Текст книги "Измена. Расплата за (не) любовь (СИ)"
Автор книги: Фиона Сталь
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 8 страниц)
Глава 5
Я сижу на диване, ощущая, как напряжение в комнате нарастает с каждой секундой. Наташа переминается с ноги на ногу перед входной дверью, не решаясь открыть. Голос Максима становится всё громче и настойчивее.
– Аня, открой! Мы должны поговорить! – его слова ударяют, как молотком. – Я не уйду, пока ты меня не выслушаешь!
Мое сердце замирает. Я не хочу его видеть, не хочу говорить. Страх стягивает меня изнутри. Я вижу, как Наташа бросает на меня обеспокоенный взгляд, но она тоже не спешит открывать дверь. Боится.
– Наташа, пусть она откроет! – Максима угрожает резче, грубее. – Иначе я вышибу эту чёртову дверь! Вы меня поняли?
Слова будто врезаются в стены, вызывая у меня дрожь. Я ощущаю, как паника нарастает, всё тело словно в плену у ужаса. Наташа, видя моё состояние, хватается за голову:
– Аня, ну что это такое? Ты не можешь просто сидеть и прятаться! – её голос напряжённый, но в нём слышится нотка раздражения. – Я знала, что у вас проблемы, но чтобы до такого доходило… Это же позор!
Её слова ранят меня, но я не нахожу сил возразить. На чьей она стороне? Слишком много всего накопилось, и я едва сдерживаю слёзы, дыша в кулачок.
– Ты хочешь, чтобы соседи нас обсуждали? – продолжает сестра. – Я уже однажды через это проходила, когда мой бывший устраивал сцены. Но у тебя… ты-то как до такого докатилась? Этот бандит… – её голос срывается на презрение. – Я же говорила, что он ненадёжный. Ты это сама видишь. Изменил тебе, а теперь ещё и запугивает! Аня, что ты собираешься делать? Тебе нужно с ним раз и навсегда разобраться!
Её слова попадают по самым уязвимым местам, и я ощущаю, как моя голова кружится от перенапряжения. Максим продолжает стучать в дверь, и каждый его удар по металлу кажется громче предыдущего. Я больше не могу игнорировать этот звук, не могу спрятаться от реальности. Мне нужно что-то делать.
Наташа встаёт передо мной, полная решимости.
– Ты боишься его, я вижу, но ты не можешь вечно прятаться! Если ты не решишься поговорить с ним, это сделаю я. Аня, он не должен вмешиваться в твою жизнь так. Он тебя уже предал, чего ты ещё ждёшь? Пока он сюда ворвётся и устроит погром? Разберись с ним и покончим с этим!
Я не знаю, что ответить, мне так страшно.
Я не хочу, чтобы Максим вмешивался в мою жизнь, не хочу с ним разговаривать, но я также не хочу подставлять Наташу… Я чувствую, как давление растёт, сжимая меня всё сильнее, лишая возможности дышать.
– Ладно, я с ним поговорю, – решаюсь, хоть внутри всё кричит о том, что это ошибка. Но у меня нет сил сопротивляться этому безумцу. Может быть, так будет лучше. Может, тогда это просто закончится.
Наташа молча кивает, и я вижу, как она берёт себя в руки, готовясь открыть дверь. Моя рука дрожит, когда я встаю рядом с ней. Максим всё ещё снаружи, его шаги звучат прямо за дверью, от этого страх охватывает меня всё сильнее.
Наташа отпирает замок, и дверь медленно открывается…
Моя судьба, моё будущее, всё это зависит от нашего с Максимом разговора…
Мы стоим друг перед другом, и я ощущаю, как весь мир сжимается до размеров этой лестничной клетки.
Лицо Максима искажено гневом и упрямством, а я чувствую, как всё, что я когда-либо вкладывала в этот брак, начинает рушиться под тяжестью его поступка. Моя любовь, моя преданность, мои старания – всё это, оказывается, ничего не значило.
– Аня, ты не понимаешь, – его голос звучит резко, словно он говорит с капризным ребёнком. – Ты не можешь просто так всё бросить. Мы вместе, и мы должны оставаться вместе.
– Но как, Максим? – я почти кричу, дрожа от напряжения. – Как мы можем быть вместе после того, что ты сделал? Я старалась, я вложила в нас всё, а ты… – слова застревают в горле, и я едва сдерживаю слёзы. – Ты даже не ценил этого.
– Это не так, Аня, – его глаза темнеют, и я вижу, как он напрягается. – Я ценил. Но это не значит, что у меня не могут быть слабости в какой-то момент.
Слабости? Его слова обжигают меня изнутри, как кипяток. Как он может говорить это так, будто это нормально, будто его предательство – просто незначительная ошибка?
– Слабости? – мои руки сжимаются в кулаки, и я едва сдерживаюсь, чтобы не закричать. – Ты называешь измену «слабостью»? Как ты можешь думать, что это так просто? Ты разрушил наше будущее, и я не могу это простить.
Максим подходит ближе, пытаясь схватить меня за руку, но я отстраняюсь, и между нами вновь вырастает невидимая стена.
– Ты должна вернуться ко мне, – его голос звучит холодно и настойчиво. – Через неделю, не позже. Я дал тебе время подумать, но ты должна понять: твое место рядом со мной. Ты не уйдешь. Мы семья.
Я смотрю на него, и его слова вызывают во мне смесь отвращения и боли. Как он может так говорить, словно мои чувства ничего не значат, словно я – просто часть его мира, которую он может контролировать?
– Максим, – произношу медленно, стараясь держать голос ровным, – я не вернусь. Я не могу вернуться после всего, что произошло. Еще раз тебе повторяю. Ты предал меня, и этого нельзя забыть. Я не буду жить с человеком, который так относится ко мне.
Он смотрит на меня, словно не верит в то, что слышит, но затем его лицо снова искажается в насмешке.
– Ты серьёзно думаешь, что можешь уйти от меня? – он почти шепчет, но одновременно, в его голосе слышится угроза. – Да, я переспал с другой, но я люблю тебя. Это была просто ошибка. Но ты… Ты принадлежишь мне. Мы семья, и ты не можешь уйти когда тебе вздумается. С ней всё покончено. Я даже имени её не помню. Это просто секс, механика, пойми…
– Конечно, имени ты её не помнишь, зато звезду между её ног ты наверняка запомнил! – сверкая глазами парирую в ответ.
Глава 6
– Аня! Что ты несёшь! Я люблю только тебя, пойми же это наконец!
Я смотрю на него, и слова мужа вызывают у меня одно – отвращение.
Любовь? Он называет это любовью? Это не любовь, это эгоизм. Он хочет меня вернуть, но не ради нас, а ради себя.
– Нет, Максим, – я делаю шаг назад, чувствуя, как моё решение крепнет. – Это не любовь. Любовь не разрушает, она поддерживает. А ты разрушил всё. Я не вернусь к тебе. Ни через неделю, ни когда-либо. Я не могу простить тебя, потому что ты даже не осознаешь, что натворил. Если ты меня действительно любишь, то зачем тебе другая?
Муж стоит напротив меня, его глаза полны ярости, но я уже не боюсь.
Я вижу его таким, какой он есть – человеком, который не понимает и не хочет понимать, что натворил. Его любовь – это пустые слова, которыми он прикрывает свои пошлые действия. Я не позволю ему больше манипулировать мной.
– Хочешь сделать виноватым только меня? Аня, ты никогда не была готова попробовать что-то новое! – его голос звучит громко, резко. – Даже заняться сексом в душе для тебя слишком. Ты совсем меня не понимаешь, не хочешь меняться ради нас! Тебя все устраивает, а про меня совсем не думаешь. По-твоему, ты умеешь любить? Так выглядит, твоя любовь да? Потрахаться по быстрому при выключенном свете?!
Каждое его слово, словно мощный удар, бьёт по моей самооценке. Он снова обрушивает на меня свои претензии, отчего во мне нарастает волна боли и обиды. Как он может не понимать, что дело не в новизне, а в том, что его требования унижают меня? То, как он хочет это сделать…
– Ты думаешь, что вся проблема в том, что я не хочу пробовать что-то новое? – мой голос дрожит от гнева. – Ты действительно считаешь, что это объясняет всё, что ты сделал? Твои измены, твои постоянные упрёки? Я чувствую себя преданной, Максим, и дело не только в сексе. Дело в том, что я больше не доверяю тебе!
Он отводит взгляд, но я вижу, как его раздражение только усиливается. Ему невыносимо слышать, что его обвиняют, а не понимают. В глазах мужа я та, кто не выполняет его ожиданий, та, кто не соответствует образу идеальной жены. Боже, лучше бы он выкатил мне этот список перед свадьбой!
– Я просто хочу, чтобы у нас всё было как у нормальной пары, – продолжает Максим с ноткой разочарования в голосе. – Но ты… ты всегда зажата, закрыта, всегда делаешь всё, чтобы отдалить меня. Как я могу быть доволен, когда между нами нет настоящей близости? Я не могу быть с тобой раскован в своих желаниях.
Эти слова заставляют меня замереть. Близость? Это то, чего он хочет? Но как можно говорить о близости, когда в отношениях царит недоверие и обман? Горечь накапливается внутри меня, словно ядовитый свинец.
– Близость? Ты говоришь о близости, Максим, но как она возможна, когда ты предал меня? Как я могу быть открытой, когда ты уже доказал, что мои чувства ничего для тебя не значат? Твои желания! Ты думаешь только о своих желаниях!
Максим молчит, прожигая меня своим жгучим взглядом.
– Аня, ты хочешь развода? Хорошо. Но подумай, что будет с твоей работой. Ты работаешь на меня. У нас есть важный проект, и я не могу позволить, чтобы ты ушла сейчас. Это плохо скажется на компании, – его голос снова становится холодным, деловым. – Ты должна остаться. По крайней мере, пока тендер не будет завершён.
Я смотрю на него пока последние силы покидают меня. Его заботит работа? Сейчас, когда всё рушится, когда я готова уйти? Или это просто ещё один способ удержать меня, ещё одна попытка манипулировать мной…
– Да, что ты цирк разыгрываешь? Ты мне эту работу дал, только для того, чтобы я не скучала! Не вешай лапшу на уши, что все зависит от меня. Сижу пару часов из дома отчёты составляю. Ты действительно думаешь, что я останусь ради работы? – спрашиваю, не чувствуя больше ни гнева, ни обиды, только усталость. – Я ухожу, Максим. И не только из компании, но и из твоей жизни. Ты думал о своих ожиданиях от идеальной жены, но, видимо, забыл спросить себя, готов ли ты быть идеальным мужем.
Он замолкает, и я вижу, как лицо мужа каменеет. Его идея идеальной жены, его ожидания, его желание контролировать – всё это кажется мне чуждым.
– Ты хочешь знать, почему я изменял? Потому что я не получаю того, что хочу в нашем браке. Я ожидал больше… страсти, понимания, готовности идти навстречу. Но ты всегда отталкиваешь меня. Я мужчина и если я не могу взять у тебя то, что мне нужно, я иду туда где мне это дают, всё просто! И поверь, любой бы поступил аналогично на моём месте.
Эти слова окончательно разрушают меня. Я чувствую, как внутри что-то ломается, остротой впиваясь в сердце. Это не боль, а скорее пустота, осознание того, что всё действительно закончилось…
– Ты никогда не понимал, что значит быть в отношениях, – произношу спокойно, словно разговариваю с чужим, незнакомым человеком. – Ты говорил о любви, но никогда не любил по-настоящему. Любовь – это не только страсть и новизна, это уважение, доверие и верность. Но ты всё это предал.
– Ты всегда всё усложняешь, Аня, – Максим потирает лицо от нетерпения. – Почему ты не можешь попробовать что-то новое? Я хочу эмоций, страсти, настоящего огня между нами. Я хочу тебя.
Я смотрю на него, чувствуя, как внутри все кипит от негодования. Муж снова говорит о своих желаниях, о том, что ему нужно. Но где здесь я? Почему я должна нарушать свои убеждения и переступать через себя ради его прихотей?
– Максим, я не готова делать то, что противоречит моим взглядам и принципам. Почему ты не можешь понять, что я чувствую?
Он раздраженно вздыхает, его лицо напрягается.
– Ты всё ещё держишься за свои табу, как будто это что-то святое. Но я хочу большего, Ань. Хочу, чтобы ты была смелее, раскованнее. Просто услышь меня. Ты сама ставишь перед нами стену.
– Я не могу переступить через себя только ради того, чтобы ты был доволен, – не уступаю я ему, скрещивая руки на груди.
– Послушай, любая была бы счастлива оказаться на твоем месте. Я зарабатываю, чтобы ты могла жить в комфорте, покупать себе красивые вещи. Но ты никогда ничего не просишь, сама тоже не покупаешь. Даже красивое бельё себе не можешь позволить, хотя это привнесло бы разнообразие в отношения.
Меня снова охватывает чувство того, что я не вписываюсь в представления о том, какой должна быть его жена. Максим хочет, чтобы я соответствовала его идеалу, но я не могу. В глубине души я не могу принять ту роль, которую он мне навязывает. Мне сложно ощущать свою ценность, если я принимаю его деньги, его подарки. Кажется, что он хочет купить моё согласие и покорность…
– Всё просто, я не хочу быть зависимой от твоих денег и от твоих желаний. Я хочу чувствовать себя самой собой, а не той, кем ты хочешь, чтобы я была.
Муж смотрит на меня так, словно я говорю что-то нелепое, словно мои чувства – это нечто незначительное, что можно игнорировать.
– Зачем ты тогда вообще вышла за меня замуж, Ань? У тебя есть неделя, – произносит он холодно. – Решай, что ты хочешь, и подумай о том, что я сказал.
Глава 7
Вернувшись к Наташе, я уже почти не держусь на ногах. Она встречает меня, но её взгляд меня настораживает.
– Аня, твоя сумочка упала, и от туда выпало вот это, – сестра протягивает мне тест на беременность, которым я хотела порадовать мужа. – Ты что, беременна?
Я молча киваю, чувствуя, как в горле встает ком. Слёзы наворачиваются на глаза, я ощущаю себя полностью опустошённой.
– И что ты теперь собираешься делать? – строга смотря на меня спрашивает сестрёнка. – Аня, подумай хорошо. В такой ситуации, может, лучше сделать аборт? Ты начинаешь новую жизнь, и без Максима. Будет легче, если ты не будешь привязана к нему этим ребёнком.
Её слова повергают меня в шок. Я не могу поверить, что моя родная сестра сказала такое! В моей голове возникает хаос из эмоций – от ужаса и страха до горечи и непонимания.
– Нет, Наташ, что ты такое говоришь?! Я не могу этого сделать. Я… я просто не могу. Ты же знаешь, как долго я не могла забеременеть! Я уже люблю этого малыша.
Она смотрит на меня с разочарованием и беспокойством, но я знаю, что моё решение правильное. И я его приняла. Несмотря на все трудности, несмотря на разрыв с Максимом и на давление со стороны, я знаю, что должна быть сильной, ради этой жизни, что уже теплится во мне.
Я стою у окна и смотрю на серое небо, пока Наташа снова повторяет свои аргументы, пытается убедить меня, что аборт – это единственный выход.
Но я не могу, не хочу даже думать об этом. Внутри меня растёт жизнь, и я не готова прервать её.
– Ань, ты просто не понимаешь, – Наташа вздыхает, словно перед ней упрямая девчонка, а не взрослая женщина. – Ты должна подумать о будущем. Максима больше нет в твоей жизни, и лучше начать с чистого листа, встретить кого-то, кто сможет дать тебе то, чего не смог Максим.
Я молчу, глядя на неё.
Её слова вызывают во мне только внутренний конфликт. Как она может так легко говорить о новой жизни, когда я ещё даже не успела переварить всю ту боль от предательства Максима? И этот ребёнок… Он уже часть меня. Как я могу просто взять и вычеркнуть его из своей жизни? Ради какого-то мифического будущего возлюбленного?
– Наташа, я не собираюсь выходить замуж за кого-то другого, – говорю я наконец, стараясь сдержать эмоции. – Этот ребёнок – моё будущее, моя ответственность. И я не собираюсь прерывать беременность, еще раз тебе об этом говорю.
Её лицо напрягается, она качает головой, словно не верит, что я так категорично настроена.
– Ты повторяешь ошибки мамы, Ань. Ты помнишь, как она одна тянула нас с тобой? Как она угробила своё здоровье ради того, чтобы мы хоть как-то выжили? – голос Наташи становится всё более резким, отчего напряжение в комнате только возрастает.
Я резко оборачиваюсь к ней, и молча смотрю в глаза. Это правда. Мама всегда была сильной, но теперь я начинаю понимать, какой ценой это ей далось. Но неужели Наташа думает, что и я окажусь в такой же ситуации?
– Наташа, ты что-то не договариваешь, – замечаю я, чувствуя, как в груди начинает нарастать тревога. – Что ты имеешь в виду?
Она отводит взгляд, и я вижу, как лицо сестры искажается от переживаний. Это больше, чем просто страх за моё будущее. В её голосе звучит что-то личное, что-то из прошлого…
– Мама… она скрывала тебя от отца, – произносит Наташа, дрожащим голосом. – Он никогда не знал о твоём существовании. Мама не хотела, чтобы он вмешивался в нашу жизнь. Она боялась, что он заберёт тебя.
– Что?! Я думала, он умер… поэтому, его не было в моей жизни…
Эти слова поражают меня, словно удар молнии. Всё, что я знала о своей семье, о матери – теперь кажется мне ложью. Мама всю жизнь прятала эту правду, и теперь я начинаю понимать, почему она была такой закрытой и настороженной.
– Почему ты никогда мне не рассказывала? – я едва сдерживаю слёзы, не веря, что вся моя жизнь была обманом.
– Я не хотела, чтобы ты повторила её ошибки, да и к чему ворошить прошлое, кому легче? – Наташа выглядит так, будто ей тяжело продолжать. – И я вижу, что ты уже на этом пути. Максим… он может сделать то же самое. Взять ребёнка и лишить тебя всего. Ты знаешь, что в вашем брачном договоре прописано, что в случае развода дети останутся с ним? Он может это сделать, Аня, и ты ничего не сможешь ему противопоставить.
Мои руки начинают дрожать. Я чувствую, как холодный, липкий страх захватывает меня. Я не думала об этом, никогда не задумывалась, что Максим может так поступить…
Но теперь, зная его, я не уверена в его честных намерениях. Что, если он действительно захочет забрать моего ребёнка?
– Я не могу потерять своего малыша, Наташ, – говорю и мой голос едва слышен. – Я не смогу пережить это. Но я также не могу жить с Максимом… не после всего, что произошло.
Я осознаю, что стою на краю пропасти. Развод кажется единственным выходом, но страх потерять ребёнка пугает меня больше всего на свете! Я запуталась, не знаю, как найти правильное решение. Мир вокруг рушится, а я не могу найти опору ни в чём.
– Ты должна подумать, Анют. Ты должна решить, что важнее: твоя гордость или твой ребёнок. Но я боюсь за тебя, боюсь, что ты окажешься в той же ловушке, в какой была наша мама…
Я молча киваю, чувствуя, как внутри меня всё сжимается от боли и страха неопределённости. Впереди неизвестность, и я не вижу шанса, как выбраться из этой ситуации. Все эти размышления о разводе, о будущем без Максима теперь кажутся мне чем-то невыносимо сложным, чем-то, с чем я не смогу справиться…
Как найти правильный путь, когда каждый шаг может привести к катастрофе?
Глава 8
Утром, я тщательно умываюсь, пытаясь смыть остатки ночных тревог и переживаний. Но, в зеркале всё равно не узнаю себя: лицо припухло от ночных слез, а глаза остаются покрасневшими.
Да, сейчас я бы точно заняла первое место в конкурсе: «Самая убитая горем жена».
Я глубоко вдыхаю и, нежно глажу свой пока плоский, едва заметно округляющийся животик.
– Извини, маленький. Ты ещё не родился, а у тебя уже столько испытаний. Я обещаю, я сделаю всё, чтобы ты был счастлив. Спасибо, что выбрал меня своей мамочкой, – в эти слова вкладываю всю свою любовь и надежду. В журнале для беременных, я прочитала, что ребёнок всё слышит, даже находясь ещё в утробе матери. Я должна поддерживать себя и крохотную жизнь сама, раз муж оказался на это не способен.
Собравшись с мыслями, я направляюсь на кухню. Сегодня на повестке дня – сливовый пирог.
Я всегда знала, что эта выпечка – мой конёк. Запах сладких слив и стручковой ванили наполняет воздух, и я вспоминаю, как Максим всегда с нетерпением ждал, когда я доставала горячий пирог из духовки. Его глаза по-детски светились, когда он откусывал кусочек, а губы растягивались в счастливой улыбке. Но теперь эта улыбка стала для меня обманчивым воспоминанием, от которого сердце сжимается, напоминая о перенесенной боли.
Как я могу простить его предательство? Как можно было оставить меня в такой ситуации, когда мы вместе планировали ребёнка?
Пока я замешиваю тесто, мысли о Максиме не покидают меня. Я стараюсь сосредоточиться на каждом движении, не позволяя воспоминаниям затмить радость, которую мне приносит готовка…
На кухню входит моя сестра, её недовольное лицо сразу же бросается в глаза.
– Аня, ты что, с утра уже шуметь начала? Только и слышно, бам бам! – ворчит она, потирая глаза от недосыпа. – Люди спят, а ты тут пироги печёшь.
Я вздыхаю, на мгновение теряясь. И правда, я нахожусь в чужом доме, в квартире сестры и мне не следовало здесь с утра хозяйничать, зная её любовь подольше поспать.
– Извини, я просто решила порадовать нас свежим пирогом к завтраку. Уже почти все готово, осталось только испечь.
Наташа вздыхает глядя на моё лицо. Ей даже ничего не нужно говорить, я всё понимаю без слов.
– Что, всю ночь страдала по своему благоверному? Лицо заплаканное. Хватит уже себя истязать, нужно действовать!
Я вздыхаю и, глядя на её насмешливое выражение, отвечаю с болью в сердце:
– Он не благоверный, он бывший. И как бы я не хотела его забыть, у меня это не получится сделать сразу. Это невозможно. Взять и вычеркнуть его, будто и не было этих совместно прожитых лет…
Наташа приподнимает бровь, словно давая понять, что моя излишняя эмоциональность здесь ни к чему. Я чувствую, как в груди снова поднимается волна обиды, но сдерживаюсь.
– А с ребёнком, решила, что будешь делать дальше?
– Обсуждать нечего, только рожать. Мы с тобой об этом уже говорили.
Она вздыхает, и её голос тут же меняется, как будто она не понимает моего упрямства.
– Через сколько будет готов пирог?
– Минут через сорок, а что, уже не терпится отведать сладкого кусочка?
– Отлично! Нет, я не для себя спрашиваю, у меня вообще-то диета, – Наташа заговорщически улыбается. – Ты фартук сними. В холодильнике есть косметический лед, лицо протри, чтобы красноту снять. К нам скоро гости придут.
Я вскидываю голову, удивленно спрашивая:
– Гости? Кто это?
– Стас и Федя, твои одноклассники.
– Мои что?! – не верю своим ушам. – Боже, тот самый Федя, олимпиадник по математике? Это ты его пригласила?
– Да, именно он! – смеется Наташа, не понимая, что я сейчас чувствую.
– Ну уж нет! – возмущаюсь, представляя, как он снова начнет грузить меня своими формулами и теоремами. – Опять свои умные фокусы начнет показывать! Помнишь, как он прошлый раз заставил меня интегральные уравнения решать?
– Какая разница, Аня! Не будь дурой! – шипит Наташа. В её голосе слышится настойчивость, которую трудно игнорировать. – Он тебя еще с начальной школы любит! Переспи с ним и скажи, что от него залетела, дел на раз и два! Пускай хоть Федька, всё лучше, чем без мужика!
Я вздрагиваю от её слов, чувствуя как сводит живот. Это звучит так просто, как будто я могу просто взять, зачеркнуть, что было и вписать новое, изменив свою жизнь одним движением.
– Срок еще маленький, – добавляет сестра, как будто это оправдывает всё.
– Ну куда уж маленький! – стараясь звучать уверенно, хотя внутри всё дрожит от беспомощности. – Посчитать-то он сможет, с этим у него проблем нет!
Наташа закатывает глаза, и я вижу, как она не понимает, насколько это сложно для меня.
– Да и вообще, ты соображаешь, что мне предлагаешь? Обманывать человека, ни за что! – отмахиваюсь, пытаясь отбросить эту мысль.
– Что ты как маленькая? Уже взрослая деваха, а я всё тащу тебя на своих плечах! Как говорится, потом уже поздно рыпаться будет. Федька тебя любит, женится, а значит и малыша полюбит! – сестра не отступает, словно это единственный выход.
– Я тебе сказала – нет! – резко отвечаю я, чувствуя, как внутри меня поднимается волна раздражения.
Наташа пожимает плечами, но её уверенность не угасает.
– Не важно, они уже едут, готовься! – произносит она, уходя с кухни и напевая лёгкую мелодию под нос.
Я отбрасываю намыленный половник в сторону и хватаюсь за голову. Как бы я хотела сейчас скрыться от всех этих людей, которые не понимают, что у меня на душе! Каждый тянет в свою сторону, манипулирует, пытаясь достичь целей!
Волнение охватывает меня, и, несмотря на все мои протесты, я готовлюсь встретить гостей, чтобы еще больше не злить Наташу. Как же трудно быть сильной, когда на сердце такая тяжесть, и как же сложно не поддаваться на провокации…
Когда Стас и Федор переступают порог, я по велению сестры уже стою в коридоре и доброжелательно приветствую их. Они приносят с собой букет гвоздик, ярких и немного вычурных, от запаха которых меня начинает сразу подташнивать.
Я делаю вежливое выражение лица, принимая цветы, но как только они проходят в зал, а я остаюсь наедине с Наташей, не удержалась от вопроса:
– А что, разве гвоздики в наше время дарят, кроме как на 9 мая?
– Не будь привередой, в твоем положении, это не уместно, – отмахивается она, – замечательный букет. Неси пирог и побольше улыбайся! В конце концов он тебе давал списывать домашку в школе. Вспомни хоть что-то хорошее между вами.
Я вздыхаю, чувствуя, как внутри поднимается волна дискомфорта. Попала, так попала!
Мы все садимся за стол, и Наташа с энтузиазмом начинает рассказывать о мне – нахваливает мою выпечку, упоминает, что я теперь девушка свободная, в разводе, так сказать.
– Так что, Федя не тушуйся! Аня мне все уши о тебе прожжужала, распрашивая как ты, а я говорю, не знаю, давай сами спросим! – заливисто хохочет сестра, пока я не знаю куда глаза деть от стыда.
Я чувствую, как нарастает неловкость. Каждое её слово бьёт по моим ранам. Ловлю взгляды Стаса и Федора, и в этот момент мне становится невыносимо. В глазах Феди я вижу искренний интерес, и это вызывает у меня отторжение. Знаю, что он ни в чем не виноват, но все эти попытки Наташи свести меня с ним только раздражают. Я не готова к этому, не хочу. Все эти разговоры для меня, как пустой звук.
Не в силах больше выносить эту давящую на меня атмосферу, я резко встаю из-за стола и, не сдерживая эмоций, убегаю к себе в комнату.
Слезы начинают катиться по щекам, и я не могу остановиться. Закрыв за собой дверь, я опускаюсь на пол, прижимая колени к груди. Как же трудно справляться с этими чувствами. Почему всё так сложно? Почему я не могу просто быть счастливой, не вспоминая о Максиме и не сталкиваясь с ненужным вниманием?
За мной следом приходит Наташа. Она стучит в дверь и, не дождавшись ответа, открывает её.
– Что случилось? – спросила она, беспокойно смотря на моё испуганное лицо.
Я не могу сдержаться, и эмоции вырываются наружу:
– Я тебе мешаю, да? – выпаливаю, даже не пытаясь скрыть свои подозрения. – Я съеду, ты не волнуйся, я найду работу и обязательно от тебя съеду! Потерпи пожалуйста, чуть-чуть!
Наташа, стараясь успокоить меня, подходит ближе.
– Глупышка, ты мне не мешаешь. Я только пытаюсь устроить твоё счастье и чтобы ребёнок не рос без отца. Чем тебе Федя не угодил? Причесать, приодеть, будет не хуже твоего Максима!
От упоминания последнего, я снова чуть не завываю.
– Наташ, а у тебя есть знакомые, которые помогли бы мне с работой?
– Куда? Декретницу себе на шею вешать? Ань ты конечно меня извини, но я тебе здесь не помощница.
Я понимающе киваю, опуская глаза в пол.
– Хотя… – Наташа встаёт и роется у себя в сумочке. Достав кошелек, вытаскивает что-то из него. – Держи!
Она протягивает мне визитку, и я, не понимая, беру её. На карточке указан номер телефона и адрес какого-то бизнес-центра. Я поднимаю взгляд, полная недоумения.
– А чем они занимаются? Какого специалиста ищут?
– Это адрес твоего отца, – отвечает Наташа, не отводя взгляда.
Я замираю, в шоке восклицая:
– Ты все это время знала, где он?!
