Текст книги "Оковы Патрика (СИ)"

Автор книги: Глеб Финн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

– Займись ты им наконец, посмотри, в кого он превращается.

На что Сара покраснела ещё больше. А я что? Я ничего, а костюмчики хорошо зайдут, ну я так думаю. А вот Камила, хохотнула и сказала, что песня улёт и платье можно покороче.

– Тони понравится, – усмехнулась Инга.

Бедняга Тони ревновал её ко всему, что движется. Ками его доконает.

( посмотреть песню можно тут https://www.youtube.com/watch?v=_JEINxYi7xg )

Дальше следовало выступление Тома на чешском – он же у нас чех. Когда я исполнил эту песню, Том обиделся и не хотел со мной разговаривать, сказав, что он это петь не будет. Однако все хототали до упаду и сказали, что это лучший номер, и он в конце концов согласился.

(Посмотреть можно тут: https://www.youtube.com/watch?v=5ruNijRWf-U)

С французской песней никак не выходило. Я знал только одну, которая встроилась бы в нашу провокативную тематику – песню «Лолита», но, во-первых, в этом мире не знали, кто такая Лолита, а во-вторых, у нас в банде французский на хорошем уровне знали только я и Инга. Но Инга и так загружена, а про Лолиту я сам петь не буду. Ну, хрен с ним, с французским, я лучше им кантри хороший забацую. Там как раз с мордобоем – нашим бабуинам понравится, им-то пофиг наденут доспех духа и будут друг друга стульями колотить.

(Смотреть можно тут: https://www.youtube.com/watch?v=ldQrapQ4d0Y)

Дальше шли два танцевальных номера: один известный – сиртаки, ну а второй не менее популярный в моём мире, только вот исполним мы его в молодёжном варианте.

(Смотреть можно тут: https://www.youtube.com/watch?v=ltlmffH995E)

Для Сары я приготовил индивидуальное выступление, но не был уверен, успеет ли она его изучить – на ней висело ещё куча проектов. Я ей прямо сказал, что жилы рвать не надо – успеешь хорошо, но если нет, то в следующий раз исполнишь.

Итого выходило уже шесть номеров. Плюс те, которые мы раньше исполняли. Доми и Клаус обещали исполнить «Rose Tattoo», а Тони с Ками так понравился «The Dirty Glass», что его тоже включили в программу. Выходило одиннадцать номеров. Я ещё планировал добавить что-нибудь из своих фокусов. Получалась двухчасовая программа. Неплохо, очень даже неплохо. Как это ещё поставить за четыре недели?

Глава 11

****

– Значит так, – я оглядел присутствующих, – работаем строго по плану, никакой отсебятины. Кроме меня в комнате находились Вероника и два уже знакомых мне хакера – Solo и Dark Dante. В сторонке в кресле сидел Йорген Флинт и внимательно слушал. Это мы сейчас обсуждаем наш план в штабе. Штабом стал кабинет моего опекуна. Он любезно предоставил мне помещение, где нас никто не смог бы отвлекать. Правда, он попросил присутствовать на наших совещаниях. Видимо, ко мне всё ещё присматриваются.

– Патрик, мы теперь в одной лодке, – сообщил он мне на днях. – Твой успех – это мой успех. А неудача? А неудачи не будет.

Лично мне он не мешает, пока не станет лезть с дурацкими идеями, а вот личная помощь куратора Синдиката мне может и пригодится.

– Как вы обратили внимание по нашему прошлому проекту, людьми очень легко манипулировать, – продолжил я. – Особенно легко это делать анонимно через интернет. И чем дичайше выглядит новость, тем люди легче в неё поверят. Людям главное что? Главное – красивая история, а правда это или нет – никого не волнует.

Вероника старательно записывала мои тезисы, а хакеры откровенно скучали. Парнями они были своеобразными, работали только там, где хотели. Вот и сейчас мне удалось заманить их, пообещав, что созданная группа «Anonymous» снова отметится в резонансном деле. И даже показал им маску, которая будет ассоциироваться с этой группой.

Маска им понравилась, как и сам концепт работать группой. Раньше хакеры бились за свой личный рейтинг, непонимая, что группой можно сделать гораздо больше. Видимо, личные амбиции мешали им собираться в группы. До тех пор, пока не появился я. И это, кстати, радует: иметь вот такую вот группу хакеров под рукой – огромный плюс для меня. Правда, с ними довольно тяжело работать. Как я уже сказал, парнями они были своеобразными. Вот и сейчас мы присматриваемся друг к другу. На новый проект они согласились лишь потому, что в хакерской среде группа «Anonymous» произвела настоящий фурор. Никто так и не разгадал, кто именно стоит за ними, и парни решили продолжить работать со мной.

– Вероника, перестань записывать и слушай. Сегодня мы сами придумаем историю и заставим людей поверить в это. Значит так, история такая: в королевстве Таиланд, после переворота, все простолюдины утратили все права, особенно женщины. В результате экологических катастроф и упадка рождаемости, режим Таиланда установил новую систему, в которой женщины разделены на различные классы в соответствии с их ролями в обществе.

Девочек с двенадцати лет готовят в «служанки» для размножения в результате резко упавшей рождаемости и стерильности большинства женщин. Эти самые служанки-наложницы принуждены к сексуальному рабству в рамках своего «священного долга». Они всегда одевались в длинные красные платья, олицетворяющие их роль в обществе как объектов для размножения и символизирующие их женскую репродуктивность. Кроме платья, наложницы носили белые капюшоны, которые прикрывали их лица по бокам и не позволяли им свободно озираться вокруг, ограничивая их восприятие мира.

По мере моего рассказа, глаза Вероники расширялись от ужаса.

– Это что, правда? – не выдержав, она прервала меня.

– Вероника, девочка, соберись. Я же сказал, что чем дичайше выглядит новость, тем люди легче в неё поверят.

Хакеры хмыкнули. Я лишь покачал головой. История действительно дикая, я её позаимствовал из романа "The Handmaid's Tale" канадской писательницы Маргарет Этвуд. Меня зацепил сам наряд служанки – белый капюшон с красным платьем. Визуально он производит неизгладимое впечатление. Тяжелее всего было подобрать страну для этого, но после небольшого экскурса в историю, я нашёл, что именно в Таиланде недавно произошла революция, скинули военную хунту и вернули законного короля, который до этого был в изгнании. Король сразу же начал закручивать гайки. Нет, до того, что описывалось в романе, он не дошёл, но тысячи беженцев хлынули в разные уголки земного шара. В Вене, кстати, образовалось довольно большая диаспора тайцев, и они даже занимали целый квартал где-то на окраине столицы. Мне туда сразу после совещания надо будет ехать, договариваться.

– Значит так, что мы имеем? А имеем мы следующее:

Таиланд – тоталитарное государство. Революция произошла после серии экологических катастроф и политического кризиса, которые привели к общественному упадку и снижению рождаемости. Режим Таиланда основан на радикальной интерпретации библейских принципов и стремится восстановить свою версию «идеального» общества.

В этом угнетающем режиме женщины полностью лишаются своих прав и подвергаются жесткому контролю. Они разделены на различные классы в соответствии с их ролями в обществе. Главные классы включают в себя:

Рабыни (Handmaids) – женщины, считающиеся способными зачать детей. Они выделяются красными одеждами и белыми капюшонами, что делает их легко узнаваемыми. Рабыни назначаются командорам для того, чтобы иметь с ними сексуальные отношения и продолжить рождаемость.

Жены (Wives) – это каста аристократов, которые состоят в официальном браке с командорами. Они носят синие платья и имеют больше привилегий и власти, чем другие женщины в Таиланде.

Марфы (Marthas) – это женщины, назначенные на домашние работы и обслуживание домов командоров. Они одеты в зеленые платья и выполняют рутинные обязанности, связанные с домашним хозяйством.

Тетки (Aunts) – это женщины, которые служат воспитателями и надзирателями над другими женщинами. Они отвечают за обучение, наказания и контроль женщин в государстве.

Режим Таиланда строго контролирует женскую репродуктивность. Рабыни, выделенные для командоров, регулярно принуждены к сексуальным актам в рамках ритуалов, называемых «Церемониями».

На этом месте даже хакеры открыли рот от удивления.

– Слушай, бро, а что ты употребляешь? – спросил меня Solo. – Я тоже такое хочу.

– Так вот, чтобы история выглядела достоверной, мы должны действовать на два фронта одновременно, – не обращая внимания на Соло, продолжил я. – Наши хакеры займутся новостным сайтом на тайском домейне. Нужно создать сайт и публиковать самые дичайшие новости там. Например, сегодня прошёл смотр девочек для королевской семьи. Новости должны быть шокирующими для европейского бургера. И обязательно везде публикуйте эти наряды. Нам нужно, чтобы европейцы ассоциировали красные наряды с насилием. Идём дальше, незаметно взломайте несколько рекламных агентств, бильборды, вы лучше знаете, что и как, но эти наряды должны пестреть на тайских сайтах.

– Это не проблема, – кивнул мне Соло.

– Отлично, дальше ты, Вероника, – я показал на неё указательным пальцем. – Надеюсь, я скоро найду для тебя тайку, которая расскажет тебе «историю своей жизни». Это нужно будет опубликовать на главной странице «Вена тудей».

– Далее, наши хакеры снова вступают в игру и распространяют эту историю по всему миру через свои бот-программы. Затем я провожу акцию протеста перед посольством Таиланда. Устраиваем «шоу световой инсталляции» и красим Рейстаг в красный цвет, с этим нам поможет мистер Флинт, – я кивнул в сторону своего опекуна. – Хорошо бы сделать ещё голограмму.

– Патрик, хватит, – подал голос мой опекун. – Если у вас получится, то этого будет более чем достаточно. Столица содрогнётся, я тебе гарантирую.

– Ну хватит, так хватит, – легко согласился я. Я итак получил больше, чем рассчитывал. Поэтому не будем наглеть.

– Всем всё понятно? – решил я закончить наше совещание. – Значит, работаем.

****

Раздав указания, я направился в тайский квартал к местному авторитету по имени Сомчай, что означает «достойный мужчина». Встречу мне организовал Йорген, заодно дав мне его характеристику. Сомчай слыл жёстким и быстрым на расправу главарём местной банды. Промышлял он контрабандой, игорным бизнесом и экскортом и был полновласным хозяином в своём квартале. Однако то, что он не кошмарил мелкий бизнес и его абсолютное нетерпение к наркотикам, характеризовало его с положительной стороны. Мой опекун хотел выдать мне машину с охраной, однако я наотрез отказался. Сам, значит сам, он итак для меня очень много сделал, плюс была у меня чуйка, что если я приеду без охраны, то скорее всего произведу на него положительное впечатление, а своей чуйки я привык доверять. Источник мой молчал, и я посчитал это благоприятным знаком для меня. Поэтому сев на общественный транспорт, поехал улаживать мои дела. Я вышел из автобуса рядом с кварталом и решил пройтись пешком. Нет, я не хотел бравировать, просто чтобы узнать, каков хозяин, нужно посмотреть, как он содержит свой дом. Квартал выглядел ухоженным, не было бесцельно слоняющихся личностей и, хоть я и выделялся среди местного населения, но не чувствовал на себе враждебных взглядов. Удивление, да было, типа, что тут забыл белый человек, но никто так и не подошёл и не спросил: «Парень, ты с какого района?» Правда, уже ближе к центру, я почувствовал, что меня « ведут». Издалека и ненавязчиво, но люди Сомчая взяли меня под наблюдение. И в сопроважеднии людей Сомчая, я и дошёл до своей конечной остановки. Сверив локацию с GPS, я постучал в неприметную дверь. Сомчай принял меня в своей мастерской. Я позвонил, здоровенный охранник открыл дверь и провёл меня в залитую светом комнату. Сомчай рисовал, повсюду были раскиданы использованные холсты, и пол был заляпан краской. На рабочий кабинет это было совсем непохоже. «Похоже, меня ждёт неформальная беседа», – решил я.

– Прошу прощения, молодой человек, вот муза захватила меня, совсем забыл про встречу, – обернувшись, с улыбкой произнёс Сомчай. Выглядел он лет на 40—45, хотя обычно все азиаты в возрасте 40—60 лет выглядят одинаково. Его радушие не произвело на меня никакого впечатления. Я следил за глазами. Это были глаза убийцы. Холодные, не выражающие никаких эмоций глаза, внимательно смотрели на меня. «Крепкий орешек,» – подумал я. Улыбнувшись в ответ, я сказал:

– Спасибо, что уделили мне время, господин Сомчай, – поклонившись, произнёс я.

– Ну какой я господин, – рассмеявшись, произнёс он, – можешь называть меня Сомчай-наи.

– Как скажете, Сомчай-кун, – пожал я плечами.

Едва заметная гримаса исказила его лицо, он сощурил и без того узкие глаза, но ничего не сказал. Я небольшой знаток в тайских традициях, но вроде как есть разница между обращением кун и наи.

"คุณ" (kun): Этот титул является более общим и используется для обращения к мужчинам и женщинам, без привязки к их возрасту, статусу или социальной позиции. Он используется вежливо и дружелюбно при общении с незнакомыми людьми, коллегами, друзьями и другими людьми, с которыми вы находитесь на одном уровне.

"นาย" (nai): Этот титул используется для обращения к мужчинам и переводится как "господин". "นาย" (nai) обычно применяется в более формальных ситуациях, особенно с людьми, занимающими высокие социальные или служебные должности. Это выражение уважения и позволяет подчеркнуть статус или авторитет человека. Видимо, Сомчай хотел поставить себя выше меня на своей, одному ему понятной, социальной лестнице, но я применил мой излюбленный приём – деревенщина. Так что утри нос, Сомчай-наи.

– Прошу за мной, – вытерев руки об фартук, произнёс Сомчай.

Мы прошли в соседнюю комнату. Это была комната для чаепития, выполненная в традиционном тайском стиле. «Сала» (Sala) имела лишь крышу и открытые стороны. Комната была оформлена в тайском стиле с использованием ярких цветов, резных деревянных элементов и традиционных узоров. На полу были расстиланы традиционные тайские ковры. Мебель представляла из себя низкий стол и подушки на полу для сидения в традиционной позе на коленях. Сомчай сделал всё, чтобы я чувствовал себя не в своей тарелке, только мне это всё это нисколько не мешало, даже наоборот, посмеявшись про себя, я уселся в традиционную тайскую позу. Сомчай замешкался на пару секунд, но придя в себя, хлопнул два раза в ладоши, и в комнату «вплыла» девушка невероятной красоты, неся в руках поднос с чайным сервизом.

– Моя племянница, – зачем-то произнёс он, пока девушка расставляла чашки и чайник на столе.

Мы подождали, пока сервировали стол. Закончив, девушка низко поклонилась нам и безшумно ушла. Сомчай сделал широкий жест рукой, мол, пробуй чай. «Совсем неплохо», – подумал я, сделав глоток. – «Бодрит.»

– Ну как? – спросил меня Сомчай.

– Я небольшой знаток, но этот чай совсем как энергетик, Сомчай-кун, бодрит, – ответил я.

– Именно, – поднял он указательный палец вверх. – Многие пробуют чай, забыв его истинное предназначение.

– Да, и какое же? – удивился я.

Нет, я не был знатоком чая. Да и в принципе любой напиток я классифицировал не по вкусу, а по пользе, которую он несёт организму. Вот этот конкретный чай давал хороший заряд энергии.

– Истинное предназначение чая уходит своими корнями в древнюю историю. Чай происходит из растения Camellia sinensis, – невооружённому взгляду было понятно, что Сомчай оседлал любимого конька. – Одним из основных аспектов предназначения чая является его использование в качестве напитка, который способствует расслаблению, освежает и стимулирует организм.

Это что, он сейчас цитирует мне учебник природоведения?

– Но люди вознесли чай в социальный аспект, – продолжил он, – Во многих культурах чаепитие стало обрядом общения и собрания, где люди собираются вместе, чтобы насладиться чаем и провести время в приятной компании. Кроме того, чай часто ассоциируется с медитацией и духовной практикой. В некоторых традициях чай становится объектом созерцания и фокусировки внимания, помогая людям находить гармонию и момент присутствия в своей жизни. Он сделал глоток и продолжил:

– Но всё это ерунда, – заключил он.

– Ерунда? – удивился я.

– Конечно, просто на Востоке не рос виноград, а рос только чай. Если бы рос виноград, мы бы поклонялись виноградной лозе, как французы. Люди в принципе создают себе кумиров из ничего. Чай – это энергетик и всё! Мы можем спорить о послевкусии и аромате, но эффект от чая одинаков, как и одинаков эффект от алкоголя.

Мда, чего я не ожидал от бандита, так это вот такой вот философской беседы.

– Удивил я тебя? – усмехнулся он. – Мы, тайцы, народ простой, нам что послевкусие, что аромат чернозёма – всё одно.

– Как скажете, Сомчай-кун, – не став спорить, ответил я. – Но чай действительно вкусный.

– Как скажешь, Патрик-кун, – усмехнулся он.

Вот как, ты собрал обо мне информацию. Это радует.

– Но давай перейдём к делу, – продолжил он. – Серьёзные люди замолвили за тебя слово, и я не мог не откликнуться.

– Дело у меня простое, мне нужно несколько сот тайцев, чтобы они провели демонстрацию у вашего посольства.

– И всё? – усмехнулся он. – Позволь мне усомниться, что это и есть полная правда.

– Вы правы, наша цель – провокация, но нам нужно использовать именно тайцев, чтобы нельзя было подкопаться.

– А как ты думаешь, что произойдёт потом?

Ну, я приблизительно представлял, что произойдёт, поэтому и держал «волшебный» конверт во внутреннем кармане пиджака.

– Я думаю, Сомчай-кун, это покроет те небольшие неудобства, которые могут вам доставить органы правопорядка, – выделив слово "небольшие", я протянул ему конверт.

– Что это, Патрик-кун? – не спеша брать конверт в руки, спросил он.

– Это муниципальный договор о вывозе мусора с вашего района, вам лишь нужно вписать своё имя. Договор составлен по форме "три плюс два". Три года с опцией продления ещё на два года.

Ещё перед тем, как ехать сюда, мы с Йоргеном провели мозговой штурм, чтобы понять, чем мы будем расплачиваться с местными бандитами. Деньги я отмёл сразу, давать деньги человеку, который держит казино, ну такое.

– Ему нужно предложить что-нибудь легальное, например застройка чего-нибудь.

– Нет, на это нужна специальная лицензия, – махнул рукой Йорген.

– Мусор, контракт с муниципалитетом, – озарило меня – на это никакой лицензии не нужно.

Все уважающие себя мафиози в моём прежнем мире вывозили мусор. Ну так в фильмах было показано. Йорген раздумывал несколько минут, потом взял свой телефон и удалился. Вернувшись, он сообщил, что контракт будет. Хорошо работать с Синдикатом, столько пространства для манёвра сразу образуется.

– Интересное предложение, – сказал Сомчай, взяв конверт и небрежно просмотрев его. – Однако мусор – это вещь, которую можно по-разному воспринимать. Для кого-то это просто мусор, а для кого-то – возможность.

Он положил конверт на стол и наклонился к мне, поддерживая взгляд.

– Но давай будем честными, Патрик-кун. Ты не просто хочешь использовать моих людей для демонстрации. Ты хочешь, чтобы я рискнул своей репутацией и моими ресурсами, чтобы помочь тебе в твоем деле. Что взамен? Мусорный контракт?

Он усмехнулся и откинулся назад, пристально глядя на меня.

– Что будет, если этот контракт уйдет к другому поставщику? Что будет, если власти решат пересмотреть его? И что важнее, что будет с тобой, если твой план провалится, а я останусь с мусором и проблемами?

Крепкий орешек мне попался.

– Как вы правильно отметили, мусорный контракт – это возможность. Возможность легализовать себя и своих людей. Как вы думаете, Сомчай-кун, сколько времени власти будут закрывать глаза на ваш район? Ведь здесь живут и нелегалы. И достаточно одному из вас проколоться, как последуют рейд за рейдом.

Сомчай ничего не ответил на это, открыл конверт, прочитал написанное и задумался. Я ему не мешал, сейчас решается наше дальнейшее взаимодействие. Наконец, придя к какому-то решению, он сложил письмо и положил его в коробку для писем. Похоже дело сдвинулось с мёртвой точки.

– Лейла, иди сюда, – позвал Сомчай.

В дверях показалась та же самая девушка, которая сервировала наш стол.

– Это Лейла, моя племянница, – произнёс Сомчай и зачем-то добавил – сирота.

– Её родители погибли во время революции, а её я смог вывести как беженку. Но я поклялся, что сделаю всё, чтобы в её жизни не было лишений. Проблема в том, что мы здесь пришлые. И многие двери просто закрыты для таких как мы. Сколько бы денег у меня не было, это никак не влияет на мой статус.

Видимо, он меня подводит к основному.

– Чем я могу вам помочь, Сомчай-кун? – спросил я.

– Устрой Лейлу в свою школу, и я предоставлю тебе столько людей, сколько нужно.

****

Я возвращался домой с чувством, что меня сейчас хорошо так развели. Устрой беженку в одну из элитных школ Империи, где в попечительском совете заседает Императорская семья. И как мне это сделать, скажите, пожалуйста? Конверт с контрактом он мне так и не вернул, кстати. Зазвонил телефон, я посмотрел на экран, звонил Йорген.

– Ну, как всё прошло? – раздалось из трубки.

– С переменным успехом, – недовольно буркнул я в ответ.

– Это как?

Пришлось рассказать, как ловко меня облапошил таец.

– Ах-ха-ха, – весело раздалось из трубки.

«Смешно ему,» – недовольно подумал я.

– Патрик, переговоры это не твоё, – отсмеявшись, произнёс Йорген – и что ты намерен теперь делать?

– Буду устраивать племянницу в школу, – ответил я.

– Ну-ну, я посмотрю, мне очень интересно, как ты сможешь провернуть это.