355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Гарри Норман Тертлдав » Лучшее за 2004 год. Научная фантастика. Космический боевик. Киберпанк » Текст книги (страница 54)
Лучшее за 2004 год. Научная фантастика. Космический боевик. Киберпанк
  • Текст добавлен: 16 октября 2016, 21:27

Текст книги "Лучшее за 2004 год. Научная фантастика. Космический боевик. Киберпанк"


Автор книги: Гарри Норман Тертлдав


Соавторы: Майкл Суэнвик,Говард (Ховард) Уолдроп,Вернор (Вернон) Стефан Виндж,Паоло Бачигалупи,Кейдж Бейкер,Уолтер Йон Уильямс,Джон Герберт (Херберт) Варли,Нэнси (Ненси) Кресс,Роберт Рид,Терри Бэллантин Биссон
сообщить о нарушении

Текущая страница: 54 (всего у книги 69 страниц)

Конец фильма: 2333 год

Молодой человек склонился над компьютером, ловко манипулируя изображением, чтобы создать выразительный видеоряд. Добившись желаемого результата, он надел наушники и стал редактировать звук, состоявший из небольших отрывков музыки и фрагментов диалога. В результате вышел тридцатисекундный репортаж. Зрителей будет не оторвать от него, и у них сложится впечатление, что японские императорские войска жестоко подавили восстание республиканцев в Мацатлане, а калифорнийцы всех пяти провинций поднялись как один, чтобы поддержать своих угнетенных братьев и сестер на юге.

Разумеется, ничего подобного на самом деле не произошло, но если люди будут думать, что это правда, это может стать истиной. Такое бывало и раньше.

При этом все это было ради всеобщего блага, ибо такое восприятие событий зрителями приводило в движение определенные силы. Молодой человек не сомневался в том, что демократия – наилучшая форма правления, но давно уже понял, что она плохо работает из-за непроходимой глупости народа. Однако ничего страшного! Если блестящий старый автомобиль не работает, его можно взять на буксир и сделать вид, что он едет сам. Главное, чтобы его тянули в нужном направлении…

Молодой человек отправил репортаж во всемирную информационную сеть и взялся за следующий. Сами по себе эти факты ничего не говорили, но, подав их нужным образом, можно было убедить зрителей в том, что правительство Канадского Содружества Наций безжалостно эксплуатирует индейцев и эскимосов на добыче льда. Однако не успел молодой человек составить и десятисекундного видеоролика, как появился бессмертный в сером костюме с сумочкой для компьютерных дисков в руках.

– Прибыли материалы из Цейлонского центра, шеф. Вы просмотрите их до или после прогулки?

– Ого! Уже пора на прогулку! – воскликнул молодой человек, взглянув на хронометр в углу дисплея. – Оставьте материалы, Квинт. Я просмотрю их вечером.

– Как прикажете… – Бессмертный положил сумочку на стол и удалился.

Молодой человек встал, потянулся и прошел в свои личные покои. Собачка, спавшая, свернувшись клубочком под стулом, встала и с заспанным видом проследовала за хозяином.

За окном молодой человек видел последние четыреста лет примерно одно и то же. В обе стороны до самого горизонта простирались девственные горы Святого Луки. На западе светился спокойный голубой океан. Никто не посягнул здесь на природу. Молодой человек этого не допустил.

Переодевшись в костюм для верховой езды, он задержался перед зеркалом и расчесал волосы. Он сам добился принятия закона, запрещавшего такое издевательство над животными, как верховая езда, и был очень рад тому, что жестоким людям больше не разрешалось орать на животных, бить их и загонять до полусмерти. Но ведь сам-то он обожает животных и никогда не обижает их при езде. Почему же на него должен распространяться этот закон?

Отвернувшись от зеркала, молодой человек увидел портрет Марион – улыбающейся девушки его мечты, вечно молодой, вечно счастливой и трезвой. Теперь никому из близких молодого человека не грозили ни смерть, ни старость. Никому, кроме его собаки. Она старела. Все собаки стареют и умирают. Обессмертить собак не в состоянии даже полезная во многих других отношениях Компания.

Со двора до молодого человека донеслись голоса.

"Когда правительство ушло в отставку, – объяснял экскурсовод, – Департамент садово-паркового хозяйства остался без денег. Сначала казалось, что народ Калифорнии навсегда потеряет Зачарованный Утес, который попадет в руки заграничных инвесторов, И действительно, хранившиеся в этом поместье бесценные произведения искусства одно за другим продавались с аукциона… А помните ли вы о древнем киносценарии, обнаруженном в старинном шкафчике? Этот редкий документ нашли несколько лет назад в разгар кампании за возрождение Старого Голливуда…"

Эти слова отвлекли молодого человека от его мыслей. Едва заметно улыбнувшись, он подошел к окну с фигурным переплетом и посмотрел вниз на группу туристов. Собачка поплелась за ним. Он взял ее на руки и почесал ей между ушами, прислушиваясь к доносившимся со двора голосам.

– Так вот, этот шкафчик тоже из этого поместья, – продолжал экскурсовод. – Известно, что Рудольф Валентино дружил с Марион Дэвис. Наверняка он и оставил этот сценарий здесь, когда в очередной раз гостил у нее. Потом сценарий каким-то образом попал в секретное отделение шкафчика и пролежал там, пока не был найден его новыми владельцами, купившими шкафчик на аукционе.

– Но если все было распродано?… – начал, подняв руку, один из туристов.

– Не все, – улыбнувшись, пояснил экскурсовод. – В последний момент свершилось чудо… Как вам известно, у Уильяма Рэндольфа Херста было пять сыновей, но их потомки в основном покинули Калифорнию. Оказалось, что один из них живет в Европе. Он очень богат и, услышав о продаже поместья, прилетел к нам и обратился к правительству Калифорнийской Республики. Он приобрел поместье в собственность, но оставил за народом Калифорнии право посещать его и любоваться его красотой.

– Сколько же денег у этого человека? – поинтересовался один из туристов.

– Этого не знает никто, – со смущенным видом сказал экскурсовод. – Но мы должны быть благодарны нынешнему мистеру Херсту. Он не только сохранил большую часть произведений искусства, хранившихся в этом поместье, но и прибавил к ним новые. Кроме того, несмотря на возражения некоторых лиц, он планирует расширить свой замок.

– А мы увидим этого человека? – спросил другой турист.

– Боюсь, что нет, – ответил экскурсовод. – Мистер Херст не выходит к посторонним. Кроме того, он очень занятой человек. Но он рад гостям, осматривающим его владения, и оплатил сегодняшний шведский стол для вас. У всех есть талоны?… Вот и отлично! Пойдемте! И прошу вас не заходить за ограждение!

Радостно возбужденные туристы последовали за экскурсоводом.

Молодой человек смотрел на них сверху вниз из высокого окна.

Положив собачку в корзинку и велев ей там и сидеть, он спустился по личной лестнице в сад. Он любил гостей. А точнее, он любил смотреть издали на их озаренные благоговейным восторгом лица, когда они обозревали красоты его роскошного поместья. Ему нравилось видеть радость на лицах смертных.

Кроме того, ему нравилось направлять их жизнь в нужное русло. При этом он ни секунды не сомневался в том, что способен это сделать и понимает, куда и как нужно идти человечеству. Все это его очень забавляло.

Именно это и скрашивало его вечную жизнь.

Молодой человек задержался на мгновение под сенью вековых дубов, огляделся по сторонам и улыбнулся создаваемому им миру своей жутковатой улыбкой.

Роберт Рид – Во мраке времени

Robert (David) Reed. Night of Time (2003). Перевод: Д. Сухих

Роберт Рид начал публиковаться в 1986 году и быстро стал постоянным автором журналов «The Magazine of Fantasy and Science Fiction» и «Asimov's Science Fiction». Кроме того, многие его рассказы печатались в «Science Fiction Age», «Universe», «New Destinies», «Tomorrow», «Synergy», «Starlight» и в других изданиях. Возможно, Роберт Рид – один из самых плодовитых современных молодых писателей, особенно в жанре научно-фантастического рассказа, где с ним могут сравниться разве что Стивен Бакстер и Брайан Стейблфорд. При этом – наравне с Бакстером и Стеблфордом – Рид никогда не приносит качество в жертву количеству, что не так уж и легко. Такие рассказы Рида, как «Sister Alice», «Brother Perfect», «Decency», «Savior», «The Remoras», «Chrysalis», «Whiptail», «The Utility Man», «Marrow», «Birth Day», «Blind», «The Toad of Heaven», «Stride», «The Shape of Everything», «Guest of Honor», «Waging Good» и «Killing the Morrow», а также не менее шести-семи других входят в число лучших произведений этого жанра конца XX – начала XXI века. Кроме того, Роберт Рид – автор ряда романов. С конца 80-х годов он опубликовал: «The Lee Shore», «The Hormone Jungle», «Black Milk», «The Remarkables», «Down the Bright Way», «Beyond the Veil of Stars», «An Exaltation of Larks», «Beneath the Gated Sky» и «Marrow». Последняя книга Роберта Рида называется «Sister Alice». Ее при желании можно рассматривать и как роман, и как сборник рассказов. Кроме того, автор скоро завершит роман «Marrow 2». Роберт Рид живет с семьей в городе Линкольн, штат Небраска. Рассказы Роберта Рида публиковались в антологиях «The Year's Best Science Fiction» за 1992-2000, 2002 и 2003 гг. Лучшие рассказы Рида вошли в сборник «The Dragons of Springplace». Каждый год составителю приходится ломать голову не над тем, включать ли в сборник рассказ Роберта Рида, а над тем, какой именно из его рассказов выбрать. Ведь антологию лучших рассказов года всегда могут украсить собой произведения этого автора.

В настоящем сборнике представлен неоднозначный рассказ «Во мраке времени», в котором речь идет о том, что иногда лучше забыть, чем помнить…


*

Эш не торопясь пил горький чай в тенечке у дверей своей лаборатории. Он сидел на небольшом стуле, который вырезал своими руками в толстенном стволе игольчатой сосны. Ни на миг не прекращаясь, дул сильный сухой и теплый ветер. Подставив лицо ветру, Эш жмурился от удовольствия. Солнце у него над головой было совсем как настоящее, оно навсегда зависло не очень высоко над горизонтом, изображая раннее утро. Искусственное небо розовело в лучах, похожих на солнечные, пронзавших облака пыли, якобы принесенные ветром с далекого холма. У самых ног Эша разверзся невероятно глубокий каньон. Вдоль его гранитных стен вились стеклянные дороги. Его пересекали сотни узких стеклянных мостов, сверкавших на солнце блестящей паутиной. В магазинах и мастерских вдоль важнейших дорог было оживленно. Между ними возвышались похожие на ульи жилые дома и залы для коллективного спаривания, украшенные по фасаду миниатюрными статуями. К стенам каньона цеплялись липучие деревья. Они поднимали сосудами своих стволов воду из струившейся на дне каньона реки. Все это было идеальной средой обитания для населявших этот район существ класса 31/3.

Хотя в его лаборатории последние несколько лет и царило затишье, Эш отличался терпением и обладал прагматическим складом ума. Он понимал, что его необычный череп и заработанная упорным трудом добрая слава рано или поздно приведут к нему на порог тех, кто впал в бездну отчаяния или не знает, куда девать лишние деньги.

"Наверняка это случится еще до конца года, – делано уверенным тоном сказал самому себе Эш. – А может, именно сегодня".

Конечно, Эш не тешил себя иллюзиями. Просто он приучил себя повторять эти слова, а потом выглядывать на единственную дорогу у его лаборатории, чтобы посмотреть, не идет ли кто-нибудь к нему… И вот сегодня он наконец увидел две фигуры, поднимавшиеся по бесконечной стеклянной ленте. Незнакомцы шли один за другим, с трудом преодолевая подъем и склоняясь от сильного ветра.

Первым двигалось крупное существо с незамысловатым черным и гладким цилиндрическим туловищем на шести членистых ногах. Эш сразу понял, кто это такой. Второй же незнакомец с такого расстояния показался ему человеком.

Вряд ли это покупатели… Скорее просто туристы! Может, они даже незнакомы и по чистой случайности идут в одну сторону!

Тем не менее Эш решил потешить себя приятной мыслью о том, что незнакомцы направляются именно к нему. Допив чай, он стал ждать и прислушиваться. Через некоторое время порывы ветра начали доносить до него обрывки фраз. Шестиногое существо что-то негромко вещало. В быстром потоке слов Эш уловил фрагменты древних преданий, сплетенных с хитроумными абстрактными теориями, принадлежащими к наследию одного из мудрейших видов живых существ в Галактике.

– Озарите меня светом мудрости! – воскликнул Эш, когда существо на мгновение замолчало: ученый знал, что ни один воззен не устоит перед такой лестью.

Подъем закончился, и шестиногое существо легко повернулось на месте, вперив все свои глаза в высокого человека в запыленной одежде, восседавшего внутри соснового ствола. При этом воззен продолжал медленно двигаться вперед, но его походка была усталой. Блестящий панцирь воззена покрывала такая же блестящая черная матерчатая попона.

– Мудрость сияет для всех, – раздался его тонкий голос довольно неприятного тембра.

Потом шестиногий воззен подрегулировал свой переводчик и уже гораздо мелодичнее добавил:

– Если ты человек по имени Эш, мудрость воссияет и для тебя.

– Да, это мое имя! – ответил Эш и тут же бросился на колени.

Твердую почву здесь покрывали мелкие камушки, которые больно впивались в колени, но воззены любили такие знаки почтения.

– Чем могу служить моему мудрейшему гостю? – осведомился Эш, глядя на черное существо снизу вверх.

– Эш… – сказал шестиногий, словно пробуя его имя на вкус. – Это, кажется древнее английское имя, не так ли?

Эш непритворно удивился и неуверенно улыбнулся.

– Я даже не знаю, – пробормотал он.

– Именно английское! – У воззена был отличный переводчик, говоривший таким человеческим голосом, что становилось немного не по себе. Это был мелодичный, но решительный мужской голос. – Я изучал этот вопрос и помню, что в вашем родном мире некогда существовал малюсенький остров. На нем было свое государство. Его граждане и их союзники создали необъятную империю. Впрочем, просуществовала она совсем недолго.

– Как интересно! – воскликнул Эш, глядя на второе существо, все еще тащившееся вверх по склону, волоча за собой огромный тюк на воздушной подушке. Теперь Эш хорошо видел, что это отнюдь не человек.

– Однако сам ты родом не с Земли, – продолжал воззен. – Состав твоих клеток, твой зауженный череп – все это говорит о том, что ты принадлежишь к одному из древнейших особых подвидов людей, но не землян.

– Я родился на Марсе, – признался Эш.

– На Марсе?

Одного этого слова хватило для того, чтобы речь воззена растеклась потоком воспоминаний, фактической информации и поучительных назиданий.

Наконец воззен сосредоточился на одном из аспектов своих рассуждений:

– Некогда на Марсе проводились интереснейшие политические эксперименты. Начиная с образования первых геотехнических компаний для переформирования окружающей среды, заканчивая "Ночью Пыли"…

– Я помню, – перебил воззена Эш, старавшийся направить разговор в нужное ему русло. – А вы, наверное, историк? Как и многие из мудрейших существ вашего вида…

– Да, история мне знакома довольно близко, – удовлетворенно закивал воззен своим черным цилиндром.

– Понятно… Вы, кажется, искали меня и наверняка хорошо осведомлены обо всем, что происходило в моей жизни?

– Обойти вниманием события твоей жизни было бы по меньшей мере неучтиво, – важно ответил воззен.

– Конечно-конечно, – поддакнул Эш, отвесив очередной глубокий поклон. – Ну и чем же может помочь такой старый марсианин, как я, мудрейшему из воззенов?

Шестиногий на мгновение замолчал.

Эш воспользовался передышкой, чтобы получше рассмотреть второе существо. Тело незнакомца очень напоминало строением человеческое, а голову украшала растительность, способная сойти за копну каштановых волос. У него были рот и два глаза. Впрочем, носа у него на лице не было, а имелся рот, полный крупных розовых зубов. Разумеется, многие представители человечества претерпевали самые разные генетические изменения, а где-то у самых бортов корабля обитали совершенно невероятные мутанты, чьи далекие предки тоже были людьми, но стоявшее перед Эшем существо все равно не было человеком. Эш чувствовал это и беззвучно связался со своей лабораторией, приказав ее приборам определить, к какому виду живых существ принадлежит второй незнакомец.

– Я внимательнейшим образом ознакомился с необычайными перипетиями твоей жизни, Эш, – заявил воззен.

Морщась от боли в коленях, Эш отвесил земной поклон.

– Для меня это большая честь! – сказал он.

– Насколько мне известно, ты обладаешь очень необычным арсеналом приборов, – начал воззен.

– Очень необычным и крайне совершенным! – подхватил Эш.

– И талантами еще более удивительными, чем твои аппараты.

– Единственными в своем роде талантами, – не моргнув глазом заявил самоуверенным тоном Эш, улыбнулся и, желая перехватить у собеседника инициативу, поднялся на ноги, смахивая пыль с поцарапанных коленей. – Я всегда рад помочь, если это в моих силах.

– Ты делаешь это за плату, – с нескрываемым презрением в голосе заметил шестиногий.

– Мне платят лишь то, что я честно заработал, – пожал плечами Эш, приблизившись к воззену. – И размер моего вознаграждения диктуют гнусные законы рынка.

– Я бедный историк, – посетовал воззен.

Эш взглянул прямо в его блестящие черные глаза и негромко проговорил с плохо скрытой угрозой в голосе:

– Представляю себе, как ужасно для воззена, – тем более историка, – навсегда прощаться с собственной памятью…

Когда-то земляне нашли в космосе покинутый всеми корабль размером с целую планету. Они починили Корабль и отправили его в полет по самым густонаселенным районам Галактики. Эшу повезло. Он стал одним из первых пассажиров Корабля. Несколько сот лет он летал на нем простым туристом. Но он не забыл то, чему научился в предыдущей жизни, а от разнообразнейших существ, поднимавшихся на борт корабля, он перенял новые умения и навыки. Накопленный таким образом опыт и позволил Эшу создать себе совершенно уникальную лабораторию.

– Не желаете ли взглянуть на то, что может за деньги сослужить вам добрую службу? – спросил он воззена.

– Да, конечно!

– А ваш спутник?

– Мой помощник побудет на улице.

Человекообразное существо, кажется, ничего другого и не ожидало. Подойдя к игольчатой сосне, оно привязало тюк на воздушной подушке к высохшему суку, подошло к краю каньона и стало с непроницаемым лицом созерцать его сверкающие глубины. Возможно, существо искало взглядом невидимую реку на дне каньона или погрузилось в собственные мысли.

– Как прикажете вас называть? – поинтересовался Эш.

– Называй меня просто "хозяин", – с достоинством ответил воззен.

Все воззены желали такого рода обращений… Эш кивнул и зашагал к дверям лаборатории.

– А как зовут вашего помощника? – спросил он через плечо.

– Призрак, – коротко бросил воззен.

– Это его настоящее имя? – удивился Эш.

– Примерно так оно звучит в переводе на твой язык.

Из-под длинного цилиндрического тела воззена возникло несколько членистых рук. Многочисленные пальцы стали поглаживать косяки дверей. Из какого-то кармана воззен извлек малюсенький датчик и направил его в темноту, царившую за дверьми.

– Ты очень хочешь знать, Эш?

– Что именно?

– Кто такой мой спутник? Ведь он кажется тебе очень странным, не так ли?

– Совершенно верно.

– Ты что-нибудь слышал про абэков?

– Да, но никогда их не видел. Это редкостные существа, – немного помолчав, добавил Эш. – Они отличаются не умом, а беззаветной преданностью.

– Да, они довольно простодушны, – ответил Хозяин. – Но несмотря на это качество, а может, именно благодаря ему из них выходят прекрасные слуги.

Мрак в туннеле сгущался. Внезапно туннель расширился. Повинуясь беззвучной команде Эша, вспыхнули огни, мгновенно озарившие обширное помещение, пол которого был вымощен простой плиткой. Шершавый потолок терялся где-то в высоте, а у дальних стен стояли шеренги приборов, уже просыпавшихся для одного из тех редких случаев, когда в них возникала необходимость.

– Вас снедает любопытство, Хозяин? – Эш позволил себе улыбнуться.

– О, да еще как! – воскликнул воззен. – Но о чем ты говоришь сейчас?

– О том, как все это работает, – с нескрываемой гордостью ответил Эш, показывая на свою аппаратуру. – Такого нет даже у капитана корабля. Во всей известной части Галактики едва ли найдутся еще две-три такие лаборатории.

– Лаборатории для коррекции памяти, – эхом отозвался Хозяин. – Я знаю принцип действия этих приборов. Они манипулируют электронами в мозгу пациента, усиливая некоторые из их свойств. Кроме того, они используют квантовую структуру Вселенной, проникая в триллионы очень похожих, но все-таки разных миров. Именно благодаря принципу двух весьма изощренных вмешательств временно повышается способность мозга вспоминать прошлое.

Эш кивнул и подошел к главному пульту управления.

– Но все это мне очень не нравится! – заявил воззен.

– Ничего удивительного…

– В представлении о Вселенной как о множестве разных миров есть что-то непристойное. По-моему, это уродливый и нелепый гротеск. Я всегда презирал эту теорию.

– И не вы один, – покачал головою Эш.

– Надо же такое придумать! – гневно рявкнул воззен. – Каждый электрон, видите ли, существует во множестве параллельных миров, дрейфует в бескрайнем океане собственного потенциала, и никогда не знаешь, чем кончится его очередная метаморфоза!

– Мы живем лишь в одном мире, – перебил воззена Эш. – И этот мир – маленькая веточка в пышной кроне огромного дерева.

– Чушь! – прорычал Хозяин.

Приборы проснулись. Множество световых индикаторов и ярких дисплеев были призваны производить неизгладимое впечатление на клиентов Эша, который при желании мог бы управлять приборами в полной темноте с помощью коммуникационных узлов, вшитых в разные части его тела.

Но ведь яркие огни и загадочные звуки – прекрасный антураж для такого таинственного действа!

– Никакая мы не веточка в пышной кроне! – раздраженно захлопав ступнями задних ног, воскликнул воззен. – Я историк. Меня все уважают, хотя и не все любят. Всю свою длинную жизнь я провел, собирая и изучая факты. Никто не убедит меня в том, что пышный карнавал событий истории – всего лишь мох на прогнившей веточке древа с необъятной кроной!

– Мне очень хотелось бы с вами согласиться, – задумчиво сказал Эш.

– Хотелось бы?

– Иногда я даже думаю… – Эш замолчал, словно подбирая слова. – Я считаю, что мы живем в единственном истинном мире. Вселенная именно такова, какой кажется нам, и такой ей следует быть. Я же использую только хитроумный прием для контакта с призрачными мирами, математическими формулами и бесплодными потенциалами. Иными словами, мы – ствол огромного древнего древа, а его призрачные ветви должны лишь питать наши великие души…

Шестиногое существо с уважением взглянуло на Эша. Молчание само по себе было для воззена проявлением уважения к собеседнику. Затем Хозяин протянул длинные членистые пальцы человеку, которого он, хотя бы сейчас, считал равным себе.

– Ты действительно так думаешь?

– Сейчас – да, – ответил Эш и усмехнулся – два внутренних коммуникационных центра и один дисплей сообщили ему, что у историка достаточно денег, чтобы оплатить его услуги. – И если понадобится, я буду так думать целый день.

С этими словами Эш повернулся к воззену, вновь отвесил ему неглубокий поклон и спросил:

– Ну и что же именно вы хотите вспомнить, Хозяин?

Глаза шестиногого потухли.

– Я и сам не знаю, – дрожащим от ужаса голосом сказал он. – Я забыл что-то очень важное… Что-то невероятно важное… Но я не помню, что именно…

Прошло несколько часов, но искусственное солнце не сдвинулось с места. Ветер дул все так же сильно, и когда Эш вышел из прохладных глубин своей лаборатории, ему лишь показалось, что на улице стало жарче. Он оставил пациента в цилиндрической камере-детекторе. К панцирю воззена были подключены тысячи датчиков, лихорадочно рывшихся в содержимом его тела и древнего мозга. Сначала Эш пристально следил за поведением воззена, готовый подбодрить или одернусь своего пациента, если это будет необходимо. Однако воззен беспрекословно выполнял все указания и старался стоять неподвижно, пока приборы составляли сложную карту его мозга, протянувшегося толстым слоем сверхпроводящих белков, световых каналов и квантовых колодцев вдоль всего цилиндрического тела. Однако заставить шестиногое существо держать язык за зубами было не под силу даже Эшу с его приборами, и воззен все время бормотал, вспоминая какие-то загадочные события давно ушедших эпох.

Составление карты мозга было необходимым, но очень скучным этапом работы.

Из небольшого углубления в розовой гранитной стене Эш извлек очередную чашку только что заваренного невероятно вкусного и деликатесного горького чая.

– Красивый вид, – вдруг раздался чей-то голос.

– Красивый, – согласился Эш, отхлебнув из чашки.

Абэки охотно принимали предложенные им напитки, но Эш не стал угощать Призрака.

Укрывшись за сосной от ветра и солнца, Эш спросил:

– Ты знаешь что-нибудь о существах класса 31/3?

– Очень мало, – признался Призрак.

Абэк говорил без помощи переводчика. Его речевые органы могли вполне отчетливо, хотя и медленно, воспроизводить человеческую речь.

– Их родной мир не движется вокруг своего светила и довольно далек от него, – стал рассказывать Эш. – В его атмосфере много углекислого газа, к которому мои легкие привыкли на Марсе. Водяные пары и углекислый газ разогревают светлое полушарие, а ветер уносит избыточные тепло и влагу к ледникам темной стороны, которые растут, выползают в светлое полушарие, тают, и все начинается сначала… Корабельные специалисты прекрасно воспроизвели у нас на борту естественные условия, к которым привыкли существа класса 31/3.

У Призрака были большие и яркие серо-голубые глаза. Его розовые зубы расширялись книзу и явно могли перемалывать грубую растительную пищу. Челюсти Призрака были крупными и мощными. На нем не было ничего, кроме простого хитона, подпоясанного веревкой. На каждой руке у абэка было по пять пальцев без ногтей.

Эш некоторое время разглядывал его руки и босые, почти человеческие ноги. Судя по отсутствию следов на земле, Призрак проторчал все время на одном месте. Он стоял на ветру и солнце и, как полагается верному слуге, был явно готов простоять там целый день, или неделю, или месяц.

– Существа класса 31/3 не верят в существование времени, – продолжал Эш.

По лицу абэка скользнула тень.

Что это? Любопытство? Или, может, презрение?

Потом, покосившись на Эша, Призрак спросил:

– Они что, не знают о том, что ночь сменяет день, а день – ночь?

– В каком-то смысле – не знают. Но дело не только в этом.

Призрак нагнулся над пропастью. Внизу по сверкающей дороге куда-то шли, подпрыгивая и пританцовывая, несколько существ класса 31/3. Они что-то пели звонкими металлическими голосами. Эш узнал своих соседей и, как того требовала учтивость, кинул в них маленьким камушком.

– Бесконечный день, безусловно, повлиял на их представления, – ровным голосом стал объяснять Эш Призраку. – При этом они всегда были долгожителями. В их родном мире климатические условия никогда не меняются, и местные гены создали там очень долговечные, почти идеальные и бессмертные формы жизни. Люди, воззены и абэки борются со старением организма с помощью генной инженерии, а существа класса 31/3 возникли в мире, где все почти что вечно. Поэтому-то они никогда и не задумывались о времени. Вот почему их физические теории совершенно невероятны и увлекательны. Они описывают Вселенную, в которой почти нет места времени.

Абэк внимательно выслушал Эша и сказал:

– Кажется, Хозяин что-то мне об этом рассказывал.

– Ты его всегда внимательно слушаешь?

– По мере сил.

– А чем ты еще служишь Хозяину?

– Я выполняю всю повседневную работу, – объяснил Призрак, – чтобы она не отвлекала Хозяина от великих начинаний.

– И все-таки чаще всего ты его просто слушаешь? – продолжал расспрашивать Эш.

– Да, – просто ответил Призрак.

– Но воззены непрерывно что-то объясняют!

– А абэки непрерывно внимают мудрым объяснениям, – не без гордости в голосе заявил Призрак.

– Ты помнишь все слова Хозяина?

– Далеко не все… – На несколько мгновений на лице абэка возникло почти человеческое выражение. Он смущенно улыбнулся и заморгал серо-голубыми глазами. – Я намного тупее самого глупого воззена, а Хозяин – выдающийся представитель своего племени.

– Ты прав, – сказал Эш. – Он выдающийся воззен во всем.

Абэк стал переминаться с ноги на ногу и вновь вперился взглядом в существа класса 31/3.

– Пошли со мной! – вдруг решительно сказал Эш.

– Хозяин велел мне стоять здесь, – ответил Призрак. Его тон не был ни вызывающим, ни упрямым. Абэк просто намеревался выполнить отданный ему приказ и спокойно сообщал о своей непоколебимой решимости сделать это.

– Ты знаешь, что твой хозяин ждет от сегодняшнего дня? – суровым тоном спросил Эш.

Абэк ничего не ответил и задумался.

– Больше всего на свете, – продолжал Эш, – он хочет вернуть самое дорогое – свою память… И сделать это сегодня. Пошли со мной!

– Зачем?

– Хозяин успел многое тебе рассказать. Конечно, скорее всего, ты почти все позабыл, – сказал Эш, допив одним глотком чай. – Но если ты хоть что-нибудь помнишь и хочешь помочь своему обожаемому хозяину, тебе надо пойти со мной.

– Не понимаю, почему меня бросили здесь в одиночестве, не говоря ни слова! – заявил воззен. – Если ты вновь пожелаешь удалиться, предупреди меня!

– Хорошо-хорошо… Ну и что вы вспоминаете?

– А что я должен вспоминать?

– Не знаю, что-нибудь необычное…

Эш подключил к шестиногому существу новую батарею датчиков и множество еще более чувствительных устройств. Теперь Хозяин одновременно пребывал в лаборатории Эша и в сотнях триллионов других миров, хоть и не сменил при этом позы. Он так и стоял с широко расставленными ногами, сложив руки на животе.

– Ну да, – слегка удивленным тоном признал он. – Кажется, я вспоминаю гнездо, в котором родился.

– Вас это удивляет?

– Ну да. Я не часто…

– А сейчас?

– Мое первое совокупление в гнезде над садом грибов…

– А теперь?

Немного помолчав, воззен неохотно сказал:

– Я вспоминаю корабль. Я вижу огромный корабль в космическом пространстве. Я лечу к нему в маленьком челноке.

– Любой историк может только мечтать о том, чтобы оказаться на борту такого корабля, – усмехнувшись, добавил он.

– А сейчас?

Воззен молчал.

– Где вы находитесь?

– В большой аудитории, – ответил Хозяин.

– Когда это было?

– Одиннадцать месяцев назад. Я читал публичную лекцию… Обычно я кое-что зарабатываю себе на жизнь, делясь своими знаниями с теми, кого они интересуют, – пояснил воззен.

– Что же вы помните о той лекции?

– Все! – начал было Хозяин, но тут же замолчал и неуверенно добавил: – Какую-то женщину…

– Земную женщину? Что это за женщина? – настаивал Эш.

– Она была на лекции и сидела справа от меня… Нет, слева… Удивительно! Обычно я прекрасно помню, кто и где сидел…

– О чем вы говорили? – продолжал забрасывать клиента вопросами Эш.

– Когда?

– На лекции. О чем была лекция?

– Общая история Великой Спирали.

– Млечного Пути! – перебил воззена Эш.

– Да. Именно так вы и называете Галактику, в которой все мы живем… – С этими словами шестиногий воззен растопырил у себя перед глазами бесчисленные тонкие пальцы. – Я лишь слегка коснулся элементарнейших фактов из нашей общей истории и перечислил важнейшие виды живых существ, существовавших в последние три миллиарда лет.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю