Текст книги "Не бойся, я с тобой (СИ)"

Автор книги: Галина Озерская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

– Это оно, – сказала она. – Это точно оно.

Лика стояла рядом и улыбалась. Она видела: подруга сияет.

Они решили еще несколько моментов по списку, заехали в ресторан. Ася показала зал – светлый, с высокими окнами и видом на сад. Лика прошлась между столиками, проверила рассадку в планшете. Одобрила декор. И только после этого они, уставшие, но довольные, вернулись в загородный дом.

Вечером сидели на веранде. Закат красил небо в розовый и золотой. Лика забралась в кресло с ногами, Ася – рядом, с бокалом воды. Вокруг пахло цветами и летом. Где-то в саду пели цикады.

– Ты не устала? Ты же приехала отдыхать, а не работать.

– Мне нравится. Правда. Я забываю обо всем, когда что-то делаю.

Ася ничего не сказала. Просто обняла ее. Понимаю. Тебе нужно время. И ты его получишь.

На веранду вышел Яр. В одной руке – бутылка вина, в другой – три бокала. Свет заката упал на его лицо, и Ася в тысячный раз подумала, как ей повезло.

– Дамы. – Он поставил бокалы. – Докладывайте. Как прошел день?

– Платье – шедевр, – сказала Ася. – Лика его улучшила.

– Я не улучшала. Я просто предложила.

– Ты улучшила. И не только. Даже агент попался на твои идеи. Еще немного – и он будет звонить тебе за советами.

Яр разлил вино. Они сидели втроем, говорили о пустяках – о том, как Лика гоняла агентство, о том, как платье переливалось на свету, о том, что осталось всего несколько дней. Атмосфера была теплой, легкой, почти домашней.

Ровно до того момента, как у Яра зазвонил телефон.

Он бросил взгляд на экран. Улыбка исчезла. Лицо стало холодным, сосредоточенным. Он поднялся, отошел на несколько шагов. Разговор был коротким.

– Хорошо. Понял. Давай.

Вернулся к столу. Ася смотрела на него внимательно.

– Что-то случилось? – спросила она.

Яр встретил ее взгляд – и лицо его смягчилось. Только для нее.

– Ничего такого, чтобы ты начинала волноваться, душа моя. Но мне придется ненадолго отлучиться.

Она не стала спрашивать. Знала: если нужно – расскажет.

Через некоторое время к дому подъехала машина. Молчун поднялся по ступеням на веранду. Коротко кивнул Асе. И впился глазами в Лику.

Всего на секунду. Но та почувствовала. Побледнела. Ничего не сказала.

Яр и Молчун ушли в кабинет. Дверь закрылась. Ася перевела взгляд на Лику. Та сидела, сжимая бокал.

– Все в порядке. – Лика выдохнула. – Я знала, что он будет здесь. И что мы можем встретиться. Я готова.

Ася взяла ее за руку.

– Ты не одна. Слышишь? Что бы ни было – ты не одна.

День свадьбы

Ну вот он и настал день, который они оба ждали.

Утро началось в городской квартире, из которой должен был забрать Асю жених. Здесь все дышало предвкушением. Пахло цветами и шампанским, а в окна лилось солнце – яркое, обещающее, какое бывает только в самые важные дни. С улицы доносился приглушенный шум города, но здесь, внутри, было свое царство – женское, суетливое, наполненное смехом и последними приготовлениями.

Лика носилась вокруг нее, как наседка. Поправляла фату, подавала шпильки, шипела на стилиста, который, по ее мнению, недостаточно аккуратно укладывал локон.

– Он у тебя висит, а должен лежать. Вот здесь, видишь? – она ткнула пальцем почти в затылок Аси.

– Я вижу, – стилист закатил глаза, но локон поправил.

Ася смотрела в зеркало и не узнавала себя. Не потому что макияж и прическа – хотя они были безупречны. А потому что из зеркала на нее смотрела другая она – та, которая больше не боялась. Которая прошла через все: через страх, через сделку, через боль, через роли, которые он для нее придумал. Через его отказ. Через его «не бойся, я рядом». И осталась собой. Только теперь – счастливой.

– Ты готова? – Лика поправила накидку, последний раз окинула ее взглядом – придирчиво, по-сестрински.

Ася встретилась с ней взглядом в зеркале. Готова. Я ждала этого дня. Ждала его. Ждала себя – такой.

– Готова.

Внизу уже ждал кортеж. Черные автомобили, белые цветы, ленты – все как полагается, все на высшем уровне. Яр стоял у головной машины – в темно-синем костюме, с идеальной укладкой, с серебряными запонками. Внешне – абсолютно спокоен. Но когда она вышла из подъезда, он забыл про костюм. Про кортеж. Про гостей, которые выглядывали из окон. Она шла к нему – легкая, светлая, в платье цвета шампанского, с античной накидкой, струящейся за плечами. И он смотрел на нее так, будто видел впервые.

Моя. Моя. Моя.

Она подошла. Он взял ее за руку. Пальцы чуть дрогнули – она почувствовала. И ничего не сказала. Просто сжала его ладонь в ответ. Я здесь. Я с тобой. Навсегда.

Загс – самый красивый в городе. Мрамор, свет, высокие окна, сквозь которые лилось солнце. Гости расселись. Заиграла музыка. Когда они встали друг напротив друга, Ася почувствовала, как дрожат его пальцы – совсем чуть-чуть, почти незаметно. Он волнуется. Мой Джинн. Мой невозможный, уверенный в себе мужчина. Волнуется. От этого у нее самой защипало в глазах. Она моргнула, прогоняя слезы.

Торжественная речь регистратора – красивая, прочувствованная, – но они не слышали ни слова. Только смотрели друг на друга. Роспись. Обмен кольцами. Ее – тонкое, изящное, с маленьким бриллиантом. Его – массивное, утверждающее, с гравировкой внутри, которую видела только она.

Когда он наклонился и поцеловал ее – не так, как на репетициях, а по-настоящему, зал взорвался аплодисментами.

А дальше – сплошной калейдоскоп, яркая феерия. Фотосессия в специальном павильоне, с античными колоннами и мягким золотистым светом. Фотограф не мог остановиться – кадр за кадром, кадр за кадром. «Повернитесь. Чуть левее. Посмотрите друг на друга. Да! Вот так!» Ася смеялась. Яр держал ее за талию. И когда она повернулась к нему, он смотрел не в объектив. Он смотрел на нее. И в этом взгляде было все.

Банкет был в том самом зале, который они готовили вместе с Ликой. Цветы пахли. Гости смеялись. Артисты выступали. Все на высшем уровне, все выверено до мелочей. Ася и Яр честно выдержали два часа. Принимали поздравления. Танцевали с гостями. Улыбались. Но каждый раз, когда их взгляды пересекались, между ними пробегала искра – обещание того, что будет потом, когда все закончится.

Первый танец молодоженов – глаза в глаза. Он вел ее, и она чувствовала: мир сузился до этого мгновения. До его руки на ее талии. До его дыхания. До музыки, которая звучала только для них. Она запрокинула голову – он поймал. Она засмеялась – он улыбнулся. Гости замерли. Это был их танец. Только их.

А потом он наклонился к ней и сказал – тихо, на ухо, так, что мурашки побежали по коже:

– Еще немного – и я украду тебя с собственной свадьбы.

– Я не против.

– Тогда поехали.

Они сбежали. По-настоящему. Через служебный выход, смеясь, держась за руки. Никто не заметил – только Лика проводила их взглядом и улыбнулась. Сели в машину и уехали в отель – люкс для новобрачных, где их уже ждали.

В номере было тихо. Свечи. Лепестки роз на полу и на кровати. Шампанское в серебряном ведерке. Ася остановилась посреди комнаты. Сбросила туфли. Повернулась к нему.

– У меня сюрприз.

– Еще один?

– Да. Сядь.

Он сел в кресло. Она включила музыку – ту самую, восточную, под которую когда-то танцевала для него в «Арке». Только теперь она была в белом и золоте. Ее танец был другим – не по сценарию, не по роли. Медленным. Чувственным. Каждое движение – признание. Каждый вздох – обещание. Она двигалась, и накидка струилась за ней, как крылья. Золотистый свет свечей падал на ее плечи, на руки, на лицо.

Яр смотрел. Не двигался. Не дышал. Вот она. Моя жена. Моя Ассоль. Моя.

Она закончила. Остановилась перед ним. Он встал. Подошел. Медленно. Взял край накидки. Потянул – ткань соскользнула с плеч и упала к ногам. За ней – платье-чехол, сначала пояс с жемчугом, потом тонкая ткань. Она стояла перед ним – обнаженная, дрожащая не от холода, а от его взгляда.

– Стой так, – прошептал он. – Моя любимая. Стой так.

Он отошел. Принес коробку – черную, матовую, перевязанную лентой. Опустился перед ней на колени. Прямо у ее ног. Она смотрела на него сверху вниз и не могла поверить. Он – на коленях. Мой Джинн. Мой невозможный, самоуверенный, властный. На коленях передо мной.

Он открыл коробку. Внутри, на черном бархате, лежали драгоценности. Белое золото. Бриллианты чистой воды. Не кричащие. Изысканные. Комплект, который он заказал специально для этой ночи.

Он взял браслет. Тонкую цепочку. Надел на ее лодыжку – медленно, аккуратно, застегнул крошечный замок. Наклонился. Поцеловал ступню. Она вздрогнула. Он взял второй браслет – на запястье. Застегнул. Поцеловал ладонь. Третий – на другое запястье. Поцеловал вторую ладонь. Кольца – на пальцы, одно за другим. Поцеловал каждый палец – неспешно, по очереди. Ожерелье – на шею. Застегнул. Поцеловал в ямочку между ключицами.

Она стояла нагая, в одних драгоценностях. Белое золото на коже. Бриллианты мерцали в свете свечей. И она сияла. Не от камней. От него. От его рук. От его губ. От того, как он смотрел на нее – как на богиню, которой поклоняются.

Он поднялся. Посмотрел на нее – долго, не мигая, тем самым взглядом, от которого у нее всегда перехватывало дыхание. В его глазах было все: желание, нежность, торжество. Она – его. Полностью. Навсегда.

Он притянул ее к себе. Она почувствовала, как дрожат его руки – уже не от волнения. От желания. И больше они не говорили. Потому что слова были не нужны. Все уже было сказано. Все уже было обещано. Осталось только исполнить.