Текст книги "Выбор, который делают за нас (СИ)"

Автор книги: Галина Добровольская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 20 страниц)

Нам уже было это всё не интересно. Нужная нам информация была получена. Осталось выяснить точное нахождение и отправится туда. Мне оставалось, надеется, что Аня действительно там.

Три часа спустя, мы уже ехали, в сопровождении еще машин двадцати, в сторону теплиц «Цветочного рая». Удивительно как быстро отреагировали следователи, отправив с нами группу ОМОНа, будто террористов едем обезвреживать.

Игоря я отправил к Поршам, что бы Анита постоянно была под присмотром. Вторичного инсульта она может не перенести. Отец с матерью находились у меня, рядом с Димой и Никой, которые даже неделю спустя приходили в себя после того наркотика, что их накачали.

Рядом со мной сидел Миронов и уверенно вёл машину по тому адресу, что нам удалось добыть.

– Не переживай Сань. Мы эту собаку из-под земли достанем. Он еще пожалеет, что не сдох рядом со своей дочулей, – усмехнулся безопасник.

– Мне плевать, что с ним будет, – отвёл я взгляд в сторону.

Знал только, что если с моей девочкой что-то случилось, эта скотина пожалеет, что вообще родился. В его же интересах, что бы Аня была жива и невредима. Иначе… мне больше нечего терять!

Оказывается, что всё то, что я так ценил еще каких-то четыре месяца назад, обесценилось, прогорело на бирже и прочее. Сейчас имела значения только Аня, её улыбка, её смех… блеск её глаз. Увижу ли я снова, как её щеки загораются румянцем от смущения или злости?

Дождись меня, солнышко…

Я уже еду…

Два продолговатых, белых, временных сооружений предстало перед нами, как только мы достигли конечной точки прибытия. Осенний ветер трепал матерчатую крышу теплиц. Угнетающую картину дополняли крупные хлопья первого снега, который оседая на промозглую землю, сразу таял. Хмурое небо, унылая картина. Кроме нашего присутствия пространство казалось абсолютно пустым.

– Эта машина Ильева, – указал Миронов в сторону белой Audi A4. – Значит он здесь.

Мы все уставились на сооружение, подле которого разместился автомобиль бывшего охранника Ани. Я уже сделал шаг в направлении здания, но меня остановил Миронов.

– Дай ребятам делать свою работу.

Группа ОМОНа тут же разбилась на два отряда и, рассредоточившись по периметру, отправились на обследования территории. Моё тело напряглось как струна, всё, то время, пока мы тут стояли в ожидании, этот Данил мог сделать с моей женой всё что угодно. Желание самолично свернуть ему шею подавить не удалось. Наверное, именно поэтому я не дождался разрешения спецов и рванул в одну из уже открытых дверей.

– Саша, стой, – донеслось мне в след от Миронова, но я просто забил на него.

Шуршание и шепотки силовиков были где-то там, в доли от меня, видимо они уже продвинулись дальше. Затемненное помещение встретило меня мрачностью и затхлостью горячего воздуха. Я уже было сделал шаг в сторону отряда, но тут до моего слуха донеслись глухие удары по железу, а потом и стоны. Не думая тут же отправился в темноту.

Освещение было минимальным, но я смог разглядеть приоткрытую пластиковую дверь, войдя в которую оказался среди грядок тысячи роз. Отправился по гравийной дорожке в сторону светящегося выше пятна. Что-то зашевелилось, недалеко от него заставив меня насторожиться. Но тут хрупкая фигурка приглушенно взвизгнула и начала пятится назад. Я тут же вышел вперёд. Не мог поверить своему счастью и, боясь, обманутся. А она быстрее стала ползти вверх по железной лестнице, на которой оказывается, сидела. Теперь я точно знал, что это моя жена.

– Аня? – все еще не веря, спросил я. – Стой!

Она была одета во что-то кружевное, напоминающее корсет. Так же отметил пояс, который держал белые чулки и трусики танго. Она развернулась ко мне лицом, из-за чего пришлось с трудом, подавит порыв злости. Это кружевное безобразие, которое нацепили на мою девочку, было всё в кровавых пятнах, так же как и вздымающаяся в тяжелом дыхании грудь и лицо Ани. Крови на ней было очень много, но кроме испуга на её лице я, ни каких повреждений видимых глазу не наблюдал.

Где-то со стороны раздались звуки перестрелки, это вывело меня от созерцания того, что сделали с моей женщиной. Видимо Вяземского всё же нашли. И сейчас смотря, на вид своей жены, надеялся, что эту тварь не пристрелят, а я самолично смогу свести с ним счёт.

– Саш? – раздался её дрожащий голос, при этом она вытянула в перёд руку в защитном жесте, в которой была туфля с окровавленным каблуком.

– Я, солнышко, – делая медленные осторожные шаги в её сторону, отозвался. – Я пришел забрать тебя домой, всё закончилась, милая.

Аня всхлипнула и бросилась ко мне. С трудом успел её поймать, ведь моя жена чуть не рухнула с лестницы, споткнувшись, или её уже просто ноги не держали. Судорожные всхлипы переросли в громкое рыдание. Вцепившись в моё пальто, она поливала его слезами при этом, стараясь ощупать меня всего, будто пытаясь, убедится, что это её не мерещится, и я действительно здесь, рядом.

Уселся на гравий, прижимая её ближе к себе и стараясь вытереть кровь с её лица. При этом всё время, утешая её разными словами. Как будто самому не верилось, что это всё закончилось. И больше я свою бедовую девочку ни на шаг от себя не отпущу. К чёрту фирму, и всё что с ней связано. Ближайшее время мы уедем в Швейцарию, и плевать я хотел на все возражения, которые, несомненно, будут.

Я смотрел на стены платной больничной палаты и понимал, что за последние полгода, слишком часто мы бываем в подобных местах. Анита, Дима, вот теперь Аня. Вяземский накачал её психотропными препаратами, травил газом и пичкал наркотиками.

Удивительно, но пострадал только Данил. Жаль эта гнида не сдохла от полученных ранений. Хотя был соблазн, оставить его подыхать как уличную псину. Но теперь его место за решеткой, как только он встанет на ноги.

К сожалению, с Вяземским дела обстоят намного хуже. Единственное что мы сможем, это упрятать его в дурку. Экспертиза доказала на пару с адвокатами, о не вменяемость Егора. И теперь, всё что мы можем сделать, это настаивать на принудительном лечении.

Лёгким испугом отделается только Шремет. И только из-за Кристины. Мне всё же импонирует эта рыжая бестия с голубыми глазами. Да и Павел, не отходит от Ники, всё переживает за неё. Несколько раз даже приезжал сюда в больницу к Ане. Первый раз с целью уволиться, так как чувствовал вину за сестру. В тот раз удалось перевести всё, на то, что мне некогда, то, что моя любимая женщина находится на больничной койки, а потом и вовсе свести на нет.

Да, я уже не отрицал ни для себя, ни для окружающих, что люблю свою бедовую женушку. Так что мелкая может радоваться, мечта её детства сбылась. Хоть и мой выбор был сделан за меня родителями.

– Воды, – послышался шепот Ани.

Уже третьи сутки она лежит под капельницами, и приходи в себя не больше чем на пару минут. Аккуратно приподнял голову любимой, и помог ей сделать несколько глотков.

Выпив, она откинулась на подушку и уставилась на меня мутными глазами.

– Значит, мне это не приснилось, – всё так же шептала она. – Ты пришел за мной, – слезы потекли из её глаз.

– Конечно, солнышко, ты же не сомневалась? – присел на корточки рядом с кроватью, что бы наши лица были на одном уровне.

– Нет, – замотала она головой, – я знала, что ты придёшь.

– Ну, всё, всё, перестань, – попросил я, утирая её слёзы. – Не могу смотреть, как ты плачешь. Сразу хочется пойти и убить кого-нибудь.

Как только последние слова слетели с моего языка, Аня вся напряглась.

– Данил… Я его убила, да? – со страхом в голосе спросила она, забыв, что собиралась реветь.

– Нет, – скривился я. – К сожалению, нет, но лицо ты ему знатно разукрасила. Он тебя запомнит навсегда, – усмехнулся я, вспомнив развороченную грудную клетку горе телохранителя и разрыв на его щеке.

Её тело тут же обмякло от облегчения, и она погрузилась в сон. Между сном и реальностью моя любимая женушка провела еще пару недель.

Я смотрел на сверкающую в Новогодних огнях Москву из окна своего кабинета. Удивительно, но кажись бюджет, который должны выделить на снег в этом году разворовали раньше. И теперь нам не светит слепить снеговика во дворе, ну если только из грязи. А Аня так хотела…

Мысли прервал входящий телефонный звонок. Глянув на абонента, что решил связаться со мной именно сейчас, усмехнулся. Громов легок на помине. Улетел только пару дней назад, а уже хочет выяснить как там его женушка?

– Ты соскучился по мне или по своей жене? – без приветствия бросаю я в трубку.

А в ответ мне кто-то зарычал. А потом всё же рык сменился на человеческую речь. Слава богу, а то вдруг я чего-то не знаю, и над Игорем там опыты ставят.

– Это фиктивный брак!!! – было очень громкое восклицание.

– О! Значит, я могу быть польщенным. Ну, тогда ладно, я тоже по тебе скучаю. – И притворно печально вздохнул, – мне тебя так не хватает…

– Дамизов, у тебя там крышу снесло после всего, что там у вас произошло? Или на тебя так твоя женщина влияет?

– Самая лучшая женщина в моей жизни! – улыбнулся я. – Даже самая любимая.

Яркие огни новогодних украшений навели на мысль, что нужно взять сейчас Аню, как только она закончит приём у своего психоаналитика, который проходил в кабинете Кирилла, и отправится на МКАД. Погулять, поесть «гадости», как называет шаурму и бюргеры мама.

– Да, да, я уже понял, ты у нас стал подкаблучником. А подавал такие надежды. Эх, мы тебя потеряли, – так же притворно вздохнул друг, заставив меня засмеяться.

– Ты меня никогда не потеряешь, – сквозь смех пробурчал я в трубку.

– Я тут звоню узнать, что вы там выяснили?

– Ничего. Что Ильев, что Вяземский не имеют никакого отношения к тому, что произошло с Димой. И к покушению на меня на парковке тоже.

– Ты уверен?

– Да. Они даже понятия не имели, что моей жизни что-то угрожает. Признались, что охотились за Аней. Вяземский хотел, что бы я жил и мучился. А Ильев, просто хотел её. И они не имели понятия, что у мотоцикла испортили тормоза, а какой-то внедорожник хотел меня переехать. Да и аварию с Димой, считали несчастным случаем.

Громов молчал, видимо пытаясь усвоить полученную информацию и сделать выводы. Я тоже пытался это сделать уже несколько недель. Вот только выходило плохо. Кто-то ведёт на меня охоту. И в его интересах не обанкротить фирму, что бы пустить по миру семейство Дамизовых или подорвать мой авторитет. У этого человека есть цель – моя смерть.

– Что ты сейчас такое сказал? – послышался позади меня дрожащий голос моей жены.

– Я перезвоню, – попрощался я с Громовым.

– Спалили? – осведомился друг.

– Ага, – ответил я и сбросил вызов.

– Значит, тебя пытаются убить? И как давно? Почему ты не делишься со мной своими проблемами? – накинулась на меня женушка, всё же в гневе она прекрасна.

Я даже улыбнулся. Как же мне повезло.

– Что ты лыбишься? Я совсем недостойна твоего доверия, да? А своей лучшей и самой любимой в мире ты доверяешь? – кивнула она в сторону телефона в моей руке.

– Ты о ком? – улыбка стерлась с моего лица.

– Как это о ком?! Я всё слышала Дамизов! Как вы с ней ворковали. Кто это? Селия? Линн? – уперла руки в бока, моя мегера.

Я на автомате тоже глянул на телефон и уже не улыбался, я ржал. Интересно, как бы отреагировал Громов, узнай он, что мы с ним оказывается, ворковали?

Но Аня, посмотрев на мой смех, лишь сверкнула злым взглядом и, развернувшись, отправилась на выход. До меня не сразу дошло, что она собирается уйти, громко хлопнув дверью. Поймал я её, когда она уже эту самую дверь открывала.

– Ань, я с Громовым разговаривал, – поймав её взгляд, понял, что мне не верят. – Вот? – протянул я ей свой BlackBerry? – проверь сама.

С видом воительницы, она выхватила мой телефон, и проверив контакты, вызовы, а потом и сообщения, набрала последний входящий, демонстративно включив на громкую связь.

– Выжил? – раздался недоверчивый голос друга, заставляя меня, усмехнутся, над мимикой Ани.

– Почти, приговор еще не вынесли.

– О! – до Громова дошло, что мы на громкой связи.

– Добрый вечер Аня. Как у тебя дела?

– Д-добрый, – покраснела женушка. – Всё хорошо, промямли она. – А у тебя?

– Всё замечательно, – на заднем плане у Игоря кто-то постучал в дверь. – Всё просто замечательно, – потом раздался свист друга в трубку. – Это, я перезвоню, Сань, тебе и твоей самой лучшей и самой любимой женщине, ага? – и, не дожидаясь ответа от нас, отключился.

– Лучшая? Любимая? Я? – это кажись единственное, что беспокоило Аню.

Мне же было интересно, кто это такой важный пришел к Игорю, что он так отсутствующе с нами попрощался.

– Да, – улыбнулся я, ей.

На долю моей жены последнее время выпало много испытаний. И всё из-за того, что в её жизни появился я. Но мы это все преодолеем. И её паническую боязнь оставаться в одиночестве тоже переживём. Я если честно даже рад, этому её маленькому психическому расстройству. Теперь, если она не рядом со мной, что бывало крайне редко, то с кем-то из близких или охраны.

– Ты уверен? – всё еще недоверчиво спросила Аня.

– Солнышко, – я попытался подобрать слова, почему-то в этот момент они как-то испарились из моей головы. – Я люблю тебя, и уверен в этом. Я не буду клясться тебе в вечной любви, и обещать, что мы будем счастливы и умрём в один день. Я даже уверен, что мы часто будем ссориться и спорить, хоть ты и стараешься примериться с моим мнением, не выказывая своего. И тем более, скорее всего, проживёшь дольше меня, ведь у нас с тобой значительная разница в возрасте. Но что касается наших чувств, – пришлось прерваться, что бы вытереть влажные дорожки от слёз на её щеках. – Я обещаю тебе, что сделаю всё возможно, и не возможное, что бы наша любовь не потухла, не завяла и не угасла. Ну, всё, не плач, мелкая, – вспомнил я её кличку из детства.

– Я тоже тебя люблю, – обняла меня Аня за талию и уткнулась своим шмыгающим носом в мой пиджак.

А я в очередной раз дал себе зарок, что отныне сделаю всё, что бы моя жена плакала только в моих объятиях и от счастья, как сейчас.

– Знаю, солнце, знаю, – прошептал я, целуя её в макушку.

Эпилог

Игорь удивился звонку Дамизова буквально через пару секунд после того, как он отключился. Странно, может Аня в курсе всех его неприятностей. Удивительно как убежденный циник, который даже именем очередной своей любовницы не интересовался, стал домашним каблуком.

Его то, эта участь минует, усмехнулся Громов, отвечая на звонок. Можно сказать уже миновала. Он по факту женат, но ему совершенно плевать, где и с кем его супруга, да и ей по факту тоже.

– Выжил? – без всяких предисловий осведомился он.

– Почти, приговор еще не вынесли. – Раздался смешок друга, сразу ясно, что по громкой связи.

– О! Добрый вечер Аня. Как у тебя дела?

Женщины, улыбнулся Игорь. Все они одинаковые. Как это банально перезвонить по последнему номеру не обращая внимания на название контакта. Вдруг вместо Никиты, там какая-нибудь Даша. Проходили знаем.

– Д-добрый, – послышался растерянный голос Ани. – Всё хорошо, промямли она. – А у тебя?

– Всё замечательно, – раздался стук в дверь. Видимо принесли заказанную в номер пиццу. – Всё просто замечательно, – перед глазами Игоря вместо вожделенной пиццы, стояла не менее аппетитная, но девушка.

Её черты, да и возраст был очень схож с его нынешней супругой. Их можно было бы даже назвать сестрами. Хрупкая, но обладающая всеми достоинствами женская фигура, закутанная в лёгкий плащ, который подошел бы больше для Лондона. Девушка улыбнулась и провела рукой по коротко остриженным волосам. А потом развязала пояс на плаще, демонстрируя очень сексуальное бельё. Оценивающий свист Игорю сдержать не удалось.

– Это, я перезвоню, Сань, тебе и твоей самой лучшей и самой любимой женщине, ага? – вспомнил Громов, о том, что вёл ещё недавно диалог.

– Вы продаёте нижнее бельё? – Убирая смартфон в карман, осведомился мужчина на английском.

– Нет, – улыбаясь и делая шаг в номер, ответила гостья.

***

Секретарь проводил взглядом просто шикарную на вид, хоть и в возрасте женщину. Великолепная осанка и строгий деловой стиль. Сегодня мать его начальника пожаловала к Поршу, у которого Виктор на данное время заменял секретаря. Александр Сергеевич вместе с супругой взял отпуск и улетел в Швейцарию. Этим воспользовался и Кирилл Эдуардович, отправив своего секретаря в заслуженный отпуск.

Виктор даже не успел предупредить о внезапной посетительнице, а она уже входила в кабинет. Хотя может там её ждали. Ведь её муж был уже там.

Екатерина Александровна, пока ещё Дамизова, оглядела кабинет в поисках её владельца. И не удивилась даже, застав рядом своего почти бывшего мужа. Почему почти бывшего? Она не сомневалась, в том что Сергей разведётся с ней в любое время, хотя удивлялась почему ещё не получила документы о разводе.

– Как-то я даже не удивлена, – окинула она взглядом двух мужчин. – Всегда вместе. Мальчики, а вы пожениться, не думали?

За язвительной улыбкой и колкими фразами эта сильная женщина прятала боль. Ей некого было винить, и больше не на что было надеется. Но Катя не была сломленной, и даже уже распланировала свою жизнь. Именно по этой причине она и пришла к Кириллу. Нужно отдать долги.

– Да вот как раз и думали, приглашать ли тебя на свадьбу, – усмехнулся Порш.

– О, я никогда еще не была подружкой жениха. Это будет чудесный опыт.

– Зачем пожаловала? – не очень любезно осведомился её еще пока муж.

А ведь Александр действительно весь в отца. И, несмотря на седину, Сергей всё еще цеплял женские взгляды. И даже, несмотря на возраст, мог разбить ещё не одно женское сердце. Вот только она слишком поздно увидела в своём муже достойного мужчину.

– У меня и для тебя есть пара вопросов. Но первый я задам тому к кому пришла. Будешь ли ты усыновлять Дмитрия? – посмотрела прямо в глаза Кириллу.

– А что? Сергей разве от него отказался? – изумлённо посмотрел на неё Порш. – Не вижу смысла, что-то менять, – пожал он безразлично плечами.

– Я не собираюсь отказываться от него, – усмехнулся Дамизов. – И разводится с тобой, если тебя волнует этот вопрос. Но при этом я жить с тобой тоже не собираюсь. Какие планы у тебя?

– Я планирую вернуться в Вену и открыть там небольшой салон модной одежды.

В голосе женщины прозвучала надежда, хоть она и старалась её скрыть, что её муж всё же остановит её. Или захочет уехать с ней. Ведь он не намерен разводится. И может у них всё еще наладится…

– Тебе нужны деньги? – неправильно понял её посыл мужчина.

– Нет, – переведя свой взгляд на панорамное окно, ответила Катя. – У меня есть наследство моего отца. Ты же настоял, что бы оно осталось у меня…

– Видишь, какой я молодец, – в очередной раз усмехнулся Сергей. – Ну что ж, желаю тебе удачи в твоих начинаниях.

Разговор был исчерпан. И она понимала, что сейчас выйдя из этого кабинета и закрыв дверь, навсегда поставит точку в своей прежней жизни. Удивительно, но, оказывается, кардинально менять эту самую жизнь очень страшно. Ведь тебя ждёт совершенно новое будущее. Оно развеет монотонность похожих друг на друга череду дней. Но что самое более кошмарное, это не желание что-либо менять в своей жизни. И она бы лучше оставила, всё как было, вот только обстоятельства угрюмо толкают в спину. А въевшиеся с молоком матери гордость и упрямство, мешают попросить прощение, у человека, который последние тридцать лет был частью её жизни. Пусть и придуманной, но всё же…

Конец первой книги