Текст книги "Первые русские подводные лодки. Часть I."

Автор книги: Григорий Трусов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)

Гибель лодки «Камбала»

Командир дивизиона капитан 2 ранга Белкин решил начать обучение командиров лодок атакам в ночное время. С этой целью 29 мая 1909 г. он вышел в море на подводной лодке «Камбала» для учебной атаки эскадры, которая должна была возвращаться в Севастополь. Заняв позицию у Стрелецкой бухты на расстоянии 3-4 кабельтовых от створа Инкерманских маяков. Белкин приказал командиру лодки лейтенанту Аквилонову приготовиться к атаке и ждать появления эскадры. Аквилонов возражал против атаки в темное время ночи и настоял на том, чтобы лодка атаковала эскадру в полупогруженном состоянии. Он остался на рубке, причем ему была передана из рубки переговорная труба.

В 23 ч 15 мин Аквилонов, заметив эскадру, дал лодке ход и пошел навстречу отряду кораблей, которые шли по створу 12-узловым ходом. На кораблях шали о возможности ночных атак подводных лодок, но предполагали, что атаки будут производиться только в лунные ночи. В 23 ч 26 мин на головном корабле «Пантелеймон» заметили слева по носу у самой воды на расстоянии 2,5 кабельтовых от корабля яркий свет, который был принят за огонь рыбачьей лодки. Через 45 сек на траверзе на расстоянии не более 0,5 кабельтова показалась подводная лодка, которая шла сходящимся курсом под углом около 30°, пока командир ее не счел атаку удавшейся. После этого лодка стала циркулировать влево, пытаясь лечь на параллельный эскадре курс, но это ей не удалось, и она оказалась на курсе второго корабля отряда – броненосца «Ростислав», на котором заметили лодку лишь в 15 саженях от носа.

Попытка командира «Ростислава» отвернуть влево и дать полный ход назад не предотвратила катастрофы – лодка была протаранена и затонула на глубине 28 саженей. Оказавшийся на поверхности моря лейтенант Аквилонов был подобран шлюпкой с крейсера «Память Меркурия». Авария произошла вследствие чрезмерного приближения лодки к атакуемым кораблям.

Авария лодки «Пескарь»

13 июля 1913 г. буксируемая транспортом «Хабаровск» подводная лодка «Пескарь» при шторме в 5-6 баллов следовала из Либавы в Ревель. Близ маяка Бакгафен лодка неожиданно зарылась носом в воду. Находившиеся наверху командир лодки капитан 2 ранга Вурм и инженер-механик старший лейтенант Мезннов были смыты волной за борт и утонули. На палубе остался один рулевой, привязанный около рубки для управления вертикальными рулями.

Причиной зарывания лодки носом в воду явилась остановка хода транспорта «Хабаровск», отчего горизонтальные рули у лодки, положенные на всплытие, перестали поддерживать нос, и она получила дифферент на нос. Хлынувшая на палубу лодки вода покрыла трубу вентиляции главной цистерны, клапан которой, расположенный в надстройке, оказался незакрытым. Вода проникла через эту трубу в главную балластную цистерну, и лодка начала погружаться. Когда уровень воды поднялся до рубочного люка, она стала поступать в лодку. Затопление ее было предотвращено находчивостью унтер-офицера Леонова, который бросился в рубку и, преодолевая поток воды, сумел закрыть рубочный люк.

Оставленный незакрытым клапан вентиляции главной балластной цистерны – результат плохой подготовки лодки к походу. Пример Леонова показывает, как много может сделать в трудную минуту на лодке один нерастерявшийся человек.

«Камбала» в доке после подъема (вверху), похороны погибших на «Камбале» (в центре). Севастополь, 1909 г. Внизу: памятник морякам подводной лодки «Камбала», установленный в Севастополе.

Развитие отечественного типа подводной лодки

Из обзора боевых подводных лодок русского флота в начале XX столетия видно, что развитие их конструкций шло в определенной последовательности. Так, например, на «Дельфине» ширина лодки составляла около 1/6 ее длины, а на «Касатке» 1/10; таким увеличением относительной длины лодки авторы проектов надеялись достигнуть больших скоростей хода (на практике эти расчеты не оправдались).

Последовательность в развитии конструкций русских подводных лодок особенно наглядно проявилась в усилении торпедного вооружения. На «Дельфине» имелось два торпедных аппарата, на «Касатке» – четыре, а на «Акуле», кроме четырех решетчатых аппаратов системы Джевецкого, еще и четыре трубчатых аппарата. Трубчатые аппараты впервые на русских подводных лодках появились на «Миноге», причем решетчатых аппаратов на ней не было.

Характерная особенность первых русских подводных лодок состояла в том, что они имели очень низкие рубки, вследствие чего были немореходны; па подводных лодках типа «Касатка» потребовалась даже переделка рубок.

Сравнительные ТТД русских подводных лодок

Название головной лодки (число лодок серии)	«Дельфин»	«Касатка»	«Форель»	«Пескарь»	«Осетр»	«Карп»
	(1)	(6)	(1)	(7)	(6)	(3)
Где построены, год заказа, год вступления в строй	Балтийский завод. 1901:1903.	Балтийский завод. 1904:1905.	Германия 'Завод Крупна, 1903:1904	Невский завод: 1904:1905.	США Фирма Лэка	Германия Завод Круппа, 1904:1907.
Водоизмещение, т	113/124	140/177	17/18	105/124	153/187	205/236
Запас плавучести в %	9	26.6	6	15	22	14.5
Длина, ширина, осадка, м	19,6x3,35x2,9	33.5x3,35x3.4		19,8x3,6x2,9	22x3.6x3.7	.39.9x3,14x2,61
Число и мощность двигателей, л.с.	1x300/1x120	1x120/1x100		1x160/1x70	2x120/2x65	2x200/2x200
Скорость хода, уз	10/5-6	8.5/5.S	4.5/4	8.5/6.0	8/4	10/8.5
Скорость погружения, мин	5	4	3	3	5	3
Рабочая глубина погружения, м	50	50	30	30	30	30
Район плавания, мили	243/28	700/30	20/18	500/30	250/17	825/27
Торпедное вооружение	2 ТА Джевецкого	4 ТА Джевецкого	2 трубчатых T А	1 трубчатый в носу	2 нос., 1 корм, трубчатые	1 трубчатый в носу(в 1909 г установлены 2 ТА системы Джевецкого)

В числителе данные для надводного .хода, в знаменателе для подводного

В развитии подводного кораблестроения в России весьма значительную роль сыграло появление дизелей. Первые судовые реверсивные дизели были установлены на подводной лодке «Минога»1*1
  * История приобретения подводных лодок типа «Кайман», создания подводной лодки «Минога» и других последовавших за ней проектов, а также хронология службы всех русских подводных лодок за исключением лодок типа «Барс» будет освещена в готовящейся к печати книге Русские подводные лодки. Часть II.


[Закрыть]. В дальнейшем на русских лодках бензиновые и керосиновые моторы не устанавливались, за исключением подводного заградителя «Краб», на котором установили керосиновые моторы Кертинга. Отметим, что на некоторых английских подводных лодках бензиновые моторы применялись вплоть до конца первой мировой войны (во время войны в составе Балтийского флота имелось 5 английских лодок типа «С» с такими моторами).

Подводя итоги развития русского подводного кораблестроения в период 1903-1911 гг., необходимо отметить, что в русском флоте появилось значительное количество подводных лодок разнообразных типов и конструкций. На первом месте среди них были лодки, построенные по проектам Бубнова и Беклемишева.

При оценке качеств подводных лодок решающим показателем является их торпедное вооружение (при одинаковом водоизмещении), так как подводная лодка строится, главным образом, для использования торпедного оружия. Рассматривая таблицу с этой точки зрения, легко убедиться, что подводные лодки отечественной постройки занимают первое место. Особенно выделяется «Акула», имевшая при 370 т водоизмещения восемь торпедных аппаратов против четырех на подводных лодках типа «Кайман» (проект Лэка), имевших водоизмещение 409 т (во время переделки этих лодок в России на палубе было установлено по два аппарата системы Джевецкого).

Превосходство подводных лодок русского типа над подводными лодками Голланда заключалось и в размещении цистерн главного балласта вне прочного корпуса. При размещении внутри прочного корпуса (на лодках Голланда) эти цистерны рассчитывались на давление 1,2-1,5 кг/см2 , и поэтому их нельзя было продувать сжатым воздухом на глубинах свыше 15 м; на лодках же русского типа главный балласт можно было продувать воздухом высокого давления на любой глубине. Этим объясняется благополучное всплытие подводных лодок русского типа в случаях «проскока» предельной глубины погружения. Кстати отметим, что прочные корпуса русских подводных лодок рассчитывались на рабочую глубину 50 м (против 30 м у Голланда) и имели запас прочности.

Кроме того, отмечены и другие серьезные недостатки подводных лодок Голланда. Так, построенные в Англии по проекту Голланда восемь подводных лодок (с «А-1» по «А-8») снискали себе печальную известность: пять из них погибли по разным причинам. Наиболее характерна авария подводной лодки «А-8»: лодка, идя в позиционном положении со скоростью 10 узлов и имея дифферент 4° на корму, неожиданно зарылась в воду и затонула с открытым рубочным люком. Расследование показало, что эти лодки не обладали продольной остойчивостью при ходе в позиционном положении.

В связи с большим количеством аварий на подводных лодках Голланда их пришлось забраковать. В Англии создали новый тип подводной лодки-«В», а затем «С» (развивавшиеся до литеры «Т» к началу второй мировой войны); начиная с серии «Е», лодки строились с расположением цистерн главного балласта в булях.

За 1906-1911 гг. в технике русского подводного кораблестроения наблюдался значительный прогресс. Благодаря увеличению водоизмещения улучшились мореходные качества и условия обитаемости лодок. Ненадежные в работе и опасные в пожарном отношении бензиновые моторы были заменены дизелями. Уменьшение расхода топлива (по сравнению с бензиновыми моторами) позволило значительно увеличить дальность плавания дизельных подводных лодок.

Как известно, первый в мире двигатель внутреннего сгорания с самовоспламенением топлива в цилиндрах был изобретен в Германии инженером Рудольфом Дизелем, по имени которого и стали называть такие двигатели. В Германии его изобретение не получило сразу должного развития из-за ряда неудач, постигших изобретателя при осуществлении проекта. Построенный в Германии в 1893 г. первый двигатель взорвался при пуске. Новый двигатель был испытан 1 мая 1895 года; он работал на холостом ходу в течение получаса (топливом для него служил керосин). В 1896 г. был испытан под нагрузкой новый двигатель, но и его конструкция оказалась несовершенной.

Завод Нобеля в Петербурге (ныне завод «Русский Дизель») в 1897 г. приобрел лицензию на постройку двигателей, работающих по принципу Дизеля. Основой для создания первого русского дизеля послужили чертежи 20-сильного двигателя конструкции самого Р. Дизеля. В результате усилий русских конструкторои удалось создать двигатель, работающий на тяжелом топливе с самовоспламенением от температуры сжатия воздуха в цилиндре.

После производства испытаний этого двигателя, работающего на сырой нефти, видный русский теплотехник профессор Технологического института Г.Ф. Депп в 1899 г., докладывал в Русском Техническом Обществе: «Моя уверенность, что заводы, способные строить самые совершенные машины, у нас найдутся, оправдалась. Первая же попытка построить у нас двигатель, пользующийся нефтью, которой столь богата наша родина и которая представляет наивыгоднейшее во всех отношениях топливо, увенчалась успехом. Безукоризненно выполненный нефтяной мотор пущен в ход, и я не могу не подчеркнуть, что именно у нас разрешен вопрос об экономичном тепловом двигателе, так как только с переходом на нефть решается судьба дизель-мотора, обеспечивается ему применение и широчайшее распространение».

Предвидение Деппа оправдалось. В России дизели вскоре получили широкое развитие в промышленности, на транспорте, на судах-теплоходах и на подводных лодках. Хотя эти двигатели сохранили название «дизели», напомним, что в первые годы за границей они были известны под названием «русский двигатель». Такое название было тем более справедливо, что двигатель тяжелого топлива не только был создан в России, но и получил здесь наибольшее применение для разных целей.

Подводная лодка «Лосось» в Севастополе (вверху) Подводная лодка «Осетр» во время швартовки

Дизели русской конструкции получили особенно быстрое распространение на речных судах, получивших название теплоходов. Стимулом к широкому развитию двигателей тяжелого топлива послужили огромные нефтяные богатства нашей страны. Русские дизели отличались оригинальностью распределительного механизма и топливного насоса; они работали на сырой нефти, причем расход топлива на 1 л.с. был ниже, чем у немецких дизелей, работающих на керосине. Кроме завода Нобеля, развитию дизеле-строения в России немало способствовал Коломенский завод.

До 1912 г. во всех странах мира было спущено на воду всего 16 теплоходов с двигателями мощностью 600 л.с. и выше, причем 14 из них были построены на русских заводах. В России впервые в мире начали устанавливать дизели на военных кораблях (на канонерских лодках Амурской военной флотилии и на подводных лодках). Применение дизелей на подводных лодках явилось крупнейшим шагом в развитии этих кораблей. Опасность плавания на лодках с бензиновыми двигателями была исключительно велика; взрывы бензина внутри лодки были частыми явлениями и почти всегда сопровождались человеческими жертвами.

Превосходство техники русских подводных лодок периода 1903-1911 гг. над иностранными дополняется их более высокими мореходными качествами. В этом отношении интересно сравнить «Акулу» с подводными лодками типа «Кайман», вступившими встрой в 1910-1911 гг. Подводная лодка «Акула», имея падежные дизели, могла совершать переходы при состоянии моря до 7-8 баллов. Подводные лодки типа «Кайман» имели бензиновые моторы, весьма ненадежные в работе. Один из командиров так охарактеризовал эти лодки: «Плавать на «Кайманах» при волне в 4 балла уже трудно, при волне в 5 баллов – более трудно, а при 6 – была борьба за существование».

Основным недостатком американских лодок являлась деревянная надстройка, служившая цистернами главного балласта, расположенного вне прочного корпуса. Надстройка разделялась по миделю на носовую и кормовую цистерны. Во время летнего плавания в тихую погоду, когда палуба не заливалась водой, дерево высыхало и герметичность цистерн нарушалась, а когда волна набегала на палубу, вода проникала через щели в цистерны, уменьшая плавучесть и остойчивость лодки.

При длительном плавании под водой деревянные брусья разбухали, вследствие чего происходило выпучивание палубы и, как результат этого, появлялись щели в пазах. Требовалось много внимания для наблюдения за этими цистернами и периодическое осушение их помпами при плавании в надводном положении. Заменить деревянную надстройку железной не представлялось возможным из-за перегрузки лодок; дерево придавало значительную плавучесть, без которой погружение лодки под воду было невозможно.

Подводные лодки «Плотва» (вверху) и «Бычек»

Заключение

1. Опыт использования подводных лодок в период русско-японской войны выявил необходимость специальной подготовки офицеров и матросов для службы на подводных лодках. После войны с Японией в русском флоте был организован Учебный Отряд подводного плавания. Подготовка кадров подводников в русском флоте была организована правильно.

2. Положительным фактором при организации Учебного Отряда было включение в его штат учебных подводных лодок, на которых офицеры-слушатели и матросы практически изучали механизмы, системы и устройства и отрабатывали навыки по управлению ими не только в условиях нахождения в базе, но и в плавании. Офицеры-слушатели в Отряде сами готовили торпеды к выстрелу и стреляли ими по подвижным целям. Учебные подводные лодки ежегодно участвовали в маневрах флота.

3. Существование разнотипных лодок создавало дополнительные трудности при организации из них дивизионов и подготовке кадров специалистов-подводников. Авария подводной лодки «Минога» доказала недопустимость перевода команды полностью с одной лодки на другую.

4. В Учебном Отряде офицеры-слушатели и матросы не проходили подготовку по борьбе за живучесть лодки. Были разработаны лишь правила борьбы с пожарами, учитывая подобные случаи на лодках с бензиновыми моторами.

5. Аварии на учебных подводных лодках происходили в большинстве случаев по причине недостаточного освоения техники личным составом и несоблюдения инструкций по уходу за механизмами, системами и устройствами, а также из-за случаев халатного отношения личного состава к своим обязанностям.

Приложения

Приложение № 1 Подводное плавание в 1900-1905 гг.

(По документам морского технического комитета и отдела сооружений главного управления кораблестроения и снабжений)

Май 1907 г. Секретно

Подводные лодки типа «Касатка» во время достройки. С-Петербург, 1905 г.

1900-1902 гг.

По представлению Морского технического комитета от 19 декабря 1900 г. управляющему Морским министерством образована для разработки проекта подводной лодки комиссия и составе корабельного инженера И.Г. Бубнова, инженер-механика И. С. Горюнова и лейтенанта М.Н. Беклемишева. Комиссия тотчас же приступила к работе. К весне 1901 г. проект был составлен и в мае представлен на рассмотрение Морского технического комитета. В основу проекта положено: прочность и простота устройства при значительной силе двигателей.

Принципиально, для уменьшения затрат на подводную лодку, комиссия решила строить возможно малую лодку, однако скудность сведений о подводных лодках и неимение самого существенного, а именно, точных весов всех предметов, не позволили сделать лодку менее 100 т, чтобы иметь некоторый запас плавучести на случай перегрузки, таким образом водоизмещение определилось около 113 г.

5 июля 1901 г. состоялось распоряжение о постройке проектированной комиссией лодки на Балтийском заводе и тотчас же начата разработка детальных чертежей.

Опытов с моделью проектированной комиссией лодки не производилось, но случайное близкое совпадение размеров проекта и «Фультона», причем проект оказался слегка длиннее и немного меньше в диаметре, убедило комиссию, что она на верном пути. Отличная от «Фультона» форма и иное устройство лодки в приниипе не нашли осуждения по ознакомлении с устройством «Фультона». Согласно представлению начальника Балтийского завода, комиссия была привлечена к разработке деталей и руководству при постройке лодки. Инженер-механик И.С. Горюнов не мог более принимать участие в работах и его заменил инженер-механик Долголенко.

До осени 1901 г. состоялся только заказ никелевой стали для корпуса, а переговоры об остальных– заказах начаты в октябре. Фирма, выделывавшая необходимых качеств вторичные элементы «МопоЫа», которые имелись в виду при проекте, закрылась, и пришлось обратиться во Францию, остановившись на одной из лучших систем «Фюльмен».

Как батарея, так и электромоторы и другое электрическое снабжение заказаны через фирмы Дюфлон и Шуккерт. Бензиномотор был заказан известной фирме Даймлер в Штутгарте силой 300 лошадей. Одно время это был самый сильный из легких судовых моторов в свете. В применении к подводным лодкам были только 160-сильные моторы, которые ставила на свои лодки фирма Голланд, выделывавшиеся фирмой Отто Дейи в Филадельфии. Член комиссии И.С. Горюнов в приниипе высказался за мотор Дизеля, но, к сожалению, в то время заводы не находили возможным строить эти моторы облегченного веса и меньшей высоты выделывавшиеся на Обуховском заводе. Еше более запоздал бензиномотор на заводе Даймлер.

В течение зимы 1901 и лета 1902 г. велась постройка лодки. Испытать, однако, в 1902 г. лодку не удалось: сборка аккумуляторной батареи на заводе Дюфлон затянулась, и батарея была готова только с заморозками. Также запоздали воздухохранители. В августе-сентябре 1901 г. лейтенант М.Н. Беклемишев был откомандирован в США для осмотра подводных лодок типа «Голланд». Беклемишеву удалось осмотреть лодку «Фультон», но никаких обьяснений ему не давали, как не показали и чертежей.

В марте 1902 г. сформирована команда строящейся лодки: рулевые квартирмейстеры Ветошкин, Ларин; минные квартирмейстеры Гладков, Акулов; самостоятельного управления машинные квартирмейстеры Ругэ, Мэр и минно-машинные квартирмейстеры Рожнов и Боэр. Эти люди шли по желанию, были высоких качеств и вполне заслуживают упоминания при описании постройки первой лодки. Командиром лодки назначен член комиссии капитан 2 ранга М.Н. Беклемишев. Самостоятельные квартирмейстеры Ругэ и Мэр командированы были в Штутгарт на завод Даймлера для обучения сборке и управлению мотором, а остальные принимали участие в оборудовании лодки.

Постройка мотора продвигалась медленно, выяснилось, что увеличение мощности мотора достигается с большим трудом даже весьма опытным заводом. Командировавшийся за границу капитан 2 ранга Беклемишев для выбора и технических переговоров по выделке предметов, исполнявшихся на заграничных заводах, осматривал заводы, выделывавшие моторы, но ни один не брался строить легкого типа мотор силой более 140 сил. При командировке в ноябре 1902 г. капитан 2 ранга Беклемишев осматривал мотор Дизеля, построенный для французского флота на заводе Сотер в Париже, но мотор оказался громоздким и неудачным. Во Франции добились благоприятных результатов только к 1906 г.

Не оставалось ничего, как ждать окончания работы заводом Даймлера; начавшиеся на этом заводе опыты были неудачны, и, по донесению наших квартирмейстеров, обескураженный завод решился отказаться от заказа, предполагая, что Балтийский завод за опозданием мотора его не примет.

1903 г.

В апреле 1903 г. состоявшаяся в Штутгарте комиссия из капитана 2 ранга Беклемишева и инженер-механиков Долголенко и Вернандера, осмотрев мотор в работе, составила соответствующий акт и удостоверила, что, если заводом Даймлера будут сделаны в короткое время необходимые переделки и мотор выдержит условленные испытания, он будет принят, после чего работы у мотора были усилены, и через месяц уже он выдержал испытания, развивая до 315 сил.

Согласно контракту, по доставке мотора в Петербург он должен был испытываться вторично на Балтийском заводе. Комиссия решила, не ожидая мотора, испытать построенную лодку, получившую название «миноносец – 150» (впоследствии «Дельфин»), под электромотором. Миноносец был вполне готов, за исключением мотора, и 8 июня 1903 г. начал обучение команды и испытания, продолжавшиеся до 21 июня, а затем, по постановке бензиномотора, до половины сентября.

Миноносец начал кампанию 8 июня. К этому времени миноносец был готов, к испытанию, но без бензинового двигателя. Корпус миноносца с дельными вешами построен Балтийским заводом, электромоторы получены от фирмы Дюфлон, бензиновый же двигатель, системы Луикого, пришлось заказать в Канштатте заводу Даймлера, очень запоздавшему со сдачей.Того же числа в 9 ч утра пошли на взморье. После некоторых предварительных испытаний попробовали идти под водой, причем вскоре попали на удачную комбинацию хода 5 узлов (слишком большой винт не позволял развить большего числа оборотов), плавучести и дифферента: при глубине воды под килем 3-5 фут ни разу не приткнулись, а после небольшого навыка держали глубину с колебаниями в ту и другую сторону приблизительно по полуфуту. В девятом часу вернулись к заводу.

10 и 12 июня с 7 ч утра до 7 ч вечера ходили для практики на взморье, а в промежуточные дни заряжали аккумуляторы от заводских машин.

13 спускались в Неве на глубину 4 сажен. Перебирали рулевые приводы, исправляли шестерню насоса, у которой срезался болт.

20 июня с 6 ч. утра до 9 ч 30 мин вечера ходили за Толбухин маяк на большую глубину. Здесь ходили под водой, причем прошли непрерывно около 5 миль, спускались на глубину 8 сажен, после чего ходили в полупогруженном положении, так как перископ отпотел. Против отпотевания боролись высушиванием воздуха, и до наступления морозов успешно, а после снова появилось отпотевание, для устранения которого будет сделана вентиляция. Хотя волнение было небольшое, а сверх воды выдавался перископ и две мачты, правда без флагов, конвоировавший миноносеи пароход потерял его из вида. После этого, согласно предписанию Главного морского штаба, носили кормовой флаг, а на передней мачте – брандвахтенный.

4 июля зарядили элементы и приступили к постановке мотора. Установили добавочную помпу, рулевой мотор, переделали крышку рубки, сделав возможным открывание ее снаружи, согласно приказанию управляющего Морским министерством на случай если бы почему-либо нельзя было открыть рубку изнутри.

9 августа пробовали мотор на швартовах, 11-го ходили на пробу, причем получили 7,7 узла при неполном числе оборотов (велик винт). 12-го погрузили добавочный балласт, 13-го погружались в Неве для выверки осадки.

15 августа ходили по Неве для репетиции, так как, согласно извещению Штаба, предполагалось, что при спуске судов государь император будет смотреть маневрирование. Несмотря на течение и движение судов по реке, ходили с закрытой рубкой более 2 часов как в полупогруженном, так и в погруженном положении, причем правили по перископу. Старший рулевой (ныне в запасе) почувствовал головокружение.

20-го ходили на Кронштадтский рейд, где погружались на дно, ходили в полупогруженном положении и под водой (под перископом) в пространстве между яхтами «Штандарт», «Полярная звезда», «Стрела» и «Александрия». После этого по приказанию управляющего Морским министерством возвратились под бензино-мотором в Петербург. На лодке были, кроме командира, корабельный инженер Бубнов и инженер-механик Долголенко. Производили мелкие исправления у мотора. Переделывали трубопровод.

26 августа погружались в Неве. Перебирали помпы и краны, 30-го заряжали элементы своим мотором. Обнаружены трещины в двух цилиндрах. Повреждена циркуляиионная помпа. Приспособили отливную помпу для циркуляции.

3 сентября пробовали мотор. Перебирали мотор, 5-го заряжали элементы мотором при закрытой крышке рубки.

6-го ходили на пробу. Развили под бензиномотором 7,7 узла. Оборвался поршень первого цилиндра. Под электромотором получили 7,9 узла. Перебирали мотор. Повреждение произошло от недостатка в устройстве масляной коробки, которая сухопутными конструкторами не была рассчитана на случай крена.

14-го ходили на пробу, причем под 4 цилиндрами получили 8,5 узла. Поставили к мотору новую циркуляционную помпу, 17-го ходили на пробу, мотор работал плохо, так как в бензинопровод попала вода. Переделали бензинопровод, 19-го пробовали мотор на заряжание элементов. Мотор работал хорошо.

20-го в 6 ч 30 мин утра пошли в Биоркэ. Был свежий ветер со снегом, попутная волна. Шли с открытой рубкой. В 8 ч 30 мин пришли на Кронштадтский рейд, где, согласно распоряжению штаба порта, должен был дожидаться миноносец для конвоирования. Не найдя его, вошли в гавань, где оказалось, что миноносец задержался сборами. Прождав его до 1 ч дня, условились в курсах и скорости и пошли в море. По предположению миноносец должен был нагнать нас у Толбухина маяка, но он прошел, не видя нас. Пока была открыта рубка, видели дым из труб приближающегося миноносца, но, когда он обгонял, не видали также, – перископ отпотел, а через башенные иллюминаторы на волне, захлестывающей стекла, видимость плохая. Полезно рубку переделать, сделав ее выше. Было сильное волнение, волна крутая, но короткая (длина около 80 фут, высота до 10 фут), в полный бакшгаг.

Миноносец хорошо держался, и на ходу можно было держать крышку открытой, но при остановке волна заливала рубку.

В 2 ч 40 мин перешли на электромотор, так как провод бензина к мотору оказался на качке негодным. В 3 ч 40 мин пришлось остановить ход, так как набравшаяся вода подошла к электромотору, а отливная помпа отказалась брать. Закрыв крышку, перебирали клапана, а затем и трубопровод. Только в восьмом часу удалось отлить воду, но тут произошла опять досадная случайность: отказался действовать руль; как потом предположили, вероятно, попал в руль отпорный шест, оторванный волной, так как утром такового не оказалось. Отдали средний груз на глубине 11,5 сажен и дали койки. Миноносец все время подавало по курсу. В 2 ч ночи груз оборвался, зацепив, вероятно, за камень.

21-го в 5 ч утра, когда волна перестала ходить через рубку, осмотрели руль, оказавшийся исправным, почему в 5 ч 15 мин пошли в Койвисто, где стали на бакштов миноносца «Ретивый». Зарядили аккумуляторы своим мотором, 22-го переждали шторм.

23-го в 8 ч 15 мин приступили к испытаниям. При этом спускались у острова Равица на глубину 13 сажен (над лодкою 11,5 сажен). Несмотря на плотный песчаный грунт, прилипли несколько к фунту, от которого оторвались силой около 6 т, причем получились продольные колебания выше 20°. Корпус выдержал хорошо, но кое-где в укупорках сальников протекала вода. Опускаться на большую глубину без среднего груза не представлялось возможным, почему в 9 ч 30 мин пошли на взморье для опытов. Когда были на глубине, клапан, запираюший трубу отработанных газов, пропустил воду; мотор провернули вручную и предполагали, что вода удалена в достаточном количестве, но, как только перешли на мотор, раздался стук; мотор остановили, и по осмотре оказались два цилиндра поврежденными. Во избежание подобного случая устанавливаются на моторе продувательные краны.

Самое надежное было бы мотор переделать на Балтийском заводе, где, пользуясь указаниями практики, устранить замеченные недостатки, не делая известным заграничным конструкторам результата испытаний. Только таким образом затраченные деньги и время послужат на пользу одним нам. Окончив испытание, пошли в Кронштадт под электромотором, куда пришли в 6 ч вечера.

24-го перешли, не подзаряжая элементов, в Петербург. Переход около 60 миль сделан со средней скоростью 5,2 узла. Кажется, такой продолжительный переход сделан подводными лодками под электромотором впервые. При этом в течение 4 дней готовили свежую пишу электрическим нагреванием. Консервованные щи, отпущенные на миноносец, не все люди переносили хорошо: развивалась неприятная на подводной лодке отрыжка, а, кроме того, при откупоривании распространяется крайне неприятный запах. Желательно было бы впредь, во избежание траты дорогостоящей электрической энергии, а также для сохранения недолговечной посуды, отпускать консервы менее грубые.

25 сентября зарядили аккумуляторы и приспосабливали оставшиеся 4 цилиндра.

4 октября пробовали мотор, 5-го и 6-го снег и туман не позволили идти на пробу, 7-го в 11 ч утра пошли на взморье. Мотор работал плохо, расстроились зажигатели. Производили опыты подводного плавания при разном запасе плавучести и разной скорости. Окончательно выяснилась затруднительность управления при скоростях 6 и более узлов. Между тем, получив более чем удовлетворительные результаты при 5 узлах, рассчитывали на еше лучшие при скоростях больших, почему и ходили в Кронштадт 6 узлами, приписав худшие результаты, нежели ранее при плавании 15 августа в реке Неве. Необходимо несколько переделать площадку и увеличить площадь рулей. По словам г. Джевеикого, французские лодки ходят под водой со скоростью около 5 узлов, лодки Голланда не менее 6 узлов. Есть полная вероятность, что мы достигнем возможности управляться при всякой скорости хода. В 6 ч 45 мин вернулись к заводу.