Текст книги "Уроки практической магии"
Автор книги: Глеб Исаев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)
Annotation
Обычный среднестатистический человек. Обычный возраст, и способности тоже. И вдруг, как по мановению волшебной палочки открылись у него такие способности, о которых трудно и мечтать.
Урок – В древности словом этим обозначали дань, которую приносили за право или возможность использовать что-то.
Магия – Это возможность достичь желаемого сразу, легко и просто, без особых усилий.
А вот какой урок она может взыскать за это?
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Уроки Практической Магии
Глава 1
Сергей Иванович возвращался с работы.
Дома его ждал некормленый кот Василий, вчерашний суп и телевизор. Жены у Петрова не было.
"Ну и что? – Привычно, продолжая спор с самим собой, пожал он плечами. – Может и правильно сделала, что ушла. Она женщина видная. А с моей плешью и десятью тысячами месячного оклада, я ей конечно не пара.
Себя на обманешь, если уж как говорят, в тридцать лет – ума нет, чего в сорок пять то ждать".
Он обогнул очередь на маршрутку и оказался перед большим картонным лотком, забитым книжками. Товар резал глаза обилием цвета и кричащими заголовками.
"Амазонка и в объятиях страсти" – выхватил взгляд название лежащей у самого края книги. С красочной обложки которой зазывно ухмылялась легко одетая девица, явно перебравшая стероидов. А возле ее ног, присел непонятный зверь, похожий одновременно на крокодила или ящерицу, но почему-то с громадными крыльями стрекозы. На мгновение показалось, что зверь оскалил зубастую пасть и глумливо подмигнул любопытному пешеходу.
Петров дернул головой, отгоняя наваждение.
– Мужчина, купите книгу. Пожалуйста, – услышал он просительный голос.
Стертый маникюр, кудельные пряди, обесцвеченные наспех, курточка за три сотни.
"Явная неудачница". – Петрову стало жаль глупую тетку.
– Прогоришь, девонька. На фига тебе этот бизнес?.. – неожиданно произнес он вслух.
Торговка вздернула подбородок, собираясь понужнуть наглеца "добрым" словом, однако вспомнила о ста рублях дневной выручки, одиноко лежащей в коробочке из-под чая, и сдержалась.
– А ты чего, новый русский, мне советовать? – только и смогла ответить она. – Так и купи чего-нибудь, поддержи торговлю. Советы давать все мастера, – вырвалось унее наболевшее.
– Да мне не надо, – растерянно улыбнулся Сергей Иванович.
– Во-от. А то – "бросай". У самого на паршивую книжку денег нет, а туда же, советы давать, – взвилась оскорбленная торговка.
Она смирилась с потерей возможного клиента и с удовольствием отыгрывалась за обиду: – Ну и топай, дядя, шевели лаптями.
Петрова заело. Он порылся в кармане, вынул купюру и, не глядя, взял с прилавка книгу.
– Вот эту, – сказал он и тут же остро пожалел о потраченных деньгах. Сотка была последняя, а до зарплаты оставалось еще три дня.
"А, ладно, перезайму, если что", – урезонил он доводы рассудка и, забрав пакетик с чтивом, двинулся прочь.
"Вот так на слабо и ловят", – рассуждал инженер, стоя в вагоне метро. Толчея быстро выгнала переживания о глупом поступке.
Встреченный истошным воплем Василия о покупке Сергей Иванович уже и не вспоминал. И только после ужина решил познакомиться с источником знаний ближе.
"Может, детектив? Хоть развлекусь", – предвосхищая события, загадал холостяк. Но реальность оказалась иной.
"Основы практической магии" – значилось на невзрачном переплете брошюрки. И ниже куда меньшим шрифтом: теория и практика биоэнергетического воздействия...
"Тьфу, ты, – огорченно ругнулся Петров. – Если человек идиот, то это пожизненно". Он занес руку, собираясь швырнуть эзотерический хлам на полку.
"Да, ладно, посмотрю чего там, все же деньги плачены", – решился Сергей Иванович. Нацепил очки и углубился в чтение.
Первые страницы шли туго. Но бойкий стиль изложения неведомого автора постепенно увлек, и читатель незаметно одолел с десяток страниц.
"А что, наверное, какой-то смысл в этом и есть, раз люди книги пишут. И ссылок вон сколько", – раздумчиво перевернул он очередную страницу.
Тренированное заковыристыми СНиПами сознание с легкостью переваривало кружево заумных слов. Не прошло и часа, как половина книги была прочитана. Петров потер уставшие от мелкого шрифта глаза.
" И чем только люди на жизнь ни зарабатывают? – подивился он изобретательности автора. – Да, ладно, дело хозяйское", – он потянулся к пульту, включая любимый телеканал "Спорт".
– Начинаем прямой репортаж о финальном матче турнира по теннису на приз кубка Москвы, – бодрый тенорок комментатора оповестил внимательно следящего за спортивными событиями Петрова о давно ожидаемом финале.
На корте в олимпийском дворце сошлись два россиянина. Прославленный и именитый красавец Сафар Маратов и щупленький паренек из последних строчек рейтинга. Андрей Птицын.
Признанный фаворит и новичок, впервые участвующий в турнире подобного класса смотрелись неравнозначно.
Началась разминка.
Сафар, уверенный и невозмутимый, подавал мячи с грацией сытого хищника. Его противник, сосредоточенно и слегка нервно, возвращал крученые.
"Да, уж, – расстроенно скривился Сергей Иванович, поняв, что интриги ожидать не приходиться. – Слишком разный уровень".
Используя рекламную паузу Петров торопливо залил пакетик чая кипятком и приготовил бутерброд. Между тем игра началась.
Лидер уверено вел свою партию. Не особо цепляясь за чужие подачи, мощно садил эйсы своих.
"Так и есть. Замотает, создаст видимость борьбы, а потом добьет", – утвердился в первом впечатлении ушлый зритель.
Однако в середине партии Петров неожиданно сообразил, что болеет за аутсайдера.
"Паренек-то с характером, – с уважением подумал он, отхлебывая сладкий чай. – А вот силенок маловато. Жаль пацана".
Взгляд Петрова наткнулся на отложенную в сторону книжку.
"Ага...", – хмыкнул Сергей Иванович.
"Как там? – он порылся в памяти. – А ну-ка?" Пролистал брошюру и сосредоточился.
"Прежде всего, лишаем противника энергетической поддержки", – начинающий маг представил, как вокруг мощного спортсмена возникают высокие стены.
"Как бы из кирпича. Они закрывают доступ к нему всех сторонних энергий", – послал мысленную команду Петров.
Игра продолжалась с переменным успехом. Однако в конце гейма маятник качнулся в сторону Птицына, и тот взял сетболл.
"Молодец, – похвалил Петров. – Теперь мы тебя подкачаем". Он представил, как откуда-то с высоты, из сводов дворца, пронзая все на своем пути, к голове претендента спускается фиолетовое свечение. Воображаемый луч вышел такой сильный и яркий, что Петров даже поверил, что видит его.
"Ох, ну не дурак ли? – внезапно смутился он. – Хорошо, хоть никто не знает".
Второй сет шел совсем иначе. Поменялись даже интонации комментатора. Снисходительные нотки все чаще начали уступать место восторженным эпитетам: – Что творит, тащит все. Вот вам и Птицын, – довольный интригой, соловьем заливался в эфире бывший спортсмен.
И совсем другой вид был у потерявшего кураж фаворита. Он шевельнул плечами, словно пытаясь скинуть мешающее ему нечто, в недоумении повернулся куда-то в сторону трибун и едва приметно развел руками, будто ища поддержки.
Петров, склонив голову, наблюдал за игрой. Прошла минута, другая. Сафаров, словно приняв порцию допинга, накинулся на противника, норовя переломить ход поединка. Паренек, взяв несколько мертвых подач, запыхался и сбавил темп.
– Э нет, милый, не останавливайся, – пробурчал Петров и окружил подопечного свечением золотистых и розоватых тонов. И в то же время восстановил изрядно порушенную, как ему показалось, стену вокруг противника. Однако, наверное чуть запоздал. Второй сет остался за Маратовым.
Тот вновь успокоился. А вот с пареньком из периферийного городка творилось что-то странное. Он отреагировал на проигрыш расслабленно и совершенно безразлично. Его словно выключило из игры.
Сергей Иванович завелся: – Ах, так? Ну, ладно! – неизвестно кому погрозил пальцем экспериментатор и лихорадочно перелистал страницы, отыскивая главу о нейтрализации чужого воздействия.
Начало последнего сета удивило всех. Паренек успевал везде. Брал летящие со скоростью в двести километров подачи и уже сам гонял именитого оппонента по корту, как мальчишку. И вот разлетелась в щепки ракетка премьера, которую он со злостью вбил в корт, после особенно удачного розыгрыша молодого игрока.
– Задергался? – хмыкнул Петров. – А вот так? – он представил, как дикая усталость наваливается на соперника. В мысленном взоре сложилась уморительная картина того, как дюжий спортсмен укладывается прямо на асфальт и, подперев щеку ладонью, засыпает. Укрытый невесомым, но в тоже время плотным и уютным, одеялом. Звуки вокруг него затихают, и он сладко зевает.
Странно, но тот и впрямь стукнул себя в грудь, словно пытаясь убрать нечто, и начал ошибаться в самых простых ситуациях. Однако выручали знаменитые подачи мастера.
Петров прищурился: "Ну, это мы поправим". Он дождался замаха и словно вцепился взглядом в руку подающего. Мяч угодил в сетку.
– Вторая подача, – объявил комментатор.
"А вот так?" – Сергей Иванович опустил взгляд, разорвав контакт аккурат в момент касания ракеткой подброшенного Сафаром мяча.
– Аут, – сообщил судья на линии, установив перелет.
Изумленный теннисист, который мог пробить эту подачу даже во сне, в очередной раз долбанул ракеткой о настил корта.
– Так тебе никакого инвентаря не хватит, – довольный собой, пошутил Петров. – Терпи, паренек, терпи, – подбодрил он Птицина, нагнетая в его тело живительную волну алого цвета.
Игра продолжалась, но все уже поняли, что сенсация свершилась. И победа неминуемо идет к почувствовавшему кураж претенденту.
И тут Сергей Иванович очнулся. Он посмотрел на жалобно забившегося в угол Василия. Видимо, телодвижения и гримасы хозяина напугали старого мышелова.
– Совсем одурел, – укоризненно произнес Петров, обращаясь к себе. – Ну что за детство? Солидный человек уже, а как ребенок. Фантазии, магия? Охренеть. Спать пора, а то завтра не встанешь, – он зевнул и, не дожидаясь окончания матча, выключил телевизор.
А уже через десять минут спал глубоким сном.
В раздевалке Маратова царило уныние. – Ну, не расстраивайся, – пытался успокоить спортсмена тренер. – Ерунда. Пацан поймал кураж, а ты не выспался. Вот и причина. Фиг с ним, на следующем этапе, отыграешься.
А чуть поодаль сидела неприметная парочка. Седой, словно крашеный мелом, толстячок и средних лет крепыш в модном костюме. Здоровяк внимательно посмотрел на собеседника.
– Ну и что? – наконец выдавил он. – Ты знаешь, сколько денег мы потеряли? И с кого теперь спрашивать?
Толстяк вытер лоб скомканным платочком и устало, словно тащил громадный камень, ответил: – Я сделал все. Ну не было у них никого.... И вдруг такое. Он меня растоптал и не заметил. Стена, вмертвую, сумасшедшая подкачка. Я думал, их паренек светиться начнет. Его же чуть не разорвало от мощи. Это не профи работал, любитель, но это уникум.
Числящийся в штате команды на скромной должности психолога, человек бессильно откинулся к стене и закрыл глаза.
Глава 2
Утренние заботы отодвинули вчерашние хулиганские фантазии на задний план, а через пару дней Петров и думать забыл о потраченных на никчемную книжонку деньгах.
Наступила суббота. Выходные для одинокого человека время тяжелое. Сергей Иванович, не привыкший долго спать, поднялся чуть свет и двинул на кухню. Еще в полудреме засыпал в чашку корчневую крупу под названием кофе, и потянулся к сахарнице. И тут он с огорчением обнаружил, что забыл купить сахар.
– Кхм, – укоризненно попенял холостяк кружащему возле миски Василию. Кот индифферентно промолчал, не чувствуя за собой никакой вины, а Петров внезапно подумал, что хорошо было бы взять и..., он не сумел подобрать слово, в общем, сделать так, чтобы растворимое пойло "Нескафе" стало вдруг сладким.
Петров зажал кружку в ладонях и задумался. Ему живо представилось, как коричневая жидкость наполняется вкусом и сладостью. Растворяются светлые молекулы, проникая в сложную структуру воднокофейного соединения.
Посидев так с десяток секунд, очнулся. Покачал головой, удивляясь своей групости, и смирившись, что пить утреннюю порцию кофе придется без сахара, отхлебнул глоток.
"Хм, сладкий? – даже не сумел удивился метаморфозе Сергей Иванович. – Навыдумывал сам себе, вот и мерещится".– Мгновенно отыскал он приемлемое объяснение. Тем не менее с удовольствием допил ставший более ароматным, а главное, умерено сладким, кофе.
– Может, самовнушение? – поинтересовался он у Василия. Тот укоризненно глянул на хозяина и, сердито задрав хвост, вышел из кухни.
– Вот, и я о том же, – ответил Петров за немногословного собеседника.– Глупость одна.
И тут мыслитель вздрогнул от истошного крика, донесшегося со двора. Это троица местных алкашей, давно облюбовавшая удобную скамейку под окнами его квартиры начала новый день.
Как на грех, мужики в пьющей компании подобрались отмороженные и на все попытки соседей урезонить их, отвечали цветисто, но крайне матерно.
Вот и сейчас, они оживленно выясняли, что и с кем пили вчера, и чем все закончилось.
Протянув руку, чтобы захлопнуть форточку, Петров застыл у окна. Неконфликтный и мягкотелый, обычно он старался не вступать с маргиналами в словесную перепалку, предпочитая делать вид, что ему этот бардак вовсе не мешает.
Фантазии, возникшие у него после прочтения злополучной книги, предвосхитили дальнейшее.
Сергей Иванович устроился поудобнее и уперся взглядом в стоящую на скамье бутылку. Он представил, как огненная жидкость приобретает вкус, запах, а главное, свойства обычной водопроводной воды. Увидел, как распадаются сложные молекулы спирта, выстраивается в нужном порядке решетка атомов.
Конечно, он отдавал отчет, что одно дело убедить себя в том, что кофе не так горчит, другое, сотворить нечто из ряда вон выходящее.
Но его уверенность в собственных силах окрепла, когда он почувствовал в руках легкое жжение, а затем последовал ощутимый укол в середину ладоней, направленных на объект воздействия.
Тем временем собутыльники приступили к делу. Сноровисто скрутив пробку, один из них разлил бесцветную жидкость по пластиковым стаканчикам. Минуя стадию тостов, компаньоны махнули стартовую дозу. Выпив и привычно задержав дыхание, прислушались к действию живительной влаги. Не ощутив ожидаемого эффекта, переглянулись и уставились на пустую тару. Кратко высказав острое недоумение по поводу смены восприятия, один из них понюхал стакан и взял в руки бутылку.
Ухватил поудобнее, и прямо из горлышка отхлебнул приличный глоток. Судя по вырвавшейся у испытателя нецензурной связке, он ощутил острое разочарование людской непорядочностью. Троица, дружно, не сговариваясь, поднялась со скамейки и целеустремленно зашагала прочь. Вернулись естествоиспытатели быстро. Причем новая бутылка, очевидно, в целях проверки, была уже почата. Судя по довольным лицам товарищей, проверка показала соответствие качества продукта заявленным реквизитам.
Сергей Иванович шкодливо хихикнул, настроился на работу и уже через пару мгновений ощутил знакомое покалывание в ладонях, сообщающее, что "процесс пошел".
Результаты его действий изумили тройку до невозможности. Они озлобленно произнесли соответствующие наречия и прилагательные, забрали обманувшую их ожидания бутыль и удалились, теперь уже совсем. Тишина была восстановлена. Результат этого инцидента стал для Сергея Ивановича полной неожиданностью.
"Значит, и вправду работает? – в изумлении опустился он на стул. – Или это дикое совпадение? Есть от чего схватиться за голову".
Он разыскал книжку и, уже с интересом и должным вниманием, принялся изучать техники работы с мыслеформами. Сказать, понял все, будет явным преувеличением, но главное, что он вынес из мракобесной книжонки, заключалось в короткой фразе: "Воображение и мысленное формирование событий, помноженное на энергии, так называемого, тонкого плана позволяет влиять на окружающую действительность".
"Но почему тогда этим никто, по крайней мере, почти никто, не пользуется?" – задал риторический вопрос читатель. И сам себе ответил: "Так, может, все дело в операторе, и его способностях? Выходит, у меня получается создавать эти самые мыслеформы лучше".
Эйфория исключительности длилась долго, целых пятнадцать минут. Как и всякий технарь, он тут же задумался о практической пользе новых возможностей и, как ни странно, об этической стороне этого дела. И в том, и в другом у него возникли крепкие сомнения.
Не в силах сидеть в такой день на диване и таращиться в телевизор, он решил прогуляться. Быстро переоделся и, автоматически проверив свет, хлопнул дверью. Сбегая по лестнице, Петров едва не столкнулся с соседкой. Анна Григорьевна, вредная старуха со второго этажа, высунула из-за двери своей, провонявшей луком и валерьянкой, квартирки нос и зычным, совсем не старческим, голосом поинтересовалась: – Чтой-то ты, Сергей, словно лось, носишься. Аль молодуху нашел? – съехидничала карга.
"Ну, вот, завтра эта новость перейдет из разряда продукта воспаленного бабкиного воображения в сферу достовернейшего факта", – вздохнул Петров, собираясь проскользнуть мимо бытовой террористки, не вступая в пререкания. Он поднял голову, чтобы молча кивнуть старой язве, и вдруг увидел, что, несмотря на свой, уже куда как преклонный, возраст, дама весьма импозантна и величественна.
"О господи, – выдохнул он про себя. – С чего бы это? Как могло сочетаться этакое с вредным нравом и несносным характером? Непонятно". И, сам не ожидая того, заговорил со старухой: – Здравствуйте, Анна Григорьевна. Что Сергей пишет? Он вспомнил, как звать бабкиного сына, все время пропадающего в поисках длинного рубля где-то в Сибири.
Бабка замерла. И вдруг иным, тихим и мелодичным, голосом печально ответила: – Молчит. Уж второй год, как молчит. Извелась вся. Даже в запрос писала. "Нету, – отвечают. – Не значится". Боюсь и думать, – она вздохнула.
Сергей вспомнил курносый профиль своего шалопутного соседа по парте, увидел неясный силуэт, и отправил тому короткий посыл. Укол в ладони подтвердил исполнение.
– Позвонит, – убежденно заверил он старуху. – Минут через двадцать позвонит. Вы ему обязательно привет от меня передайте. Скажите: "Шлет привет тебе Серега".
Соседка улыбнулась, словно лучик света мелькнул в пыльном окне подъезда: – Хорошо, Сережа, обязательно. Спасибо тебе.
Она неторопливо, без своей всегдашней озлобленности, прикрыла дверь.
"Будем надеяться, передаст. А значит, через пару недель вернется и с водкой завяжет", -уверенно, словно свершившийся факт, констатировал Петров, вкладывая в короткую фразу энергетику замысла.
Он выскочил на улицу и глянул на небо. Стоял один из тех спокойных осенних деньков, которые зовут в народе бабьим летом. Легкий запах горелой листвы и сырости будоражил неясные воспоминания. У Петрова эти запахи всегда была связаны с началом осени и новыми событиями. Весело насвистывая, проскочил знакомый с детства двор и вышел в переулок и двинулся по усыпанному листвой тротуару.
Проходя мимо гастронома, выкупленного в лихие девяностые предприимчивым Ахмедом из двадцатой квартиры, Петров увидел с десяток соседей, стоящих небольшой группой. А чуть поодаль виднелся милицейский УАЗик.
– Чего там? – поинтересовался Сергей Иванович.
Семен Андреевич потер ладонями и обстоятельно, с легкой издевкой в голосе, поведал, как трое местных"душманов" явились к Ахмеду "качать права". Якобы он, вместо водки продал им воду. Тот сперва ругаться не стал, пузырь заменил, даже извинился. А те половину выпили и снова пришли. Хозяин попробовал. Водка, как водка. Ну и послал их в пеший поход с сексуальным уклоном. Они в крик. До драки дошло. Ахмеду кто-то из них по голове кирпичом в суматохе и приварил. А тут брательник его на шум с ножом выскочил, он аккуурат мясо на шашлык резал. Бичману в бок и пырнул. – Скорая пострадавших уже увезла, а остальных менты упаковали, – закончил рассказ сосед и с интересом вернулся к прерванному занятию.
Петров, приподнятость настроения которого вдруг исчезла, двинулся прочь.
"Ну, а я тут причем? – неизвестно почему и перед кем попытался он оправдаться. – Эти совсем уже мозги пропили..."
Неосознанная тревога так и не оформилась, понемногу происшествие отошло на второй план. Он запрыгнул в троллейбус и, проехав несколько остановок, сошел на проспекте. Неподалеку от шумной автострады и громадных витрин располагался его любимый сквер. Парк культуры и отдыха, как он раньше назывался. Туда Серега в школьные годы бегал на каток, а чуть повзрослев, ходил с приятелями пить разливное пиво с воблой. Он и теперь изредка прогуливался по дорожкам парка, вглядываясь в громадные клены и ели, помнившие его молодым и беззаботным пареньком, словно пытаясь вернуться в юность. Он брел по засыпанной багряными листьями дорожке, мимоходом поглядывая на встречных женщин и внимательно изучая тумбы с рекламой. На одной из таких стоек Петров и наткнулся на косо висящий листок. Вчитался в плохо пропечатанный текст: "Услуги Мага, Гадание на Таро, все виды воздействия. Телефон".
"А не позвонить ли мне этому чародею? Пусть разъяснит, что к чему, – подумал Сергей, и вынул сотовый. – Надо же разобраться."
О чем он собирается советоваться, Петров еще не сообразил. Поэтому, когда в трубке прозвучал вежливый голос, невнятно спросил о стоимости услуг и, наконец, поинтересовался, "может ли маг проконсультировать его по эзотерическим вопросам?"
– Конечно, – легко согласился, видимо не сильно загруженный клиентурой, специалист и назначил встречу через полчаса.
"Адрес рядом, – записал в память трубки несложные цифры Петров, – успею".
Ровно через тридцать минут он стоял у обитой стареньким дерматином входной двери.
На мелодичный щебет звонка открыл мужчина средних лет, неприметной внешности, в очках с роговой оправой.
Он проводил гостя в комнату и предложил сесть на стоящий посредине стул. А сам извлек маленькую коробочку, скорее даже шкатулку, и принялся надевать золотые украшения. Кольца, цепочки. Сергей Иванович подозрительно глянул на необычную процедуру.
– Это защита, – пояснил хозяин, заметив взгляд гостя.
Петров якобы понимающе кивнул.
– Итак, какая у вас проблема? – поинтересовался Маг, ставя между собой и Сергеем зажженную церковную свечу. Пораженный обилием амулетов, икон и прочего инвентаря Петров уставился на громадный шар из стекла. – А? – чуть невпопад отреагировал он, однако собрался и, сбиваясь, пересказал внимательному слушателю всю историю. Начиная от бестолковой покупки и заканчивая трагедией возле гастронома. По мере рассказа лицо Мага стало мрачнеть. Он незаметно сложил пальцы в хитрую фигуру, а затем, видимо неудовлетворенный результатом, зажег еще одну свечу.
– Ну, и?.. – закончил Петров свой рассказ. – Что это? – уточнил он вопрос.
– Ничего особенного, обыкновенная магия, – словами капитана лайнера из гайдаевской комедии ответил Маг.
Сергей Иванович чуть было не рассмеялся навеянной аллюзии, однако сдержался и, соблюдая серьезный вид, уточнил: – А как же все эти – заклинания, кинжалы, чашки с варевом из мышиных хвостов?
Специалист даже не улыбнулся: – Это вовсе не обязательно. Я вижу, что у вас произошло мгновенное или спотанное раскрытие магических способностей, – слегка торжественно, но в то же время печально, произнес Маг. – Многие, почти все, приходят к подобному путем долгих тренировок, медитативных практик, различных техник. А ваши способности раскрылись только после прочтения книги. Такое бывает, редко, но бывает. Если судить по рассказу, работаете вы на частоте весьма грубых энергий, почти физических. Поэтому результат столь явный. И столь грубый. Чем тоньше, или мягче энергия, тем большие изменения происходят с объектом воздействия. Но и тем дольше срок проявления. Поэтому результат их менее заметен. А у вас все почти мгновенно. Потому и отдача в точки акупунктурных каналов в ладонях.
– Ну и что мне сейчас делать? – уставился Сергей на хозяина.
Тот помолчал. – А это уже вам решать, – наконец ответил он. – Или попробуйте забыть и вернуться к обычной жизни. Хотя, это вряд ли получится. И не только из-за вашего желания. Или учитесь как-то выживать с этой напастью. Для этого вам придется полностью изменить свое мышление, привычки. Освоить много новых, подчас невероятно трудных для понимания, вещей. В общем, учиться. Это отдельный разговор. И толку от него сейчас будет мало. Неподготовленный человек – очень трудная аудитория. А такой сильный, как вы, просто опасен, – Маг явно тяготился общением.
– Мое мнение, – нехотя закончил сенс. – В вашем возрасте начинать трудно вдвойне.
– Это почему? – Петров напрягся. – В чем опасность?
Маг хмыкнул: – Ну, вам, впрочем, повезло. Они не успели вас засечь. Те, кому вы сломали всю игру. Иначе, вопросы вы бы уже не задавали. Магия штука жестокая и безжалостная. Куда страшнее и проще, чем показывают в кино. И ,уж всяко, более подлая. В белых перчатках здесь не работают. Не могут достать самого оппонента – бьют по родным, близким. И бьют безжалостно. Это ведь так легко. Убить, не видя мучений человека. Вы сами убедились в подобном. Из-за мелкого неудобства сломать жизнь пятерым и искалечить, если не убить, двоих. Шутка ли? А всего-то три минуты.
– Но я же не знал?.. – пояснил Петров.
– Бросьте, – Маг чуть повысил голос. – Все вы знали, хотя бы на подсознательном уровне, ваше я было к этому готово, потому и не пресекло эти действия. Ну, это дело совести, – не стал развивать тему консультант.
– Самое главное для вас сейчас – не высовываться. По себе знаю, желание похвастать способностями чрезвычайно велико. Вы и ко мне пришли, чтобы похвастать силой. Не осознанно, конечно, – добавил маг, увидев, что Сергей Иванович попытался вставить слово.
– Это нормально для начинающего. Только на этом подавляющее большинство новичков и горит. Клан весьма неласково встречает молодежь, это ведь прямые конкуренты. А устранить проблему, пока она не сформировалась, гораздо легче. Легкое воздействие, и, после лечения в клинике, у подающего надежды и способного новичка уже навсегда пропадает всякое желание и возможность заниматься этим делом.
Сергей развел руками: – Ну как и чем я им помешал? – он осекся, сообразив, что сморозил глупость.
– Нет смысла толочь воду в ступе. Мой совет – почитайте книги. Займитесь самосовершенствованием. И, сколько возможно долго, не трогайте людей. Вы совершенно незащищены. И... Я просто не знаю, как вам объяснить. Это такие азы, что...
Петров насупился: – Ну, как скажете. – Он потянулся за бумажником.
– Обиделись? Зря. Я, хоть и слабее вас, но опытнее. И к тому же защищен. Так что обида ударит по вам же втрое сильнее, – усмехнулся Маг.
– В смысле? – Сергей уже ничего не понимал.
– Ладно, – хозяин тяжело вздохнул. – Простейший прием. С вашими способностями это будет нетрудно, а на первое время вполне достаточно. Представьте, что вокруг вас постоянно существует некая сфера. Она облегает вас без малейшего зазора. И своей зеркальной внешней поверхностью отталкивает чужое воздействие. Сфера может быть золотистого или серебряного цвета, но это уже детали.
Петров задумался. – Ну как? – глянул он на хозяина.
– Нормально, – кивнул тот. – Периодически восстанавливайте ее, и все будет нормально. По крайней мере, пока вы не схлестнетесь с кем-нибудь, достаточно сильным.
– И еще. Как вас зовут? – невзначай поинтересовался Маг.
– Ох, простите, – смутился гость. – Сер...
– Стоп, – резко приказал собеседник. – Вот вам и второй урок. Никто и никогда не должен узнать вашего настоящего имени. Я имею в виду – никто из магов. Настроиться и пробить защиту гораздо проще, зная имя противника. Это аксиома. Возьмите псевдоним. И еще раз повторюсь, читайте. Учитесь, пока не поздно.
Вдруг свечи, в продолжении всей беседы мирно горевшие на столе, вспыхнули и закоптили таким громадным пламенем, что Петров испуганно вздрогнул.
– Все, сеанс окончен, – заявил Маг. – У вас громадный потенциал, и моя защита не справляется с его мощью. Но помните, если вы будете продолжать использовать свои способности без головы, то неприятности вам гарантированы. И это будет губительно не только для вас... – речь хозяина стала прерывистой. Он словно боролся с собой. Пробормотал сперва: – Нет, не стоит. – Потом все же глянул на гостя:
– Добрый совет. Хотя и не послушаете. Это ведь, как наркотик. Затягивает. И чем дальше, тем больше. А кроме того. С погодой не развлекались еще? Многие из молодых этим грешат. Как же, я всемогущ... а в итоге гибнут тысячи, или десятки тысяч ни в чем не повинных людей. Только эти радуются...
– Кто радуется? – поинтересовался Сергей.
Пламя свечи дрогнуло и начало быстро вращаться по часовой стрелке.
Маг глянул на огонь.
– Да? – спросил он, обращаясь неизвестно к кому. – Ну хорошо. Это может показаться бредом, но все, что с вами произошло, не каприз судьбы, или случайность. Впрочем, так же, как и многие другие случаи.
– Там, – он кивнул куда то в сторону. – Идет постоянная борьба, сторонники требуются и той и другой стороне. Подпитка. Я нарочно не акцентирую внимание на понятиях света и тьмы. Это выше нашего понимания. И не стоит лезть в их разборки. Однако теперь вы должны быть внимательны к своим эмоциям и поступкам вдвойне. Поверьте, момент принятия решения произойдет. А вот к какому берегу прибьет вас, это уже зависит от многих причин. Хочется верить, что визит ко мне стал хоть маленьким, но шансом правильного выбора.
Устав слушать дичь, Петров с облегчением попрощался и покинул квартиру мага.
"Да, уж, чего только не бывает? Силы какие-то, прямо это... – "Всем выйти из сумрака", – хмыкнул он, спускаясь по ступенькам. – В одном чудило прав. Завязывать надо с глупостями. А то ведь, и правда, в психушку можно угодить. Или, банки с водой начнешь заряжать, как этот", – вспомнил Сергей популярного в свое время седовласого экстрасенса.
Выйдя на свежий воздух, он заметил, что день уже незаметно приблизился к полудню. "Ну его, это гуляние. Одни расходы", – пожалел экономный Петров три сотни, отданные явному...
Он направился к остановке, перепрыгивая возникшие после короткого дождя лужи. Увлекшись процессом, Сергей Иванович не заметил, как его со всего маху окатил жидкой грязью здоровенный джип. Черный красавец выплеснул на зазевавшегося пешехода столько, что тот стал похож на огромную кучу грязи.
– Ах, чтоб тебя, – психанул Петров. – Чтоб ты голову разнес, козел безмозглый, – в сердцах выругался пешеход, увидев, во что превратилось его любимое шерстяное пальто.
Он проводил удаляющийся автомобиль долгим взглядом, стянул испоганенную вещь и вывернул наизнанку. "Так добегу", – решил пострадавший, вытирая лицо рукавом пиджака.
