.
На какое-то время повисло молчание. Мать в тишине разлила чай.
– Так как вы со Светланой-то встретились? – подала наконец голос соседка.
Мать с отцом встрепенулись – гнетущая тишина давила на всех. И все были рады ее наконец прервать. А тут вроде и повод весомый.
– Света у Иры была, – Андрей с готовностью кивнул. – Я Дэна на дороге увидел – он возил что-то в Абрау. А я с вояками ехал в город – согласились подбросить. Не стал ждать, когда соберется очередной транспорт из отстойника.
– Ой, про эти отстойники такую жуть рассказывают, – мать схватилась за щеки.
– Брешут, – отмахнулся Андрей. – Нормально там. И относятся по-людски. По крайней мере, мне жаловаться не на что. Так вот – я его заметил на дороге, попросил остановить. Они меня высадили, в город я уже с ним поехал. Он собирался мне сумку отдать – с работы забрал. И нас со Светой заодно завезти. Приезжаем – а Ирку курьер покусал! Я детей к матери ее отвел, а Дэн с Иркой дома остался. Мы пешком пошли…
– Чокнулся! – ахнула мать Светланы.
– Надо будет им позвонить, – вздохнул Андрей. – Как они там?
Снова воцарилась тишина. Пили горячий чай. Позвонить-то, может, и надо – только не сегодня. Наверняка им не до звонков. Если они еще дома оба…
– Так что ее, по дороге покусали, получается? – подала голос соседка.
–Угум. Возле матроса с гранатой. Идем, слышим – музыка. Ну, мы без задней мысли. Я думал – среди домов. Еще как назло – вояк вокруг не оказалось. Грузовик их на углу стоял, мы его прошли. И тут – выворачивают. И прямо к нам. Ну, мы растерялись, нас погрызли. Я-то в иммунном периоде, а у Светки он прошел. Благо, ее накрывает минут через пятнадцать-двадцать. Магазин работал… ну, вы видели, как я ее привел, – он смутился. – А что делать? Она всю дорогу пыталась до горла добраться – мы б просто не дошли.
– Изобретательные вы ребята, – мать Светланы вдруг хихикнула.
Нервное, – сообразил Андрей. Ну, понять-то можно. Отец хмыкнул и смолк. Прикрыл ладонью рот, пряча ухмылку.
– Так, говоришь, в отстойниках народу много? – переспросил он.
– Лопаются! – энергично подтвердил парень. – Если бы не лопались – нас бы не разгоняли. А кое-кого, может, и на опыты бы оставили. Меня вон дважды на дню зомбями кусали и снимали энцефалограмму, – он принялся пересказывать уже историю своих злоключений.
– В общем, катавасия эта надолго, – заключил отец. – Слышишь, мать? С голоду подохнем! Все закрыто, порт закрыт. Работников по домам разогнали. Скоро жрать станет нечего…
– Тьфу на тебя! – возмутилась мать. – Ну, придумаем что-нибудь. Я вон пока на удаленке. Пусть и на половину ставки, – она примолкла, задумавшись.
Эва!
Андрей понял, что до сих пор не задумывался – а как дальше жить? Пока что первой задачей было – вернуться домой. Но вот он дома. И нужно думать – что они все дальше станут делать. Хорошо, деньги пока есть. Но эпидемия длится больше недели и не думает идти на спад. Придется что-то придумывать.
– А вы слышали – вспышка в Горячем ключе? – подала голос Светкина мать.
– Жень, ты еще пугаешь, – мать вздохнула. – Кому еще чаю налить?
– Мне! – подкинулся Андрей. – Триста лет чаю горячего не пил. Ма, давай налью – сиди, – забрал у всех кружки, стал разливать.
Мать только головой покачала. Ну да, когда б такое видели? А он просто пытался привычными действиями приглушить вспыхнувшую тревогу.
– А чего я пугаю, – хмыкнула соседка. – В новостях говорили. Вот только сегодня утром.
– Теть Жень, а почему Горячий ключ? – удивился Андрей. – Я в новостях слышал про Краснодар, Ростов, Иркутск. Еще Великий Устюг почему-то…
– Да там-то в первые дни все и погасили, – отозвалась та. – Зараженных изолировали, укушенных и контактировавших – тоже. И как-то оно дальше и не пошло. Во всяком случае, ничего больше не говорили. И все там вроде в порядке – ничего не закрывали, все работает. Люди по улицам ходят. У меня ж сестра в Ростове со вторым мужем живет.
– Это мы, получается, проклятые? – хмыкнул отец. – Город зомби? Валить отсюда надо…
– Ага! Кто ж тебя выпустит?! – фыркнула мать. – Жень, так ты теперь тоже безработная?
– Ага. Магазин-то, ясное дело, закрыт. Я пошла на курсы техподдержки онлайн-магазина. Люди-то у нас по-прежнему живут! И покупать все будут – только в интернете. Вон, по улицам только курьеры будут ездить.
– Курьеры, кстати, тоже кусаются, – напомнил Андрей.
– Ну, буду теперь калитку открывать со шваброй в руках, – соседка тяжело вздохнула. – Или хуй вон у тебя одолжу. Выбрал же орясину, – она усмехнулась.
– Может, правда уехать? – задумчиво протянул парень. – Ну, а что: подгадать, чтоб я был в иммунном периоде, вам двоим – справки. Они же вирус определяют как-то по анализу крови!
– Не выпустят, – отчеканила мать. – У нас кое-кто из девчонок на работе пытался выехать с семьей. Нет, сидите тут – и все. И как хотите! – она махнула рукой.
Н-да. Интересные дела творятся. И чего людей держать? Ну, подержать в карантине – сколько там длится максимальный инкубационный период. И выпустить! Организовать закрытый рейс из города.
Воякам же лучше – быстрее город почистится от заразы. Меньше народу – меньше переносчиков болезни!
Ладно, это все потом. Может, еще организуют. Люди же бунт поднимут, в конце концов. Это они пока не все опомнились.
Разговор то тек, то смолкал. Устали все, но о том, чтобы расходиться, речи не заходило.
Вот придет в себя Светлана – можно будет их с матерью проводить до дома. Или оставить уж до утра – может, и не стоит в ночи на улицу выходить. Живут-то через дом – но по нынешним временам и это далеко. Мало ли, что может случиться!
Клевавший носом Андрей встряхнулся, услышав громкий стук. Остальные, судя по всему, тоже уже дремали прямо за столом. Кинул взгляд на часы – почти десять!
Наверняка Света в себя пришла. Уж пора бы – долго ее колбасит! Кинулся к комнате сестры, отец подхватился следом. Парень только хмыкнул.
Светка ждала, стоя перед дверью – замученная, несчастная, с черными кругами под глазами. Встретила укоризненным взглядом. Андрей кинулся распутывать ремешки – наверняка первое, о чем девчонка сейчас мечтает, это избавиться от кляпа.
Как назло, руки от спешки тряслись и не слушались. Получалось скверно.
Общими усилиями Свету отвели на кухню, усадили. Андрея, под предлогом, что слишком нервный, оттерли в сторону и велели поставить чайник. Мать с соседкой сноровисто – прямо подозрительно сноровисто! – освободили жертву экстремальной защиты. Меньше минуты понадобилось!
Света с полминуты тщетно пыталась закрыть рот. Одной рукой придерживала челюсть, слабо двигая подбородком, второй – силилась размять по очереди челюстные суставы.
При этом она судорожно поводила плечами – наверняка тоже затекли.
Андрей даже не удивился, что первым словом было не «здравствуйте», а… обычно, в общем, такие выражения использовались не для приветствия, а для прощания. Желательно – навеки. Сам он, впрочем, в таком состоянии наверняка выразился бы куда как более энергично. Да что там – он уверен был, что и Светка выразилась бы мощнее, если б силы были, и челюсти нормально слушались.
Снятую сбрую мать упаковала в пакет и вручила соседке – мол, будете защищаться в случае чего.
На столе появился-таки поздний ужин. Света набросилась на котлеты, и первый же кусок застрял у нее в зубах. Андрей не удержался – фыркнул, глядя, как она жалобно моргает и держится за щеку, пытаясь двигать нижней челюстью. Смущенно хмыкнул, опустил взгляд. Мать кинула на него полный упрека взгляд, ей протянула салфетку. Н-да, этот-то кусок она точно не прожует.
Хорошо хоть, котлета, а не отбивная! Соседка принялась нарезать ее мелкими кусочками для дочери. Пошутила, что больше двадцати лет этим не занималась.
А Андрей с удивлением осознавал, что с души свалился камень. Все-таки все это время он подспудно нервничал – собственно, так же, как и все остальные. Беспокоился – придет ли в себя Светлана и когда. И в каком состоянии окажется после.
Уже чуть после полуночи с отцом проводили обеих соседок до дома и, дождавшись, чтобы те заперлись, отправились к себе.
Наконец-то можно лечь спать! В собственную кровать – а не на надувной матрас в отстойнике.
Проблемы, конечно, только начинаются. Но сейчас можно наконец спокойно отдохнуть. А уж потом думать, как жить дальше, и что делать. Прямо сейчас все было хорошо.
Ночная тишь – даже музыки на удивление нигде не слышно. Тепло, слышится легкий шелест листвы, и разносится запах свежести и летней зелени. Жизнь прекрасна и удивительна.
