Текст книги "Ветер с Востока. Лгунья (СИ)"
Автор книги: Галя Шенец
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 20 страниц)
Чувствуя нерешительность Нис, Асман всё взял в свои руки. Он сам заставил девушку обхватить его ствол ладошкой и провести несколько раз по всей длине. Видел, наблюдая за реакцией, как расширились от удивления её глаза, а потом начал целовать, вначале быстрыми и короткими поцелуями, а потом медленно, порочно и сладко. Не знал куда деть руки, понимая, что без воды касаться девичьего тела нельзя, чтобы случайно не повредить тонкий искусственный покров её кожи. Он сам в таком положении не мог доставить ей удовольствие, от чего злился и заводился ещё сильнее. Как и предполагал, ему не потребовалось много времени, чтобы кончить. Нис с любопытством посмотрела вниз на то, как белёсая субстанция толчками выплёскивается на её обнажённый животик.
Асман ещё испытывал отголоски долгожданного оргазма, как прозвучал весёлый голосок:
– Да развеж так стреляют? И контрольный был какой-то слабенький. Пух и всё.
Не соображая до конца, Асман пытался переварить услышанное. А потом его взгляд резко прояснился и он зарычал:
– Ах ты негодница, насмехаться вздумала? А знаешь, как я с тобой буду стрелять?
Асман нахально улыбнулся. Чувствовал, знал, что это его девочка, его женщина, хоть он её ещё и не пробовал, но всё его мужское нутро уже было уверено, что это она. Это та, которая дарована ему небесами, которую ищешь бессознательно по запаху, по ощущения, и так же бессознательно чувствуешь, что нашёл. Разум этого не понимает, не распознаёт, но это уже становится неважно, тело и душа поют рядом с ней – единственной.
– Будешь стоять передо мной на коленях с высунутым язычком, а я буду заливать его и твои мягкие губки собой, а потом ты будешь облизываться, а я буду наслаждаться этой развратной картинкой.
– Фу, в твоей фантазии я похожа на какую-то собачонку, выпрашивающую лакомство.
Асман долго смеялся:
– Я и забыл, что ты ещё маленькая.
Он обнял её и нежно прижал, стараясь не сдавливать.
– Никакая ты не собачонка, а моя, моя самая желанная. Это я так подразнить тебя. Но ты готовься, делать с тобой я буду всё-всё и ещё много чего, дай только срок. Сегодня во время купания и начнём.
– Ты же сам сказал, что нельзя.
– В воде нежно и аккуратно можно. Буду приучать тебя к себе.
– Как щенка к подстилке? – Нис невинными глазками смотрела на мужчину.
– А ты ещё та, заноза, как я погляжу.
– Та, та, – согласно закивала Нис. – Я не белая и не пушистая, я же не блондинка.
– Я уже понял, – рассмеялся Асман. – Сейчас полежи. Тебе нужно отдохнуть, уже видно, как твои реакции замедлились. Всё таки какая-то часть того яда ещё гуляет в твоей крови. Пока ты спишь, я приготовлю овощи и рыбу на огне. Но ты не представляешь, как же я хочу уже мясо.
– А откуда у нас рыба?
– Я же добытчик. С утра наловил. А ты думала, что я только ручку и калькулятор в руках умею держать?
Нис улыбнулась и кивнула, закрывая глаза. Асман видел, что она устала. Не прошло и минуты, как Нис уже крепко спала. Он смотрел на девушку и впервые в жизни чувствовал, как внутри разливается спокойствие, а душу затапливает нежность. Сейчас всё было правильно, так как и должно быть. Она была его, его какой-то когда-то потерянной частью и вот она нашлась, встроилась в его жизнь и сама эта жизнь стала ярче на эмоции, на краски, а ещё она должна была подарить им море удовольствия. Нис ещё не знала этого, а Асман уже предвкушал, рисуя в своём воображении самые развратные картинки с её участием.
С обедом пришлось немного задержаться. Асман не стал будить Нис, понимая, что для неё сейчас самое целительное – это долгий спокойный сон, возвращающий силы и здоровье. Лёг рядом и дождался, когда девушка проснувшись села и с удивлением посмотрела на лежащего мужчину.
– Пора есть, – тихо ответил на её взгляд. – У нас очень интересные планы.
– А как же послеобеденный сон? – Нис явно хотела его поддеть.
– Ты не выспалась?
– Не знаю, – лукаво потянулась девчонка, – можно и ещё поспать.
– Вот и поспим, вместе поспим, – Асман вернул ей такой же загадочный взгляд и вылез из палатки.
Как только всё было съедено, а довольная Нис облизнулась и вытерла ротик салфеткой, Асман тут же потянул её на берег.
– После обеда полагается полежать, – начала упираться Нис, догадываясь о причине такой спешки.
– Во-первых, ты уже выспалась, а во-вторых, тебе нужны водные процедуры, потом поваляешься и я с тобой, – ворчал Асман, аккуратно, но упорно подталкивая её к воде. Послеобеденный сон мне тоже нравится, тем более с тобой.
Понимая, что сама согласилась и их отношения уже перешли на другой уровень, Нис покорно дала себя раздеть, но когда увидела, что на этот раз Асман стянул с себя не только штаны, но и широкие спортивные трусы-шорты, в которых обычно купал её, заскромничала и отвернулась.
– Нис, посмотри на меня, – потребовал тут же мужчина, беря её за руку. – Поверь, я сейчас чувствую себя пацаном, как будто впервые с девушкой и главное не облажаться. Ты же не оттолкнёшь?
– Нет, – всё таки выдавила из себя Нис, ещё ниже опуская голову и прячась за спадающими на плечи волосами.
– Хорошая моя, теперь я могу тебя гладить, как и раньше, но более откровенно и не запрещать себе касаться тебя везде-везде, ласкать тебя. Пойдём, не бойся и не стесняйся, я буду нежен.
– Опытный искуситель. Асман, ты так сладко говоришь.
– Я не мальчик, Нис. Разве это плохо?
– Не знаю, хорошо если ты не старый развратник.
– Ну уж нет, – снова рассмеялся мужчина, – то что я не старый – это точно. А развратник? Поверь, я с удовольствием буду каждый день развращать тебя.
– Так нельзя, – как строгая учительница заявила Нис.
– Почему? Самое главное, что никто не узнает.
Пока они говорили, мужчина всё время медленно тянул Нис в воду и она, мельком глянув на него, осторожно шла за ним. Как всегда поначалу ёжась от прохлады горного озера, которое согретое на поверхности ближе ко дну зябко холодило ноги, девушка старалась не смотреть на обнажённого мужчину, но так хотелось прижаться к его всегда горячему огромному телу. В этот раз Асман не только купал и гладил, он по-настоящему ласкал Нис. Когда понял, что Нис не противится его откровенным прикосновениям и почувствовал, как она внутренне расслабилась, отпуская свой страх, его пальцы коснулись её внизу живота, медленно и очень чувственно обведя пушистый треугольничек, затем не торопясь, считывая обратную реакцию, прошлись по нежным губкам. Понимая, что девичье тело отозвалось на его ласки, Асман с довольной улыбкой посмотрел на покрасневшую Нис и горячо зашептал:
– Ты и раньше возбуждалась, когда я купал тебя?
Нис подняла на него виноватый взгляд и, помедлив, кивнула, в волнении облизав губы.
– Всегда?
И снова увидел, только немое подтверждение своей догадки.
– Моя, – выдохнул, сам расплываясь в довольной улыбке. Ты понимаешь, что отныне ты моя?
Жаркий шёпот щекотал ухо Нис и она прижала его к своему плечу, закрываясь.
– Асман? – позвала. – А почему шёпотом? Боишься, что рыбы подслушают?
Мужчина хмыкнул и всё так же тихо ответил:
– Главное, чтобы не подсматривали.
Он не убрал руку, а только приблизился к теперь уже своей девочке, его пальцы скользнули глубже. Начал не торопясь ласкать, поглаживая, уже затвердевший под его пальцами чувствительный узелок. Они не могли прижаться друг к другу, поэтому, лаская Нис, Асман положил свою огромную лапищу на её шею, где не было плёнки и прижал голову Нис к своей груди, дыша в её макушку. Когда от его ласк Нис вздрогнула и он почувствовал, как откликнулось её тело, содрогаясь в оргазме, он поднял её лицо и поцеловал, выражая в своём долгом поцелуе и благодарность, и страсть, и желание. Его член стоял и Нис теперь сама, проявляя свою инициативу, погладила его и принялась ласкать так, как показал ей в палатке Асман.
– Осмелела? – довольно прошептал Асман, стараясь не спугнуть порыв.
– Просто твой, – она показала глазами на член, – так жалобно на меня смотрел, что мне стало его жалко, вот я и решила его погладить.
– Капец. Такого мне ещё никто не говорил. То есть это ты из-за жалости? А знаешь, хочешь кое-что скажу по секрету?
– Конечно хочу, – глаза Нис заблестели в ожидании.
– Ему, конечно, нравится, когда его гладят, но он больше всего любит, когда его целуют и лижут влажным горячим язычком, он тогда вообще просто с ума сходит.
Красные щёки Нис горели огнём, чем забавляли довольного Асмана.
– Ты, ты, ты всё таки очень развратный. Как ты можешь такое говорить?
– О, я буду не только говорить, но и делать. Мы с тобой взрослые люди и между нами не может быть преград. Мне не присуще ханжество и тебя я окуну в мир наслаждения, утяну за собой во все тяжкие и очень развратные. Ты правильно заметила, я очень взрослый мужик, а пока я только играю с тобой в твои детские игры.
Нис не нашлась, что сказать в ответ и удовлетворённый Асман, вытянув её за руку на берег, накинул на плечи мягкое полотенце.
– Ещё два дня и нам придётся вернуться в посёлок. Как бы я хотел, чтобы купанье наконец-то помогло тебе.
– Мне кажется, ты преследуешь свою цель, – Нис смотрела на мужчину.
– И свою тоже, разве я буду отказываться. Безумно хочу тебя потискать, по-настоящему, с удовольствием. Да и к врачу нужно. Как там твоя беременность поживает.
– Да уж, – вздохнула Нис. – Знаешь как странно мне. Я жду ребёнка от мужчины, которого не знаю от слова «совсем». Даже имени не знаю.
– Вот и хорошо, – погладил её по голове Асман. – Этот ребёнок мой. Забудь о прошлом. Я его настоящий отец и это уже не изменится.
– Спасибо, Асман, – зажав зубами нижнюю губу, Нис отвернулась, она снова плакала.
– Ну что, ты? Не плачь, я даже не могу прикоснуться к тебе, успокоить в своих объятьях.
Каково же было удивление Асмана, когда на следующий день, раздев Нис он увидел, что плёнка всегда прозрачная, как стекло, стала немного мутной.
– Нис, – жарко зашептал, как будто боясь спугнуть видение. – Мне кажется, что-то происходит с твоей кожей.
– Правда?
Нис стала крутиться, внимательно разглядывая своё тело.
– Асман, Асман, – цвет изменился. – Давай ещё покупаемся, подольше, чтобы быстрее всё слезло.
– Нет. Мы не будем торопиться. Купаемся, как всегда. Ты не должна перемерзать.
Нис никак не могла оторваться от своего тела, она постоянно рассматривала, ища изменения, но почему-то, кроме того, что изменилась прозрачность, всё остальное было прежним. Расстроенная Нис, как не успокаивал её Асман, залезла вечером в спальный мешок и отвернулась. Асман чувствовал, что она опять плачет. Придвинулся к ней поближе.
– Опять слёзки. Жаль, что не могу тебя прижать к себе крепко-крепно и успокоить. Просто потерпи. Мне кажется, что нужно радоваться, что-то меняется и если верить словам знахарки, скоро придёт твоё исцеление.
– Я устала, Асман. Ты не представляешь, как мне было тяжело. Я же всё слышала, всё понимала, но была безвольной куклой в чужих руках. Я счастлива, что ты подобрал меня. Если бы не ты, то чтобы со мной было?
– Ты опять? Не думай об этом. Главное, что всё обошлось, я и сам стараюсь не думать о том дне, когда ты стояла у подъезда.
Нис вздохнула:
– Знаешь, я не понимаю, кто за мной приезжал, тогда, когда ты унёс меня из квартиры. Зачем? Я обыкновенная и у меня ничего нет, чтобы, как в дешёвом боевике охотиться за мной.
– Не знаю пока почему, но тогда за тобой приезжал довольно таки богатый араб. Правда, с ним многие не хотят иметь никаких дел, потому что есть предположения о его незаконной деятельности.
– Кто он?
– Что скажет тебе его имя? Ну, если хочешь, то это некто аль Бейн.
– Что-о-о-о-о-о? – Нис, как будто окатили холодной водой, резко села и быстро задышала.
– Осторожнее, – закричал Асман и, надавив легонько на плечи, заставил опять лечь, а потом расстегнул спальник.
Нис бросило в пот, ей стало так жарко, что кожа стала влажной, она постаралась поскорее выбраться наружу. Видя, что с девушкой что-то происходит, Асман сам стянул с неё широкую футболку, обнажая тело.
– Ты вся мокрая, Нис. Твоё тело горячее. Ты так волнуешься?
– Асман, аль Бейн – это тот мужик, которому мой отчим собирался отдать меня. Сестра призналась, что он на самом деле и не собирался на мне жениться, типа хотел присвоить меня в качестве любовницы.
Пока говорила, Нис начало трясти.
– Так значит, то, что ты рассказывали – правда? Успокойся, Нис, – уже грубо, понимая, что нужно остановить надвигающуюся истерику, приказал Асман. – Он ничего не сможет тебе сделать. Забудь. Я уже тебе сказал, что ты моя.
Асман запустил пальцы в волосы Нис и начал нежно массировать кожу, другой рукой, он провёл по щеке, а потом по дрожащим губам.
– Тебе страшно, но я с тобой. Не беспокойся, у меня хватит сил справиться с аль Бейном.
– Правда? – глаза девушки смотрели в его глаза очень серьёзно.
Ничего не ответив, Асман начал целовать эти так чувственно приоткрытые губы. Не выдержав испытание нежностью, держа Нис за затылок, усилил напор, вторгаясь в её рот и подчиняя Нис своему неистовому желанию. Поцелуй был страстным, жарким и таким, что у Нис после него губы горели огнём. Асман даже хмыкнул:
– Прости, перестарался.
А Нис неожиданно, забыв свои страхи, рассмеялась:
– У меня после твоего поцелуя губы, как сейчас говорят, как у уточки. Кто-то ставит инъекции, чтобы добиться такого результата, а у меня свои, натуральные.
– Если захочешь, ты у меня всегда с такими будешь ходить.
– Ну уж нет. Глаз тогда не видно.
Они ещё немного подождали пока кожа Нис окончательно обсохнет, и она так и не надев футболку, легла, нежась от прикосновения тёплой ткани к обнажённой коже и очень быстро уснула.
Утром их ждал сюрприз. За ночь плёнка, покрывающая тело стала совсем белой и по ней поползли паутинкой мелкие трещины. Асман заволновался, ему бы очень хотелось понимать, как это будет происходить, неизвестность изводила, но внешне он оставался абсолютно спокоен. Дождался пока Нис сама увидит трещины, а потом напомнил, что так и должно быть.
– Послушай, Асман, – вдруг почти выкрикнула Нис. – Я вспомнила, я вспомнила. Там в Эмиратах была тоже знахарка, которая и накладывала на меня странные прозрачные листья. Она тогда сказала, что когда покров потрескается, то он начнёт слазить и это будет очень больно.
– А ты помнишь, что нужно было делать?
– Она сказала, что если кожа будет влажная, то всё пройдёт не так болезненно.
– Значит, будем купаться чаще. Как понимаю, осталось немного, процесс начался.
В этот день они почти не разговаривали. Асман между купаниями, поливал обнажённую Нис, сидящую на берегу из котелка, а потом валялся с ней рядом, разглядывая и млея от удовольствия, что эта красивая девочка его. За день так ничего и не изменилось, зато ночь стала бессонной. Им удалось поспать всего два часа, когда Нис неожиданно громко закричала. Девушка начала метаться в спальнике ещё не доконца проснувшись.
– Помоги мне, Асман. Ас-маааааааа-н.
Асман тут же, расстегнув мешок, схватил Нис, пытаясь успокоить. Решил, что ей приснился кошмар, но Нис начала отчаянно вырываться.
– Бооооо-льноооооо, Асман. По-мо-ги. Боооооо-льнооооооо.
Понимая, что скорее всего началось то, о чём говорила знахарка, Асман не раздумывая схватил Нис на руки и понёс к озеру. Вместе с ней, крепко прижимая к себе, уже не боясь ничего повредить, Асман окунулся в воду. Вода была холодной, но Нис вдруг облегчённо выдохнула.
– Спасибо, Асман, – зашептала девушка. – Уже не так больно. Что это?
– Нис, нужно потерпеть. Значит скоро всё будет хорошо.
– Это безумно больно.
Как только кожа согревалась и начинала подсыхать, сразу же возвращалась боль. Асман несколько раз заносил Нис в воду, но она после этих купаний так замёрзла, что у неё зуб на зуб не попадал от холода, а боль только нарастала.
– Лучше бы это случилось днём, – ворчал Асман.
Он намочил свою футболку и лёгкие штаны, натянул их на Нис, а потом, завернул её в тёплое одеяло и прижал к себе, укачивая на руках, как маленького ребёнка. Потихоньку боль отступила и Нис так и уснула в этом влажном, но тёплом коконе. Асман выдохнул, надеясь, что кризис миновал и теперь такой обжигающей боли больше не будет. Он был рад, что в этот момент они оказались на озере и рядом была чистейшая вода.
Уложив Нис, он так и уснул, не выпуская её из рук. Утром видел, какая уставшая проснулась девушка и какая обессиленная.
– У меня как будто вся энергия ушла на эту боль.
– Главное, ты пережила её. Хорошая моя, давай посмотрим, что с твоей кожей.
Когда Нис кивнула, Асман осторожно развернул всё ещё влажное одеяло и снял с Нис футболку. Тело девушки было покрыто тонкой плёнкой, напоминающей облезающую кожу, обгоревшего на солнце человека. Края, там, где раньше были трещины, задрались, а кое-где вообще свисали рваными лохмотьями. Асман один из таких тихонько потянул и он легко поддался, слезая и открывая взору мужчины ровную гладкую кожу девушки.
– Щикотно, – хихикнула Нис. – Продолжай, так приятно.
Нежные мужские касания и снимаемая с тела искусственная кожа возбуждали в Нис совсем другое желание. Она обернулась и посмотрела на мужчину, в её глазах он прочитал всё от удавольствия до признания. Теперь он, не опасаясь навредить, жадно целовал девичьи плечи, шепча:
– Ещё немного, совсем немного и ты будешь моей.
В озере Асман не сдержался и впервые прижал к своему возбуждённому телу дрожащую Нис. Не давая ей время на раздумья, жадно целовал, лаская руками. Он вынес Нис на берег, а потом, не обтирая, уложил на спальные мешки.
– Хочу тебя, девочка. Сейчас скажи мне «нет» и я остановлюсь. Но я знаю, что твоё желание не меньше моего, ты сгораешь от страсти в моих руках.
Говоря всё это, Асман не переставая целовал девушку, а потом, вздохнув, чуть ли не впился в её грудь. Сжимая, оглаживая, целуя грудь, он, обхватив губами сосок, начал его легонько покусывать, требуя ответа.
– Нис? – захрипел, отрываясь, при этом размазывая влагу от своих губ по ореолу.
– Да, Асман. Хочу попробовать. Я не буду останавливать тебя, даже не надейся.
Облегчённо выдохнув, Асман стараясь не прикасаться к телу девушки, накрыл её сверху своим телом, облокачиваясь на вытянутые руки.
– Помоги мне, Нис, направь меня в себя сама.
Немного смутившись от такой откровенной просьбы, Нис не стала спорить, обхватив член рукой, она приставила его к своей дырочке и Асман медленно со стоном облегчения вошёл. Нис боялась, внутренне готовясь к боли, но мужской член благодаря обильной смазке только в самом начале вызвал неприятное тянущее чувство, а потом его движения начали вызывать странное желание, скорее всего какую-то необузданную потребность в ещё быстрых движениях. Нис сжав зубы, чувствовала, как всё внутри поёт, накаляясь и сжимаясь. Она тихо запищала, когда после невыносимого чувства, как будто оголены все нервные окончания, вдруг накрыло волной освобождённого удовольствия, а потом ещё одной. Плоть внутри сокращалась не подвластная разуму. Асман дождавшись, когда Нис вздрогнула от охватившего тело оргазма, сам отпустил себя, войдя до самого-самого предела, излился, чувствуя, как синхронно с ним, сокращается лоно Нис. продлевая его собственное удовольствие.
Когда осторожно вышел из Нис и лёг рядом, Асман внимательно следил за её эмоциями, она же боялась посмотреть ему в глаза.
– Нис, только ничего не надумывай, типа того, что это неправильно. Вижу же, что затихла. Скажи честно, тебе понравилось?
Нис кивнула.
– Посмотри на меня, открыто, глаза в глаза. Ты уже взрослая и ты женщина. В наших отношениях нет ничего постыдного.
– Я знаю. Мне очень понравилось, Асман. Только не удивляйся, если я попрошу ещё.
– Наконец-то, – улыбнулся мужчина. – Я думаю, моя девочка, тебе не придётся просить.
Теперь Нис подняла на него удивлённые глаза.
– Ты думаешь, я дам тебе отдыхать? Если врач не запретит, будем трахаться день и ночь. Я такой голодный, такой жадный до тебя. Думаю, будешь ещё верещать «хватит», а я буду делать вид, что не слышу.
Нис прижалась к нему и облегчённо вздохнула, услышав это, Асман спросил:
– Прошли страхи?
– Не совсем, но почти.
Они были разгорячённые и их тела блестели от пота. Асман вдруг вспомнил, что нужно было бы подождать, но его так резко снесло с катушек. Он отстранил от себя Нис и внимательно начал разглядывать кожу.
– Нис, мне кажется от того, что ты вспотела, почти вся плёнка отстала.
Он медленно провёл ладонью по руке девушки и словно стёр с неё шелуху. Кожа была чистой и ровной. Недолго думая, уложив Нис на живот медленно начал гладить по всему телу. Искусственный покров собирался влажными ошмётками под его ладонями, и он его стряхивал в сторону. К вечеру вся кожа Нис была чиста. На ней не было никаких рубцов и никто бы никогда не догадался, что совсем недавно она была страшно обожжена. Асман больше не приставал к Нис с ласками, видел, что девушка к вечеру окончательно вымоталась и обессилила после тяжёлой ночи и такого эмоционального дня. Укутав её в высушенный на солнце за день спальник, обнял и сам провалился в спокойный глубокий сон. На следующий день, неспешно собравшись, они уехали в посёлок.
