Текст книги "Кольцо безумия (СИ)"

Автор книги: Галина Гончарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 35 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]

– Неудивительно. Рано или поздно, так или иначе… ты прогрессируешь. И очень быстро. Ты ощущала их – как продолжение своих рук?

– В абсолюте. Это было мое. Как нога, ухо или глаз.

– А у тебя не было ощущения, что твой зверь контролирует тебя?

Я задумалась. Кто же из нас кого контролировал? Он – меня? Я – его? Женщина с глазами зверя – нас обоих?

Сложно сказать.

Скорее…

– Он – и есть я. Я – и есть Он. Мой зверь и я – это две половинки моей души. Поэтому я не могу сказать точно. Я все воспринимала вполне адекватно. И сказала бы, что это была – я. Только на свободу вырвалась темная часть моей души. А так – я все помню. Я все воспринимала вполне отчетливо. Кстати! Еще я помню, что мне говорил Валентин – Славка жив. Он жив?

– Тебя это волнует?

Я ответила со всей честностью. Врать можно. Но не когда я так устала.

– не знаю. Но это – мой брат. Захочу – сама пришибу. А не какой-то там испанистый козел со стороны.

Мечислав расхохотался.

– Юля, я тебя обожаю.

– Обожаю я тебя, обожаю… даже если я тебя обижаю, – пропела я. – Вот где зарылись садист с мазохистом. Только учти – я таких развлечений не одобряю.

– а ты уже пробовала?

– А с Альфонсо у нас что было? Чистый садизм! Если б ты знал, как мне хотелось его порвать!

– Это когда?

– Это когда я ему состригла кусок ауры. Он хоть жив?

– Мертв. Уже несколько тысячелетий.

– Но пока не окончательно? – с надеждой уточнила я. Вряд ли нам простят убийство Члена Совета. Эмиссара – и того еще невесть сколько расхлебывать!

– Вроде нет. А ты могла его прибить?

– Этим экзот-маникюром? Запросто!

– Раньше у тебя такого не было. Интересно, что послужило толчком?

У меня была одна идея. То есть догадка. Стоило мне разозлиться – и я делала нечто, не украшающее любую женщину. Сильно испугаться или разозлиться – и вот он, шаг на новую ступень. До истерики испугалась Андрэ – и меня не взял ни один вампирский гипноз. Взбесилась когда увидела Вадима и Бориса под пытками – и смогла натравить крыс. Напугалась, когда меня пытался захватить Диего – и вот, пожалуйста, с Питера снято проклятие. Страз или испуг – вот в чем ключ. Но если это сказать вампиру…

Он же мне и умереть спокойно не даст!!! В гробу злить станет, чтобы я росла и развивалась!!!

Я замотала головой с самым невинным видом.

– Раньше у меня чертовой прорвы всего не было. И в вампиров я тоже не верила. Счастливое было времечко! Где б нам взять теоретика магии!?

Мечислав смотрел на меня, чуть прищурив глаза. Не верит. Но и понимает, что правды не добиться.

– пока – негде. Хотя… Можешь расспросить свое новое приобретение.

– Это какое?

– Шарля!

Твою генетику! Полудракон!

– Жесть!

– А ты про него забыла?

– Ага…

– О женщины, само непостоянство…

Мечислав откровенно ухмылялся. И выглядел как мальчишка, бросивший за шиворот соседской девочке здоровенного жука. Обаятельно, весело, мило. В изумрудных глазах плясали искорки. Прядь черных волос упала на высокий лоб. И я потянулась отвести ее в сторону. На секунду потянулась. И тут же вспомнила все и одернула себя. Нельзя!!!

Мечислав, похоже, заметил мой порыв. Но говорить ничего не стал. И на том спасибо.

– Не корежь Шекспира, – буркнула я, чтобы хоть что-то сказать.

– Ладно. Но Шарль твой. О чем ты только думала, когда его забирала!?

– Да просто хотела сделать Альфонсо – больно. Очень больно. Как он мне, так и я ему.

– И для этого ты забрала этого полудохлого оборотня?

Оборотня?

– Полудохлого. Полу – дракона. Драконы – это оборотни?

– кого?!

Судя по глазам, Мечислав был ни сном, ни духом, ни рылом, ни ухом. Я покачала головой.

– а ты сам еще не понял? Шарль – наполовину дракон. Отсюда и его глаза. И живучесть.

– О, черт!

– Да. Шарль – один из последних. Полукровка. Наверняка. И его дракон – спит. Я это отлично видела.

– Когда?!

– Как только они приехали.

Мечислав схватился за голову.

– почему ты раньше не сказала!? Почему ты промолчала, что он – дракон!?

– Интересно, когда бы я сказала?! И разве это секрет!? Честно говоря, я думала, что драконы – вполне себе живут среди нас. Как и остальные паранормы. Разве нет?

Я настолько искренне удивилась, что вампир только закатил глаза.

– Альфонсо никогда его тебе не отдаст.

– уже отдал.

– Ему проще будет убить всех нас.

В голосе вампира прозвучала обреченность. Но меня такими мелочами было не смутить.

– Попробовать убить. Расскажи мне про драконов?

– Потом! – почти рявкнул вампир. – Значит так. Шарля ты забираешь с собой. Я ставлю у вашего дома охрану – и без нее даже в туалет не ходи, если тот – на улице.

– а мой дом?

– Хотел бы я поглядеть на того камикадзе, который прорвется к тебе в дом… я же сказал – будем охранять. И тебя, и твоих родных.

– Вот за это – мерси.

– Деда предупреждать будем?

– Будем. Куда деваться. Хорошо, что у них уже есть охрана…

– Хорошо. Плохо, что твой дед не хочет быть одним из нас.

– Это – его выбор, – рыкнула я.

Вампир покачал головой. У него буквально на лице было написано: 'Господи, ну вразуми ты этих идиотов, ведь от ТАКОГО предложения отказываются!'. Я ответила достойным взглядом. 'Господи, ну вразуми ты этого идиота! ТАКОЕ предложение порядочным людям делать!'. Мечислав пожал плечами – и временно переключился.

– Ладно. Договорились. Сейчас я отправлю тебя домой, а сам постараюсь обдумать сложившуюся ситуацию. Шарль едет с тобой. Оставлять его рядом с Альфонсо – нельзя. Теперь-то мне ясно, почему он до сих пор не сломлен.

Мне это как раз было не ясно.

– почему?

– Драконов нельзя подчинить никакой магией разума. Они сами – стихия. Ладно… это – потом.

– Потом – так потом. А сейчас что?

– А сейчас я погружу вас в машину и отправлю домой. Распоряжусь насчет охраны – и пойду отдыхать. Вы мне все нервы вымотали! Ясно?

Мне было предельно ясно.

Валентину, который получил инструкции (а заодно и легкий втык) от Мечислава – тоже.

* * *

Мечислав проводил взглядом машину, которая увозила Юлю – и ее новое приобретение.

Сейчас вампиру хотелось вцепиться себе в идеально уложенные волосы – и взвыть. Громко. Отчаянно. И безнадежно.

Если вечером он думал, что хуже визита Члена Совета в его город быть не может, то к утру понял истину.

Может.

И даже уже есть!

Одним небрежным движением когтей Юля благополучно приобрела себе врага на всю жизнь. Соответственно, и он – тоже. Альфонсо да Силва никогда им этого не простит. Не простит ни страха, ни унижения, ни… Шарля.

Шарля – особенно.

Мечислав закатил глаза. Шарля он знал уже давно. Уже лет триста. Но никогда не думал, что он – дракон. Скорее – оборотень, лишенный второй ипостаси или полукровка…

Дракон…

Легендарная, магическая раса. Древняя раса. Которая давно считалась… нет, не вымершей. Мечислав знал и другую версию.

Согласно ей – драконы были владыками времени и пространства, жизни и смерти. Когда входили в полную силу. И когда они сами захотели – они просто ушли. Чтобы не сталкиваться с глупыми и неблагодарными людьми.

Или паранормами…

Боги, когда Совет узнает, КТО был в рабах у Альфонсо да Силва…

Что же может начаться?

С одной точки зрения, Альфонсо сожрут свои же.

С другой – начнется дележка Шарля. А то, что Юля его не отдаст – факт. Любит она жалеть всех подряд…

Хотя жалость девушки сослужила ему хорошую службу. Не пожалей она Даниэля – он бы не получил ее в качестве фамилиара.

Так, ладно. Это уже не туда мысли пошли.

Мечислав встряхнул головой и постарался разложить все по полочкам.

Имеется.

Униженные и оскорбленные. В количестве трех штук. Альфонсо. Шарль. Юля. Все трое недовольны. И у всех претензии. Неоспоримы два факта. Шарль – дракон. И второй. Юля никогда и никого не выдаст на пытки.

А ничего другого полудракона не ждет. Даже полудракона.

Драконья кровь, это…

Мечислав на миг зажмурился.

Когда-то была легенда, что драконья кровь – это и есть живая вода. Безусловно, это не так. Но для вампира…

Звонок телефона прервал его размышления. Звонила Юля.

Мечислав выслушал все, что она хотела сказать, сунул телефон обратно и потер виски. Боги, вы явно озверели! За что вы караете одного несчастного вампира?!

Не виноватый он!!!

– Шеф, Альфонсо пришел в себя, – раздался сзади голос Вадима. Мечислав развернулся и сверкнул на него глазами.

– Я тебе сколько раз говорил не подкрадываться?

– а тренировка навыков? Шеф, мне же надо!

– По ушам тебе надо, – припечатал Мечислав. – Что с Альфонсо?

– Не знает – злиться или бояться.

– Вот как?

– Напугала его Юленька до поноса! – Вадим был доволен, как обожравшийся сметаны кот. – Альфонсо и злится – и злиться-то боится! Представляешь, шеф, начинает ругаться – и обрывает себя! Как ее вспомнит – аж дрожит!

– Преувеличиваешь.

– Да ни минуты! Скажите еще – вас не зацепило!? А ведь к Альфонсо она ближе стояла. И говорила с ним так душевно, так трепетно… аж за душу взяло…

– Остряк-самовыродок, – бросил Мечислав. И направился ко входу в клуб. С Альфонсо надо было поговорить как можно скорее.

* * *

Альфонсо да Силва лежал на кровати и выглядел откровенно плохо. Но жалости к нему Мечислав не испытывал. Поэтому просто прошел в комнату и уселся в кресло рядом с кроватью.

– Вы хотели со мной поговорить, синьор.

– Называй меня Альфонсо, Мечислав, – голос вампира был чуть слышен. – Да. О твоем фамилиаре.

– Слушаю.

– Это я тебя слушаю. Ты не говорил, что она умеет – так.

Мечислав пожал плечами с невинным видом.

– Она молода. Легко учится, – чуть не добавил 'всему нехорошему', но кое-как удержался. – И ее не стоило провоцировать.

– Догадался?

– Да. Вы никогда себя так не вели. Значит, хотели ее прощупать. Но Юля слишком недавно с нами. Она многого не понимает и не принимает. И как следствие – весь этот кошмар.

Показалось Мечиславу – или Альфонсо стал еще бледнее?

Стигматы кровавыми ранами выделялись на мраморной коже. Они до сих пор кровоточили.

– Что это было?

– По утверждению Юли – она сама точно не понимает, что и как. Но предполагает, что в случае опасности это может проявится еще раз. Или еще не раз. Я пытался добиться у нее разумных объяснений, но она слишком устала и сама себя испугалась. Возможно, потом…

Мечислав даже не соврал. То, чего он добился от Юли, мало походило на точный и логичный анализ всего происшедшего. Нет, это не вранье. Так, чуть подкорректированная в нужную сторону правда.

– Это все ее способности?

– Нет. Были и другие случаи.

– Какие?

Мечислав выдохнул. И принялся подробно рассказывать, как Юля поступила с Владом и Питером. То, о чем Совет и так знал. Просто – подробнее. Альфонсо внимательно слушал. И только потом, когда Мечислав замолчал, уточнил.

– Но это не совсем то же, что она сделала со мной…

– По утверждению Юли, это одно и то же. Манипуляции с аурой. И все.

– Все?

Взгляд Альфонсо был откровенно недоверчивым. Но Мечислав ни лгал ни единым словом. И вампир это чувствовал.

– Да.

Несколько секунд стояла тишина. Потом Альфонсо опустил веки.

– Что ж. Я должен буду поговорить с твоим фамилиаром.

Мечислав пожал плечами.

– Неразумно было показывать ей Шарля.

– Почему?

– Она ненавидит тех, кто издевается над людьми.

– Шарль – не человек.

– Мы все здесь не-люди. И что?

– Доброта – наказуема. Советую тебе обсудить с ней этот вопрос.

– Безусловно, – кивнул Мечислав.

Обсудит. Завтра. Или вообще как-нибудь потом. Вампир отлично представлял реакцию Юли на заявление типа: 'верни Шарля в руки Альфонсо – и может быть, он обойдется малой кровью' или 'Альфонсо да Силва – хороший'.

И решительно не хотел ее провоцировать на очередную вспышку ярости. Звериной ярости.

Жить хотелось.

Мечислав знал, ЧТО фашисты сделали с Юлиным дедом. Знал ее отношение к тем, кто пытает и мучает людей для собственного удовольствия. И не собирался нарываться.

Пусть Альфонсо да Силва сам решает с ней вопрос о возвращении дракона в 'хорошие' руки. А лично сам Мечислав постоит в сторонке.

И вообще, поговорка 'нет человека – нет проблемы' ничуть не хуже применима к вампирам.

Альфонсо посмотрел на него с подозрением, но потом откинулся на подушки и кивнул.

– Иди. Поговорим завтра. Скоро рассвет.

Мечислав коротко распрощался и вышел.

Действительно. Скоро уже рассветет.

Пора спать.

Ох, хорошо, что вампиры не спят, как люди. Они просто умирают на день. Душа уходит куда-то и никаких снов им не снится.

Мечислав не сомневался – если бы он спал, как человек, проснулся бы – седым и заикой.

Особенно если во сне ему привидится Юля – с проглянувшим на ее лице Зверем.

А ведь с ним что-то надо делать…

Ладно! Вечер утра мудренее!

С этим вампир и отправился к себе в комнату.

* * *

До самого дома мы ехали молча. То есть выглядело это так. Я молчала от упадка сил – язык не ворочался. Валентин видел мое состояние и тоже помалкивал, Константин и Глеб решили, что пока начальство молчит – лучше не лезть, чтобы не огрести. И молчали дуэтом. Почему молчал Шарль? Предполагаю, что за время знакомства с Альфонсо он уже понял – лучше промолчать, чем получить. Только перед моим домом Валентин нарушил тишину, царящую в машине.

– Юль, может мне подняться, проконтролировать?

– что? – устало спросила я.

– Этого… Шарля…

– Зачем?

Валентин замялся.

– Ну, чтобы чего не вышло, ты все-таки девушка, а он…

Я поглядела на оборотня, как на больного.

– я уже почти год, ладно, полгода как не девушка – это раз. Он – не мужчина, а больной и измученный полуоборотень с запертой второй ипостасью. И ему не до меня. Это два. И – ты всерьез думаешь, что Мечислав не провел с ним воспитательную работу?

– когда бы он это сделал?

– А зачем ему самому? У него для этого Вадим есть. И Вовочка.

Валентин хихикнул, но тут же принял серьезный вид.

– Ты только его Вовочкой не назови, ага? На всю жизнь обидится.

– на всю смерть, – поправила я, чувствуя себя не просто выжатой тряпкой, а смертельно уставшей тряпкой, которая самого Христа видела. – Я пойду, ладно?

– Еще минутку. Я к тебе завтра заеду – съездим к Насте?

– Ладно. Давай съездим.

– Я хотел попросить тебя, чтобы ты осмотрела ее – и съездила вместе с ней к вампирам.

– К вампирам?

– Годвин, Глорианна…

Черти б их забрали! Что это за парочка!? Темные лошадки…

– я про них и забыла. Ладно. Съезжу. Поговорю с Настей, подумаем…

– Спасибо. Кстати, мы тут с твоего приобретения ошейник сняли, не возражаешь?

– Могли бы и штаны ему спонсировать – не разорились.

Валентин фыркнул.

– Мы так и сделали бы. Но кто ж вас знает. Вдруг ты вернула бы добычу Альфонсо.

Я надменно изогнула бровь. Ладно. Попыталась изогнуть.

– Я? Добычу? Альфонсо? Облезнет – и неровно обрастет, гад! Он у меня и навоза из компостной кучи не получит! Ладно, давай до завтра, ага?

– До завтра, Пушистик.

Валентин вежливо помог мне вылезти, потом так же достал из машины Шарля, который выглядел, как бедный родственник – в длиннющем плаще а-ля 'Шерлок Холмс' из-под которого торчали летние сандалии на босую ногу.

– Если ты ее обидишь – яйца оторву, – веско пригрозил оборотень. Шарль ответил ему взглядом давно издохшей лошади. М-да. Полагаю, после компании Альфонсо, его можно напугать только действиями. Активными. Но уж точно не словами. А значит, нечего и тратить их на глупости. Я скорчила оборотню рожицу, он кивнул – и отправился ловить такси. Или пешком прогуляется – один фиг. Для наглого оборотня – и полгорода не в крюк. Глеб и Константин привычно отъехали на свое место наблюдения. Через шесть часов их сменят Павел и Андрей.

А пока…

Я хотела было взять Шарля за руку, но потом передумала. И просто кивнула на подъезд.

– Пойдем?

Он даже не кивнул. Молча, как автомат, зашагал за мной. Чуть ли не след в след. Я как обычно проскакала на свой этаж, прыгая через ступеньку – и только потом до меня дошло. Я обернулась и поглядела на дракона. Ой, блин, дебилка!

Шарль был бледен, как смерть, грудь его ходила ходуном так, что даже из-под плаща видно было, а на лице читалась покорность судьбе. Что-то вроде 'когда ж я сдохну…'.

Я открыла дверь квартиры и кивнула ему.

– Заходи.

И вошла внутрь, припоминая, не разбросала ли я колготки, трусы и прокладки по всей квартире? Да вроде нет. Не должна. И вообще – лучший способ сделать из неряхи – аккуратиста – это предоставить ему свою территорию и время от времени приводить туда людей. У меня-то в квартире мама убирать не будет. А жить свиньей, когда к тебе в любой момент могут завалиться гости – не хочется. Пришлось стать аккуратной.

Захлопнула дверь и поглядела на Шарля.

– Значит так. Ванная – по коридору. Найдешь?

– Найду.

Господи, что ж надо сделать с человеком, чтобы он даже говорил, как магнитофонная пластинка? Абсолютно без интонации!

– Идешь в ванную, раздеваешься, моешься – все в твоем распоряжении. Халат сейчас раскопаю.

Я поскакала в гостиную. Халат… халат… легче сказать, чем сделать! Я в них даже дома не хожу – зачем? Джинсы и майка намного удобнее. Летом – шорты. И ты всегда собранная и подтянутая. А халат заставляет женщину расслабиться.

Но один халат у меня-таки был. Белый. Для практики.

Вот его я и раскопала. Потом подумала – и зарыла обратно. Оборотень был сантиметров на десять – двадцать выше меня – и шире в плечах раза в два. Ну в полтора. Все равно – глупости.

А вот эта маечка веселенькой расцветки в земляничку – сойдет. И по размеру – тоже. Она вообще была куплена чисто случайно. Расцветка мне понравилась, только вот размер – одновременно со мной такую же покупала тетя – три меня в одном. И купила. У меня 46 размер, у нее – 56. Кто из нас двоих перепутал майки – до сих пор загадка истории. То ли она цапнула первой, что под руку подвернулось. То ли я в вечной рассеянности. Но – мне досталась ее маечка, а ей – моя.

Обмен? Да вы что смеетесь? Какой обмен на рынке? Там и чеков-то не выдают никогда. Я решила, что майку надо оставить до беременности (как раз будет) – и засунула ее на полку. Но… а от кого тут рожать, когда кругом одни вампиры!?

Одним словом, футболка сойдет. А под нее?

Под нее было решительно нечего. Я выругалась – и позвонила Мечиславу.

– Слушаю тебя, мое сокровище, – немедленно отозвался вампир.

– У моего нового приобретения – тьфу! – даже трусов на смену нету.

– Ты мне предлагаешь свои ему одолжить?

– Твои не подойдут по размеру.

– а ты уже знаешь его размеры? И кто из нас двоих больше?

– слушай ты, остряк-самоучка, я сейчас приеду – и оторву материал для сравнения, – окрысилась я. Мало мне было всего остального! Еще и этот гад нервы мотать будет!? Урою!!!

Мечислав понял, что я злюсь всерьез – и сбавил тон.

– я отдам распоряжения. В течение суток тебе привезут вещи.

– а размеры?

– Хорошо. Измерь его – и позвони Татьяне. И не тревожь меня по пустякам. Не мне же его измерять!

– а почему – мне?!

– А потому что это теперь твоя игрушка, – ехидно напомнил вампир. И положил трубку.

– Козел, – сказала я в пространство. Взяла майку – и отправилась в ванну.

На мой вежливый стук никто не отозвался. Пришлось толкнуть дверь ванной.

Шарль сидел по уши в пене. Я покраснела.

– Извини, что вломилась.

Шарль начал вставать из пены, и я тут же зажмурилась.

– Я не хотела. Я тебе майку принесла. А вот с трусами проблема. Но Мечислав обещал все уладить в течение следующего дня. И еще… ты свои размеры знаешь? А то ребята не сообразят что привезти. Или навезут не того.

– Знаю.

Голос прозвучал глухо.

– Ну и отлично. Выйдешь из ванны – разберемся. Ты купайся, сколько сам захочешь, ладно?

Я нащупала за спиной ручку – и вывалилась из ванны.

Фууууу!

А что у меня водится в холодильнике?

В холодильнике загибались от тоски штук шесть сарделек. Еще там водилась копченная курица и яйца. Еще – кисломолочные продукты, варенье и фрукты.

Отдельно стояла большая плошка салата из сыра с чесноком. После общения с Мечиславом очень тянуло на что-то… антивампирское.

Негусто.

А кормить парня – надо. Судя по увиденному – он чудом не загибается от голода. И что делать? Диетическим творожком его угощать? Пытки у нас вообще-то запрещены.

Ага, Альфонсо это скажи, – мрачно согласился зверь-из-зеркала.

Я бы сказала. Чем-нибудь тяжелым по чему-нибудь мягкому. А пока…

Через десять минут на сковороде аппетитно зашкворчала яичница. Сардельки, сыр, майонез, зелень, овощи – все в больших количествах добавлялось внутрь. Запахи поплыли – сказочные. Я тем временем пластала бутерброды с копченой курицей, сырным салатом и зеленью.

Сейчас поедим – и спать.

Ой! А спать-то – где!? На коврике перед порогом?

Ну да. У меня нет даже надувного матраса. И раскладных кресел – тоже. И даже паршивой раскладушки нет – зачем? Если приезжает кто-то из родни, они останавливаются у мамы с дедом, там все равно четыре комнаты. А у меня – глушь и тишь.

Поэтому одну ночь нам придется спать вместе. Спать – не в смысле заниматься сексом, а в смысле на одной кровати. Хорошо хоть одеяло и подушка лишние есть. Подушки мне мама навязала, а одеяло – я мерзну до начала отопительного сезона. А завтра напряжем Мечислава – и пусть раскошелится на раскладушку. Или матрас. Или гамак. Да хоть спальный мешок!

Но выгнать Шарля сегодня спать на коврик перед порогом я не смогу. И по полу дует. И я спать не смогу, если так поступлю. И просто – свинство. Я же не Альфонсо – так поступать. А он – не скотина. Он – человек. Поэтому – кровать. Она широкая, поместимся. Завернемся в одеяла – и даже меч рядом класть не придется. Угу, без ножен. Остался бы любой герой к утру без руки или ноги. А принцесса – с короткой стрижкой. Мечи-то острые. А спать, не двигаясь, могут только мумии.

Шарль вышел из ванной комнаты, когда все было уже готово и ждало только его.

– Искупался? – окликнула я. – ползи сюда!

Блин. Я – дура. Через пять минут Шарль действительно вполз на кухню. На животе и по-пластунски. Хорошо хоть у меня в руках ничего не было – уронила бы ему на голову, факт!

– Ты что – одурел!? Встань немедленно на ноги!

Бывший узник концлагеря имени А. да Силва послушно поднялся.

– Ты что – шуток не понимаешь? Сленгом не владеешь?

Каменное лицо. Пустые глаза. Застывшее в напряженном ожидании удара тело. Ну, здравствуй, статуя командора!

Я чуточку собралась с мыслями. Будем кратки и четки!

– Значит так. Извини за глупые слова. Надо было подумать, что ты понимаешь все буквально. Кушать хочешь?

Ответил с секундной заминкой. Так, словно я опять издевалась.

– Да.

– Отлично. Тогда садись за стол, – я ткнула пальцем в сторону столового прибора. – Сейчас будем тебя кормить. Бери бутерброды, хлеб в хлебнице, сок в графине, не стесняйся.

На тарелку к Шарлю отправилось три четверти всей еды на столе. Но надо отдать ему должное – ел оборотень красиво. Не чавкая, не растопыривая локти и чуточку неумело орудуя столовыми приборами. Так, словно умел это очень давно, но уже успел отвыкнуть.

– я бы приготовила больше, – честно призналась я. – Но я боюсь. Альфонсо тебя особо не закармливал, еще заворот кишок случится.

– Не случится. Но больше действительно не надо.

Оно заговорило. И счастье – снизошло!

Вслух я этого не сказала.

– Ну и отлично. Тогда давай ложиться спать, а завтра с утра я приготовлю оладьи с вареньем. Будешь? Или лучше овсянку? Тоже с вареньем?

Опять заминка.

– Буду.

Я не стала уточнять – что. Приготовлю оладьи. И вообще – чего сейчас от парня требовать. Не рехнулся бы – уже радость!

– Спальня – там. Устраивайся, я пошла переодеваться.

И только в ванной до меня дошло. Кто тут тормоз? Я – стоп-кран! Спать-то нам придется в одной постели. Я восприняла это совершенно нормально. Я-то точно знаю, что это – по-дружески. А Шарль?

Дура.

Это я могу спокойно спать рядом с мужчиной. После Даниэля мне никто (точно никто? Я сказала – НИКТО!!!) не нужен. Вон, когда мы мой день рождения отмечали, вообще все нахрюкались так, что я себя с утра нашла между Надей, Валентином и Константином. Вампиры успели выместись до рассвета, но по-моему они тоже были пъянущие в хлам. И что? Все равно все было по-детски невинно! Максимум – ребята с девчатами потискались в кустиках.

И рядом с Шарлем я могу спать абсолютно по-братски.

А теперь надо объяснить это Шарлю. Деликатно и вежливо.

Но нарыв прорвался раньше, чем я думала.

Когда я вошла в спальню, я обнаружила Шарля, стоящего на коленях на кровати… эээ в голом виде и почти в полной боевой готовности. Пришлось срочно отвернуться.

– Оденься, пожалуйста.

– Зачем? – в голосе оборотня звучало удивление. – Или ты любишь в одетом виде? Раздевать?

Я стиснула кулаки.

– я вообще никак не люблю. Оденься. Я не могу разговаривать с голым мужчиной.

– а покупать его, как вещь!? Любишь!? Да!? – вдруг прорвало Шарля. – Ты меня получила в полную свою собственность! Теперь можешь делать, что пожелаешь! Мне это достаточно понятно объяснили… Хозяйка!

Последнее слово он вообще выплюнул, как пощечину.

– Ты – оделся? – резко спросила я.

Зашуршала ткань.

– Да.

– Тогда слушай! – я резко развернулась к нему. – Я тебе – НЕ ХОЗЯЙКА. НЕ госпожа. И ты мне НЕ собственность. Мне стало просто тебя жалко! И все! Честно сознаюсь – я бы побоялась связываться с Альфонсо просто так. Ради тебя я не стала бы ломать копья. Но он напал первым – и я решила сделать доброе дело – дать ему по ушам и одновременно забрать тебя. И ни на что я не претендую. Отъешься, отоспишься – и подыщем тебе какую-нибудь работу. Мечислав и подыщет. Я ему скажу. Сюда я тебя привезла только чтобы не ломать игру. Типа я тебя получила для личного пользования – вот и пользуюсь. Да и Альфонсо здесь до тебя не доберется. И другие вампиры. Вряд ли ты мечтаешь их видеть – сейчас. А спим мы вместе только потому, что у меня даже надувного матраса в доме – нет. Нет – и все тут. И обыкновенного – тоже. Или тебя выселить на коврик перед порогом!? Если ты собираешься ко мне приставать, я так и сделаю. Только скажи.

Шарль глядел на меня огромными, почти квадратными глазами невероятного, красновато-лилового цвета, цвета грозового закатного неба.

– Ты не лжешь… Так ты – не…

– Я – не. Если чуешь, что я говорю правду – сам должен это понимать. Я просто освободила тебя от Альфонсо, не желая для себя никакой выгоды. Вообще никакой. И ты – свободен в своей судьбе.

Несколько секунд, пока полудракон переваривал мои слова, в комнате царила тишина. А потом, словно из него выдернули невидимый стержень, Шарль разрыдался.

Странное зрелище представлял собой здоровенный мужчина шириной в две меня, стоящий на коленях посреди типично женской кровати с цветными подушечками – и рыдающий в три ручья. Он даже не закрывал лицо ладонями. Пальцы вцепились в покрывало, проделывая в нем дыры, волосы упали, закрывая лицо, плечи тряслись, из горла рвались какие-то хриплые звуки…

Я вздохнула. Ну как есть – истерика. Ладно. Зато дядя Кондратий в гости не явится. Пусть поплачет. Это тоже полезно.

Я села рядом на край кровати, протянула руку и коснулась плеча Шарля. Несмело погладила его по волосам.

– Ну что, что ты… все хорошо, я рядом, ты среди друзей… Никто тебя больше не обидит, не тронет… Альфонсо ушел из твоей жизни, как кошмарный сон…

Когда разговариваешь с больным животным, важны не слова, а тон. Мой тон оказался – подходящим. Шарль сгреб меня в охапку, как плюшевую мишку, уткнулся лицом мне в плечо – в веселенькую голубую пижамку с жирафами – и разревелся еще сильнее. Я его не останавливала. Просто говорила какие-то утешительные глупости, что все закончилось, все в порядке. Все будет теперь хорошо, он же не сломался, он выдержал, и Альфонсо ушел, его больше нету, и больше не будет, а если попробует вылезти, мы его просто убьем, а если и не убьем, то так отпинаем, чтобы он никогда в своей загробной жизни даже и не…

И гладила его по волосам единственной свободной рукой.

Шарль стискивал меня, крепко-крепко – и рыдал. А я говорила что-то, успокаивала его, заверяла что Альфонсо никогда больше не будет в его жизни… и вдруг вспомнила свои ощущения, когда я и Альфонсо… когда из меня выглянул Зверь.

Господи, ЗА ЧТО!?

Я ведь помнила все. До последнего мгновения. Помнила вкус и запах страха Альфонсо. Помнила ощущение его ужаса на самом кончике языка. Помнила восхитительную податливость его ауры под моими когтями – и как мне нравилось играть с ними…

Помнила все ощущения Зверя. Моего Зверя. Зверя – с человеческими – моими, черт возьми, глазами!

И это было самым страшным!

Он наслаждался.

Наслаждался каждой секундой своей власти. Каждым мигом.

Каждой капелькой страха вокруг себя. Каждой…

Ему нравилось, как дрожат и бледнеют оборотни. Как замирают, словно в присутствии (а почему – словно!? Так оно и есть!) крупного хищника, вампиры! Как напрягается под когтями жертва.

И Зверю понравилось бы все, что он мог проделать с Альфонсо.

А мог он многое.

Я не шутила насчет крыс и червей. Ни минуты не шутила.

ОН мог бы это проделать.

Я могла бы это проделать.

Страшно было смотреть правде в глаза, но…

Этот Зверь – часть меня.

Страшная, мерзкая, безумная часть меня! Часть, которую можно ненавидеть, давить, прятать, бояться… но вот только вытравить ее не получится!

Неужели я действительно такая?

Страх, безумие, паника, зло, боль и кровь…

Зверь мечтает сеять все это. И я боюсь. Боюсь, потому что понимаю – он может. Говорят – бодливой корове Бог рог не дал! Я бы с удовольствием обменяла все мои рога на дополнительное вымя! Ей-ей!

Но…

Этот зверь – часть меня. Он всегда пребудет со мной. Жива я – жив и он.

А страшнее всего то, что он – свободен в моей душе. Он в любой момент может вырваться наружу. И что будет тогда!?

ЧТО!?

Боги и герои, ну почему – я!?

Я ведь никогда не хотела такого!

Даниэль, Даниэль, любовь моя, неужели ты мог видеть это чудовище – и не отворачивался? Не думал, как его использовать в своих целях? Как посадить на поводок? Как приручить? Натравить на врага? Ни разу не задумался!?

Но я и так знаю ответ.

Ты – видел. И любил. Может. Своей любовью, любовью художника, но ты любил во мне даже это чудовище.

А я ненавижу его в себе!

Я не хочу быть страшной! Злой! Жестокой!

Не хочу мучить людей – и наслаждаться их ужасом и болью! А ведь может случиться и так. Если что-нибудь убьет в моей душе человека – зверь вырвется наружу. И остановить его можно будет только разрывной пулей! Не меньше.

Когда-то я читала рассказ. Там один герой мог превращаться в дракона. А его страна стонала под игом тирана. Герой так и сделал. Превратился. Убил тирана и стал править сам. И превращался еще несколько раз потом. Но была оговорка. Он может превращаться, насколько у него хватит сил. А потом – станет чудовищем.

Он это знал. Страна прославляла героя. А потом его попытался убить один человек.

– Почему ты хочешь моей смерти? – спросил император.

– Потому что ты можешь стать чудовищем, – ответил убийца. – И тогда наступит смерть для всех.

Тогда император достал клинок, которым можно было убить дракона – и отдал убийце.

– Почему ты даешь мне этот меч? – спросил убийца.