Текст книги "Пузечка. Возвращение (СИ)"
Автор книги: Евгения Шагурова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 22 страниц)
Глава 29. Я хочу, чтобы папа был рядом и точка!
«Это заговор! И шантаж. Мы так не договаривались».
Но эту мысль призрачная уже наглым образом проигнорировала. Видать, совсем не до этого стало. Поняла по тому, что боль, которой со мной только что щедро поделились, начала так же стремительно сходить на нет. Ее почти полное отсутствие помогло снова нормально воспринимать реальность.
– Что ты делаешь? – пробормотала, обалдело наблюдая за тем, как поспешно Дар принялся стягивать с себя рубашку.
Точнее, то немногое, что от нее оставил Майдар, поскольку никак иначе, кроме как лохмотьями, это назвать уже просто язык не поворачивался.
– Собираюсь к тебе, – прозвучало твердо. – И не спорь.
Ну ладно. Не очень-то и хотелось. Особенно после выходки При. Да и бесполезно. Если мой вредный, упрямый дракон что-то решил, его уже не остановить.
«Кого-то мне это напоминает», – насмешливо раздалось в ответ на собственные мысли.
Как драконице удавалось терпеть такое и при этом еще потешаться надо мной?
«Есть вероятность, что мы несколько иначе чувствуем боль, чем вы, люди. Во всяком случае, такой сумбур мыслей и эмоций она в нас не вызывает».
Не призрачная, а самый настоящий анестезиолог.
«Это еще кто?»
«Потом как-нибудь объясню», – отозвалась, уже во все глаза наблюдая за поспешно спускавшимся ко мне босым и по пояс голым мужчиной.
Вау! Хорош. Еще вчера во время спаррингов отметила, как выгодно мой дракон выделялся складностью фигуры на фоне своих братьев. Если Силиан по комплекции больше походил на посла, а король являл собой противоположность этих двоих, то младший находился где-то посередине. Ничего удивительного, что до недавнего времени Элиадар был самым желанным женихом в королевстве. Как и то, что именно на этого принца запала Ялмез.
«А ты его еще выгнать хотела, – не смогла удержаться от очередного упрека При и тут же не преминула подсобить: – Вот тебе для правдоподобности».
– Ауч! – воскликнула от очередной схватки, которую драконица не соизволила принять на себя: «Ну спасибо!»
«Не стоит благодарности», – язвительно раздалось в ответ.
– Иди ко мне, – позвал мужчина и, не дожидаясь действий с моей стороны (впрочем, как и разрешения), тут же коснулся живота, принявшись ласково его поглаживать. – Так лучше?
– Угу, – промычала, упрямо избегая смотреть на собеседника.
– Нет ничего постыдного в том, чтобы попросить о помощи. Особенно если ты в ней действительно нуждаешься, – пояснил Дар, почти сразу неспешно переместившись мне за спину, при этом не прекращая ни на мгновение своего занятия.
– Угу, – повторила, демонстрируя явное нежелание кому-то что-то сейчас доказывать.
– Лен, поговори со мной. Пожалуйста.
«Да выясните вы уже все наконец!» – поддержала желание мужчины При.
«Тебе заняться нечем? Можешь хоть сейчас не вмешиваться и помолчать?»
Я не просила, а требовала. И сделала все, чтобы драконица это поняла.
– Любимая? – так и не дождавшись от меня ответа, снова ласково позвал Дар.
– О чем? – спросила сдержанно.
– Ну хотя бы про отцовство. Ты так и не ответила на мой вопрос.
– Тебе в общих чертах или в подробностях? – осведомилась.
– Если можно, второе, – поспешно отозвался Элиадар.
– Я не планировала беременеть от тебя так быстро, – начала. – Вот только кто меня тогда спрашивал. Ты сделал по-своему. А потом просто поставил перед фактом. Но я рада, что родила Майдара. Несмотря ни на что и вопреки всему. Насчет того, кто его отец... Если опустить пару не слишком приятных моментов, например, когда ты пытался его уничтожить, в результате чего мне пришлось бежать от тебя обратно в свой мир, где мой ребенок тоже чуть было не стал убийцей. И с большой вероятностью начал бы с меня... Но это уже неважно, поскольку по возвращении сюда я все равно умерла. А потом воскресла, снова забеременела, и теперь мне опять больно. И обидно, что меня даже никто не потрудился спросить, хочу ли я проходить через все это еще раз. Да что там! Даже предупредить не посчитали нужным. И сейчас с наглым видом интересуются, горда ли я, кто отец моих детей...
Продолжить не смогла по той простой причине, что не сдержалась и под конец сбивчивой, крайне сумбурной речи принялась реветь чуть ли не навзрыд.
– Прости. Пожалуйста, прости. Если можешь, прости, – сразу крепче меня обняв, безостановочно нашептывал на ухо Дар.
«И меня, – раздалось в голове. – Я поступила нечестно по отношению к тебе. Но обязательно все исправлю. Обещаю. Прямо сейчас и займусь», – тут же пообещала При.
«Хорошо бы», – ответила драконице, в то время как от реакции на слова Дара намеренно воздержалась.
Все потому, что не могла сделать то, о чем он просил. Во всяком случае, пока. Как и сказать об этом.
И тут снова без При не обошлось. Поняла это, когда из меня, стоило рыданиям чуть поутихнуть, непроизвольно вырвался тихий, короткий и совершенно несвойственный мне рык, за которым почти сразу последовал громкий, обреченный вздох. Только уже не мой, а Дара.
«Что ты ему сказала?» – мысленно обратилась к драконице.
«Может, он временно и не заслуживает твоего прощения, но правду знать обязан».
«Зачем ты это сделала?»
«Чтобы не расслаблялся и продолжал искать способы, как все исправить, глупая».
«Если ты так ничего и не поняла, повторюсь: Дар не единственный, кто действовал в обход моего мнения. И продолжает это делать!»
«В таком случае можешь злиться и на меня тоже. Разрешаю».
От этого заявления мне снова сделалось паршиво. Настолько, что сдерживать слезы стало невозможно.
– Пожалуйста, успокойся. Я начинаю всерьез за тебя переживать, – сделал попытку утешить меня Дар.
«Раньше надо было думать».
«Лен, говори вслух. Не держи в себе. Не закрывайся от него. Так ему будет проще все исправить. А ты выскажешься, и кто знает, может, полегчает хоть немного».
«Помолчи! Я твоего мнения сейчас не спрашивала. И хватит уже его защищать. Это пока что еще и мое тело тоже. Ты и так свои полномочия превысила».
«И сожалею об этом. Но и ты меня пойми».
«Понимаю. Исключительно как женщина и мать. Поэтому и прошу: не усугубляй».
«Ладно, ну вас! Вот теперь уже совершенно точно сами разбирайтесь!»
– Я ненавижу тебя, – недолго думая, решив все же прислушаться к При, произнесла после довольно продолжительного молчания. – Особенно твои властные замашки. Ведешь себя так, будто я твоя собственность. И ладно остальные. Мне все равно, если их это устраивает. Но ты и со мной такой же. Я не твоя, Дар. И никогда не буду тебе принадлежать. Я лишь могу быть равной тебе. И то уже не факт.
– Я понимаю, – глухо раздалось в ответ.
– Нужно было остаться с Ялмез, – отозвалась, обреченно покачав головой.
– Не говори так.
– Так было бы проще и безопаснее для всех.
– Но я тебя выбрал. И хочу быть только с тобой.
– Мало ли чего ты там хочешь. Я, может, тоже. Но кто-то меня об этом хоть раз спросил?
– Расскажешь?
– Ты меня вообще слышишь или нет?! Я зла! Очень! И в первую очередь на тебя. На призрачную за ее своеволие – тоже. Но на тебя во много-много-много раз больше.
– Лен, скажи, что мне сделать, чтобы все исправить, и я сделаю.
– Оставить меня в покое.
– Этого я не могу. Точно не сейчас, – тверже прежнего заявил собеседник, все это время не переставая уделять максимум внимания моему животу и продолжать заботливо поглаживать его.
– Тогда, когда все закончится.
– Не обещаю, но постараюсь.
– Сделай милость.
– Хорошо.
– Принцесса! – неожиданно послышалось из комнаты, а уже в следующее мгновение в ведущей из нее в ванную арке показался и владелец голоса. – Ваше Высочество, Малия просила передать, что Майдар в порядке. Ей удалось его успокоить, и сейчас он мирно спит. Ой, простите! Не хотел вам мешать.
– Р-р-р! Пош-ш-шел ВОН! – прорычал, прошипел, а напоследок еще и угрожающе рявкнул Элиадар.
– Успокойся, – обратилась к принцу, прежде чем заговорить уже со слугой. – Рада слышать. А теперь возвращайся к няне. Сегодня ты до конца дня с ней в качестве помощника. Здесь не появляться. Только в самых крайних случаях. А так считай, что у тебя выходной.
– Слушаюсь, принцесса, – отозвался полукровка, прежде чем поспешно добавить: – Служанка его высочества здесь, если что. И явится по первому вашему зову.
– Спасибо, Крут. Можешь идти.
От греха подальше. И одного, с каждой минутой становившегося все злее и ревнивее, дракона, которого уже даже потряхивать начало от напряжения.
– Зачем ты его себе завела? – и не думая скрывать раздражения, спросил Элиадар, когда мы снова остались одни.
– Во-первых, он не зверюшка, чтобы так о нем говорить, – принялась пояснять. – Во-вторых, Крут нужен мне, чтобы проучить Дайнара. Твой советник в последнее время слишком много себе позволяет.
– А мне сказать, чтобы я сам с ним разобрался?
– Тебе что ни скажи, все сексом заканчивается. А потом, как показывает практика, и детьми тоже. Поэтому в этот раз я воздержалась. Впрочем, все равно не помогло.
– Прости, – раздалось страдальчески с очередным тяжелым вздохом. – Сколько еще раз мне надо это повторить, чтобы ты услышала?
– Слышу я как раз таки хорошо. Но после всего, что ты натворил, одних слов мало.
– Тогда хоть намекни, что сделать.
– Я уже сказала. Оставить меня в покое, после того как все закончится.
– У тебя есть на примете другой покровитель?
Нет, это просто кошмар какой-то! Или в этом мире так принято: чтобы послать одного, в запасе обязательно должен быть второй?
– Пузечка, пожалуйста, скажи как есть. Обещаю принять любое твое решение, – продолжил настаивать Дар, когда я так и не ответила.
А вот это сейчас был запрещенный прием!
Да, мне не особо нравилось прозвище, которое дал дракон еще при первой нашей встрече. С другой стороны, оно было только наше. Своеобразное кодовое слово, ни разу не оставившее меня равнодушной. И этим ценное. Поэтому использовать его в данной конкретной ситуации со стороны Дара было хитро и нечестно.
– Кроме тебя, у меня нет других покровителей. Только Силиан. Ему я при тебе дала поворот-разворот. Еще посол, который четко обозначил наши отношения как дружеские.
– Тогда почему больше не хочешь быть со мной? Или хотя бы попытаться?
– Потому что ты не слышишь меня. Не понимаешь. И даже не пытаешься. Как сейчас, когда я говорю, что хочу расстаться, тебя больше интересует, к кому и куда я собралась, нежели почему.
– Почему?
– Ты издеваешься?
– Нет. Просто стараюсь услышать тебя и понять.
– Дар, давай закончим этот разговор. Он ни к чему хорошему не приведет. Мы ходим по кругу. Я из кожи вон лезу, чтобы объяснить, но не могу. Ты делаешь вид, что слушаешь, но то ли не слышишь, то ли не понимаешь, то ли вовсе не хочешь ни того, ни другого.
– Хорошо. Но обещай, что дашь мне шанс все исправить.
– А ты отпустишь меня, если я того попрошу. И больше не станешь ни на чем настаивать.
– Как пожелаешь.
Я слышала по голосу мужчины и довольно продолжительной паузе перед ответом, как непросто он ему дался. Но Элиадар все же сделал это. Позволил мне самой решать. Даже под страхом, что, возможно, мы уже больше никогда не сможем быть вместе.
– Спасибо, – отозвалась и, подумав, что пора менять тему, тут же поспешно попросила: – Можешь сделать воду чуть теплее? А то она становится неприятно прохладной. Я уже подмерзать начала.
– Да, конечно. Сейчас, – отозвался принц и тут же принялся колдовать.
– М-м-м, как же хорошо, – пробормотала, постепенно все больше расслабляясь.
– Тогда скажешь, когда хватит, – предложил Дар, продолжая заполнять ванну своей золотисто-оранжевой магией, причудливыми завитками собиравшейся на поверхности.
– Еще, – отозвалась, не переставая любоваться красотой вокруг себя.
– Ты меня здесь заживо сварить собралась, что ли? – насмешливо раздалось в ответ.
– Нет. Просто так и правда легче.
– Тогда, может, хватит?
– Еще чуть-чуть. Ну пожа-а-алуйста! – заканючила.
– Лен, я невкусный. Честное слово, – насмешливо раздалось над ухом, отчего я, не сдержавшись, тоже принялась тихо хихикать.
Да что с нами такое? То ругаемся, то смеемся. Не отношения, а цирк на колесиках.
– Не попробуешь – не узнаешь, – попробовала отшутиться.
Ой, зря я это сказала, поскольку, кажется, кто-то воспринял мои слова как приглашение. Иначе бы зачем еще Дар ни с того ни с сего сразу полез целоваться?
– И как? – самодовольно осведомился он по окончании ласки.
– Гм! Действительно, так себе.
Сказала так специально, вопреки правде, и тут же поспешно отвернулась. Блин, зачем этот дракон вечно усложняет? Вроде ж только что все выяснили. Нет, снова надо сделать по-своему.
«Прошу прощения, что вмешиваюсь в ваши брачные игры, но нам бы немного отдохнуть. Дочь успокоилась. А вот я совершенно без сил», – пожаловалась При.
– Дар, это сейчас прозвучит более чем странно, но можно я прямо здесь немного подремлю?
– Конечно. Я подержу, – тут же отозвался принц.
– Спасибо, – пробормотала, сразу удобнее устроив голову на плече мужчины.
Мне было тепло, относительно мягко и почти удобно. Достаточно, чтобы почти мгновенно отключиться. Чего никак нельзя было сказать о пробуждении.
– Лена, что?! – испуганно воскликнул Элиадар, когда я, не успев открыть глаза, громко застонала.
– Похоже, что началось, – пробормотала, когда схватка пошла на убыль. – Зови врача. И помоги мне выбраться из ванной. Да, и еще...
Договорить не успела. Боль вернулась раньше.
– Слушаю? – спросил Дар, заметив, когда мне снова немного полегчало.
– Рожать буду не я, а При. И раз уж ты твердо вознамерился присутствовать на родах, помоги ей.
– Да, конечно.
«Лена, пора. Дальше я сама», – объявила драконица.
«Удачи. Поосторожнее с моим телом. Оно нам еще пригодится».
«И мы обязательно используем его по назначению. Сразу, как только наша дочь появится на свет», – пообещала призрачная и, приняв на себя очередную схватку, оттеснила меня назад.
Не став мешать, ментально отошла подальше и приготовилась наблюдать за тем, что ждало нас дальше.
Глава 30. У каждого ребенка свои правила
Меня разбудила странная возня рядом. Слышалось сопение, пыхтение, мычание и еще один звук, чем-то отдаленно напоминавший мяуканье. Правда, все очень быстро прекратилось и стихло, не успев толком начаться.
Поздно! Я уже проснулась.
«При?» – позвала.
«Не-не-не, без меня», – раздалось мычаще и оттого едва разборчиво.
«Ты как?» – и не думала отставать от призрачной.
«Буду хорошо. Только дай поспать».
Ну хоть так. Драконице вчера прилично досталось. И если моему телу процесс был хорошо знаком, то При оказалась к нему не совсем готовой. И как бы она ни храбрилась, как ни утверждала, что справится сама, меня ей обмануть не удалось. Слишком расстаравшись в начале, под конец и в самый ответственный момент призрачная совершенно выдохлась. Хорошо, Дар регулярно делился с ней энергией, порционно снабжая наше с главной роженицей тело новыми силами. В противном случае не знаю, как бы мы справились. Но стоило увидеть результат стараний, и сложности моментально отошли на второй план. А вскоре и вовсе позабылись. Один взгляд огромных ярко-голубых глаз – и мир вокруг моментально перестал существовать, сузившись до них одних.
При выполнила обещание, в результате чего у нас с ней родилась невероятно красивая малышка. Ребенок, не дракон. Наверное, именно поэтому драконица так сильно устала. Сначала превратить свою крошку в младенца, а потом еще и родить ее… Трудно себе даже представить, чего призрачной это стоило.
Поэтому я больше не стала ее беспокоить. Кто-кто, а она совершенно точно заслужила немного отдыха. Впрочем, как и Дар, который, кажется, под конец неслабо перепугался за нас троих. Настолько, что отдал чуть ли не все свои силы. А потому стал вторым после При, кто почти сразу же уснул. Третьей, кто вскоре тоже захотел отправиться в гости к Морфею, была наша крошка.
Аккуратно положив ребенка между собой и спящим на краю кровати принцем, подозвала к себе служанку и попросила подыскать мне что-то подходящее из одежды. А при возможности еще и кровать перестелить. Не знаю, правда, кто и как это делал, пока я была сначала в ванной, а потом гардеробной, но без бытовой магии здесь явно не обошлось. Поняла это по тому, что простыни остались прежними. Ну или просто были очень похожи на прошлые. А еще крепко и сладко спавшие на них Элиадар с младенцем продолжали лежать там же, где я их и оставила. Посему сменить белье, не потревожив их, прислуга при всем желании не смогла бы. Ну и ладно. Главное, что чистые и сухие. Остальное могло и подождать. До сегодня.
Утро. И для тех, кто уснул первее всех, оно началось особенно рано. Мне же понадобилось несколько минут, чтобы открыть глаза. И это при том, что я уже умудрилась с При пообщаться. Но во всем теле после родов чувствовалась такая жуткая слабость, что шевелить им получалось с большим трудом. Больно не было. Просто словно накануне несколько часов в спортзале на жесткой тренировке провела. Несмотря на дискомфорт, мне удалось-таки поднять себя с кровати.
Накинув халат, незамедлительно направилась к открытым настежь балконным дверям. Там я и обнаружила Дара. Стоя на небольшом расстоянии от перил и крепко удерживая закутанную в одеялко новорожденную, он что-то шепотом ей рассказывал. Мужчина то и дело улыбался и качал головой, на что ребенок смешно шевелил ручками и, кажется, даже что-то улюлюкал в ответ.
– Видишь это небо? Вот подрастешь, и оно станет твоим. А вон те горы вдалеке? Ты с легкостью сможешь до них добраться. Нужно будет только научиться летать. Я покажу тебе как. Но не сейчас, а когда подрастешь. А то маму удар хватит от нашей вылазки, и она потом твоему папе такое устроит, что мало никому не покажется.
– Это точно, – подтвердила, уже несколько минут как опираясь о косяк двери и внимательно слушая разговор этих двоих.
– Доброе утро. Прости, мы все же тебя разбудили, – повернувшись ко мне, извинился Элиадар.
– Ничего страшного. Переживу, – отозвалась, прежде чем зашагать собеседнику навстречу.
Но стоило приблизиться, как я сразу подзависла на обращенных теперь исключительно на меня ярко-голубых глазах. Принявшись с любопытством их рассматривать, заметила то, на что вчера не обратила внимания. А именно – они переливались. Словно в них что-то плескалось. Плюс, помимо обычного человеческого зрачка, отчетливо просматривался еще один. Вертикальный. Драконий.
– Правда, она красавица? – с умилением в голосе произнес Дар.
– Самая настоящая, – отозвалась.
Ответом на мои слова стало громкое недвусмысленное причмокивание. Когда же я на него никак не отреагировала, ребенок сразу недовольно скривил губы, приготовившись разреветься.
– Она проголодалась, – пояснил принц, передавая мне дочь. – Поэтому я унес ее, чтобы не чувствовала тебя. Отвлекал, сколько мог, но... Лучше все же покорми ее.
«Эм-м-м, При?»
«Ну что еще?»
«Твоя дочь есть хочет».
«И?»
«Что мне делать?»
«Лен, не тупи. К груди приложила – и все дела», – раздалось устало в ответ.
Я уже хотела напомнить, что после рождения Майдара со мной что-то сделали, отчего молоко исчезло. Но тут увидела свои, снова сделавшиеся совсем немаленькими, полные и как-то чересчур откровенно выпирающие из мало что прикрывающей сорочки «верхние совсем не девяносто». Кажется, вторая беременность перезапустила процесс лактации, отчего молока во мне теперь было гораздо больше, чем в прошлый раз.
– Они такие большие, – ошалело раздалось рядом.
Куда ж без главного любителя моих прелестей и его бесценного мнения! Еще вопрос, кого теперь моя грудь привлекала больше: подзавившего на ее рассматривании Элиадара или ребенка, совершенно точно учуявшего еду и упрямо тянувшегося к ней.
– Пойду покормлю ее, – отозвалась, поспешно отвернувшись от мужчины.
Но не успела это сделать, как младенец, видимо, потеряв из поля зрения отца, позабыл про голод и принялся хныкать. Чем дальше, чем сильнее.
– Похоже, тебе все же придется составить мне компанию, – произнесла со вздохом, внутренне почувствовав укол ревности.
Это что ж получается? Я теперь только как источник пиши, а Дар – все остальное? Дожила! Вот так, рожаешь, рожаешь их – и в результате никакой благодарности. Только банальное использование по назначению. Хорошо хоть Майдар не такой. Во всяком случае, мне очень хотелось в это верить.
– Иду! – кажется, уже и не надеявшись на подобное предложение, воодушевленно отозвался Дар и почти сразу поравнялся со мной.
В то же мгновение ребенок затих и снова переключился на источник пищи. Ну вот. Мои догадки подтвердились. И как прикажете держаться от своего противного дракона подальше, если собственная дочь и минуты без него прожить не может? Впрочем, как и без еды. Проблема, однако!
Насколько она оказалась глобальной, поняла уже к концу третьего дня. Именно столько времени я практически безвылазно провела в обществе этих двоих. Кошмар! Чего я там хотела? Чтобы меня оставили в покое? Какой покой?! Он мне уже даже сниться перестал. И все из-за жутко хитрющей и вечно добивающейся своего маленькой эгоистки! Да, возможно, я неправа. Нельзя так о детях. Их надо любить, все прощать и просто набраться терпения. Но когда тебя воспринимают исключительно как источник пищи, а всю свою любовь дарят отцу и полностью уверены, что две составляющие должны постоянно находиться рядом, в противном случае скандал, это как-то уже чересчур. И на третий день даже Дар, который вначале обрадовался тому, что мы сможем проводить больше времени вместе, заметно приуныл.
– Лен, у меня дела, – раздалось тоскливо, когда дочь, вдоволь наигравшись с отцом и напившись моего молока, наконец уснула.
– А у меня, думаешь, их нет? – прошипела раздраженно.
– И как поступим? – озадаченно взглянув на спящего между нами ребенка, поинтересовался принц.
– Ты мне скажи. Ты ж у нас тут главный и все за всех решаешь.
– Можно хоть сейчас без упреков? Я устал и уже какую ночь почти не сплю только потому, что кто-то, как оказалось, до жути боится темноты и предпочитает все это время бодрствовать.
– А еще ест как не в себя, – добавила. – Так что ты уж извини, пожалеть тебя у меня никак не получится.
– Лен, так дальше продолжаться не может, – твердо раздалось в ответ.
– Что-то ты быстро сдулся. Я была уверена, тебя на дольше хватит. Тем более что молочная фабрика здесь я. С тебя же только поиграться и посюсюкаться. Неужели это так сложно?
– Несложно. Если бы у меня, помимо этого, была еще хотя бы пара часов на работу…
– Ну извини, папочка. Раньше надо было думать, когда в очередной раз в постель меня затаскивал.
«Вы закончили? Теперь я могу сказать?» – поинтересовалась При.
– Погоди. Главная на связи. Может, она что дельное предложит, – предупредила Дара, прежде чем переключить все внимание на драконицу: «Я вся твоя».
«Лен, а давай ты этот тон оставишь для своего принца?»
«Чего это? Нет! Оба хороши. Вот оба и получайте».
«Ты хочешь услышать решение или нет?» – осведомилась мысленная собеседница.
«Допустим».
«Тогда слушай. Вам осталось потерпеть всего пару дней, пока в Микки не останется ничего от призрачной. Твое питание мы сбалансировали. В нем, как и в молоке, для роста, развития и укрепления организма дочери есть все необходимое. Как только ее тело полностью сформируется, можно будет перейти на то, что ест твой сын. Может, даже получится сразу переселить ее к нему в детскую. Но не раньше чем Ми станет полноценным ребенком. Как внешне, так и снаружи. В противном случае, если она увидит Майдара и превратится в дракона сейчас, обернуть этот процесс будет крайне проблематично. Я сделала, что смогла. Теперь ваша очередь».
«Ага! Легко тебе говорить. А я этого, напротив, уже ни видеть, ни слышать не могу. Как и его нытье по поводу того, насколько он незаменимый и какие чрезвычайно важные дела его ждут вон за той дверью».
«Так в чем проблема? Взяла ребенка, пока тот спит, и отправилась вместе с ним спасать мир».
«Ага! Счаз! Больно надо! Обойдется! Помимо него, королевством еще два дракона правят. Уж как-нибудь разберутся без третьего. А случись что по-настоящему серьезное, тут бы уже целая делегация под дверьми стояла. Это так, повод сбежать, теряя тапки. И нет, сей номер не пройдет. Поэтому пусть сидит здесь и дальше, раз его дочери так этого хочется».
«Злая ты, Ленка».
«Я сама доброта. Просто у меня хорошая память и обостренное чувство справедливости. А еще я тоже хочу выбраться отсюда. Чем быстрее, тем лучше. И либо мы делаем это вместе, либо остаемся».
Основная проблема, почему нам так и не удалось покинуть комнату, заключалась в том, что крошку пугало буквально все, начиная с незнакомых звуков, запахов, прислуги и заканчивая изменением обстановки. Поэтому вскоре даже балкон стал для нас запретной территорией.
А любые попытки выйти на него сопровождались таким ором, от которого моментально уши закладывало.
При объясняла подобную реакцию дочери на окружающий мир тем, что та слишком долго просидела в утробе матери, в результате чего получила что-то вроде фобии открытого пространства. Но это вскоре должно было пройти. А именно, как утверждала драконица, после встречи с братом: единственным, с кем она, учитывая их самую первую игру, совершенно точно будет не прочь познакомиться. А пока этого не произошло, к нам даже зайти толком никто не мог. Таким образом, ничего удивительного, что, очутившись в полной изоляции, запертые на пару с ребенком в одном помещении, я и Дар уже откровенно сходили с ума от всего происходящего.
– Лен, что она сказала? – не вытерпев, шепотом, чтобы не разбудить малышку, поинтересовался принц.
– Еще пару дней – и наше вынужденное пребывание здесь закончится.
– Что-то такое я уже позавчера слышал.
– От меня что хочешь?
– Ты же ее мать. Побудь с ней и займи чем-нибудь, пока я буду отсутствовать.
– Да? И как ты себе это представляешь?
– Не знаю. Придумай что-нибудь. Неужели для тебя это так сложно?
– Да не. Че там? Всего сутки беременной проходить, за пару часов родить и какой день не вылезать из этих четырех стен, которые я уже откровенно ненавижу. А как с компанией повезло, слов нет. Приличных! Действительно, ничего сложного! И если ты сейчас про мою материнскую смекалку, которая должна была появиться после рождения Майдара, я тебя сильно удивлю. Наличие детей совсем не подразумевает опыт того, как с ними обращаться!
Ответа вполне ожидаемо не последовало. Лишь громкий, глубокий и выражающий крайнюю степень отчаяния вздох. А вскоре после него и тихое посапывание. Как же у Дара все быстро. Вот вроде бы только что бодрствовал и даже что-то там говорил, пара минут – и он уже чуть ли не третий сон видит. Молодец мужик. Оперативно с недосыпом справлялся. Вот бы и мне так. Но от усталости и эмоционального истощения у меня теперь даже заснуть получалось с большим трудом.
