Текст книги "Дорога к миру (СИ)"
Автор книги: Герман Романов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)
– Все зависит от успеха «специальных атак», в каждой из них будет по три «волны», которые будут запущены дважды. Если удастся уничтожить или повредить половину вражеских авианосцев, то будет грандиозный успех. И атаки мы повторим, нужно выбивать все большие авианосцы, именно с них взлетают «хелкэты». Дальше наши самолеты начнут сбрасывать «планирующие бомбы», это очень эффективное оружие, если в небе не останется вражеских истребителей. Но эта задача уже для вас, Минору – наши новые «реппу» должны их уничтожить в воздухе. Под ваше командование собраны самые лучшие пилоты палубной авиации, которые у нас только остались. И лишь затем мы поднимем свои пикирующие бомбардировщики, которым надлежит окончательно разгромить вражеское соединение. Нужно только провести одновременно скоординированное нападение…
Известная германская летчица Ханна Райч сама несколько раз испытывала в воздухе пилотируемые ФАУ-1, и смогла выявить многие недостатки в управлении «крылатой ракетой». Создали пригодные для «специальных атак» образцы, проблема возникла в другом – добровольцев оказалось катастрофически мало для проведения последней в жизни самоубийственной атаки. Зато у японцев менталитет совершенно иной, и подобную штуку они оценили по достоинству. Хорошо, что не наладили выпуск, война подошла к концу. Созданные самураями реактивные бомбы «ока» совсем не то, что было нужно, их эффективность оказалась ничтожной…
Глава 14
– Перемирие нарушено, и уже не важно, что послужило поводом к тому, Хайнц. Оставлять японцев на растерзание американцам никак нельзя.
Григорий Иванович покачал головой, посмотрел на Гудериана – рейхсмаршал пребывал в задумчивости с того самого момента, как прилетел в Москву. Поторопился на тайные переговоры прибыть, потому что события в мире понеслись каким-то сумасшедшим галопом.
– Это проверка на «слабо», дернемся мы в ответ, или нет. Если обратимся с воззванием, то нам снова дадут тот же перечень, что японцам, а если отреагируем и пригрозим, что применим силу, будем выглядеть как агрессоры. А потому надо объявить, что колоний больше не будет, и лучше на Филиппинах и в Индонезии провести демократические плебисциты, как и на других континентах. Заодно заклеймим воинственный империализм, который стремится удержать свою власть над миром всеми способами, включая войну. Пора называть вещи своими именами – этот конфликт примет экзистенциональный характер, уступать тут нельзя.
В голосе не прозвучало даже отдаленного намека на шутку, сейчас все было предельно серьезно. Они оба прекрасно понимали, что может выйти, но Гудериан все же произнес как раз то, что наводило на него страх.
– Они ведь могут ударить по Берлину, и это произойдет гораздо вероятней, чем дотянутся до вас. Мне бы не хотелось узреть груды радиоактивных развалин – а такое более, чем возможно.
– Возможно, и ударят, такое не исключено, – кивнул Кулик, соглашаясь. И нахмурившись, заговорил, поглядывая на Гудериана:
– Но вероятность атомной бомбардировки Берлина крайне низка – вас будут запугивать, но не сразу уничтожать. Удар придется по какому-нибудь периферийному центру, крупному городу, может быть, но провинциальному. Возможно, по базе флота или гавани, но никак не по столице. Удар по центру возможен лишь в случае, когда война уже пойдет на истребление, до конца, без соблюдения каких-либо правил и договоренностей. Пока же вестись будет обычным оружием, мы просто будем доигрывать отложенную партию, как бывает в шахматах, используя «домашние заготовки».
– Тогда даем двое суток на отвод авианосных соединений, за это время приводим свои флот и авиацию в полную боевую готовность, и начинаем одновременно. Я ведь тебя правильно понял, Григорий?
– Да, именно так – и никак иначе. Мы не будем выглядеть агрессорами, даже если придется по-настоящему начинать. Наше дело предупредить, а они могут внять этому предупреждению, или его игнорировать. После чего начинаем воевать предельно серьезно, если Англия выступит, если заявит о нейтралитете, то постепенно закончим развертывание. Но не думаю – она битком забита американскими самолетами, и джентльмены сами рвутся в драку. В таком случае надо оказать им «любезность», пусть начинают.
Кулик закурил папиросу – последние сомнения его окончательно покинули. Договориться мирно не получится, не для того в Америке построили колоссальный флот и развернули тысячи четырехмоторных бомбардировщиков. Англосаксы получили болезненный опыт, и высаживаться на континент не станут, понимают, что «огребутся». Так что война пойдет исключительно в небе и в море, других вариантов просто нет. Вот только совсем не так, как рассчитывают противники – годичная пауза позволила перенаправить усилия экономики в пользу авиации и флота. Но если кораблей не хватало, то самолетов имелось с избытком, пусть поршневых, но их было очень много – производство с трудом остановили только в октябре прошлого года. И нет проблем с использованием воздушной армады – южный берег Ла-Манша покрыт густой сетью аэродромов, и пока с них взлетать будут исключительно германские самолеты. Но скоро начнется массированная переброска советских ВВС, сразу трех воздушных армий. Тысячи бомбардировщиков ТУ-2 и Пе-2, штурмовиков СУ-6 и еще многих оставшихся в строю ИЛ-2, в сопровождении «яков», «лавок», «аэрокобр», а также И-185 многократно усилят налеты люфтваффе. Но не они должны были сыграть главную роль – «зачистку» должны были выполнить реактивные «ласточки» и «вороны», которых почти две тысячи. Плюс «блицы» в качестве разведчиков и бомбардировщиков – количественный и качественный перевес в авиации должен сыграть свою роль, большие «одномоментные» потери англосаксы вряд ли выдержат. А огромные четырехмоторные бомбардировщики вообще не спрячешь – именно они являлись приоритетной целью атак.
Королевский Флот тоже представляет серьезную силу, только не в проливе, отделяющем «туманный Альбион» от «Еврорейха». И это будет не повторение «битвы за Англию», и не «Морской лев», который так и не состоялся – в штабе ОКВ разработали иной план десантной операции, подготовку которого начали с ноября прошлого года. Да, октябрь не самое лучшее время года, в Ла-Манше шторма, но есть «окна», когда за несколько дней можно перебросить войска на «проклятый остров». Только необходимо захватить полное господство в воздухе, разбомбить всю сеть радиолокационных станций, постараться нейтрализовать истребительную авиацию. И главное – установить полное господство над Ла-Маншем, перетопить как можно больше английских кораблей и катеров. А там попробовать переплыть через пролив, задействовав многие сотни всевозможных плавсредств, собранных по всем Европейским странам. Только Балтийский флот передал три четверти всех своих малых кораблей – они следовали малыми группами до Кильского канала, а там по ситуации – мелкие сами немцы перевозили по железной дороге, те, что крупнее размерами, самостоятельно добирались вдоль северного побережья до французских и голландских гаваней. Да и промышленность рейха заблаговременно перешла на строительство паромов Зибеля и быстроходных десантных барж, счет которым давно пошел на трехзначные цифры, «подбираясь» к тысяче единиц, а потом и перевалив за эту «цифирь».
Григорий Иванович прекрасно знал, что будет своего рода «Оверлорд» наоборот, и считаться с потерями немцы не будут. К тому же расчет в операции был сделан на «изумрудный остров» – Ирландию, которая получив независимость, единственная из всех англосаксонских стран, не принимала участия в войне. А после наступления перемирия стала склоняться на сторону «объединенной Европы» – свою роль тут сыграла не только неприязнь к англичанам, столько желание предугадать, кто станет победителем в войне, в которой Великобритания уже потерпела «приглаженное» поражение. И если удастся закрепиться на земле Эйре, то участь Англии предрешена – страна окажется полностью в тисках блокады, ведь к западу от нее появится большой «непотопляемый» авианосец. И хотя сам Григорий Иванович и дал в конце прошлого года Гудериану согласие на участие в задуманной реинкарнации «Зеелеве», но испытывал смутные сомнения. Конечно, хотелось бы выдернуть эту вековую «занозу», и полностью обезопаситься от реальной возможности получить удар атомной бомбой с «туманного Альбиона» – но даже в случае удачной высадки потери будут огромные, как бывает в ожесточенной войне между миллионными армиями…
Эти немудреные десантные паромы были не «детищем» кригсмарине, а изобретением подполковника люфтваффе, когда стали разрабатывать операцию «Морской лев». Дешевые и простые по конструкции, их можно было построить на предприятиях многими сотнями, и собрать за короткий срок. Тут главное пересечь Ла-Манш, а не отправиться на его дно…
Глава 15
– Нет, каковы мерзавцы! Мы передали русским «летающие крепости» для войны с японцами, а теперь макаки используют их против нас. Я всегда говорил, что большевикам и самураям верить нельзя, эти азиаты коварны, и никогда не ведут себя как джентльмены.
Адмирал флота Уильям Холси выругался, не сдерживая эмоций, которые выплеснулись мутной волной недовольства. Как и многие моряки, он часто выражал раздражение политикой «умиротворения красной заразы», которую проводил ФДР. С одной стороны все было разумно – помочь русским сцепится с нацистами, и пусть истребляют друг друга как можно дольше. И главное не сговорятся друг с другом, взаимно себя обескровят. И все шло как нужно, до весны прошлого года, когда недоноска Гитлера подорвали в собственном логове, и к власти в Германии пришли военные, впрочем, как и в России. Гудериан с Куликом смогли договориться меж собой, поделить «Старый Свет» на зоны влияния, и к ним примкнули японцы – такого выкрутаса никто не мог предвидеть. Как и того, что русские просто присвоят американские корабли с самолетами, которые им дали для войны с врагами США, отказавшись как платить за них, так и возвращать. Впрочем, затраты на это вооружение уже оправдались – ущерб немцам и японцам нанесен огромный, так что все можно списать со спокойной совестью. И ничего катастрофического не случится – не так много у русских четырехмоторных бомбардировщиков, которым постоянно нужен ремонт, часто происходят аварии, требуются запчасти, которых у них нет. Вот и сейчас «корсары», которые специально использовались для перехвата, уверенно сбили очередной по счету В-17 с красными опознавательными кругами на плоскостях. Так что месяц-другой, и все «американские» самолеты у русских и японцев закончатся – в условиях интенсивных боевых действий это произойдет быстрее.
Война, к которой готовились почти год, началась – да и быть иначе не могло, Америка может проиграть сражения, но никогда не проигрывает войны. К тому никто не будет высаживать дивизии на континент, и так понятно, что столкновение с танковыми армиями русских и немцев ничем хорошим не закончится для американских и британских бронетанковых дивизий. Все сделает флот, которому противник не сможет ничего противопоставить. На морях уже нет равных «звездно-полосатым», так что игра пойдет в одни ворота.
– Поднимайте эскадрильи, пора наносить удар. И хорошенько «взбодрить» японцев, наглядно показав, чьи Филиппины!
Холси кивнул головой, отдавая приказ, который формально требовалось «спустить вниз», хотя палубы авианосцев давно забиты самолетами, готовыми к взлету. Война продолжалась, ее не нужно было снова начинать – все время растянувшейся паузы было использовано для усиления флота и обустройство занятых островов. Так что сейчас никакой «раскачки» не требовалось – нужно было наносить по японцам нокаутирующие удары сразу с двух направлений. Флот под его командованием продолжил наступление на Филиппины, имея семь ударных «эссексов» и три легких типа «индепенденс», способных принять восемь сотен самолетов. Столько же авианосцев имелось у адмирала Френка Флетчера, флот которого атаковал со стороны Новой Гвинеи, отбитого у японцев Рабаула. Так что, имея по три авианосных тактических соединения, каждый из командующих управлял силой, способной переломать «Объединенный Флот». К тому же десантные транспорты прикрывали соединения многочисленных эскортных авианосцев, и не нужно было отвлекаться на их прикрытие, там собственных сил было с избытком, включая старые линкоры «большой пятерки». К тому же ситуация облегчалось наличием плацдармов, оставшихся у морской пехоты US NAVY после заключения перемирия, на которые заранее завезли все необходимое, а также доставили подкрепления, усиленные бронетехникой.
Но и это еще не все – авианосные соединения поддерживала базовая и армейская авиация, которой было чуть ли не больше, чем палубной. Так что в успехе операции не было никаких сомнений – к двум имевшимся дивизиям морской пехоты будет доставлена третья, и высажены на Лусон еще четыре армейские дивизии инфантерии. При полном господстве американцев в воздухе и на море, японские войска обречены – конечно, самураи будут отчаянно сопротивляться, может продержаться месяца два или три максимум, но в конечном итоге будут поголовно истреблены.
Наступление началось и со стороны Индийского океана, благо Ява была почти полностью занята десантом. Там заправлял делами Королевский Флот, американцы отправили только одно оперативное соединение из двух ударных и одного легкого авианосцев в сопровождении трех легких крейсеров, а также «Аляски» и «Гуама» – «большие» крейсера должны были заняться «отловом» надоевших уже «карманных линкоров».
Эти шестнадцать ударных «эссексов» были отнюдь не единственными – еще три таких же авианосца готовились вступить в строй, вместе с двумя «большими», так называемого «улучшенного проекта». В следующем году вступят в строй еще шесть «эссексов» и один «большой» – общее число в 34 ударных авианосца посчитали более, чем достаточным. Плюсом к этому шли семь легких авианосцев, и еще два «улучшенного» проекта спешно достраивались, чтобы восполнить понесенную убыль.
Кроме того, можно было получить поддержку от единственного союзника, обладавшего морской силой. Все же англичане имели в строю шесть больших бронепалубных авианосца, пусть с малыми авиагруппами, и начавшие вступать в состав Ройял Нэви легкие авианосцы типа «колоссус», которых уже было семь, и пять будут достроены еще в течение года. И это все, чем смог усилится знаменитый Королевский Флот – Британская империя окончательно «надорвалась», ее распад стал очевидным, колонии отпадали одна за другой, процесс принял необратимый характер. Да и силы «владычицы морей» были уже давно не те – «Объединенный Флот» мог сражаться даже один на один, будучи нисколько не слабее, а кригсмарине, представлявшее «собрание» из кораблей трех ведущих европейских флотов, было как бы сильнее по составу. И без поддержки американцев «джентльменов» давно бы растерзали, причем этот факт осознавали в Лондоне. Недаром снова премьер-министром стал Уинстон Черчилль, провозгласивший войну с «тройственным альянсом» до победного конца…
Свой единственный линкор военной постройки Англия смогла закончить только после войны в 1946 году, и это при том, что к нему имелись готовые башни, снятые с «белых слонов». И это при том, что в годы предшествующей мировой войны 1914–1918 гг. Королевский флот получил от судостроительной промышленности полтора десятка линкоров и линейных крейсеров…
Глава 16
– Просто Британии мы не оставили иного места, как пребывать на задворках Европы. Но если с ее территории на нас сбросят ядерную бомбу, мы на этом острове не оставим камня на камне.
Глаза Гудериана сверкнули настолько яростно, что можно было не сомневаться в сказанных словах, они отнюдь не пустой звук. Как раз в такие моменты «наружу» прорывался «некромант», который в обыденной жизни не отличался особой добротой, и, отличаясь при этом необычайной прижимистостью в тратах, будучи бессребреником, люто ненавидел олигархов. Дай ему волю – перевешал бы на столбах, а от Штатов с Англией оставил бы выжженную пустыню. Но тут не как в поговорке, в которой бог бодливой корове рогов не дает – как раз, наоборот, у Германии этих самых «рогов» множество, включая четыре атомных боеголовки.
– В рейхе ведь действительно социализм строили, власть крупного капитала уже с тридцать седьмого года стали серьезно ограничивать, а сейчас все предприятия уже фактически национализированы. Владельцы вроде управляющих при них стали, воспользоваться в личных целях счетами не могут, каждые траты должны декларировать, кроме выделенных им заранее оговоренных сумм, весьма скромных, на уровне офицерского и генеральского жалования. Никаких финансистов кроме рейхсбанка, не предусмотрено, и уже не появятся никогда – все, закончены давно все эти валютные «игры», торговля или бартером, либо с взаимными расчетами с контрагентами. Будет правильно и эффективно, если мы «закольцуем» наши экономические отношения, и создадим некую общую расчетную денежную единицу, или уравняем курс рубля, марки и йены к общему знаменателю. Тогда вообще проблем на будущее не будет, СЭВ возникнет намного раньше.
Такие переговоры сейчас шли вовсю между правительствами, тем более что в странах была плановая экономика, от которой не думали отказываться. И таковая будет доминировать, но те ниши, которое государство не может заполнить, отданы на откуп мелкой буржуазии и всяких «частников», которых хватало по обе стороны бывшего фронтира. И это могло дать поразительный результат – три экономики мировых держав, взятых совокупно, по многим позициям выходили на первый уровень, превышая подобные показатели США. Но не только это – каждая из трех сторон имела серьезную поддержку от зависимых стран, что попали в сферу влияния. Германия фактически подмяла под себя всю западную и центральную части Европы, всю северную Африку и начинала продвигаться к середине «черного континента», плюс Палестину и Аравийский полуостров с его грандиозными запасами нефти, благо американские компании все подготовили к началу ее добычи. А ведь есть еще Алжир и Ливия, так что пройдет не так много времени, когда «Еврорейх» получит в свои руки очень серьезные ресурсы, к которым англосаксов и близко не подпустят.
– А потом твои генералы устроят переворот, тебя самого подорвут, вернут к власти крупную буржуазию, и все полетит в тартарары. И «социализм» сразу «схлопнется», и к власти всякие «круппы» придут.
– Уже не смогут, хотя желающие есть. Я ведь не из доверчивых, и тех, кто делал ставку на англичан и американцев, потихоньку «перевоспитываем». Не захотят менять взгляды – загоним по щелям без жалости, сейчас ведь это очень просто – обвинения в потворстве нацизму рассматриваются быстро. И все те, кто склонны к гипотетической измене, берутся на учет – продвижения таким не будет. Да и наши монархи служат примером – такая скромность бытия только укрепит «здоровье» нации.
Гудериан зло усмехнулся, сцепив пальцы. Вообще, с началом новой мировой войны, именно новой, хотя большинство считали ее продолжением прежней. Вот такая цепь войн, растянувшаяся уже на тридцать лет, если считать с 1914 года, и все дело в противоречиях империализма.
– Мы ведь социализм строим на свой манер. И простому человеку в нем даны от государства гарантии. Так что подавляющее большинство немцев с таким подходом согласны, это позволяет честно перераспределить общественные блага так, чтобы хватало каждому, а не одним банкирам или «нуворишам». Десять лет, и эта идеология прочно укоренится в умах, у нас всех стремление к орднунгу. И переворота не случится – вермахт присягать будет не только Германии, но и социализму, и, следовательно – нашему общему делу. Все будет как в ГДР, но так как второй части Германии не будет – некому будет завидовать, сравнивать и тогда никаких переворотов не произойдет. Да и вообще – с чего ты взял, Григорий Иванович, что в Америке и Англии так называемый «средний класс» будет жить лучше, чем у нас? Свои зеленые бумажки они ведь теперь никому не втюхают, а то, что вложили, уже или потрачено, либо приватизировано и обесценилось.
Кулик задумался – а ведь соглашения в Брейтон-Вуде не произошло, всемирную власть доллара никто не признал. Фактически, сейчас он «заперт» на северной половине «нового света», и распространяет свое влияние на Латинскую Америку, но более нигде. Доллар ведь может и не стать единственной мировой валютой, его позиции сейчас шаткие, для их укрепления нужна безоговорочная победа. Англичане после войны скатятся в нищету, лишившись колоний, и в долгах как в шелках, соответственно рухнет фунт, который в ходу только в Южной Африке, Канаде и Австралии с Новой Зеландией.
– Тогда война затянется, Хайнц – они не смирятся с таким положением. Сможем ли мы воевать сами так долго?
– Сможем, расчеты сделаны, – Гудериан зло сощурился. – Нельзя доводить эту войну до «мирного сосуществования», иначе зачем ее было сейчас устраивать. Утерлись бы, получили долю плюшек, поклонились. С финансовой олигархией нужно вести непрерывную и непримиримую борьбу, и «холодные» фазы должны сменяться «горячими» постоянно. Раскачивать их надо, постоянно раскачивать, изнутри и снаружи. Стоит только начать «примирение», на этом социализм закончит существование – потому что люди хотят жить в сказке, в них много животного сразу проявится – сладко есть, много спать и чтобы за тебя другие работали. К тому для собственной победы и сохранения господства буржуазия и банкиры будут беззастенчиво грабить все страны, а мы этого делать уже не можем.
Последняя фраза вырвалась с неприкрытым сожалением – такова цена за политические декларации, которых необходимо придерживаться. Хотя это не означает, что не будут использоваться такие возможности…
В Европе встречались и такие плакаты – тогда к Англии и Америке у многих жителей было странное предубеждение…
Глава 17
– Сегодня проехался по улицам, посмотрел окраины – хорошо, что после войны прибрались, почистили парки. Хотя следы войны повсеместно встречаются – просто в глаза бросаются. Но изменения к лучшему заметны – карточки по нормам отовариваются, и не сниженным, а нормальным. Выбора нет, но хлеб хорошо пропеченный, как ржаной, так и с примесью пшеницы и отрубей. Мясо и рыбу исправно завозят, табак также по нормам выдают, и часто вместо сахара берут, и наоборот.
Кулик говорил негромко, поглядывая на Жданова – в который раз он решил устроить «шоппинг», как говорили в его время. Такие поездки он устраивал ежемесячно, стараясь посещать окраины «первопрестольной». При виде маршала в магазинах продавцы и покупатели впадали в ступор, становясь сомнамбулами на короткое время, правда, быстро приходили в себя. За это время Григорий Иванович успевал изучить продукты и цены на них, каждый раз отмечая небольшое увеличение ассортимента. По карточкам можно было взять только строго определенный набор продуктов, хлеб и молоко ежедневно, все прочие раз в неделю по выбору. Скудновато, конечно, но все же лучше чем год назад – за эти пятнадцать месяцев после заключения мира с немцами страна заметно оправилась. Продукты по карточкам шли по строго фиксированным ценам, которые «заморозили» с началом войны. Нормы по ним то занижались, то повышались, но «люфт» был небольшим. Теперь по отдельным видам продуктов выдачу заметно увеличили, а на некоторые категории нормирование совсем убрали, увеличив ненамного «наценку».
Еще с прошлого года открывались по всей стране рестораны и коммерческие магазины, в последних можно было купить все, но цены «кусались» – пятикратное увеличение считалось самым минимальным. Зато можно было купить все, что душе угодно – и кроме отечественных товаров на полках в большом количестве имелся «импорт», получаемый по «скрытым» репарациям. Продовольствия было на любой вкус – датские сардины в жестяных банках, венгерский шпик, греческий табак, болгарское вино, румынская крупа – гнали все, что имелось в странах, попавших в одну из двух «сфер влияния». Вот только ленд-лизовской тушенки было не встретить – все поставки давно подъели. Вся эта «коммерция» проводилась исключительно государством, и действовала «пылесосом», вытягивая из населения обесцененные войной деньги. Да и милиция постоянно присматривала за подобными заведениями – велась планомерная «охота» на спекулянтов, и тех, кто обогатился на войне. Но этим «дельцам» скоро придется скверно – грядет денежная реформа, и обмен денег в кассах за недельный срок, и по предъявлению паспорта. И все стопки ассигнаций моментально обесценятся – ведь нужно будет доказать их «законное происхождение». Вот тогда и появится поговорка, ходившая во времена Сталина – «храни деньги не в кубышке, а на сберкнижке».
Но то, что война закончилась, и народ вздохнул с облегчением, было видно. Вселяли оптимизм хозяйственные отделы, по крайней мере, мыло уже продавалось, как и недорогие ткани и сапоги – сокращение армии привело к перепрофилированию выпуска продукции с военной на гражданскую, на значительной части предприятий. И что особенно грело душу – овощей впервые хватало, в «колхозных» лавках продавалось буквально все, что может дать черноземная полоса – картофель, морковь, капуста с огурцами, и прочее. Вот здесь проведенная реформа была наглядно видна – после сдачи оговоренных норм государству, значительно сниженных, колхозы сбывали в города довольно существенные излишки уже не по низким закупочным ценам, а увеличенным, «прибыльным». Карточный набор тут отменили в виду ненадобности – цены, хотя и «покусывались», но были вполне по карману каждому рабочему и служащему. Многим колхозам по всей стране разрешили держать в городах собственные лавки – осталось только фильм снять «Кубанские казаки», причем уже не столь фантастический.
Да и кустари разошлись не на шутку – везде стояли будки сапожников, которые могли быстро и качественно отремонтировать обувь, причем цены не «задирали», и при этом платили пусть малые, но налоги. И так по всей стране, оставалось только надеяться на лучшее, что новая война не затянется. При этом с немцами удалось договориться – пока воюют они с японцами, а Советский Союз держит к ним «благожелательный нейтралитет», и всячески помогает, но, не афишируя, в «рамках приличий». Зато активно поддерживая Берлин идеологически и пропагандой – все же те сражаются с империалистами и колонизаторами, тут методика агитации давно отработана…
– Сейчас нельзя влезать в войну, потихоньку готовится. Но если дела у японцев пойдут плохо, придется воевать, чтобы США не получило плацдарм у нас под боком. Пусть лучше зависимые и впавшие в долги самураи – с ними намного спокойнее в будущем будет. Да, были врагами, сейчас союзники – таковы обстоятельства, а они многое диктуют.
– Хотелось бы остаться в стороне от войны, – вздохнул Жданов, – но нас в покое не оставят. Тут «некромант» прав – либо мы сейчас англосаксов «уроем» и отобьем у них на будущее всю охоту связываться с нами, или они нас «уделают», и навяжут свои условия мира. Но в любом случае искать сепаратного мира Германия не станет – нынешняя ситуация европейцев более чем устраивает, все же какой-никакой, но порядок есть. Так что идеи их «местного» социализма большинство населения вполне устраивают, а мнение на этот счет «очень немногих» спрашивать не будут, все знают, как якобинцы с помощью гильотины с такими боролись. Вот французы и дадут пример, без него никак – но мы мешать не будем, посмотрим.
Кулик кивнул – жестокие времена всегда ведут к жестоким нравам, тут ничего не поделаешь. Так поступают всегда – господствующий класс в таких случаях, когда не принимает своего поражения, уничтожается подчистую. Немцы это сделали «мягко», еще в тридцатые года установив доминирование государства. Вот и сейчас подобное произойдет с Францией, а потом с ней поступят как с Италией по старому принципу – «divide et impera». Сознательное дробление на части продолжится, чтобы все страны Европы стали мелкими, а потому полными сателлитами Германии. А иначе никак – должен быть очень сильный «центр», который со временем медленно и неуклонно присоединит к себе окраины, потихоньку их «переваривая» в рамках общей идентичности с помощью экономического, идеологического и политического укладов. А там дело потихоньку дойдет и до трансформации…
Табачный отдел послевоенного коммерческого магазина – выбор папирос на любой вкус, даже сейчас такого ассортимента нет. Это и есть то самое «кратное» увеличение цен. Но если табак и водка пользовались повышенным спросом, то к маслу и колбасе подступались немногие покупатели – цена тут отличалась в 30–40 раз. Все эти магазины «Главособторга» давали в разные периоды от четверти до половины доходов торговли, изрядно наполняя бюджет – людям ведь есть хочется всегда, и желательно хорошо, как обладателям «литерных» карточек…
Глава 18
– Не может быть, этого просто не может быть…
Адмирал флота Холси с ужасом смотрел на приближающиеся крылатые ракеты – такого поворота событий никто из американцев никак не ожидал даже в самом кошмарном сне. Их было чудовищно много – в сильную оптику бинокля можно было разглядеть многие десятки еле видимых точек, которые расползлись по горизонту не только в ширину, но и в высоту. Словно пчелы, сбившиеся в плотный рой – вот только со смертоносными «жалами», опасными для корабля водоизмещением двадцать пять тысяч тонн.
Всякое повидал в своей жизни старый заслуженный адмирал, переживший в прошлом году несколько атак «камикадзе». Поначалу безумные самоубийцы напугали, отвесно пикируя на своих «зеро» и «джуди», «кейтах» и «вэлах» на авианосцы. А там вспышка взрыва тысячефунтовой бомбы – и над пораженными кораблями вставали клубы черного дыма. Но с этой напастью легко справлялись, задолго до атаки поднимая с палуб «хелкеты» и «корсары». Истребители встречали камикадзе на подходе, и атаковали, сбивая всех кого можно, заодно и бывшие в сопровождении «зеро». Опытных пилотов у японцев осталось мало, и потери американцев были минимальные – обычно считали один к семи. Так что ударные волны рассеивались еще на подходе, сбитые вражеские самолеты один за другим падали в волны. Прорывались немногие – их встречал шквал зенитного огня с самих авианосцев и кораблей сопровождения. Прицельно били пятидюймовые пушки, отправляя во врага снаряды с радиозрывателями – стоило пролететь такому боеприпасу на расстоянии не дальше восьми футов от цели, и он взрывался белым клубком шрапнели, и объятый пламенем «самоубийца» падал вниз. Но больше всего успеха добивались автоматические пушки – 40 мм «бофорсы» и 20 мм «эрликоны» – они ставили фактически «непроходимый» заслон, сбивая большинство из прорвавшихся камикадзе. Но даже при этом японские летчики постоянно промахивались по целям – настолько низкий у них был уровень пилотирования. Понятно, что за штурвал летающего «боеприпаса» хорошего летчика сажать не станут, слишком расточительна такая потеря ценнейшего человеческого ресурса, на обучение которого истрачен драгоценный мотор и возможно целый самолет – обычная «плата» в авиации.
